Последний

Алёна Моденская
Последний

Мир наизнанку. Один из его любимых романов. Человек против системы. Теперь он сам чувствует себя инопланетянином. Только не прогрессором из высококразвитой цивилизации, а безнадёжно отставшим от жизни ископаемым. Наверное, так чувствуют себя экспонаты в музеях – их выкопали из прошлого и выбросили в настоящее, остающееся для них будущим, которое не должно было наступить, но наступило.

Старик ощущает себя музейным экспонатом. Пещерный человек в прямом смысле этого слова – живёт внизу в пещере. Наверное, скоро их так и будут называть – примитивными пещерными людьми низшего уровня.

Старик подходит к площади. На другой стороне находится его магазин. В центре площади Старик снова поднимает голову. Здесь пока ещё проложен только второй уровень магистрали, и можно увидеть кусочки неба. Вдруг Старик понимает, что уже много лет он не видел птиц. Впрочем, как и насекомых – отсутствие деревьев и Программа Дезинфекции сделали своё дело. Старик идёт маленькими шажками, не глядя под ноги, но вдруг его пластиковая трость попадает в трещину в асфальте, Старик спотыкается и падает. Он сильно ударяется коленями, на ладони ссадина, очки слетели. Он с трудом пытается подняться, без очков он может различить лишь яркий свет да мутные силуэты.

Он стоит на четвереньках и шарит рукой по земле, но очки никак не находятся – ладонь ощупывает лишь горячий мягкий асфальт. Вдруг сильные руки подхватывают под рёбра, приподнимают и твёрдо ставят на ноги. Пока Старик пытается разглядеть своего спасителя, человек отряхивает его брюки и поднимает очки. Старик быстро надевает очки и поворачивается, чтобы поблагодарить этого доброго человека, но слова застревают у него в горле. На него сверху вниз смотрят холодные глаза. Чёрный костюм, бритые виски и металлический знак на груди.

– Благодарю вас, молодой человек, – сдавленно произносит Старик.

– Я рад вам помочь, – ровным голосом отвечает Адепт Культа. – Могу я ещё что-нибудь для вас делать?

– Нет, спасибо. Вы очень любезны, – быстро отвечает Старик и семенит через площадь.

– Всего доброго, – произносит ровный голос за спиной Старика.

В глаза бросается старый рекламный щит. Справа изображены зелёные свежие деревья, слева – какие-то монстры с топорами и огнемётом. В середине – огромного роста человек, закрывающий лес щитом. Лозунг: «Сохраним лес для наших детей». Внизу подпись – Международная Программа Защиты Окружающей Среды. Старик помнит, когда это началось. В двадцатых годах случилась очередная нефтяная катастрофа, мир оказался на пороге глобального экологического кризиса. Тогда силу набрали Зелёные, они же учредили Программу. В течение десяти лет в Программу вступили почти все государства. Теперь все реки и озёра очищены, выбросы вредных веществ в атмосферу запрещены, все промышленные отходы перерабатываются или отправляются в могильники на другие планеты. Сокращена вырубка деревьев – деревянных домов больше не строят, мебель делается из пластика или металла. Даже трость Старика – и та из пластика. Светлое будущее настало. Только Старик в это счастье никак не вписывается.

Старик открывает дверь магазина и входит в тёмное прохладное помещение. Ноздри щекочет ещё один любимый запах – запах бумаги. Книги всегда были предметом особой любви Старика, его личная библиотека насчитывает больше тысячи экземпляров, магазин, который он открыл, когда уволился из школы, раньше пользовался популярностью – здесь всегда можно было купить или заказать практический любую книгу. У Старика есть особый талант находить, подбирать и продавать книги. Правда, теперь посетителей всё меньше – книги теперь электронные, а люди всё реже спускаются на землю.

Старик проверяет почту – пластиковые конверты с таким же содержимым. «Напоминаем вам о вступлении в силу Закона о запрете на изготовление бумажных изделий. Производство всех бумажных изделий отныне останавливается. Вырубка деревьев для изготовления бумажной или иной продукции с использованием древесины карается в соответствии с Уголовным Кодексом. Закон вступает в силу 1 сентября…». Через неделю. Старик тяжело вздыхает. Добрались всё-таки. Он всегда был против уничтожения деревьев. Он состоял в Общественном Движении и подписал все петиции. Он не огорчался из-за прекращения производства деревянных строительных материалов, мебели и прочих бытовых изделий. Но книги!

Рейтинг@Mail.ru