Сыскарь

Александр Леонидович Аввакумов
Сыскарь

– Альберт покажи мне, пожалуйста, место происшествия? Откуда появилась эта белая «Тойота», на каком приблизительно месте стали стрелять?

–Хорошо, Виктор Николаевич. Здесь уже до места не так далеко.

С правой стороны трассы, появился высокий бетонный забор серого цвета.

– Альберт, что это? – поинтересовался у него Абрамов.

– Пионерский лагерь.

– Действующий или нет?

– Работает практически круглый год. Он у нас санаторный.

Они еще проехали километра полтора, прежде чем Зиганшин сделал знак водителю. Тот сбросил скорость и остановил автомашину. Они вышли из машины и стали осматривать прилегающую местность.

– Виктор Николаевич! Со слов водителя, где-то приблизительно здесь раздались первые выстрелы по их джипу. «Тойота» выехала вон оттуда, из-за той лесополосы.

Абрамов достал свой блокнот и стал схематически изображать место преступления. Зарисовав, он повернулся к Зиганшину.

– Альберт, скажи, работников из этого пионерлагеря опрашивали или нет?

– Нет, – ответил он. – Лагерь далековато, что они могли там увидеть? Они, наверное, даже стрельбы не слышали, а не то чтобы что-то видеть.

– Запиши в план мероприятий, – произнес Абрамов. – Срочно опросить всех в пионерском лагере, вплоть до детей. Дети везде лазят и не исключено, что они и могли, что-то видеть такое, что не заметит взрослый.

– Виктор Николаевич, может не стоит распылять силы. Вы же сами знаете, что людей у меня не так много. Одного сотрудника по вашему приказу, я уже посадил на камеры. У меня осталось в наличии всего пять человек. Поймите меня правильно, мне еще по текущим материалам нужно работать.

– Альберт, я дважды повторять приказ не буду. Кстати, соберете в лагере детишек, приведете сюда и прочешите всю территорию по движению машины. Если повезет, может, найдем гильзы от автомата.

Начальник ОУР, словно маленький ребенок, надул щеки и замолчал. Ему явно не хотелось этого делать, так как он, по всей видимости, считал, что указания Виктора носят чисто формальный характер.

Они сели в автомашину и поехали дальше. Через тридцать минут перед нами показались первые дома районного центра.

«Вот и приехали, – подумал Абрамов. – Интересно, что здесь наработали оперативники?»

***

Поселок городского типа встретил их сильным порывистым ветром и клубами пыли, которую он гнал по малолюдным улицам поселка. Они остановились, около местного одела милиции. Он размещался в двухэтажном здании старой постройки. На крыльце здания их уже ожидали: начальник отдела, начальник криминальной милиции и начальник ОУР.

– Как доехали, Виктор Николаевич? – поинтересовался он у Абрамова. – Может, пообедаем, там и поговорим.

– Спасибо, Айдар Галямович. Доехали мы нормально, а как у вас здесь, дела?

– Работаем, – ответил он.

Его отказ от обеда, похоже, спутал все планы начальника ОВД.

– Сейчас, мы посмотрим, как вы здесь работаете, – произнес Абрамов, словно не замечая, возникшего напряжения со стороны начальника отдела. – Давайте, пройдем к вам в кабинет там и послушаем, что вы наработали за все это время.

Они все прошли в кабинет начальника отдела милиции. Кабинет оказался не большим, однако, как не удивительно, но они все там свободно разместились.

– Кто будет докладывать? – спросил Виктор у начальника отдела.

– Начальник криминальной милиции. Пусть он и начнет, а там будет видно.

Доклад начал начальник криминальной милиции. Он дал краткую характеристику убитому Сибгатуллину и доложил о проведенных ими мероприятиях.

– Извините меня, товарищ Фазлеев. Насколько я знаю, у вас погибает второй руководитель предприятия, однако из вашего не столь большого доклада, я так и не понял каковы на ваш взгляд мотивы этих преступлений? С чем связаны все эти убийства? Может, мне кто-нибудь из собравшихся здесь сотрудников, что-то объяснить по этому поводу? Почему или за что, их убили?

В кабинете стало так тихо. Абрамову даже показалось, что эта тишина зазвенела. Все переглядывались между собой, однако, ни один из сотрудников не решился ответить, на этот казалось довольно простой вопрос.

– Ревизию на предприятии проводили? Что она дала? – поинтересовался Виктор у начальника криминальной милиции. – Кто из вас может доложить мне по этому вопросу? Кстати, где у нас начальник ОБЭП, почему его нет на заслушивании?

– Начальник ОБЭП в отпуске со вчерашнего дня, – произнес, молчавший до этого начальник милиции.

– Где тогда замещающий его сотрудник?

– Он уехал в Казань. Он у нас учится на заочном отделении в академии МВД, вот и поехал сдавать сессию, – вновь ответил начальник отдела.

Абрамов невольно отметил про себя, что начинает понемногу «заводиться» от всех этих ответов.

– Нормально, – еле сдерживая себя в руках, произнес Виктор. – У вас здесь людей бьют, как мух, а мы отдыхаем. Так была или не была проведена ревизия предприятия? Кто-то может мне об этом доложить?

– Нет, мы ревизию не проводили, – произнес начальник криминальной милиции. Сибгатуллина застрелили в соседнем районе, а не в нашем районе. Мы посоветовались с прокуратурой и посчитали, что в проведении ревизии необходимости нет.

– О чем вы говорите, Ринат Завдатович? – раздражаясь, начал говорить Абрамов. – Причем здесь место, где убили этого человека? Наверное, важно, за что его убили. Поэтому нельзя отбрасывать того, что убийство связано с его профессиональной деятельностью. Его свободно могли убить и в вашем районе, если бы стрелявший в него преступник не попал в него первой очередью. Скажите, после убийства директора Хисматова ревизия проводилась или нет?

В кабинете вновь стало тихо. Было слышно, как о стекло бьется залетевшая в кабинет толстая зеленая муха.

– Скажите, пожалуйста, – обратился Виктор к следователю прокуратуры. – Вас, как заместителя прокурора района, устраивает работа оперативно – следственной бригады или нет? Может, вы, меня просветите в этом вопросе, а то, я что-то не совсем понимаю, что здесь происходит?

Представитель прокуратуры отложил карандаш в сторону и, подняв на него глаза, произнес:

– Вы знаете, мне трудно сейчас судить в каком состоянии находится работа по этому делу. Я этим делом вплотную еще не занимался. Мне передали его буквально два дня назад. Теперь я вижу, что работа проводилась из рук вон плохо. Ревизия не проведена, мотивы убийств не известны, рабочих версий как таковых нет.

– Да товарищи руководители, вот так мы и работаем. Зато, какие бравые рапорта и справки вы направляли в МВД. Только по одним этим справкам вас можно было сразу же представить к правительственным наградам. Вот смотрю я нас и стараюсь понять, кого вы обманывали? Министра или себя? Что молчите?

В кабинете, в который уже раз повисла гробовая тишина. Начальник отдела бросил спасательный взгляд на начальника криминальной милиции, словно предлагая ему, добровольно лечь на плаху ответственности за данное дело. Однако, судя по его лицу, Фазлеев явно не хотел приносить себя в качестве жертвы.

– Завтра, Ринат Завдатович, отзовете из отпуска начальника ОБЭП. Получите постановление в прокуратуре для проведения полной ревизии предприятия. Опросите всех работников предприятия, с которыми в последние дни перед убийством общался Сибгатуллин. Надеюсь, задача ясна?

– Виктор Николаевич! – произнес начальник милиции. – У меня кроме этого убийства, еще множество различных дел. Я не могу бросить все силы на эту работу.

– Я, что-то вас не понял, Айдар Галямович? Вы, что отказываетесь проводить комплекс первоначальных мероприятий по раскрытию этих убийств? Почему эти мероприятия не были проведены силами отдела до настоящего времени, то есть до моего к вам приезда? Вы, наверное, забыли, что вы здесь не какой-то хозяйственник, а начальник милиции, главный руководитель всего процесса раскрытия преступления. Не мне вас учить, тем более, на подобных совещаниях. Я думаю, что это вы должны были проконтролировать исполнение этих мероприятий, а не я, прибывший в ваш отдел лишь сегодня.

Лицо Хисамутдинова стало серым. Ему явно не понравился не только его тон разговора с ним, но и задачи, которые Абрамов озвучил в этом кабинете. Единственно, что его сдерживало в рамках приличия это страх перед гневом министра. Ведь все справки, отравляемые ими в МВД, были за личной его подписью.

Закончив совещание, Виктор отпустил начальника ОУР Заинского ОВД домой, а сам решил остаться в райцентре.

***

То, что называлось гостиницей в поселке городского типа, больше напоминало «Дом колхозника», так как все удобства были во дворе. Комната, в которую заселился Абрамов, была метров одиннадцать. В углу, на старой пошарканной временем тумбе, стоял телевизор, который по всей вероятности стоял для интерьера, так как, судя по паутине на задней его стенке, давно не функционировал. Покосившейся платяной шкаф, стоящий у входа в номер, не закрывался. Единственно, что радовало в этом номере это чистая постель, пахнущая ароматом скошенных трав.

Не успел Виктор помыться и привести себя в порядок перед сном, как в номер без стука ввалились, в прямом смысле этого слова, начальник криминальной милиции Фазлеев и начальник ОУР Гафуров.

– Виктор Николаевич, мы тут поговорили между собой и решили скрасить ваш одинокий вечер, – произнес Фазлеев и стал доставать из дипломата водку и закуску.

– Вы, что ребята? Мне ваша водка и закуска не нужна. Я придерживаюсь правила не пить с теми, кого проверяю. Давайте без обиды, да и на ночь я, как правило, не пью.

– Виктор Николаевич! Поймите нас правильно, все это от души, – произнес Гафуров.

– Нет, ребята, извините, но я пить с вами не буду. Если бы у меня к вам не было бы претензий, я еще бы может быть и подумал, а при таком раскладе дел как у вас, пить не буду.

Они с минуту потолкались на пороге и, оставив водку и закуску на столе, вышли из номера.

Рано утром Абрамов сам поехал на ликероводочный завод, которым до убийств руководили покойный Хисматов и Сибгатуллин. Управление предприятия размещалось в небольшом двухэтажном доме построенного, еще во времена Советского Союза. Он открыл дверь и не спеша, поднялся на второй этаж. Коридор был еще пуст. Виктор остановился в нерешительности, не зная, что ему предпринять.

 

«Спят еще местные районные чиновники», – подумал он и, развернувшись, направился обратно в сторону лестницы. Пройдя по коридору, Абрамов обратил внимание на дверь, на которой еще по-прежнему красовалась металлическая табличка с фамилией покойного директора. Виктор осторожно постучал в дверь и, не услышав ответа, дернул дверь на себя. Дверь не поддалась, так как оказалась закрытой на ключ.

– Мужчина? Вам, кого? – услышал он за спиной приятный женский голос.

Абрамов обернулся и увидел молоденькую девушку, которая ключом отпирала соседнюю с директорским кабинетом дверь.

– Доброе утро, – произнес Виктор. – Вот хотел пообщаться с руководством вашей организации, а дверь почему-то оказалась закрытой.

– Вы знаете, директора нет, – спокойно, произнесла она. – Его в ближайшие дни не будет. Пока обязанности директора исполняет его заместитель – Хайруллин Дамир Халитович. Но и его, сегодня также не будет, он еще вчера выехал по делам в Казань и вернется лишь завтра вечером.

– Жалко. Может, вы мне, чем-то поможете?

Девушка улыбнулась, и кокетливо взглянув на Виктора, спросила:

– Судя по тому, что я вас раньше не видела, вы человек не местный. Наверное, вы из Казани. Ни в Заинске, ни у нас здесь, так не одеваются. И еще, у вас начищены полуботинки, что не совсем характерно для местных товарищей.

– Нужно отдать вам должное. Вы очень наблюдательны, что не характерно для женщин. Я действительно из Казани и прибыл к вам сюда из МВД. Приехал к вам, чтобы разобраться с этими непонятными для людей убийствами.

Девушка открыла дверь своего кабинета и пригласила Абрамова войти внутрь. Несмотря на небольшие размеры кабинета, он показался довольно уютным и чистым.

– Присаживайтесь, – предложила она Виктору.

Он сел на стул и приготовился слушать то, что расскажет ему девушка.

– Вы знаете, я работаю здесь недавно, шесть месяцев, не больше. Занимаюсь немного канцелярией, делопроизводством и когда был жив покойный Сибгатуллин, исполняла обязанности его секретаря. По-моему, вы зря пришли сюда, вам здесь никто и ничего не расскажет. Люди все напуганы этими убийствами и поэтому боятся всего, что связано с именами убитых людей. Они не верят ни милиции, ни прокуратуре, что те сумеют найти этих преступников. Если вы хотите что-то узнать в частности от меня, я вам предлагаю встретиться совершенно в другом месте, только не здесь. Кстати, вы, где остановились?

– А, где у вас здесь еще можно остановиться? Только в вашей районной гостинице. Маленькая, но жить можно.

– Знаете, давайте встретимся сегодня вечером. Вас устроит в девять вечера? Не поздно для вас?

Абрамов кивнул головой в знак согласия. Его действительно вполне устраивало это время.

– Будьте в номере, я заеду за вами в гостиницу. У меня есть машина, и мы где-нибудь остановимся с вами и поговорим. А сейчас, уходите, я не хочу, чтобы нас видели с вами вместе.

Виктор вышел из кабинета и, спустившись вниз по лестнице, вышел на улицу.

***

Утром в санаторный пионерский лагерь «Орленок» приехал начальник уголовного розыска Зиганшин Альберт и инспектор по делам несовершеннолетних Морозова Анастасия Ивановна. Всех отдыхающих детей, педагогов и обслуживающий персонал лагеря собрали в столовой.

– Внимание дети! – произнесла начальник лагеря, женщина средних лет, крупного телосложения. – Дети! Я кому сказала, чтобы вы прекратили шуметь!

Постепенно шум голосов в столовой стих. Начальник лагеря, откашлялась и громко произнесла:

– Ребята! Сейчас перед вами выступит начальник уголовного розыска нашего города товарищ Зиганшин. Он вам расскажет, как наша милиция борется с хулиганами и преступниками.

Зиганшину еще никогда не приходил выступать перед столь юной аудиторией, и он немного смутился после слов начальника лагеря. Он встал со стула и, взглянув на притихших детей начал рассказывать. Он рассказал детям несколько занимательных и поучительных историй о борьбе с преступностью, а в конце своего выступления сообщил детям, что готов ответить на все их вопросы.

Зал оживленно зашумел. Вопросы посыпались, как из рога изобилия. Вскоре, Зиганшин устал отвечать на эти вопросы и с мольбой посмотрел на начальника лагеря, прося у нее помощи. Та все поняла и, встав с места, стала благодарить сотрудников милиции за проведенную ими беседу. Не дав ребятам разойтись, Зиганшин вновь поднялся с места и, подняв верх руку, громко произнес:

– Ребята, кто из вас хотя бы один раз в жизни интересовался вопросом сложно ли работать в уголовном розыске? Скажу по честному – сложно. Для работы в уголовном розыске кроме знаний, силы, требуется еще одно не маловажное качество, это наблюдательность. Без нее сотрудник не сможет хорошо работать. Так вот скажите ребята, только хорошо подумайте, кто из вас десять дней назад видел около вашего лагеря белую иностранную машину? А, если этот человек еще вспомнит марку этой машины и количество пассажиров в ней, тот значит, может считать себя очень внимательным и способным работать в уголовном розыске.

В столовой повисла тишина. Неожиданно для присутствующих, с места встали два мальчика и подняли руки.

– Кто эти дети? – спросил Зиганшин у начальника лагеря.

– Да это братья Семеновы: Павлик и Антон. Они из третьего отряда.

– Вы знаете, мне нужно срочно переговорить с этими ребятами, – обратился он к старшей вожатой, которая сидела рядом с ним.

– Сейчас, все устроим.

Она встала с места, направилась к ребятам. Пока выступала инспектор по делам несовершеннолетних, Зиганшин переговорил с братьями.

Ребята рассказали ему, что в тот день они, воспользовавшись невнимательностью своего вожатого, пролезли в дыру в заборе и оказались за территорией лагеря. Они достали из своего тайника сигареты и, спрятавшись в кустах, решили немного покурить. Внезапно недалеко от них остановилась белая иностранная машина. Ребята сначала испугались и затихли, а затем решили поближе рассмотреть эту машину. Прячась в высоких кустах, они пробрались ближе к машине. Около машины стояло двое мужчин, один из которых был кавказкой национальности. В машине за рулем сидел еще один мужчина, который все время пытался поймать какую-то музыку и постоянно крутил радиоприемник.

Мужчина-кавказец, похоже, волновался и поэтому часто ругался на своем языке и все время поглядывал на часы. Сидевший в машине водитель выключил приемник и что-то сказал кавказцу. Между ними возник конфликт, который чуть не вылился в драку между ними. Если бы не третий мужчина, то они бы обязательно разодрались между собой. Внезапно один из мужчин что-то произнес. Они перестали ругаться и стали прислушиваться к шуму, приближавшейся к ним машины. Кавказец открыл багажник и достал оттуда автомат. Он передернул затвор автомата и сел на заднее сиденье машины. Второй мужчина достал пистолет и, проверив его, сел на пассажирское место.

Вскоре на дороге из-за поворота, показался синий джип. Пропустив его вперед, белая иномарка сразу же поехала за ним. Не прошло и минуты как ребята услышали выстрелы. Они испугались и побежали обратно в лагерь.

Ребята показали ему, где стояла автомашина с этими людьми. Отпустив мальчишек, он стал внимательно осматривать стоянку машины. Ему определенно повезло, что за все это время не было ни одного дождя, и земля была сухой. Ему удалось подобрать на месте стоянки автомашина, два окурка. Теперь следствие уже располагало кое-чем – стала известна марка «Тойоты», эта была «Камри».

Зиганшин вернулся в пионерский лагерь и, поговорив с начальником лагеря, взял с собой ребят из старшего отряда. Он на автобусе довез ребят до места, где джип свернул с трассы и, построив мальчишек цепью, повел их вперед. Через тридцать метров ребятам улыбнулась удача. Один из мальчиков обнаружил стреляную гильзу от автомата. В течение часа, ребята нашли шесть стреляных гильз. Пообедав в лагере, сотрудники милиции поехали в Заинск.

***

Время текло медленно. Виктор сидел в номере и ждал прихода девушки. Она появилась в строго оговоренное ей время. Он вышел вслед за ней из гостиницы и сел в припаркованную у гостиницы автомашину.

– Извините меня, – попросил он прощение у девушки. – Я утром даже не спросил у вас главное, как вас зовут?

– Меня зовут Сафина Роза или просто Роза, – ответила она и покраснела.

– А, меня, Абрамов Виктор Николаевич.

– Могли и не говорить, я и так уже знаю об этом. Сегодня на предприятие приехал начальник нашего ОБЭП, злой как черт. Говорит, что это вы вызвали его из очередного отпуска. Полдня бегал по предприятию, все грозил исполняющему обязанности директора, ревизией предприятия.

– Неужели у вас все испугались предстоящей ревизии и стали мелко дрожать, – поинтересовался он у нее.

Девушка посмотрела на Виктора и улыбнулась. Выехав за пределы поселка, она остановила машину у обочины.

– Виктор Николаевич! Я очень хочу, чтобы вы размотали здесь весь этот клубок. Если вы это не сделаете, то наша местная милиция никогда этого не сделает.

– Роза, почему вы такого плохого мнения о вашей местной милиции? Среди них много грамотных и порядочных людей. Нельзя же всех их причесывать одной гребенкой?

Она через силу улыбнулась.

– Вы знаете, здесь нет сотрудников, которые могли бы пойти против начальства. Они все здесь ручные, словно коты и четко выполняют лишь команды сверху.

– Интересно, интересно. Это откуда у вас, проживающей, как вы говорите в поселке чуть более шести месяцев такое негативное мнение о милиции?

Роза отвернулась от него и тихо зарыдала. Абрамов попытался ее успокоить, однако, все его попытки не увенчались успехом. Ее рыдания становились все сильнее и сильнее.

– Роза! Вы для чего меня пригласили сюда? Вы думаете, что мне приятно смотреть, как плачет молодая красивая девушка.

Она на какой-то миг замолчала, сдерживая рыдания.

– Все дело в том, что я любила Сибгатуллина и очень сильно переживала за него, особенно в последнее время. Вы знаете, наше предприятие образовалась в 1989 году, в результате акционирования местного ликероводочного завода. Оно на тот период уже не функционировало и буквально дышало на ладан. В результате акционирования Хисматов, бывший директор нашей завода выкупил тридцать процентов акций предприятия, а Сибгатуллин Раис – тридцать три процент. Все остальные акции, были выкуплены трудовым коллективом.

Чтобы поднять предприятие с колен он и Хисматов взяли в банке большой кредит. Им пришлось заложить в виде залога не только свои автомашины, но и свое жилье. На эти деньги они закупили новое импортное оборудование, установили его, и предприятие ожило буквально на глазах всего населения райцентра. Оно заработало и вскоре стало приносить неплохую стабильную прибыль.

Пока эти два человека занимались модернизацией производства за собственные деньги, местный глава районной администрации стал втайне от них скупать акции трудового коллектива по бросовым ценам. Когда они узнали об этом, разразился скандал районного значения. Выяснилось, что глава администрации не только скупил весь пакет акций, но уже успел продать этот пакет, какому-то никому не известному чиновнику из Казани, которого никто и никогда не видел в нашем райцентре.

Когда скандал стих, Хисматов и Сибгатуллин решили провести мероприятия по увеличению уставного капитала фирмы. Это мероприятие в случае его успешного осуществления позволило бы им обоим снизить долю этого чиновника. Однако, несмотря на все их усилия в этом направлении, они не смогли это провернуть. Об этой затее стало известно новому акционеру, и он пригрозил им судом, если они сделают это в тайне, от него.

Вскоре, Сибгатуллин узнал, то, что так долго от него скрывал Хисматов. Оказалось, что часть проданных работниками акций новому акционеру, на самом деле принадлежала лично Хисматову. Он в период приватизации выкупил их за свои деньги, но почему-то оформил на своих рабочих. Эти рабочие должны были вернуть ему эти акции в том году, однако, почему-то не сделали это, а продали их главе администрации района.

Хисматов был в шоке от этой сделки. Еще большим шоком оказалось то, что неизвестный новый акционер оказался близким родственником чиновника республиканского значения. Не посоветовавшись ни с кем, в том числе и с Сибгатуллиным, он поехал в Казань, где попытался встретиться с этим человеком, чтобы вернуть хотя бы какую-то часть законно принадлежавших ему акций.

Судя по всему, разговора у него с этим человеком не получилось, и он расстроенный этой неудачей вернулся обратно в поселок. Посоветовавшись с Сибгатуллиным, они решили организовать выпуск левой водки. Это решение позволяло бы им значительно сократить выпуск легальной водки, и таким образом снизить официальные доходы предприятия, подлежащих распределению между акционерами.

 

Однако, как только предприятие стало гнать эту неучтенную водку, то сразу же на предприятие нагрянули сотрудники ОБЭП и стали проводить ревизию. По указанию главы администрации района следственные органы возбудили уголовное дело по факту выпуска неучтенной продукции. Они передали очень большие деньги главе администрации, чтобы все это замять. Сам глава, не стал влезать в это дело, а отправил их обоих в Казань. Лишь только после встречи с казанским акционером возбужденное уголовное дело в отношении их было прекращено.

После этого случая к Хисматову стали подъезжать ребята сначала из Набережных Челнов, а затем и из Казани. Они требовали от него, что бы он продал свои акции по номинальной цене этому казанскому акционеру. Однако, ни уговоры, ни угрозы не подействовали на него. Он категорически отказался продавать свой пакет акций. Через некоторое время, они потребовали от него, чтобы он добровольно оставил должность директора и вообще уехал из района.

В какой-то момент он понял, что все это может закончиться для него весьма плачевно, и тогда он договорился с Сибгатуллиным, что в случае его гибели все его акции его жена должна была продать Сибгатуллину и ни кому другому. Единственным условием этой возможной сделки, было то, чтобы Сибгатуллин должен был обеспечить его семью всем необходимым для нормальной жизни. Они подписали и нотариально заверили свои подписями этот договор у нотариуса.

Я, не знаю, откуда, но об этом снова стало известно в Казани. Оттуда приехали юристы и через наш местный суд признали почему-то эту сделку не законной, так как она, по их мнению, была заведомо крупной и для ее проведения, необходимо было решение общего собрания акционеров, которого не было.

Хисматов в какой-то миг решился и написал письмо в прокуратуру республики. Я слышала от Сибгатуллина, что тот описал всю ситуацию, однако ответа на его письмо не последовало. По всей вероятности, Хисматов понял, что совершил большую ошибку и сразу же бросился спасать свою семью. Он успел вывести семью из райцентра в Челны, где проживала его родная сестра. На обратном пути в поселок, его убили в дороге.

Сафина замолчала. Она посмотрела на Абрамова, стараясь угадать, какое впечатление на меня произвел ее рассказ.

***

Выдержав небольшую паузу, Виктор попросил ее продолжить свой рассказ. Она снова зарыдала. Дав ей проплакаться, он взглянул на нее, ожидая ее дальнейшего рассказа.

– А, дальше было следующее. После убийства Хисматова, Сибгатуллин начал сильно сдавать, так как угрозы в его адрес стали сыпаться буквально со всех сторон. Вскоре, он узнал, что жена покойного, продала пакет акций, принадлежащих ее мужу, и собралась окончательно уехать из поселка. Теперь, основными акционерами стал человек из Казани и Сибгатуллин.

– Извините меня Роза, за мой нескромный вопрос, – прервав ее рассказ, обратился к ней Абрамов. Меня интересует, как вы познакомились с Сибгатуллиным и почему он доверился вам?

– Все произошло 23 февраля этого года. Мы поздравляли мужчин с праздником Советской Армии, после чего, еще живой Хисматов, организовал в конторе небольшой банкет. Было много веселья, вина. Я по всей вероятности не рассчитала свои силы и немного опьянела от шампанского. Сибгатуллин Раис оказался довольно тактичным человеком и предложил мне свои услуги. В тот вечер мы долго гуляли с ним и только тогда, когда я пришла в нормальное состояние, он проводил меня домой.

– Роза, насколько мне известно, он был женатым человеком? Я знаю, что у него была жена и двое детей? На что вы рассчитывали сами? На то, что он бросит свою семью, детей?

– Вы знаете, это он по паспорту был женат. На самом деле в тот момент он уже больше года, как не жил со своей семьей. Он оставил жене дом, машину, а сам снимал комнату у одной бабушки на окраине поселка.

– Извините меня Роза, но я этого не знал. Да и местные товарищи, мне об этом ничего не говорили.

– Так вот, после этого праздника мы стали встречаться с ним практически постоянно. Он много мне рассказывал о себе, о бывшей своей жене, но еще больше он мне рассказывал о своей работе. Раис никому на работе не верил и поэтому все рассказывал только мне одной. Он надеялся, что если что-то с ним произойдет, то я все это расскажу человеку, который будет заниматься этим делом.

В последнее время наше предприятие стало наращивать производительность, однако по документам, вы этого, наверняка, не увидите. Об этом знает лишь заведующий складом готовой продукции Тазиев Рустем. Я как-то случайно видела, что часть документов он постоянно забирает с работы домой и где-то ее прячет. Это истинные документы, а липовые, всегда находятся на его рабочим месте. Люди между собой говорят, что этот Тазиев является каким-то дальним родственником главе администрации, но я почему-то в это плохо верю. Я еще плохо знаю местных людей и после знакомства с Сибгатуллиным, старалась оградить себя от этих лишних знакомств. Вы знаете, что на двадцатое число этого месяца было назначено общее собрание акционеров нашего предприятия? На этом собрании должен был обязательно присутствовать и Раис, но его, к сожалению уже нет в живых. Теперь у нашего предприятия всего один хозяин. Вы думаете, почему я не называю ни одной фамилии? Если сказать честно, то я просто не знаю их. Раис мне никогда не называл эти фамилии, так как боялся за мою жизнь.

Роза замолчала и снова зарыдала. Ее рассказ позволил пережить ей снова любовь и смерть дорогого ей человека. Виктор сидел и молчал, так как не знал, чем он мог помочь ей. Немного успокоившись, она завела двигатель машины, и они поехали обратно в поселок. Проезжая по улице Терешковой Абрамов увидел, что в кабинете начальника милиции до сих пор горит свет.

– Роза, будьте так добры. Останови автомашину около милиции. Я хочу зайти в отдел милиции.

Она остановила машину.

– Виктор Николаевич! Дайте мне слово, что вы доведете это дело до конца. Больше мне рассчитывать кроме вас, здесь не на кого.

– Роза, я тоже человек системы и подчиняюсь приказам своего руководства. Если меня не остановят, то я обязательно доведу это дело до конца, – произнес Абрамов, выходя из машины.

– Спасибо, я буду надеяться, что вы отомстите им за Раиса.

***

Абрамов, молча, прошел мимо дежурной части и поднялся на второй этаж. Стараясь не греметь шагами, он осторожно прошел по коридору и без стука вошел в кабинет начальника милиции.

– Добрый вечер! Что, не спится?

Начальник милиции вздрогнул всем телом и удивленно посмотрел на Виктора. Перехватив, его испуганный взгляд, Абрамов невольно улыбнулся.

– Вот и мне, почему-то не спится. Я тоже, как и вы, все думаю об этом деле.

Начальник милиции, хотя внешне не выдавал своего волнения, однако, судя по его лицу, он был явно удивлен его вечерним посещением.

– Айдар Галямович! Вы, похоже, чем-то очень встревожены? Скажите, что вас тревожит? Не мой ли приезд к вам в район?

– С чего это вы взяли, Виктор Николаевич? Мне нечего волноваться. Я ничего такого не совершал, за что можно было бы переживать и не спать ночами.

– Вот и не правда. Насколько я знаю, это вы санкционировали возбуждение уголовного дела в отношении убитых руководителей агрофирмы? Мне бы хотелось узнать от вас, где это уголовное дело? Почему-то мне очень не терпится на него взглянуть? Кстати, скажите мне, почему это дело не было зарегистрировано в журнале?

Хисамутдинов заметно побледнел. Рука, державшая шариковую ручку, предательски задрожала и выдала его внутреннее волнение.

– Вы же не глупенький мальчик и догадываетесь, чем может обернуться для вас этот двойной учет. Думаю, что вы едва ли найдете поддержку в прокуратуре района, ведь два фигуранта этого уголовного дела были впоследствии убиты неизвестными нам лицами.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29 
Рейтинг@Mail.ru