Девяносто секунд

Вячеслав Анатольевич Егоров
Девяносто секунд

Утро на космической станции «Созвездие мира» началось как обычно. Первым, как принято, проснулся капитан. Игорь Петрович – пятидесятипятилетний мужчина с иссиня черными волосами с проседью на висках вылез из спального мешка закрепленного здесь же – над консолью управления станцией и сразу же вызвал на монитор информацию о состоянии всех систем космической станции. «За ночь происшествий не зафиксировано», сообщил бортовой компьютер, и это радовало…

Вторым обычно посыпался второй бортинженер Пал Палыч. Блондинистый крепыш с голубыми глазами, по совместительству исполняющий обязанности корабельного врача энергично выскользнул из спального мешка, при этом нарочно задев соседний закрепленный рядом.

– Эй, док! – тут же раздался ворчливый голос первого бортинженера по прозвищу Лисица. – Ты с утра такой отвратительно бодрый, как тебе это удается?

– О спорт ты мир! – ответил словами известно песни, Пал Палыч крутя педали велотренажера. – Пора вставать лежебока и проверять курятник…

Курятником по общему согласию назвали террариум с различными видами мелких грызунов, которые являлись предметом наблюдений Лисицы в рамках медицинских исследований…

– Утро доброго дня приходит с кофе,

но иногда болит спина и даже голова…

Тогда лишь это просто утро,

но все равно… оно приносит радость!

– продекламировал молодой девичий голос из отдельной каюты. Каютой это закуток называли лишь условно. Изначально кладовая была переделана для нужд единственного представителя прекрасной половины человечества бывшей по совместительству космонавтом исследователем, а заодно и дочерью капитана. Так сказать семейственность на лицо, яблоко от яблони… Это был ее первый полет и она еще не привыкла спать стоя в спальном мешка закрепленного на стене…

– О-о, Лиза проснулась! – отреагировал Пал Палыч питавшей к дочери капитана нежные чувства.

–Да-а, кофе сейчас бы не помеша-ал, – мечтательно протянул Лисица, зевая и сонно потягиваясь. – Заодно и позавтракать…

– Давай просыпайся и не ленись, – подбодрил его Пал Палыч, хватаясь за эспандер. – Десять минут на тренажере и ты как огурчик!

– Ах-а, малосоленый, – пробормотал Лисица, но, тем не менее, занимая освобожденный Пал Палычем велотренажер. – Ну, поехали…

– Всем Доброго утра! – Лиза выплыла из своей каюты, радостно улыбаясь, повисла рядом с закрепленными на потолке скафандрами. Глядя на сверкающее в иллюминаторе Солнце, она шутливо ему поклонилась:

– С добрым утром Солнышко!

–Лиза! – позвал капитан станции, и девушка, подмигнув Солнцу, цепляясь за скобы, спустилась к консоли управления станцией, где каждое утро Игорь Петрович проводил пятиминутные совещания. Среди множества текущих дел, которые капитан распределил между членами экипажа, в полдень был запланирован выход в открытый космос. Недельной давности поломка одного из узловых элементов солнечного телескопа могла поставить окончательную точку в их миссии связанной с изучением поверхности Солнца. Кандидатуры капитана и космонавта исследователя были утверждены в центре управлениями полетами заранее, поэтому Лиза сразу после совещания отправилась готовиться к первому своему выходу в открытый космос.

– Лиза, где фотоаппарат? – спросил Пал Палыч девушку стоя возле пустого стенда с фототехникой.

– У меня, сейчас… – ответила Лиза и нырнула в свой отсек. Вчера вечером она допоздна фотографировала Солнце, а затем разглядывала его снимки. Любовь к светилу у нее была с детства, когда мама в первый раз привела маленькую Лизу в купол Солнечного телескопа. С тех пор Лиза ни о чем думать не могла, а исследование Солнца стала целью всей ее жизни…

Рейтинг@Mail.ru