Ночной пассажир

Эдуард Владимирович Парфенов
Ночной пассажир

Уже за полночь. Высоченные двери широким размахом наконец-то раскрылись, разогнав по углам отражение фонарей. По гранитным ступеням, стелящимся перед ним ковром, уверенными шагами прошел мужчина средних лет в шикарном дорогущем костюме, с виду неброского серого сукна.

– Давай домой! – уставшим голосом скомандовал он водителю.

Тот, бегло оценив в зеркале заднего вида настроение хозяина, кивнул и, плавно надавив на педаль акселератора, направил лимузин по известному маршруту.

Прибытие домой – особый ритуал: миновать ворота с охраной, а дальше – по ровному и гладкому асфальту – короткий отрезок пути, в абсолютной тишине, будто не касаясь земли.

Лимузин медленно подплыл к крыльцу. Яркие фары белыми лучами ударили по глазам отражением от глянцевого мрамора.

– Отдыхай, Анатолич! Позвоню, когда будешь нужен.

Водитель все так же молчаливо, кивнул.

Освободившись от груза ответственности, Виктор выдохнул.

Гирлянды огней нависали искусственным небом. Шикарный черный лимузин медленно катился по тихим улицам города, огни которого облизывали стекла, полированные капот и крышу, искривляя пространство.

Ночь и весь выходной впереди – наконец можно никуда не спешить. Он помял затекшую от долгого ожидания шею и вдруг вспомнил, что в багажнике завалялся пакет с мусором, оставленный шефом после дальней командировки.

– Блин, провоняет ведь весь салон, – буркнул он и съехал на обочину.

Пульсация ночного клуба на противоположной стороне дороги отдавала вибрацией стекол – за зашторенными витринами отдыхало утомленное рабочей неделей население.

Виктор вышел из прогретого уютного салона, вдохнув запах прокуренного выхлопом проспекта, открыл багажник и старательно завязал пакет. Дойдя до урны, неожиданно услышал глухой хлопок автомобильной двери.

Он осмотрелся, никого около лимузина не обнаружил, но сквозь тонировку заднего стекла увидел женский силуэт.

Думал сначала возмутиться бесшабашному поступку незнакомки, но, заняв свое место, обернулся, поправил очки и спокойно произнес в темноту салона:

– Барышня! Добрый вечер, но мне кажется, Вы перепутали автомобиль. Я не такси!

– Поехали! – попыталась вскрикнуть она, прикрывая лицо рукой, но вместо крика получилось хриплое всхлипывание.

Анатолич запустил мотор и медленно направил тяжелый седан, привычно сделав радио тише.

– Куда едем, барышня?

Наконец она опустила руки, и он увидел ее в зеркале заднего вида.

На щеках черными молниями потекла тушь, лицо перекосилось в гримасе. Вытерев грязные слезы рукой, размазала их темными пятнами еще больше. Неловко, стараясь не пачкать все вокруг, расстегнула замок сумки. Достала из нее несколько сотенных иностранных купюр и протянула водителю.

– Все равно куда, вези на все деньги! – все еще всхлипывая, сказала она.

Виктор сделал вид, что не обратил внимания на предложенные деньги, на ходу открыл бардачок и достал салфетки, не распаковывая, передал пассажирке.

Она, не дожидаясь, когда он примет премиальные, положила купюры ему на подлокотник, обменяв их на салфетки.

Несколько минут – и она предстала в отражении во всей красе.

Анатолич вел автомобиль по тихим пустынным улицам, избегая сумасшедших проспектов, где часто гоняли нетрезвые стритрейсеры-мажоры, соревнуясь в рывках со светофоров. Изредка отвлекаясь от дороги, он украдкой поглядывал на девушку.

Она была молода и красива. Когда с лица был смыт яркий вызывающий макияж, стала даже милой. Он не смог определить цвет ее глаз, но огни города отражались в них вспышками. Темные ухоженные волосы явно были окрашены профессионально. Аромат ее парфюма был нежен и ненавязчив, как кислород. На закинутых друг на друга стройных ногах из-под короткой юбки виднелись пояса кружевных чулок.

Она заметила, что он подсматривает.

– Ну почему мне попадаются такие уроды? – вдруг спросила она отражение Анатолича в зеркале.

– И я тоже? Простите, – машинально отреагировал он на неожиданный вопрос.

– Нет, не Вы. Я не знаю. Это риторический вопрос. Людям стараешься доверять, а они берут все это доверие и втаптывают в самую мерзкую грязь.

– У Вас неприятности дома или на работе? Я, конечно, плохой советчик, да и стараюсь вообще советов не давать – не благодарное это дело, но попробуйте посмотреть на проблему проще, – постарался успокоить собеседницу Виктор.

В ответ она набрала полную грудь воздуха и выдохнула. До него донеслось ее легкое кисловатое амбре.

– Мой дом за сотни километров отсюда, стоит пустой. Приехала поступать, а потом мечтала карьеру построить, семью завести, – она прервала свой рассказ, что-то внимательно рассматривая за тонированным стеклом.

– Не поступили?

– Поступила. Закончила, – она вновь перевела свой взгляд на салонное зеркало. – После мечтала устроиться на хорошую работу. Но Вы посмотрите на меня. Как думаете, какое желание первым появляется у потенциального начальника? Куда я не попадала, везде сталкивалась с похотью. Любой маленький начальничек мнит себя альфа-самцом. А у самого дома жена недотраханная. Жалкие уроды! Однажды нашла фирму, где женщина была директором. Все, думала: вот оно счастье! Карьера! Так и было первый год, пока не появился ее сынок. Тот еще ублюдок.

– Ну а отпор дать? В полицию заявить за домогательства, пробовали? – Анатолич старался поддержать разговор.

– Отпор? Конечно, дала. И пошла гордая – новую работу искать. Я везде отпор давала. И как оказалось – только цену себе повышала. Вот это да, это самое положительное в этой истории.

На несколько минут в салоне повисла пауза. Сначала она не напрягала, но Анатолич уже не мог оставить без внимания симпатичную пассажирку, которая тоже украдкой ждала его взгляда.

– Я Виктор, кстати, Анатольевич. Все зовут Анатоличем.

Пассажирка чуть заметно улыбнулась. Хотела протянуть ему руку, но поняв, что диван слишком мягкий и глубокий, снова откинулась на спинку.

– Марисабель! – тихо произнесла она.

– Извините? – сосредоточился Анатолич на ее имени, сделав вид, что не разобрал его.

– Ма-ри-са-бель! – по слогам и громче повторила она.

– Вы серьезно? Не шутите? Это имя? – удивился Виктор.

– Это мой псевдоним. И не делайте вид, что не поняли кто я.

– Я, честно, не знаю, кто Вы, – признался Анатолич.

– Да-да, и вы никогда в жизни не встречали живых проституток!

– Встречал, но, признаюсь, никогда вот так тесно не общался и не пользовался услугами. Да, и… – он немного замялся, раздумывая, продолжить свое признание или нет, но все-таки решился, – те, кого я знал, по виду были далеки от Вас. Я их в эту машину не посадил бы.

Марисабель ухмыльнулась.

– Спасибо, комплимент зачтен! А это не Ваша машина?

– Нет, я водитель. Разочарованы? – он ждал ее реакции.

– Скорее наоборот. Это даже лучше.

Она снова отвлеклась на проплывающий за стеклом пейзаж. Немного абсолютной тишины, и она продолжила свою историю.

– Когда меня выгнали из очередной шарашкиной конторы, я вдруг поняла, что мне не избежать этой участи. Как назло, встретила одного бывшего начальника. Он мне и предложил деньги за ночь. Только вот не за секс с собой, а с компаньоном. В итоге, я сорвала двойной куш. Мне заплатил и сам шеф, и тот олигарх, с которым он мутил сделку. Так все и началось. Но я все еще пыталась сопротивляться, не на все заказы соглашалась. Оставила себе лишь трех клиентов – самых щедрых. А потом оказалось, что и они сами не желали, чтобы у меня другие были. И тут ревность. Веришь?

– Верю! – Анатолич закивал.

– А дальше пошли дорогие подарки: брюлики, айфоны, платья от кутюр, совместные путевки на элитные курорты. Квартиру подарил один, поближе к себе. Но я там брезгую жить. Не хочу, душа не лежит.

Рейтинг@Mail.ru