bannerbannerbanner
Ашборнский пастор

Александр Дюма
Ашборнский пастор

XXXVIII. Отъезд

Сегодня вечером, в четверг 12 октября, дорогой мой Петрус, мы получили письмо от Вашего брата, сообщившего, что приход все еще остается вакантным и ждет нас.

Завтра, 13-го, мы выезжаем.

Единственное, что тревожит меня при отъезде, это вовсе не безумное предание, которое я безоговорочно считаю небылицей, а вопрос – там, на краю Англии, в том несчастном уголке Уэльса, найду ли я книги, необходимые мне для написания моего великого произведения.

Прощайте, дорогой мой Петрус; я уезжаю столь далеко и так основательно поворачиваюсь спиной к Кембриджу, что не решаюсь сказать Вам до свидания.

Любящий Вас и всегда преданный Вам

Уильям Бемрод, пастор уэстонского прихода.

Часть вторая

I. Уэльс

Из Уэстонского прихода в Уэльсе, 5 ноября 1754 года.

Дорогой мой Петрус!

Хотя Вы, конечно же погрузившись в выяснение какого-нибудь нового исторического факта, так и не ответили на письма, написанные мною по Вашей просьбе, я тем не менее продолжаю это повествование, с тем чтобы в один прекрасный день отправить его Вам.

Человек предполагает, а Бог располагает! Кто знает, сочиню ли я когда-нибудь великое произведение, предмет моих юношеских мечтаний?! Так вот, если мне и не удастся его написать, то, по крайней мере, я поведаю Вам о незатейливых событиях моей жизни, живописую в спокойных и мягких тонах картину моего быта, изложу историю двух простых сердец, живущих в согласии с духом Божьим, и, таким образом, безусловно благодаря тому, что Вы уделите место сему простодушному рассказу в Вашем превосходном трактате о человеческой природе, на земле не изгладится насовсем след моей жизни и жизни моей замечательной супруги после того, как мы умрем и будем бок о бок покоиться на кладбище, заросшем густой травой, уставленном поломанными крестами и усеянном замшелыми камнями, – на кладбище, которое я сейчас вижу из окна моего кабинета, сидя за письменным столом и сочиняя это послание.

Мы прибыли в Уэстон двенадцать дней тому назад и уже неделя, как обосновались в приходе.

О дорогой мой Петрус! И это то, что пембрукский ректор называет живописным обиталищем, приятным местопребыванием! Возможно, относительно рокового предания, связанного с этим приходом, он ошибся точно так же, как ошибся насчет самого прихода!

Насколько же отличается деревня Уэстон от моей очаровательной деревеньки Ашборн! Какая огромная разница между тем пасторским домом, где я прожил полгода, и этим мрачным зданием, где, вероятно, мне суждено прожить всю свою дальнейшую жизнь!

Однако сначала следует сообщить Вам, где я обретаюсь, обрисовать окружающий меня пейзаж, как это сделал бы художник, и вывести на сцену моих персонажей, как это сделал бы драматург.

Не знаю почему, но сразу же после приезда у меня появилось предчувствие, что мне не понадобится избыток воображения, чтобы написать тот замечательный роман, который был задуман мною в Ашборне и должен был сделать меня соперником лесажей, ричардсонов и прево.

Край, где я теперь живу, столь необычен, местная жизнь являет столь новую для меня форму, события, каким предстоит будоражить мое воображение, представляются мне столь непохожими на те, что происходят в других краях и в ином климате, что простое изложение моего нынешнего существования вполне сможет приобрести в будущем черты, характерные для художественного вымысла.

И вовсе не из-за Вас, дорогой мой Петрус, меня тянет рассказать, что такое княжество Уэльс, Камбрия[358] древних, ведь, когда я ныне берусь за перо, мне представляется, что начертанные мною строки имеют высокое предназначение и что пишу я не только для Вас одного, но и для моих современников, и для потомков!

Поскольку мои современники далеко не столь образованны, как Вы, дорогой мой Петрус, я, пребывая в надежде, что это сочинение будет однажды напечатанным, обязательно должен познакомить моих будущих читателей с тем уголком земли, куда я водворен на жительство.

То, что я намереваюсь написать, возможно, в один прекрасный день окажется не только набором сведений, но и поучительным уроком.

Скажу сразу: здешняя суровая и угрюмая местность ничуть не напоминает тот ласковый и плодородный край, который мне пришлось покинуть.

И в самом деле, даже если Вы проедете по всем двенадцати графствам, составляющим княжество Уэльс, если перед Вами предстанут все семьсот тысяч его обитателей, то Вы увидите пейзаж, откроете для себя нравы, услышите речь, которые, уверяю Вас, можно обнаружить только по ту сторону пролива, на западной оконечности Франции, у старых бретонцев,[359] потомков тех знаменитых галло,[360] – кимров[361] что дали второй Бретани ее древнее имя Камбрия и современное – Уэльс.

Точно таким же образом, как во времена судьбоносного переселения, заставлявшего аланов,.[362] аваров,[363] и гуннов[364] передвигаться с Востока на Запад, переправляясь при этом на своих широких щитах через большие и малые реки и через морские протоки, галло-кимры, их, если можно так выразиться, собратья по варварству, в один прекрасный день ударом топора отсекли кусок европейского континента, поставили паруса на стволы своих мрачных сосен и огромных дубов и, подгоняемые ветром, бросили, будучи отважными мореплавателями, свои железные якоря у земель, которые ныне образуют графства Монмут[365] Херефорд,[366] Шроп.[367] и Честер[368]

 

Быть может – и это знает только один предвечный Бог – быть может, то, что я ныне подаю как поэтический вымысел, является не чем иным, как реальностью столь древней, что она теряется в сумрачных далях истории. Разве Платон не сообщает об исчезнувшей земле под названием Атлантида, простиравшейся от Западной Африки до Южной Америки,[369] образуя над Атлантикой гигантский мост, по которому первобытные народы пересекли океан и заселили тот мир, который мы, современные гордецы, считаем своим открытием.

Некогда, во время планетарного катаклизма, устные предания о котором существовали еще за четыре столетия до рождения Иисуса Христа, эта горная цепь, продолжение Атласских гор,[370] до того словно подпиравшая небо, провалилась и исчезла.

Таким образом, кто сегодня скажет, не были ли Уэльс и Шотландия двумя плавучими Делосами,[371] двумя кусками затонувшего мира, один из которых пришел с Запада, а другой – с Востока, чтобы стиснуть Англию в том чудовищном объятии, в котором она, как ей казалось, уже дважды умирала?

Хотя Вы, дорогой мой Петрус, благодаря науке все можете видеть мысленно, уверен, Вам не удастся составить представление о деревне Уэстон, расположенной во впадине между двумя горами со скалистыми вершинами, построенной на берегах безымянной речушки и заселенной рудокопами, лица которых сумрачны, руки черны, спины сгорблены, а глаза постоянно моргают. Здесь невольно думаешь, что человек, этот мимолетный странник, вместо того чтобы выбраться на дневную поверхность к солнечному свету, зарылся поглубже ради ночной жизни на темных подземных дорогах, что ведут к центру земли.

Каждое мгновение всеобщая мать своими зияющими и пугающими зевами словно пожирает и вновь извергает на поверхность своих детей. Так что нет ничего необычного в том, что эти несчастные, постоянно добывая уголь, железо, серебро и свинец, похоже, заключили договор с духами земли и ночи и, даже сидя изредка у домашнего очага, хранят зловещие предания, усвоенные ими во тьме, где они проводят три четверти своей жизни.

Поэтому не стоит удивляться, если подобный народ, хотя и бывал порою побеждаем, все равно оставался непокорным. Римляне первыми попытались подчинить их себе, и имя Каратака,[372] еще и сегодня популярное, символизирующее девять лет сопротивления, не омрачалось даже поражением, превратившим силурского[373] героя в центральную фигуру триумфального шествия, возглавляемого победителем, имя которого все, исключая, наверное, только нас с Вами, дорогой мой Петрус, уже давно забыли.

Всем завоевателям Великобритании камбрийцы оказывали такое же сопротивление; датчане,[374] саксы,[375] норманны[376] поочередно видели этих людей стоящими в глубине их ущелий и на гребнях их гор.

Иногда, в летние месяцы, их враги немного продвигались вперед по их землям, завоевывали там некоторые населенные пункты, но вскоре наступал влажный и дождливый сезон, и тогда камбрийцы становились невидимыми; они прятали своих женщин в глубине долин, отправляли свои стада в горы, разрушали мосты, рыли траншеи и наблюдали, как тонет в болотных трясинах блестящая конница противников. Тщетно в дни своей победы враг разоружал местных жителей, заставлял их принести клятву и как залог исполнения этой клятвы брал заложников: при первом же удобном случае клятва нарушалась, а нарушившие ее меньше всего думали о заложниках, будь это даже их дочери. Однажды Иоанн,[377] сын Генриха II, прежде чем сесть за стол, велел повесить двадцать восемь камбрийских детей, старшему из которых не исполнилось и двенадцати лет!

Эдуард,[378] сын Альфреда Великого,[379] был первым, кто овладел этими высокими горами Северной Камбрии, которые до него не переходил ни один король Англии. Ошеломленные камбрийцы однажды увидели, как его стяг развевается на заснеженной вершине Крег-Эйри,[380] самой высокой среди их гор, этом Пинде[381] Запада, где любой, кто там засыпал, просыпался поэтом.

 

Благодаря баскам,[382] из которых по большей части состояло войско Эдуарда и которые чувствовали себя здесь словно в родных Пиренеях, ему удалось на этот раз одержать окончательную победу; Эдуард собрал предводителей побежденных и заявил им, что из уважения к их языку, который они столь доблестно защищали, он даст им вождя, рожденного в их стране и никогда не произносившего ни единого слова по-французски и по-английски.

Велика была радость и громогласны были крики одобрения несчастных камбрийцев, понявших буквально слова победителя; но радость сменилась печалью, а одобрительные возгласы – проклятиями, когда Эдуард I добавил:

– Вашим вождем и князем я ставлю моего сына Эдуарда,[383] родившегося неделю тому назад в Карнарвоне,[384] и отныне он будет носить имя Эдуард Карнарвонский.

Таким образом и получилось, что в память об этой победе Эдуарда I старшие сыновья королей Англии с 1282 года и до наших дней получают титул принца Уэльского.

Благодаря тому, что Эдуард выстроил на побережьях Камбрии укрепленные замки, и это давало ему возможность посылать туда войска морем; благодаря тому, что были полностью вырублены леса и мятежникам уже негде было укрываться; благодаря тому, что были уничтожены валлийские барды[385] и тем самым голос народа был потоплен в крови; благодаря тому, что был издан указ, согласно которому ни один природный валлиец не имел права занимать в стране даже самую ничтожную должность, – короли Англии считали, что держат под ярмом этих грозных побежденных.

На этот счет они ошибались.

Прежде всего, валлийцы, которых заставляли служить в английской армии в качестве легковооруженной пехоты, или жили в постоянной вражде с англичанами, которых они считали своими недругами, или переправлялись с оружием и скарбом к французам, которых они считали своими друзьями.

Как людей дружественных, французов всегда ожидали на побережье Камбрии. Глаза трех поколений устали всматриваться в туманные дали Северного моря, не покажется ли там белый с тремя лилиями флаг Франции.[386] Почти все воззвания Эдуарда III[387] и Ричарда II начинаются такими словами: «Принимая во внимание, что наши враги из Франции намерены высадиться в нашем княжестве Уэльс…» В итоге, поскольку эти столь долгожданные союзники не появлялись, валлийцы решили еще раз испытать судьбу, на этот раз полагаясь только на собственные силы. В конце 1400 года некий знатный валлиец, подвизавшийся при дворе короля Генриха IV[388] в надежде проявить себя там, нанес королю оскорбление (какое именно, история умалчивает) и потому был вынужден бежать из Лондона; преследуемый за нанесенное им оскорбление, беглец решил придать этому эпизоду такой оборот, который принес бы пользу народу: изгнанник укрылся среди своих соотечественников, представил себя преследуемым за политические убеждения, призвал все население к оружию и в итоге стал вождем того движения, которого жаждали все, но никто не решался возглавить.

Звали этого человека Оуэн Глендовер;[389] это имя при английском дворе переиначили на норманнский лад – Оуэн де Глендорли, и со дня восстания оно сопровождалось титулом «принц Уэльский».

В первых сражениях удача была на стороне восставших; они разбили английских ополченцев из графства Херефорд, победили фламандцев из Росса[390] и Пембрука и подошли к границам Англии; но здесь они встретились с самим королем Генрихом, который двинулся против них с многочисленным войском.

Перед этими силами валлийцы отступили, и часть их земель снова оказалась захваченной.

К счастью, все это происходило осенью. Союзники, которые должны были прийти с берегов Нормандии, так и не появились, но под осенними дождями дороги размокли, а реки вздулись и вышли из берегов. Это вынудило короля Генриха остановиться; но там, где из-за препятствия было прервано его продвижение вперед, он разбил лагерь, поклявшись, что здесь, находясь в палатках и при полном вооружении, он дождется конца зимы и наступления сухой погоды.

Размышляя таким образом, король Генрих не принял во внимание болезнь и голод, этих двух исхудалых и продрогших призраков, идущих следом за медлящими армиями; эти призраки явились в лагерь англичан, а вслед за тем там стали распространяться старинные народные поверья, приписывающие валлийским магам власть над ветром и дождем.

Оуэн Глендовер, по мнению англичан, заключил договор с королевой бурь. Это был вовсе не единственный договор, заключенный Оуэном Глендовером, ведь только что он подписал и такой:

«Карл,[391] милостью Божьей король Франции, и Оуэн, той же милостью принц Уэльский, заявляют, что они объединились и связаны между собой узами истинного согласия, истинной дружбы и надежного и прочного союза, направленного главным образом против Генриха Ланкастерского, врага вышепоименованных сеньоров, короля и принца, а также против его пособников и приспешников».

Этот Карл Французский был шестым королем, носившим такое имя, тем самым, кто через десять лет сошел с ума и вследствие своего безумия отдал нам Францию.[392]

На этот раз обещанная помощь прибыла. То был довольно большой флот, пришедший из Бреста;[393] он доставил шестьсот рыцарей и тысячу восемьсот пехотинцев под командованием Жанаде Рьё,[394] маршала Франции, и Рено де Анже,[395] командира арбалетчиков.

Флот причалил менее чем в трех милях от деревни, где я живу, дорогой мой Петрус, – другими словами, близ Милфорда. Если бы мне пришлось жить в то время, то с вершины горы, возвышающейся над пасторским домом, я при помощи моей подзорной трубы смог бы рассмотреть каждого из этой маленькой армии, которая присоединилась к восставшим валлийцам, прошла с ними на Кармартен,[396] пересекла Лландовери,[397] и направилась к городу Вустеру[398] в нескольких льё от которого повстанцы и французы встретили английское войско, а оно, вместо того чтобы дать им бой, отступило на холмы, где и стало ждать атаку неприятеля; но валлийцы и французы, вместо того чтобы атаковать врагов, и свою очередь заняли оборону и тоже стали ждать.

В такой позиции обе армии оставались на протяжении недели, вели перестрелку, но ничего иного не предпринимали. За эту неделю около сотни людей были убиты, а втрое большее число воинов умерло от усталости, голода и болезней. Особенно много жертв было среди французов, непривычных к местному климату; поэтому-то французы и склонили валлийское войско предпринять нападение. Однажды ночью они бесшумно вышли из укрытий и бросились в атаку, но не на войско англичан, а на их обозы и кухни, и разграбили их.

Тогда в войске Генриха поднялась тревога; оно разбежалось и отступило на английскую территорию.

Для восставших настал удачный момент; они могли бы преследовать противника и довершить свою победу; но того, чего французы насмотрелись в Уэльсе, для них было более чем достаточно; понимая, что в подобном походе предстоит испытать множество опасностей, а славы снискать мало, французы предоставили сражаться камбрийцам, поскольку те вознамерились выступить против новой армии, которую вел принц Уэльский, сын короля Генриха IV.[399] Французы предпочли высадиться в Сен-Поль-де-Леоне,[400] при этом со своим обычным хвастовством рассказывая, что они только что завершили такую кампанию, какую до них их соотечественники никогда еще не решались предпринять и во время которой, по их словам, они опустошили шестьдесят льё земель во владениях английского короля.

Итак, они, по всей видимости, пришли в Уэльс не для того, чтобы поддержать валлийцев, а для того, чтобы отомстить королю Генриху IV.

Лишившись своих союзников, валлийцы впервые потерпели поражение в 1407 году на берегах реки Аск,[401] о чем свидетельствует письмо, отправленное принцем Уэльским своему отцу:

«Грозный и самодержавный повелитель мой и отец! В одиннадцатый день сего месяца марта взбунтовавшиеся против Вас жители Гламоргана,[402] Аска,[403] Незервента[404] и Овер-вента соединились в войско числом в восемь тысяч человек; но против них собрались Ваши верные и отважные рыцари и выиграли битву».

С этой-то битвы и начинается действительный упадок валлийской народности, и – странное дело! – почти в то же самое время Бретань, эта праматерь Камбрии, объединилась с Францией посредством брака, заключенного между Людовиком XII..[405] и герцогиней Анной, вдовой Карла VIII[406]

Став на сторону Генриха Тюдора,[407] притязавшего на английский трон на основании того, что его мать вела свой род от Эдуарда III, валлийские мятежники, объединившись вокруг поднятого ими красного знамени, дошли с Генрихом до Босворта в графстве Лестер и под его командованием дали сражение, которым завершилась война Алой и Белой Розы вследствие смерти Ричарда III, тщетно предлагавшего, как говорит великий Шекспир, корону за коня.[408]

С тех пор княжество Уэльс фактически объединилось с Англией; но весь выигрыш валлийцев от этого союза свелся к тому, что новый король Генрих VII поместил на своем гербе рядом с тремя британскими леопардами камбрийского дракона[409] и создал новую должность помощника герольда, носившую название «красный дракон».

С этого времени, как бы ради точного выполнения заключенного между двумя сторонами договора, английские государи – при том, что династии их менялись, – ни в чем не изменили своей политики по отношению к несчастным валлийцам; они стали последовательно разрушать старинные обычаи камбрийцев, остатки их общественных учреждений и так все – вплоть до языка, последнего еще существующего памятника народа, скудевшего прямо на глазах.

Тем не менее, дорогой мой Петрус, Вы не сможете составить правильное представление о разнице между валлийцами и нашими англичанами, обитателями равнин.

Что касается меня, то, признаюсь, я не могу этого сделать и, хотя живу среди них уже целых две недели, поневоле вздрагиваю, когда на повороте дороги встречаю потомка этих древних кимров, облаченного в живописную одежду и здоровающегося со мной гортанным голосом на своем старинном гэльском наречии:

– Приветствую тебя и того, кто с тобою, человек с равнины!

Поскольку с таким приветствием обращались ко мне и тогда, когда я шел один, и тогда, когда меня кто-нибудь на самом деле сопровождал, то по прошествии нескольких дней я осведомился у старого барда, так сказать осколка прошлых веков, что означают эти слова, представлявшиеся мне довольно бессмысленными, если рядом со мной никого не было, или довольно вызывающими, если я прогуливался с Фиделем, хотя Фидель – славный пес; так вот, я осведомился у старого барда, что означают эти слова:

«Приветствую тебя и того, кто с тобою!»

И он мне объяснил:

– Человек никогда не остается в одиночестве; с самого дня его рождения Бог посылает ему ангела-хранителя, который не покидает человека до самой его кончины.

Таким образом, когда мы тебе говорим: «Приветствую тебя и того, кто с тобою, человек с равнины!», это означает: «Приветствую тебя и ангела-хранителя, дарованного тебе Господом!»

Таково, дорогой мой Петрус, краткое изложение местной истории, а также обозрение характера народа, среди которого я ныне обретаюсь.

Быть может, я высказывался несколько многословно и на ту, и на другую тему, но дело в том, что сегодня я вижу: мое истинное призвание – не эпическая поэзия, не трагедия, не драма, не философия и не нравоучительный роман; мне теперь кажется, что мое призвание – это история, и объемистое сочинение, которое должно составить мне репутацию и благосостояние, будет представлять собой то ли историческую хронику в духе Монстреле,[410] и Фруассара[411] то ли эссе – вроде опубликованного Юмом[412] в этом году и посвященного Англии или такого, какое Робертсон[413] периодически публикует о Шотландии.

Во всяком случае, тема моя выбрана: это история галло-кимров со времени их отплытия из Бретани до наших дней.

358Камбрия – латинское название современного Уэльса.
359Бретонцы – народность во Франции, живущая на полуострове Бретань на западе страны; потомки кельтов, переселившихся из Британии в V–VI вв. после завоевания острова германскими племенами англов и саксов.
360Галлы – группа племен, проживавших в древности на территории современных Северной Италии, Швейцарии, Франции и Бельгии; к I в. до н. э. были покорены Римом; считаются предками французов.
361Кимры – кельтские племена, жившие в древности на севере Франции и Бельгии.
362Аланы – ираноязычные племена сарматского происхождения, жившие с I в. н. э. в Приазовье и Предкавказье; предки нынешних осетин.
363Авары – тюркоязычный народ, вторгшийся в VI в. из Азии в Центральную Европу и образовавший там свое государство; в X в. были разгромлены венграми, после чего их имя в истории не упоминается.
364Гунны – кочевой народ Центральной Азии, создавший на территории Монголии и Южного Прибайкалья в III–II вв. до н. э. племенной союз; в I в. н. э. начали движение на запад и к IV в. заняли земли от Дона до Карпат; в сер. V в. под предводительством Аттилы совершили ряд опустошительных вторжений в пределы Римской империи и создали на ее территории государство, которое после смерти их вождя распалось.
365Графство Монмут (Монмутшир) расположено на западе Великобритании, на берегу Бристольского залива; до первой пол. XVI в. принадлежало Уэльсу; ныне в административном отношении входит в состав Англии; административный центр – Ньюпорт.
366Графство Херефорд (Херефордшир) расположено в западной части Англии, на границе с Уэльсом, на реке Уай; главный город – Херефорд.
367Графство Шроп (Шропшир) расположено на западе Англии, на реке Северн, на границе с Уэльсом; главный город – Шрусбери.
368Графство Честер (Чешир) расположено на западе Англии, на побережье Ирландского моря; входит в один из крупнейших промышленных районов страны; административный центр – город Честер.
369Имеется в виду древнегреческое предание о существовании огромного острова Атлантида в Атлантическом океане. Платон излагает это предание в диалогах «Тимей» и «Критий». Многочисленные толкования легенд об Атлантиде на основе геологических и исторических фактов нельзя признать научно обоснованными.
370Атласские горы – горная система, занимающая северо-запад Африки: между Средиземным морем, Атлантическим океаном и Сахарой; длина ее составляет около 2 500 км, а ширина – около 500 км.
371Делос – маленький остров в центре ахрипелага Киклады, в древности торговый центр в Эгейском море. В незапамятные времена остров Делос, согласно мифам, был плавучим, но он прирос ко дну, когда богиня Лето (рим. Латона) родила на нем Аполлона и Артемиду (Диану).
372Каратак (Карактакус;? – ок. 54) – герой бриттов, король Силурии; в течение девяти лет противостоял римским завоевателям; в конце концов был разбит римским военачальником Осторием Скапулой, взят в плен и доставлен в Рим; тронув сердце императора Клавдия своим благородным смирением, он был отпущен им на свободу.
373Силуры – могущественный народ, проживавший на юге современного Уэльса, в устье реки Северн; были покорены римлянами в 75 г.; столицей их был город Иска (соврем. Карлеон близ Ньюпорта).
374Датчане-викинги начали свои нападения на Великобританию в кон. VIII в.: сначала они ограничивались грабежом побережья, но затем захватили обширные земли внутри страны. Лишь в 879 г. между ними и англо-саксонским королем Альфредом Великим был заключен мир, разделивший Англию на саксонскую и датскую части. Однако с кон. X в. датские нашествия возобновились, и к 1017 г. почти вся Англия была завоевана ими. Но в сер. XI в. англо-саксонская знать, воспользовавшись ослаблением датчан в результате распада державы короля Канута II Великого (? – 1035), во владения которого входили Англия, Дания и Норвегия, восстановила свою власть, и во главе ее встал король Эдуард Исповедник (ок. 1004–1066; правил с 1042 г.).
375Саксы – германское племя; с сер. V в. вместе с северо-германскими племенами англов и ютов они стали переселяться в Британию, в течение нескольких столетий покорив и вытеснив с острова кельтские племена бриттов и ассимилировав кельтскую знать.
376Норманны (от франкского nortman – «северный человек») – западноевропейской название германских племен, населявших в раннем средневековье Ютландский и Скандинавский полуострова. Норманнская родовая знать в кон. VIII–XI в. предпринимала многочисленные грабительские и завоевательные походы по европейским морям, терроризируя не только жителей прибрежной полосы, но и проникая в глубь континента. Норманнские завоеватели (их называли также викингами, а на Руси – варягами) захватили ряд европейских территорий, а во Франции в X в. образовали герцогство Нормандию.
377Иоанн Безземельный (1167–1216) – младший сын короля Генриха II Плантагенета, английский король с 1199 г.; в результате неудачных войн с Францией потерял значительную часть своих владений там и признал себя вассалом папы; поборы и притеснение вызвали против него восстание баронов, поддержанных рыцарством и горожанами, что вынудило его подписать в 1215 г. Великую хартию вольностей, ограничивающую королевскую власть.
378Эдуард Старший – англосаксонский король (901–925), старший сын Альфреда Великого; прославился победами над норманнами-викингами, подавил восстание в Уэльсе; расширил владения короны.
379Альфред Великий (849–901) – король Англии с 871 г.; успешно воевал с датчанами и приостановил их наступление в Англии; провел административную реформу, разделившую провинции на графства; введенная им судебная организация стала основой суда присяжных; покровительствовал образованию; по его повелению был составлен кодекс обычного права; создатель английского военного флота. Однако речь здесь должна идти об английском короле из дома Плантагенетов Эдуарде I (1239–1307; правил с 1272 г.), сыне Генриха III. Именно он завоевал Уэльс, вел многочисленные междоусобные войны в пределах Великобритании; на континенте подчинил себе Гиень; в его царствование было принято много конституционных законов и окончательно вошел в жизнь королевства парламент.
380Топоним Крег-Эйри (Craig-Eiri) идентифицировать не удалось. Самая высокая горная вершина в Уэльсе и во всей Великобритании – Сноудон (1085 м), находящаяся недалеко от пролива Святого Георгия; возможно, о ней и идет речь.
381Пинд – лесистый хребет в Северной Греции, отделяющий Фессалию от Эпира; высота его свыше 2 600 м.
382Баски – потомки древнейшего населения Пиренейского полуострова; обитают в Северо-Западной Испании и Юго-Западной Франции по обоим склонам Пиренеев. В раннем средневековье баскские провинции Лабур и Сула входили в герцогство Гиень (Аквитания), которое в 1154 г. перешло под власть английских королей. Пиренеи – горная система на юго-западе Европы, между Бискайским заливом Атлантического океана и Средиземным морем; отделяет Испанию от Франции; длина ее более 1 000 км.
383Эдуард II (1284–1327) – король Англии с 1307 г.; вел неудачную внешнюю политику, своими распоряжениями внутри страны вызвал восстание баронов, был низложен решением парламента, отправлен в заключение и там убит; первым из наследников английского престола носил титул принца Уэльского.
384Карнарвон – главный город графства Карнарвоншир в Уэльсе; в 1283 г. Эдуард I построил в нем на развалинах римского военного лагеря укрепленный замок.
385Барды – здесь: народные певцы и сказители древних кельтских племен, которые стали позднее профессиональными поэтами, бродячими или жившими при княжеских дворах (главным образом Ирландии, Уэльса и Шотландии). Уэльские барды в XV–XVI вв. сыграли большую роль в создании современного валлийского языка. На нем в настоящее время говорят около одного миллиона человек (владеющих, правда, и английским языком), издаются газеты, ведется преподавание.
386Знамя королевской Франции было белого цвета с тремя золотыми лилиями – геральдическим знаком французских королей.
387Эдуард III (1312–1377) – английский король с 1327 г.; пришел к власти после кровавого восстания лордов во главе с его матерью Изабеллой против его отца Эдуарда II; вел агрессивную внешнюю политику; начал Столетнюю войну против Франции и сделал большие завоевания в этой стране и в Шотландии; однако войны (в которых к концу царствования он стал терпеть неудачи) и его расточительность значительно ухудшили экономическое и политическое положение Англии; в царствование Эдуарда III весьма усилилась роль нижней палаты парламента – Палаты общин, а английский язык окончательно вошел в быт высшего общества.
388Генрих IV Ланкастерский (1367–1413) – король Англии с 1399 г.; внук Эдуарда III и двоюродный брат Ричарда II; при поддержке феодалов севера страны низложил Ричарда и сам стал королем; царствование его прошло в феодальных смутах.
389Глендовер, Оуэн (Глендауэр; ок. 1354–1416) – один из уэльских князей, поднявший после воцарения Генриха IV восстание против него, слыл колдуном; персонаж исторической хроники Шекспира «Король Генрих IV».
390Росс – город к югу от Херефорда.
391Карл VI Безумный (1368–1422) – король Франции с 1380 г. из династии Валуа; его царствование ознаменовалось поражениями в Столетней войне, народными восстаниями и борьбой феодальных клик.
392Имеется в виду договор в Труа 1418 г., по которому Франция объявлялась частью Английского королевства, английский король Генрих V становился регентом Франции и наследником Карла VI.
393Брест – портовый город, расположенный на западной оконечности Франции, в провинции Бретань; известен со времен античности; крупнейшая французская военно-морская база на Атлантическом побережье.
394Жан де Рьё, сир де Рошфор (1342–1417) – французский военачальник, маршал Франции (1397), участник Столетней войны; происходил из знатной бретонской семьи.
395Рено де Анже (Renaud de Hengest) – сведений об этом персонаже найти не удалось.
396Кармартен – графство в южной части Уэльса, главный город – Кармартен.
397Лландовери – город в Южном Уэльсе, в графстве Кармартеншир, примерно в 80 км северо-восточнее города Кармартена.
398Вустер – город в Великобритании, на реке Северн, центр графства Вустершир.
399Имеется в виду будущий Генрих V Ланкастерский (1387–1422) – сын Генриха IV, король Англии с 1413 г.; возобновил Столетнюю войну, завершив свой поход договором в Труа.
400Сен-Поль-де-Леон – старинный приморский городок в Бретани, в северной части департамента Финистер; известен своими готическими церквами.
401Аск – река в восточной части Уэльса, впадающая в Бристольский залив Атлантического океана. Сражение на ней произошло во время восстания Глендовера, начавшегося в 1400 г. и окончившегося поражением валлийцев.
402Гламорган (точнее: Гламорганшир) – графство в Южном Уэльсе, на берегу Бристольского залива; административный центр – Кардифф.
403Аск – город в Уэльсе, в графстве Монмутшир, на реке Аск.
404Топонимы Незервент (Netherwent) и Овервент (Overwent) идентифицировать не удалось; возможно, речь идет о Нижнем (Южном) и Верхнем (Северном) Уэльсе.
405Людовик XII (1462–1515) – король Франции с 1498 г., внук Людовика, герцога Орлеанского (1371–1407), брата Карла VI Безумного.
406Карл VIII (1470–1498) – король Франции с 1483 г.; сын Людовика XI и Шарлотты Савойской, с 1491 г. состоял в браке с Анной Бретонской; в 1494 г. своим походом в Неаполь положил начало войнам 1494–1559 гг. за обладание Италией. Анна Бретонская (1476–1514) – владетельная герцогиня Бретани с 1488 г., в 1491 г. вышла замуж за французского короля Карла VIII, и тем самым Бретань, последнее полунезависимое княжество на французской территории, было присоединено к Франции. После смерти в 1498 г. бездетного Карла VIII присоединение Бретани было фактически аннулировано и новый король, троюродный дядя Карла VIII, герцог Людовик Орлеанский, он же Людовик XII, поспешил в 1499 г. вступить в брак со вдовой своего предшественника, для чего он развелся, под предлогом бездетности, со своей женой, Жанной Французской (1464–1504), дочерью Людовика XI.
407Генрих Тюдор, граф Ричмонд (1456–1509) был сын английской принцессы Маргариты Бофор, праправнучки Эдуарда III, на чем основывались ее права на английский престол, и валлийского дворянина Эдмонда Тюдора, сына от второго брака Екатерины Французской, вдовы Генриха V, и сводного брата Генриха IV. В 1483 г. он стал главой оппозиции дому Йорков и в 1485 г. занял английский престол под именем Генриха VII. Женившись на дочери Эдуарда IV Йоркского Елизавете, он объединил обе ветви дома Плантагенетов – Ланкастеров (чьим дальним родственником он был) и Йорков и положил начало новой династии Тюдоров. Всю свою жизнь он вел борьбу с крупными феодалами, но избегал внешних войн.
408У селения Босворт в графстве Лестершир в Восточной Англии 21 августа 1485 г. граф Ричмонд разбил войска короля Ричарда III. Война Алой и Белой розы (1455–1485) – крупнейшая феодальная междоусобица в Англии, в которой боролись за престол две ветви королевской династии Плантагенетов: Ланкастеры (в гербе которых была алая роза) и Йорки (белая роза). Война, в ходе которой корона несколько раз переходила из рук в руки, принесла Англии огромные людские потери (была уничтожена почти вся феодальная знать, в том числе члены соперничавших династий) и разорение. Важнейшим ее итогом было ослабление феодальных и укрепление буржуазных отношений. «Венец мой за коня!» (англ. «My kingdom for a horse!») – слова короля Ричарда III из исторической хроники У.Шекспира «Король Ричард III», которые он произносит на поле проигранной им битвы.
409Герб Великобритании состоит из четырех частей: первая (верхняя левая) и четвертая (нижняя правая) несут одинаковые изображения трех золотых леопардов и представляют Англию; вторая (верхняя правая) несет изображение стоящего льва и представляет Шотландию; третья (нижняя левая) несет изображение золотой арфы и представляет Ирландию.
410Монстреле, Ангерран де (ок. 1390–1453) – французский летописец; его хроника, отражающая интересы герцогов Бургундских и продолжающая труд Фруассара, состоит из двух книг и охватывает период с 1400 по 1444 гг.
411Фруассар, Жан (ок. 1337 – после 1404) – французский хронист и поэт, именуемый в историографии средних веков «певцом рыцарства»; с 1381 г. каноник аббатства в городе Шиме; его знаменитая четырехтомная «Хроника Франции, Англии, Шотландии и Испании», охватывающая периоде 1325 по 1400 гг., – бесценный источник сведений о жизни феодального общества.
412Юм, Дэвид (1711–1776) – английский историк, автор работ по психологии, истории и философии, в которой он выступает как субъективный идеалист; его основной исторический труд «История Англии», принесший ему славу и богатство, выходил в свет частями в 1754, 1756 и 1761 гг.
413Робертсон, Уильям (1721–1793) – английский историк, автор грандиозной «Истории Шотландии» (1753–1759) и ряда других исторических сочинений; с 1741 г. был приходским священником.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42 
Рейтинг@Mail.ru