Полное собрание сочинений. Том 13. Май ~ сентябрь 1906

Владимир Ленин
Полное собрание сочинений. Том 13. Май ~ сентябрь 1906

К итогам съезда

«Есть признаки, – пишет сегодня «Речь»{44}, – указывающие на то, что блестящий успех оппозиции оживил старые иллюзии, казавшиеся похороненными, и грозит вернуть революционное движение на тот путь бланкизма, с которого благоразумное «меньшинство» русской социал-демократии так усердно старалось свести его после неудачи декабрьского «вооруженного восстания»».

Ценное признание, над которым стоит подумать русским рабочим. За что оскорбляет буржуазия некоторых социал-демократов, похлопывая их по плечу, как благоразумных? За то, что они усердно старались свести движение с пути бланкизма, с пути «декабрьского». Правда ли, что декабрьская борьба была бланкизмом? Нет, неправда. Бланкизм есть теория, отрицающая классовую борьбу. Бланкизм ожидает избавления человечества от наемного рабства не путем классовой борьбы пролетариата, а путем заговора небольшого интеллигентного меньшинства. Был ли такой заговор или что-либо похожее на него в декабре? Ничего похожего на заговор не было. Это было классовое движение огромных масс пролетариата, пустившего в ход чисто пролетарское орудие борьбы, стачку, и присоединившего к себе невиданные на русской политической арене массы полупролетариев (железнодорожники, почтовые служащие и т. д.), крестьян (Юг, Кавказ, Прибалтийский край) и мелких буржуа городов (Москва). По-средством жупела «бланкизм» буржуазия хочет принизить, опорочить, оклеветать борьбу народа за власть. Буржуазии выгодно, чтобы пролетарии и крестьяне боролись только за уступки старой власти.

Социал-демократы правого крыла пускают в ход «бланкизм» просто для красного словца в полемике. Буржуазия превращает это словечко в оружие против пролетариата: «Будьте благоразумны, рабочие! Боритесь за расширение прав кадетской Думы, доставайте каштаны из огня для буржуазии, но не смейте думать о таком безумстве, анархизме, бланкизме, как борьба за полную власть народа!»

Правду ли говорят либеральные буржуа, будто правые социал-демократы усердно старались свести движение с пути и приемов октября и декабря? К сожалению, это правда. Не все с.-д. правого крыла сознавали такое значение своей тактики, но действительное значение ее было именно таково. Настаивать на участии в выборах в Думу по существу означало поддержку кадетов, хоронивших революцию и называвших революционную борьбу «старой иллюзией». Все три, принципиально важнейшие, резолюции Объединительного съезда, которые приняты правым крылом социал-демократии, несмотря на ожесточенную борьбу левых с.-д., – аграрная программа, резолюция о Государственной думе и резолюция о вооруженном восстании – носят на себе явные следы стремления «благоразумной части социал-демократии» свести революционное движение с пути октября – декабря. Возьмите пресловутую «муниципализацию». Правда, под нашим давлением, первоначальный масловский проект муниципализации двинут несомненно влево. Вместо «отчуждение» поставлено «конфискация», допущен раздел земель, вставлена поддержка «революционных выступлений крестьянства вплоть до конфискации» и т. д. Но все же осталась, хотя и кастрированная, муниципализация. Муниципализация есть передача помещичьих земель демократическим земствам. Революционные крестьяне не пойдут на это. Они справедливо не доверяют и будут не доверять земствам, хотя бы демократическим, пока этот демократизм на местах совмещается с недемократической центральной властью. Они справедливо отвергнут передачу земель и местным и центральным органам власти, пока вся, безусловно вся, власть не явится выборной народом, подотчетной и сменяемой. А это условие, несмотря на борьбу левых с.-д., отклонено съездом. Вместо передачи земли народу, когда он выбирает все государственные власти, съезд принял передачу земель местным выборным органам власти! И каковы были мотивы съезда? Не нужно, видите ли, идеи захвата власти в программе; нужны гарантии от реставрации. Но боязнь захвата власти революционным крестьянством есть чисто кадетская боязнь крестьянской революции.

А гарантия от реставрации в настоящем смысле слова может быть лишь одна: социалистический переворот на Западе. Помимо этого условия ничто на свете не может гарантировать нас от реставрации недемократической центральной власти, пока есть капитализм и мелкий товаропроизводитель, всегда шаткий, всегда неустойчивый. Вместо праздных мечтаний об относительных гарантиях от реставрации мы должны, следовательно, думать о доведении нашей революции до конца. На съезде же правое крыло социал-демократов нашло гарантии от реставрации в том, что приняло программу, похожую на сделку с реставрацией: мы гарантируем себя от реставрации недемократической центральной власти, если умолчим в аграрной программе о необходимости полного демократизма этой власти…

Возьмите резолюцию о Государственной думе. Съезд принял ее, когда избирательные победы кадетов были уже фактом. И съезд, несмотря на наши протесты, говорит о Думе народных представителей вообще, а не о реальной кадетской Думе. Правое крыло с.-д. не захотело указать двуличной природы этой Думы, – оно не предупредило рабочих о той контрреволюционной роли, которую стремится играть кадетская Дума, – оно не согласилось сказать прямо и определенно: социалистические рабочие должны идти с крестьянской и революционной демократией против кадетов. Оно выразило пожелание иметь с.-д. парламентскую фракцию, не подумав хорошенько, есть ли у нас парламент, есть ли у нас с.-д. парламентарии.

Возьмите третью из названных выше резолюций. Она начинается ультрареволюционной фразой и тем не менее она проникнута вся духом скептического, если не отрицательного, отношения к октябрьско-декабрьской борьбе. В ней нет ни слова об учете исторического опыта, приобретенного русским пролетариатом и русским народом в конце 1905 года. В ней нет признания того, как с исторической неизбежностью выросли в прошлом и вырастают снова теперь вполне определенные формы борьбы. Мы наметили только в самых кратких и общих чертах те основные недостатки резолюций, из-за которых шла борьба на съезде. Мы еще не раз вернемся к затронутым здесь вопросам. Партия пролетариата должна тщательно обсудить и пересмотреть их, опираясь на те новые данные, которые приносит нам кадетская Дума и быстро развертывающаяся картина нового подъема. Партия пролетариата должна выработать в себе уменье строго критически относиться к резолюциям ее представителей. И дружный хор буржуазной печати, восхваляющей благоразумных пай-мальчиков русской социал-демократии, ясно указывает пролетариату на существование известной болезни в партии.

Мы должны излечить и мы излечим эту болезнь.

Написано б (19) мая 1906 г.

Напечатано 7 мая 1906 г. в газете «Волна» № 11 Подпись: Н. Л—н

Печатается по тексту газеты

Дума и народ

Вопрос об отношении Думы к народу стоит на очереди дня. Его обсуждают все, и особенно усердно обсуждают господствующие в Думе кадеты. Вот один из интереснейших отзывов левокадетской «Нашей Жизни»{45}, которая выражает нередко точку зрения лучших из к.-д.

«Естественно является вопрос, где границы единения Думы с народом? Где те пределы, за которыми Дума или станет игрушкой народных страстей или же, напротив, она оторвется от населения и партий? Опасными отношения к Думе со стороны населения будут в том случае, если они будут стихийными. Произойдет какое-либо крупное событие, – и взрыв стихийного недовольства тотчас же отразится на Думе, которой нелегко будет устоять в положении самостоятельного и организованно действующего органа народной воли. История, хотя бы той же французской революций, не раз давала примеры, когда народные представители являлись игрушкой толпы. Но может быть и наоборот – полное равнодушие. Можем ли мы с уверенностью сказать, что в случае разгона Думы она действительно будет поддержана народом, не отойдут ли, скептически улыбаясь, в сторону и те, кто требуют сейчас же от Думы особенно радикальных решений, не скажут ли они: вот мы предсказали, что Дума бессильна. Но что и когда они сделают?».

И автор зовет к организации всяких клубов и собраний для установления живой связи между Думой и населением. «Благожелательная критика Думы и активная поддержка ее – вот благородная задача настоящего момента».

Как рельефно отражается в этих благожелательных речах благородно-мыслящего кадета бессилие его партии и той Думы, в которой царит эта партия! Клубы, собрания, живая связь с народом… К чему говорить с такой важностью о вещах, само собою понятных? Неужели стоит доказывать пользу клубов и собраний? Первое же дуновение свободного ветерка в связи с подъемом, который мы переживаем, повело к митингам, к созданию клубов, к развитию печати. Это дело пойдет, пока внешние препятствия не поставят точки. Но ведь все это касается лишь вопроса, так сказать, технического: клубы, собрания, газеты, печать, петиции (выдвигаются особенно нашими с.-д. правого крыла) – все это помогает Думе знать мнение народа, народу знать Думу. Все это тысячу раз необходимо, конечно. Все это организует и осведомляет, несомненно. Все это создает «связь», – но подумайте только, о какой связи идет речь? О чисто технической связи. С.-д. рабочие организации должны тщательно следить за кадетской Думой. Это неоспоримо. Но при самом лучшем осведомлении и при самой лучшей организованности, их «связь» не будет связью интересов, совпадением задач, тождеством политического поведения. А в этом суть дела. Наш благородный радикал за вопросом о средствах связывания просмотрел содержание того, что связывает, просмотрел различие классовых интересов, расхождение политических задач.

 

Почему он просмотрел это? Потому что он, будучи кадетом, не способен заметить или боится признать, что кадетская Дума стоит позади широкой массы народа. Дума не ведет за собой массу сознательного крестьянства в борьбе за землю и за свободу, – Дума отстает от крестьянства, урезывая размах его борьбы. О том, насколько Дума отстает от пролетариата, нечего и говорить. Кадетская Дума – не вождь крестьянской массы и рабочего класса, а «благородный» посредник, мечтающий о союзе направо и о симпатии слева. Кадетская Дума есть то, что сделали из Думы кадеты. А партия «народной свободы» есть буржуазная партия, колеблющаяся между демократической мелкой буржуазией и контрреволюционной крупной, между стремлением опереться на народ и боязнью его революционной самодеятельности. Чем острее становится борьба между народом и старой властью, тем невыносимее положение посредника, тем бессильнее те, кто колеблется. Отсюда – тот унылый тон, которым отмечена приведенная цитата и все речи кадетов. Отсюда их горькие жалобы на свое собственное бессилие. Отсюда их вечные попытки свалить на народ свою слабость, нерешительность, неустойчивость.

Вдумайтесь хорошенько, какое значение имеет эта боязнь «благородного» буржуазного радикала: как бы Дума не стала игрушкой народных страстей, игрушкой толпы! Эти жалкие люди чувствуют, что они не могут быть органом народной страсти, вождем народа, – и вот свое бессилие, свою отсталость валят они на народ, презрительно называя его толпой, высокомерно отказываясь от роли «игрушки». А между тем вся та свобода, которая еще есть в России, завоевана только «толпой», только тем народом, который самоотверженно шел на улицу, который приносил неисчислимые жертвы в борьбе, который делами своими поддержал великий лозунг: смерть или свобода. Все эти выступления народа были выступлением толпы. Вся новая эра в России завоевана и держится только народной страстью.

А вы, партия слов о «народной свободе», вы боитесь народной страсти, вы боитесь толпы. И вы еще смеете обвинять «толпу» в равнодушии! Вы, скептики по природе, скептики во всей своей программе, скептики во всей своей половинчатой тактике, называете «скептицизмом» народа его неверие в ваши фразы! Ваш политический кругозор не выходит из области вопроса: поддержит ли народ Думу?

Мы поворачиваем этот вопрос. Поддерживают ли народ кадеты в Думе? Или они идут позади народа? Поддержат ли эти скептики народ тогда, когда он «сделает» то, что он уже делал ради свободы? Или они будут бросать ему палки под колеса, расхолаживать его энергию, обвинять его в анархизме и бланкизме, в стихийности безумия и в безумстве стихии?

Но крестьянская масса и рабочий класс сделают свое дело, презрительно отбросив в сторону жалкие страхи и сомнения дряблой буржуазной интеллигенции. Они не будут поддерживать Думу, – они поддержат те свои требования, которые так неполно и недостаточно выразила кадетская Дума.

Кадеты мнят себя пупом земли. Они мечтают о мирном парламентаризме. Они приняли мечты за действительность. Они, изволите видеть, борются, их надо поддерживать. Не наоборот ли, господа? Не вы ли сами постоянно поминаете то слово, которое и в голову не приходит никому в странах действительного парламентаризма, слово: «разгонят Думу»? Кто захочет подумать серьезно о значении этого слова, о том положении вещей, при котором приходится говорить это слово, тот поймет, что нам предстоит либо мерзость запустения, подкрашенная фальшивыми фразами, либо новое дело толпы, новое дело великой народной страсти.

От кадетов мы не можем ждать помощи этому делу. Думское меньшинство, «Трудовая группа» и «рабочая группа», будем надеяться, поставят вопрос не по-кадетски. Не поддержки себе будут они просить у народа, не силой объявят они себя в нашем игрушечном парламенте, – они направят все свои усилия, всю свою работу на то, чтобы поддержать хоть в чем-нибудь это великое грядущее дело.

«Волна» № 12, 9 мая 1906 г.

Печатается по тексту газеты «Волна»

Среди газет и журналов{46}

В статье «Либеральные похвалы» в № 6 «Невской Газеты» т. Л. М. хочет доказать, что буржуазия хвалит правых с.-д., как истинных с.-д., и ругает левых с.-д., как анархистов. Буржуазия, дескать, особенно боится анархизма, как грубого способа борьбы, бомб и т. п.

Этот взгляд есть прямая насмешка над истиной.

Неужели тов. Л. М. не знает, что бернштейнианцев в Германии, мильеранистов{47} во Франции буржуазия хвалила именно за оппортунизм их, за притупление ими противоречий в острой борьбе? Неужели Л. М. «поумнел» уже настолько, что бернштейнианцев и мильеранистов склонен считать истинными с.-д.?

Или пусть т. Л. М. подумает хотя бы об отношении русской либеральной буржуазии к народовольческому и эсерскому террору до последнего времени и к декабрьским формам борьбы теперь. Ведь либеральная буржуазия хвалила эсеров больше, чем с.-д., когда террор был направлен против ненавистного ей самодержавия. Не так ли, т. Л. М.? А как вы думаете, тов. Л. М., похвалила бы либеральная буржуазия правых с.-д., если бы они покинули свою теперешнюю позицию и стали на точку зрения чистого парламентаризма? И как тогда, т. Л. М., скажете ли вы, что либеральная буржуазия просто не понимает, что чистый парламентаризм с.-д. в данный момент гораздо вреднее для нее и гораздо полезнее для пролетариата, чем теперешняя позиция правых с.-д.?

«Волна» № 12, 9 мая 1906 г.

Печатается по тексту газеты «Волна»

К резолюции большевиков о государственной думе{48}

Печатая этот проект резолюции, мы предлагаем беспристрастным людям решить: дает ли этот проект хоть какой-нибудь повод играть словами: «анархизм», «бланкизм» и т. п. Кроме того, какую резолюцию оправдала жизнь: ту ли, которую принял съезд, или эту? Не ясно ли теперь, что Дума может быть использована лишь косвенно? Не ясно ли теперь, какая из этих двух резолюций идет непосредственнее навстречу действительно революционной демократии и вернее учитывает «кадетизм», как проявился он в Думе, на практике?

«Волна» № 12, 9 мая 1906 г.

Печатается по тексту газеты «Волна»

Рабочая группа в государственной думе

В Гос. думе есть рабочая группа из 15 человек. Как прошли в Думу эти депутаты? Их кандидатуры не выставляли рабочие организации. Их не уполномочила партия представлять ее интересы в Думе. Ни одна местная организация РСДРП не делала постановления (хотя могла его сделать) о проведении своих членов в Гос. думу.

Рабочие депутаты прошли в Думу непартийным путем. Почти все, или даже все, прошли посредством прямых или косвенных, молчаливых или признанных, соглашений с кадетами. Многие прошли в Думу так, что нельзя разобрать, в качестве к.-д. или с.-д. они были выбраны. Это факт и факт громадной политической важности. Замалчивать его, как делают ныне многие с.-д., и непростительно и бесполезно. Непростительно, ибо это значит играть втемную с избирателями вообще и с рабочей партией в особенности. Бесполезно, ибо этот факт неизбежно дает себя знать в ходе событий.

Объединительный съезд РСДРП, признав желательным образование парламентской фракции с.-д., сделал ошибку, не учтя этого факта. Из напечатанной нами вчера резолюции левых с.-д.[23] видно, что указание на этот факт было сделано съезду. Но справедливость требует сказать, что, по настоянию левого крыла, съезд принял очень важную инструкцию ЦК партии. Неопубликование этой резолюции есть важный пробел в том издании ЦК, из которого мы перепечатали резолюции съезда. Резолюция о парламентской фракции поручает ЦК осведомлять все партийные организации о том, 1) кого именно, 2) когда именно и 3) на каких условиях именно признал ЦК представителем партии в Г. думе. Далее, она поручает ЦК давать партии периодические отчеты о деятельности парламентской фракции и, наконец, возлагает на рабочие организации, членами которых состоят с.-д. депутаты Гос. думы, обязанность специального контроля за этими депутатами.

Отметив эту, чрезвычайно важную, резолюцию, перейдем дальше к рассмотрению вопроса о рабочей группе в Думе. Пройдя в Думу, вождь этой группы, Михайличенко, заявил себя социал-демократом. В лице его рабочая группа выразила ясное стремление отделиться от к.-д. и стать действительно с.-д. группой.

Такое стремление заслуживает полного сочувствия. Мы были на съезде против образования официальной парламентской фракции. Наши мотивы точно и подробно изложены в напечатанной вчера нашей резолюции. Но само собою разумеется, что наш отрицательный взгляд на уместность образования официальной парламентской фракции нисколько не мешает нам поддерживать всякое стремление всякого рабочего представителя подвинуться от к.-д. к с.-д.

Но от стремления до выполнения есть еще известное расстояние. Недостаточно заявить себя социал-демократом. Надо вести действительно социал-демократическую рабочую политику. Конечно, мы вполне понимаем трудность положения новичков-парламентариев. Мы прекрасно знаем, что надо снисходительно относиться к ошибкам тех из них, кто начинает переход от к.-д. к с.-д. Но если им суждено совершить этот переход до конца, то только путем открытой и прямой критики этих ошибок. Смотреть сквозь пальцы на эти ошибки было бы непростительным грехом и перед с.-д. партией, и перед всем пролетариатом.

Одну ошибку рабочей группы в Думе необходимо теперь отметить. Через несколько дней после голосования ответа на тронную речь, члены рабочей группы заявили в газетах, что они «от участия в голосовании воздержались и не хотели только устроить из своего отказа демонстрацию, чтобы не смешиваться с группой графа Гейдена»{49}. Кадеты – партия колебаний между революцией и реакцией. Против этой партии всегда должны и всегда будут демонстрировать Гейдены справа, с.-д. слева. Отказ устроить демонстрацию был ошибкой рабочей группы. Она должна была прямо и во всеуслышание сказать через головы кадетов всему народу: «Вы берете фальшивый тон, господа кадеты. В вашем адресе сквозит дух сделки. Бросьте дипломатию. Скажите громко, что крестьяне требуют всей земли, что крестьяне должны получить без выкупа всю землю. Скажите, что народ требует полной свободы, что народ возьмет себе всю власть, чтобы обеспечить на деле, а не на бумаге только, свободу. Не верьте писанным «конституциям», верьте только силе борющегося народа! Мы голосуем против вашего адреса».

 

Если бы рабочая группа сказала это, она совершила бы акт действительно социал-демократической рабочей политики. Этим она не только выразила бы интересы рабочих, но и интересы всего борющегося за свободу революционного народа. И она сказала бы тогда по поводу отказа в аудиенции: «Смотрите, господа кадеты, вы получили хороший урок. Вы достойно наказаны за фальшивый тон вашего адреса. Если вы будете продолжать в том же тоне, – придет день и не далекий день, когда народ помянет вас «насмешкой горькою обманутого сына над изболтавшимся отцом»»{50}.

Повторим еще раз, во избежание злостного перетолкования наших слов: мы критикуем поведение рабочей группы не для того, чтобы бросать упреки ее членам, а для того, чтобы помочь политическому развитию русского пролетариата и крестьянства.

И с этой же точки зрения мы должны указать серьезную ошибку «Невской Газеты». «Мы не можем рассматривать инцидента с адресом, – пишет она, – как повод для прекращения деятельности Думы»… «Мы не видим оснований сейчас же ставить вопрос ребром» (№ 6). Это фальшивый тон. Социал-демократам неприлично корчить из себя людей, которые могли бы отвечать за Думу. Если бы с.-д. были в большинстве в Думе, Дума не была бы Думой, или с.-д. не были бы с.-д. Пусть кадеты целиком отвечают за Думу. Пусть народ на их, а не на нашей, шкуре учится избавлению от конституционных иллюзий.

Вы сами говорите, товарищи: «пролетариат не допустит предоставления гг. Милюковым свободы сделок со старым режимом». Прекрасные слова. Но в чем суть кадетских сделок? Не в личном предательстве, конечно. Такой грубый взгляд в корне чужд марксизму. Суть сделок в том и только в том, что к.-д. не сходят и сходить не хотят с почвы сохранения власти за старым режимом, с почвы велений, исходящих от этого последнего. Кадеты, оставаясь кадетами, совершенно правы, когда говорят: сойти с этой почвы значит поставить вопрос ребром, значит дать повод к прекращению деятельности Думы.

Социал-демократам неприлично рассуждать так, чтобы народ мог видеть в их рассуждениях оправдание кадетов. Не оправдывать должны мы их лицемерные речи, будто все было в «вежливости» Думы и «невежливости» Трепова (Струве в «Думе»). Мы должны разоблачать это лицемерие и поставить «первый урок», полученный кадетами, в связь с первородной фальшью всей их позиции, всего их адреса. Не с точки зрения внутридумской должны мы оценивать революционное положение страны. Наоборот: с точки зрения революционного положения страны должны мы оценивать внутридумские вопросы и инциденты.

Написано 9 (22) мая 1906 г.

Напечатано 10 мая 1906 г. в газете «Волна» № 13.

Печатается по тексту газеты

4448 «Речь» – ежедневная газета, центральный орган партии кадетов; выходила в Петербурге с 23 февраля (8 марта) 1906 года под фактической редакцией П. Н. Милюкова и И. В. Гессена, при ближайшем участии М. М. Винавера, П. Д. Долгорукова, П. Б. Струве и других. Закрыта Военно-революционным комитетом при Петроградском Совете 26 октября (8 ноября) 1917 года. До августа 1918 года продолжала выходить под разными названиями: «Наша Речь», «Свободная Речь», «Век», «Новая Речь», «Наш Век».
45«Наша Жизнь» – ежедневная газета либерального направления; выходила в Петербурге с перерывами с 6 (19) ноября 1904 года по 11 (24) июля 1906 года.
46В легальных большевистских газетах весны и лета 1906 года – «Волна», «Вперед», «Эхо» – имелся отдел «Среди газет и журналов», в котором давались обзоры печати. Многие статьи и заметки этого отдела написаны Лениным.
47Мильеранисты – представители оппортунистического течения в социал-демократии – мильеранизма, названного по имени французского социалиста-реформиста А.-Э. Мильерана, который в 1899 году вошел в состав реакционного буржуазного правительства Франции и поддерживал его антинародную политику. Вступление Мильерана в буржуазное правительство явилось ярким выражением политики классового сотрудничества оппортунистических лидеров социал-демократии с буржуазией, отказом их от революционной борьбы, предательством интересов трудящихся классов. Характеризуя мильеранизм как ревизионизм и ренегатство, Ленин указывал, что социал-реформисты, входя в буржуазное правительство, непременно оказывались подставными фигурами, ширмой для капиталистов, орудием обмана масс этим правительством.
48Заметка написана в качестве послесловия к напечатанному в газете «Волна» № 12 от 9 мая 1906 года проекту резолюции «О Государственной думе», который был внесен В. И. Лениным на IV (Объединительный) съезд РСДРП (см. Сочинения, 5 изд., том 12, стр. 377–378).
23См. Сочинения, 5 изд., том 12, стр. 377–378. Ред.
49Группа графа Гейдена – «левое» крыло фракции октябристов в I Государственной думе, к которому примыкали также некоторые правые кадеты. На заседании Думы 5(18) мая 1906 года, при обсуждении ответного адреса Думы на тронную речь царя, группа Гейдена отказалась голосовать за текст адреса, составленный кадетами в конституционно-монархическом духе, считая его слишком радикальным, и покинула зал заседаний. После роспуска I Государственной думы группа оформилась в близкую к октябристам партию «мирного обновления». Политическую характеристику Гейдена и его группы В. И. Ленин дал в статье «Памяти графа Гейдена» (см. Сочинения, 4 изд., том 13, стр. 35–42).
50Приводятся слова из стихотворения М. Ю. Лермонтова «Дума» (см. М. Ю. Лермонтов. Сочинения в шести томах, т. 2, 1954, стр. 114).
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34 
Рейтинг@Mail.ru