Чайники Рассела в современной науке

Вячеслав Олегович Дредд
Чайники Рассела в современной науке

Звезда и зеркальное озеро

Представьте себе, что вы стоите на берегу большого озера, абсолютный штиль. Даже вообразим, что озеро – это огромное зеркало. Прямо над центром озера, высоко на небе, горит звезда. Вы видите ее отражение в зеркальном озере – там, куда падает свет от нее.

Мы знаем, что угол падения света равен углу его отражения. Свет от звезды падает на всю поверхность озера под прямым углом, учитывая огромное расстояние до звезды. А значит, и отражается он от звезды вертикально вверх, и не должен попасть в ваши глаза, и вы, согласно теории Альхазена, не должны видеть звезду. У каждого читателя были подобные опыты, когда он видел заезды, отраженные в воде, но угол падения не был равен углу отражения.

Теперь допустим, что поверхность зеркального озера не идеально гладкая, и свет отскакивает от нее под разными углами – и попадает вам в глаза. В таком случае, свет отскакивал бы вам в глаза из разных мест озера – и вы должны видеть одну и ту же звезду отраженную во многих местах, чего в нашем эксперименте не происходит. Этот опыт наглядно показывает, что оптическое явление, именуемое отражением, не приемлет свет в роли материального переносчика изображения от источника к зеркалу, и от зеркала к глазу.

Эксперимент с туннелем

Мы можем представить себе прямой длинный тоннель, но не сквозной, а со стенкой с одной стороны. Тоннель столь длинный, что в конце его кромешная тьма. Однако, на выходе светло. Наблюдатель в конце тоннеля видит яркое пятно на выходе (допустим, там светит солнце) – это значит, что, по теории Альхазена, до глаза долетают фотоны, передающие изображение этого пятна. Если же они долетают до глаза – то долетают и до других частей в конце туннеля – до стенок, до одежды наблюдателя, до его рук. И если наблюдатель видит выход – то и конец тоннеля должен быть видим. Скажут, что света столь мало, что его хватает только на то, чтобы нарисовать глазу изображение выхода, а все остальное слишком бледно, чтобы глаз мог его разглядеть. Но мы можем повернуть эксперимент – повесить на стенку тоннеля зеркало – и на нем отразится яркое пятно выхода. Отразится от того места зеркала, на котором мы видим это пятно. Значит, в это место попадает достаточное количество света. Но уберите зеркало – и стенка исчезнет во тьме. То место, где только что сияло яркое пятно, будет поглощено тьмой. Даже если стенка будет сделана не из поглощающего свет материала – мы все равно ее не увидим. А должны бы увидеть, если свет на выходе ярок, и пятно на зеркале было ярким.

Объемное зрение

Теория Альхазена объясняет объемность видимой картины мира тем, что изображение поступает сразу на оба глаза, а далее обрабатывается в объемную картинку. Ведь как иначе, получив порцию света, понять – далеко объект находится, или близко? А если человек смотрит одним глазом – то объемность увиденной картины строится благодаря прошлому опыту, когда человек видел двумя глазами.

Но несложно догадаться, что всякий одноглазый с рождения видит мир объемным, а не плоским, каким бы видел он его, получив изображение на сетчатку порцией фотонов.

Простое объяснение видения предмета на расстоянии прекрасно тут подходит – предмет выглядит далеким, потому что он далеко находится.

Оптическая геометрия

Многие в дискуссиях апеллируют к оптической геометрии, что она убедительно доказывает теорию Альхазена.

В оптической геометрии проводится параллель с фотоаппаратом и камерой Обскура, где хрусталик играет роль щелки, в которую проникает свет, а сетчатка – стенки, на которой проявляется изображение. Сходство устройства глаза с камерой обскура и фотоаппаратом позволяет судить об отражении изображения, но причиной этого оптического эффекта не является «рисующий картинку» свет. Повторюсь, что эффект отражения вовсе не нуждается в материальном переносчике, как в случае со звуком

Оптическая геометрия не доказывает, что палочки и колбочки передают изображение в мозг, который затем интерпретирует его в видимый образ. Нет таких исследований, которые расшифровали импульсы, передающиеся от глаза к мозгу, в картину видимого мира, и подобные заявления не имеют доказательной базы. Кроме того, если изображение получается путем отражения картины на сетчатке, были рассмотрены примеры, в которых отражению не нужно того, чтобы свет достигал зеркала, или озера, или сетчатки

Известно и очевидно, что мозг дает команду глазам закрыться, если, к примеру, они почувствуют вспышку света. Мозг позволяет двигать глазами, менять фокус. Он так же связан с глазами, как и с другими органами, и обмен импульсами несет командную функцию, но вовсе не передает визуальные образы.

Логические доводы

Принцип, названный Бритвой Оккама, призывает отсечь все лишние конструкции в миропонимании, если они не требуются. Когда речь идет о звуке – тут мы вынуждены признать, что слышим мы звук, когда от источника до нашего уха дойдет звуковая волна. Мы сами в этом неоднократно убеждались на опыте – все видели молнию, упреждающую гром. Но со зрением нет необходимости ждать световой волны прежде, чем мы увидим объект. А раз нет необходимости – зачем нагромождать лишнее?

Для того, чтобы мы могли видеть, нет необходимости свету лететь к нашему глазу – достаточно, чтобы свет долетел до видимого объекта и осветил его. Или, чтобы сам объект был источником света.

Восприятие теории Альхазена

Теория Альхазена (в модифицированном ее виде, где восприятие происходит в мозгу) субъективирует пространство. По ней окружающий мир, который мы видим – лишь продукт нашего мозга, который, получая сигналы извне, рисует картину мира в сознании. Объективность пространства отходит на второй план. Казалось бы, окружающий нас мир такой и есть, как рисует его мозг, но можно ли быть в этом абсолютно уверенным? Дерево, которое я вижу – проекция моего мозга, рисуемая им на основе полученных внешних сигналов. А для летучей мыши, которая воспринимает другие сигналы, дерево предстает совсем по– другому. Что же есть оно на самом деле? Мы рискуем потерять почву объективности под ногами и оказаться в пустоте, не видя пространства вокруг, а лишь проекции в нашей голове. А это опасно для здравых рассуждений о мире – можно нафантазировать что угодно. В современной концепции мироздания масса тому примеров – возьмите теорию струн, мультивселенные, кучу пространственных измерений. Чему только не поверишь, когда мир вокруг – иллюзия, сотворенная вашим мозгом.

Статья 2. Атомизм

Лженаука – это всякие построения, научные гипотезы и так далее, которые противоречат твердо установленным научным фактам. Я могу это проиллюстрировать на примере. Вот, например, природа теплоты. Мы сейчас знаем, что теплота– это мера хаотического движения молекул. Но это когда-то не было известно. И были другие теории, в том числе теория теплорода, состоящая в том, что есть какая-то жидкость, которая переливается и переносит тепло. И тогда это не было лженаукой, вот что я хочу подчеркнуть. Но если сейчас к вам придёт человек с теорией теплорода, то это невежда или жулик. Лженаука – это то, что заведомо неверно.

В.Гинзбург о работе комиссии

по борьбе с лженаукой

Чайник Рассела тем и силен, что ни у кого сомнений нет в его существовании. Мало того, он может быть детально «изучен», и вписан в научную парадигму. Он обретет способность «влиять» на космологические и прочие физические процессы. Дай волю фантазии – и про чайник будет написано в каждом учебнике. А уж если коллективный разум на протяжении последних пары столетий активно внедрял чайник в науку, то большинство явлений природы потомки и помыслить не смогут без его участия.

Хоть многие знают, что атомизм возник в античности как философское учение – ни у кого сегодня нет и тени сомнения в том, что греки проникли разумом в самую суть вещей, и предсказали существование элементарных частиц. А если предположить, что атомы, как были философией, так философией и остались – над этим только посмеются, и пальцем у виска покрутят.

Мы-то сегодня с атомом чего только не делаем – и делим его, и пользуемся нано – технологиями, и корабли у нас на атомных двигателях плавают, и электростанции работают, и большой адронный коллайдер построили.. а уж про таблицу Менделеева в школе каждый двоечник слыхал. Сомневаться в атомах не станет даже махровый мракобес, ибо как можно сомневаться в том, чем давно пользуется наука?

Но представьте, что на протяжении всей истории люди строили теорию атомов только умозрительно. Исследовали реальные процессы – и подстраивали под них устройство мира элементарных частиц, которых никогда в глаза не видели. В физике и химии все процессы (в том числе взрыв урана) традиционно пытались объяснить поведением элементарных частиц. Когда обнаруживали новые явления – придумывали новые частицы, переделывали модели ранее придуманных.

Атомизм всесторонне проник в естественные науки, сплелся с ними настолько, что сегодня очень трудно представить себе физику с химией без атомов, электронов и пр. Мало того, теория атома вырвалась за пределы естественных наук в пространство чистой теории, и появилась квантовая механика, в которой атом замыкается на себя, и объясняет сам себя. Очень сомнительно представлять такое, не правда ли? Ну, с древними греками, конечно, так и было, да и в 19 веке, наверно,… а может в начале, 20-го можно было такое представить. Но потом-то, потом теория подтвердилась практикой.

Для ясности представления, давайте вкратце пробежимся по истории атомизма, отметим самые важные его этапы, и определим их метод. Научный метод в атомизме, как и везде, состоит из двух частей:

–эмпирическая, т.е. экспериментальная;

–логическая, когда атомы, хоть и не наблюдаются в опыте, необходимо выводятся из других эмпирических фактов;

Рейтинг@Mail.ru