Выжженные земли

Владимир Мясоедов
Выжженные земли

– Дедушка! Что ты делаешь?! – Вскрикнула девушка в тростниковой юбке на чистом английском языке, покинув свое рабочее место и бросившись навстречу необычайно сильному алкоголику. – Зачем ты сюда пришел, я же постелила тебе в прачечной!

– Смерть грядет! Дети моря уже идут сюда! Слуги пламени ворочаются все сильнее с каждым часом! – Провыл бомжеватого вида мужчина каким-то обреченно-испуганным голосом, размазывая правой рукой текущие по щекам слезы. То, что на этой конечности в данный момент висел официант, весящий раза полтора больше старика целиком, его не смущало ни сколько. – Мой дом затоплен, а лодку унесло в море. Теперь нам не сбежааать! Мы все умреееем!

– Дедушка, ты пьян! – Девушка в тростниковой юбке захлопотала вокруг своего пожилого родственника, пытаясь его успокоить. Да только какой там! Отодвинув внучку с пути, словно абсолютно незначительную преграду, старикан продолжил целеустремленно топать к барной стойке, задевая столики висящими на нем людьми. Причем тех стало уже не двое, а трое. На шум откуда-то из глубины служебных помещений прибежал толстяк в одежде повара и пришел на помощь сослуживцам. Но, несмотря на лишние сто-сто десять килограмм живой массы, обхватившей свою цель поперек туловища, продвижение пожилого алконавта к намеченной цели не остановилось. – Дедушка, не трогай виски! Дедушка, у тебя же больное сердце!

– Этого бы трухлявого пенька да в нашу сборную по атлетике. – Ахнул Святослав, искренне пораженный физическими возможностями бомжеватого вида пенсионера. Несмотря на отчаянные попытки троих взрослых мужчин уволочь его обратно в глубину служебных помещений, тот уверенным движением цапнул стоящую на стойке бутылку, вырвал зубами пробку и припал к длинному горлышку. Морщинистый кадык заходил туда-сюда словно поршень, когда пожилой абориген принялся хлестать алкоголь, будто воду. Даже когда один из рассвирепевших официантов с размаху саданул его кулаком в живот, то ни малейшего эффекта не добился. Складывалось ощущение, будто под растянутой грязной майкой прячется не живая плоть, а какая-то неуязвимая машина. – Хотя нет… Допинг-контроль не пропустит. Старикан явно ширнулся какой-то дрянью, от которой его теперь нещадно плющит.

– Ну а мне кажется, он просто сумасшедший. Психи, они же сильные как лоси, мне один знакомый санитар рассказывал. – Решил Петр, наблюдая за безуспешными попытками персонала призвать разбушевавшегося коренного островитянина к порядку. Впрочем, наблюдением за бесплатным представлением сейчас занимались все клиенты ресторана. Некоторые бурно обсуждали увиденное, а какой-то тип громко заявлял, что за такое обслуживание он денег платить не будет и требовал себе администратора. – Видно крыша у дедка давно подтекала, подобное часто с возрастом бывает. А тут погода за окном разгулялась такая, словно конец света четвертый день подряд продолжается, вот он и рехнулся окончательно. Вы то что думаете, Дмитрий Иванович?

– Я… – Неизвестно, что хотел сказать историк, но в этот момент в ресторане дружно подпрыгнула посуда, вываливая свое содержимое на скатерти и колени посетителей. Мебель тоже постаралась сдвинуться с места, а многие из стоящих людей рухнули, не сумев удержать равновесия, однако больше всего досталось именно бокалам, тарелкам и бутылкам. – Землетрясение? Ой, как не вовремя то!

– И не говорите. – Мрачно процедила Екатерина Матвеевна, рассматривая свое платье, по которому расползался все тот же оранжевый сок. – Опять мне наверх тащиться.

– Нет, я в том смысле, что после толчка лучше бы выйти на улицу, а там дождь. Возможны новые удары, и они могут быть даже более сильными. Все-таки Гавайи сейсмически опасный регион. – Принялся растолковывать пожилой историк. – Константин, подтверди им, ты же заучивал эти правила наизусть, когда мы по Средней Азии мотались. Константин…

Переведя взгляд на своего старого приятеля, Святослав вздрогнул. Мужчина выглядел страшно. Глаза вылезли из орбит, челюсть отвисла, начинающие седеть волосы встали дыбом, а руки конвульсивно и слепо шарили по столешнице, пытаясь нащупать неизвестно что. В первую секунду Яснев решил, будто у его знакомого случился сердечный приступ, но потом проследил за направлением взгляда своего однокурсника и сам забыл, как дышать. На улице, метрах в ста от гостиницы, едва различимая за пеленой дождя булькала и исходила паром тягучая субстанция багрового цвета с темной коркой поверху. Лава, асфальт полупустой парковки сантиметр за сантиметром пожирала самая настоящая лава. Расплавленная порода медленными толчками выбивалась из под земли, расползаясь во все стороны сразу со скоростью полтора-два метра в секунду, и значить это могло только одно.

– Извержение… – Прошептали сами собой губы Святослава, хотя его сознание упорно отказывалось верить в происходящее. Мозг просто не желал осозновать то, что вулкан пробудился, а следовательно теперь все находящиеся на острове Талоа находятся в страшной опасности. – Но как?! Толчок же едва ощущался!

– Ерш твою медь! – Не слишком то понятно выругался Петр, когда в свою очередь увидел лаву. – На корабли, быстро!

– Что? – Перевел на него ошалелый взгляд Константин, у которого до сих явно не укладывалось в голове происходящее.

– В порт. Живо! – Выволок его из-за столика моряк. – Сейчас начнутся пожары и паника, если еще не начались! И безопаснее переждать их на кораблях, куда огонь и бушующая толпа доберутся не раньше, чем выкипит вся вода!

– Да! Точно! В крайнем случае, можно будет выйти в море! – Подорвался со своего места Дмитрий Гаврюшин, враз забывший о своем возрасте и болячках. – Лучше уж утонуть, чем оказаться запеченными в вулканическом пепле!

– Но вещи! – Попыталась всплеснуть руками Екатерина. Маневр, правда, не удался, поскольку она уже крепко сжимала каждой конечностью по дочери. Дети оживленно сверкали глазами и, похоже, пока воспринимали все происходящее как веселое приключение.

– Заберем потом. Или купим новые. – Святослав не был намерен рисковать из-за оставшихся в номере тряпок и документов. – На такой случай у меня всегда с собой универсальный защитный амулет, а именно пластиковая карта с десятью тысячами долларов.

– А как же люди?! – Константин, которого моряк за руку волок к выходу, никак не мог поверить в том, что они вот так вот уйдут из гостиницы, не забрав оставшихся в номере пожитков и не предприняв ничего для спасения здания от приближающейся угрозы… Впрочем, как бороться с начавшимся извержением вулкана он в любом случае представлял себе весьма смутно. Насколько ему помнилось, остановить разбушевавшуюся стихию иногда удавалось при помощи рвов или огнеупорных дамб, но заниматься инженерными работами было уже слегка поздновато. Оставалось только предпринять хоть какие-то меры по эвакуации, для начала предупредив всех окружающих о близкой угрозе. – Эй! Народ! Да-да, люди, к вам обращаюсь! Выгляните в окно! Там лава и она идет сюда! Скоро здесь все загорится!

Меньше двух секунд понадобилось цивилизованным и благовоспитанным людям, чинно пережидавшим непогоду, чтобы превратиться в клубок рычащих от ярости и испуга зверей, сминающий все на своем пути. Билась об пол посуда, летела в разные стороны еда, кричали дети и женщины, а рядом с выходом немедленно завязалась невозможная толкучка, стремительно перерастающая в драку. Пьяно расхохотался пожилой алкоголик, которого перестали оттаскивать от бара, а после неожиданно резким и сильным броском отправил полупустую бутылку прямо в голову усатого латиноамериканца, доставшего откуда-то пистолет с неясными целями. Выходца из Мексики или её окрестностей плавно унесло под соседний столик, но падая он успел нажать курок и с оглушительным грохотом пуля пробила висящий в углу телевизор, передающий очередной экстренный репортаж о буйствах тайфуна. Запахло горелой изоляцией, и тут же с оглушительным визгом заработала пожарная сигнализация, только добавившая хаоса в происходящее.

– Подождать не мог, пока мы выйдем?! – Встряхнул Константина моряк так, что у историка-юриста лязгнули все зубы. Поскольку русские путешественники по какому-то капризу судьбы заняли столик в самом углу помещения, то теперь от выхода на улицу их отделялось не меньше тридцати метров сплошной людской толкучки. – Ну и чего прикажешь нам теперь делать, умник?!

– Эм… – Взгляд Святослава зацепился за проглядывающую из под плетеной юбочки смуглую попку, чья обладательница за руку тащила своего деда обратным курсом в служебные помещения. Воссоединившийся с родственницей и напившийся виски старик пришел в благодушное настроение, а потому не сопротивлялся и прилежно изображал из себя надутый перегаром воздушный шарик. Даже и не верилось, будто этого пенсионера минутой ранее три здоровых мужика с места сдвинуть не могли. – Воспользоваться запасным выходом? По технике безопасности в подобных зданиях он быть обязан. Да и не станут же продукты и мусор туда-сюда мимо посетителей таскать.

Сморщившись, будто он съел лимон, Петр кинул взгляд на приближающуюся лаву и с чувством выругался. Расплавленная порода добралась до стоящих на парковке автомобилей, колеса которых уже вовсю испускали характерный для горящих покрышек черный дым. Вонь паленой резины вряд ли бы смутила моряка, но спустя несколько секунд магма грозила добраться до бензобаков. А в случае хотя бы одного близкого взрыва большие стеклянные окна ресторана грозили превратиться в один сплошной поток поражающих элементов, оставляющий от людей лишь груды кровоточащего мяса. Поскольку дыхания на то, чтобы волочить следом за собой пару историков и одновременно ругаться Петру не хватало, он вынужденно замолк и со всех рванул вслед за барменшей. Служебные помещения ресторана неожиданно встретили незваных гостей даже еще более пронзительными криками, чем переполненный общий зал. Ворвавшись в просторную светлую кухню старик и девушка пролетели мимо громадной прямоугольной плиты, разбитой едва заметными перемычками на пару дюжин отдельных секций, но потом резко остановилось.

 

Шесть или семь мужчин и женщин в униформе служащих гостиницы что-то испуганно лопотали на своем островном наречии, спешно заваливая ведущую в следующее помещение дверь чем придется. Еще один сотрудник ресторана лежал на полу и слабо дергался, истекая кровью из глубокой раны на груди, которую никто и не думал перебинтовывать. Все были слишком заняты возведением баррикады. Передвинутые шкафы, столы, отодранные от стен полки и самые большие кастрюли… В ход шло все! И у поваров имелись весьма серьезные поводы для паники, вовсю ломящиеся внутрь через хлипкую деревянную преграду. Каждые три-четыре секунды в крашеные доски вонзалась какая-то темная и слегка загнутая книзу штука, пробивающая их насквозь и высовывающаяся наружу сантиметров на двадцать. Причем кто бы не пытался зайти на кухню с той стороны, он явно пугал людей настолько, что они даже и помыслить не могли о том, чтобы вступить с ним в драку. Хотя прекрасных стальных ножей разных размеров и форм, частенько превосходящих длинною и прочностью древние кинжалы, в зоне шаговой доступности более чем хватало.

– Валунга патра! – Простонал старикан, хватаясь за сердце и медленно сползая вдоль стеночки вниз. По лицу его стремительно разливалась смертельная бледность, которая просто не могла быть наигранной. Вскрикнувшая в испуге барменша попыталась удержать его на ногах, но девушке банально не хватило сил. – Они уже здееесь…

Раненный, который до того еще пытался зажимать истекающую кровью дыру в груди, прекратил стонать, дышать и дергаться. По тому, как вытянулось в последней судороге его тело, сразу стало ясно – труп. Впрочем, подобный диагноз был предопределен заранее. Некая неведомая сила просто вырвала из тела человека не меньше трех-четырех килограмм мяса, с небрежной легкостью выворотив наружу по крайней мере одно торчащее в сторону ребро.

– Мама, мне страшно! – Закричала Юля, которая наконец-то поняла, что все происходящее вокруг отнюдь не игра. Анастасия же хоть и была младше, но испугаться уже успела и теперь ревела в три ручья.

– Так, я у вас таблетки видел. Дайте одну старикану, пока он не помер! – Распорядился Петр, без спроса снимая с ближайшей стенки зловещего вида тесак для рубки мяса. Висевшая на специальном гвоздике сплющенная полоса нержавеющей стали чуть ли не сантиметровой толщины в поперечнике выглядела грозным аргументом в любом споре. Таким лезвием без особого труда рубились говяжьи и свиные кости, за исключением самых крупных, а значит и человеческое тело не станет ему серьезной преградой. – Видимо доконала жизнь старика, приступ начался. Сначала погода, потом извержение вулкана, теперь еще и псих какой-то не то с киркой, не то с альпенштоком….

В это мгновение что-то сильно ударило в окно кухни, вызвав небольшой водопад стеклянных осколков и испуганные крики персонала. Впрочем, российские историки и штурман торгового флота дружно поддержали их своими малоцензурными и нечленораздельными возгласами крайнего шока и удивления. Через частую железную решетку, призванную останавливать воришек, пыталась протиснуться хитиновая клешня, напоминающая своими размерами экскаваторный ковш. Причем крепилась она к темной обросшей водорослями громадине размером с маленький автомобильчик, вооруженной второй такой же конечностью и поднимающей над землей почти на три метра при помощи десятка длинных суставчатых лап. И непонятный темный предмет, планомерно превращающий ведущие наружу двери в решето, выглядел точь в точь как конечность данной твари, только чуть меньших габаритов.

– Что за нафиг?! – Аж икнул от удивления Петр, тянусь протереть себе глаза и едва не раскроил Святославу голову кухонным тесаком. – Я же сегодня не пил!

– Надо лучше завалить вход, пока оно сюда не вошло! – Кинулся Константин на помощь какому-то повару, с натугой и скрипом двигающему по направлении к баррикаде массивный двухстворчатый холодильник.

Ворочающаяся за окном громадина замерла на пару секунд, словно оценивая прочность отделяющей её от испуганных людей решетки, а потом как-то странно присела на своих суставчатых лапах, зашипела словно спускаемая шина чудовищных размеров и выплюнула струю огня, легко миновавшую решетку. Пламя окатило русского историка-юриста и тех островитян, что ударными темпами возводили из подручных средств баррикаду. Полдюжины людей за долю секунды превратились в горящие, мечущиеся и истошно кричащие факелы, нестерпимо воняющие горелым мясом. Ломившаяся же в дверь тварь видимо вконец осатанела от бесплодности своих усилий, поскольку следующий свой удар она нанесла уже всем телом. Тупорылая морда с десятками глаз-бусинок, какими-то маленькими многочисленными короткими усиками и черным провалом зубастой пасти, откуда непрестанным потоком капала слюна, просто разнесла в щепки стоящую у неё преграду и опрокинула не меньше трети баррикады. Протиснуться внутрь темная туша, поросшая какими-то водорослями, все еще не могла, зато теперь ей уже ничего не мешало запустить в помещение свою длинную лапу. Выбросив клешню вперед метра на два прямо сквозь завал из мебели, чудовищное существо отчекрыжило одному из горящих людей голову, а после неожиданно ловким движением забросило оставшийся в хитиновой конечности полыхающий трофей в свою пасть и принялось пережевывать. Только мозг, слюни и кровь во все стороны брызнули.

– Ааа! – Святослав сам не понял, как рванулся назад в общие помещения ресторана, увлекая за собой ошалевшую от ужаса супругу и испуганных дочерей. Не то, чтобы это вышло специально, скорее просто мозг не сообразил вовремя отдать команду убрать с плеча женщины руку, сжавшуюся намертво при виде агонии гостиничного персонала и составившего им компанию Константина. – Что?! Что это такое было?!

Ответа на свой крик души он так и не получил, но по очень уважительной причине. Бак какого-то из стоящих на парковке автомобилей наконец-то не выдержал высоких температур и с оглушительным грохотом взорвался, выбив тугой воздушной волной стекла в близлежащих строениях. Но если они после первого удара и остались на своем месте, то неминуемо осыпались после второго, третьего или четвертого. Словно получив команду с невидимого пульта, загоревшиеся машины стали детонировать одна за другой. Людям повезло дважды. Во-первых, все окна в ресторане с внутренней стороны были прикрыты шторами, чтобы жаркое тропическое солнце меньше тревожило клиентов. Свисающие вниз с потолка полотнища невесомой тюли могла бы пробить даже хорошо разогнавшаяся пчела, но все же украсившаяся дырками в сотнях мест ткань сбила траекторию большей части осколков вниз и заставила их упасть на пол сверкающим крошевом. А во-вторых, на момент первого подрыва бензобака люди находились чуть ли не в самой удаленной от источника опасности точке. Импровизированная шрапнель либо вообще не долетела до входа в служебные помещения, либо утратила почти всю свою убойную силу, преодолевая сопротивление воздуха и гравитацию на протяжении десятка метров. Прошуршал по скрывающей тело теплой одежде колючий град, кольнули кожу лица свалившиеся вниз под собственной тяжестью осколки, оставившее после себя в худшем случае пару заноз. Глухо выругался Петр, которому резануло щеку до крови. В любой другой день подобное стало бы очень неприятным событием, которое бы запомнили надолго, но сейчас никто и внимания не обратил на подобные мелочи.

Святослав выскочил на крыльцо ресторана под струи проливного дождя, прогромыхав кроссовками по сорванной с петель двери. К данному моменту уже успевшие рассосаться посетители так спешили выбраться наружу, что выворотили напрочь косяк. Впрочем, возможно вина лежала не столько на них, сколько на криворуких строителях. Булькающая на парковке лава продолжала постепенно расширять занятую собой территорию и подступила уже на расстояние пары метров к крыльцу строения, но обычной расплавленной породы историк сейчас не боялся ни капельки. Все вытеснил страх перед громадными хитиновыми чудовищами, будто шагнувшими в реальность прямиком из ночных кошмаров и для полного счастья оказавшимися еще и огнедышащими.

– Как это может быть?! Такое же решительно невозможно! – С потерявшим где-то свою тюбетейку Дмитрием Гаврюшином случилась небольшая истерика. Впрочем, на фоне давно уже воющих не хуже пароходных сирен Юлии и Анастасии пожилого историка было едва слышно. – Не бывает таких больших ракообразных! Слышите меня?! Не бывает!

– Вы это скажите тем, кого они сожрали! – Сказал, как отрезал Петр, из-за льющейся по щеке крови и громадного тесака в руке сейчас похожий скорее на жуткое чудовище, чем на человека. К своему стыду Святослав просто не мог вспомнить, как именно штурман оказался с ним рядом. Да не один, а вместе с пьяным стариком и его внучкой. Мореплаватель поддерживал пенсионера за правое плечо, девушка за левое, а вот ногами бледный как приведение островитянин перебирал уже сам. Видимо ему стало немного лучше… Или просто жить хотелось очень сильно. – Куда подевались машины?!

Парковка действительно лишилась всего автотранспорта, если не считать нескольких горящих остовов и тлеющего на самой границе лавы джипа, покуда не успевшего рвануть. Зато не то на шум взрывов, не то на человеческие крики заявился еще один чудовищный краб. Ближайшим к гостинице зданием был панельный жилой дом на пять этажей, и как это ни странно именно из его распахнутых дверей и появился монстр, скребыхнув панцирем по узковатой для него бетонной корбке. Видимо слишком крупный для оконных проемов хищник хотел добраться до обитающих внутри людей, но просто не сумел протиснуться дальше первой лестничной клетки. Многочисленные черные глаза без каких-либо следов зрачков уставились на двуногое прямоходящее мясо, которое от него отделяли лишь пара десятков метров. Святослав вздрогнул всем телом, ощутив голодный, злой и какой-то липкий взгляд чудовища. Волосы на голове мужчины зашевелились от ужаса, нахлынувшего откуда-то из самых дремучих глубин сознания. Отцу семейства показалось, будто под череп ему неведомым образом умудрились залезть омерзительные склизкие черви и теперь оживленно там копошатся. Ноги стали ватными, тело начало неметь, а зрение расплываться. На последних остатках воли он лишь еле-еле смог выпустить из одеревеневшей руки плечо супруги.

– К пожарной лестнице, что с левой стороны гостиницы! На крышу оно не влезет! Живо! – Прошипел Петр, бочком-бочком смещаясь в нужном направлении и выставив вперед бесполезный против подобного чудовища тесак. Туда же побежала и Екатерина с дочерьми. Святослав хотел последовать за ними. Он буквально всей душой жаждал задать стрекоча по направлению к спасительному пути, ведущему на верхние этажи гостиницы. Но не мог. Черные буркала краба словно клещами вцепились в историка и не давали отвести от себя глаз. А между тем длинные суставчатые ноги быстро понесли громадную уродливую тварь вперед. Неприятное чувство копошения в голове усиливалось с каждой секундой и напрочь заслоняло собою весь остальной мир. Только теперь к этим мерзким ощущениям добавилось предвкушение скорого сытного обеда, ведь оцепеневшей добыче уже не сбежать. С ужасом мужчина понял, что каким-то образом ощущает мысли чудовища, собравшегося первым делом откусить ему голову, дабы не удрал, а потом ринуться в погоню за другими людьми. – Святослав, идиот сухопутный! Да беги же ты!

Непонятное оцепенение схлынуло, когда до весящего должно быть не меньше четырех тонн хищника осталось всего шагов пять. Монстр просто перенес свое внимание на следующую цель, решив, будто почти уже оказавшийся в его пасти человечек теперь никуда не денется. Возможно, тренированный спортсмен со стальной волей и накаченными ногами сумел бы от него удрать даже в такой ситуации. Но у перепуганного обывателя, способного лишь стоять на одном месте и дрожать крупной дрожью, не имелось и тени шанса. Святослав смог лишь трусливо закрыть глаза и понадеяться, что смерть будет быстрой, но в следующую секунду какой-то великан с размаха пнул его ногой в грудь, отбрасывая истошно орущее и молотящее руками по воздуху тело на десяток метров.

В первый момент после приземления историк порадовался, что он не угодил в лаву. А вот потом, когда адреналин немножечко схлынул, пришла боль. Дыхание улетучилось, содранная кожа горела огнем, саднили располагавшееся под ней мышцы, противно ныли отбитые внутренние органы. Лавовая подушка, возможно, принесла бы куда больше неприятных ощущений, но по крайней мере они и закончиться должны были быстрее, а не складываться из наполненных агонией секунд в мучительно долгие минуты. Большую часть звуков заслонил собой стук крови в ушах, перемешанный с шипение и скрежетом, подобающими неисправному паровому котлу ошеломительных размеров. Откуда-то издалека, словно из другого мира, слышались людские крики. Когда сознание Святослава чуть-чуть прояснилось, а мир вокруг него перестал вращаться, он осознал себя лежащим в какой-то неглубокой луже. И подумал, что у тлеющего джипа очень удачно взорвался бензобак. А после приподнял голову, чтобы увидеть, какая судьба постигла ужасное чудовище, но тут же со всплеском бессильно уронил её обратно и обреченно застонал, постепенно сбиваясь на истерическое хихиканье. Краба, намеревавшегося подзакусить попавшимся ему на пути человечком, больше не было. Как и большей части парковки перед рестораном. Зато имелся в наличии уходящий в небеса и топорщащийся арматурой столб, толщиной не менее пятидесяти метров. Где-то ближе к низким дождевым тучам он соединялся с плоским овальным сегментированным объектом вообще уж непредставимого диаметра, от которого отходило еще около десятка подобных колонн, каждая размером с телевышку. А еще из этой махины, сравнимой по габаритам с крупнейшими закрытыми футбольными аренами мира, торчал вполне себе узнаваемый в свете зеленых молний скорпионий хвост и две клешни. По всему выходило, что это какое-то живое существо. И на готовящегося подзакусить человеком хищника оно банально наступило невзначай. Как и еще гектар на десять прилегающей площади. Ну а мужчину отбросило банальной ударной волной, образовавшейся от столкновения титанической ноги и почвы.

 

– Рехнулся! Я! Целиком и на всю голову! – Расхохотался Святослав, истерически хихикая и отплевываясь от норовящей затечь в рот воды. Кстати, удивительно вкусной для содержимого обычной лужи. – Спяяятил! Сначала вижу огнедышащих крабов с габаритами маленького грузовичка, а теперь и вовсе сподобился узреть какого-то ракоскорпиона, размером с Эйфелеву башню!

– Спокойно, если это и глюки, то они коллективные. – Святослава подняли из лужи за шиворот, дали ему пару проясняющих сознание пощечин и куда-то потащили. Впрочем, мужчина из-за примененного к нему штурманом рукоприкладства возмущаться даже и не подумал. В данный момент он бы и новость о своем уже состоявшемся расстреле воспринял как должное. – И видим их не только мы, но и все остальные.

С невероятным грохотом колонноподобная нога сдвинулась вперед, небрежно проходя через находящееся на пути здание «Русского доктора», словно сквозь пучок сухой травы. Только брызнули в разные стороны осколки перекрытий, разлетевшихся в стороны на сотни метров не хуже осколков от грандиозной авиабомбы. Куда именно они приземлились и какие разрушения там наделали, оставалось только гадать. Пелена тропического ливня стала еще более густой, и даже при вспышках зеленых молний различить в ней чего-нибудь дальше пары десятков метров просто не представлялось возможным. Компания беглецов под этим жутким камнепадом не сократилась ни на одного человека, что на фоне всего происходящего уже могло считаться маленьким чудом. Люди банально не успели добраться до пожарной лестницы раньше, чем здание гостиницы оказалось частично разрушено ногой титанического монстра. О судьбе тех, кто находился внутри, теперь оставалось только гадать. Подобный удар запросто мог обвалить перекрытия по всему зданию.

– Ох, сердце… Господи, да что же это такое?! Сначала извержение, потом какие-то мутанты, а тому, что торчит в небе, я вообще названия не подберу! – Простонал Дмитрий Гаврюшин, с трудом выдерживающий темп больше напоминающий бег ходьбы. Стихийно образовавшаяся компания выскочила на проезжую часть, но несколько проехавших мимо машин просто обогнули отчаянно кричавших и махавших руками людей. На ходу пожилой историк достал из кармана початую пластинку таблеток, а потом щедрым жестом предложил её кое-как перебирающему ногами островитянину, по-прежнему висящему на своей внучке. – Леди, держите. Вали-дол. А, черт, вы же не знает наших лекарств!

Из-за мутных струй дождя показалась картина с одной стороны пугающая, а с другой обнадеживающая. Несколько минут назад громадный краб попытался напасть на проезжающий по своим делам автомобиль, но оказался им протаранен. Правая клешня монстра все еще сжимала кровавый ком, ранее бывший водителем, но сам он уже не шевелился, успев истечь десятками литров мутной жидкости из раны в боку. Пластины хитиновый брони там, куда пришелся удар капота, погнулись, раскололись и вдавились внутрь, очевидно зацепив один из жизненно важных для твари органов.

– Сердечное? – Требовательно уточнил на ломанном русском старик, для наглядности стуча себя по левой стороне груди и получив утвердительный кивок немедленно выглотал все оставшиеся таблетки залпом. – Благодарю.

– Куда мы идем?! – Нервно вскрикнула Екатерина, прижимая к себе взятую на руки Анастасию. Семилетняя девочка не прекращала испуганно реветь, но в мать вцепилась воистину мертвой хваткой и повисла на той, словно мартышка на пальме. Подумав, Святослав последовал примеру супруги и водрузил себе на плечи Юлию. Детям преодолевать глубокие лужи и порывы ураганного ветра давалось куда тяжелее, чем взрослым. Да и шансов потеряться так у них так было значительно меньше.

– Туда, куда не достанут монстры! – Категорически рубанул воздух штурман, чье лицо буквально покраснело от прилившей к нему крови. Казалось еще чуть-чуть и из ушей Петра польется чистый адреналин. – Надо выбираться из города!

– Так мы не на корабль топаем?! – Ахнул Святослав, только сейчас сообразивший, что все это время они удалялись от порта. – Но почему?!

– Это – морские существа. На суше такую мерзость бы давно заметили и запретили гулять по острову Талоа без гранатомета. – Кивнул в сторону мертвого краба штурман. – Видимо извержение выгнало их из подводных нор, ну или где они там прятались. Далеко от океана такие чувырлы не уйдут, а если и уйдут, то в лесу подобная туша между деревьев застрянет!

– Валунга патра бывают разные. – Прохрипел старик-островитянин, которому принятые залпом таблетки особого облегчения, кажется, не принесли. – Есть морские, есть сухопутные, есть летающие, а есть и такие, которых люди человеческим языком и описать то не в состоянии.

– Валунга… Что? – Переспросила Екатерина, отдуваясь и стирая с лица не то собственный пот, не то дождевые капли. – Вы знаете этих чудовищ? А как они называются по-русски? Ну, или хотя бы по-английски?

– Демоны. – Лаконично отозвался абориген острова Талоа, судя по его тону однозначно причисливший встретившихся им чудовищ к числу сверхъестественных угроз. Впрочем, если подобного наименования и заслуживали какие-то из реально существующих тварей, то точно это были именно те монстры, от которых люди едва сбежали пару минут назад.

– Мама, я боюсь! Меня тошнит! – Семилетняя Анастасия тряслась не то от ужаса, не то от холода. – Хочу домой! И в туалет!

– Тс-тс, потерпи дочка. – Принялась её успокаивать Екатерина, однако даже и не подумавшая замедлить шаг или искать ближайшие кустики. Про себя Святослав подумал, что его супруга абсолютно правильно расставляет приоритеты. Душевное спокойствие детей, конечно, важно… Но лучше они уж немного поплачут, чем окажутся утащенными очередной тварью, наткнувшейся на неподвижную цель в ближайшей темной подворотне. – Все будет хорошо. Хо-ро-шо! Вот увидишь! И потом, мы же уже и так мокрые, правда?

– Я не верю во всякую сверхъестественную чушь! – Резко бросил штурман, крутя головой в разные стороны и пытаясь отследить возможную опасность.

– А мне кажется, он прав. Тот монстр, что попался нам на выходе из гостиницы… Он как-то смог воздействовать на мое сознание, заставив оставаться на одном месте. И, кажется, я тоже смог коснуться его разума. Он был совсем-совсем не человеческим, но тем не менее мыслил довольно сложными категориями. – Осторожно заметил Святослав, оборачиваясь назад, где титанический ракоскорпион продолжал неспешно шествовать по городу, мимоходом неся на своем пути смерть и разрушения. Зеленые вспышки молний позволяли увидеть не так уж и много сквозь струи дождя, но спрятать подобную махину не могли никакие осадки. Точнее не одну махину, а несколько махин. Даже лишенные хорошего обзора беглецы могли увидеть по крайней мере еще двух гигантских чудовищ, рушащих близлежащие кварталы. И оставалось под вопросом, сколько их может оказаться в других частях Лоана. – И потом, взгляните на ту большую тварь и скажите мне, как она вообще может существовать?! Я никогда не учил сопромат, но кости, пусть даже целый наружный скелет, не выдержат подобных нагрузок!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru