Полное собрание сочинений. Том 13. Май ~ сентябрь 1906

Владимир Ленин
Полное собрание сочинений. Том 13. Май ~ сентябрь 1906

Полезная полемика

Длинное сообщение горемыкинского правительства о «мерах к улучшению быта крестьянства» посвящено более чем наполовину полемике с крестьянскими взглядами и с народными речами («слухами», по пренебрежительному выражению горемычников). Полемика эта чрезвычайно полезная. Горемыкинское правительство спорит с «русским крестьянством», называет «неверными» его взгляды, доказывает крестьянам, что их требования и планы «противны прежде всего выгодам самого крестьянства».

Вот это похвально, господа Горемыкины, что вы пробуете действовать словом убеждения! Давно бы так. Чем розгой, да нагайкой, пулей или прикладом, обращались бы вы, в самом деле, к крестьянству с доводами. Правительственное сообщение перепечатают чуть ли не все газеты, его прочтут крестьянам и священники, и земские, и волостные старшины, и урядники. А крестьяне пораздумают над этим сообщением. Крестьяне поучатся у правительства уму-разуму, как следует им понимать свои настоящие выгоды. И, подумав да поучившись у правительства, крестьяне по большинству голосов решили бы, на чьей стороне правда. Хорошо бы, если бы было так. Но очень уж нехорошо бывает, когда Горемыкины и их слуги одной рукой крестьян избивают, калечат и убивают, а другой рукой – затыкают им рот «сообщениями» о правильном понимании крестьянских выгод. Крестьянские газеты закрываются, крестьянские ходоки и члены Крестьянского союза сидят по тюрьмам или в Сибири, деревни наводнены войсками, точно неприятельские области, – а горемыкинское правительство иссеченному и избитому крестьянству подкладывает сообщение о том, что секут их и бьют для их же собственной пользы!

Полезное сообщение! Прекрасное действие произведет оно на крестьян. Правительство взяло на себя частичку работы Трудовой или крестьянской группы в Думе. Этой группе следовало бы обратиться к народу, рассказать о требованиях крестьянских депутатов в Думе насчет земли для крестьян, рассказать об ответе правительства на эти требования. Трудовая группа не собралась еще сделать этого. Правительство пришло ей на помощь. Умное наше правительство. Оно само напечатало сообщение ко всему народу и рассказало про крестьянские требования.

Теперь даже в самых захолустных деревнях, даже в таких, где не слыхали о Крестьянском союзе и о крестьянских депутатах в Думе (если есть такие деревни, – наверное, впрочем, есть, дикая ведь наша страна), даже там прочтет попик или старшина сообщение правительства. Соберутся крестьяне, прослушают молча, разойдутся. А потом сойдутся одни, без начальства. И станут толковать. Станут обсуждать правительственное уверение, что чиновники и правительство не отстаивают выгоды помещиков. Посмеются. Скажут: знает кошка, чье мясо съела! Поговорят о том, что добровольное отчуждение земли помещиками, да еще чрез посредство чиновников, выгоднее для крестьян, чем принудительное отчуждение (может быть и без выкупа). Посмеются. Скажут: как это мы, дураки, до сих пор не заметили, что выгоднее нам помещиков и чиновников слушаться, чем самим решать все дела?

А, может быть, и не только посмеются крестьяне? Может быть, пораздумают и еще кое о чем, не только со смехом, но и со злобой? Может быть, сделают себе вывод не только о том, где правда и где неправда, но и о том, как добиться правды?..

Умное наше правительство!

Впрочем, кадетский председатель Гос. думы, г. Муромцев, не велит употреблять этого слова: правительство. Это неверно, изволите видеть. Дума – тоже часть правительства. Надо говорить: министерство. Тогда выйдет совсем «как у хороших господ»: Дума – законодательствует, министерство исполняет; Дума есть часть правительства.

Милый г. Муромцев! Милые кадетики! Они так аккуратно вызубрили немецкие учебники государственного права. Они знают дело лучше Горемыкина, который в сообщении ни слова не сказал о Думе, а все время говорил о правительстве. Кто прав: Горемыкин или Муромцев? Как надо говорить: министерство или правительство?

Горемыкин прав. Он по свойственному ему качеству… гм! гм! по свойственной ему тонкости ума – … нечаянно сказал правду. Муромцевы по свойственной им профессорской учености говорят приличную ложь.

Крестьяне будут учиться уму-разуму от Горемыкина, а не от Муромцева. Они захотят посчитаться не с министерством, а с правительством. И они окажутся правы.

«Эхо» № 1, 22 июня 1906 г.

Печатается по тексту газеты «Эхо»

Помощь голодающим и думская тактика

Сегодняшние газеты сообщают, что в среду 21-го июня состоялось заседание соединенных бюджетной и продовольственной комиссий Государственной думы. Обсуждалось предложение министров внутренних дел и финансов об ассигновании 50 миллионов на помощь голодающим. «Комиссия постановила предложить Гос. думе ассигновать на ближайшие нужды 15 млн. руб. и позаимствовать их из текущих счетов и предложить министерству представить свои соображения относительно сокращения расходов по текущей смете на указанную сумму. Предложение министерства о внутреннем займе в 50 млн. руб. отвергнуто» («Речь», 22 июня).

Вопрос об ассигновании денег на помощь голодающим имеет громадную важность. За всеми стадиями этого вопроса каждый сознательный гражданин должен следить с неослабным вниманием.

Напомним, прежде всего, что первоначально возник вопрос о Государственной думе такой: можно ли давать деньги правительству погромщиков или следует самой Думе взять, все дело помощи голодающим в свои руки? Депутат Аладьин сначала высказался за правильное, т. е. второе решение вопроса. Он предложил избрать думские комиссии, послать думских депутатов на места, обратиться к «вольным учреждениям», сосредоточить у них и деньги и все дело помощи голодающим. Ни копейки гг. Гурко и Дурново! говорил Аладьин при аплодисментах думской левой и криках: верно. Аладьин, как известно, не удержался на верной позиции. Взлетел он высоко, а сел на насест в кадетском курятнике. Депутаты с.-д. сделали ошибку, не взяв слова для громовой речи по этому вопросу. Дума приняла кадетскую формулу перехода к очередным делам.

Этим был решен по-кадетски, по-помещичьи, по-либеральному основной принципиальный вопрос. Дума отказалась стать орудием революции в этом деле. Дума убоялась народа, устрашилась обращения к народу. Дума в принципе согласилась оставить дело помощи голодающим за гг. Гурко и погромщиками-министрами. Кадетская дума показала этим, что она хочет не бороться с народом против погромщиков, а лишь давить на погромщиков при помощи народа, лишь обуздать немного погромщиков, не устраняя их совершенно.

Наступила вторая стадия вопроса. Как же будут теперь кадеты давить на погромщиков? Началась торговля между думской комиссией и министрами. На заседание комиссии 21 июня прибыли министры внутренних дел и финансов. Дума, не пожелавшая иметь дело с народом и с «вольными учреждениями», не пожелавшая с ними переговаривать, – стала вести переговоры с этими министрами. «Ни копейки гг. министрам» – это осталось фразой. Переговоры с гг. министрами стали делом. Министры просили разрешения на заем. Думская комиссия отказала. Она потребовала, чтобы деньги взяли из росписи текущего года, т. е. чтобы сократили некоторые вредные расходы и, таким образом, набрали сумму в помощь голодным. Этим тактическим приемом, этим обходным движением Дума захватывает себе некоторую частичку права контролировать бюджет государства. Бюджет утвержден помимо народных представителей, а теперь косвенным путем достигается пересмотр его для сокращения вредных расходов и для получения денег на полезные расходы.

Такова вторая стадия вопроса. Кадеты, т. е. партия либеральных помещиков, либеральных буржуа, хотят контролировать органы старой власти, хотят подчинить их своему влиянию, хотят их причесать, обмыть, приодеть, заменить Столыпиных Набоковыми, но не хотят заменить все эти органы и учреждения старой, полицейской, крепостнической власти – вольными учреждениями народа, свободно выбранными должностными лицами всего народа. Как достать деньги на помощь голодающим? Кому поручить расходование этих миллионов? Три главные ответа дают на этот вопрос три главные политические силы современной эпохи. Правительство полицейских погромщиков отвечает: деньги взять из нового займа, чтобы не трогать нашего полицейски-погромщического бюджета. Деньги расходовать нам же, полицейским и погромщикам. Рабочий класс и все сознательное крестьянство отвечают: деньги собрать самому народу и самому же израсходовать их через «вольные учреждения», действительно всеми выбранные, действительно с грязной полицией не связанные. Воспользоваться этими вольными учреждениями для широкого, массового движения, направленного к переходу всей власти в государстве и всей «казны» в руки народа. Либеральные помещики и либеральные буржуа («кадеты») отвечают: не хотим мы «вольных учреждений», боимся мы их. Народ пойдет тогда «слишком» далеко. Останемся лучше при старых погромщиках, почистив да поскоблив их капельку. Деньги взять из их же бюджета, сократив вредные расходы. Поручить тратить эти деньги тому же правительству погромщиков, постаравшись поставить его под контроль нас, либеральных помещиков.

Ясные ответы. Ясная позиция правительства, буржуазии и пролетариата. За кем только пойдет крестьянство?

Либеральная буржуазия, кадеты, колеблется между правительством и народом. Положение колеблющихся двусмысленное. Легко сказать: взять деньги из текущей росписи, сократив вредные расходы! Но деньги нужны немедленно, а на такую операцию требуется согласие Гос. совета и главы государства. Значит, кадеты рассчитывают добиться добровольного согласия высших чиновников и камарильи. На чем основан расчет кадетов? На возможной сделке из-за состава будущего министерства.

Надо смотреть действительности прямо в глаза. Нечего лицемерить. Нечего играть в прятки. Ассигновка денег на помощь голодающим служит поводом к торговле между кадетами и правительством погромщиков, между кадетами и камарильей. Уступите нам, господа погромщики, назначьте Муромцева в премьеры вместо Ермолова, – а мы уступим вам и дадим, может 15, а может и все 50 миллионов на помощь голодающим без «опасного» (и для вас, погромщиков, и для нас, помещиков) обращения к «вольным учреждениям» народа.

 

Именно такой смысл имеют теперешние думские события. Именно такой смысл имеет сегодняшняя статья г. Ещина в кадетской «Речи», статья, специально одобренная, с маленькими оговорочками, передовицей «Речи» и доказывающая, что Дума должна дать денег правительству погромщиков, «обставив эту ассигновку всеми теми условиями, какие может поставить Дума».

Политическая ситуация ясна. Перед нашими с.-д. депутатами в Думе встает серьезнейшая задача. Во-первых, они должны дать генеральное сражение кадетам, когда в Думе будет обсуждаться доклад бюджетной и продовольственной комиссии. Они должны потребовать обращения к «вольным учреждениям» народа, раскрыть глаза крестьянам на то, почему кадеты, среди которых столько помещиков, боятся народа, которому нужна вся земля и без всякого выкупа и вся воля. Они должны потребовать голосования своей резолюции по этому вопросу, чтобы закрепить за партией пролетариата сочувствие всех трудящихся масс и чтобы выставить открыто и ясно для всех всю шаткость и трусость либеральных помещиков.

Во-вторых, когда кадеты провалят предложение об обращении к вольным учреждениям, с.-д. должны дать им второе сражение на следующей линии наших укреплений. Надо потребовать объяснений, почему это комиссия (бюджетная вместе с продовольственной) не опубликовала всех подробностей переговоров с почтеннейшими господами министрами внутренних дел и финансов. Надо хорошо приготовиться к более обстоятельной и решительной критике всего бюджета, чем это сделали кадеты в комиссии. С думской трибуны раздадутся тогда голоса, раскрывающие беспощадно двойную игру кадетов, разоблачающие все «тайны» российского бюджета полицейских погромщиков, – бюджета, в котором десятки и сотни миллионов бросаются на помощь землевладельцам и капиталистам, на военные авантюры, на «помощь» шпионам и жандармам, на вознаграждение всяких сановных героев маньчжурской трагедии, на содержание бездны грабящих и притесняющих народ чиновников. С думской трибуны раздадутся голоса, которые насчитывают не 15 и не 50 миллионов вредных расходов.

Кадеты хотят слегка лишь пожурить правительство. Перед социал-демократией ответят и погромщики в первую голову и сами господа кадеты за их стремление затушевать всю глубину розни между камарильей и народом.

Написано 22 июня (5 июля) 1906 г.

Напечатано 23 июня 1906 г. в газете «Эхо» № 2

Печатается по тексту газеты

Переговоры о министерстве

Вчера мы сообщили газетные вести о предполагаемом министерстве Ермолова, Урусова, Набокова, Гейдена и пр.[47] Сегодня «Речь» пишет об этом списке: «Члены к.-д. партии включены в список его составителями, очевидно, лишь предположительно; в действительности к.-д. партия не примет участия в кабинете такого характера».

Очень хорошо, господа кадеты! Но откуда знает «Речь», что к.-д. партия не примет участия в таком кабинете?

Как «откуда», спросит читатель. Ведь «Речь» и есть главный орган кадетов? Правильно. Но мы именно хотим обратить внимание на то, что такой партии, как к.-д., имевшей легальные съезды, господствующей в Государственной думе, партии богатой, «просвещенной» и либеральной, неприлично, в высокой степени неприлично, играть в прятки. Не пора ли сказать, что «Речь» есть официальный и главный орган партии? Не пора ли печатать резолюции ЦК кадетской партии? Одно из двух, господа: или ваша партия официально не обсуждала вопроса, в каком министерстве она «примет участие». Тогда надо прямо так и сказать. Тогда «Речь» должна говорить не от имени партии к.-д., а от своего имени, т. е. «мы убеждены, что партия к.-д. не примет участия» и т. д.

Или ваша партия обсуждала официально этот вопрос. Тогда надо опубликовать протоколы этого обсуждения, ибо молчание ваше будет подтверждать то, что вы ведете негласные переговоры за спиной народа.

«Сегодня говорят уже о списке более чистого типа», пишет также «Речь», приводя лишь имена Ермолова, Тимирязева, Гейдена, Стаховича, т. е. чиновников и октябристов без кадетов. Итак, переговоры были. Кадетов спросили – может быть, через «партию центра» в Государственном совете – пойдете ли в такое министерство? Кадеты ответили: нет, в такое не пойдем.

Так, что ли, господа к.-д.? Были переговоры или нет? Говорили вы о том, каковы ваши условия или нет? Состояли эти условия исключительно в назначении определенных лиц в министры или также в полной амнистии, в гарантии свобод, в уничтожении Государственного совета, в согласии на всеобщее избирательное право?

Пока партия к.-д. официально не даст полного и совершенно точного ответа на эти вопросы, до тех пор мы не устанем повторять народу: граждане, берегитесь! За спиной народа ведутся «неофициальные» переговоры членов партии «народной свободы» о продаже по сходной цене народной свободы.

Написано 22 июня (5 июля) 1906 г.

Напечатано 23 июня 1906 г. в газете «Эхо» № 2

Печатается по тексту газеты

Среди газет и журналов

Тов. Н. Рахметов рассуждает в «Голосе Труда»{105} о «политических задачах российской социал-демократии». Четыре столбца фельетона посвящены доказательству того, что

«пролетариату, как одному из действующих в России классов, отнюдь не выгодно предоставить Думу самой себе: это значило бы вычеркнуть себя из списка живых политических сил, это привело бы единственно к тому, что пролетариат далеко не использовал бы русской буржуазной революции во всей доступной для него полноте».

«Стоит только так поставить вопрос, – заявляет Н. Рахметов, – чтобы увидать, что двух ответов на него быть не может». Совершенно верно, т. Рахметов, но вся беда в том, что это не «постановка вопроса», а просто избитое общее место.

«Вопрос» ведь никогда так и не ставился. Как именно ставился – и ставится – вопрос, т. Рахметов, между тем, очевидно знает, когда из вышеприведенной тирады совершенно неожиданно делает следующий вывод:

«Пролетариат обязан – как перед самим собою, так и перед всей страной – не только не поддерживать пассивного нейтралитета в деле борьбы Думы с самодержавием, но смело и решительно стать в этой борьбе на сторону Думы против правительства».

Вот здесь уже начинается «вопрос». И т. Рахметов сам это понимает, ибо предвидит, что

«газета «Светоч»[48], вероятно, отнесется с большим скептицизмом к подобной тактике. Эта газета пишет: «Безупречная диалектическая схема «революции через Думу» страдает забвением лишь одного будничного прозаического факта: того факта, что наличная Дума есть учреждение, состоящее в большинстве из буржуазных элементов, боящихся революции и, в силу этого, ей враждебных». Подобные рассуждения могут служить наилучшим показателем того, как не следует никогда и ни в каком случае рассуждать социал-демократу. Социал-демократ обязан знать, что политическая тактика пролетариата диктуется не настроением других общественных групп, а тем объективным историческим процессом, который принудит эти группы к определенным действиям. Социал-демократ обязан знать и учесть, что должны будут сделать те классы, с которыми ему приходится иметь дело. А ставя вопрос таким образом, он убеждается в следующем: выражая готовность революционно поддерживать Думу против царизма, пролетариат тем самым вынуждает Думу к большей революционной активности. Нужна значительная доза политической незрелости, чтобы не понять этой простой «истины»».

Странное рассуждение! По т. Рахметову выходит, что если даже наша буржуазия и настроена контрреволюционно, то ее все же можно принудить стать революционной.

Для этого, оказывается, надо «охватить Думу огненным кольцом революционного напора». Тогда перед Думой встанет «вопрос»: «или сгореть или слиться с общим пламенем», «вопрос о жизни или смерти».

Мы очень боимся за т. Рахметова; как бы т. Плеханов не поддел его за метафизическую «постановку вопроса», за неумение поставить важнейший политический вопрос диалектически. Ведь б. меньшевики и т. Плеханов так часто протестовали против подобных «или – или» в политических вопросах. Почему же непременно «или сгореть или слиться с общим пламенем»? Неужели т. Рахметов думает, что для фракции гг. Герценштейнов и Набоковых нет третьего выхода? Ну, а почему бы им, в союзе с более «приличными» бюрократами, не попытаться, напр., прорвать это «огненное кольцо революционного напора»?

Мы, например, думаем, что если победоносно нарастающая волна революции и принудит к чему-нибудь руководящие элементы кадетской партии, так это именно к этому третьему выходу, т. е. попросту к сделке с бюрократами.

Что «партия народной свободы» в ее теперешнем виде может «сгореть» в этом предприятии – это вполне вероятно, но когда же тт. Рахметовы поймут, наконец, что вся шумиха народной свободы была для кадетов простой подставкой к министерским портфелям, а отнюдь не к той «борьбе с царизмом», которую стараются так безуспешно навязать им тт. Рахметовы. И вообще: хозяева Думы – пока что – кадетский центр; вы хотите эту Думу «охватить огненным поясом революционного напора». Это – очень хорошо, это безусловно важно и необходимо. Но не следует ли при этом неустанно предупреждать «напирающих», что они своим напором неизбежно… выпрут теперешних хозяев Думы в объятия бюрократов? Не следует ли, т. Рахметов?

Написано 22 июня (5 июля) 1906 г.

Напечатано 23 июня 1906 г. в газете «Эхо» № 2

Печатается по тексту газеты

Кто за союзы с кадетами?

Бывает иногда, что опытные и осторожные политические деятели, хорошо понимая серьезную ответственность за всякий сколько-нибудь важный политический шаг, посылают вперед, вроде как на разведки, молодых и неосторожных вояк. «Туда умного не надо», говорят себе такие деятели, предоставляя юнцам выболтать кое-что лишнее, чтобы таким путем позондировать почву.

Тов. Н. Рахметов в «Голосе Труда» производит впечатление именно такого юнца, выполняющего предначертанную ему миссию. И именно поэтому такая совершенно несерьезная статья, как статья т. Рахметова, – мы посмеялись над ней уже вчера[49] – приобретает с одной, известной, стороны несомненное политическое значение. Если в таком влиятельном органе наших с.-д. правого крыла, как «Голос Труда», печатаются, без единой оговорки редакции, статьи, зовущие социал-демократию к союзу с кадетами, – значит, есть серьезная болезнь в нашей партии. Как бы ни скрывали признаки этой болезни осторожные, опытные, ловкие люди, болезнь все же дает себя знать. Замалчивать ее было бы величайшим преступлением.

 

Основная ошибка оппортунистов социал-демократии состоит в непонимании того, что значит решительная победа буржуазной революции. Принижая, как и все оппортунисты, учение революционного марксизма и роль пролетариата, как авангарда, наши русские оппортунисты постоянно сбиваются на ту ошибочную мысль, будто неизбежным «хозяином» буржуазной революции является либеральная буржуазия. Они совершенно не понимают исторической роли хотя бы, напр., Конвента, как диктатуры общественных низов пролетариата и мелкой буржуазии, в великой французской революции. Они совершенно не понимают идеи диктатуры пролетариата и крестьянства, как единственной возможной социальной опоры для вполне победоносной российской буржуазной революции.

Сущность оппортунизма – принесение в жертву прочных и длительных интересов пролетариата мишурным и минутным его интересам. В эпоху буржуазной революции оппортунист с.-д. забывает значение революционного крыла буржуазной демократии и рабски преклоняется пред успехами нереволюционного крыла той же буржуазной демократии. Существенная разница между либерально-монархической буржуазией (к.-д., п. д. р.{106} и т. п.) и революционной, в особенности крестьянской буржуазной демократией, ускользает от его внимания. Сотни, если не тысячи, раз указывали мы нашим товарищам из правого крыла эту разницу. В проекте большевистской резолюции к съезду[50] со всей ясностью указывалось, что либеральная буржуазия не случайно, а в силу коренных интересов ее, стремится к сделке со старой властью, колеблется между революцией и реакцией, боится народа, боится свободного и всестороннего развития его деятельности. Надо использовать демократические фразы этой буржуазии, говорили мы, использовать ее робкие шаги, ни на минуту не забывая ее «соглашательских» и предательских стремлений. Наоборот, крестьянская демократия в силу объективных условий, в которые поставлена крестьянская масса, вынуждена, несмотря на отсутствие полной сознательности в ее рядах, поступать революционно. Коренные интересы этой буржуазной демократии не толкают ее в данное время к сделке, а заставляют бороться решительно против старой власти. Чтобы не жертвовать коренными интересами пролетариата в буржуазно-демократической революции, надо строго различать либеральную или «кадетскую» и крестьянскую или революционную буржуазную демократию.

Этого-то и не хотят понять оппортунисты социал-демократии. А между тем события блистательно подтвердили и продолжают подтверждать правильность нашего деления. И в Думе выделяется крестьянская демократия, вынужденная сближаться с революцией и стремиться к освобождению из-под ига кадетов. Кадеты и октябристы против трудовиков и с.-д. – вот группировка, которая уже сложилась и по вопросу о выборных местных земельных комитетах и по вопросу о кадетском «обуздании» свободы собраний.

Товарищи из правого крыла с.-д. глухи к этим фактам. Обольщаясь ситуацией данной минуты, они склонны отождествлять именно господствующую в Думе партию, т. е. к.-д., с буржуазной демократией вообще. Н. Рахметов особенно наивно повторяет эту старую ошибку меньшевиков. Но в то время, как «старые воробьи» искусно обходят неприятные выводы из неверных посылок – молодые воробушки болтают и пробалтываются. Если к.-д. представляют из себя действительно буржуазную демократию вообще (а не одни только худшие и притом узкие, верхние слои буржуазии), то естественно, что необходимый для пролетариата боевой союз с буржуазной демократией должен быть союзом с кадетами. Пролетариат может и должен быть передовым борцом за победу буржуазной революции, строго охраняя при этом свою классовую самостоятельность. Но без буржуазной демократии он не может довести этой революции до конца. С кем же «врозь идти, вместе бить»? с либеральной или с крестьянской демократией?

С либералами, с кадетами, щебечет Рахметов. Чего тут думать? Кадеты наверху, они виднее, они блестят и шумят! С кадетами, конечно, с кадетами! «Кадетам гораздо легче шататься и вилять, – заявляет Рахметов, – когда их встречает огульное недоброжелательство, чем тогда, когда к ним подходят с желаньем политической коалиции… Давлением общественного мнения на кадетов (присылкой в Думу резолюций, наказов, петиций, требований, организацией собраний протеста, переговоров между рабочей группой и кадетами) можно сделать гораздо больше, чем неосмысленным, а потому бесцельным дебоширством, выражаясь резко». (Курсив наш.)

Первая страница газеты «Эхо» № 3, 24 июня 1906 г. с передовой статьей В. И. Ленина «Кто за союзы с кадетами?» (Уменьшено)


Вот это – цельный вывод, за который Рахметов вполне заслужил похвального листа с надписью: «от благодарных большевиков». Политические союзы с кадетами, переговоры с.-д. с ними – какой это ясный и отчетливый лозунг! Нам остается только позаботиться о том, чтобы пошире распространять этот лозунг меньшевиков среди рабочей партии, и поставить перед рабочими вопрос: кто за союзы с кадетами? – Кто сколько-нибудь знает пролетариат, тот не усомнится в том, каков будет ответ.

В том же номере «Голоса Труда» помещено верное по существу предостережение ЦК РСДРП против слияния с.-д. с трудовиками. Но «Голос Труда» оказал медвежью услугу ЦК нашей партии, превратив его предостережение в прикрытие проповеди, направленной к союзу с.-д. с кадетами! Нельзя было сильнее компрометировать социал-демократию, как этим поступком: сочетать – повторяем, по существу справедливое – заявление против слияния с.-д. с революционной буржуазией с проповедью союза с.-д. с оппортунистической буржуазией!

И в какой момент собрались проповедовать этот союз наши меньшевики? В такой момент, когда распадается союз революционной и оппортунистической буржуазии, союз трудовиков и кадетов. Нечего сказать, кстати пошел в поход наш добрый Н. Рахметов. Как раз тогда, когда – не без помощи с.-д. – трудовики стали отделяться от к.-д., свергать их иго, голосовать против них, сплачиваться против «союза» кадетов и октябристов. И подобные Рахметовы говорят еще с важным видом о революционизировании Думы, – служа на деле кадетскому опошлению этой Думы!

Запомните себе, господа: союзы с кадетами, переговоры с ними есть худший способ давить на них. На деле это будет означать не давление с.-д. на них, а притупление самостоятельной борьбы с.-д. Революционизирует Думу и «давит» на кадетов именно тот, кто беспощадно разоблачает каждый неверный шаг их. Отказ в поддержке за эти неверные шаги гораздо больше давит на кадетскую Думу, чем переговоры с кадетами для их поддержки. Рабочая группа отказалась голосовать за ответный адрес: его обкарнали кадеты. Рабочая группа отказалась поддержать кадетов. Она уронила этим кадетов в глазах народа и передвинула морально центр народного внимания с кадетов на «левое» ядро Думы. Беспощадно клеймя половинчатость кадетской Думы, мы тем самым революционизируем и Думу, и – что еще важнее – верящий в Думу народ. Мы тем самым призываем сбросить иго кадетов, призываем действовать смелее, решительнее, последовательнее. Мы тем самым раскалываем и кадетов, внося колебание в их ряды общим натиском с.-д. и трудовиков.

Мы ведем политику пролетариата, как передового борца в революции, а не как прихвостня самых робких и жалких верхов либеральной буржуазии.

Написано 23 июня (б июля) 1906 г.

Напечатано 24 июня 1906 г. в газете «Эхо» № 3

Печатается по тексту газеты

47См. настоящий том, стр. 229–230. Ред.
105«Голос Труда» – меньшевистская ежедневная легальная газета; издавалась в Петербурге с 21 июня (4 июля) по 7 (20) июля 1906 года вместо ранее выходившей газеты «Курьер». Вышло 16 номеров.
48Ныне закрытый правительством московский соц.-демократический орган167. «Светоч» – ежедневная политическая газета, легальный орган большевиков. Газета издавалась в Москве 11 (24) мая 1906 года. Вышло 17 номеров. В редакцию газеты входили И. И. Скворцов-Степанов, М. Н. Покровский, Н. А. Рожков и др. Первый номер был конфискован властями. Газета была закрыта 31 мая (13 июня) 1906 года по постановлению Московской судебной палаты. Вместо газеты «Светоч» с 1 (14) июня 1906 года стала издаваться газета «Свободное Слово» (вышло 4 номера)..
167«Светоч» – ежедневная политическая газета, легальный орган большевиков. Газета издавалась в Москве 11 (24) мая 1906 года. Вышло 17 номеров. В редакцию газеты входили И. И. Скворцов-Степанов, М. Н. Покровский, Н. А. Рожков и др. Первый номер был конфискован властями. Газета была закрыта 31 мая (13 июня) 1906 года по постановлению Московской судебной палаты. Вместо газеты «Светоч» с 1 (14) июня 1906 года стала издаваться газета «Свободное Слово» (вышло 4 номера).
49См. настоящий том, стр. 241–243. Ред.
106ПДР (Партия демократических реформ) – партия либерально-монархической буржуазии; образовалась в начало 1906 года во время выборов в I Государственную думу из тех элементов, для которых программа кадетов казалась слишком левой. Ближайшее участие в руководстве партии принимали К. К. Арсеньев, И. И. Иванюков, М. М. Ковалевский, В. Д. Кузьмин-Караваев, А. С. Посников и др. К концу 1907 года партия перестала существовать.
50См. Сочинения, 5 изд., том 12, стр. 232–234. Ред.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34 
Рейтинг@Mail.ru