Выжженные земли

Владимир Мясоедов
Выжженные земли

В карманах драных и пованивающих джинсовых штанов оказалась только пустая упаковка из под каких-то таблеток и пара долларов мелочью. Мысленно уже смирившийся с неудачей Святослав для порядка решил охлопать торс старика, прикрытый растянутой майкой с чужого плеча, но тут пальцы его неожиданно наткнулись на нечто твердое. Причем непонятный предмет под одеждой явно присутствовал, но каким-то невероятным образом от пристального взгляда в упор ускользал. Даже контуры его увидеть не получалось. Одежда покойного открывать прячущуюся под ней тайну отказывались. Она свободно болталась на тощем тельце, но задрать её вверх почему-то было не легче, чем поднять без помощи домкрата автомобиль.

– Ну, что там? – Подала голос Екатерина, с опаской следящая за манипуляциями мужа. Воспользовавшись небольшой передышкой, женщина отыскала среди деревьев поваленное ветром бревно и уселась на эту импровизированную скамейку вместе с дочерьми, чтобы дать отдых усталым ногам.

– Не могу объяснить. – Затруднился с ответом Святослав. – Похоже на какое-то колдовство… Да почему, похоже?! Оно и есть! Я чувствую под одеждой нечто твердое, а увидеть его не могу. И майку порвать тоже.

– Разрежь ножом. – Подала дельный совет супруга. – Та штука, которую Петр с кухни ресторана прихватил, так рядом с ним и валяется.

Однако тяжелый тесак, влет сшибивший на пробном взмахе ветку трехсантиметровой толщины, не смог сделать с обычной белой тканью абсолютно ничего. Майка просто отказывалась рубиться, резаться или протыкаться. Даже когда Святослав пытался действовать ножом-переростком как топором и, схватившись за рукоять обоими ладонями, наносил удары в полную силу, одежда старого островитянина оставалась невредимой. Как и тело под ней.

– Ваш уровень навыка «мародерство» недостаточен, чтобы облутать это тело. – Нервно хихикнула Юлия, которой давно уже надоело любоваться на малиновых воробьев. Анастасии, в принципе, птички тоже уже наскучить успели, но оглядываться на занятого страшной работой отца она боялась и потому просто сидела, уткнувшись лицом куда-то в теплый мамин живот. – Вот уж не думала, что такие ситуации возможны не только в глупых компьютерных игрушках! И почему ты не попробуешь сделать что-нибудь с той руной на груди?

– Да, дочка, ты права. Это все очень нереалистично! – Прошипел Святослав, готовый уже чуть ли не зубами грызть одеяние мертвого колдуна, маскирующееся под обычную растянутую майку. Оставить же это тело в покое и уйти мужчина просто не мог, даже невзирая на периодически раздающиеся невдалеке крики о помощи. Перед ним находился настоящий артефакт и, возможно, не один! А взять его не получалось! Хотя даже тряпка, спасти своего владельца от колотых и резанных ран, являлась в их положении настоящим сокровищем! В голове мужчины уже мелькали мысли о том, чтобы попросту расчленить старика, вытряхнув его тело из одежды по кусочкам, благо брюки его той же степенью невероятной прочности не отличались, оставаясь обычной джинсовой тканью. – Стоп! Какая еще руна на груди?!

– Ну, вон же! – Тыкнула куда-то в сторону тела пальцем Юлия. – Похожа на свернувшуюся в кружок мохнатую гусеницу! Так-то её почти не видно, только зеленым отливает слегка, но когда ты бьешь, она же едва ли не вспыхивает!

– Дочка… – В голосе Екатерины ласковые интонации смешивались с какой-то тревогой. – Но мы с папой ничего не видим. Вообще. Ты уверена?

Юлия, сумевшая переселить свой страх и омерзение по отношению к мертвому телу, упорно стояла на своем. На груди старика переливался видимым только ей светом какой-то знак. Описать его словами девочка затруднялась, но с помощью подобранной палки изобразила на земле немного не совсем симметричную спираль, будто сплетенную из топорщащихся волокнами ниток, чьи витки постепенно расширялись. Учитывая, что в школе любимым предметом Юли было рисование, скорее всего рисунок соответствовал видимому только её изображению процентов на семьдесят или восемьдесят. Мог бы и больше, но мешало плохое качество инструмента и плотная почва в качестве холста. Следуя её указаниям, Святослав попытался обнаружить спираль и, к собственному удивлению, нашел искомую руну. Просто не визуально, а тактильно. Чуть более теплые по сравнению с окружающей тканью линии покрывали значительную часть одежды колдуна, старательно избегая прорех.

– Папа, оно и там есть. Точно есть, я же его вижу. – Уверенным тоном заявила девочка, когда Святослав перевернул труп колдуна на спину. – А еще подмышкой у него такой же рисунок, только более вытянутый. И это… Мне кажется, но за то время, пока ты с ним возился, он потускнел раза в два. Может, тебе следует колотить его ножом и дальше? Пока весь заряд не выдохнется?

– Грудная и спинная бронеплита, плюс прикрывающие бока пластины. – Екатерина теперь уже тоже не сомневалась в словах дочери, почему-то оказавшейся способной видеть невидимое. Впрочем, бояться за неё от этого меньше она не стала. Скорее уж наоборот. – Славка, ты не находишь, что это похоже на какой-то бронежилет? Только… Магический?

– Видимо демаскирующие мантии и высокие шляпы со звездочками у колдунов нынче не в моде. – Решил Святослав, начиная вновь махать ножом. – Логично, чо… Плащ в гостях могут и снять попросить, а добровольно отдать ту же майку или там семейники чародея придется долго уговаривать. Опять же инвизитор какой залетный их при беглом осмотре и пропустить может. Будет удивляться потом, чего это у него жаркое прямо с аутодафе сбегает.

Спустя четыре минуты интенсивной работы, к счастью не приведшей к появлению на лезвию тесака зазубрин, защита наконец капитулировала, выдав на прощание ослепительную вспышку. Проморгавшись лишь секунд через тридцать, Святослав проклял себя за глупость. Чтобы его семья делала, если вместо безобидной засветки одеяние колдуна вдруг взяло бы и взорвалось?! Однако, как бы там ни было, успеха новоявленный мародер все же достиг. Казавшаяся неуязвимой майка рассыпалась на отдельные быстро истлевающие клочки, а перед ним на каменной клумбе лежало тело старика, нацепившего прямо поверх торса нечто вроде кожаной сбруи. И это был отнюдь не лифчик из гардероба завзятого извращенца. Под своей нелепой одеждой покойный колдун прятал самую настоящую пистолетную кобуру! Да не простую, а с множеством пристегнутых к перекрашивающимся под лопатками и на животе ремням кошелечков, в которых тоже чего-то лежало.

– Да вы, батенька, к прибытию в гости полного песца всерьез готовились. Пистолет, патроны, доллары, какие-то камушки, пластинки золота и серебра с выбитыми на них банковскими клеймами. Полный набор, чтобы сдернуть в безопасные края сразу же, как появится малейшая возможность. – Святославу всерьез захотелось скинуть мертвое тело с клумбы и от души попинать. Даже если старик почувствовал пришествие демонов уже после того, как на море разбушевался шторм и бежать стало поздно, то почему никого не предупредил? Его родная внучка, судя по всему, знать не знала о грядущем катаклизме. Иначе бы она вместо того, чтобы наливать виски таращащимся на её грудь туристам, вооружилась бы ружьем и где-нибудь спряталась. – А на спине у нас что? Шоколад, пайки, таблетки, ножик, соль… Зачем тебе понадобилось сразу три килограмма соли, хотел бы я знать? Вроде бы такого добра в любом продуктовом магазине навалом.

– Слав, я думаю, ты ошибаешься. – Покачала головой Екатерина, внимательно изучавшая добычу мужа. Выглядела та как запаянный наглухо полиэтиленовый пакет с рисунком солонки, вдобавок украшенный штрихкодом, датой выпуска, информацией о фирме-производетеле и маркировкой веса. – Сам подумай, какие белые кристаллы могут оказаться вместе с оружием, деньгами и золотом.

– Ты думаешь это… Героин? – Святослав с брезгливой миной покосился на плотные целлофановые свертки, чья упаковка очевидно не должна была пропустить внутрь даже самую маленькую каплю влаги. – Мдя, вот богатства то привалило. Лет на двадцать строгого режима, если о нем прознает наркоконтроль. Впрочем, лучше уж в тюрьму, чем быть здесь. Где бы это здесь не находилось.

– Может и не героин. Может и кокаин. Мексика тут не так уж и далеко, а там его чуть ли не в промышленных масштабах производят. – Пожала плечами женщина, а после перевела взгляд на свою старшую дочь. – Ну как, Юль? Видишь еще что-нибудь?

– Неа! – Отрицательно помотал головой ребенок, непонятно как нашедший подозрительную руну на майке колдуна. – Обычные вещи. Наверное. А можно мне ножик? Палка это как-то несерьезно. Я ей и от собаки не отобьюсь!

– Боюсь, Юль, другое оружие тебе тоже не особо поможет. Поэтому мы его лучше маме отдадим. – Покачал головой Святослав, передавая супруге клинок с вытянутым овальным лезвием сантиметров в десять длинны. Слишком короткий, чтобы считаться полноценным кинжалом, он тем не менее выглядел подходящим инструментом, чтобы нарезать хлеб или отпугнуть одиночного уличного грабителя. – Понимаешь, сила это произведение массы на скорость. И если с реакцией у тебя все в порядке, то веса не хватает. Детей в древние времена не брали в солдаты не потому, что средневековые деспоты страдали лишним гуманизмом. Просто толку от них с мечами или копьями почти не было. И даже появление огнестрельного оружия не сильно переломило ситуацию, поскольку сделать больше одного прицельного выстрела из-за отдачи ты вряд ли сумеешь.

– Правильно. Я бы у тебя еще и палку отобрала, поскольку она может придать тебе излишнюю самоуверенность. Но в лесу ты мигом себе другую найдешь. – Поморщилась Екатерина. – Слав… А может, вскроем одну упаковку?

– Что?! Зачем?! – Поразился Яснев, переводя взгляд с туго укутанного свертка с кристаллическим белым порошком в своих руках на супругу. – Ты это серьезно?

– Вполне. Мощнейшие обезболивающие как раз из наркотиков и делают, а тебе сейчас надо что-то с раной в ноге придумать. – Развела руками женщина. – Ты же не собираешься на них сидеть неделями, чтобы зависимость появилась. Ну а от пары раз, по идее, большого вреда не будет. Главное с дозой переборщить, но если верить фильмам, эту дрянь на вечеринках разные молодые идиоты целыми дорожками всасывают. Значит, одна крохотная щепотка точно останется без последствий.

 

Прислушавшись к ощущениям в прострелянной ноге, Святослав скривился и принялся прокалывать кончиком тесака один из свертков. Будь они в безопасной ситуации, он бы перетерпел, но сейчас один раненный калека замедлял еще троих человек и тем самым ставил их жизни под угрозу. По крайней мере запас содержащейся в пакетах дряни гарантировал, что даже если он и подсядет, то столкнется с нехваткой наркотика очень нескоро. Лет через десять. Если вообще до этого момента доживет.

– Ну? – С каким-то жадным любопытством осведомилась Юля, когда её отец забросил в рот пару крупинок белого порошка и тут же сморщился. – Как?

– Тьфу! – Сплюнул Святослав прямо на траву. – Либо эту дрянь еще нужно готовить… Либо упаковка соответствует содержимому и наш колдун держал вместе с золотом и патронами самую обычную поваренную соль! В количестве трех килограмм!

– Но зачем она ему?! – Поразилась Екатерина, удивленными глазами рассматривая упаковки с хлоридом натрия. – Да еще столько!

– Так для демонов! Они же от него пыщ-пыщ и дымом распадаются! – Подала голос по-прежнему вжимающаяся в маму Анастасия. А когда родители и старшая сестра дружно на неё посмотрели с выражением какого-то мистического ужаса на лицах, добавила. – Что? Так в «Сверхъественном» было!

– Это ты показывал ребенку такие фильмы? – Ткнула в мужа пальцем Екатерина, впрочем не сумевшая скрыть своего облегчения. Одной дочки таинственно возникшими паранормальными способностями женщине и так хватало, чтобы чувствовать на голове бурный рост седых волос.

– Не, она ж для него еще маленькая. – Отчаянно замотал головой Святослав. – Я бы посмотрел вместе с ней еще раз, но думал, не поймет…

– Она со мной смотрела. – Сдалась Юлия. – Мы с интернета его скачали.

– Надо надо тщательнее думать о том, к какой информации они могут получить доступ через компьютер. – Задумалась Екатерина. – Впрочем, наверное, уже поздно. Если они выросли достаточно, чтобы втихую от родителей смотреть фильмы с высоким возрастным рейтингом, то дальше и сами разберутся.

– Нам нужна соль. – Святослав припомнил некоторые подробности использованного дочкой источника знаний о всякой чертовщине и нервно сглотнул. Если хотя бы треть показанного там базировалась на реальных событиях, то мужчина отныне очень боялся жить или даже тупо существовать. – Много соли! И, желательно, крупнокалиберный авиационный пулемет!

– Кто-нибудь! Сюда! Пожалуйста! – Снова раздались где-то не так уж и далеко крики о помощи. Только теперь глотку драл уже совершенно другой человек. Видимо у первого от такой нагрузки устали голосовые связки. – Нас хоть кто-нибудь слышит?!

– Слышим-слышим. А скоро так даже увидим, почему вы орете вместо того, чтобы самим делом заняться. – Буркнул Святослав, оставляя в покое тело колдуна и начиная сдирать с покойного соотечественника мокрый китель. Богатством, доставшимся ему от мертвого островитянина, лишний раз светить не следовало. Майки его, кстати, было до слез жалко. Сколько же ударов она могла позволить выдержать, не моргнув глазом! Но как подступиться к натуральному магическому артефакту так, чтобы не сломать его случайно, мужчина пока не понимал. Оставалось лишь отложить это дело на потом и понадеяться, что удастся найти новую зачарованную вещь. Желательно вместе с её готовым к сотрудничеству создателем. – Так, Катя, пистолет положи в карман и руку с ним оттуда не вынимай. Стрелять мы оба не умеем, но я буду держать на виду ножи и, если чего, меня постараются атаковать первым. Ну а ты тогда пали вблизи прямо через ткань. Глядишь, с пары метров даже не промажешь.

Источник звуков находился от семейства Ясневых всего-то метрах в двухсот, но чтобы преодолеть их им потребовалось чуть ли не пять минут. Подлесок в этом месте разросся так густо, что человеку банально не хватило силы продраться через проклятые кустарники там, где ему хочется. Пару раз попробовав поискать обходные маршруты, но застряв уже там, озверевший Святослав решил пустить в дело кухонный тесак, подобранный у тела Петра. Буквально прорубая дорогу, он с некоторым трудом выбрался на поляну или то, что ранее могло таковой считаться. Сейчас почти всю свободную от вековых деревьев территорию занимал длинный четырехэтажный жилой дом, словно сошедший со страниц учебников истории. Примерно так должны были выглядеть здания, попавшие под бомбардировку во времена Второй Мировой войны или одного из последовавших за ней мелких конфликтов. Стекла разбиты вдребезги, половина крыши раскидана по земле, стены покосились и них зияют дыры, да к тому же из распахнутого настежь дверного проема вырывается клубами удушливый черный дым.

– Слава богу, наконец-то хоть кто-то пришел! – Радостно улыбнулся переминающийся у входа с ноги на ногу мужчина, баюкающий у груди вывернутую под неестественным углом руку, перевязанную наволочкой от подушки. Судя по серому цвета лица и алым каплям, часто-часто срывающимся с некогда белой ткани, ему не повезло заполучить открытый перелом. – Вы… А кто Вы?

– Святослав Яснев. А это моя семья: Катя, Настя и Юля. Мы русские с лайнера «Ласточка». – Представил отец семейства, не спеша прятать сжатый в руке тесак и демонстративно припадая на раненную ногу. Впрочем, в глубине его души уже зародилось понимание того, что все принятые меры предосторожности излишни. Из глубины дома доносились чьи-то стоны, грохот перетаскиваемых тяжелых предметов и мат на несколько голосов. Совместить же засаду и спасательные работы вряд ли бы сумели люди, не имеющие на разработку столь хитрого плана заманивания к себе в гости прохожих хотя бы пары часов. – Мы сошли на берег отдохнуть, когда тайфун начался, и тут случилось это дерьмо. Мало того, что чуть твари не сожрали, так меня потом еще и какой-то псих подстрелил! А у вас чего стряслось?

– Чертов рак размером с небоскреб мимо прошел. Он нам даже ничего не сделал, но… Дома просто начали рушиться от его шагов. И наружу же не выбежишь, там твари поменьше шастают и в двери ломятся. Меня одна такая чуть через окно щупальцем сцапала, когда на кухню сунулся. – Сказал, как сплюнул, местный житель. – Хорошо на крики народ набежал, не дал меня сожрать. А потом все утонуло вмжалящем как чертова медуза белом свете, дом окончательно развалился, и мы уже в какой-то жопе мира, где не берет сотовый. Я, кстати, Густав Нитке, будем знакомы.

Из здания, весь покрытый пылью, выбрался чернокожий подросток лет пятнадцати, выглядящий каким-то помятым. Судя по тому, что шагал он придерживаясь рукой за стену, но даже так шатался, юношу едва-едва успели отрыть из под завалов. За плечи эту жертву катастрофы поддерживал рыжий и усатый верзила с перемотанной головой, но он сразу же нырнул обратно в здание.

– Джейми! – Радостно улыбнулся Густав. – Как ты?

– Как будто на меня упал шкаф. Впрочем, он на меня и в самом деле упал. А потом еще и стеной присыпало сверху. – Попытался отшутиться подросток, осторожно присаживаясь на покрытую хвоей землю. – И, кажется, сестрица Мэгги прятала там от предков свои запасы дури, которую я непроизвольно вдохнул. Когда лужайка перед нашим домом успела превратиться в долбанный национальный парк?

– Меньше часа назад, ты пропустил совсем немного. – Успокоил его Густав. – Святослав, а вы не могли бы вместо меня как можно громче звать на помощь? Понимаете, до меня кричал Питер, но он сорвал голос и пошел работать, несмотря на явное сотрясение. Да и я, чувствую, близок к тому, чтобы охрипнуть.

Екатерина ткнула мужа локтем под ребра, а потом глазами указала сначала на небо, а потом на дом. Святославу не потребовалось долго думать, чтобы понять, что именно она имела в виду. Пробивающийся сверху через листву свет имел ощутимый красный оттенок, свойственный закату. По идее день еще был крайне далеко от своего завершения, но по той же идее люди должны сейчас находились на Талоа, а не где-то еще. А бродить ночью с детьми по незнакомому лесу – далеко не лучшая идея. Если есть возможность, лучше провести темное время суток под крышей. Пусть и слегка обвалившейся. В конце-то концов, не выгонят же его хозяева гостей на улицу сразу, как закончат работу. А если вдруг попробуют, то у русских туристов теперь пистолет есть.

– Почему нет? – Пожал плечами Святослав, прислушиваясь к строительным работам. Судя по шуму, внутри здания находилось человек десять, не меньше. Такое количество спасателей не должно слишком долго возиться с работой в здании, которое все же таки стоит, а не рухнуло. А потом, следуя логике вещей, они помогут и прибившемуся к ним русскому путешественнику. – Люди! Сюда! Помогите! Кхм… Может лучше жена покричит, а я делом займусь? Руки то у меня в порядке!

Вопреки ожиданиям мужчины, разбор завалов в башне кончился только часа через четыре, когда ночь уже давно вступила в свои права. За это время к зданию из леса выбралось человек сорок, но осталась только маленькая потерявшаяся японская девочка лет десяти, которой было страшно идти обратно в чащу. Все остальные ушли дальше по своим делам, и у Святослава даже язык не поворачивался их упрекнуть. Люди искали потерявшихся в катаклизме родителей, братьев, сестер, жен, мужей, сыновей, дочерей или просто знакомых. А еще хотели есть и пить, но продукты и вода в полуразрушенном доме практически отсутствовали.

Словно злой рок преследовал все холодильники здания. Примерно половина их осталась под завалами, и в ближайшее время разбирать строительный мусор там никто не собирался, поскольку имелись более приоритетные задачи. Представители же второй половины либо сгорели в небольшом быстро потушенном пожаре, либо не содержали в себе ничего кроме пригодных лишь после длительной обработки полуфабрикатов, либо оказались практически пустыми, либо вообще сломались накануне и оказались увезены в ремонт. Святославу с его близкими еще повезло. Слегка отошедший от контузии Джейми не только сделал им целый поднос бутербродов, но также отыскал в аптечке своих родителей стерильные бинты и мощное обезболивающее на основе опиатов. А заодно нашел для русских гостей бутылочку лимонада, чтобы им не пришлось давиться всухомятку.

– Кажется, все! – Обрадовал рыжий как пламя верзила, отзывающийся на классическое скандинавское имя Харальд Гуднисон, когда спасатели смогли вытащить из под завалов очередную жертву катаклизма, шестую по счету. Учитывая ранее придавленных перекрытиями и разным хламом людей, а также семейство русских туристов и приблудную школьницу, сейчас в наименее пострадавшей квартире дома собралось восемнадцать человек. Все они разместились в одной единственной комнате, поскольку расшалившееся подсознание упорно норовило населить стремительно упавшую на землю темноту жуткими монстрами. А ветер приносил из лесной чащи завывания, вполне достойные этих фантастических существ.

– Остальные или были на работе, когда перекрытия обрушились, или найдем мы их через пару суток. По запаху. Больше там никто не скребется, уж поверьте профессиональному скрипачу с его тренированным слухом.

Мерцала длинная витая свеча, которую кто-то вытащил из своих запасов. По понятным причинам электроснабжение и прочие коммунальные радости приказали долго жить, а генератора в доме никогда не было. Соответственно в качестве источника освещения приходилось использовать либо архаичный огонь, либо ставшие вдруг резко дефицитными батарейки для парочки нашедшихся фонариков. Люди благоразумно предпочли первый вариант. Абсолютно все из них получили сегодня синяки, ссадины или мелкие раны, а полноценно подвергаться физическим нагрузкам и вовсе могло только семеро. Остальные были либо детьми, способными лишь путаться под ногами, либо стариками, выдыхающимися через пять минут, либо их слишком серьезно ранило и любое резкое движение грозило открывшимся кровотечением.

– Вы музыкант? – Святославу было сложно в такое поверить. По мнению мужчины, сидящему перед ним громиле больше бы подошла работа вышибалы, спортсмена или полицейского. Мускулы у рыжего как огонь мужчины перекатывались под кожей, словно мячики. И во время спасательных работ он один сделал столько же, сколько и три любых других человека. – Никогда бы не подумал. А сколько у вас вообще народа в доме проживает?

– Восемь семей, по две на этаж. У нас все же хороший квартал, да и земля здесь совсем не дорогая, чтобы имело смысл высотки строить. – Отозвался Густав, предки которого перебрались в США после проигрыша Германии в Первой Мировой Войне. Как показала история, очень вовремя они подсуетились, иначе сломавший руку потомок иммигрантов имел бы шансы вообще не родиться. – Итого тридцать один человек. Но Стивенсоны на прошлой неделе укатили на курорт и теперь, должно быть, катаются по Альпам. И их четверо.

– Джонотан где-то в рейсе последние полтора месяца. – Кивнул своим мыслям Харальд. – Моряк, что сказать. Я иногда даже забываю, как он выглядит.

 

– Видди с супругой и дочерью до начала тайфуна к родне на соседний остров укатил и там застрял. – Буркнул вытащенный из под обломков старик, который не мог пошевелить ногами. Впрочем, для него это было абсолютно нормальное состояние, если учесть, что сидел он в собственном инвалидном кресле. С ним же его и откапывали из под слоя рухнувших сверху подвесных потолков. – Повезло засранцу.

– Хайме в конмадировке. – Подсказали женским голосом откуда-то из-за спины Святослава. – Должна была вернуться вчера, но сами понимаете, погода.

– Не забудь еще Мэгги. – Напомнил чернокожий подросток. – Она же в лечебнице на континенте, наркоманка чертова.

– У нас настоящая беда с подростками. – Как бы извиняясь развела руками на удивление высокая и светловолосая японка Сакура Ляо, бывшая женой Харальда, но решившая сохранить свою девичью фамилию. К ногам нетипичной азиатки в настоящий момент жалась приблудная школьница, просившая называть её просто Фиби. – Туристы создают атмосферу постоянного праздника, а вокруг них вертится половина экономики острова. Гулянки, алкоголь, беспорядочные половые связи и наркотики являются чуть ли не нормой в клубах, которые понатыканы на каждом углу.

– Итого, пять человек находятся неизвестно где. Могло бы быть намного больше, но из-за непогоды почти все сидели дома. – Подытожил Густав, чему-то довольно улыбаясь. – Не хватает родителей Джейми, старшего брата Сакуры, живущего напротив Харальда, Чарльза Мулинье и моей бывшей жены. Господи, если ты есть, прошу тебя, пусть она умрет где-нибудь смертью страшной и мучительной, если покуда еще сама не сдохла!

– Это грубо! Здесь же дети! – Сделала ему замечание Екатерина, поглаживая по голове заблудившуюся школьницу, усевшуюся со своими сверстницами. Детям во время шторма гулять не полагалось, но акселератка самоуверенно вызвала такси и поехала к подруге на другой конец города. В принципе, ей еще повезло. Пусть до цели и не добралась пару кварталов, но зато в отличии от водителя осталась жива.

– Эй, она меня убила! – Возмутился потом германских иммигрантов. – А я даже не могу вышвырнуть её из своей квартиры из-за чертова брачного договора.

– Она вас… Что?! – Святослав вздрогнул и схватил рукоять заткнутого за пояс тесака, а его супруга постаралась незаметно запустить руку в карман кофты, где лежал пистолет. После увиденных вживую демонов они в существование вампиров, зомби и прочих ходячих трупов верил сильнее, чем в законы физики. В конце-то концов, то же колдовство их либо как-то обходило, либо и вовсе игнорировало.

– Заразила СПИДом. То, что я пока еще хожу и говорю, явление временное. По вине клубов и туристов у нас проблемы не только с молодежью. Впрочем, моя бывшая всегда была той еще сукой и нашла бы себе любовника даже в Антарктиде, кто бы чего не говорил. – Мрачно бросил Нитке, враз теряя хорошее настроение. – Не знаю, сколько осталось коптить небо, но место на кладбище уже оплатил. Заранее. Кстати, осторожнее с моими вещами, особенно бритвой и зубной щеткой. Хоть и считается, будто при бытовых контактах эта дрянь не передается, но лишний раз лучше не рисковать.

– Стоп! Вы слышите? – Вдруг подал голос старик с инвалидного кресла. – В коридоре кто-то ходит, хотя мы все здесь! И шаги тяжелые!

– Это мама и папа! Они вернулись! – Сорвался с места Джейми, тяжелее всех переживавший длительную разлуку с близкими в силу возраста. Святослав подумал, что это может быть кто-то посторонний, но пока он подбирал слова на неродном для себя английском языке, подросток уже распахнул дверь. И нос к носу столкнулся с тигром.

Когда перед ним внезапно появилась комната, полная людей, большой хищный кот на секундочку опешил. Подобно обычному домашнему мурлыке он вздрогнул и отпрянул назад, убирая уязвимые глаза, нос и горло от неизвестной, а потому опасной штуки. Екатерина выхватила из кармана пистолет, навел на зверя и впустую щелкнула курком. Про то, что в современном оружии почти всегда имеется предохранитель, перенесшая тяжелые испытания женщина просто забыла. Уже в следующий момент тигр счел, что стоящее перед ним существо является не более чем добычей, а потому набросился на оцепеневшего подростка, повалил его ударом лапы на пол и потащил куда-то в темноту.

– Не дайте ему уйти! – Святослав первым ринулся в атаку благодаря тому, что так и не успел выпустить рукоятки тесака после признания Густава. Вернее, не ринулся, не с его ногой откалывать акробатические трюки. Он просто швырнул свой большой нож в большую кошку и даже попал. Прямо в голову. Одно плохо, оружие ударилось о свою цель не лезвием, а рукояткой, максимум набив под мехом зверюге маленькую шишку.

Екатерина уже справилась со своим оружием, нашарив рядом со спусковым крючком очень тугой рычажок, однако теперь траекторию стрельбы перекрывали другие жители дома, бросившиеся с первыми попавшими под руку предметами к выходу, чтобы отбить подростка. Настоящего оружия в доме не было, а потому близко познакомившимся с монстрами людям приходилось импровизировать. Густав схватил пожарный топор, какая-то женщина вооружилась скалолазным альпенштоком, Харальд и вовсе занес над головой массивное кресло из темного дерева, которым при удаче можно было перебить хребет медведю. Вот он то как раз собой проем и заслонил, поскольку не мог быстро протиснуться со слишком габаритной мебелью наружу. Болезненный взвизг и злобный звериный рык показали, что зверю знакомство с рассвирепевшей толпой по нраву не пришлось. А испуганные крики людей, прозвучавшие через пару секунд, доказывали опасность обращения с лесным хищником, словно со злой собакой, сдуру осмелившейся цапнуть человека.

Буквально просочившийся под ногами у Харальда Екатерина увидела, как большой кот посреди широкого холла треплет поваленного им человека и, не особо рассуждая, немедленно всадил в полосатый бок одну за другой четыре пули. Хотя точно в цель она попала, пожалуй, только в первый раз. Отдача у пистолета оказалась просто чудовищной, а потому после первого же выстрела ствол ушел куда-то вверх и в сторону. Хорошо еще, что по чистой случайности никто от «дружественного» огня не пострадал. Хищник, близко познакомившийся с огнестрельным оружием, против всех ожиданий не только не умер, но даже и не оказался серьезно ранен. Во всяком случае, полученный в брюхо кусок свинца не помешал ему шустро и абсолютно беззвучно сигануть сначала к лестнице, а потом исчезнуть в темноте нижних этажей.

– Джейми? – Густав бросился к телу чернокожего подростка, лежащему у лестницы, но почти сразу же остановился. Смысла оказывать первую помощь жертве хищника не имелось уже никакого. Судя по вывернутой под неестественным углом шее, тигр просто перебил добыче хребет одним мощным ударом лапы. – Дьявол. Дьявол! Дьявол!!! Как я объясню это его родителям?!

– Джек! Скажи хоть что-нибудь! Джек, не смей закрывать глаза! – Тем временем другие жители дома пытались оказать помощь молодому мулату, который первым бросился на большого кота. Украшенный птичьими перьями индейский томагавк, должно быть купленный в качестве сувенира, блестел в свете фонариков свежей кровью. Оружие успело нанести тигру рану, но удар оказался слишком слаб, чтобы убить или хотя бы напугать животное, а потому смельчак сполна познал гнев хищника. Когти зверя распороли человеку живот, а клыки вырвали немалый кусок мяса из руки, которой тот пытался заслониться от повалившего его на пол хищника. – Боже, сколько крови! Джек, ты там жив еще?!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru