Абсолютно неправильные люди

Ольга Станиславовна Назарова
Абсолютно неправильные люди

Глава 5. Сплошная польза

Ленин папа – Виктор Васильевич с радостным изумлением оглядел разгрызенные Полканом в прах останки кресла и повернулся к жене.

– Милая, это же сплошная польза! Я сколько времени думал о том, что его вывезти на дачу надо, а тут пришел пёс, увидел и источил в опилки! Осталось смести и выкинуть. Даже выкидывать и то удобнее стало!

– Извините нас с Полканом, пожалуйста. Я Лене предлагал, я всё возмещу, – переживал Серёга.

– Сергей, не парьтесь! – хмыкнул Виктор Васильевич. – Вы мне вообще-то помогли. Я вот это выкину и буду чувствовать себя откресласвободным человеком!

– Хотите, я выкину? – Сергей все равно чувствовал себя неловко, и особенно потому, что соседи ему понравились. И Виктор – военный, широкоплечий, поджарый с хорошей улыбкой и крепким рукопожатием, и его жена – Александра Павловна, милая, круглолицая, русоволосая, с короткой стрижкой, и отличным чувством юмора.

– Хотим! – закивала Александра Павловна, насмешливо глядя на мужа. – Иначе, эта кучка опилок и поролона ещё пару лет будет дожидаться, пока мой супруг до неё доберётся!

– Вот! У меня такая требовательная жена. Всё надо делать мгновенно сей же час! – Виктор с сожалением вздохнул.

– У тебя час равняется нескольким годам? – парировала жена. – Серёжа, вы не удивляйтесь, просто у мужа служба построена на стремительном выполнении приказов, вот он в мирной жизни и отрывается! Если нужно прибить полку, вывести кресло на дачу, или вынести что-то глобальное на помойку – это надо три года ждать!

– Не надо ждать, зачем? Я вынесу! Только вот, что с перегородкой делать? – Сергей с сомнением осмотрел хлипкую фанерную перегородку.

– Я укреплю! – вызвался Виктор, не обращая внимания на ироничную улыбку жены и негромкий смех Лены. – Вот только снизу укреплю, крепления продумаю…

– Короче, мы её тут пока приставим… – понимающе хмыкнула его супруга.

Сергей кивнул, установил перегородку, так, как она стояла, и только задумался, чем бы её хотя бы временно прикрепить, как со стороны соседей раздалось мяуканье, и страшно возмущенный Полкан упёрся толстой мохнатой лапой, поднажал головой и снова отжал фанеру к стенке.

– Ээээ… – Виктор Васильевич проводил озадаченным взглядом обеих кошек, по-хозяйски отправившихся к соседу, и машинально погладил серого лохматого Полкана, принесшего себя на их часть балкона и подсунувшего ему голову. – Кажется, они против!

– Ну, пока можем повесить занавеску, потому что фанерку они всё равно собьют, да ещё кого-нибудь покалечат, – рассудила Александра Павловна.

– И я даже знаю кого! – Лена вышла на балкон с Милой под мышкой и предъявила её обществу. – С её везением, она точно попадёт под раздачу фанеры по организму!

Полкан тут же радостно замахал пышным хвостом, и Мила к изумлению окружающих завиляла в ответ.

– Да, наверное, это самое разумное! – согласился Сергей. – Только как бы мой бобёр вам чего-нибудь не порушил.

– А! Сейчас мы решим этот вопрос! – Ленин папа шагнул в комнату и через пару минут вернулся со странной деревяшкой.

Полкан тут же оживился, завилял хвостом, запрыгал вокруг, наступая на ноги соседям.

– Это ему на пару минут, – обреченно сказал Сергей.

– Неее, друг ситный. Было бы это дерево, он бы сразу разгрыз, но это рог. Олений рог. Мне приятель привёз для вешалки, а я куда-то вторую половину дел, пока собирался на доску приспособить…

–Столько лет собираться… это ни у каких рогов терпения не хватит, тебя дождаться! – улыбнулась ему жена.

– Короче, это полезно, грызут собаки очень долго и заняты на все сто! – сосед благоразумно пропустил мимо ушей замечание супруги, вручил Полкану погрызух и успешно ретировался с его пути. Сергею повезло меньше, отростком рога ему попало по голени, он зашипел от боли и только головой покачал, глядя вслед Полкану, уволакивающему добычу.

Занавеску повесили в тот же вечер. Веселенькой расцветки ситец в зеленые листья и белые ромашки выглядел приятно и никак не мешал круговороту животных.

– Сплошной плюс! – думал Сергей, находя на своём свежекупленном диване толстую рыжую кошку, благородно уступающую ему место, правда, исключительно для того, чтобы перебраться на подушку.

– Никакого снотворного не надо, мыр-мыр-мыр, и всё! Как выключили!

Занавеска ему не мешала. Приходил он домой поздно, уставал на работе, гулял с Полканом, и на общение с соседями ни времени, ни желания не было. Кошек соседских вполне хватало.

Лену занавеска смущала. Она любила выходить на балкон, кофе попить, благо его полностью закрывали деревья. Но постепенно и она привыкла к тому, что соседа не видно и не слышно, за него Полкан. Вот уж кто был у них в гостях постоянно. Кажется, уходил только, когда слышал, что хозяин отпирает свою входную дверь.

Мила с Полканом подружилась, даже играть начала.

– А этот слоник на Милу случайно не наступит? – регулярно сомневались Ленины родители, но гладя, с каким удовольствием играют крошечная черно-белая собачка и стремительно растущий серый лохматый пёс, не решались прервать их общение.

Приезд папиной тётушки оказался неожиданным. Ещё в детстве Лена поняла, что тетя Таня, которая бабушкой себя называть запрещала категорически, недовольна практически всем. Особенно племянником, его женой и самой Леной, погодой, ценами, качеством еды, людьми, которые попались на её пути, собственными детьми… Довольна тётя Таня была только собой! Вот и сейчас она сидела за столом, морщилась в тарелку с ужином, фыркала на кошек и Милу, а при виде Полкана и вовсе завелась:

– Это ещё что такое? Вы с ума сошли что ли? Как это соседский пёс? У вас прямо общага какая-то! Так, Витя, ты сейчас же ставишь нормальную перегородку, иначе я у вас дома не останусь!

Ленин папа только задумчиво хмыкнул. Ему пришло в голову, что перегородку ставить он не будет не просто принципиально. Он её категорически не поставит!

– Ладно, это я сама проконтролирую! Я приехала не просто так. Я же вижу, что у Лены никаких шансов нормально устроить свою жизнь просто нет! Поэтому я нашла ей жениха. Замечательный мужчина. На двенадцать лет старше, умнее раз в двадцать, психоаналитик!

Тётя смотрела на родственников, ожидая бурю восторгов и оваций.

– И что? Что вы сидите, словно я вам рыбий жир в жареную курицу добавила?

– Эээ, спасибо! – несмело отреагировала Лена, – Но, наверное, лучше я сама…

– Сама она… Дождёшься от тебя! Завтра он будет тебе звонить и пригласит прогуляться. И только попробуй не пойти!

Лена хмуро прищурилась.

– И не смотри на меня так! Вы же сейчас только по интернетам своим сидите. А вдруг он твоя судьба?

– А вдруг нет? – парировала Лена. – И я-то ему зачем? Если ему тридцать три, он же со мной заскучает сразу.

– Лена, вот именно, что ему тридцать три. Возраст знаковый! Он решил завести семью с приличной девушкой из приличной семьи. Он сын моей давней подруги. И что, надо чтобы такой ценный кадр уходил в чужие руки? Он хочет этакую тургеневскую скромную девушку.

– Я не тургеневская! – поспешно открестилась Лена.

– Именно такая! Скромная, тонкая, прозрачная, образование, семья… Всё подходит! Фото тоже подошли.

Лена поняла, что начинает сердиться. Нет, знакомиться надо, понятное дело, ветром в окно суженного-ряженного не занесёт, но не вот так же! Прямо как в магазине.

– Вам кого взвесить? Тургеневскую? Или посовременнее?

Она уже и рот открыла, но отец наступил ей на ногу, явно призывая к молчанию, и она сердито вздохнула.

– И не пыхти. Потом благодарить будешь! – резюмировала тётушка. Она так увлеклась рассказом о том, какие все поганые у неё на работе, и в окружении, и по соседству, что даже по перегородку забыла, тем более, что Полкан, благополучно отбыл, заслышав возвращение хозяина.

– Пап, я никуда не пойду! – Лена сердито сверкала глазами. Едва дождалась, пока тётка уляжется.

– Да и не надо. Только тогда она останется на две недели. А вот если ты сходишь, она свалит! – откровенно объяснил отец. – Честное слово! Дико хочется сказать, что я о ней думаю, но ведь она тогда твоей бабушке всю душу вымотает!

Лена понимающе покивала. Бабушку она любила, а Татьяна, проживая на соседней с ней улице, действительно могла ходить и изводить сестру своим недовольством!

– Какая-то семейная засада! – ворчала Лена, собираясь на встречу с перспективным кандидатом. – Бабуля как в заложницах! А я ползу на линию фронта… – она опасливо выглянула в гостиную, где тётушка отчитывала обеих кошек.

– Что за дом? Зачем тут кошки? Ну, вот какая от вас польза-то?

– Странная тётка… – презрительно осмотрела незваную гостью Сима. – Приезжает, как к себе домой. Ведет себя мррякостно!

-Да ещё и глупая! Даже не понимает, какая от нас польза! – поддержала подругу Фрося. Демонстративно, хотя и с усилием, из-за богатых габаритов, вылизывая пышное охвостье. Исключительно в знак презрения к глупой бабе.

-Мстя? – Cима вопросительно насторожила уши.

Фрося развернулась, отдышалась и осмотрела объект обсуждения. Объект бухтел о шерсти, грязи и расходах.

– Непременно! – Фрося спрыгнула с кресла на пол и осмотрела объект с другой стороны. – Отсюда она даже противнее! – сообщила она подруге. – Хотя, казалось бы… Куда уж ещё-то…

Страшная мся по-кошачьи – мероприятие ответственное, требующее подготовки и чётких планов!

Лена, как человек с кошкой выросший, что-то бы заподозрила, но тётка Таня привычно бухтела о плохих и нехороших людях, событиях и обстоятельствах, критиковала Лену, её родителей, кошек, погоду, правительство, нравы, соседей, соседских собак и даже трепетную Милу, посмевшую опасливо заглянуть с гостиную.

– Что это за безобразие? Разве это собака? Охранять не может, защищать не может, ничего не может! Как кошка!

Кошки переглянулись. После такого оскорбления уровень кошачьей мести повысился на пару ступеней, и перешел из категории «месть по случаю» в категорию «месть за хамство и крайнее небрежение».

 

Лена даже вздохнула облегченно, когда убралась от тётушки подальше. Пусть даже и на дурацкую встречу. – Ну и ладно. Я ему сходу не понравлюсь и быстренько вернусь домой. Зато Татьяна свалит! Как там этого типа зовут? А! Алексей… – она подошла к оговоренному месту встречи и оглянулась.

– Елена? – к ней шел мужчина, который ей не приглянулся с первого взгляда! Вот бывает так, посмотришь и понимаешь, нравится тебе человек или прямо с души воротит! Вроде и на вид ничего такого мерзкого, кроме неожиданно длинных волос, достающих до плеч, а вот общее впечатление оторви и выбрось! – Вы именно такая, как я вас себе и представлял!

– Ну, ещё бы! Фото-то видел! – подумала Лена. Вскоре выяснилось, что её участие в разговоре будет очень скромным. Можно кивать и улыбаться. Всё остальное Алексей взял на себя.

– Я рад, что могу помогать людям! Моя специализация – семейные отношения… – поток специальных терминов, которые должны были убедить спутницу в его гениальности, лился не переставая. – Я должен видеть людей насквозь с первого взгляда!

Лене всегда казалось, что люди – несколько более сложные существа для столь поспешных выводов и насквозь просвечиваются разве что рентгеном. – И получается?

– Ну, конечно! – возликовал Алексей. – Смотрите, видите, идёт девушка? Да, вот та, в светлом платье. У неё море комплексов!

– С чего вы это взяли? – удивилась Лена.

– Посмотрите на её походку. Она ступает неуверенно. Это признак человека с комплексами! Вот, вот видите?

Лена не считала допустимым впиваться в проходящих мимо людей жадным взглядом, выискивая их комплексы, но вслед девушке посмотрела. Уже даже рот открыла, чтобы сказать о том, что является причиной столь неуверенной походки.

– У неё же ноги стёрты! Туфли на высоком каблуке, лаковые, над задником кусочки пластыря видны, – подумала она, косясь на собеседника, но он уже забыл о девушке, перейдя к следующему объекту.

– А вот та пара! У них всё очень, очень плохо! – он кивнул, указывая Лене на парня и девушку, сидящих на скамейке напротив.

– Почему же?

– Уверенные в себе и в своих отношениях люди сели бы к центру скамьи, а эти пристроились на краешке! Если их отношения продлятся – то они мои будущие клиенты! – самоуверенно заявил он.

И тут Лене стало смешно. Настолько, что она сделала вид, что закашлялась. Они же проходили мимо той скамьи. Её середина была попросту мокрой после недавнего дождя, а край, где и устроилась пара, находился под защитой ближайшего дерева, там можно было сесть, не опасаясь за свою одежду.

– Так, может, он и старше, но такой ээээ, ну, короче я с ним общаться не смогу, даже под угрозой теткиного недовольства. А как от её недовольства избавиться? – Лена активно соображала.

– Да, так вот… Женщины в возрасте и вовсе становятся склонны к истероидному поведению! – вещал Алексей, найдя «благодарную слушательницу». – Да вы и сами это можете наблюдать.

И тут Лену осенило! – Подленько, конечно, а что делать? Самозащиту никто не отменял! – она вытянула смартфон, незаметно включила запись и отрицательно покачала головой,

– Нет, я этого не замечала. Если человек не был склонен к истерикам раньше, то с чего бы…

– А! Ну да, ваш возраст… – Алексей снисходительно усмехнулся. – Моя дорогая, у вас просто маловато опыта. А ведь вы тесно и регулярно общаетесь с такой истеричной женщиной. Я несколько лет уже наблюдаю за вашей родственницей, так вот…

– Блин, надо запись отключить. Он уже наговорил не только на изгнание из моей жизни, на полное отлучение от тетиного дома, но и на пару фатальных несчастных случаев, совершенных с особой жестокостью! – думала Лена.

Глава 6. Кошачья щедрость безгранична

Домой Лена шла с широкой и торжествующей улыбкой. – Нехорошо так вредничать… Нехорошо! Привыкну, ещё понравится! – хихикала она про себя.

Дома атмосфера была неожиданно напряженная. Это сразу чувствуется в миролюбивых и спокойных домах, где друг друга любят и уважают.

– Да! Совершенно вы оба не занимались дочерью! На музыку не отдали, а ведь я советовала! На балет не отвели, а ведь я настоятельно рекомендовала! Девчонка просто росла, как сорняк. Вот и получилось… Сидит дома, никуда не ходит, кошек дурацких развела, собак, что за ересь! Ей парнями надо интересоваться, а не кошкам хвосты крутить! Если бы я не приехала, она бы так и сидела! А теперь хоть мужчина появится приличный!

Лена, потихоньку одевавшая тапочки в прихожей, злорадно ухмыльнулась. – Ну-ну, приличный, значит…

– А вот и она!!! Леночка, ну как? Тебе, конечно, понравился Алёшенька? – тётушка выплыла в коридор, осветив его сияющей золотыми зубами улыбкой, а узрев совсем не радостную Лену, грозно нахмурилась: – Лена? В чём дело? Ты что? Неужели ты упустила такого человека? Конечно!!! Что могло ещё вырасти у таких родителей? – она с презрением оглянулась на племянника и его жену.

– А вот это она зря! – подумала Лена. Вот чего она не переносила, так это когда кто-то обижал её семью.

– Ну, и какую глупость ты учинила? – Татьяна уверенно установила руки на пояс.

Лена увидела, как её отец собирается вмешаться, и потихоньку подмигнула ему, не волнуйся, мол…

– Ой, тетенька… А, вы уверены, что этот Алексей такой уж хороший человек?

– Лена! Я, в отличие от тебя, прекрасно, просто с первого взгляда разбираюсь в людях! Он… – тётушка вдохнула побольше воздуха и самозабвенно начала расписывать положительные качества прекрасного Алексея.

– Это всё отлично, но, по-моему, вы его как-то плохо знаете… – с точно рассчитанной долей сомнения протянула Лена. И тут же была осчастливлена возмущенными высказываниями тётушки о том, что это они тут все растяпы, в людях не разбирающиеся:

– Да вон только стоит на балкон посмотреть! Какой-то посторонний подозрительный тип стоит за занавеской! Его псина помойная ходит туда-сюда! – тётка проводила взглядом пришедшего поздороваться с Леной Полкана. – А ну как это ваш сосед у вас квартиру обнесёт? А Алёшенька сын моей старинной подруги! Я его отлично знаю!

– Правда? А мне так показалось, что вы не ладите…

– Что?! Да что ты за глупости такие говоришь? – взвилась тетушка.

– Ну, как же… Он сам так о вас отзывается… Мне даже неловко стало, – притворно печально вздохнула Ленка, чувствуя себя страшно коварной.

– Что ты врёшь? – возмутилась Татьяна. – Это ты хочешь очернить его передо мной! С подругой моей меня поссорить?

– Ой, да разве я бы посмела вмешиваться в вашу жизнь? – мило улыбнулась Лена и включила запись на смартфоне.

– Вы меня Лена, извините, но ваша родственница Татьяна – прекрасная иллюстрация к возрастной деградации личности! Моя матушка рассказывала, что она и молодости была с проблемами, а теперь природный деспотизм трансформировался в возрастные тенденции к… – вещал что-то запутанное Алексей и по мере этих высказываний лицо тетушки вытягивалось, вытягивалось, недобрым светом загорелись глаза, зубы оказались стиснуты так, что она с трудом сумела разжать челюсти, попутно поскрежетав ими так, что Полкан поджал хвост и на всякий случай убрался подальше от странной тётки, укусит ещё!

– Да как он посмел! Как?! И эта… мать его!!! Подруженька? Да? А вот как получается? Это они меня так обсуждают? Да он… Да я ему!!!

– Тёть, ты извини, но я его отшила, – скромно потупилась Лена.

– И правильно сделала! Подлые душонки! Ну, я им покажу!!! – взвилась тётка. – Я им прямо сейчас покажу! Где мой телефон?

Она рванула в гостиную, смела со столика Фросю, схватила телефон и набрала номер подруги.

– Ну, я так понимаю, что это кто-то попал! – рассмеялась Ленина мама, стараясь не вслушиваться в вопли тётушки супруга.

– Да тыыыы, да твой сыыыын! Чегооо? Да как ты смеешь? Ах, ты терпела меня все эти годы? Да это я не знала, как от тебя избавиться! Ну, погоди мне! Я только приеду и тебе всё выскажу, всё! – доносилось из-за плотно прикрытой двери.

– Лен, а что этот чудик тебе так всё и выложил? – удивился отец.

– Я просто молча слушала и кивала. Ему, видать так хотелось поразить меня своим талантом человековеда, что он решил на примере знакомой личности всё расписать… А я и не удержалась – решила, что такое надо использовать, а то она же мне не поверит, начнёт опять пинать с ним на свиданку! Интересно, она так долго орать будет?

– По опыту могу сказать, что сил у тётушки хватит трёх таких растереть в порошок!

– Жаль, что она не решила сразу поехать домой и лично всё подруженьке своей выложить, – с сожалением вздохнула Лена.

Кошки переглянулись и абсолютно безмятежно уставились в потолок.

Когда дверь из гостиной распахнулась, Лене показалось, что мебель постаралась отшатнуться от ворвавшейся тётки как можно дальше.

– Так! Ты, чтобы больше с этим гадёнышем поганым не разговаривала! Поняла?!

– Как? Тётя, вы же мне говорили, что он очень хороший… – Лена не могла удержаться от некоторого количества яда.

– Очччень смешно! – рыкнула тётушка. – Никаких свиданий! Уууу, гады ползучие! Ну, ничего, ничего… Я до них ещё доберусь!

Она шагнула обратно в гостиную и вдруг обратила внимание, что её чемодан стоит как-то не так… Кривовато. Подошла ближе.

– Не поняла… – она заглянула в открытую чемоданную пасть и отскочила оттуда с отчаянным визгом. – Витя! Витя!

– Тёть, ты что? Разве можно так кричать? Что о нас сосед подумает? Такой приличный, тихий человек, а ты прямо стену ему криком сносишь!

– Там… Там… Мышь! – она ткнула дрожащим пальцем в сторону чемодана. – Только это… без шкуры!

– Тёть… У нас в принципе мышей нет! У нас кошки.

– Сам глянь! – Если чего-то в жизни Татьяна и боялась, так это были именно мыши!

Виктор заглянул в чемодан и расхохотался. – Тёть, это игрушка. Мышка меховая. Ну, то сеть была меховая, а сейчас уже без меха.

– Какой придурок делает красные тушки под мех? – ворчала тётка, разглядывая останки игрушки, уже извлеченные из её чемодана. – Куда вы смотрели, когда такое покупали?

– Так не принято отколупывать мех, чтобы посмотреть, какая там тушка.

– И вообще, зачем мне эти ваши коши мышь подсунули?

– Ну, как же. Ты же ругалась, что они пользы не приносят, кошки сразу тебе принесли добычу, даже освежевали, чтобы тебе удобнее было, – с совершенно серьёзным лицом ответила Лена.

Тётка с омерзением покосилась на кошек. Она и не знала, что это была пробная мышь. Экспериментальная. Так сказать, для затравки и проверки рефлексов. С этого момента ей стало казаться, что её жизнь заполнена всевозможными мышами.

– Иииии!!! – взвыла она глубокой ночью, отправившись по известной надобности в туалет. Прямо у порога возлежала мышь до ужаса похожая на настоящую. И уже в шерсти.

– Айййй! – донеслось из гостиной утром, когда тётушка, пробудившись, обнаружила прямо у своего носа ещё одну мышь. Но уже значительно крупнее, и покрытую натуральным мехом.

Выйдя на завтрак, она уселась на стул и, услышав пронзительный писк из-под собственного организма, стартовала вверх, даже несколько зависнув в воздухе.

– Смотри-ка даже пищалку не поленились подложить! – с уважением оценила Лена усилия кошек по выживанию тётушки из гостей.

Апофеоз случился вечером, когда тётка обнаружила у себя в чемодане пучок чёрных перьев.

– Аййййй, а этооо откууудаааа?

На этот вопрос мог бы ответить Полкан, который некоторое время назад подкрался к зазевавшейся вороне и цапнул её за хвост, а потом принёс и презентовал перья Милочке. Чишка подарок не оценила, наверное, потому, что размером он был практически с неё. Зато перья очень даже одобрили кошки. Какое-то время играли, а потом убрали до лучших времен. Вот заначка и пригодилась.

– Ну, видимо, они тебя решили капитально задарить! – развёл руками Виктор Васильевич. – Понравилась ты им! Самым ценным делятся!

– Уйми их! Мне что, теперь все вещи стирать? – тётка затребовала резиновые перчатки и добывала перья по одному, морщась от крайнего омерзения.

До глубокой ночи она стирала, гордо отвергнув предложение воспользоваться стиральной машиной. – Это только лентяйки типа твоей жены носильные вещи в машинке стирают. Хорошие хозяйки всё делают ручками! – гордо заявила она.

Одежда сохла на балконе, тётка всю ночь чутко прислушивалась, не собирается ли сосед украсть её имущество, и так устала, что под утро уснула глубоким и крепким сном. Фрося и Сима довольно переглянулись и фигурально выражаясь, потёрли лапы. Их час пробил!

Сосед Сергей ушел на работу, хозяева тоже, Полкан сомневался в необходимости задуманного, но ему скормили восемь котлет, и он, махнув лапой на все кошачьи планы, и переваливаясь по-медвежьи, отправился спасть. А Фрося и Сима трудолюбиво сновали туда-сюда, наполняя пустой чемодан незваной, скандальной и грубой гостьи «подарками».

 

Татьяна проснулась поздно. Не открывая глаз, пощупала подушку. Ничего не было.

– Никаких мышей! – довольно подумала она и открыла глаза. С удовольствием позавтракала, полазила по кухонным шкафам, щедро критикуя хозяйственные таланты жёнушки племянника. Погладила свой лёгкий летний костюм, отлично высохший и не украденный соседом, а потом отправилась на запланированную экскурсию по магазинам. Вернулась вечером и сразу же принюхалась. Странный запах смутил её ещё с утра, но она списала его не помойную псину, которая могла ходить где вздумается.

– Ну, или на этих тварей бесполезных! – подумала она про кошек и мелкую шавку Лены. Но за день запах усилился и как-то сконцентрировался в гостиной.

Хозяева тоже непонимающе принюхивались. – Странный какой-то запашок… Словно… Словно где-то кто-то того… – наконец произнес Виктор Васильевич. – Тётушка, а тебе случайно мышек больше не дарили? Может, всё-таки одну натуральную нашли…

– Чего? Дохлую? Нет! Никаких мышей я не видела!

– Странно, странно. То прямо осыпали дарами природы, а то… – Александра, Ленина мама, подозрительно прищурилась на кошек. Она уже поняла, что какой-то подвох есть! Так безмятежно и безоблачно-мило кошки выглядят как раз, когда что-то этакое отмочили, что хоть стой, хоть падай! – Хорошо бы понять, в какой стороне копать окоп, в который падать! – пробормотала она.

Тетушка решила убрать полностью высохшую одежду, подошла к чемодану и отшатнулась.

– Витяяя! Что там? Запах… Эта вонь оттуда! – она аж за горло взялась, вообразив, что именно там может быть!

Виктор Васильевич как мужчина, да и вообще, человек военный, отважно шагнул к тёткиной таре и, сдерживая дыхание, заглянул внутрь. – Не понял…

Он взял большой мусорный пакет, расстелил его на полу и перевернув над ним тёткин чемодан с изумлением осмотрел бывшее чемоданное содержимое.

– Ээээ, выглядит омерзительно. Пахнет так же, но у нас дома ничего такого не было!

– Кошки! Это ваши коши припёрли и мне в чемодан набили! Они меня выживают! – взвыла сиреной тётушка.

– Ну, наконец-то дошло! – презрительно подняла подусники Фрося.

– Да пусть спасибо скажет, что мы не перешли к следующему плану, – согласилась, гневно прищурившись Сима. – Приличным кошкам гадить в её коробку на колёсах, провонявшую гадкой жидкостью, которую она зовёт «Мои фухи», просто противно!

– Что же это всё-таки такое? – удивлялся непосредственный Виктор над малоаппетитной кучкой, его жена пожимала плечами, на заднем плане тётка изображала хор их древнегреческой трагедии, а Лена выскочила на балкон, чтобы отсмеяться вдоволь и услышала голос соседа из-за занавески.

– Лен, ты извини, пожалуйста, у вас всё в порядке?

– Да как тебе сказать… К нам приехала папина тётушка, и её выживают наши кошки. Сначала они её пугали игрушечными мышами, потом вороньими перьями, а теперь набили ей в чемодан какую-то такую вонючую гадость! Выглядит как… Как сушеные внутренности. Только я понять не могу, откуда они это взяли!

Занавеска чуть отдёрнулась, и Сергей поманил её на свою часть балкона. – Пойдём, что покажу.

Он прошел на почти пустую кухню и, пошарив на шкафу, достал практически пустые пакеты.

– Похоже, ваши кошки вытаскали это отсюда. Тут были кишки, тут – бараний желудок и трахея, а тут – самое вонючее – бычий… ну, короче часть быка. Не смотри так, я это не ем! Это мне в зоомагазине продали для Полкаши. Очень полезно для собак, особенно для бобровых собак! Но, когда твой папа подарил ему олений рог он немного подзабросил другие грызухи, вот я их и убрал повыше, чтобы он не достал без меня, а то их когда много, он любит это мне приносить и щедро делиться… Особенно ночью! Короче, лучше выдавать под надзором и порционно.

Лена восхищенно смотрела на пакеты. – Гениально! Можно? Я тётушке сейчас предъявлю, что это, а потом тебе верну!

Она унеслась к себе, а Серёга только затылок почесал.

– Умные, однако! Хотя, если честно, это уже вопрос самосохранения! Если мне было слышно то, что эта тётка там завывала, то соседям и вовсе того… Кидык с такой тётей-мотей!

– Что? Что это? – вышеупомянутая тётка с омерзением смотрела на пакеты в руках племянницы, а та послушно читала названия:

– Кишки сушеные, бараний желудок, трахея говяжья, и вот это, говорят самое вонючее. Бычий корень!

– Какой корень? – удивилась Татьяна. – Бычий?

Дошло до неё не сразу, но, когда она осознала, что именно лежало в её чемодане, она беззвучно взвыла. Беззвучно, потому что дыхание перехватило от возмущения!

Через час счастливый Виктор Васильевич усаживал тётушку на поезд, благородно подарив ей семейный чемодан, и радостно размахивая рукой на прощание!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru