ПВО для НЛО

Владимир Мясоедов
ПВО для НЛО

Глава 2

Три дня мы отсиживались на даче. Нервничали, подъедали быстро тающие запасы, грабили брошенные хозяевами грядки с редиской и луком. А также слушали пересказ того, что смогли выдавить из своего старенького радиоприемника наши соседи. И попутно мастерили себе оружие. Голые руки – плохой аргумент в споре. Если, конечно же, ваше учебное заведение называется не Шао-Линь. Но даже самый искусный и тренированный мастер боевых искусств при попадании под прицел оружия, которое держит в руках мало-мальски обученный человек, готовый убивать, становится просто покойником. А вокруг творилось такое, что очень хотелось обзавестись личной танковой армией. Как минимум, нужным для самоуспокоения. Потому что реально оказаться в безопасности отныне можно было лишь при наличии собственного космофлота.

Вражеские инопланетные корабли методично занимались не слишком понятной деятельностью. В результате которой цивилизация людей медленно, но верно приходила в состояние, близкое к коматозному. И по этой причине немедленно появились мародеры, бандиты, пророки неких невнятных новых религий и просто психопаты, опасные для общества. Правда, лично мне и Святославу от них пострадать, к счастью, не пришлось. Спасла близость города, оставаться слишком близко к которому захотели немногие. Отпугивала циклопических размеров летающая тарелка, курсировавшая первую пару суток в его окрестностях. А потом она и вовсе приземлилась в центре Брянска. И это внушало людям большее «почтение», чем все законы, вместе взятые. За эти дни я видел громадный корабль еще раз пять. Правда, к счастью, с почтительного удаления километров в двадцать – двадцать пять. Кружившие вокруг него летательные аппараты, напоминавшие стрекоз, очень уж пугали своей привычкой искать добычу. На всякий случай мы с кузеном стали ночевать в погребе, перетащив туда матрасы и одну старенькую раскладушку. Пусть холодно и слегка сыро, зато безопаснее… Наверное.

Если сведения, которые совершенно бесплатно поступали от дикторов, верны, то можно с уверенностью сказать одно. Агрессоры никуда не торопятся. Но вместе с тем явно действуют по хорошо продуманному плану. С четкостью, которой могут позавидовать любые часы.

Имеющаяся в зоне досягаемости примитивная радиоточка не могла ловить зарубежные станции. Но выжимку их сообщений любезно делали в одном из небольших городков Брянской области. Он хоть и оказался наводнен беженцами, однако не был подвергнут атаке силами противника. А вот столица, все города-миллионеры и ряд других населенных пунктов через несколько часов после начала вторжения вдруг разом замолчали. Если память меня не обманывала, все они относились к крупным промышленным центрам. Диктор уверял своих слушателей в следующем.

Города по большей части по-прежнему стоят на месте, а не снесены подчистую. Причем там застряла часть жителей, не успевшая вовремя сбежать. Войти в них и выйти обратно теперь невозможно. Какая-то прозрачная пелена, которую немедленно окрестили силовым полем, правильным кругом очертила каждый из объектов, вызвавших интерес агрессоров. Это случилось, к нашему счастью, не сразу, примерно на вторые сутки после начала вторжения. Воздушные массы через нее проходили, а вот люди и радиоволны – нет.

С той стороны в непроницаемую преграду стучались оказавшиеся взаперти местные жители. Иногда. Когда агрессивных роботов, принципиально не замечавших барьеров, поблизости не было. Подкопы, которые пытались делать, не помогали. В городах приземлялись самые крупные звездолеты противника. Например, тот, который по неведомой причине курсировал в небе Брянской области.

Летающую же технику сбивали очень быстро. Неважно, примитивный дельтаплан или сверхзвуковой истребитель. Попытка людей подняться в небо или заставить поехать что-то хоть отдаленно похожее на танк вызывала немедленную ответную реакцию пришельцев. Неустановленное количество их боевых кораблей заняло ключевые точки на поверхности планеты или над ней. А между ними без всякой видимой системы сновал рой меньших собратьев.

И это было следующей новостью, которая сильно волновала всех людей, в том числе и меня. Летающие и уже совершившие посадку тут и там НЛО самых разных форм и, вероятно, назначений хозяйничали в атмосфере как им вздумается. Но за ее пределы почему-то не заходили. Военные объекты, например базы или авианосцы, ими уничтожались на счет «раз». Легкость данного процесса в исполнении врага бросала землян в холодный пот. Однако за отдельными мирными судами и машинами пришельцы не гонялись. Во всяком случае, до тех пор, пока люди не начинали их оттуда обстреливать.

Кроме того, агрессоры разрушали мосты и дороги. А также вели охоту на интересующие их ресурсы и людей. В качестве первых они совершенно точно предпочитали металлы. А вот из живой добычи отдавали предпочтение научным работникам или квалифицированному персоналу сложных производств, таких, как автомобильные заводы, судостроение или иная тяжелая промышленность. Рельсы, по свидетельствам очевидцев, пришельцы воровали вместе с поездами. Причем работающие на разборке путей гигантские механизмы, напоминающие очертаниями мифических кракенов, трудились стахановскими темпами. А вот машинисты и пассажиры, если успевали убраться достаточно далеко при первых признаках угрозы, оставались целыми.

Многие отделения вузов в небольших городках оказались атакованы толпами карликовых агрессоров гуманоидного типа. Ну, во всяком случае, высадившиеся в качестве десанта полутораметровые фигуры в серых скафандрах сильно напоминали людей. Подстрелить никого из них, к сожалению, не удалось. Хотя попытки, уверен, были. Может, остатки наших военных просто решили не разглашать информацию?

Ну и еще, как говорится, на сладкое. На планету в умопомрачительных количествах оказался выброшен десант легко узнаваемых по описанию крабообразных роботов. И он исчислялся явно многими миллионами штук. А вот они-то уже не щадили никого и ничего на своем пути. Разрушали здания, убивали людей, охотились за мимо проезжавшими машинами. И, как мы с кузеном узнали на своей шкуре, за велосипедистами.

Последняя и самая радостная новость – с этой напастью успешно борются! Равно как и с опасностью попыток взятия под контроль больших скоплений людей. Правда, почему-то не уточнялось, как борются. Но не отходящие от радио соседи, тоже нашедшие убежище на садовых участках, проблем с рассудком вроде бы не испытывали. А значит, непонятное гипнотическое воздействие, распространяемое по средствам связи и массовых коммуникаций, кем-то и как-то успешно глушилось. Пару раз нам случалось слышать отдаленные взрывы. А также беседовать с теми, кто наблюдал сражения между защитниками отечества и роботизированным десантом.

Ну а мы со Святославом не только слушали радио, но и были заняты делом. Немного отойдя от шока, вызванного недавним столкновением, мы провели инвентаризацию имеющихся ресурсов. А узнав новости, кинулись готовиться к встрече с трудностями, организовав на даче что-то вроде филиала маленькой средневековой мастерской. Клепали, строгали, прибивали и смешивали.

Слить бензин из пары разбитых и уже несколько суток как брошенных хозяевами машин не слишком трудно. А найти для него пустую стеклянную бутылку и тряпку на фитиль вообще пара пустяков для любого, кто согласен пошарить глазами по загаженной цивилизацией земле. Три часа работы, и вот у нас уже имеется пять флаконов с «коктейлем Молотова». Большую часть объема сей нехитрой зажигательной смеси составляет бензин, ну а остаток приходится на машинное масло, канистра с которым нашлась в одном из тех же брошенных автомобилей. Опасной жидкости, правда, получилось несколько больше. Остаток, примерно литра четыре, я приготовил для заливки в свой садовый ранцевый опрыскиватель. Мирному сельскохозяйственному инструменту пришлось переквалифицироваться из средства борьбы с колорадским жуком в настоящее оружие.

Мой же двоюродный братишка пошел еще дальше. Разыскав где-то тройку обрезков довольно тонкой трубы, он сплющил их с одного конца молотком. И свернул получившееся едва ли не в блин. После чего одним только ножом выстругал под них ложе, а в стволы получившихся самопалов засыпал граммов по пятьдесят мелко рубленной проволоки вперемешку с серой, соскобленной с головок спичек. Сей продукт в магазинах мигом стал дефицитным, но целый блок его отыскался в закромах родной дачи.

– Зря смеешься, – сказал мне сильно помрачневший от вероятной потери любимой девушки кузен, определенно начавший питать какую-то нездоровую любовь к оружию. – Картечь, она и в Африке картечь. С расстояния в пару метров сметет любого!

– Нет, – покачал я головой. – Прости, но не верю в твою чудо-пищаль. Собаку ею пугнуть, наверное, можно. Да и человеку если прямо в лицо пальнуть, то сработает. Но против тех же крабоподобных роботов или кого похуже подобная игрушка скорее всего бесполезна.

– Ну-ну, – не остался в долгу Сятослав. – Показал бы тебе всю глубину заблуждения, да боеприпасов жалко. Не помню почему, но во время Великой Отечественной спички очень ценились. А значит, и сейчас могут пригодиться. Но в любом случае добрый старый ствол будет лучше распрыскивателя, переделанного в поджигатель.

– Сильно сомневаюсь, – любовно погладил я свое детище по баку с бензином. – Конечно, это не настоящее оружие. К тому же оно медленное и имеет просто смехотворную дистанцию поражения, исчисляемую считаными метрами. Но при хорошем давлении, накачать которое можно за полминуты, эта игрушка вполне способна выбросить струйку пламени на голову врагу. А это куда лучше, чем удар рукой. И скорее всего, ее радиус поражения больше, чем прицельная дальность твоих одноразовых трещоток. Из которых еще попасть надо. А у меня боезапас рассчитан на несколько минут в прямом смысле огневого контакта.

– Что же мне второй не сделал? – поддел меня братец, уже не с таким пренебрежением взирая на плоды моей оружейной мысли. – Или жадничаешь, а, Стасик?

– Найди второй опрыскиватель, и будет тебе счастье, – пожал плечами я. – Причем довольно быстро. Возни с ним меньше, чем с самодельными пищалями. Разумеется, с моим опрыскивателем придется еще потрудиться. Надо прицепить сантиметрах в сорока от сопла крепление для горящей пакли, которая подожжет жидкость. Но это надежное оружие!

 

– Да ну? – не поверил Святослав, со своими самопалами за поясом выглядевший почти как какой-нибудь пират века эдак шестнадцатого-семнадцатого. – А почему же тогда на свой чудо-агрегат весь прошлый день убил?

– Подбирал крепления, позволяющие надежно установить источник пламени именно на таком уровне, чтобы огонь заставлял воспламениться летящую зажигательную смесь и не смог бы дотянуться до ее источника. – И зачем спрашивает? Сам же видел. И даже помогал к ожогам, без которых, понятное дело, не обошлось, крепить бинтами сорванный на ближайшем заброшенном огороде подорожник. Зато теперь, если захочу дать отпор какому-нибудь агрессору и получу несколько минут на подготовку, ему придется жарко. Очень.

– Знаешь, Стасик, сегодня я услышал довольно любопытные новости, – сказал Святослав к концу третьего дня после начала инопланетного вторжения, когда наше оружие, ну, или то, чему мы присвоили столь гордое наименование, было готово к бою. – С утра по радио передавали, что какая-то китайская подлодка с чокнутым экипажем умудрилась спрятаться от пришельцев на дне. А сейчас всплыла и превратила Пекин в радиоактивные руины.

– С одной стороны, это печально, – вздохнул я, причем вполне искренне. – Много жертв, разрушенные культурные и исторические памятники одной из древнейших стран мира. А с другой… Там же наверняка одна из этих громад приземлилась. Уцелела, не знаешь?

– Вроде бы пыталась удрать, но далеко не улетела, плюхнулась на землю и взорвалась, – поделился информацией кузен. – Значит, каким-то количеством врагов, скорее всего весьма немалым, на нашей планете стало меньше. Но не о том речь. Взрывы были от нас далеко, нам радиации бояться нечего. Если подобных казусов не произойдет где-то поближе. А последнее, сам понимаешь, весьма вероятно. Нужна защита.

– При условии начала атомной бомбардировки испугаться мы просто не успеем, – лениво пожал плечами я, размышляя, где и чего добыть на ужин. На грядках, как на грех, не имелось огурцов, но с соседней речки Святослав с утра притащил пару рыбок. В шкафу же еще оставалась половинка не слишком черствого батона, выменянная у одного из дачников на бо́льшую часть оказавшихся в наших карманах денег. Но хотелось чего-то посущественнее. И мясного. В совсем идеальном варианте – хорошего борща. – Наплюй и успокойся. Все равно ничего сделать не сможешь.

– Это если рванет километрах в десяти-двадцати, – не желал следовать ценному совету двоюродный братец. – Тогда действительно дергаться бесполезно. Ибо с такой дозой облучения не выжить. А вдруг взрыв подальше произойдет? Скажем, в пятидесяти или ста километрах? К тому же люди или чужие могут пустить в дело отравляющие газы. Да и железные пластины на грудь и спину нашить бы хотелось. Ну, чтобы меньше бояться мимо пролетающих пуль и прочих опасностей.

– С ума сошел? – Другого ответа на подобное идиотское предложение у меня не нашлось. Правая рука даже пальцем у виска покрутить дернулась, чтобы лучше передать степень кретинизма услышанного. – Пуля из того же автомата Калашникова, если правильно помню, без труда пробивает кирпичную стену. А инопланетные аналоги должны быть еще круче. Ну чего тебе даст какая-нибудь жестянка, кроме ложного чувства защищенности? Уменьшение шансов спастись бегством в тяжелой сбруе?

– М-да, – вздохнул атлет, с тоской покосившись на свои самопалы. – Рыцарские латы сейчас не перспективны. А жаль… Но все равно, Стас, защита от разных поражающих факторов нам нужна. Пусть даже самая примитивная. И, кстати, я примерно представляю, как ее сделать.

– Ох! – Моя рука с размаху впечаталась в мой же лоб. Понять, чего хотел кузен, было несложно. А желала его исстрадавшаяся душенька сразу и новую игрушку и чем-то занять руки и мозги. Сопротивление обречено на неудачу и потому не имеет смысла. – И в кого ты уродился таким упрямым, как осел, трудоголиком?

Ночь была полна швейного труда и добрых тихих непечатных слов, в городе сошедших бы за злостное нарушение общественного правопорядка. Зато наши запасы пополнились парой самодельных защитных костюмов. Эти выкидыши кустарной постапокалипсической промышленности были получены при помощи тщательной обработки имеющихся старых и грязных спортивных костюмов расплавленным пластиком и целлофаном. Которых, спасибо химической промышленности, теперь тоже можно найти сколько угодно без всяких усилий. Старые пакеты, упаковки, в дело шло абсолютно все. Дизайн получился, разумеется, совсем не от кутюр. Зато пропускающая воздух ткань оказалась надежно прикрыта слоем достаточно герметичного вещества.

– Противогаз бы еще для комплекта, – задумчиво протянул Святослав, рассматривая получившийся «шедевр», больше похожий на человекообразный кусок мусора. Кажется, результат совместного портняжного труда ему искренне понравился. А вот у меня возникли опасения, что если те же солдаты, ну, или еще кто-нибудь нас в подобной сбруе увидят, то пристрелят как пришельцев. Ибо нормальный человек подобное никогда не наденет. И даже буйный псих, сбежавший из клиники, тоже.

– Чего нет, того нет, – ответил ему я, мысленно отмечая, что названный им предмет вообще-то действительно стоило бы найти. На всякий случай. – Придется ограничиться глухой маской, на манер тех, которые носят пасечники. С очками и марлевыми фильтрами в районе носа. Правда, по жарким летним условиям в такой одежде долго не походишь. Сваришься на солнцепеке. Но когда жить захочется, обильным потоотделением можно будет пренебречь.

– Ну да, – с готовностью согласился братец. – Займемся обувью? Помнится, была здесь где-то коробка. Туда старые туфли для прогулок по огороду сваливали, пока они совсем не расклеивались. Пожертвуешь несколько на эксперименты?

– Куда ж я денусь, – вздохнул я, понимая, что от всего происходящего мой родич понемногу начинает съезжать с катушек. Впрочем, оно и неудивительно. В город, где осталась его то ли живая, то ли мертвая девушка, не прорваться. Жрать почти нечего. Денег и документов нет. Из дома выходить попросту опасно. Так, а может, на ночь стоит начать прятать топор куда-нибудь подальше? Вернее, оба топора. И ножи кухонные.

С ролью башмаков, которым предполагалось ступать по зараженной земле, на наш дилетантский взгляд, вполне справятся резиновые калоши с высоким голенищем. Последнее к тому же предполагалось наглухо закупорить все тем же целлофаном, из которого мы сделали нечто вроде портянок. Их предполагалось, правда, наматывать не внутрь, а снаружи. В случае если ядерное оружие все-таки пойдет в ход, от излучения совместное творение двух стремительно дичающих людей, разумеется, не спасет. А вот не таскать на теле лишнюю дозу радиоактивной пыли поможет.

Еще в качестве ответа дальнобойности моего огнемета Святослав пытался смастерить арбалет. Увы, результаты получились неважные. Тетива, сделанная из разрезанной автомобильной шины, постоянно слетала или рвалась. А стрелы по неведомой причине летели куда угодно, но только не в цель. Неудача кузена, конечно, нас расстроила. Но сам факт того, что к возможным неприятностям мы подготовились как могли, приятно грел душу. Неизвестно, чем закончится весь этот кошмар с вторжением. Но если нам так и не придется встретиться с десантом роботов или банальными земными бандитами, я, пожалуй, поверю, что у человеческой расы действительно большое будущее.

Увы, проблемы пришли, как и ожидалось. В начале одиннадцатого часа четвертого дня от той достопамятной рыбалки до моих ушей донесся еле слышный с большого расстояния, но явно отчаянный крик. Не оригинальный по нынешним временам, в общем-то.

– Убивают! – отчаянно надрывался какой-то мужик. – Убивают!!!

– Ну хорошо хоть не насилуют, – попытался найти позитивную сторону в происходящем я, одной рукой сдергивая с полочки плотно закупоренный остаток зажигательной смеси, а другой начиная откручивать крышку баллона. – Эй, Славик, ты ведь тоже это слышишь? Пойдем на голос или в кустах отсидимся?

– Впрочем, жаль, что на нас напали не орды красоток, одетых лишь в форменные фуражки и туфельки, у которых на их далекой-далекой планете наступила тотальная нехватка мужиков. – Думая о чем-то своем и явно расслышав лишь первую мою фразу, поддакнул мне Святослав. Кузен был крайне занят извлечением своих самопалов из ящика, где он хранил их завернутыми в плотную ткань. Последнее условие являлось крайне необходимым, дабы самодельный аналог пороха не отсырел. – А? Что ты там еще спрашивал?

Пришлось повторить вопрос. Впрочем, судя по тому, как собирался на битву двоюродный брат, он для себя уже все решил. И никуда от этого не деться.

– Что за риторические вопросы, Стасик? – вскипел легкоатлет на предложение сохранить дипломатический нейтралитет по отношению к происходящему где-то рядом конфликту. – Если сами не постараемся навести на Земле порядок, то кто, кроме нас, этим делом заниматься будет?

– А не надорвемся ли всю планету спасать? – ехидно уточнил я, накачивая воздух в баллон распрыскивателя. Впрочем, перед началом боя еще пару качков сделать не помешает. Увы, но давление бывшая уже пару лет в употреблении емкость держала не слишком хорошо.

– Я в смысле окружающей нас местности, а не планеты, – внес важное уточнение кузен. – Для последней наших силенок все-таки маловато будет. Хотя… Надо же с чего-то начинать?

Немного поколебавшись, мы решили все-таки надеть свои «защитные» костюмы. Радиации и токсичных осадков, конечно, пока вроде нет. А от пули или лазерного луча поможет он не лучше, чем страховой полис водителю, умудрившемуся лоб в лоб поцеловаться своим авто со скоростным поездом. Но все-таки раз уж мы их сделали в припадке нездорового трудового энтузиазма, то как не испытать свое изделие?!

Пока я накачивал давление в импровизированном огнемете, пока искал, куда дел зажигалку, пока огородами, под прикрытием разросшихся на брошенных участках зарослей полудикой вишни добрался до источника панических воплей под поторапливающее злое шипение и тихую ругань Святослава… В общем, прошло, наверное, минут пять. Время, достаточное не только для того, чтобы убить, но и позволяющее быстренько где-нибудь припрятать труп. Но крики никак не смолкали. Даже странно как-то. Кто там так медленно убивает оратора, разливающегося во всю мощь легких? Приблизившись к дому, где, судя по всему, происходило, но никак не могло произойти убийство, мы с кузеном увидели прелюбопытную картину.

– Убивают! – пронзительно орал толстый мужик то ли с маленькой бородой, то ли с неделю не бритой щетиной, сидя на коньке покатой крыши своего дома. Последний явно имитировал классическую древнерусскую избу. Даже резные ставни в наличии имелись, а распахнутые настежь железные ворота оказались покрашены ярко-красной краской.

По двору участка, обнесенного ничего не скрывающим проволочным забором, с пьяным смехом и не менее пьяными матюгами расползалась компания каких-то… Даже названия точно не подберу. Для бомжей – слишком наглые и злые. Для гопников – чересчур уж грязные. Смотри я издалека, так мог бы принять этих неведомых зверушек за группу негров. Ну не пришельцы, уже хорошо. С садовым опрыскивателем и бутылками, наполненными самодельной зажигательной смесью, на боевого робота идти я бы не стал. Наверное. Ну, если только от безысходности.

– Бухло! Клевое! – громко возрадовалась тонким женским голосом личность, высунувшаяся из окна дома. Заодно она своротила не слишком большим, но все-таки выделяющимся бюстом какой-то цветочек, до этого момента мирно стоящий на подоконнике. – И кровать тут мягкая! Эй, кто сегодня у меня первым будет?

– Это ж надо – всего за три дня и так опуститься, – тихо донеслось из-под марли на лице Святослава. Судя по всему, братец, несмотря на спортивную карьеру, имеющий достаточно интеллигентное воспитание, пребывал в легком шоке. Действительно, устроившие буйный разгул перед нами люди напоминали каких-то вырвавшихся из клетки павианов! Ну, на крайний случай потомственных люмпенов, всю жизнь с младенчества проведших в трущобах. Где читать никто не умеет, учиться не хочет, а гигиену считают происками лукавого.

По виску скатилась крупная капля пота. Еще одна набухла на кончике носа, но смахнуть ее рукой в перчатке, тем более сквозь маску, не было никакой возможности. Не знаю даже, чем они были вызваны больше – нервным напряжением или повысившейся температурой тела? Да уж, бегать в герметичном костюме оказалось тем еще испытанием. Жарко, неудобно, и все время боишься банально порвать его о кусты. Конечно, прореха в условиях вполне безопасной внешней среды есть не более чем досадное недоразумение и лишнее вентиляционное отверстие. Но ведь жалко же!

 

– Ну а жрачка годная там есть? – спросил удачливую добытчицу, видимо, предводитель шайки. Отличить его от рядовых налетчиков можно было по криво и неровно выстриженному на голове ирокезу, покрашенному чем-то кислотно-желтым. У остальных были скромные короткие ежики. А один, заметно выделяющийся самым крупным телосложением и осенним плащом, невесть зачем нацепленным по летней жаре, так вообще сверкал гладко выбритым черепом.

– А то! – довольно подтвердила девица, улыбаясь во весь рот. Где, кстати, на месте одного из передних резцов зияла отталкивающего вида прореха. – Тут курица жареная, пахнет вкусно… Убери руки, козел!

Последнее относилось к кому-то, кто оставался внутри здания. Значит, их там как минимум двое. Но скорее всего больше. И перед домом пятеро. Семь человек в лучшем случае. А нас всего двое. И почти без оружия… Да и потом, стоит ли пускать огнемет против банальных воров? Еда не стоит человеческих жизней. По крайней мере пока. Только ради нее жечь этих придурков я не хочу и не буду. Святослав, уверен, того же мнения. А этот небритый тип на крыше от того, что покричит чуть-чуть, не сдохнет.

– Убивают! – прибавил громкости мужик, он уже довольно долго молчал и, видимо, собирался с силами.

– Да заткнись ты, …! – Главарь развернулся, и я увидел причину паники хозяина дома. В руке обладателя ирокеза было короткое ружье с обрезанным стволом. И оно выстрелило.

– А-а! Убивают! – Громче вопли не стали. Тише, впрочем, тоже. От раскатистого треска цель вздрогнула, но падать вниз не намеревалась. Черепица крыши треснула и частично осыпалась вниз в доброй паре метров от хозяина жилища. То ли обрез в руках бандита мог претендовать на звание самого неточного оружия мира, то ли самому ему требовалась срочная коррекция зрения.

– Попаду или не попаду? – задумчиво пробормотал себе под нос Святослав, сжимая в руке один из своих самопалов и поднося к запальному шнуру зажигалку. – Готов, Стас?

– Угу, как пионер, – коротко ответил я, нервно тиская руками ручку разбрызгивателя. Пальцы под перчатками наверняка побелели от напряжения. – Сейчас?

– Дьявол! – выругался бандит и полез рукой куда-то в недра своей одежды, бывшей совсем недавно хорошей кожаной курткой, но сейчас больше напоминавшей половую тряпку, которой вытерли пол в свинарнике. – Заговоренный он, что ли? Четвертый патрон трачу, и все без толку! Эй, Лихач, заткни этот громкоговоритель!

Лысый утвердительно гыгыкнул и распахнул полы своей куртки. Стоял он в профиль к моему наблюдательному пункту. А потому было прекрасно видно, что именно под ними скрывалось. Перевязь с ножами, причем не одна. Ленты, за которые были заткнуты самые разнообразные детали кухонной утвари – ну не бывает боевых тесаков с розовыми пластиковыми рукоятками, – опоясывали его грудь в трех или четырех местах. Кармашки для оружия, вернее чехлы от него же, кое-где даже с фирменными логотипами или названиями каких-то магазинов, были нашиты на внутреннюю сторону одежды. А еще с шеи парня свисала связка с чем-то непонятным. Присмотревшись внимательно и даже протерев для надежности стекло встроенных в маску костюма очков, я ощутил чувство гадливости. А еще острое желание немедленно пустить в ход огнемет. Нет, ну кем надо быть, чтобы нацепить на себя в качестве то ли трофея, то ли украшения человеческие уши?! Прибью падаль! Если что, на роботов спишу. Пусть военные или полиция, если они вообще в дачном поселке появятся, ищут, где у инопланетных агрессоров зажигалка вставлена. Вот только налетчиков все равно многовато для двоих, а тип на крыше не помощник… Да еще это ружье в руках у главаря.

Первый нож полетел в жертву бандитов. И лысый почти попал! Рукоятка воткнувшего в деревянную балку оружия завибрировала в считаных сантиметрах от бока небритого мужчины. А еще ведь вопрос, что у других по карманам распихано.

Святослав чиркнул зажигалкой, запалив торчащий из самопала шнур. Все, сейчас громыхнет, нас обнаружат, а значит, надо следовать его примеру. Пока глаза боялись, руки делали. Сжимаемый в руке дешевый пластмассовый контейнер с бензином и газом еле слышно чиркнул и поджег паклю. Палец на кончике сопла импровизированного огнемета поставил тумблер, управляющий типом разбрызгивания, в нужное положение. При нем из бака будет бить непрерывная струя до тех пор, пока не иссякнет давление. Пылающая жидкость полетела к своей цели. Как оказалось, поначалу прицел был взят слишком высоко. Огненный дождик полил стенку дома, заставив его хозяина, прячущегося на крыше, перейти своими воплями куда-то в область ультразвука. Правда, мотив «Убивают!» так и не сменился на «Поджигают!».

– Атас! – заорал главарь, он практически мгновенно развернулся в мою сторону. И, как ему показалось, правильно сориентировался в обстановке: – Дроиды!

«Ага, – промелькнула мысль. – С Дартом Вейдером в придачу!» Эпизод ноль – «Империя прячется под кустиком». Ну, подходите ближе, уроды! С пары метров точно не промахнусь, будет вам фатальный солярий и смертельный гриль разом!

Падающий с небес огонь нащупал спину метателя ножиков. Не специально. Я просто по-прежнему не совсем правильно рассчитал угол, под которым будет падать горящая жидкость. И вместо того, чтобы преградить путь двум ближайшим – в прямом смысле грязным – типам, подпалил совсем не их. Да и вообще у меня глазомер ни к черту!

Гулко бухнул самопал Святослава, изрыгнув из себя ясно видимый язык пламени. Тем не менее он не разорвался в руках, а послал не пойми куда картечь. Даже не знаю, зацепило ею кого-то или нет. Но идти в контратаку налетчики не стали. Вместо этого они шустро бросились наутек, буквально перелетев низенький, едва ли не декоративный, проволочный заборчик, ограждающий участок. Главарь, уронив на землю так и не вставленный в ружье патрон, несся впереди всех, размахивая своим оружием, будто обычной палкой. Лысый катался по земле, сбивая пламя, и кричал. Думаю, его вопли вызваны больше испугом, чем болью. А вслед за основной шайкой из дома выбралось еще трое бандитов. Две девушки и парень. Одетые в той же манере – в стиле укравших хорошие вещи попрошаек, из религиозных соображений в жизни не стиравших свое тряпье.

Маршрут для спешного отступления с занятых позиций не изменился ни на йоту. Казалось, в головах начинающих бандитов стояли целеуказатели с одинаковыми программами. Вот только одна из девушек, не та, что высовывалась в окно, а другая, несколько замешкалась на крыльце. И старающаяся убежать из опасного места как можно быстрее коллега бестрепетно отшвырнула ее в сторону, чтобы убрать с пути. С негромким испуганным вскриком всплеснувшее руками в напрасной попытке сохранить равновесие тело упало, ударившись головой о стену дома. И замерло, то ли сломав шею, то ли просто потеряв сознание. Пускать убегающим пламя вслед или тем более преследовать их не стал. Ровно как и жечь лежащую. Вместо этого постарался сконцентрировать огонь на лысом, сумевшем как-то стряхнуть с себя куртку и одновременно избавиться от тлеющих брюк. Тот, встав на одно колено, быстро и точно, словно автомат, кидал ножи в ту сторону, где прятались мы со Святославом. Причем если бы кузен не успел в последний момент заслониться сжимаемым в руке самопалом, просыпав самодельный порох, то один из них торчал бы уже в его шее.

Под дождичком из зажигательной смеси, попавшим теперь на почти голое тело, бандит издал такой вопль, от которого у меня едва сердце не остановилось. Дико крича и размахивая руками, метатель ножей кинулся куда-то в сторону. Но, сделав едва ли пять-шесть шагов, рухнул и стал кататься по земле туда-сюда. Гулко бухнул последний самопал Святослава, выбравшегося из нашего укрытия и со скоростью профессионального атлета подбежавшего к противнику на расстояние вытянутой руки. Гладко выскобленная голова покрылась кровавыми струпьями, в последний раз дернулась и больше не подавала признаков жизни. Все. Мы его убили. Почти наверняка. С большими ожогами, не говоря уж о засевшем в мозгах железном мусоре, не выживают. Ну конечно, если не попадают очень-очень быстро в больницу с хорошими хирургами. А его туда никто не повезет. Да и сам он не дойдет. Странно, но никакого особого чувства в этот момент я не ощутил. То ли слишком далеко был, то ли слишком боялся, что вернутся остальные бандиты и засунут мне мой же огнемет пониже спины… Не знаю. Просто была опасная цель, и вот ее не стало.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru