Абсолютно неправильные люди

Ольга Станиславовна Назарова
Абсолютно неправильные люди

Глава 1. Кому хуже

Серёга устало смотрел в потолок. Вторая неделя после увольнения, выдалась даже тяжелее, чем первая. Сначала-то он решил, что это какое-то недоразумение. В самом деле, ну, как можно его уволить? Он же почти год разрабатывал тяжелейший проект! Нашел выход на капризного и очень сложного заказчика, сумел подобрать именно то оборудования, которое ему надо, сделать все расчёты, выкладки, свести всё это воедино, подписать договор! Он горько усмехнулся. Ему-то казалось, что это его триумф. Первая ступень по-настоящему серьёзного роста. И главное-то, не просто какой-то эфемерный рост, карьера, амбиции. Не, на это ему по большому счёту было наплевать. Главное – премия. Процент от суммы договора, полагающийся тому, кто его подписывает! Процент небольшой, зато огромная сумма! Просто гигантская! И, к тому же, заказчики вполне чётко дали ему понять, что им понравилась его работа. То есть, повторный заказ оборудования на свои заводы они будут делать именно через него.

– Какой я идиот! – простонал он, в стотысячный раз, схватившись за голову. Голова болела, в ушах постоянно слышался какой-то заунывный писк, сводящий с ума.

Нет, не был он идиотом. Работал как проклятый, жил в крошечной съемной однушке с Женькой, мечтал об ипотеке. И вот уже был уверен, что сейчас, с премии, запросто оплатит очень приличный первый взнос и спокойно получит возможность переехать! А вместо слов о премии услышал от директора требование писать заявление об увольнении по собственному. Попытки что-то доказать, объяснить, возмущаться, ни к чему не привели.

– Или пишешь сам, или по статье уволю. Ты ж в командировки ездил? Ездил! А никакие документы не оформлял! Так что всё поставим как прогулы! – холодно и брезгливо сказал ему директор – Виктор Леонидович. Серёга уже потом понял, что премия, которая ему полагалась, была слишком велика. Слишком. Директор просто не смог пересилить себя и расстаться с такой суммой. Проще было вышвырнуть сотрудника, не задумываясь, что для него это значит.

– Что для меня это… Всё! И ещё Женька… – Серёге снова показалось, что его горло перехватывает какая-то узкая удавка. За последние две недели это чувство возникало постоянно. Он потёр горло, но ощущение не пропадало. Даже дышать становилось трудно, когда он вспоминал, как она швыряла вещи в чемодан и кричала, что больше не будет тратить время на нищего неудачника.

– Живу как… как последняя дура, а ты меня всё завтраками кормил! Завтра-завтра… Подожди-потерпи-подожди! Ну, что? Дождался? Уволили? Ни подарки толком не дарил, ни на море, ни-че-го!

– Женя, погоди, пожалуйста! Я что-нибудь придумаю! Женя!!! – ему до сих пор казалось, что его бессильные слова висят в воздухе, издевательски вздрагивая от сквозняка из форточки.

Он пробовал напиться, но даже не захмелел. Просто лежал и тупо смотрел в потолок, время от времени вспоминая, что надо поесть.

Казалось бы, хуже уже быть не могло, но звонок матери словно выбил у него из-под ног последнюю опору.

– Как и надо было ожидать, тебя уволили? – голос холодный, слова выговариваются с поразительной точностью, и они, идеальные, выверенные, бьют собеседника наотмашь, без возможности пощады. – Я так и знала! Я позвонила Женечке, и она мне рассказала! Впрочем, я всегда была уверена, что из тебя не будет никакого толку. Ты точная копия своего отца!

Серёга отца помнил отлично. И помнил, и любил. Как жаль, что он так рано умер. Наверное, Серёге сейчас было бы легче, если бы можно было хоть поговорить с кем-то. С таким, кто не скажет, что он неудачник, никчемушник. А! Есть ещё мерзкое американское словечко «лузер».

– Да что ж тяжело-то так! Что мне делать? – Cерёга спросил вслух просто чтобы не было этой обреченной тишины. И, вдруг, словно в ответ припомнились слова его бабули. Папина мама была уже совсем старенькой, когда он видел её последний раз, но она тогда сказала странную фразу:

– Когда тебе будет совсем плохо, найти того, кому хуже, и постарайся помочь…

– Чушь какая-то! – его мама была слишком хорошо воспитана, чтобы высказать это свекрови, но уж пока они возвращались в город из деревни, где жила бабушка, наслушался он достаточно. Может, именно поэтому и фраза так запомнилась.

– Ба, ну вот мне очень плохо. Совсем плохо! Что делать-то? – и ведь понимал, что никто не ответит, но всё равно спросил. – С ума схожу, наверное! – он потер виски. – И звук этот мерзкий в ушах!

Он заткнул уши и звук неожиданно пропал. Убрал руки…

– Не понял. Это не мерещится? – он так устал от мыслей, растирающих в пыль остатки его сил, что был рад хоть чем-то отвлечься. Подскочил с постели, прошел по квартире.

– Холодильник не пищит, стиралка тоже, сматфон вообще выключен. С улицы? Да! Но ведь ночь на дворе. Кто развлекается-то?

От внезапно нахлынувшего желания выйти из дома, у него даже голова закружилась. Едва попадая руками в рукава куртки, он выскочил из квартиры, и побежал вниз.

У дома странный звук стал ещё более отчётливым. Тихий, прерывающийся, совершенно безнадежный звук шел от кустов.

– Да кто развлекается-то? – повторил он. Cергей в нормальном своём состоянии и не подумал бы туда лезть, а сейчас, шагнул через заборчик, продрался в гущу какой-то поросли и ошалело уставился на небольшого щенка, привязанного к толстой ветке. Голову на него псёныш почему-то не поднял, зато снова тоненько и жалобно заскулил. Серёга потянулся развязать щенка, и отдёрнул руку. На горле собачёныша накручена…

– Чего? Проволока? Твою ж дивизию! Так! Не реви! Сейчас я вернусь, – он сделал шаг назад, но пёсик, в панике, что его снова оставляют одного, забился, закричал уже отчаянно, пронзительно. Из окон дома послышались возмущенные вопли жильцов. Серёга думал секунду, потом нырнул головой вниз в проклятый куст, ободрал пальцы, но открутил проволоку от ветки. Подхватил бессильно повисшего щена и проломился сквозь заросли назад, домой!

В квартиру он влетел, словно за ним гнались злодеи. Добрался до коробки с инструментами, нашел пассатижи, ругаясь, шипя и утешая щенка одновременно, распутал проволочную удавку с его шеи. Отбросил покрытую ржавчиной и запёкшейся кровью железку в сторону и вдруг с изумлением ощутил, что дрожащий, грязный, измученный щенок, лижет ему пальцы.

Следующие пару часов Серёга мыл собачьего детеныша, укутывал его в собственное банное полотенце, смазывал ему шею случайно найденным в аптечке левомеколем. Потом, обнаружив что в холодильнике абсолютно пусто, кинулся в магазин, купил им обоим еды, а когда дрожащий от упоительных запахов собачий детеныш поел и уснул прямо у миски на полу, Серёга вдруг обнаружил, что дышать ему стало гораздо, несоизмеримо легче. Словно, это он не со щенка проволоку содрал, а с себя. Сидел у холодильника на полу, укрыв щена полотенцем, чтобы тот не замёрз и вспоминал:

– Когда тебе совсем плохо, найди того, кому хуже…

– Ну, похоже, что я его нашел, – грустно усмехнулся Серёга.

Утро, против ожидания, не принесло с собой уже привычной тоски. Какая тут тоска, когда за тобой катается по полу доверчивое серое создание?

– Как тебя назвать-то мелочь серая? Был когда-то у бабули пёс Полкан. Значит, будешь ты Полканом! Дурачок! Оставь, ботинок. Эээх, лужа! Ладно, чего ты колотишься? Не бойся, ты ж маленький ещё, бывает, брат!

Серёга словно проснулся. – Да и ладно! Разберёмся… Чего там! Надо бы денег срочно подзаработать, а то и еда, и квартплата и вон… Сторожевого пса кормить надо! Ну, грузчики, в случае чего, всегда нужны!

Все свои тоскливые мысли он задвинул подальше, словно непрошеных, хамоватых и надоевших хуже горькой редьки гостей. Поставил на зарядку напрочь разряженный смартфон и отправился готовить еду для семьи. Да, такая вот у него семья! Он и щен! Кому, может, и не подходит, а ему – в самый раз!

Смартфон, очнувшись от голодного сна, начал истерически попискивать, сообщая о пропущенных вызовах и сообщениях. Серёга даже не очень подходить хотел, а когда всё-таки добрался до гаджета, ошалело уставился на список пытавшихся до него дозвониться.

– Чего им надо-то? – пожал он плечами, видя море вызовов от директора и бывших коллег, а вот увидев вежливое сообщение с просьбой перезвонить тому самому крупному заказчику, глубоко вздохнул и покрепче взявшись за смартфон, перезвонил.

– Сергей Александрович? Хорошо, что вы перезвонили! Как я понял, вы сейчас свободны для дальнейшего сотрудничества? Пока не устроились? Отлично! – Серёга отлично изучил этого человека за то время, пока подбирал нужное оборудование, и сейчас он вовсе не шутил. – Мы в вас заинтересованы. Сможете приехать в головной офис? Мне требуется толковый технарь в замы, и вы мне полностью подходите! Я, честно говоря, думал вас переманить, но получилось ещё удачнее.

Серёга чуть не упал от неожиданности. Машинально записал, когда подойти, машинально попрощался и сел прямо на пол.

– Ну, мы с тобой живём! – сообщил он щенку. – А вчера-то думали, что не очень. Да?

Звонок его предыдущего директора, Виктора Леонидовича, раздался, когда он брился, собираясь на встречу.

– Серёга! Ну, наконец-то… Куда ты запропал?

Сергей даже не сразу понял, кто звонит, а потом недоуменно хмыкнул. – Да, вроде никуда…

– Трубку не берешь, мы уж обыскались! Ты ж чего за премией то не приходишь? Мы тебе готовы перечислить! Всё, понимаешь, чин по чину! Чтоб без обид… А ты того… Как сквозь землю провалился. Ты ж приезжай. Проставишься как раз!

– А вы сначала переведите. Реквизиты бухгалтер знает, – очень спокойно ответил Сергей, присев рядом со своим грозным сторожевым псом чуть больше тапочка величиной. – А там уж и про проставление можно будет подумать.

– Так мы того, я прям счас распоряжусь! – засуетился директор, за пару дней до этого узнавший, что вышвырнутого им сотрудника чуть не с фонарями разыскивают его самые крупные заказчики. Да ещё и разыскивают вовсе не потому, что он что-то не так сделал.

 

– Ну, раз он уволен, могу вам признаться, что это для нас большой подарок! – услышал он от представителя заказчиков – Михаила Ивановича, – Давно я не видал такого толкового парня! Хотел у вас его переманить, а вы оказались так любезны, что сами его отпустили, – Михаил Иванович глянул на Виктора Леонидовича с откровенной усмешкой. – Как раз вовремя! Он и будет у вас оборудование принимать. И у вас, и всех прочих. Очень мне технаря умного да честного не хватало! Таких мало вообще-то.

Виктор чуть не застонал от отчаяния! Как только вышел из богатого офисного здания, принялся звонить Серёге, но аппарат был вне зоны действия сети, где именно он снимал квартиру, толком никто не знал, и найти его не представлялось возможным. – Проклятье! Всем звонить! Если кто-то до него доберётся, срочно переводите звонок на меня! – вопил он, топая ногами по ламинату офиса. – Блин, он же теперь нам такое устроит! И дальше… Другие заказы! Ой, если бы не тот разговор и увольнение!

Сообщение о приходе на карту всей суммы премии брякнуло смской как раз перед кабинетом его будущего руководителя. Серёга искоса глянул и кивнул сам себе. – Вот и хорошо. Будет нам, где с Полканом жить! Пёс правда, пока маловат, но это дело наживное. Главное-то что? Что я нашел того, кому было хуже, чем мне!

Глава 2. Жених с требованиями

Нет, она понимала, как ей повезло. Ещё бы! Со всех сторон только и говорили:

– Это просто твой счастливый билет! Это такой парень! Только не упусти его. Удивительно, и что он в тебе нашел?

Подружки так и вовсе чуть не с укоризной косились. Мол, как же так… Он вон какой! Симпатичный, широкоплечий, в банке начальником отдела работает. Москвич. Да, живёт пока с родителями, и сестрой, ну и что? Скоро собственная квартира будет. Не пьёт, не курит, бегает по утрам. И что главное-то? У него абсолютно серьёзные намерения! Серьёзнее не бывает!

Потом подруги как по команде переводили глаза на Ленку и вздыхали. Нет, они не то чтобы сильно завидовали, но абсолютно непонятно было, что в этой тонкой и прозрачной, бесцветной и тихой Ленке могло так заинтересовать Александра? Подруг было две. Яркая красавица Лиза, загорелая, ясноглазая, с длинными густыми волосами, и Ирина – весёлая, заводная блондинка с короткой стрижкой. Тоже очень и очень симпатичная.

Обе к Ленке относились снисходительно. Ну, куда уж ей до них? Они-то парнями крутят как хотят, а эта и на свидания-то не ходила, и тут на тебе! Именно на неё положил глаз самый надёжный и перспективный их знакомый!

– Ну, не верю я, что это надолго, – вздыхала Лиза. – Жалко Ленку, расстроится.

– Может и надолго. Он жену ищет. А Ленка такая… ну, в жизни ему слова поперёк не скажет! Потом-то он захочет и на других внимание обратить. Но сейчас подыскивает домашнюю жену, – Ира, как умудренная жизнью женщина, старше подруги на полгода из своих двадцати двух лет, снисходительно покачивала головой, удивляясь странным фантазиям их знакомого. А в один прекрасный день собравшись всей компанией прогуляться после работы, они увидели, как Александр отводит Ленку в сторону, и что-то очень серьёзно говорит ей. Слишком серьёзно.

– Лен, он тебе что, предложение сделал? – девицы чуть дождались, когда подруга закончит разговор.

– Ну, да… – Ленка выглядела странно.

– Ну? Вот это да! Я ж тебе говорила! – Ирка приняла вид пророчицы, – Когда свадьба?

– Не знаю. Я не уверена, что она вообще будет.

– Чего? Ты что с ума сошла? Сдурела? – затормошили её девицы. К счастью, их отвлекли их спутники, и Лене удалось потихоньку уйти.

– Уйти? Смыться! Сбежать скорее! – она вихрем домчалась до метро, торопясь добраться до дома. Заревела уже там, нырнув в ванную и закрывшись изнутри, хотя дома никого не было. Разговор, о котором так или иначе думают все девушки, происходил своеобразно.

– Лен, я хочу сделать тебе серьёзное предложение! Очень серьёзное! Я долго думал, и принял решение, что ты мне подходишь. Я хочу, чтобы ты стала моей женой! – Александр не поднимал глаз от её ладони, на которую он поставил бархатную коробочку. – Открой. Это кольцо.

Лена только потянулась посмотреть, как он продолжил: – Но, разумеется, теперь ты должна избавиться от своих кошек!

Это прозвучало настолько неуместно, не вовремя, дико, что Лена изумленно подняла глаза.

– Что ты так смотришь? Я же тебе уже говорил, что против животных. В моём доме их не будет. И им гораздо лучше будет в деревне! Воздух свежий, мышки там… Если что, я уже и договорился. У меня бабушка двоюродная обоих возьмёт. У неё как раз кот подох.

Ленка с трудом отвела взгляд от Сашиного лица. Ей казалось, что это какой-то совсем незнакомый человек говорит. Теперь она смотрела только на чёрную коробочку, стоящую на ладони.

– Ну, чего ты замерла? Открывай, давай! – Александр благодушно смотрел на невесту. Условие он высказал, а всё остальное его вполне устраивало. Семья приличная, Лена – одна-единственная, то есть с дележом наследства потом проблем не будет. Да и сейчас никаких квартирных проблем не ожидается. От двоюродной бабки им осталась двушка, живут в трёшке. Родители, конечно, переедут. Им за глаза и двушки хватит, а в трёшке будут жить они. Разумеется, о кошках следовало позаботиться заранее. На усыпление Ленка точно не согласится, а вот пристроить? Ну, а почему же нет? Доводы о том, что взрослые кошки никому не нужны, Александр предвидел, поэтому, позаботился заранее сам. Он вообще весьма предусмотрителен, не зря столько времени играл в шахматы.

Ленку он выбрал не только из-за семьи и жилищных условий, хотя и это очень важно. Она выделялась среди шумных и ярких подруг. Милая, спокойная улыбка, доброжелательная и миролюбивая, а это так полезно для семейной жизни! Готовит отлично и хозяйственная. Худенькая, это да, и неяркая. Но и это плюс. Слишком фигуристые потом расплываются, он неоднократно наблюдал! А что в глаза не бросается – меньше хлопот. На таких обычно не смотрят менее предусмотрительные и наблюдательные люди.

– Изменять не будет! – глубокомысленно решил Александр, и это качество записав в актив невесты. Конечно невесты! Он же уже решил!

– Ну, давай, открывай и меряй! – поторопил её стоящий напротив человек.

– Саш… Я… Мне подумать надо! – она решительно вложила коробочку в его руку и отошла.

Даже это Александру понравилось! – Прямо себе не поверила! Ничего, сейчас оклемается, и прыгать от восторга будет, – он был очень собой доволен. Если честно, жизнь в семье его уже прилично утомила. Родители доставали разговорами, сестра-подросток никак не хотела признавать его авторитет, а он-то уже заслужил право самому быть хозяином в своём доме! Нет, можно было бы взять ипотеку, но это означало, что надо ограничить себя в комфорте, а так Саша не любил…

Лена угрюмо уставилась на себя в зеркало. – Омерзительная рожа! Зарёванная, в пятнах, фуууу! Вот такой физиономией Сашу встречать надо. Помрёт от ужаса, и голову ломать не придётся, что теперь с ним делать.

Смартфон уже разрывался от звонков, а она всё никак не могла выйти.

– Ладно, надо выбираться, – строго сказала она себе. – Чего уж тут?

– Ленка, куда ты делась? – верещало в трубке на два голоса. – Он что, правда тебя замуж позвал? Ну и дела! А когда свадьба?

– Лиз, он хочет кошек в деревню отправить! – выдохнула Лена.

– И что? Ну и отправь, – фыркнула Лиза. – Так когда свадьба? Чего ты молчишь? Ленка? Ты что, дура что ли? Ир, прикинь, она, похоже, отказать хочет! Из-за этих блохастых тварей? Да ты понимаешь, что больше никогда у тебя не будет такого шанса? Вообще никогда! Ты в зеркало-то на себя смотрела? Да кто на тебя глянет?

– Идиотка, не смей даже думать! Я бы сама твоих кошек отвезла куда-нибудь! – голос Ирки звучал гневно, словно Лена ей лично отказала. – Ты же будешь никому не нужной старой девой с сорока кошками! Да на тебя обратил внимание такой мужик, а ты?

Что-то подобное Лена и ожидала услышать, разве что не так грубо… Она села на пол прямо в коридоре у ванной, и к ней с двух сторон подкатились её кошки. Белоснежная гладкошерстная Сима, которую её мама выкопала из сугроба два года назад, и вся семья её выхаживала, и рыженькая пушистая Фрося, найденная отцом в мусорном бачке в прошлом году. Отца ничуть не смутило то, что он был в форме, а котёнок грязный как поросёнок.

– Сам почищу, не трогай. Вот это лучше выстирайте! – он вручил жене и дочке облепленный гнилыми картофельными ошмётками крошечный пищащий комок.

– Вас в деревню? Как это мило! А потом родители мои ему помешают? Забавно да? – она машинально отключила визжащий на грани ультразвука смартфон, и шмыгнула носом. – А потом и я? Что-то мне не кажется, что это будет похоже на семью. Ладно, я не красавица. Согласна, сама вижу. Но это ж не означает, что всех надо в топку, только чтобы Сашеньке удобно было. И до сорока кошек мне ещё тридцать восемь осталось, так что есть куда расти!

Она решительно вытерла глаза и поднялась на ноги. Вовсе она не была безвольной размазнёй. Просто не любила ссориться и привлекать к себе лишнее внимание. Нет, понятное дело, Сашины ухаживания ей нравились, только вот… Не чувствовала она ни тепла к себе, ни влюблённости, ни просто минимальной попытки понять! Про кошек разговоры были и уже неоднократные. Сначала Лена отшучивалась. Потом, сказала напрямую, что всю жизнь живёт с ними. Старенькая их киса, которая попала к ним в дом, когда самой Лене было два года, мирно ушла во сне в прошлом году, и Ленка, воспитанная не только родителями, но и кошкой, никак не могла взять в толк, что такого страшного в небольшом аккуратном зверьке видит Саша?

– Я просто их не люблю и не терплю! – он брезгливо морщился каждый раз, когда приходил к ним в гости. Правда, у него хватало ума её родителям это не заявлять. Он решил, что и сам разберется с этой проблемой!

– Нда… Говорят, первый блин комом! Не факт, что будет второй, но вот это комковатое рядом терпеть, да ещё такой ценой… Наверное, я уж как-нибудь обойдусь! – решительно заявила Лена. – Уважаемые кошки, а чем это у нас так пахнет?

Пахло и правда странно. Так странно, что даже слегка распухший по причине рыданий нос что-то этакое уловил. Кошки моментально отвели глаза и активно принялись делать вид, что ничего такое не чуют.

– Понятно. Мало мне сватовства банковского гусара, так вы ещё и банку с лечо разбили! Ой, елки-палки, ну и гадость!

Лечо Лена терпеть не могла, но его любил отец, и вот теперь это ароматное блюдо было разнесено на половину кухни. – Эх вы, вредительницы!

Лена собрала осколки банки, останки ценного продукта и решила тут же вынести на помойку.

– Нет, когда это папа ест – это святое! Но нюхать его дополнительно я не могу… И так день странный, ещё и такая вонь!

Мусорный мешок полетел в бачок, Лена облегченно отряхнула руки и тут услышала пронзительный собачий визг. Дверца проезжающей неподалёку машины приоткрылась и ухоженная женская рука, сверкнувшая искрами колец, вышвырнула на тротуар небольшую собачонку. – Пшла тварь поганая, весь салон уделала! – дверца захлопнулась, и машина, газанув, стремительно рванула вперёд.

Лена успела перехватить несчастное создание, заметавшееся по узкому тротуару, до того, как оно вылетело на проезжую часть. – Тише, тише. Ну, всё, всё закончилось!

Выброшенную собаку она сумела рассмотреть только дома в ванной. Совсем молоденькая собачка испуганно сворачивалась как ежик и всхлипывала от ужаса.

– Чего-то я совсем ничего в жизни не понимаю! – бормотала под нос Лена, отмывая псинку. – Ну, понятно, что у неё случилось расстройство желудка. Ну, явно же она попросилась. Не сумела ты машину остановить, так что? Собака-то в чём виновата? Дикие какие-то люди, честное слово! Одному мешают две кошки. Так мешают, что он мне готов предложение сделать, только при условии, что я от них избавлюсь, и при этом почему-то уже считает себя хозяином «своего дома». Какого своего? Который наш? Родителей моих? А вторая выкидывает собаку из машины по дури. И наплевать, что с ней дальше будет.

Вымытая, приятно пахнущая и замотанная в полотенце черно-белая длинношерстная чихуа, пригревшись на руках у Лены, потихоньку успокаивалась. Кошки пришли знакомиться, явно недоумевая, где за тот мусор, который хозяйка вынесла, выдают вот такое странное… Родители, вернувшись с работы, переглянулись и хором заявили, что теперь-то уж все члены семьи отстрелялись с находками. А позвонивший поздним вечером Александр, решивший получить Ленино положительное решение, остался в полном шоке:

– Твоё условие? Конечно, обдумала. Знаешь, Саш, ты извини, но кошки останутся дома, а ещё я подобрала собаку, так что, наверное, тебе теперь со мной будет совсем некомфортно! Нет, не стоит. Саш, я понимаю, что тебе обидно, но это грубо. Да, про сорок кошек я уже слышала. Спасибо за заботу, конечно, но я сама разберусь! – она отключила гаджет, и решительно подошла к зеркалу. – Нет! Нельзя требовать, чтобы человек отказался от того, что для него важно и дорого. Замуж – это хорошо, конечно, но не такой ценой, не ценой потери себя. Может, и меня кто-нибудь поймёт, и примет такой, какая я есть. И я приму человека с его жизнью, пусть и с меньшей зарплатой и крутостью. Переживу!

 

Пережить пришлось и другим. И не только Александру, дико разочарованному и обозленному. Обе подруги испытали чуть ли не шок от того, что обычно кроткая и покладистая Ленка упёрлась как упрямый осел, а когда они стали откровенно объяснять, какая она дура, так же откровенно объяснила, насколько ей безразлично их мнение по этому вопросу.

– Мои родные и мои животные не обсуждаются, не осуждаются и не никак вас не касаются. Это понятно? Я тоже имею право на свою жизнь. Именно свою, а не ту, которая как вам кажется, мне подходит. Нет, Лиза, я не собираюсь плакать и кусать локти ни сейчас, ни потом. Я не упустила его, я от него отказалась, обдуманно и осознанно. Так что кому он нужно – торопитесь, а то ценный приз перехватят!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru