Сыскарь

Александр Леонидович Аввакумов
Сыскарь

– Виктор Николаевич, я нашел и привез Сазонову Елену. Вы бы только знали, какой скандал она учинила, когда узнала кто я. Я даже в какой-то момент хотел надеть на нее наручники, чтобы доставить сюда.

– Молодец, что справился с женщиной и привез ее сюда. Давай, заводи ее ко мне в кабинет, а сам езжай помогать Анатолию.

Он вышел из кабинета, а через мгновение, дверь отворилась и в кабинет вошла миловидная женщина. Глядя на нее, Абрамов взял под сомнение информацию Ивана о том, что еще час назад эта женщина закатывала скандал, не желая ехать на допрос в МВД.

– Проходите, гражданка Сазонова, – произнес Виктор. – Не стесняйтесь, присаживайтесь, у нас с вами предстоит длинный и неприятный для вас разговор.

– Наконец-то нашелся один человек, который может хоть что-то объяснить, почему я здесь, – произнесла раздраженно женщина.

Сазонова села на стул и демонстративно перекинула ногу на ногу, обнажив свое бедро с ажурной резинкой от черных чулок.

– Гражданка Сазонова, здесь МВД, а не стриптиз-бар. Будьте добры, поправьте свою юбку, – попросил ее Абрамов.

Сазонова мило улыбнулась ему и поправила юбку, а затем с неприкрытым вызовом снова взглянула на Виктора.

– Вот, что Сазонова? Я думаю, вы уже догадались, о чем пойдет речь? Я пригласил вас, что вы ответили мне на целый ряд вопросов, связанных с разбойным налетом на ваше отделение банка, в котором вы тогда работали. Надеюсь, что вы еще не забыли это время. Скажите мне в связи, с чем вы в тот день отпросились с работы?

Лицо Сазоновой не естественно напряглось. Несмотря на то, что она ждала именно этот вопрос, он прозвучал для нее несвоевременно и неожиданно.

– Я сейчас уже точно не помню, что тогда произошло и в связи с чем я отпросилась с работы, – уклончиво ответила она. – Думаю, что причиной являлись какие-то семейные дела.

– А вы, Елена Владимировна, постарайтесь вспомнить причину, так как от вашего ответа зависит очень многое, в том числе и то, уйдете вы отсюда домой или останетесь ночевать в камере. Этот день должен остаться в вашей памяти надолго. Ведь не каждый день у вас в городе совершаются вооруженные налеты на банки?

– Почему вы мне угрожаете? Вы кто такой, чтобы я перед вами отчитывалась? Мой папа или мама? А если у меня плохая память, то за это вы посадите меня в камеру? – вновь вспыхнула она словно спичка.

Лицо ее покраснело и сразу же потеряло свою былую привлекательность.

– Я заместитель начальника оперативной бригады МВД России Абрамов Виктор Николаевич. Думаю, что этого вам вполне достаточно? И здесь вопросы задаю я, а вы должны отвечать на поставленные мной вопросы. Вы это поняли или нет? Во-вторых. Вы гражданка Сазонова, подозреваетесь в соучастии в тяжком преступлении, а если точнее в разбойном нападении на отделение сберегательного банка. Там, как вам известно, при нападении погибли три человека. Надеюсь, вы меня отлично поняли, почему я вас спрашиваю о причине вашего ухода с работы за час, до нападения на банк? Я считаю, что это вы навели этих преступников на банк, сообщив им о поступлении крупной суммы в хранилище банка. Если это подтвердится, то вы ответите по всей строгости закона. Это вы поняли или мне еще раз вам объяснять, почему я вам задаю подобные вопросы?

По лицу Сазоновой пробежала едва заметная усмешка. Она вскинула на Абрамова свои глаза и довольно язвительно произнесла:

– Извините меня, Виктор Николаевич, за мою несдержанность. Сами понимаете, нервы. Пока мне не понятно лишь одно, в чем конкретно вы меня подозреваете? Нельзя же человека обвинять во всех смертных грехах лишь за то, что он ушел с работы за час до разбойного нападения. В чем конкретно я виновата?

– Хорошо, я уточню вашу вину. Вы подозреваетесь в передаче сведений о поступления крупной суммы денег в отделение банка, в котором вы работали в тот момент. Надеюсь, что мой вопрос вам понятен?

– И кому я по вашему предположению, передала эти сведения? – чуть ли не с вызовом произнесла Сазонова и взглянула на Виктора. – Что вы замолчали, скажите прямо, кому я передала эту информацию?

Абрамов медленно открыл ящик стола и достал оттуда пустую папку. Он видел, как она напряглась при виде папки, руки ее мелко задрожали и чтобы скрыть свое волнение, женщина открыла свою сумочку и достала из нее носовой платок. Заметив эти перемены в ее состоянии, Виктор медленно открыл папку и сделав вид, что ищет глазами нужную ему фамилию, четко, стараясь произнести каждую букву, по слогам произнес:

– Вы передали эти сведения своему бывшему сожителю Айвазову, о чем он и рассказывает в своих показаниях. Могу даже добавить, что именно он попросил вас не выходить на работу в тот день после обеда. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?

Лицо Сазоновой вспыхнуло, словно свеча, дыхание ее стало частым и глубоким. Она схватилась за сердце и стала медленно сползать со стула на пол. Виктор не дал ей возможности сползти со стула и усадил ее обратно. Слава Богу, обморок был не долгим. Уже минуты через три, она снова сидела на стуле в полном здравии. Сделав небольшую паузу, он тихо, но достаточно четко произнес:

– Завтра я думаю, мы обязательно проведем очную ставку с гражданином Айвазовым. Я уверен, что и в присутствии вас он повторит эти ранее данные им показания. А это значит, гражданка Сазонова, что вас ожидает лагерь, лет на десять, если не больше.

– Что такое лагерь? – спросила она у Абрамова, вытирая платочком слезы на своем лице.

– Лагерь, это женская зона. Вы, наверняка представляете, что это или вам и это нужно объяснять?

– Не, нужно. Теперь, я представляю, что это такое.

– Это хорошо, что мне не нужно вам объяснять, что такое зона. Даю вам пять минут на раздумье. Через эти пять минут вы можете стать или преступником или мы постараемся вывести вас в разряд свидетеля.

– Это, каким образом я могу оказаться в разряде свидетелей? – поинтересовалась она у Виктора.

– Пока еще есть возможность перевести все это в другую плоскость. Ведь вы могли им оказать услугу из-за угроз убийства ваших родных и близких. В жизни все возможно, даже это. Вы взрослая женщина и ваше увлечение Айвазовым, рано или поздно все равно прекратилось бы. Вы знаете, что у него есть семья, дети?

– Как семья? – удивилась она. – Ведь он мне говорил, что он одинокий!

– Все, что он вам говорил, было ложью. Неужели вы сами до сих пор не поняли, что он вас просто использовал для получения этих сведений, – произнес Абрамов, стараясь придать своему голосу больше уверенности.

В этот момент он заметил, как на глазах Сазоновой появились слезы. Стараясь воспользоваться этим моментом, он произнес:

– Жестоко, не спорю, но что сделаешь, жизнь есть жизнь. Особенно, когда на кону стояли такие большие деньги.

Его слова словно взорвали ее. Она закричала, у нее началась истерика.

***

Абрамов по-прежнему сидел в своем кресле и внимательно наблюдал за Сазоновой Еленой, которая оправившись от истерики, сидела за столом и аккуратным красивым подчерком писала явку с повинной. Иногда она останавливалась, но через минуту – другую, снова начинала писать дальше. Он встал из-за стола и подошел к ней. Через ее плечо Виктор начал читать уже изложенный ею текст:

– Я, Сазонова Елена Владимировна, русская по национальности, разведенная, познакомилась с Айвазовым Арсеном около шести месяцев назад ……

Познакомились они, как она считала, чисто случайно. Сазонова возвращалась домой из гостей. Время было не столь позднее, на улице еще было много прохожих и детей и вдруг, неожиданно для нее, к ней на улице пристали двое подвыпивших мужчин. Как она не старалась от них отвязаться те, по-прежнему, не отставали от нее и шли рядом с ней, стараясь завязать с ней знакомство. Арсен, появился как-то совсем неожиданно для нее. Он смело подошел к этим мужчинам и предложил им оставить ее в спокойствии.

– Ты, кто такой, чтобы нам указывать? – произнес один из мужчин. – Иди своей дорогой, уважаемый и это позволит тебе сохранить твое здоровье, которое не купишь потом не за какие деньги.

– Ты, что не понял, что я ее муж? – с угрозой в голосе произнес Арсен. – А, в отношении здоровья, вы уважаемые правильно думаете.

Он первым ударил одного из мужчин. Тот охнул и упал на грязный асфальт. Второй мужчина, выхватил из кармана пальто нож, и угрожающе размахивая им перед лицом Арсена, двинулся на него. Все остальное произошло быстро, как в кино. Арсен ловким приемом выбил из рук нападавшего нож и сильным ударом в лицо опрокинул его на землю. Этого оказалось вполне достаточно, для того чтобы заставить противника броситься бежать в обратную сторону.

– Как вы? – обратился он к Сазоновой. – Вы не сильно напугались?

– Нет, я не из робкого десятка.

– Тогда разрешите мне проводить вас до дома? – предложил он Елене. – Вдруг ваша красота еще привлечет кого-нибудь из мужчин.

– Хорошо, мне с вами будет намного спокойнее.

Арсен проводил Елену до дома. Эта встреча стала началом их дальнейших взаимоотношений. Мужчина стал регулярно встречать Сазонову после работы и провожать ее до дома. Вскоре, эти встречи переросли из простых дружеских взаимоотношений, в совершенно другую плоскость. Через некоторое время Елена почувствовала, что начинает постоянно думать о нем, что этот человек стал для нее дороже воздуха, которым она дышала. Каждое утро она вставала с этим именем и ложилась спать. От одной только мысли, что она может потерять этого человека, ей становилось страшно. Истосковавшаяся по большой любви сердце, хотело любви, и она не стала этому сопротивляться.

Арсен в то время работал в районном отделе милиции, однако, вскоре он уволился из милиции и окончательно перебрался жить к Сазоновой. Где и чем зарабатывал он деньги, Елена не знала, однако, деньги у Арсена были всегда. Однажды Сазонова долго ждала Арсена на своей работе, но он почему-то так и не встретил ее в этот вечер. Расстроенная этим событием, она пошла домой пешком. Проходя через сквер Кирова, она случайно увидела Арсена, который обнимал незнакомую ей женщину. От обиды Сазонова чуть не заплакала. Уже дома она собрала все вещи, принадлежащие Айвазову, и молча, выставила сумки с его вещами за дверь своей квартиры. Через полчаса она услышала легкий стук в дверь, однако, пересилив себя, она не стала открывать входную дверь своей квартиры. Утром, открыв дверь квартиры, она не увидела вещей Арсена. Похоже, что он забрал их вчера еще вечером, когда понял, что она его не пустит в квартиру. Елена тяжело переживала разрыв с Арсеном и через некоторое время попыталась восстановить с ним взаимоотношения. Однако он, похоже, не горел особым желанием их восстанавливать. При встрече с Еленой он часто сетовал на то, что сейчас у него новая работа, которая отнимает у него много сил и времени и в результате чего, у него просто нет физической возможности поддерживать с ней нормальные взаимоотношения.

 

Елена встретилась с ним, буквально за неделю до нападения на отделение. На этот раз сам Арсен был инициатором этой встречи. Он в этот вечер выглядел довольно уставшим и замученным заботами человеком.

– Что с тобой? Ты выглядишь просто ужасно? – поинтересовалась она у него.

– Беда, Лена, – тихо ответил он, – я проиграл очень большие деньги одному вору. Вернуть ему деньги я не могу, потому что таких денег у меня нет. Вот и приходится мне скрываться, как от него, так и от и его дружков. Живу по углам, у старых своих знакомых. Если они меня найдут, то наверняка убьют.

Судя по тому, как вел себя он, похоже, говорил правду. Осунувшийся до неузнаваемости, он мало походил на того мужчину, которого она когда-то знала и любила.

– Арсен! Сколько ты ему должен? – спросила она его. – Давай, я продам свою квартиру, возьму кредит? Ты отдашь ему эти деньги, и он отстанет от тебя?

– Спасибо, Лена, но эти деньги меня не спасут, – обреченно произнес он. – Я должен намного больше, чем ты можешь себе представить.

– Арсен, ты же знаешь, что не бывает безвыходных ситуаций. Нужно только хорошо подумать, где взять эти деньги.

– Увидев сегодня тебя, я почему-то сразу подумал о банке, – произнес он. – Помоги мне, скажи, когда к вам завозят деньги, предназначенные для выплаты заработной платы рабочим предприятий. Я постараюсь каким-то образом завладеть этими деньгами и рассчитаться с ним.

– Ты, что Арсен! Тебя же убьет охрана, их же охраняют. Не будешь ведь ты нападать на инкассаторов, они тоже ездят с автоматами?

– Ты, права. Нападать на инкассаторов я точно не буду. Я завладею деньгами хитростью. Мне лишь бы узнать, когда завезут деньги?

– Хорошо, я тебе сообщу об этом. Только дай мне слово, что это будет бескровный отбор денег.

– Даю честное слово. Клянусь здоровьем своей матери!

– Арсен, как я найду тебя, если ты не живешь у себя дома? Как мне с тобой связаться?

– Вот возьми. Здесь записан мой телефон, – произнес он и протянул ей небольшой листочек бумаги.

Она взяла этот листочек бумаги и сунула его к себе в сумочку.

– Лена, я надеюсь только на тебя. Только ты можешь спасти меня от смерти, – произнес он и, оглядываясь по сторонам, пошел по улице дальше.

***

Утром Сазонова пришла на работу в отделение, и сразу же обратила свое внимание на старшего кассира, которая открыв кассовое помещение, о чем-то разговаривала с начальником. То, что делал старший кассир, происходило, как правило, в те дни, когда к ним в отделение поступали крупные суммы денег из Центрального банка города.

Проходя мимо их, Елена краем уха уловила информацию о том, что сегодня в одиннадцать часов дня инкассаторы должны завести деньги, для выплаты рабочим. Названная старшим кассиром сумма была столь велика, что Елена невольно удивилась названной им сумме. Пройдя к себе в кабинет, она достала из сумки смятый листочек бумаги с написанным на нем телефонным номером. Убедившись, что в коридоре никого нет, она сняла трубку и стала торопясь набирать записанный на листочке номер телефона.

– Да, – услышала она в трубку знакомый мужской голос.

– Арсенчик! Сегодня должны завести крупную сумму денег. Их должны завести в одиннадцать часов дня.

– Какая сумма? – спросил он Елену.

Она назвала сумму и услышала удивленный свист Арсена в телефонной трубке.

– Сколько они пробудут у вас, прежде чем их заберут кассиры предприятий?

– Часть денег заберут часов в пять, а остальные, заберут завтра, – ответила она.

– Вот, что Лена. Прямо сейчас иди к руководству и отпросись с работы. Можешь говорить все, что угодн,о лишь бы тебя отпустили. Ты, поняла меня? Если деньги привезут, поставь на подоконник цветок. Это будет для меня сигналом, что деньги в банке.

– Арсен! Ты обещал все это провернуть без крови. Я думаю, что ты меня не обманешь?

– Я же поклялся тебе здоровьем своей матери. Скажи, у вас по-прежнему в банке всего один охранник?

– Все, как прежде. Сегодня дежурит дядя Вано, – произнесла она и положила трубку.

Сазонова вышла из кабинета и, поправив на голове прическу, направилась в кабинет начальника отделения банка.

– Семен Прохорович, можно я после обеда не выйду на работу, – обратилась она к руководителю. – У меня мама заболела, мне нужно ее проводить в больницу на прием к специалисту.

– Хорошо. А, сейчас, помоги старшему кассиру принять деньги, после чего можешь уходить.

Сазонова помогла старшему кассиру оформить документы. Убедившись, что она больше не нужна кассиру, она вернулась в кабинет и стала собираться домой. Перед тем, как выйти из кабинета и закрыть за собой дверь, она сняла с сейфа горшок с цветком и поставила его на подоконник. Она тяжело вздохнула, закрыла за собой кабинет и быстрым шагом вышла из отделения банка.

Вечером из сводки новостей она узнала о налете на их отделение сберегательного банка. Диктор сообщила, что в результате налета на отделение банка были убиты три человека. Эта новость просто оглушила ее. Женщина бросилась к телефону и стала набирать номер, записанный на листочке бумаги. Телефон молчал. Она села на диван и горько заплакала от охватившего ее бессилия.

В понедельник, с опухшими от слез глазами, она приехала на работу. Однако, дверь банка была закрыта на навесной замок. Ее внимание привлекли пулевые отверстия на двери. В этот же день, она проехала в Центральный офис банка, где написала заявление об увольнении. Вернувшись, домой она застала у себя дома работников милиции, которые в присутствии соседей, производили обыск. После окончания обыска, они предложили ей проехать с ними в прокуратуру. В прокуратуре ее допросили и отпустили домой.

Всю последующую после нападения неделю, она целыми днями бродила по городу, надеясь встретить Айвазова Арсена, но тот словно избегал ее. Ни друзья, ни его близкие знакомые не знали, где он находится. Отчаявшись его когда-либо увидеть, она, однажды проходя по какому-то маленькому переулку в центре города, случайно столкнулась с ним. Он выходил из подъезда небольшого двухэтажного дома. Похоже, он также не ожидал ее увидеть в этом переулке и поэтому растерялся. Он попытался сделать вид, что не узнал Елену, но она окликнула его и поспешила вслед за ним. Арсену ничего не оставалось, как остановить и дождаться, когда она подойдет к нему.

– Арсен! Ты почему скрываешься от меня? Глядя на тебя, я не поверю, что тебя мучает совесть. Ты же обещал, клялся здоровьем своей матери, что завладеешь этими деньгами, не убивая никого из людей. Почему ты убил их?

– Не кричи! – произнес он и больно сжал ей руку. – Там не я решал, кого убивать, а кого миловать. Скажи спасибо, что ты до сих пор еще жива. Больше не пытайся меня разыскивать, будет лучше, если ты совсем уедешь из этого города. Запомни, если хочешь жить держи язык за зубами, иначе сама знаешь, что с тобой будет.

– Что, убьешь, как ту женщину в отделении? Тогда убивай прямо здесь! Мне теперь уже все равно. Я давно себя уже убила после того, что ты там натворил.

– Прощай! – произнес Арсен и чуть ли не бегом, устремился по улице.

***

Сазонова закончила писать. Отложив в сторону бумагу и ручку, она достала из сумки носовой платок и вытерла им лоб.

– Скажите, Виктор Николаевич, что мне будет? Меня посадят или нет? – спросила она Абрамова.

– Не знаю, Елена Витальевна, я не судья. Все будет решать суд. Вы сами должны понимать, всю тяжесть этого преступления, – произнес он. – Почему вы сразу не пришли в милицию и не рассказали здесь все об Айвазове? Если бы вас не привели сюда мои сотрудники, вы по всей вероятности, также не появились здесь добровольно.

Сазонова заплакала. Слезы ее были такими обильными, что он невольно удивился, увидев нескончаемый поток влаги выделяемой ее глазами. Она стала вытирать их своим носовым платком, который стал мокрым от ее слез.

– Скажите, Сазонова, вы еще помните тот телефонный номер, по которому звонили тогда Арсену?

– Да, помню, – произнесла она, сглатывая слезы.

Взяв в руки ручку, она написала его на листочке бумаги.

– Хорошо, Сазонова. А, сейчас, выйдите в коридор и посидите там немного. Я вас скоро приглашу в кабинет обратно.

Сазонова покорно вышла из кабинета, а Виктор, подняв телефонную трубку, стал звонить Харитонову.

– Юрий Васильевич, мне срочно нужен ваш совет, – обратился к нему Абрамов.

Он кратко доложил Харитонову о результатах своей беседы с Сазоновой.

– Что, ты хотел услышать от меня?

– Все дело в том, что я не знаю, как мне поступить дальше с Сазоновой. Обратиться за санкцией об ее аресте в прокуратуру или отпустить ее домой под честное слово?

– Что за вопрос, Абрамов? Звони в прокуратуру, бери санкцию и все дела….

– Поймите меня правильно, Юрий Васильевич. Все дело в том, что кроме вас больше никто не знает, что я вышел на эту группу. Если я сейчас начну звонить в прокуратуру, то мне придется вводить их в курс своей разработки. Я, не исключаю того, что там может оказаться предатель и тогда все что я наработал, просто сломается. Они заставят Сазонову изменить свои показания, а еще хуже, просто уберут ее.

– Да, брось ты Абрамов, играть в шпионов. Если это Кавказ, то думаешь, здесь все продается и все покупается?

– Не знаю, Юрий Васильевич, но мне не хочется рисковать людьми. Сейчас Сазонова, наше главное звено в этом деле.

Харитонов на минуту задумался, а затем произнес:

– Ты, наверное, прав. Я с тобой согласен, Абрамов, Сазонову нужно спрятать. Я сейчас буду звонить в Москву в генеральную прокуратуру и попрошу их, чтобы они нам выделили одного толкового следователя. Вот когда он приедет сюда мы показания Сазоновой и легализуем.

– Это мудрое решение. Сейчас я буду с ней разговаривать и постараюсь на время спрятать ее хотя бы, у ее родственников.

– Давай, действуй! Держи, меня в курсе этого расследования.

Виктор положил трубку на рычаг телефона и пригласил к себе Сазонову.

Она, молча, вошла в кабинет и присела на стул.

– Скажите, Елена Витальевна, у вас есть родственники или хорошие друзья за пределами города, у которых вы бы могли на время остановиться?

Она задумалась. Затем, словно вспомнив, что-то тихо произнесла:

– Да. У меня тетка живет в Хасавюртовском районе. Я у нее года два не была.

– А, это удобно для вас? Как на этот ваш приезд посмотрит тетка? Скажет два года не приезжала и вот на тебе, объявилась?

– Думаю, что все будет нормально. Вопросов у нее не будет, – произнесла она.

– Елена Витальевна, вы я думаю, наверное, поняли меня, почему я вас отправляю к тетке. Вы единственный свидетель этого преступления. Я не исключаю того, что эти люди постараются вас разыскать и заткнуть вам каким-то образом рот. Как они это будут делать, я не знаю и поэтому предлагаю вам покинуть на время город.

– Неужели, вы думаете, что Арсен может меня убить? – спросила она Абрамова.

– Неужели вы в этом еще сомневаетесь? Вспомните тех людей кого они застрелили в банке. Эти люди им тоже ничего плохого не сделали. Как не прискорбно, но это решает не Арсен, а другие люди из его окружения.

– Спасибо. Я все поняла, – еле слышно, произнесла она. – Я сегодня же уеду из города.

– Хорошо. А, сейчас посидите в коридоре. Как только появятся мои сотрудники, они вас проводят домой, и отправят к вашей тетке.

Она вышла из кабинета. Виктор еще раз перечитал ее явку с повинной и, открыв сейф, положил в него этот важный для него документ.

***

Абрамов сидел на лавочке в сквере Кирова и внимательно наблюдал за прохожими, которые спешили куда-то по своим делам. Настроение у него было хорошее. Он морщился от бывшего ему в глаза солнца, слушал не затейливые мелодии фонтана. Через две лавки от него сидел Иван и делал вид, что читает газету. В это вечер он страховал Виктора, а его напарник – Андреев, провожал Сазонову Елену к тетке.

 

Гайсин неожиданно появился из-за кустов и разу же направился в сторону Абрамова. Они с ним никогда ранее не встречались, однако, неизвестно почему, они сразу же узнали друг друга.

– Артур, – представился он оперативнику и сел на лавку рядом с ним.

– Виктор Николаевич. Вот, Артур и познакомились.

– Скажите, пожалуйста, чем у вас вызван интерес к моей персоне? – спросил Абрамова Гайсин. – Вот бы никогда раньше не поверил, что моей персоной заинтересуется заместитель оперативной бригады МВД России?

–Артур! Я бы хотел узнать у тебя причину твоего увольнения из органов внутренних дел? Я думаю, что за твоим рапортом об увольнении, кроется совершенно другая причина, чем та, что указана в рапорте?

Гайсин, не скрывая своего удивления, посмотрел на него, однако, непонятно почему воздержался от своих комментариев.

– Расскажите, что же произошло? Сейчас я работаю по последнему преступлению, которым вы занимались в МВД, я имею в виду, нападение на отделение сберегательного банка. Меня сейчас интересует лишь один вопрос, кто вам не дал нормально работать по этому делу?

Артур снова ухмыльнулся.

– Неужели вам до сих пор ничего не понятно?

Абрамов промолчал и вопросительно посмотрел на него.

– Когда я приехал на место преступления, то обнаружил на столе начальника отделения заявление сотрудницы отделения Сазоновой Елены, о предоставлении ей административного отпуска на вторую половину дня. Этот документ мной был передан следователю районной прокуратуры. Вы не поверите мне, но меня очень заинтересовал этот документ. Я хотел сам разобраться, почему эта Сазонова отпросилась с работы за несколько часов до нападения на банк. Было эта случайностью или нет.

– И, что дальше? – спросил его Виктор. – Вы разобрались в этом вопросе?

– Я не стал ее «дергать» сразу, а решил узнать о ней больше и поэтому я стал опрашивать ее соседей. В результате этих опросов я узнал, что Сазонова чуть ли не полгода сожительствовала с неким Айвазовым Арсеном, которого в последнее время я часто видели в компании «вора в законе» Гарика. Я не исключил возможность его причастности к этому преступлению и поэтому я попытался связать эти факты между собой, то есть, ее уход с работы и связь Арсена с блатными. Решив отработать эту версию, я разыскал Арсена и задержал его на трое суток. Однако, на другой день когда я пришел на работу то узнал от Бондаренко, что его освободили по указанию следователя прокуратуры, который вел это дело. Мне бы тогда нужно было бы промолчать, а я решил поискать справедливости. Я позвонил следователю прокуратуры и поинтересовался у него, почему он освободил Арсена. Следователь в разговоре со мной сообщил мне, что я превысил свои служебные полномочия, что задерживать этого человека было нельзя, так как его знакомство с «вором в законе», не может считаться подобным основанием и попросил меня объяснить свои действия. У меня кроме моих мыслей, больше ничего не было. Я попытался объяснить следователю, что здесь существует связь между Сазоновой, Айвазовым и этим преступлением, но он меня не стал даже слушать. Вы же понимаете меня, что один я не мог их просто физически добыть. Тем более в тот момент я еще не успел найти и вытащить к себе Сазонову, чтобы попытаться от нее получить какие-то сведения в отношении этого Арсена.

– Интересно? Выходит вы один работали по этому делу? Разве группа не была создана, ведь в деле есть поименный список участников этой группы? – задал Виктор ему вопрос.

Он улыбнулся его вопросу, видно считая его достаточно наивным.

– Все люди, включенные в состав этой группы, на тот период не работали по разным причинам, кто-то был в отпуске, кто-то болел, и поэтому мне одному приходилось работать по этому делу. Так вот, через день после этого звонка, меня вызвал к себе начальник Управления уголовного розыска Гасанов и предложил мне написать рапорт об увольнении с работы по собственному желанию. Я стал возмущаться, что-то говорить в свое оправдание, но он был беспрекословен и в отрицательном случае обещал, что прокуратура возбудит против меня уголовное дело за превышение служебных полномочий и незаконное лишение человека свободы. Мне ничего не оставалось, как написать этот рапорт.

Гайсин замолчал. Абрамов тоже молчал, так не знал, чем он мог помочь этому человеку. Он достал из кармана пачку сигарет, нервно закурил.

– Теперь мне все понятно, Артур. Скажи, ты, где тогда нашел Арсена?

– Я его отловил в небольшом ресторанчике на набережной. Это любимое место Гарика и его бандитов. Они обычно там куражатся по вечерам.

– Да, я слышал об этом месте. Скажи мне, как ты считаешь, Гарик « в законе» или так туфта? Сейчас много воров кто вообще никогда не бывал на зоне. Говорят, что за большие деньги можно просто купить этот титул?

– Наш Гарик не судим. Как я слышал, его короновали грузинские «воры в законе», где-то в Грузии, не то в Тбилиси, не то в Сухуми. Не знаю, правда, это или нет, но люди говорят, что Гарик внес в общак очень большие деньги и за это получил от них корону «вора в законе». А, почему, вы меня об этом спрашиваете?

– Из интереса, Артур, из интереса, – ответил Абрамов. – Скажи, что ты еще накопал по этому делу?

– Больше ничего. Мне сейчас, если честно, не до этого. Собираюсь податься в Россию, там поискать работу. Здесь для меня работы нет.

– Спасибо, тебе, Артур, за помощь. Удачи тебе в России.

– И вам не болеть, – в ответ произнес Гайсин.

Он встал со скамейки и быстро исчез в кустах, как и появился.

***

Абрамов с Обуховым пешком возвращались в гостиницу. Иван, что-то рассказывал Виктору комичное, от чего постоянно смеялся, словно маленький ребенок. Он иногда улыбался ему, однако, его мысли были заняты совершенно другими проблемами. Абрамов думал о том, как ему строить свой разговор, в случае, если им удастся задержать Айвазова.

«Похоже, что Айвазова кто-то плотно прикрывает в прокуратуре республики и возможно в МВД Дагестана. Пока сюда не приедет следователь из Москвы, задерживать Айвазова не имеет смысла», – думал он, шагая рядом с веселым Иваном.

Неожиданно около их со свистом остановился темно-синий «Мерседес». Стекло дверцы медленно опустилось, и он увидел улыбающееся лицо Гарика.

– Здравствуйте, гражданин начальник, напугал? – произнес он. – Как ваше драгоценное здоровье?

– Спасибо Гарик. Меня с детства учила мать трем «Д», это дай дураку дорогу, – произнес Абрамов. – Ты, наверное, единственное лицо в Дагестане, которое в последнее время так печется о моем здоровье? Что тебе нужно Гарик от меня?

– Я бы хотел вам дать один деловой и бесплатный совет, – произнес он, не выходя из своей автомашины.

– Что за совет, тем более деловой и бесплатный?

– Совет прост, как и все оригинальное в этом мире. Не мешайте жить другим, Виктор Николаевич. Правильная трактовка этого совета позволяет многим людям дожить до глубокой старости.

– Я, что-то не понял тебя Гарик? Это, что, угроза? Мне еще никто и никогда, вот так открыто не угрожал. Обычно это делали уже потом, когда понимали, что я их посадил. А, здесь, вот так прямо на улице. Ты, смелый человек!

– Вы умный, начальник. Я думаю, что при вашем желании, мы сумели бы с вами найти общий язык и заработать не плохие деньги, – произнес он, закрывая окно автомобиля.

Машина двинулась дальше по улице, а они, свернув с Обуховым на право, направились дальше к гостинице.

– Кто это? Уж больно борзой?

– Не обращай внимания, Ваня. Это местный «вор в законе» – Гарик.

– Вор? – удивленно спросил Виктора Иван. – Надо же, мне еще не приходилось встречаться с законником.

– Вор, ну и что?

– Слышать, слышал, а вот так запросто, как вы, не приходилось.

– Не расстраивайся, Иван. О этом не нужно жалеть, это не лучшие люди нашего государства. Если тебе не удастся поговаривать с этими людьми, считай, что тебе крупно повезло в этой жизни.

Они подошли к гостинице. Поднявшись на третий этаж, оперативники разошлись в разные стороны длинного коридора.

***

Через два дня в Махачкалу приехал следователь прокуратуры из Москвы, и работа делу сразу же стала набирать обороты. Несмотря на скрытый саботаж сотрудников республиканской прокуратуры, им ничего не оставалось, как полностью передать это дело в производство прибывшему следователю Генеральной прокуратуры.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29 
Рейтинг@Mail.ru