Дым над Украиной

Владимир Вольфович Жириновский
Дым над Украиной

Откуда взялись западенцы

В начале ХХ в. в состав Австро-Венгерской империи входило Королевство Галиции и Лодомерии со столицей в Лемберге (Львове), в состав которого помимо этнических польских территорий входили Северная Буковина (современная Черновицкая область) и Галиция (современные Львовская, Тернопольская и Ивано-Франковская области). Кроме того, в состав Австро-Венгрии входила территория Закарпатской (Угорской) Руси. Несмотря на то что исконное русское население этих земель в течение шести столетий подвергалось тяжелейшему национальному и религиозному гнету, основная масса населения по-прежнему считала себя русскими, или русинами. Неслучайно даже в 1865 г. крупнейшая львовская газета «Слово» открыто писала о том, что местные русины и великороссы – это один народ, а язык русинов является лишь диалектом русского языка.

Естественно, это обстоятельство никоим образом не устраивало многочисленных врагов в России. Поэтому еще в начале 1870-х гг. тогдашний канцлер Германской империи О. Бисмарк прямо писал: «Могущество России может быть подорвано только отделением от нее Украины… необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть все русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Все остальное – дело времени».

Вскоре этот пламенный завет железного канцлера стал воплощаться в жизнь. В 1885 г. по прямому указанию австрийских властей два видных представителя украинской народнической организации «Просвита»

К. Вахнянин и Ю.С. Романчук создали легальную политическую организацию «Народная рада», которая стала активно продвигать идеи «украинства».

Затем в 1890 г., став депутатами Галицкого сейма, эти предатели русского народа объявили политику «новой эры» и с трибуны Галицкого сейма открыто заявили, что народ, населяющий Галицию, – это чистокровные украинцы, которые не имеют ничего общего с русским народом. Именно с этого момента австрийские власти стали проводить в Галиции политику тотальной украинизации и активно бороться со всеми с русофильскими партиями и организациями, прежде всего с Русской народной партией, которую возглавляли Д.А. Марков,

Ф. Дудыкевич и М.Ф. Глушкевич. В результате уже в 1895 г. при новых выборах в Галицкий сейм места русских депутатов заняли «украинские самостийники», а депутат Имперского рейхстага и Галицкого сейма А.Г. Барвинский, основавший в Львовском университете кафедру украинской истории, прямо заявил, что «каждый украинец должен быть добровольным жандармом, следить и доносить на всех москалей, не желавших признавать себя украинцами».

Однако одними доносами дело не ограничилось, и вскоре все русское население Австро-Венгерской империи начинает подвергаться открытым политическим гонениям и этническому геноциду. А после начала Первой мировой войны (1914-1918) в Прикарпатской Руси начался настоящий геноцид всего русского православного народа, который был санкционирован Берлином и Веной при полной идейной поддержке Ватикана. Этот геноцид осуществлялся и австрийскими имперскими властями, и польской местной администрацией, а также венгерскими и украинскими униатскими националистами. Все началось с повсеместного разгрома любых русских организаций, учреждений и обществ, вплоть до кооперативных предприятий, церквей и детских приютов, а потом пошли аресты и казни.

Один из свидетелей этой трагедии русского народа – видный деятель русского движения в Галиции Ю.А. Яворский в своих многочисленных работах, в том числе «Галицкая голгофа» (1924), прямо писал: «Хватали всех сплошь, без разбора. Кто лишь признавал себя русским и русское имя носил. У кого была найдена русская газета или книга, икона или открытка из России. Хватали кого попало. Интеллигентов и крестьян, мужчин и женщин, стариков и детей, здоровых и больных. И в первую голову, конечно, ненавистных им русских «попов», доблестных пастырей народа, соль галицко-русской земли. Хватали, надругались, гнали. Таскали по этапам и тюрьмам, морили голодом и жаждой, томили в кандалах и веревках, избивали, мучили, терзали – до потери чувств, до крови. И наконец – казни и расстрелы – без счета, без краю и конца. Тысячи безвинных жертв, море мученической крови и сиротских слез. Тех, кого не убивали на месте, сгоняли в концлагеря Талергоф и Терезин – это были первые в истории человечества концентрационные лагеря, куда людей помещали по национальному и религиозному признаку. Здесь была опробована политика массовых убийств мирного населения. Людей убивали только за то, что они русские и православные, за то, что они жили на своей собственной земле, которая приглянулась австрийским и польским властям. Одновременно с дикими зверствами на территории Галиции и Угорской Руси в самой Вене были организованы судебные процессы над лидерами русского движения. Процессы велись военным дивизионным судом. Лидера русского возрождения Дмитрия Андреевича Маркова и его сподвижников суд Австро-Венгерской империи приговорил к смертной казни. Приговоренных спас государь император Николай II, который через испанского короля Альфонса XIII смог добиться замены смертной казни на тюремное заключение».

После окончания Первой мировой войны, которая привела к развалу Австро-Венгерской империи, на территории Восточной Галиции и Буковины украинские националисты провозгласили Западно-Украинскую Народную Республику, которую возглавил местный русофоб, лидер Общей Украинской Рады К.А. Левицкий. Тогда же на территории Западной Галиции была провозглашена Тарнобжегская республика, которую возглавили польский социалист Т.Ф. Домбаль и католический ксендз Э. Оконь. Однако уже в первой половине 1919 г. вся территория Галиции, Буковины и Угорской Руси была оккупирована либо польскими, либо чешскими, либо румынскими войсками.

Польскому государству отошли вся территория Галиции, Волыни, Западное Полесье, Брест, Гродно и Белосток.

Именно тогда термин «Западная Украина», в узком смысле этого слова, прочно закрепился за той частью русских земель, которые в самой Польше назывались Восточные области (не путать с настоящим значением выражения Восточная Украина!).

В состав этих областей входили Львовское (Львов), Станиславское (Станислав), Тарнопольское (Тарнополь), Волынское (Луцк) и Полесское (Брест) воеводства, а также Холмский уезд Люблинского воеводства (Холм). В широком смысле термин «Западная Украина» стал употребляться в отношении и тех земель, которые были под властью Румынии и Чехословакии, то есть Северной Буковины (Черновцы) и Закарпатской Руси (Ужгород).

Почти двадцать лет, до начала Второй мировой войны, в Восточных областях происходил самый настоящий культурный, языковой и религиозный геноцид русского православного населения, которое всячески пытались ополячить.

Обыкновенный нацизм

В начале ХХ в. на территории малороссийских и новороссийских губерний стали возникать первые нелегальные политические партии украинских нацистов, в частности Революционная украинская партия (1900-1905), Украинская народная партия (1902-1907), Украинская демократическо-хлеборобская партия (1917-1919) и другие. Одним из идеологов этих экстремистских и террористических организаций был харьковский юрист Н.И. Михновский, который в 1904 г. сформулировал Десять заповедей Украинской народной партии, которые до сих пор являются путеводной звездой для всех членов украинского националистического движения. Среди этих заповедей особую ценность для этих нелюдей представляют следующие заклинания: 1) одна, единая, неделимая, от Карпат и до Кавказа независимая, свободная, демократическая Украина; 2) все люди – твои братья, но москали, ляхи, венгры, румыны и евреи – это враги нашего народа; 3) Украина – для украинцев! Итак, выгони отовсюду с Украины чужаков-угнетателей; 4) всегда и везде используй украинский язык. Пускай ни жена твоя, ни дети твои не оскверняют твой дом языком чужаков-угнетателей; 5) не бери себе жену из чужаков, поскольку твои дети будут тебе врагами, не дружи с врагами нашего народа, поскольку ты даешь им силу и отвагу, не создавай союзы с угнетателями нашими, поскольку будешь предателем.

Позднее идеи украинского национализма будут доведены до абсолютного мракобесия еще одним идеологом украинских фашистов, Д.И. Донцовым, который, как и Н.И. Михновский, начинал свою политическую карьеру в различных эсеровских структурах, богато сдобренных идеями украинского сепаратизма и национализма. Между прочим, в отличие от Н.И. Михновского, М.С. Грушевского, С.А. Петлюры и других идейных сподвижников, сам Д.И. Донцов был «без рода и племени» и в одном из писем своему единомышленнику Е.Ф. Маланюку откровенно писал: «Моя большая семья таврийская, то есть смешанная, дед до конца жизни не научился по-русски, мать называлась Франциска, тетя – Полина, их отчим был немец-колонист. Мать рассказывала, что прабабка моя была итальянка, а украинца из меня сделали Шевченко, Кулиш и Стороженко».

Как активный участник Первой русской революции, Д.И. Донцов был арестован и посажен в тюрьму, однако вскоре по прошению своих богатых родственников был освобожден и сразу уехал во Львов, где из марксиста и народника быстро обратился в ярого националиста. Сразу после начала Первой мировой войны, в августе 1914 г., по подсказке венских властей он основал и возглавил «Союз освобождения Украины», который плотно опекали министерства иностранных дел Австрии и Германии. Сначала Н.И. Донцов жил и работал в Вене и Берлине, а затем перебрался в Берн, где в качестве редактора «Корреспонденции по делам национальностей в России» получал регулярную зарплату от германского посла Г. Ромберга. В 1918 г. с благословения германских властей он вернулся в оккупированный Киев и вскоре стал главой Украинского телеграфного агентства в правительстве гетмана П.П. Скоропадского. По объективным причинам его карьера не задалась, и в конце 1918 г. он опять уезжает во Львов, где в 1926 г. издает свой самый знаменитый опус «Национализм», который стал настоящим катехизисом всех современных украинских националистов. Суть его националистической доктрины, основанной на дарвинизме и откровенном расизме, состоит в том, что: 1) независимость Украины является не единственной самоцелью; 2) первичной и главной целью является создание европейской украинской нации путем тотальной чистки украинского народа; 3) главным врагом украинского народа является Московско-Азиатская империя, которую необходимо уничтожить, поскольку в противном случае никакая самостийная Украинская держава существовать просто не может.

 

Именно Д.И. Донцов с его теорией «интегрального национализма», культа воли и силы стал фактическим идеологом всех украинских националистов, которые в начале 1920-х гг. приступили к организационному оформлению своих рядов. Уже в 1921 г. на территории Галиции из ветеранов петлюровской армии, уцелевших в годы Гражданской войны, была создана Украинская войсковая организация (УВО) во главе с Е.М. Коновальцем, который в период существования Украинской Народной Республики дослужился до казачьего атамана, осуществлявшего личную охрану «президента» УНР М.С. Грушевского, а затем и командира Осадного корпуса Директории УНР. В 1926 г. здесь же в Галиции был создан Союз украинской националистической молодежи, которую возглавили студенты-недоучки украинского филфака Львовского университета О. Боднарович, И. Габрусевич, Б. Кравцив и С. Ленкавский. Тогда же аналогичные организации стали создаваться на территории Германии и Чехословакии, в частности Группа украинской национальной молодежи (Ю. Вассиян), Украинское национальное объединение (Ф. Ревай), Союз украинских фашистов (П. Кожевников) и другие, которые в ноябре 1925 г. объединились в Лигу украинских националистов, которую возглавил Н.О. Сциборский. В июне 1927 г. руководящие органы Группы украинской национальной молодежи и Лиги украинских националистов создали координационный центр – Союз организаций украинских националистов, который в январе 1928 г. на съезде в Брно был преобразован в Союз украинских националистов.

Естественно, существование столь разных политических структур подрывало политический и боевой потенциал украинских националистов, поэтому уже в январе – феврале 1929 г. в Вене состоялся первый конгресс украинских националистов, который объединил все эти разношерстные структуры в Организацию украинских националистов (ОУН). Руководящей структурой ОУН стал Провод украинских националистов (ПУН), который возглавил руководитель УВО Е.М. Коновалец. Причем на этом конгрессе было принято решение, что УВО сохранит свою формальную самостоятельность, чтобы «вся ее боевая работа не чернила репутации ОУН как чисто политической организации», хотя во главе обеих организаций стоял Е.М. Коновалец. Однако его попытка создать из ОУН легальную политическую партию не удалась, поскольку молодое поколение украинских националистов воспринимало легальную работу в штыки и усматривало в ней признаки «предательства нации». Формально в 1932 г. УВО лишилась статуса самостоятельной структуры и была преобразована в автономный военный отдел ОУН, который занимался организацией политических убийств и террористических актов.

В 1934 г. именно УВО организовала убийство министра внутренних дел Польши Б.В. Перацкого, которое стало актом мести за акцию «пацификации» украинского населения, проведенную польскими властями в Галиции в 1930 г. План этой операции был разработан референтом Галицкого отделения УВО Р.И. Шухевичем, а общее руководство ее проведением осуществлял С.А. Бандера, который к этому времени, пройдя обучение в немецкой разведшколе в Данциге, был назначен комендантом Галицкого боевого отдела ОУН-УВО. За организацию этого террористического акта Варшавский окружной суд приговорил С.А. Бендеру и его подельников Н. Лебедя и Я. Карпинца к смертной казни, которая была заменена на пожизненное заключение.

После массовых арестов украинских националистов, проведенных польскими властями в 1934-1935 гг., все региональное руководство ОУН в Галиции оказалось за решеткой, а многие низовые организации прекратили свое существование. Поэтому новое руководство Галицкого отделения ОУН, которое возглавил этнический еврей Л.М. Ребет, занималось в основном «культурно-просветительской работой» и восстановлением полностью разрушенной структуры управления и связи ОУН, которая завершилась весной 1938 г.

По иронии судьбы, в мае 1938 г. сотрудник Иностранного отдела НКВД СССР, старший лейтенант госбезопасности П.А. Судоплатов ликвидировал лидера ОУН К.М. Коновальца, что неизбежно привело к расколу внутри ОУН, которым тут же воспользовалась германская военная разведка. Именно в то время для обучения украинских националистов навыкам диверсионной работы руководство абвера открыло в Берлине, Роттердаме и Данциге специальные курсы радиотелеграфистов и военных инструкторов, а в Кракове – специальную лабораторию по изготовлению взрывных устройств. В связи с активизацией подрывной работы на территории Польши во главе Западно-Украинского отделения ОУН встал М.В. Тураш, а новым вождем ОУН на Втором большом соборе украинских националистов, прошедшем в августе 1939 г. в Риме, был избран

А.      А. Мельник.

Новый лидер ОУН вполне устраивал германскую разведку, поскольку А.А. Мельник всегда рассматривал Германию как стратегического партнера украинских самостийников, тогда как его главный оппонент С.А. Бандера, которого немцы к тому времени выпустили из польской тюрьмы, рассматривал ее лишь как ударный инструмент в борьбе с врагами украинского народа. В начале 1940 г. конфликт в руководстве ОУН привел к ее окончательному расколу на две фракции – ОУН (Б) и ОУН (М), которые стали открыто враждовать между собой. В апреле 1941 г. сторонники С.А. Бандеры созвали в Кракове собственный Второй великий собор, на котором отстранили А.А. Мельника от руководства ОУН и приняли новые уставные документы и символику ОУН, в том числе черно-красное знамя и нацистское приветствие «Слава Украине – героям слава».

Тем не менее и А.А. Мельник, и С.Б. Бандера постоянно контактировали с руководством германского абвера и, как следует из воспоминаний Я.С. Стецько, незадолго до войны тайно встречались с самим адмиралом В. Канарисом. В подготовке нападения Германии на СССР принимали обе фракции ОУН, хотя наибольшую активность проявили именно бандеровцы, принявшие самое активное участие в формировании абвером в составе полка «Бранденбург-800» двух батальонов – «Нахтигаль» (Р. Шухевич) и «Роланд» (Е. Побигущий), действовавших под руководством вермахта в первые месяцы после нападения Германии на Советский Союз. Уже в июне 1941 г. боевики и активисты ОУН развернули широкую диверсионную деятельность в тылах РККА, а в ряде городов и населенных пунктов подняли вооруженные восстания против местных органов советской власти. Продвигаясь в передовых эшелонах германских войск, члены походных групп ОУН при занятии населенных пунктов создавали здесь свои структуры управления, в том числе украинскую полицию, которая в оперативном отношении подчинялась управлениям гестапо дистрикта Галиция и генерального округа Волынь – Подол.

В октябре 1941 г. на базе двух батальонов («Нахтигаль» и «Роланд») германское командование сформировало 201-й шуцманшафтбатальон, который до конца 1942 г. проводил кровавые карательные акции, в том числе в киевском Бабьем Яру и в белорусской Хатыни. А уже весной 1943 г. по прямому указанию верховного командования вермахта на территории Галиции и Волыни ОУН (Б) создала Украинскую повстанческую армию (УПА), во главе

которой встали такие отпетые палачи и подонки, как

Ивахив, Р. Шухевич, В. Кук и Д. Клячкивский, руководившие кровавой Волынской резней и другими карательными акциями. Одновременно члены ОУН составили костяк добровольческой дивизии СС «Галиция», которая принимала активное участие в подавлении Варшавского и Словацкого антифашистских восстаний. После окончания войны многие лидеры ОУН, в том числе С. Бандера, Н. Лебедь, В. Стахив,

Ленкавский, Я. Стецько, Н. Климишин и другие, оказались в сфере особых интересов западных спецслужб и активно сотрудничали с ЦРУ и МИ-6, в том числе с пресловутым радио «Свобода», штаб-квартира которого располагалась в Мюнхене.

Украинская химера в ХХ веке:

революция, гражданская война, СССР

Сразу после Февральской революции и свержения российской монархии, в марте 1917 г. лидеры подпольной партии украинских самостийников и либералов «Товарищество украинских прогрессистов» М. С. Грушевский, Е. Х. Чикаленко, С. А. Ефремов и Д.С. Дорошенко совместно с украинскими социал-демократами, которых возглавлял В.К. Винниченко, провозгласили создание Украинской Народной Республики и создали в Киеве Центральную Раду УНР, которая взяла на себя функции государственного парламента. Тогда же председателем Центральной Рады был избран известный идеолог украинского сепаратизма профессор М.С. Грушевский, которого в современной украинской

историографии именуют первым «президентом» самостийной Украины.

Среди членов этого «парламента» не было единства взглядов относительно будущего статуса Украины. В частности, члены «Братства самостийников» во главе со злобным отморозком Н.И. Михновским выступали за немедленное провозглашение независимости Украины, а автономисты, которых возглавляли В.К. Винниченко и Д.С. Дорошенко, считали, что Украина должна стать полноправным автономным субъектом в рамках Российской Федерации. Первоначально вверх взяли автономисты поскольку первые три «Универсала», изданных Центральной Радой в июне – ноябре 1917 г. провозглашали автономный статус Украины, но уже в четвертом «Универсале», изданном в январе 1918 г., была провозглашена независимость Украинской Народной Республики.

В середине июня 1917 г., сразу после издания Центральной Радой первого «Универсала», был создан центральный орган исполнительной власти – Генеральный секретариат, который возглавил В.К. Винниченко. Временное правительство в Петрограде, где первую скрипку стали играть масоны во главе с А.Ф. Керенским, сразу признало правительство УНР и согласилось на то, что рамки Украинской Народной Республики ограничатся территорией четырех малороссийских губерний – Киевской, Черниговской, Подольской и Волынской. Однако затем аппетиты самостийников стали расти как на дрожжах, и уже в третьем «Универсале» они заявили о том, что власть украинского правительства распространяется на территорию пяти малороссийских и четырех российских губерний – Киевскую, Подольскую, Волынскую, Черниговскую, Полтавскую, Харьковскую, Екатеринославскую, Херсонскую и Таврическую (без Крыма) .

Кстати, когда в Киеве воцарилась Центральная Рада, начался первый этап принудительной украинизации всей Малороссии. Однако неожиданно упавшая на голову здешних малороссов возможность возродиться в новом облике «украинца» ни у кого, кроме кучки вчерашних сельских интеллигентов, восторга и эйфории не вызывала. Крестьяне в лучшем случае были совершенно равнодушны к националистическим лозунгам, а у настоящей малорусской интеллигенции они вызывали большое раздражение и возмущение, особенно когда вдруг выяснилось, что все население УНР должно было разом перейти на «украинскую мову», которую никто отродясь здесь не знал и знать не хотел. Не случайно в своих воспоминаниях «Жизнь тому назад» (1996) жена второго украинского премьера В.А. Голубовича, дочь русского генерала Т.М. Кардиналовская, которую ее муженек быстро перевоспитал в украинскую националистку, с горечью писала: «По поводу политики украинизации времен Центральной Рады хочу добавить, что тогда в Киеве она вызывала много протестов: одни протестовали из-за нетерпимости ко всему украинскому, другие – из-за ее насильственного насаждения. В газете «Русская мысль» ежедневно печатались длиннейшие списки людей, подписавшихся под крупным заголовком «Я протестую против насильственной украинизации Юго-Западного края».

Более того, как установил современный историк В.А. Марчуков, один из блестящих знатоков «украинского вопроса» первой половины ХХ в., знаменитое Крестьянское движение Н.И. Махно первоначально было вызвано именно этой насильственной украинизацией и ожесточенной борьбой махновцев не с белыми и красными, а именно с вооруженными отрядами петлюровцев, ставших опорой Центральной Рады.

Рейтинг@Mail.ru