Дурное поведение

Эмилия Грин
Дурное поведение

Пролог

POV. Агния

– И целуй меня везде, восемнадцать мне уже-е-е… – Лёлька обвела танцующую публику хмельным взглядом.

По традиции в день Святого Валентина меня ждала обширная программа. И дело не в любовно-морковной начинке популярного праздника – в свои семнадцать о любви я знала в общих чертах, на примере пестиков и тычинок. Да и не особо страдала, потому что все силы уходили на подготовку к поступлению в ВУЗ.

Дело в другом.

Четырнадцатого февраля родилась моя лучшая подруга Ольга. Шумная блондинка с аппетитными формами слыла ходячим стихийным бедствием, постоянно втягивая меня в сомнительные истории. Сегодня Лёле исполнилось восемнадцать, и я с тревогой покосилась на полупустую бутылку шампанского. Щеки именинницы порозовели, а ведь любимая Лёлькина рок-группа «Вепри» еще даже не начала выступление.

Машинально протерла переносицу, обнаружив на подушечках пальцев серебристые звездочки. Я примчалась на праздник сразу после городских соревнований по эстрадным танцам, не успев избавиться от сценического образа – иначе бы опоздала. До сих пор вздрагивала, встречаясь со своим отражением в кривых зеркалах задымленного помещения.

Даже мама не узнала бы…

– Так, дамы, теперь мой ход! Лёль, а слабо выпить залпом бокал шампанского?! – лукаво прищурилась Светка.

В ожидании концерта мы с девчонками играли в «Слабо». Я энергично замотала головой, всем своим видом показывая, что против этой затеи. Но, увы, Ольга уже вошла во вкус – глазом моргнуть не успела, как подруга слизнула с губ последние капли шипучего алкоголя.

– Агния, что бы такого тебе придумать… – Лёля со Светой переглянулись.

В этом момент ведущий объявил:

– Внимание, сейчас мы определим самый горячий французский поцелуй вечера! Парочки, прошу на сцену!

– А слабо пригласить на конкурс вон того парня за козырным столом?!

Я поморщилась, проследив за взглядом подруги:

– Ты что, рехнулась? Он же с девушкой!

– Ну и что? Я же взяла телефон у бармена десять минут назад, – отмахнулась, раскрасневшаяся Светка. – Тебе всего лишь нужно подойти к нему и предложить поучаствовать в конкурсе.

Вновь повернула голову, разглядывая пару. Они выглядели, как пассажиры элитного класса «Титаника», которые ради экзотики спустились в отсек для бедняков. Не могла разглядеть лицо парня, зато его спутница производила впечатление медузы Горгоны, и мне совершенно не хотелось попадаться ей на глаза.

– Агния, ну ты чего?! Это же весело!

– Да ей слабо! – расхохоталась Светка.

– Раз ей слабо, тогда пойду я! – Лёля резко поднялась, похлопав себя по внушительной груди.

Подруга вскинула подбородок, на полном серьезе собираясь к соседнему столу. Во рту пересохло. Её взгляд а-ля «мне море по колено» не предвещал ничего хорошего, поэтому я выпалила:

– Нет уж, сама пойду…

POV. Руслан

В честь дня Святого Валентина сегодня во всех клубах страны творилась настоящая вакханалия влюбленных сердец.

– Окей, Гугл, чем закончится эта ночь? – прошептал собеседнице, еле ощутимо прикусывая мочку.

– Гугл с тобой не разговаривает! И я тоже… – Марика игриво погладила меня по бедру.

– Чем же я так провинился?

– Ты был слишком груб, кровопийца! Мне пришлось полчаса замазывать на шее отпечатки твоих зубов… – Пальцы подружки скользнули вверх по ноге, давление внизу живота подскочило.

– Никто не жаловался… – Щелкнул брюнетку по носу, нехотя поворачивая голову, потому что кто-то потянул за плечо.

– Рус, можешь покараулить возле женского туалета? – невинно улыбнулся брат Гвидон, приобнимая за талию худосочную блондинку.

– Я что, похож на сортирного досмотрщика?! – сложив ладонь пистолетом, направил оружие родственнику в лицо. Тот лишь отмахнулся, сосредоточив масляный взгляд на прелестях моей спутницы.

Согласен, Марика получила титул «Мисс Москва 2019» абсолютно заслуженно. Грузинские корни отвечали за взрывоопасный темперамент, а тяжелые каштановые волосы и раскосые оливковые глаза привлекали внимание мужиков.

– Отвали, Гвидон! Не видишь, мы заняты! – хмуро свел брови, поглаживая колено подружки.

– Тогда попрошу близнецов, – сквозь зубы процедил брат. К счастью, они «с прицепом» моментально растворились в толпе отдыхающих.

– Руслан, ну поехали в «Sixty»?! Там сегодня камеры. Ты же знаешь, у меня уже двести тысяч подписчиков в Инстаграм, я должна мелькать на модных тусовках. Улыбочку! – Марика навела на нас одну из трех камер последнего айфона, презентованного ей за хорошее поведение. Я поморщился – на дисплее появились наши лица с коронами на голове.

– Рома Вепрь лично позвал нас с братьями на концерт. Я не могу уйти, не поздоровавшись.

– Сегодня же ночь святого Валентина! Я думала, мы как следует отметим… – Мисс «Москва» сморщила нос, обводя публику снисходительным взглядом.

Несмотря на то, что мы допивали самую дорогую бутылку шампанского из барной карты, Марика хмурилась. Этот клуб отличался от тех заведений, где мы обычно отдыхали: здесь все гораздо демократичнее, а народ отрывался как в последний раз.

– Внимание, сейчас мы определим самый горячий французский поцелуй вечера! Парочки, прошу на сцену!.. – объявил ведущий.

– Пошли? – выжидающе заглянул подруге в глаза.

Я выпил всего бокал, но оттого, что делал это редко, алкоголь ударил в голову. Ощутил острую потребность на один вечер отключить мозги: орать песни, прыгать, танцевать…

– Царев, ты с ума сошел?! Посмотри на эту кучку неудачников! Я не собираюсь стоять с ними на одной сцене!

– …Не забывайте, за самый горячий французский поцелуй победители получат две тысячи рублей! – не унимался ведущий.

– Представляешь, можем выиграть два косаря! – азартно рассмеялся.

Марика покрутила пальцем у виска. Иногда хотелось застрелиться оттого, что моя фамилия Царев, и мы с братьями – наследники крупнейшего в стране состояния.

– Извините… – Резко развернулся, ощутив, что меня пригвоздили к месту. – Вы не составите мне пару в конкурсе?

Невысокая брюнетка с ультрамариновыми глазами стояла ни жива, ни мертва, сконфуженно улыбаясь. Я мазнул взглядом в сторону, быстро сообразив, в чем дело. Через пару столов от нас бодро жестикулировала стайка девчонок. Судя по всему, незнакомка с космическими глазами проспорила желание или что-то в этом духе.

– Эй, ты ничего не попутала?! – Марика кровожадно облизнулась.

– Прошу прощения… Я ошиблась…

Незнакомка с облегчением вздохнула, сделав шаг в сторону, но я удержал её запястье:

– Идем! – хрипло приказал, ощутив, как кровь долбанула в виски.

Миг, и я потащил девчонку на сцену.

– Командир, мы тоже участвуем! – отрапортовал ведущему ребром ладони.

Я развернул девушку к себе лицом, прижимая её к своему животу.

– Ты что творишь?! Это недоразумение! Мы с девчонками играли в слабо… – запричитала она, пытаясь вырваться.

– Ш-ш-ш. Что самое безбашенное ты делала в своей жизни? – брюнетка растерянно покачала головой. Краем глаза заметил, как Марика вылетела из клуба.

– Если хорошо постараемся, можем выиграть две тысячи рублей, – подмигнул, сдерживая приступ истерического хохота.

Правда, забыл добавить, что за сегодняшний вечер спустил больше тридцати штук. И это только начало.

Мы стояли в конце очереди влюбленных пар, внимательно разглядывая друг друга. На её щеках мерцала россыпь звезд, а глаза манили неестественным ультрамариновым блеском. Просто космос! Наконец, незнакомка встала на цыпочки, потянувшись к моему уху:

– А что самое безбашенное делал ты?

– Секс в кабине фуникулера. – Я опустил взгляд и начал любоваться её телом. Брюнетка охнула, ударяя меня ладонями в грудь. – Шучу! Но и до фуникулёра я когда-нибудь доберусь… – добавил, испытывая дискомфорт в узких джинсах.

Я всего лишь хотел позлить Марику и не заметил, как начал подкатывать к незнакомой девчонке.

– Прости, но это ошибка… – она побледнела, отступая на шаг.

Пришлось импровизировать:

– Да, брось! Я целоваться-то толком не умею, какой мне секс… – переплел наши пальцы.

– Ты плохо целуешься?! – переспросила с таким искренним недоверием, что я почувствовал себя конченым вруном.

– Зуб даю! – пристально посмотрел в космические глаза: её зрачки были расширены, а радужка покрыта фиолетовыми вкраплениями.

– Просто, я тоже… Так что сейчас будет полный экспромт…

Бл*. Да она с луны свалилась!

– К счастью, я кое-что читал о поцелуях, так что просто повторяй за мной.

На лице брюнетки появилось такое невинное выражение, что я стал возбуждаться.

В отличие от брата, я разборчив в связях и не испытываю кайфа от быстрого перепихона в туалете клуба. Однако ситуация будоражила сознание, её дерзкое приглашение взорвало мои принципы. Взгляд упал на сливовые губы: они были влажными и полуоткрытыми. У меня встал, как у недотраханного подростка.

– Как ты смотришь на то, чтобы немного потренироваться?

Некоторые пары уже «отстрелялись». Неумолимо приближалась наша очередь. Да, я собирался выиграть конкурс на лучший французский поцелуй. Жаль, в программе не было состязания на лучший секс…

– Знаешь, наверное, это плохая идея… – незнакомка посмотрела через плечо в сторону лестницы.

– Я же не кусаюсь! – очередная ложь. Кусаюсь, и еще как. Изо всех сил сдерживался, чтобы прямо сейчас не прихватить зубами полные губы.

– Мне правда неловко… Да и твоя девушка…

Я притянул брюнетку ближе, давая себя прочувствовать. Мы оба задышали чаще, на этот раз обходясь без лишних слов.

Вокруг орала музыка, клубные прожекторы слепили глаза, неистово дрыгались танцоры и целовались влюблённые пары. Все это не вязалось с привычным образом моей жизни: учеба на факультете управления МГИМО, стажировка в бизнес-империи отца и ежедневные конные тренировки. Но вчера я выиграл кубок, разрешив себе небольшое послабление.

 

Скользнул взглядом по её изумительным сиськам, испытывая приятную дрожь в теле. Сука, космос! Незнакомка нервно покусывала губу, пока я пытался вернуть трезвость мыслей. Вряд ли мы еще когда-нибудь пересечемся. Есть только этот безумный миг. Её сливовые губы напротив моих. Внизу живота уже дымилось, словно чиркнули спичкой.

Я провел ладонями по её рукам, уверенно перемещая их на миниатюрную талию. Темные волосы блестели, как зеркало. Брюнетка зажмурилась, когда я стал ощупывать её бока, представляя стройное тело без одежды.

– Всё-таки не стоит… – промямлила она.

Я кивнул в ответ, наклонился и взял девушку за подбородок, прижимаясь губами к её шее. Мы замерли. Фонтан горячей крови ударил в пах, возбуждение усиливалось. Девчонка не шевелилась, пока мурашки с моих губ переползали на её сладкую кожу.

Бл*. Меня разрывало. Ощущая, как её колотит, скользнул промеж оттопыренных губ языком и принялся настойчиво целовать её: поочередно посасывал и покусывал, жалил и дразнил, пытаясь настроить на нужный лад. Мысленно уже раздел её и отнес в кровать. Напитавшись взглядом на умопомрачительное тело, достал из ящика Пандоры свои «игрушки». Я точно знал, чем её удивить…

Мой язык напирал, в то время как её почти не двигался. Только тут дошло, что она не отвечает на поцелуй. Резко отстранился, заглядывая в глаза.

– Извини, но… – девушка выпорхнула из объятий, оставив меня в дураках.

Ей что… не понравилось?! Невидимая пощечина обрушилась на лицо. Я только вошел во вкус и не планировал так скоро прерываться, поэтому побежал следом.

– Постой! Да постой ты! – дернул её за руку, резко разворачивая.

– Мне жаль, что лишила тебя двух тысяч рублей, но всё это дикость какая-то… Я даже имени твоего не знаю!

– Если мы познакомимся, можно будет продолжить? – молитвенно сложил ладони, вздохнув с облегчением, когда уголки сливовых губ дрогнули.

– Это безумие! Мне уже пора возвращаться за стол, а тебе лучше помириться со своей девушкой… – воскликнула она, переводя дыхание.

– Можно я украду тебя всего на час, а потом верну обратно? Обещаю! Прокатимся на моем «баклажане»? – Аккуратные брови взметнулись ввысь. – У тачки цвет «Баклажан». А ты о чем подумала, скромница? – я хитро улыбнулся.

Это первая девушка, которая не пришла в восторг от моего поцелуя. Нужно срочно исправить ситуацию!

– Хорошо, но только на часок… Пойду попрощаюсь с девчонками, – неожиданно согласилась она.

Мы договорились встретиться на клубной парковке. Я протиснулся через толпу обкуренной молодежи у раздевалки, с боем добыл пуховик и, накинув его на плечи, вышел из душного помещения. Февральский мороз остудил пылающие щеки. Бросил взгляд на «Lexus» темно-баклажанного оттенка, раздумывая, чем бы удивить девчонку с космическими глазами.

Первый удар пришёлся в затылок.

Я попытался развернуться, едва ли не оглохнув от звона в ушах, когда чье-то колено приземлилось под дых. Их было трое или четверо. Запоздало выставил защиту, через секунду повалившись на промерзший асфальт. Картинка перед глазами смазалась, а затем и вовсе померкла…

Глава 1

Полгода спустя

POV. Агния

Дождь лил стеной. Я промокла до нитки, замешкавшись с зонтом, и теперь мысленно оплакивала свои бесподобные кудри. Судорожно расправив подол на платье «для особых случаев», обвела взглядом металлические ворота. Ноги дрожали. Хотелось списать все на озноб, вызванный промозглой погодой, но, увы, причиной стало волнение.

– Агния, пойдем! – мама нетерпеливо пригладила прядку медово-рыжего каре.

Она всегда гордилась цветом наших волос, в то время как я могла бы уже выпустить сборник дразнилок. «Рыжая-бесстыжая» далеко не самое обидное, что приходилось слышать за свои восемнадцать лет. Одноклассники наточили языки, соревнуясь в злословии. К счастью, школа осталась позади: я поступила в университет и не могла дождаться первого сентября.

Неожиданно ворота разъехались.

– Добро пожаловать! – тепло поприветствовал нас статный брюнет, переминаясь с ноги на ногу в тени клетчатого зонта. Спустя мгновение он утянул маму в свое водонепроницаемое убежище.

– Света, Агния, идемте скорее! – поторопил нас Царев.

– Да-да, конечно…

В последние дни события сменялись со скоростью вихря. Не успела я отойти от разговора, в котором мама раскрыла имя тайного воздыхателя, как получила новую порцию шокирующих новостей – новоиспеченная пара собралась под венец! И вот мы пакуем чемоданы, садимся в бордовый «Porsche» с водителем и мчим в новую жизнь…

Добежав до крыльца, я вздохнула, отжимая то, что еще недавно называлось «голливудскими локонами» – противный ливень за считанные секунды безжалостно разделался со всеми составляющими моего утонченного образа: платье напоминало линялую тряпку, прическа потеряла объем, и не нужно обладать интуицией Холмса, чтобы распознать в подозрительной грязи под ногтями остатки туши.

– Дочка, познакомься, это Ваня. – Мама положила голову мужчине на плечо, щеки влюбленных одновременно порозовели. Пара выглядела, как два милующихся снегиря.

– Агния, рад нашей встрече. Жаль, не удалось познакомиться с тобой раньше. Знаешь, я всегда мечтал о дочери… – неловко сжал мою руку будущий отчим.

– Э-э-э… я тоже рада, – промямлила, испытывая легкий укол обиды.

Отношения мамы и Царева длились не менее полугода, но узнала я об этом всего пару дней назад. Влюбленные слишком серьезно отнеслись к поговорке «Счастье любит тишину».

Дождь немного стих, и над цветочными клумбами разлилась освежающая прохлада. Нарушал установившуюся гармонию лишь резкий лающий звук откуда-то из-за угла. Пока жених и невеста весело перешептывались, я спрыгнула со ступеней в надежде отыскать источник шума. Пробираясь между влажной листвы, внимательно прислушалась. Только тут дошло, что зубодробильная какофония не что иное, как композиция группы «Rammstein». Я вздрогнула, обнаружив в небольшом просвете между кустарниками спортивную площадку. Под рёв динамиков там занимались трое парней. Ребята синхронно подтягивались на турнике, их локти скользили вдоль корпуса, мышцы спины и шеи были напряжены, а разгоряченная кожа переливалась в лучах закатного солнца. Никто из троицы даже не потрудился надеть футболки. Перевела взгляд ниже, тут же пожалев об этом – влажная ткань спортивных штанов облепила не только ноги, но и крепкие ягодицы…

– Мальчики активно занимаются спортом, – раздалось за спиной, и я обернулась.

Иван Царев смотрел на спортсменов с нескрываемой гордостью.

«Мальчики?!» – чуть не сорвалось с губ. Эти полуголые великаны меньше всего подходили под данное определение. В голове вспыхнули слова мамы: «У Ивана четыре сына. Младшие близнецы и средний – открытые добродушные ребята. А старший нелюдим. Не так давно он пережил нападение и замкнулся в себе…»

– Мальчики учатся на факультете управления и политики МГИМО. Скоро они закончат учебу и будут владеть городом, а пока… владеют всеми женскими сердцами, – хмыкнул Царев. – Мишка, Львенок! Марш сюда! – отец семейства сложил ладони рупором, силясь перекричать гавканье «Rammstein».

Два спортсмена сразу подчинились. Они спрыгнули, разворачиваясь лицом. Я еле сдержала возглас удивления – видела, конечно, близнецов, но эти казались клонами. Прямо двое из ларца одинаковы с лица: идеально сложены и чертовски хороши собой.

– Пап, ну какой я Львенок?! – полуобнаженный брюнет тряхнул мокрой шевелюрой. – Приятно познакомиться, Лев.

– А я Миша, – пробасил подоспевший брат.

Парни так широко улыбались, что видно было восьмёрки. Завороженно переводила взгляд с одного на другого: по их каштановым волосам стекали капли дождя, переносицу и щеки украшали дерзкие карамельные веснушки, а глаза поражали голубизной.

– Агния… – смущенно кивнула в ответ.

Близнецы продолжали улыбаться, но от могильного холода на дне их глаз на горле завязалась петля. Я заморгала, пытаясь убедить себя в обратном. С какой стати им меня ненавидеть? Мы ведь скоро станем частью одной семьи.

– Даже батя до сих пор их путает.

Повернула голову, сталкиваясь взглядом с третьим спортсменом. В глаза сразу бросились высокие скулы, мягкие линии челюсти и полные губы. Кажется, я попала в секретную лабораторию по производству идеальных мужчин. Средний брат внешне ничем не уступал близнецам: поджарый атлет с самодовольной ухмылкой хозяина жизни. В Инстаграме таких пруд пруди.

– Кстати, меня зовут Гвидон. – Его глаза загорелись, достигнув горловины моего платья.

– Гвидон… э-э-э… Приятно познакомиться, – проблеяла, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно.

– Наша мама любила русские народные сказки, но мне не повезло больше остальных, – пояснил Гвидон размеренным низким голосом.

– Радуйся, что мама не смотрела «Дом-2» и не назвала тебя Венцеславом, – тут же вставил один из близнецов.

К своему стыду, не могла со сто процентной уверенностью определить, Миша это или Лев. Гвидон рассмеялся, и что-то в его интонации насторожило. Меня пронзило бесконтрольным страхом. Вздрогнула, когда мама обняла меня за талию, присоединяясь к разговору.

– Ну, вся семья в сборе! Предлагаю идти ужинать, – заключил Царев-старший.

– Пап, у нас последняя тренировка перед соревнованиями. Увы, сегодня зависнем в бассейне до полуночи… – озабоченно поведали будущие сводные братья.

– Дорогой, разве ты забыл о благотворительной встрече?! – мама приобняла жениха, мягко улыбаясь парням. Она директор благотворительного фонда и познакомилась с Иваном на одном из мероприятий.

Парни откланялись, а отчим провел нам с мамой экскурсию по территории особняка. Кроме обширных садов, декоративной насыпи и пруда с кувшинками во дворе, внутри находился винный погреб, зимний сад, SPA-зона и несколько десятков комнат.

Проводив голубков до ворот, я еще несколько минут задумчиво гуляла по саду. Уже планировала возвращаться, как вдруг внимание привлек мужской силуэт в окне второго этажа. Он стоял в темноте, судя по всему, наблюдая за мной уже какое-то время. «А старший сын нелюдим. Не так давно он пережил нападение и замкнулся в себе…» – вспыхнули в памяти, как гирлянда на елке, слова мамы. В ту же секунду шторы задернулись, скрывая мужскую фигуру. Уже в который раз за вечер душу затопила необоснованная тревога.

– Да какого черта? – обозлилась на саму себя. Ну, разумеется, скоро наша жизнь кардинально изменится, но мы цивилизованные люди и сможем наладить отношения. Ведь сможем же?!

Краем глаза обратила внимание на еле заметную дрожь занавесок. Он продолжал смотреть. Я знала. Чувствовала. Позвоночник покрылся испариной, ноги гудели. Не в силах выносить этот странный контакт, я поспешила в дом.

* * *

С самого утра я пребывала в гордом одиночестве. Мама с Царевым уехали на работу, братья о своем местонахождении не докладывали. Наспех позавтракав, уже села в автомобиль, чтобы отправиться на организационную встречу в университет, как вдруг вспомнила, что забыла сумку в комнате.

Увы, вчерашняя экскурсия не помогла – оказавшись в одиночестве, как слепой котенок я плутала по коридору с одинаковыми массивными дверями, пытаясь вспомнить, за какой из них находится моя спальня. На территории особняка можно разместить стадион и даже провести чемпионат мира по футболу. Масштабы жилища поражали, всё вокруг кричало: «Наш хозяин печатает деньги!» Под жужжание мыслей в голове я толкнула одну из дверей, но она не поддалась. Ну, прекрасно, заблудиться посреди дома – очень в моем стиле!

– Есть здесь кто-нибудь?! – напряженный голос эхом потонул во внешнем великолепии.

Вздохнула, направляясь к следующей двери. Потянула начищенную до блеска ручку, и, к счастью, она поддалась. Вошла в комнату и еле сдержала возглас разочарования – увы, эта спальня принадлежала другому человеку. Вздрогнула, когда взгляд зацепился за черно-белый портрет парня на стене. Он висел над полкой с многочисленными кубками и наградами. Поясницу прошиб пот, грудь сдавило.

– Не может быть… – прищурилась, всматриваясь в суровые чернильные глаза молодого мужчины. Он выглядел неприступной глыбой.

Я подошла ближе, обводя затуманенным взором многочисленные медали, дипломы, грамоты… «Руслану Цареву за первое место в чемпионате Москвы по конному спорту», «Победителю соревнований по конкуру», «За второе место в Президентских скачках»… В голове творилось черт и что. Невозможно! Немыслимо! Тот веселый расслабленный парень был полной противоположностью суровому красавцу со снимка. От одного взгляда на портрет на коже проступили мурашки мутанты.

Это не мог быть тот парень с концерта…

 

Не мог…

Или…

Неожиданно послышались шаги. Я повернула голову, цепенея от страха. Хозяин комнаты все это время находился в ванной.

Боже, нет!

Оценив масштаб надвигающейся катастрофы, пришла к выводу, что бежать до входной двери не вариант, поэтому сиганула в приоткрытую дверь гардеробной, спрятавшись за ворохом костюмов. Дверь уборной медленно распахнулась, я вросла в прохладную стену. Из ванной комнаты, прихрамывая на левую ногу, вышел полуобнаженный великан. Гладковыбритые щеки мужчины блестели, влажные темно-каштановые волосы зачёсаны на прямой пробор. Он развернулся и посмотрел прямо на меня, будто умел видеть сквозь стены.

У меня задрожали коленки. От холода. Его взгляд был настолько ледяным, что его бы не смог расколоть ледокол.

Руслан Царев был из тех, про кого говорят «Лучше один раз увидеть»: под метр девяноста ростом и плечистый. В непроницаемом выражении лица парня улавливалось нечто грубое, неотёсанное. В отличие от братьев, не такой писаный красавец, однако весь его исполинский облик подавлял. В полотенце, повязанном на бедрах, парень шел прямо на меня. Судя по плотно сжатым челюстям, каждый шаг давался ему с титаническим трудом. Вдруг он замер, переводя дыхание, повернул голову, бросив ненавидящий взгляд на трость. Руслан стиснул зубы, продолжая медленно двигаться к гардеробной.

Мое волнение зашкаливало. Испытывала подобное однажды в жизни. Всего один раз. В тот вечер на концерте.

Это был он. Сомнений не осталось.

Однажды Руслан Царёв уже находился на расстоянии согнутой ладони, а его язык хорошенько изучил мой рот. В это мгновение эмоции захватили, словно дождь посреди дороги. Детали той ночи пронеслись, как вспышка молнии в грозу, а потом изображение смазалось. Мне хотелось распахнуть чёртову дверь, подбежать к нему и заглянуть в глубокие чернильные глаза. Спросить: «Ты меня помнишь?!» С той ночи прошло ровно полгода, но я до сих пор мучилась то кошмарными, то сладкими воспоминаниями.

Неожиданно мужчина избавился от полотенца, представ передо мной обнаженным. Сердце подскочило, я резко отвела взгляд. Спустя мгновение Руслан потянул ручку двери гардеробной на себя. Я затаила дыхание, вжимаясь в стену. Стоит ему повернуть голову, как мое местоположение с позором будет раскрыто. Меньше суток в доме, а я уже подглядываю за своим без пяти минут сводным братом…

Но мне повезло: Руслан открыл ящик с нижним бельем, достал оттуда черные боксеры. О ужас, теперь я знала не только обо всех анатомических подробностях строения тела парня, но и о том, где он хранит трусы!

Прихватив спортивное трико, хозяин спальни захлопнул дверь. Я выдохнула, молясь, чтобы он скорее покинул комнату.

К сожалению, старый знакомый не торопился: делая передышку после каждого шага, он добрался до шведской стенки и принялся отжиматься. Двигался при этом как робот, как машина-убийца. Жилистые руки скользили вдоль корпуса вверх-вниз. Вверх-вниз. Дыхание спортсмена перешло в глухой свист. С замиранием сердца следила за четкими ритмичными движениями, по его позвоночнику струился пот, мои ладошки взмокли…

От воспоминаний о том вечере ощутила покалывание в горле. Боялась подумать, что будет, если он меня узнает. В эту секунду я пожалела, что совсем скоро мы станем родственниками…

Неожиданно дверь хлопнула – в просторную светлую комнату ввалились остальные братья.

– Что-то вы долго… – низкий скрипучий голос Руслана заставил меня содрогнуться.

– Прости, о великий магистр! – запричитали близнецы, отвешивая шутовские поклоны.

Я не смогла сдержать улыбку: несмотря на все шуточки, было очевидно, что братья друг за друга горой.

Спустившись со шведской стенки, он стер пот со лба и взъерошил взмокшие волосы. Гвидон, Миша и Лев расположились на диване возле окна. Руслан взял трость и, опираясь на нее, гораздо увереннее зашагал к родственникам.

Перед глазами всплыла картина его окровавленного тела посреди клубной парковки. Хотелось выйти и прямо сейчас признаться, что это я распылила газовый баллончик, заставив подонков, избивающих парня ногами, прекратить. Они убежали, оставив Руслана в луже собственной крови, сочившейся из раны на ноге. Откуда-то послышались голоса, топот ног. Я спряталась за одной из машин и, убедившись, что его обнаружили, поехала домой. Всю ночь искала информацию о нападении на парковке возле клуба «Мята», но ничего не нашла. Ни одной заметки. На следующий день вернулась к открытию заведения, чтобы выяснить хоть что-то, но меня вежливо послали.

До сегодняшнего дня казалось – наш сладкий французский поцелуй и кровавый асфальт мне привиделись. Теперь кусочки пазла встали на свои места – похоже, Царев засекретил всю информацию, связанную с избиением сына.

– Как поживает наше парнокопытное? – насмешливо поинтересовался Гвидон, когда старший брат сел напротив.

– Как и положено бедным овцам, пошла пастись в ЦУМ. Дорвалась до халявного бабла! – заржали близнецы.

Я сглотнула, не совсем понимая, о ком они говорят.

– Сейчас не время шутить. Мы должны обсудить очень важную тему, – сухо прервал их старший брат.

– Да, дело дрянь. Сегодня с утра я общался с батей… – Миша скривился. От сердитого выражения его лица по коже пробежал холодок. – Никакого брачного договора не будет, и это несмотря на состояние нашей семьи. Скажу больше – он собрался официально удочерить дочь этой аферистки. А еще… настрогать парочку таких же ржавых детей!

В комнате воцарилось молчание. Я изумленно уставилась на прядь волос, накрученную на палец. Господи, так они обо мне?!

– Мы не можем этого допустить, – твердо заявил Лев. – Он клялся светлой памятью матери, что никогда не женится на другой! Пусть бы трахался на стороне, как раньше. Предлагаю сорвать чертову свадьбу!

– Согласен. Но как? – задумчиво поинтересовался Гвидон. – Похоже, батя втрескался в нее по самые помидоры…

Я перевела взгляд на Руслана, лихорадочно всматриваясь в его бледное лицо. Парень до побелевших костяшек сжимал в руках трость.

В голове вновь всплыла картина той ночи. Его озорная улыбка и конкурс на лучший французский поцелуй.

– Секс-скандал, – тихо выдал старший брат.

– Что? – наперебой загалдели близнецы.

– Рус, поясни?! – Гвидон закинул руки за голову, лукаво улыбаясь.

– Чего здесь непонятного?! Наш отец очень тщательно следит за репутацией, он мечтает получить кресло в Думе. И тут на тебе – дочь его будущей жены приторговывает телом! Представляете реакцию отца, если выяснится, что эта рыжая – эскортница?

Его слова прошли сквозь меня, как электрошок. Язык прилип к небу, а футболка к спине.

– Мне нравится ход твоих мыслей, братишка, но… Эта девчонка и правда овечка. Вряд ли она видела что-то, кроме вагона метро с USB-зарядкой. Как мы убедим отца, что этот синий чулок – элитная проститутка? – прищурился Гвидон.

– Зачем убеждать? Пусть увидит своими глазами, – губы Руслана растянула недобрая улыбка. Сердце так бабахнуло, что на миг меня оглушило.

– Увидит что? – нетерпеливо потирал ладони Лев.

– Как его падчерица ублажает одного из гостей…

Внутренности словно прожгли сигаретой, и пепел все сыпался и сыпался, воспламеняя кожу изнутри. Теперь уже не верилось, что мой первый поцелуй состоялся с этим жестоким расчетливым скотом. Обвела взглядом трость, сосредоточив внимание на его хромой ноге. Если бы можно было отмотать время назад…

– Но как мы все это провернем? – оживился Миша.

– В субботу вечеринка, на которой влюбленные планируют сообщить о помолвке. Нужно всего-то подпоить девчонку женской «Виагрой» и заставить немного попозировать на камеру. Но кто-то из нас должен составить ей компанию… – Руслан почесал переносицу, пока другие братья переглядывались.

– Сестренка не удалась лицом, зато задница нормальная. Так что возьму удар на себя, – с мученическим выражением лица заключил Гвидон.

– Возьмешь удар? Да ты чуть не изнасиловал Агнию взглядом на спортплощадке! Что, думаешь, я не заметил? – заржал Миша, обращаясь к среднему брату.

– Она не в моем вкусе, – буркнул тот в ответ. – Но так уж и быть, для общего дела поставлю знак качества. Хотите, потом передам ее вам? От одной таблетки девчонка будет до утра изнывать от желания…

– У овцы идеальная попка! – оживились близнецы. – Отец говорил, она занимается танцами…

В горле пересохло. Я запрокинула голову, прислонившись затылком к прохладной стене гардеробной. Средний и младший принялись спорить, в какой последовательности будут меня… Наверное, нечто подобное испытывает человек, обнаружив свою фамилию в расстрельном списке. Между лопаток проступила испарина. Их болтовня напоминала генератор случайных чисел: третий сорт не брак, унизить… растоптать… опозорить на всю Москву… Я мечтала выбраться из западни и убежать далеко-далеко. Ноги моей больше не будет в этом гиблом месте.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru