Размышления о Евангелии от Луки, главы 11–14

Виктор Рягузов
Размышления о Евангелии от Луки, главы 11–14

Охраняется законодательством об авторском праве. Никакая часть этой книги не может копироваться и публиковаться никакими средствами (печатными, фотографическими, электронными, звукозаписывающими и пр.) без предварительного письменного разрешения правообладателя (за исключением цитирования в пределах стандартных норм).

© Местная религиозная организация евангельских христиан-баптистов, 2021

* * *

1. Молитва о молитве

Описывая жизнь Спасителя, Лука чаще других евангелистов повествует о Его молитвах. В первых десяти главах он упоминает о молитве Христа при крещении (3:21), ранним утром (4:42), в пустынных местах (5:16), при избрании апостолов (6:12), перед приемом пищи (9:16), с учениками (9:18), во время Преображения (9:29), после отчета апостолов о выполненном поручении (10:21). Если Спаситель жил молитвой, то этого не скажешь о наших современниках. Почти 80 % граждан России причисляют себя к христианам. Но из них, согласно опросам, никогда не молятся 34 %, ежедневно молятся всего 17 %, остальные следуют пословице «пока гром не грянет, мужик не перекрестится».

Не стала молитва приоритетом и среди евангельских верующих. Если пресвитер церкви объявит воскресным утром молитвенное собрание, а вечером выступление известного проповедника или музыкальной группы, не нужно гадать, какое собрание соберет больше людей. Самая короткая часть христианских общений – молитвенная, и наличествует она скорее для спокойствия совести, чем по глубокой необходимости. Мы не молимся так, чтобы колебалась земля (Деян. 4:31) и неверующие говорили: «истинно с вами Бог!» (1 Кор. 14:25). Нам недостает откровения о значимости молитвы, которое получил, слушая Христа, безымянный ученик.

«Случилось, что когда Он в одном месте молился, и перестал, один из учеников Его сказал Ему: Господи! научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих» (Лк. 11:1).

Повседневная жизнь Израиля тех времен была пронизана молитвами: они постоянно возносились в храме и синагогах. Фарисеи показывали пример молитвы на углах улиц, да и сам ученик, просивший Христа научить молитве, регулярно обращался к Господу. Когда-то ему казались более важными благовестие, исцеление больных, изгнание бесов, ибо в них виделось больше практической пользы, однако, вслушавшись в молитву Христа, он осознал, что научиться молитве важнее, чем изгнать сотню бесов, произнести потрясающую проповедь или исцелить тысячи больных. Молитва – более настоятельная нужда, чем успешная карьера или семейный очаг.

Ученик Христа уподобился мудрецу Древней Греции, который, оказавшись на рынке, воскликнул: «Как много на свете вещей, в которых я не нуждаюсь!». Увидев молящегося Христа, он понял, что во многом не нуждался, за исключением молитвы. Нам необходимо молиться об осознании важности молитвы! Если бы кто и мог обойтись без нее, так это Христос. У Него не было грехов, чтобы молиться о прощении, не ведал Он непреодолимых проблем, чтобы вопиять об их разрешении. Его личные нужды были чрезвычайно скромными, ибо Он не имел ни дома, ни жены, ни детей, ни доходного бизнеса. Несмотря на это, Христос молился больше всех!

Его молитвы кардинально отличались от людских по глубине и продолжительности. Они не походили на попрошайничество, на бормотание себе под нос, на истеричные завывания. Его молитвы отличались живым и глубоким общением с Богом. Они низводили небо на землю. Молитвой к Отцу Христос начал Свое земное служение и молитвой завершил его на кресте. Он поныне продолжает молиться за нас на небесах.

О, если бы и нашим желанием было: «Господи, научи нас молиться!» Молиться не означает простаивать на коленях 24 часа в сутки. Ни в коем случае! Вы можете заниматься повседневными делами: работой, попечением о доме, общением с друзьями, но при этом ваше сердце будет непрестанно молиться. Когда безымянный ученик просил Господа научить его и друзей молиться, он имел в виду по крайней мере четыре важных умения.

Господи! Научи нас молиться вдохновенно!

Евангелист Лука повествует: «Он в одном месте молился, и перестал…» (11:1). Христос не стеснялся показать людям Свою зависимость от Небесного Отца. Обычно Он был краток в молитвах на публике. И в этой молитве Он не был пространен – «молился и перестал». Не сказано, что Господь молился и не мог окончить, как иногда случается у некоторых набожных христиан, которые после продолжительного перечисления благодарностей и прошений, кажется, должны сказать долгожданное «Аминь», – но вдруг пришедшая на ум новая нужда или благодарность отправляет их на второй или пятый круг. Когда Христос завершал Свою молитву при всех, ни у кого не вырывался вздох облегчения: «Уф, наконец-то окончил!». Слушателям хотелось слушать и слушать бесподобно глубокую и живую молитву.

Господи! Научи нас молиться на людях!

Немало христиан стыдятся молиться вслух. Особенно этим страдают мужчины. Одни стесняются своей неспособности складно выражать мысли, другие боятся показаться слабыми, прося что-либо у Бога (мол, настоящие мужчины все делают сами!), третьи вообще не испытывают к молитве каких-либо побуждений. Лучший способ победить этих монстров страха и безразличия – молиться. Своим примером Христос показал, что молитва – самое что ни на есть мужское занятие и в нем нужно преуспевать. Во времена земной жизни Иисуса Христа мужское лидерство обуславливалось не столько духом патриархальной культуры, в которой мужчины играли ведущую роль, сколько библейским учением. Согласно Библии мужчине глава – Христос и с Ним у мужчин должна быть прямая и устойчивая связь.

Все мужчины, чем-либо прославившие Бога, были молитвенниками. Отец веры Авраам ходатайствовал за праведников города Содома. Ему под стать оказался его сын Исаак, двадцать лет молившийся, чтобы его жена стала матерью. Молитвенником был Иаков, и его слова, сказанные в молитвенном борении, «не отпущу Тебя, пока не благословишь меня» (Быт. 32:26) стали девизом многих верующих. Псалмы плача и хваления были написаны мужчинами – Моисеем, Давидом, Соломоном, Асафом, сыновьями Корея. В Новом Завете Павел повелевает мужчинам молиться, «воздевая чистые руки без гнева и сомнения» (1 Тим. 2:8).

Мужчина должен быть лидером не только в материальной сфере, но и в духовной. Материальная деятельность придает широту его натуре, молитва же дарует ей глубину. Если стихает мужская молитва, сохнет сердце мужчины, за ним увядает семья, увядает церковь. Мужчины! Пусть вашей тайной молитвой станут слова Давида: «Господи! отверзи уста мои, и уста мои возвестят хвалу Твою!» (Пс. 50:17). А явной молитвой пусть будет вашей краткая молитва в церкви!

Когда тот ученик просил Христа научить молиться, он, несомненно, имел в виду и молитву на людях. Место такой молитвы – прежде всего ваш дом. Ваши домашние должны слышать вашу молитву. Молитесь с вашей женой и вашими детьми. Когда вы садитесь вкушать пищу, отправляетесь на работу, завершаете день – сопровождайте свои действия явной молитвой.

Также место прилюдного обращения к Богу – дом молитвы, домашняя группа, больничная палата, общение верующих на лоне природы, тюремная камера. Ю. С. Грачев не отпускал без молитвы ни одного гостя. То же самое делал мой незабвенный друг Иван Адамович Тоги, написавший книгу «Прощение освобождает». Когда я бывал у него в гостях, мы, как правило, завершали наше общение продолжительной коленопреклоненной молитвой. Чем больше публичных молитвенников, тем сильнее церковь!

Господи! Научи нас молиться, переживая общение с Тобою!

К небу возносится невообразимое число бесполезных молитв. Так было и во дни Христа. Язычники рассматривали молитву как заклинание божества и думали: чем больше они произнесут слов, тем скорее придет ответ. Фарисеи молились прилюдно, надеясь быть услышанными за свою показную праведность. Подобное происходит и в наши дни. Множество христиан молятся, не веруя в Божьи обетования и Божье милосердие.

Спрашиваю как-то одну женщину:

– Вы верите, что Бог простил вам грехи?

– У меня их слишком много, столько Бог не прощает!

– А молитву «Отче наш» знаете?

– Кто же ее не знает? Каждый день произношу!

– А для кого же Спаситель оставил прошение: «и прости нам долги наши», если не для нас? Если бы Бог не мог прощать, стал бы Он учить нас этой молитве?

Хуже всего – о неуемная религиозная изобретательность! – когда молитву делают средством наказания. Так, в сентябре 2009 года «Новая газета» опубликовала статью о послушнице Вале Перовой, сбежавшей из Свято-Богословского монастыря. Корреспондент писал:

Вале скоро 17, но выглядит она как 13-летний подросток. Я спрашиваю, чем бы она хотела заниматься, когда окончит школу. Валя отвечает: «А я не знаю. Понимаете, я себя совершенно не знаю. Нам в монастыре говорили: “Вот вы думаете, что вы хорошие? А вы – твари и должны молиться о прощении…”».

В монастыре жить было трудно, наказывали очень строго, почти ни за что. Посмотришь не так, воспитателю не понравится, может дать очень много поклонов земных, тысячу без отдыха делать, поставить на неустойчивый стул на всю ночь молиться. Спокойно могут лишить еды на день или на три дня. Бьют ремнем с пряжкой до синяков. А если в комнату зайдешь без Иисусовой молитвы, то тысячу раз заставят открывать и закрывать дверь и при этом читать молитву. Ходим на службу каждый день, хочешь ты или не хочешь, все равно заставят идти. Стоять было очень тяжело, службы длинные, по 4 часа, а стоять надо не шелохнувшись. Из-за этого у многих девочек больные ноги, и у меня тоже. Врач запретила стоять больше 30 минут, но мы все равно стояли.

Как явствует из рассказа, молитва из средства общения с Богом может превращаться монастырским начальством в средство наказания. Худшее применение ей вряд ли можно найти: после такого «обучения» открывается прямая дорога в «Союз воинствующих безбожников»! Если бы воспитатели руководствовались Библией, они поступали бы иначе.

 

Согласно Библии молитва – это самая желанная на свете встреча, встреча человека с Богом. Именно ощущение встречи с Богом рождает умиление – «любовь с заплаканным лицом» (С. С. Аверинцев), а умиление производит горячие молитвенные слова. Этой встречи с Богом постоянно искали пророки. Давид говорил: «И подойду я к жертвеннику Божию, к Богу радости и веселия моего, и на гуслях буду славить Тебя, Боже, Боже мой!» (Пс. 42:4). Исаия взывал: «Душою моею я стремился к Тебе ночью, и духом моим я буду искать Тебя во внутренности моей с раннего утра» (Ис. 26:9). Шотландский проповедник XVIII века Роберт Макчейн был молод, однако уровень его молитвенной жизни отличался необычайной высотой. Его друг писал о нем: «…в его словах “святой Отец” слово “Отец” включало в себя целый мир! По тому, как произносилось это слово, вы могли увидеть и почувствовать, что этот человек – сын Бога!.. Каждая фраза и слово были библейскими, а вся молитва, казалось, была новой главой из Библии…». Пастор Макчейн превосходил других в молитве по той причине, что просил Господа научить его молиться и боролся за чистоту сердца. В 23 года он писал: «Есть ли в моем сердце желание сделаться полностью святым? Нет ли там греха, который я хотел бы утаить? Господи, Ты знаешь все – Ты знаешь, что я ненавижу всякий грех и хочу стать похожим на Тебя!».

Господи! Научи нас молиться действенной молитвой!

Молитва Христа так мощно воздействовала на сердце безымянного ученика, что он возжелал такого же умения. В течение первых трех столетий христианская церковь была сильна молитвой. Сохранилось свидетельство Иринея Лионского, известного богослова второго века: «Они [еретики] не могут воскресить мертвого, как воскрешали Господь и апостолы своей молитвою или как часто случалось, что когда среди братьев возникала нужда, то вся поместная церковь пребывала в посте и усиленной молитве и душа умершего возвращалась: человек был дарован по молитвам святых». Когда во времена Константина христианская церковь стала государственной, этот огонь общинной молитвы погас, сменившись формальным произношением ритуальных слов священниками. Во времена духовных пробуждений огонь молитвы вспыхивал вновь, вызывая неподдельный интерес людей.

…Полковник царской армии Василий Александрович Пашков, узнав, что жена пригласила к ним в дом благовестника лорда Редстока, небрежно заметил: «Какая пошлость! И охота людям слушать бессмысленного болтуна!». Однако во время молитвы этого благословенного мужа Божьего Пашкову открылось его погибельное состояние пред Богом. «Был день в моей жизни, – писал позже В. А. Пашков в письме русскому послу в Париже, – когда я увидел себя осужденным пред престолом суда святого Бога, ненавидящего грех. Слово Его при действии Духа Святого достигло меня и пробудило мою совесть». Этот человек впоследствии много сделал для развития евангельского движения в России и свершил бы еще больше, если бы не был изгнан из страны указом Александра II. Однако дело Божие не встало: искренние молитвы верующих продолжали приводить людей к спасению.

Ныне существует опасность угашения пламени молитвы как в церкви, так и в наших домах через обольщение суетой или греховными наслаждениями. Один известный актер на время съемок фильма о священнослужителе воздерживался от алкоголя и никотина, потому что ему нужно было «войти в роль». Некоторые христиане следуют этому методу, «освящая» себя перед воскресным днем или перед хлебопреломлением, а в остальные дни живут как язычники. Как может пребывать дух молитвы в их сердцах? Нам нужны мужчины и женщины, которые начали бы усердно просить: «Господи! Научи нас молиться действенной молитвой, чтобы, слыша через нас молитву Твоего Духа, люди испытывали Твое целительное прикосновение!».

Господи! Научи нас молиться под Твоим руководством!

«…Научи нас молиться…» (Лк. 11:1). Ученик не знал, как самостоятельно взойти на вершину молитвы, и просил о руководстве. Он сослался на Иоанна Крестителя: «Если Иоанн научил своих учеников, почему бы Тебе не научить нас?». Мы могли бы перефразировать эту просьбу: «Господи! Столько людей Ты сделал молитвенниками, неужели не можешь приобщить к ним и нас?».

Молиться под руководством Божьим – значит молиться по побуждению и руководству Святого Духа, когда Он дает молитве вдохновение, назидательные слова и сверхъестественное влияние. 15 марта 1923 года председатель Союза евангельских христиан России И. С. Проханов выступал на съезде служителей древнеапостольской церкви.

[Там] были епископы, архиепископы, профессора богословских академий. Я увидел перед собой большую аудиторию священников и ведущих мирян Русской православной церкви. Я заверил их, что пришел от имени всего евангельского христианского движения не критиковать их, но помочь преодолеть те трудности, которые они разделяют в нашем духовном опыте. Я окончил свое обращение словами: «Если председательствующий разрешит, я хотел бы пригласить всех присутствующих помолиться». Все монахи, священники, епископы, архиепископы поднялись со своих мест, и я помолился за Россию, за русский народ, за православную церковь, прося Господа послать обновление. Я благодарил Бога за духовное возрождение, которое началось в евангельском движении, просил, чтобы оно позволило русскому народу начать новую жизнь. Когда я закончил молитву, толпа служителей и мирян окружила меня, пожимала руки и просила меня: «Пожалуйста, дайте нам копию вашей молитвы». Это было естественной просьбой, потому что православные священники и миряне имеют привычку молиться только словами формальных молитв, которые были созданы века назад. Многие из них не знали даже, можно ли молиться вообще своими словами. После моего выступления и молитвы председательствующий объявил перерыв и сказал: «Мы должны сделать передышку от необычного сильного впечатления, которое только что пережили».

А вот как пережил Гаврил Иванович Мазаев, ставший деятелем русского баптизма, воздействие молитвы проповедника М. Д. Колоскова.

Вечером, перед отходом ко сну, нас пригласили на молитву. Мы пошли, полагая, что это будет обыкновенная молитва, как молились у нас молокане. Когда мы собрались, Колосков сразу предложил преклонить колена. Для меня это было ново, потому что у нас, молокан, начинают молиться стоя, а затем становятся на колени, потом встают и опять становятся на колени – и так повторяется девять раз. Когда мы опустились на колени, Колосков начал молиться.

Что это была за молитва! Я первый раз слышал такую молитву! Она исходила от сердца и была так по-детски искренна, что произвела на меня неотразимое впечатление и моя душа молилась вместе с Колосковым. Я переживал что-то новое и необыкновенное для меня и, когда услышал «аминь», не хотел подниматься с колен и жалел, жалел, что молитва так скоро окончилась. После молитвы мы с Гавриилом Тимофеевичем вышли на улицу освежиться.

– Вот молится так молится, не как наши старички-молокане – псалмами. Если нужно молиться Богу, то молиться нужно именно так, – проговорил Гавриил Тимофеевич. Я с ним был вполне согласен.

И Проханов, и Колосков молились под руководством Бога, и потому их молитва производила неизгладимое впечатление на людей. В таких молитвах нуждаются ныне церкви Христовы. Желаете ли вы стать такими молитвенниками?

2. Принципы эффективной молитвы

Ответил ли Христос на просьбу ученика о молитве? Несомненно! Кажется, Он только ее и ждал! Господь дал образец молитвы, благословившей миллиарды людей на всех континентах ее петь или произносить. Нельзя не согласиться с епископом Райлом: «И хотя мы не знаем, кто был тот ученик, весь мир будет помнить, что он сделал». Благоговейно прочтем эту Молитву молитв!

«Он сказал им: когда молитесь, говорите: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный подавай нам на каждый день; и прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого» (Лк. 11:2–5).

Возможно, ученики ожидали услышать от Иисуса Христа о каких-то неведанных молитвенных методиках. Однако Он сказал то, что было им в некоторой степени уже знакомо. Иудеи обычно обращались к Богу в молитве со словами: «Отец наш Небесный». Одна из типичных еврейских молитв того времени (кадиш) начиналась словами: «Да прославится и святится Его… имя… да грядет Его Царство». Суть молитвы не сводится к определенной формуле. Молитвенные формулы легко превращаются в магические заклинания. «Новозаветный культурно-исторический комментарий» сообщает: «Греки в своих молитвах перечисляли как можно больше титулов божества в надежде, что это привлечет его внимание. Молясь, язычники обычно напоминали о своих добрых делах и принесенных жертвах, пытаясь заставить божество исполнить обязательства, предусмотренные взаимным договором». Далее, застывшие формулы не отражают суть отношений с Небесным Отцом, наполненных импровизацией, нежной любовью и непосредственной искренностью. И наконец, одна и та же молитвенная формула никак не охватит весь спектр человеческих переживаний.

В Своем поучении Христос оставил принципы, которые должны быть положены в основу молитвенной жизни. Здесь как в музыке: вы можете без знания музыкальной грамоты научиться играть «собачий вальс» или «чижика-пыжика», но это не значит, что вы играете настоящую музыку. Настоящая музыка неизмеримо богаче. Ее можно сыграть, усвоив принципы музыкальной грамоты под руководством опытных педагогов. Молитва как главное дело жизни, как средство Божьего влияния на мир, как источник укрепления и утешения тоже является результатом верного применения принципов, данных Иисусом Христом. Обратим внимание на шесть принципов действенной молитвы.

Первый принцип: молитесь, проникнувшись Божьей любовью!

«…Когда молитесь, говорите: Отче наш» (Лк. 11:2).

Легко разговаривать с тем, кто вас любит и кого любите вы. Но совсем непросто общаться с незнакомым или недоброжелательным человеком. Сын царя может запросто забраться к отцу на колени, тянуть за волосы, признаваться в любви и свободно попросить о чем-нибудь. Однако, если бы слуга решился обойтись с царем подобным образом, он был бы серьезно наказан.

Мартин Лютер вспоминал о своих чувствах при совершении первой мессы, когда он должен был произнести слова: «Тебе, Богу живому, вечному, истинному, приносим мы…».

Как только я дошел до этих слов, неизъяснимый ужас обуял меня. Я подумал: «Как могу я обратиться с этими словами к Всевышнему, видя, что все люди должны трепетать даже в присутствии земного князя? Кто я таков, чтобы возносить очи мои или вздымать руки мои к Всевышнему Богу? Ангелы окружают Его. По мановению Его руки земля трепещет. Могу ли я, жалкий маленький человечишка, сказать: “Я желаю того, я прошу этого”? Ибо я прах и пепел, и исполнен греха, и я обращаюсь к живому, вечному и истинному Богу».

Лютер огромным усилием воли унял в себе эту панику. Ему недоставало тогда духовного возрождения, чтобы чувствовать родственное отношение к Богу. Чтобы не каменеть пред Богом, но общаться с Ним, нужно родиться от Него! «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин. 1:12–13). Рождение от Бога происходит с тем, кто понял свою обреченность на вечные муки, кто ощутил призыв Святого Духа к покаянию и, покаявшись, доверился Христу как Спасителю. Рожденный от Бога обретает новую природу: любит Христа, Его Церковь, питает себя Божьим Словом, раскаивается в согрешениях, стремится творить добро. С изменением природы изменяется и вектор жизни: человек сознает себя сыном Небесного Отца, призванным подражать Ему в словах и делах (Еф. 5:1), а одной из важнейших потребностей становится молитва. Как ребенок криком возвещает о своем появлении на свет, так и духовно родившийся человек не может не молиться. О покаявшемся Савле сказано: «Он теперь молится» (Деян. 9:11). Слова «теперь молится» показывают, что раньше молитвы Савла не были настоящими, богоугодными и сыновними. Только через духовное рождение он стал настоящим молитвенником.

Августин Блаженный, получивший, как и Савл, возрождение, но только четыре столетия спустя, не мог забыть чудесного ощущения первых молитв.

…Как взывал я к Тебе, Боже мой, читая псалмы Давида, эти христианские песнопения, звучавшие благочестием, изгонявшие дух гордыни… Как взывал я к Тебе в этих псалмах, какая любовь к Тебе вспыхивала от них, каким желанием горел я прочесть их, если бы мог, всему миру, сокрушая ими человеческую гордость! Но их ведь и поют по всему миру, «и никто не может скрыться от огня Твоего…». Сама с собой для себя самой пред лицом Твоим в сыновней любви изливается душа моя.

 

Однако для полноценной молитвы одного факта рождения свыше недостаточно. Есть христиане, слабо вдохновленные Божьей любовью. Бог видится им слишком святым и недоступным, постоянно сердящимся на их прегрешения. Они считают, что еще не заслужили Господней любви. Они неспособны радостно поклоняться Богу, потому что находятся в тисках вины. Их молитвы достигают максимума только в горестных вздохах: «Господи, помилуй! Господи, избавь!». Подобно младенцам, они чувствуют нужду в заботе и питании, но не осознают, как они дороги своим родителям. Таким христианам нужно библейское откровение о Божьей любви, которое дано в словах «Отче наш». Сильной и действенной молитвой движет только любовь Небесного Отца, принятая верой.

Некоторые люди осознают любовь Бога, вспоминая Его благодеяния. Другие ревнуют о мистическом ощущении ее излияния в сердце. Христос же призывает нас взглянуть на любовь Божию через пример самого лучшего земного отца и сказать себе: «А любовь Божия неизмеримо больше!».

Но где нам взять пример самого лучшего земного отца, чтобы он послужил приблизительным прототипом любви Отца Небесного? На мой взгляд, таким прототипом может служить царь Давид. Мы не будем говорить о его любви к другу Ионафану или к жене Мелхоле. Это – любовь к равным и достойным. Мы поговорим о любви Давида к непутевому сыну Авессалому. Выше его отцовской любви может быть только любовь Бога.

Проблемы с детьми начались у Давида с Авессалома. Неотразимо красивый и амбициозный царевич убил сводного брата Амнона за насилие над его родной сестрой Фамарью. Давид до глубины души был потрясен трагической смертью первенца и многие дни плакал о нем. Он не желал утешиться в горе, потому что навсегда потерял престолонаследника и верного защитника своей старости. Он хотел предать убийцу смерти, но тот сбежал к своему дедушке по матери, царю Гессурскому. Трагичные обстоятельства выявили величие отцовской любви.

Отцовская любовь проявляет больше милости, чем гнева!

Время залечивает раны. Залечило оно и сердечную рану Давида. Боль утихла. Унялся и праведный гнев на Авессалома, которому было позволено вернуться с чужбины, но запрещено видеть лицо царя. Это было весьма малым наказанием, ибо по закону Моисея Авессалома следовало бы предать смерти. А он даже в тюрьме не сидел.

Если так гуманно обошелся с преступным сыном земной отец, то Небесный обходится еще милостивее. Его милость неизменно превозносится над судом! Христос учил: «…Да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф. 5:45). «Он благ и к неблагодарным и злым» (Лк. 6:35). Только на небесах мы узнаем, скольких смертных приговоров нам удалось избежать благодаря милости Бога!

Отцовская любовь прощает непрощаемое!

Через два года по прибытии в Иерусалим Авессалом добился встречи с отцом и, пав на землю, умолял о восстановлении отношений. Отец умилосердился, простил его и закрепил прощение поцелуем! Представьте себя на месте Давида: вы лишились первенца, которого безмерно любили и на которого возлагали большие надежды. И вот убийца, не в порыве аффекта, но с холодным расчетом поднявший на ваше сокровище руку, просит прощения. Смогли бы вы простить от всего сердца? Смогли бы, вдобавок, поцеловать его? Я бы нет! Однако Давид целует Авессалома! И это не все! Давид восстанавливает его в правах царевича и наделяет немалыми финансовыми возможностями! Это было действительно прощение непрощаемого!

Дорогие друзья, так неужели любовь Божия свершила меньше, чем любовь Давида? Мы были повинны в смерти единородного Сына Божия. Наши грехи привели Иисуса на крест, однако вместо наказания убийц Своего Сына Небесный Отец примиряется с ними и посылает к ним Утешителя – Святого Духа, Которого богословы назвали «поцелуем Бога». Любить такой прощающей любовью способен только Бог!

Отцовская любовь желает спасения даже извергу!

Отнести к Авессалому эпитет «изверг» не было бы преувеличением. Вскоре после прощения и восстановления в правах он завел себе лошадей, колесницы и скороходов. Он построил памятник в царской долине, чтобы увековечить в истории свое имя. Однако вскоре его честолюбивые замыслы устремились на захват престола Давида. К этой операции он готовился весьма тщательно. «И вставал Авессалом рано утром, и становился при дороге у ворот, и когда кто-нибудь, имея тяжбу, шел к царю на суд, то Авессалом подзывал его к себе и спрашивал: из какого города ты? И когда тот отвечал: из такого-то колена Израилева раб твой, тогда говорил ему Авессалом: вот, дело твое доброе и справедливое, но у царя некому выслушать тебя. И говорил Авессалом: о, если бы меня поставили судьею в этой земле! ко мне приходил бы всякий, кто имеет спор и тяжбу, и я судил бы его по правде. И когда подходил кто-нибудь поклониться ему, то он простирал руку свою и обнимал его и целовал его. Так поступал Авессалом со всяким Израильтянином, приходившим на суд к царю, и вкрадывался Авессалом в сердце Израильтян» (2 Цар. 15:2–6).

Когда практически весь Израиль встал на сторону Авессалома, он, собрав войско, двинулся на Иерусалим и без боя взял его. Давид с верными ему слугами оставил город, а народ радостно приветствовал самозванца. Люди полагали, что Бог отступил от Давида и будущее за Авессаломом. На сторону мятежников перешел и мудрейший советник Давида Ахитофел. Он был дедом Вирсавии, и, видимо, много лет таившаяся горечь проснулась в его сердце. Ахитофел вспомнил, что из-за Давида потерял прекрасного зятя Урию, и посчитал восстание удобным моментом, чтобы отомстить за его смерть.

На военном совете Ахитофел внес предложение преследовать Давида и убить его. И Писание повествует о невероятном: «…понравилось это слово Авессалому и всем старейшинам Израилевым» (2 Цар. 17:1–4). Какая неслыханная подлость! Авессалому понравилось предложение убить отца, словно он не знал заповедь «почитай отца и мать», словно отец не простил его, не восстановил в правах сына и не снабдил средствами к существованию!

Мне довелось слушать исповедь девушки, которая отравила свою мать-алкоголичку. Она решилась на преступление, потому что хотела избавиться от позора иметь опустившуюся, невменяемую мать. Авессалому же понравилось убить примерного отца, Божьего пророка, сладкого псалмопевца Израиля! Все отцовское добро было забыто, перечеркнуто, растоптано! Какая невероятная неблагодарность и жестокость!

Через некоторое время войска Авессалома и Давида должны были вступить в битву. Давид провожает напутствием свое небольшое войско. Он не просит их: «Ребята! Будьте храбры! Сражайтесь за царя и отечество! На нашей стороне правда и Бог!». Он просит об одном: «Сберегите мне отрока Авессалома!». Для царя важна была не столько громкая победа, сколько жизнь сына-изверга! Если сын желал ему смерти, то отец не платил той же монетой…

Когда скороход Ахимаас прибежал возвестить царю о победе, то первый вопрос престарелого Давида был не о трофеях или численных потерях армии, а другой: «…благополучен ли отрок Авессалом?» (2 Цар. 18:29). Вы встречали подобную отцовскую любовь? Я не встречал! Ей нет равной в истории! И все же мы должны с благоговением сказать: любовь Божия больше! Она желает спасения извергу! Нет такого греха, который Бог не захотел бы простить! У Бога всё – великое, в том числе и любовь. Бог говорит: «Скажи им: живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был. Обратитесь, обратитесь от злых путей ваших; для чего умирать вам, дом Израилев?» (Иез. 33:11).

Отцовская любовь не отрекается от своего отцовства!

Невозможно без сердечного содрогания слушать причитания убитого горем отца: «И смутился царь, и пошел в горницу над воротами, и плакал, и когда шел, говорил так: сын мой Авессалом! сын мой, сын мой Авессалом! о, кто дал бы мне умереть вместо тебя, Авессалом, сын мой, сын мой!» (2 Цар. 18:33). Давид не сказал: «Ну и поделом тебе, отцеубийца! Собаке – собачья смерть!». В своем горьком плаче он непрестанно повторяет: «Сын мой! Сын мой!». Неужели царь забыл лицемерие Авессалома, когда тот обольстил Израиль ложью и показной добротой? Нет, не забыл. Но он все равно не отрекается от отцовства! Неужели Давид крайне не оскорбился, когда Авессалом поставил на крыше дворца палатку, чтобы на виду жителей города спать с царскими наложницами? Да, Давид был беспредельно возмущен, и однако же не отрекся от отцовства! Неужели Давид не понимал, что Авессалом вел войска в сражение, чтобы его убить? Понимал, и однако не отрекся от отцовства!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru