Восточно-исламская цивилизация

Владимир Вольфович Жириновский
Восточно-исламская цивилизация

Угрожает ли России

новое тюркское иго?

В лекции раскрывается идеология тюркско-исламского мира, представляется краткая характеристика националистических процессов в тюркских республиках России, рассматривается пантюр- кистский лозунг «Тюрки всех стран, соединяйтесь!».

Пантюркизм в тюркских республиках России

В 2001 г. была издана небольшая по объёму книга В.В. Жириновского «Угрожает ли России новое «тюркское иго?». Но она вызвала весьма большую полемику как в России, так и за её пределами. Прежде всего в Турции, политике которой в отношении России и стран СНГ посвящено немало страниц нашумевшей книги Жириновского.

С Турцией Жириновского связывают особые отношения. Будучи студентом Института востоковедения МГУ, он побывал в Турции на преддипломной практике. За не всегда дипломатическую критику антисоветской и антирусской политики тогдашнего турецкого правительства студент Жириновский был арестован и брошен на год в тюрьму. Выпустили под давлением советского МИДа. С тех пор, как вы понимаете, турецко-жириновские отношения получили дальнейшее развитие.

Поэтому материал этой лекции имеет не только строго научный, но и несколько личный характер. На наш взгляд, такая динамика изучения обозначенных в лекции вопросов только добавляет ей остроты и позволяет глубже высветить суть проблемы. А эта суть далеко не так безоблачна, как иногда представляется людьми малосведущими в вопросах перспектив развития Восточно-исламской цивилизации.

«Тюрки всех стран, соединяйтесь!»

Распад СССР

Вызвал небывалый всплеск общественных и политических ожиданий в самой крупной в мире тюркоязычной стране – Турции. Этому способствовало также ослабление самой России – давнего исторического противника Турции. Россия переживала в течение длительного времени тяжелейший экономический кризис и до сих пор чётко не определила до конца современного содержания своих национальных и цивилизационных интересов. У России остаются крайне неопределёнными также планы и на ближайшую долговременную перспективу.

Для Турции же, наоборот, открылись не только благоприятные возможности для экономической и культурной экспансии на Север и Восток. Более того, впервые за последнее время появилась возможность претворить в жизнь давнюю мечту турок-османов по установлению политического верховенства Турции в тех тюрко-мусульманских регионах, которые в прошлом подпали под власть России. Этим ожиданиям способствовала и внешнеполитическая ситуация. После поражения Ирака в войне «Буря в пустыне» Турция стала крупнейшей военной державой на Ближнем и Среднем Востоке.

Турция и СНГ

Вырвавшись в региональные лидеры, Турция в первую очередь обратила внимание на новые тюрко-язычные государства – бывшие республики Советского Союза. Она обещала всестороннюю помощь в экономическом развитии, государственно-политическом и культурном строительстве Азербайджану, Казахстану, Узбекистану, Туркмении и Киргизии. В свою очередь, США обещали финансовую поддержку турецким планам этой грандиозной экспансии.

Ставка на национальную и религиозную общность тюрко-мусульманских народов казалась беспроигрышной. Тем более что со стороны новых независимых государств, опасавшихся всплеска фундаментализма, проводником которого считается Иран, поступали самые обнадеживающие заверения в преданности идее единства с «братским турецким народом». Лидеры этих государств наперебой заговорили о необходимости теснейшего союза с Турецкой республикой. Прозвучали даже слова о том, что они ждут того дня, когда будут заседать в одном парламенте с турецкими братьями. Так, во всяком случае, заявил в феврале 1992 года президент Узбекистана Ислам Каримов.

Турция и Россия

Однако турецкие геополитические устремления не ограничиваются бывшими советскими республиками Средней Азии и Закавказья. Не менее интересно иное направление нового турецкого экспансионизма – российское. Турок чрезвычайно интересуют национальные автономии россии. Большинство из этих республик имеют названия, совпадающие с названиями титульных тюркских народов, составляющих в них либо большинство, либо значительную долю населения. К ним относятся: Татария, Башкирия, Чувашия, Якутия, Хакасия, Тува. В Дагестане, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии ряд титульных народов относится к числу тюркоязычных. Таким образом, на российской территории стратегическое поле для возможностей турецкой экспансии, которая могла бы попытаться узаконить свои намерения ссылками на этногенетическую близость всех тюрков, огромна и уникальна в своем роде.

Но естественные интересы Турции не ограничиваются только тюркоязычными регионами России. Россия вполне может считаться крупной мусульманской державой, так как в её пределах проживают 15 млн человек, традиционно считающихся мусульманами. В большинстве своем это тюрки: татары и башкиры в Поволжье и на Южном Урале, сибирские татары, карачаевцы, балкарцы, ногайцы и кумыки на Северном Кавказе. Но и это не все. В зону исторического распространения ислама входят народы Дагестана, чеченцы и ингуши, адыгские народы.

Хотя Турция – светское государство, подавляющее большинство её населения исповедует ислам. В ней существуют влиятельные политические силы, претендующие на особые отношения с российскими мусульманами. Образуется ещё одно поле реального и потенциального турецкого влияния внутри России – конфессиональное, более широкое, чем первое – этническое.

Гром победы раздавайся!

Российские тюрки, как и другие народы России, с начала перестройки вступили в период подъёма национальных движений. Довольно быстро руководители этих движений пришли к мысли о необходимости создания общетюркской координирующей организации. Так появилась Ассамблея тюркских народов (АТН). Претендует на объединение общественных движений Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, Татарстана, Башкирии и тюркских народов Северного Кавказа. Внутри АТН создала Кавказско-Черноморское сообщество. Заявляет самым важным правилом – право народов на самоопределение. В тюркских кулуарах дипломатии рассматривался вариант официального присоединения к сообществу Турции. При такой конфигурации стран-участниц возможно усиление наметившейся тенденции к эволюции руководства АТН и Сообщества в сторону идеологии пантюркизма.

Не стоит переоценивать степень влияния АТН на развитие национальных движений российских тюрков. Это общественная организация, а не государственная (или хотя бы пользующаяся государственной поддержкой) структура. Она не проявляет особой активности. Гораздо важнее изменения, происходящие непосредственно в тюркоязычных республиках и регионах России.

Татарстан

Наибольший подъем националистических движений проявился в Татарии. В 1989 г. был образован ТОЦ – Татарский общественный центр, со временем учредивший 140 филиалов, разбросанных не только по всей территории России и странам СНГ, но и в дальнем зарубежье (как утверждают функционеры Центра, «начиная с Турции и Китая и кончая Австралией и Японией»). Появились другие организации, зачастую более экстремистские, чем ТОЦ: Комитет «Суверенитет», Общество «Марджани», Партия татарской национальной независимости «Иттифак» («Согласие»), Союз татарской молодежи «Азатлык». В начале 1992 г. они создали так называемый Милли меджлис – структуру, параллельную официальному законодательному органу Татарстана, в задачи которой входило осуществлять представительство всех татар России независимо от места проживания.

На первых порах ТОЦ ставил задачу повышения статуса Татарии до уровня союзной республики. После распада СССР он стал выступать за полную независимость Татарстана, ссылаясь на давнюю традицию татарской государственности. «Татары имели своё государство на несколько веков раньше русских, ещё до нашей эры. Все до сих пор знают и Золотую Орду, и Астраханское ханство, и Крымское, Ногайскую орду, и Казанское и Сибирское», – заявил председатель Центра Марат Милюков.

Пик активности татарских националистов пришелся на 19901994 годы. Проводились митинги и демонстрации. Дело доходило до столкновений с политическими противниками на улицах. Существовала реальная угроза вспышки насилия. Были зафиксированы случаи отказа молодежи, подпавшей под влияние националистической пропаганды, служить в российской армии, дезертирства из ее рядов.

Перед выборами в Государственную Думу России лидеры ТОЦ призывали жителей республики не принимать в них участия: «Дума, которая своими законами способствует проведению антинародной политики в России под диктовку мирового империализма, заслуживает проклятья и презрения». «Участие в чужих выборах – это предательство интересов независимого Татарстана».

Оценивая ситуацию тех лет и её причины, тогдашний президент республики М. Шаймиев подчеркнул, что она возникла «…прежде всего, из-за амбиций крайне националистических и шовинистских движений. Мы тогда прошли по самому острию… Нам удалось удержать ситуацию, а потом и переломить её. Решающую роль сыграл Договор Татарстана с Россией». К чести президента Татарстана следует отметить, что ему удалось умерить пыл как татарских националистов, так и их противников.

Приходится признать, что иногда руководство республики предпринимает такие политические шаги, которых скорее следовало бы ожидать от его националистических оппонентов. Так, в рамках общего курса на экономическое и политическое сближение с Турцией было принято беспрецедентное решение признать так называемую «Турецкую республику Северного Кипра». Ввиду того, что это противоречит как российской внешнеполитической линии, так и политике мирового сообщества в целом, Россия была поставлена в двусмысленное положение. И странным образом никаких мер, которые дезавуировали бы внешнеполитическую акцию Татарстана, со стороны Москвы не последовало.

Кумыки

Другой иллюстрацией стремления тюркских народов России к духовному и родственному сближению с тюрками, проживающими вне пределов Российской Федерации, является поездка представителей кумыкского народа из Дагестана в Турцию. Делегация кумыкского народного движения «Тенглик» принимала участие в Восьмом съезде тюркских государств и народов, проходившем в турецком городе Самсун.

 

По словам руководителя кумыкской делегации, лидера «Тен- глик» Салавата Алиева, в работе съезда приняло участие 2500 делегатов из 33 стран мира, в том числе делегации всех тюркских народов России: татар, башкир, чувашей, алтайцев, якутов, кумыков, карачаевцев, балкарцев, ногайцев и др.

Турцию и Турецкую республику Северного Кипра на съезде представляли президенты этих государств. Остальные тюркские государства представляли советники президентов и депутаты парламентов. В работе съезда приняла участие делегация чеченцев во главе с тогдашним представителем Чеченской республики в Турции Исой Абзотовым.

В принятом на съезде постановлении было решено провести международный симпозиум по правовым и юридическим проблемам тюркских народов, разработать единый стандарт обучения в школах и вузах тюркских народов, издать учебники по тюркскому языку и тюркской истории, создать общетюркскую академию по образованию и культуре тюркских народов.

Съезд осудил военные действия России в Чечне. Восьмой съезд назван «съездом братания тюркских народов», но он не имеет ничего общего с пантюркистской или пантуранской идеей.

О том, как не в теории, а на практике осуществляются решения о тюркском единстве, можно понять из следующего сообщения.

Координационный совет Союза татарской молодежи «Азат- лык» принял заявление «О войне в Чечне», где сказано, что война на Северном Кавказе отрицательно сказывается на положении в самой России, и содержится призыв к депутатам Татарстана и России, общественности потребовать немедленного прекращения боевых действий в Чечне, предоставления свободы и независимости проживающим там народам.

Конечно, сегодня, 20 лет спустя, ситуация иная. Но ведь эти настроения, эти попытки дистанцирования от российской Федерации никуда не делись. Они не выступают на передний план. Пока…

«Великий Татарстан»

в планах татарских националистов

Конечная цель татарских ультранационалистов: полная независимость от России с возрождением в Поволжье новой Золотой Орды под флагом исламского Татарстана. Как можно было заметить по агитации против участия в выборах в Думу, значительный акцент в их публичных высказываниях делался на социально-экономических проблемах. Использовали татарские ультранационалисты и антиимпериалистическую риторику. Лидеры татарского национализма имеют также свой взгляд на то, где должны проходить границы независимого Татарстана. «Территориальных претензий мы пока не имеем, но в дальнейшем, очевидно, будем ставить вопрос о расширении границ. ведь только в башкирии, граничащей с Татарстаном, проживает полтора миллиона татар», – заявлял лидер националистов Марат Милюков.

Наиболее экстремистски настроенные группировки татарских националистов выдвигали планы создания «Великого Татарстана» с включением в него не только Башкирии, но и всех районов России, где компактно проживает татарское население. Излишне говорить, что любые попытки реализации этих планов чреваты серьезными межнациональными конфликтами в самом центре России. Точно так же излишне напоминать, что если сегодня эти планы открыто не озвучиваются, национал-экстремисты от них отказались.

Вариант воинствующего национализма, исповедуемый наиболее ортодоксальными сторонниками независимости Татарстана, базируется на мифологизации исторического прошлого татарского народа, раздувает чувство национального превосходства и несет в себе зачатки «пан-сознания». Именно ими питаются идея создания «Великого Татарстана» и претензии на объединение вокруг Казани всех 12 татарских этнических групп, многие из которых давно являются самобытными народами с собственным национальным самосознанием и говорят на языках, имеющих существенные отличия от языка татар Татарстана (например, крымские татары).

Согласятся ли эти народы признать приоритет казанских татар, слиться с ними, раствориться в них? То обстоятельство, что в царской России представителей многих тюркоязычных народов одинаково называли татарами, не помешало им впоследствии выбрать совершенно другие этнонимы. В частности, так произошло с азербайджанцами и тюрками Северного Кавказа.

Националистические процессы

в тюркских республиках России

Без характеристики процессов, развернувшихся в тюркских и мусульманских республиках России в постперестроечный период, трудно представить, насколько широким и значительным может быть турецкое проникновение в Россию. Поскольку протурецкая эйфория получила ощутимый резонанс в Турции, необходимо взглянуть и на другую сторону политических процессов – как развитие ситуации в интересующих Турцию российских регионах отражается на её внутриполитической жизни.

Особая позиция

Нарастающие в последнее время амбиции татарских националистов служат серьёзным препятствием на пути распространения пантюркизма в его классическом варианте – как доктрины, предполагающей объединение всех тюркских народов вокруг Турции. Радикальные российские пантюркисты – татары сами претендуют на роль общетюркских лидеров, во всяком случае, в пределах Российской Федерации. Поэтому им не с руки признавать верховенство Турции. Вследствие этого ни одна из татарских националистических организаций не предусматривает какой-либо формы объединения Татарстана с Турцией. Они лишь имитируют дрейф в сторону Турции или сближение с Турцией по культурным вопросам.

Пантюркизм не стал в Татарстане доминирующим идеологическим течением. Не смог сколько-нибудь сильно повлиять на умонастроения большей части национальной интеллигенции и прислушивающихся к её мнению слоёв общества. В республике вместо пантюркистских гораздо популярнее чисто националистические устремления. Переживающее взлёт национальное самосознание казанских татар не оставляет, по существу, места национальным политическим доктринам, хотя те и оказывают подчас значительное влияние на современный татарский национализм, причудливо вплетаясь в его видение окружающего мира.

Много общего с татaрcким национализмом наблюдается в башкирском национальном движении, более умеренном. Башкиры традиционно стоят в оппозиции к гегемонистским устремлениям татар. Это делает их отношение к пантюркизму ещё более прохладным. Несмотря на то, что одним из его крупных теоретиков был Зеки Валиди Тоган (Зеки Валидов), башкир по национальности.

Стремление к укреплению национальной самобытности, возрождению этнокультурных традиций, так или иначе выражено и у других тюркских народов россии. Однако в каждом случае на первый план в их национальных движениях выдвигаются конкретные задачи, специфические для каждого отдельного народа, тогда как установка на достижение тюркского единства занимает более скромное место.

Ногайцы

Стремятся к введению их этнического ареала в единые политико-административные рамки. Они проживают на севере Дагестана, в Чечне и Ставропольском крае. В советское время их земли несколько раз передавались из одной административной единицы в другую. Второй (1988 г.), третий (1990 г.) и четвертый (1992 г.) курултаи (всенародные съезды) ногайцев поставили главной целью образование Ногайской республики. На третьем курултае она и была провозглашена. Однако ни одна из существующих республик, в которых проживают ногайцы, включая Ставропольский край, не торопятся выделять земли под «национально-политический дом» ногайцев.

Ногайское национальное движение «Бирлик» («Единство») и ero лидер Бальбек Кедасов искали поддержку извне. Они заручились такой поддержкой у Ассамблеи тюркских народов и у руководства Азербайджана. В Турции проживает около 1 млн ногайцев. Никакой территориальной автономии они не имеют. Это не помешало Турции заверить российских ногайцев в своей неизменной поддержке. В рамках турецкого официального подхода никакого противоречия здесь нет: для Турции ногайцы – просто «ногайские турки». Проживая в Турции, они не нуждаются в специальных политических институтах, защищающих их как нацию. А вот за пределами Турции имеют законное право на обретение собственной государственности.

Кумыки

В число активных участников тюркского самоопределения на территории России в Дагестане входят и кумыки. Борьбу за создание независимой Кумыкской республики вело националистическое движение кумыков «Тенглик». Кумыкская проблема являлась в Дагестане одним из главных детонаторов межнациональных противоречий. В 50-70-е годы на прикаспийские земли, заселенные кумыками, было переселено несколько десятков тысяч жителей горных районов, получивших к тому же определенные экономические льготы. В основном это были аварцы и даргинцы. Кумыки требуют возвращения этих земель. Движение «Тенглик» сталкивалось с аварским Народным фронтом имени имама Шамиля.

Карачаево-Черкесия

Схожие процессы не миновали Карачаево-Черкесию, в состав которой были включены территории проживания черкесов-адыгов и карачаевцев-тюрков. Сохранить это разнородное образование оказалось непросто.

30 ноября 1991 г. Областной совет Карачаево-Черкесии обратился в Верховный совет России с просьбой преобразовать область в республику, а его собственный статус поднять до уровня республиканского Верховного совета. Часть активистов карачаевского движения «Джагамат» организовала бессрочный митинг в поддержку требования о выделении районов, населённых карачаевцами, в самостоятельную республику. По существу, выступили за раздел Карачаево-Черкесии.

События в соседней Кабардино-Балкарии показали, что кавказские тюрки могут объединяться не только с близкими им по языку народами, но и со своими соседями-мусульманами, принадлежащими к другой языковой группе. В определённых обстоятельствах солидарность второго типа оказывается сильнее.

17 ноября 1991 г. на втором этапе первого съезда балкарского народа была провозглашена республика Балкария. Съезд избрал Национальный совет балкарского народа. Казалось, всё разворачивается по знакомому сценарию, грозящему расколом республики. Но политический кризис весны 1992 г. круто изменил течение событий. Ещё до его возникновения удалось договориться о том, что депутаты-балкарцы останутся в советах всех уровней, а властные полномочия президента Кабардино-Балкарии будут сохранены. После усиления конфронтации в Абхазии, Конгресс кабардинского народа поддержал Конфедерацию горских народов Кавказа за независимость народов Северного Кавказа.

Чечня

Любые свидетельства национально-политической активизации российских тюрков получают в Турции живой отклик. Однако сильнее всего турецкое общество всколыхнул чеченский конфликт. Неуклюжие действия-Москвы в отношении грозненского режима привели к тому, что в глазах мусульман Джохар Дудаев стал олицетворением стремления к независимости всего чеченского народа. После начала военных действий по мусульманским странам прокатилась волна протестов и акций солидарности. Они имели место и в Турции, где усилились антироссийские (антирусские) настроения. Буквально для всех слоёв общества была характерна негативная реакция на политику Москвы в Чечне.

Естественным следствием бурного роста симпатий к сторонникам независимости Чечни стала оказывавшаяся им помощь – финансовая и оружием. Официальные представители турецкого правительства отрицали предоставление какой бы то ни было помощи Чечне. Тем не менее, такая помощь поступала. Только из неправительственных источников и, что весьма знаменательно, в рамках кампании «исламской солидарности», охватившей не только Турцию, но и другие мусульманские страны. Реальной стала перспектива значительного ухудшения отношений России с этими исламскими государствами. Не стоит забывать, что в советский период именно мусульманские страны были крупнейшими импортерами промышленной продукции из СССР. В число их входила и Турция. Возвращение России на рынки этих стран в качестве экспортёра готовых изделий и технологий является одним из необходимых условий будущего подъёма российской экономики.

Чеченская и другие проблемы, создаваемые активизацией националистических и исламских течений в общественной жизни тюрко-мусульманских республик России, формально являются её сугубо внутренним делом. Однако они вызывают серьёзный международный резонанс и чреваты достаточно неприятными политическими и экономическими последствиями. Причём эти последствия, помимо прямых проявлений в виде непосредственной реакции соседних с Россией государств, могут выражаться во влиянии на расстановку внутриполитических сил в этих странах.

Чеченская диаспора

Очень высокая вероятность такого опосредованного воздействия существует в Турции. Чеченская война уже вывела на арену политической жизни страны прежде малозаметный фактор – так называемую «черкесскую диаспору». Мало кто подозревал в России о её существовании до инцидента с паромом «Евразией». Захват парома показал, что она может выступать в качестве самостоятельной антироссийской силы. Но дело не только в этом.

 

«Черкесскую диаспору» образуют потомки мусульман – выходцев с Северного Кавказа. По национальному составу она достаточно разнородна. В неё входят как собственно «черкесы» – кабардинцы, абхазы, шапсуги, убыхи и другие представители адыго-абхазской языковой группы, так и лингвистически близкие к ним выходцы из Чечни и Дагестана, а также далёкие в языковом отношении от тех и других потомки северокавказских тюрков. Но все они помнят о том, что их предки некогда жили на Кавказе, а в Турции оказались в результате его завоевания Россией. Некоторые были насильственно выселены из присоединённых владений Российской империи. Другие ушли под влиянием панисламистской пропаганды, развёрнутой в Османской Империи во второй половине XIX века и призывавшей всех гонимых правоверных эмигрировать в «лоно ислама», под защиту султана – халифа всех мусульман. Тогда пределы России покинули около двух миллионов её новых подданных. Из них и сформировалась «черкесская диаспора».

Потомки переселенцев во многом утратили свои национальные корни. Часто не владеют языком предков даже на бытовом уровне. Однако из поколения в поколение они передавали семейные предания и отдельные традиции. Это позволило им сохранить особый «кавказский дух» и стойкую память о своём происхождении. По разным данным, в Турции их проживает от 1,5 до 5 миллионов человек. Если вспомнить, что одна только Абхазия из-за переселения в Турцию потеряла 70% своего населения, то даже максимальные из этих оценок вряд ли будут большим преувеличением.

«Черкесская диаспора» составляет весомую часть населения Турции. Притом такую, у которой сохраняется обострённое чувство солидарности по отношению к народам Северного Кавказа. У «турецких черкесов» обострённая реакция на то, что происходит на Кавказе, выражена особенно сильно. Эта солидарность и эта реакция, с одной стороны, в них самих провоцируют возрождение полузабытого этнического родства, а с другой – повышают в их глазах значимость исламских ценностей, залога единения и совместного сопротивления «оккупантам» и «неверным».

В этой социально-политической и этнической ситуации, в какой сейчас оказалась Турция, обе тенденции изменения в общественном сознании многочисленной части её населения могут способствовать усилению потенциала конфликтности в общественной жизни страны. Влияние событий в России на население Турции более сглажено. Однако есть немало оснований предположить, что и здесь оно выступает фактором внутриполитической дестабилизации.

Интересы турок

Выражаются к тюркоязычным историческим родственникам в бывшем СССР, а ныне России двояким образом – 1) тяга к национально-близкому и 2) тяга к религиозно-близкому. Ислам – это «религия тюрков» (так, по крайней мере, считают в Турции). Вместе с интересом к братьям по крови растёт значение веры как важнейшего элемента национального и тюркского самоопределения.

Выбор светского пути развития состоялся в Турции при Кемале Ататюрке – лидере национальной революции и первом президенте Турецкой республики. В послевоенные годы исламисты несколько раз пытались оспорить этот выбор. Склонить чашу весов в свою пользу, опираясь на сельское население и на широкую прослойку городских низов – недавних выходцев из деревни, в среде которых наиболее сильна ориентация на традиционные мусульманские ценности. Последняя такая попытка привела страну к тотальной конфронтации между консерваторами, значительной частью которых верховодила Партия национального спасения, ныне называющаяся Партией благоденствия, и левыми, в чьих рядах собрались разношёрстные партии и группировки социалистов, коммунистов, маоистов и троцкистов.

Страна тогда дорого заплатила за возникший хаос. Политический терроризм унёс тысячи жизней. Экономика разваливалась. Государственные структуры пребывали в глубоком кризисе. Переломить ситуацию смогли только военные, в очередной раз пришедшие к власти. Они нанесли удар как правым, так и левым. Это позволило остановить террор и начать глубокие либеральные реформы, в результате которых сформировалась экономика свободного рынка и стабилизировалась обстановка в обществе в целом. Сейчас Турция опять движется вправо. Хотя долговременные последствия пребывания у власти промусульманских сил пока трудно прогнозировать.

Выводы

№ 1. Несмотря на перечисленные различия между тюрками, идея создания единого тюркского государства не умерла.

№ 2. Не настолько безоблачна ситуация в национальных движениях тюркоязычных и в целом мусульмански ориентированных народов России, чтобы сбрасывать со счетов возможность эксплуатации их идей Турцией. Как и вообще влияния – тюркского фактора.

Идеология тюркско-исламского мира

Комментарий

Учитывая изначальную политизированность идеологии тюркско-исламского экспансионизма, представленного главным образом его наиболее крупными течениями – пантюркизмом, пантуранизмом, панисламизмом, ваххабизмом и талибанизмом, мы сочли справедливым представить ниже по две точки зрения на одну и ту же проблему. Одна высказывается представителями тюркско-исламского мира. Вторая – представителями нетюркской (армянской) этничности, наиболее пострадавшей в результате геноцида в 1915 году во время Первой мировой войны на территории Османской империи, когда турками было вырезано 1,5 млн армян. До сих пор не прекращается спор между армянами и турками о степени вины турок в той кровавой бойне. В спор втянуты США. Точка в этой проблеме не поставлена.

«Подсветка» такой острой темы с двух сторон, практически прямо противоположных, поможет объективнее оценить степень опасности идеологии пантюркизма и пантуранизма в случае её распространения на территории России, а также ближнего и дальнего российского зарубежья.

Изложение «нетюркской» точки зрения базируется на работах, проводимых в Краснодарском Центре этно-политологических исследований. «Тюркская» точка зрения принадлежит известному татарскому исследователю, бывшему сотруднику «Радиостанции Свобода» (Мюнхен, ФРГ) Сабирджану Бадретдину, с 1989 года активно трудившемуся за рубежом по развалу Советского Союза.

Рейтинг@Mail.ru