Жестокая война. Ближний Восток в огне

Владимир Вольфович Жириновский
Жестокая война. Ближний Восток в огне

Какой бы ни была ситуация в Сирии, Ираке, Иране, Египте, Саудовской Аравии или Турции, главный детонатор в Палестине постоянно искрит и находится в готовности номер один для подрыва всего узла ближневосточных конфликтов.

С обострением ситуации в эпицентре конфликта обостряется противостояние между политическими силами и странами, стоящими за конфликтующими сторонами.

Израильские власти называют ракетные и танковые атаки на палестинские объекты «акциями возмездия», но при этом начинает действовать уже отмеченный нами механизм: чем жестче политика Израиля по отношению к палестинцам и их лидерам, тем активнее террористическая деятельность против Израиля.

У палестинцев, которые не имеют ни современной авиации, ни артиллерии, ни бронетехники, ни других современных средств ведения войны, единственным ответом может быть только террор – индивидуальный и коллективный.

За последнее время небывалых в Новейшей истории масштабов достиг так называемый «смертный терроризм». Обострение ситуации в эпицентре ближневосточного конфликта влечет за собой расширение терроризма практически во всем мире, поскольку он направлен и против тех, кто поддерживает Израиль.

Что касается России, то ей нецелесообразно занимать безоглядно произраильскую позицию, поскольку она ущербна с двух точек зрения.

Во-первых, наша страна теряет влияние на арабских оппонентов Израиля. Во-вторых, стимулируется терроризм на собственной территории.

С международно-правовой точки зрения такая позиция тоже не выдерживает критики, поскольку противоречит многочисленным решениям Генеральной Ассамблеи ООН, ряду резолюций Совета Безопасности ООН и других международных организаций.

Постоянные столкновения на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа, а также между Израилем и действующей в Южном Ливане проиранской организацией «Хезболла» привели к сотням человеческих жертв, в основном среди палестинцев, поскольку израильская армия и полиция действуют намного грамотнее и эффективнее, чем их враги.

С 1974 года появились некоторые признаки арабского единства. Наиболее радикальные арабские страны уже оказали возможную помощь палестинской стороне, несмотря на жесткую блокаду Израилем ее основных каналов.

Ряд арабских стран тогда даже выразил прямую готовность принять участие в военных действиях против «сионистского врага». А семейство Саудидов – верных слуг США – даже выразило недовольство произраильской американской позицией.

Впервые за всю свою историю ближневосточный конфликт не только в политическом, но и военном плане охватил такие государства, как Иордания, Иран (об этом говорят факты захвата оружия, якобы предназначенного для палестинского восстания).

Степень кровопролития в эпицентре конфликта (Палестина) превосходит все имевшиеся ранее. Борьба палестинского народа за самоопределение все больше приобретает общемусульманский характер.

Не случайно исламский фактор сыграл значительную роль в образовании балканской кризисной воронки и продолжает оказывать существенное влияние на все мировые конфликты, где одной из сторон являются мусульмане (включая Индию, Индонезию и Филиппины).

В настоящее время ситуация в Палестине на первый взгляд вроде бы затихла. Она, если кратко, характеризуется для всех сторонучастниц общим знаменателем – выжидательной позицией.

Это связано в первую очередь с победой в феврале 2006 года на парламентских выборах в Палестине самого непримиримого противника Израиля – движения ХАМАС (исламского движения сопротивления), штаб-квартира которого находится в Тегеране.

Что интересно, несмотря на экономическую нестабильность в секторе Газа, правящая там с июля 2007 года ХАМАС до сих пор пользуется уважением среди народа, что позволяет ей вести рациональную политику в отношении Израиля, действуя больше на фронтах внешней политики, нежели в уличных перестрелках.

Для многих аналитиков и специалистов по Ближнему Востоку такая тактика ХАМАС является свидетельством стремления палестинцев использовать имеющиеся возможности для создания своего независимого государства.

Движение ХАМАС представляет интересы не только мусульман, но и христиан: оно контролирует Газу и Западный берег Иордана. В городе Вифлеем мэром тогда же был избран представитель ХАМАС – православный христианин. Православная церковь Палестины и Иерусалимский патриархат поддержали ХАМАС на выборах.

В целом в сложившейся сложной ситуации в ближневосточной воронке виновен американский гегемонизм, который проводит нынешняя американская элита. Она подтолкнула США на войну с Ираком, а сейчас разрабатывает военные планы против Ирана.

Однако в гораздо большей степени арабские страны беспокоит ядерный арсенал Израиля, насчитывающий, по мнению международных экспертов в области вооружений, по меньшей мере 200 боеголовок, включая авиабомбы, боеголовки ракет и нестратегическое оружие.

Израиль официально не признает наличие у него ядерного оружия, но и не отрицает этого. Кроме того, он отказывается сотрудничать по данному вопросу с международными организациями, прежде всего с МАГАТЭ.

Арабов всерьез беспокоит тот факт, что поддерживаемый США Израиль стремится быть единственным государством на Ближнем Востоке, обладающим оружием массового поражения.

Данное обстоятельство расценивается как стремление Израиля нарушить относительный военный паритет и утвердить свое господство на Ближнем Востоке. Попытки Израиля монополизировать право на обладание ядерным оружием на Ближнем Востоке рассматриваются как желание Израиля установить свою гегемонию и воспринимаются как прямая угроза региональной безопасности и главное препятствие для развития сотрудничества в регионе.

В последнее время появились сообщения, свидетельствующие о стремлении Израиля не только к более тесным отношениям с НАТО, но и даже о его вступлении в этот военно-политический блок.

Сообщается, что в Иерусалиме идут дискуссии о том, каким образом строить отношения с Североатлантическим альянсом.

Процесс начался более десяти лет назад – 24 февраля 2005 года, когда Израиль посетил генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер.

Визит главы Североатлантического альянса стал первым визитом за всю историю Израиля. Этот шаг расценивался в Израиле как приглашение к участию в альянсе. Однако это оказалось не совсем так, поскольку для США Израиль – фигура, которую можно пожертвовать, если ставки в геополитической игре на Ближнем Востоке будут достаточно высоки. Жертвовать же всем альянсом, пустив в него Израиль, США не собираются.

Поэтому до сих пор Израиль кормят обещаниями, а он тратит более 10 % своего ВВП на оборону, его действующие вооруженные силы насчитывают 167 тысяч мужчин и женщин, а корпус резервистов – 358 тысяч.

В распоряжении Израиля имеется серьезный ядерный потенциал и хорошо оснащенные ВМС и ВВС. По сути, Израиль уже работает на НАТО, поскольку разведывательные возможности Израиля поставлены на службу США, что позволяет осуществлять информационный контроль Восточного Средиземноморья.

Однако уже не в первый раз было отмечено, что деятельность ядерных центров Израиля несет большую угрозу для безопасности и экологии арабских стран и всего ближневосточного региона.

Без ядерного разоружения на Ближнем Востоке невозможно достигнуть прочного мира, что создает тупиковую ситуацию в решении вопросов безопасности в регионе.

Политика защиты слабых от угнетения со стороны сильных держав, находит поддержку у палестинцев, четыре миллиона которых находятся в положении беженцев. Проблемы палестинцев достигли почти катастрофической черты, поскольку перспективы трудоустройства избыточной массы населения, как на территории Газы, так и в регионе в настоящее время представляются нереальными.

До тех пор пока не будут определены границы размежевания палестинцев и израильтян, а беженцы не вернутся в свои дома, мир на Ближнем Востоке невозможен.

Поскольку наша книга носит не только научно-аналитический, но и практический характер, следует обозначить конкретные меры, которые могут привести к нормализации ситуации на Ближнем Востоке в соответствии с интересами России.

1. Россия придерживается международно-правовой концепции, вытекающей из соответствующих резолюций и решений ООН: резолюции ГА ООН № 181/2 от 29 ноября 1947 года «О разделе Палестины»; резолюции СБ ООН № 242 1967 года и № 338 от 1974 года в совокупности с решениями ГА ООН от 1974 года, признающими палестинцев в качестве народа, лишенного своей родины: как участник процесса ближневосточного урегулирования, Россия поддерживает соглашение от 13 сентября 1993 года «О создании Палестинской автономии», рассматривает это соглашение как первый шаг к созданию реальной палестинской государственности, без которой урегулирование невозможно; Израиль отказывается от концепции «единого и неделимого» Иерусалима – его общепризнанной столицей остается Тель- Авив. Статус Иерусалима и Вифлеема должен быть определен на основе резолюции 1947 года ГА ООН «О разделе Палестины». Такой подход – единственный выход для Израиля из фактически начавшейся гражданской войны; этот вопрос является предметом переговоров заинтересованных сторон.

Проблема израильских поселений на Западном берегу реки Иордан, в секторе Газа и на Голанских высотах (Сирия) решается в рамках концепции многонациональности. Представляется, что сохранить (восстановить) мир возможно только в случае мирной интеграции многонационального Израиля. Первый шаг в этом направлении был сделан еще И. Бараком, который провозгласил «светскую революцию в Израиле». На наш взгляд, необходимо сделать следующий шаг: провозгласить Израиль многонациональным государством с равными правами всех этносов и конфессий (евреев, сабров, сефардов, ашкенази, арабов, друзов и др.).

Россия рассматривает урегулирование на Ближнем Востоке только комплексно. Учитывая, что фактическими участниками ближневосточного процесса являются многие арабские страны, Иран, ряд европейских стран, мировые сионистские организации, то и решать проблему необходимо с учетом интересов всех заинтересованных сторон. Если же следовать американскому плану, то проблема будет нерешаема в принципе.

 

Россия как участник процесса ближневосточного урегулирования предлагает провести в Москве международную мирную конференцию по Ближнему Востоку в расширенном формате. Один из вариантов широкого формата:

–президент России;

–премьер-министр Израиля;

–президент Всемирного еврейского конгресса;

–представитель Европейского союза по международным делам и безопасности;

–лидер палестинского народа;

–генеральный секретарь Лиги арабских государств;

–генеральный секретарь ОПЕК;

–представители сопредельных арабских государств – Египта, Иордании, Сирии, Ливана.

Возможен и более узкий формат конкретных переговоров.

Одновременно создается рабочая группа из представителей спецслужб заинтересованных государств для выработки механизма гарантий удержания ситуации от широкомасштабной гражданской войны, постепенно перерастающей в региональную (в нее фактически уже втянуты Иордания, Иран, Ливан).

К этому следует добавить, что после крайнего обострения терроризма на территории Израиля и Палестинской автономии вновь становится актуальным первоначальный тезис: «Мир в обмен на землю».

РАЗДЕЛ II. ТАКТИКА

ТУРЕЦКИЙ ФАКТОР

С 2015 года Турция стала одним из главных игроков за доской ближневосточных шахмат. Но шла она к этой роли не один десяток лет.

Во второй половине 1980-х и первой половине 1990-х годов в мире и в регионе Ближнего и Среднего Востока, Причерноморья, Закавказья и Центральной Азии произошли события, которые коренным образом повлияли на внешнюю политику Турции.

В годы холодной войны задача Турции как члена НАТО состояла в том, чтобы препятствовать расширению Советского Союза в геополитическом пространстве.

Внешняя политика, проводимая Турцией в то время, соответствовала этой стратегической задаче западного блока. Исключение составило лишь ее поведение в период кипрского кризиса 1974 года, когда вооруженные силы Турции вторглись на территорию северного Кипра. Остров в результате оказался разделенным на север, контролируемый турками-киприотами (а в действительности – Турцией), и юг, контролируемый греками-киприотами.

Соответственно, Турция, как член западного сообщества, участвовала в политических, оборонительных, экономических структурах Запада, получала помощь прежде всего Мирового банка, МВФ и других организаций.

С середины 1980-х годов система двухполюсного мира, сохранявшаяся в течение 40 лет, стала меняться. С исчезновением Восточного блока, роспуском Организации Варшавского Договора, и в целом с окончанием холодной войны для Турции, ранее не имевшей возможности проводить политику, отвечавшую ее национальным интересам, наступили новые времена.

Первоначально переход к ним сопровождался определенной растерянностью властей, поскольку утеря своей стратегической значимости лишала Турцию прежнего чувства безопасности.

Несмотря на то что с распадом Восточного блока советская угроза уменьшилась, в новых условиях сохранялось ощущение угрозы со стороны некоторых соседей Турции.

Иран, Ирак и Сирия стали обладателями мощного (в том числе, вероятно, и химического) оружия и средствами его доставки.

Их ракеты типа «земля – земля» дальностью от 50 до 650 км, а также иранская ракета «Шахид-2» (с дальностью полета свыше 1300 км), стали представлять угрозу безопасности Турции.

Обеспокоенные таким соседством турецкие власти предприняли энергичные меры по технологическому обновлению, отраслевой перестройке оборонной промышленности во второй половине 1980-х годов, расширению сотрудничества с США в этой области, в частности в сборке в Турции самолетов F-16.

Рейтинг@Mail.ru