Жизнь в поисках истины

Виктор Петрович Майко
Жизнь в поисках истины

Возвращение блудного сына

Незаметно пролетело лето. Сентябрь, возвращаюсь в уже ставший родным институт, в новый коллектив. Мне предоставляют общежитие. Комната на семь человек. Общежитие рядом с институтом. Все однокоечники после армии. Устанавливаем армейский порядок: убираем и готовим по очереди. Справедливо и очень удобно. Отношение к учебе изменилось: стал более внимательным и уравновешенным. Меня выбирают профоргом группы. Обязанности: сбор денег и организация всех интересных мероприятий. Стараюсь соответствовать. К сожалению, не могу заниматься спортом. Увлечения те же: математика, физика, электротехника, художественная литература. Перед сессией читаю основы научного коммунизма (для домохозяек), и этих знаний оказывается достаточно, чтобы иметь уверенный зачёт.

Стройотряд – романтика труда

Жду весны, в институте хорошая практика организации студенческих строительных отрядов. Без работы мне скучно, к тому же у меня есть специальность. Да и денег негусто, хватает на буфет и одноразовое питание в студенческой столовой.

Запись и организация отрядов начинается ещё зимой. Наш отряд сформирован, приблизительно сорок человек. Почти все старшекурсники, в основном после армии или имеющие рабочие специальности, меня принимают, так как нет профессионального электрика. В мае досрочно сдаём сессию и выезжаем на целину в Казахстан. Строим монолитные коровники. В основном бетонные и плотницкие работы. Работаем от восхода до захода солнца без выходных. Работаю бетонщиком, изредка занимаюсь электрикой. С радостью отмечаю, что поломанная рука начинает лучше разгибаться, чему немало способствует доставка бетона носилками. Работа тяжелая, но мне нравится: голова свободная, думай, о чем хочешь. В селе пруд с ключевой холодной водой. Зной, температура под сорок и предвкушение купания в холодной воде радуют и поддерживают. Первый выходной – второе воскресенье августа, День Строителей. По сложившейся традиции в этот день допускается нарушение «сухого закона». Отмечаем этот долгожданный праздник очень весело. К нам в гости приехали девушки из пединститута, и одновременно председатель совхоза выставил большую бочку пива. Зажигательно празднуем до утра. Утром, отказавшись от завтрака, организуем купание в ледяной воде пруда, где окончательно приходим в себя. Воспоминания о празднике останутся надолго. Коллектив ещё более сплочен и готов к трудовым подвигам. Командир отряда мне нравится: хорошее чувство юмора, умело отстаивает интересы отряда, хорошо организовывает работу. Собрания редкие и по делу. Когда есть возможность, работает сам. Мы неплохо заработали, и в этом немалая заслуга командира. Возвращаемся домой через Москву. Москва принимает радушно. Рестораны, покупка одежды, обуви, подарков – все доступно и оправдано. За время работы, тем более тяжелой, лучше узнаешь людей, их особенности, привычки, отношение к коллективу. Завязывается настоящая дружба, иногда на долгие годы.

Профсоюз и светлые воспоминания ночного грузчика

Второй курс был для меня более активным и насыщенным. Меня назначают заместителем председателя профкома института. Профком общий для студентов и преподавателей. Занимаюсь хозяйственной деятельностью, в том числе распределением материальной помощи и распределением путёвок в институтский дом отдыха на берегу Чёрного моря. Наш бухгалтер Ефросинья Ипполитовна называет меня по имени и отчеству. Мне 19 лет, смущаюсь, но со временем привыкаю. С преподавателями и студентами отношения отличные. Появилось ощущение уверенности в себе и в выборе своего направления в жизни. С легкостью сдаются экзамены, зачеты. При этом наши преподаватели требуют от нас фундаментальных знаний, никаких поблажек. Зачастую заведующие базовых кафедр были фронтовиками и к своей работе относились очень серьезно. Приобретенные знания накрепко заседали в наших непутевых головах. Заработанные в стройотрядах деньги, как правило, к Новому году заканчивались. Выручали ночные разгрузки вагонов. Разгружали все, за что не брались дневные бригады: соль, уголь, цемент, стекло. Наша бригада была известной, и к нам в трудных случаях всегда обращались. Утром, по завершении работ, женщины-кладовщики старались накормить нас вареной картошкой с тушенкой, и это было замечательное время, о котором мы часто вспоминали.

Неразгаданные события, встреча с неизвестностью

Впереди лето, и стройотряд, и новые впечатления.

В апреле начал подтаивать снег, и мы, трое неразлучных друзей, пошли на дачу к нашему другу, живущему в городе. Дача представляла собой небольшой домик, где хранился сельхозинвентарь и маленькая комнатка с тремя топчанами. Охранной сигнализацией в то время дачи не оборудовались. Каждый хозяин охранял, как мог, исходя из своих возможностей и фантазии. Отец нашего друга работал где-то в снабжении, и на даче всегда был спирт. Было замечательное настроение и предвкушение хорошего застолья. Калитка была закрыта на могучий засов, на котором мрачно весел амбарный замок. Открыть замок снаружи не получилось. Я решил перелезть через забор и попробовать открыть замок изнутри. Сказано – сделано. Залез, прыгаю и уже в полёте вижу, что из снега в три ряда торчат зубья бороны, уложенные очень плотно. Понимаю, что мне не перепрыгнуть эту конструкцию. На какое-то мгновение пропадает память, наверное, и сознание. Очнулся, сидя на скамейке. Ощупываю себя – целый. Осторожно подхожу к забору – моих следов на снегу не вижу. Калитка открыта. Друзья об этом ничего не говорят. Я почему-то боюсь их расспрашивать. Все были на момент преодоления препятствий совершенно трезвы. Это событие до сих пор вспоминаю с волнением. А тогда мы просто крепко выпили и никогда больше не возвращались к этому загадочному эпизоду.

Анализируя это событие и другие, происходившие со мной, я сделал вывод: рядом со мной в тяжелые или опасные времена присутствует разумная и могучая сила, которой я должен быть бесконечно благодарен.

Командир – призвание, а не должность

Вскоре сборы в стройотряд и опять долгожданная поездка на целинные земли в Казахстан. Строим машинно-тракторную станцию. Совершенно неожиданно для меня, рядового стройотрядовца-бетонщика, на собрании отряда меня единогласно выбирают командиром. Прошлого командира отправляем домой. Хороший парень, но совершенно не приспособлен к работе в реальных условиях. В институт возвращаемся дружной и хорошо организованной командой. Сформировался надежный костяк для будущих поездок. Во всех последующих поездках меня неизменно выбирали командиром отряда, и я очень старался оправдать доверие коллектива. Так незаметно (учеба – труд) прошли ещё три года вплоть до окончания института. Институт давал прочные знания, и перспективы дальнейшей работы были самые хорошие. Работа в стройотрядах дала мне замечательные навыки управления и выживания, даже в самых трудных условиях. Нам приходилось работать в глухой тайге, там мы валили лес и расчищали территорию для железной дороги Тюмень – Сургут и плановых поселений. Строили жилые дома в посёлках, пострадавших от наводнения, монтировали водонапорные башни, в общем, брались за любые посильные нашей квалификации работы.

Прощание с институтом

Перед защитой диплома мне предложили аспирантуру и работу на кафедре. Но остановиться мне уже было трудно. Ощущение необходимости больших просторов и больших возможностей не покидало меня, казалось, могу свернуть горы. Расставаться с институтом было тяжело. Я благодарен моим друзьям: Мустецову Николаю, Вехову Олегу, Зубову Семёну, Довбне Борису, с которыми мы были неразлучны все замечательные годы студенческой юности. Оставалась позади яркая, насыщенная событиями жизнь, друзья, опыт коллективной работы – всего не перечесть. Но непредвиденные обстоятельства заставили принять другое решение. Мой отец был тяжело болен и нуждался в моей помощи. Я распределился на работу в Краснодарский край, ближе к дому.

ГЛАВА 3. МИР ТВОРЧЕСТВА

Никто не знает, каковы его силы, пока их не использует.

(Иоганн Вольфганг Гёте)

Знакомство с предприятием

Наше предприятие, при скромном названии «Экспедиция», оказалось довольно масштабным. После изучения моей трудовой книжки мне предложили работу руководителем стройучастка и выделение квартиры в первом построенном доме. В то время о квартире я как-то не задумывался. Меня вполне устраивало общежитие, и я настоял на работе по специальности. Мой руководитель, опытный специалист в области создания радиотехнических систем, поручил мне разработать навигационный прибор для морских геодезических работ. Меня очень увлекла эта работа, работал до полуночи. Поставил себе задачу стать лучшим специалистом в лаборатории. Как-то на второй план ушли мои прошлые мечты о бескрайних просторах, покоряемых с моим участием. Создание прибора стало моей главной задачей.

Арктические поселения, победная поступь коммунизма

Вскоре в полевой партии нашей экспедиции возникла необходимость в инженере по электронной технике. Предполагалась работа в Арктике по обеспечению геодезией морских геофизических работ. Вспыхнуло тлеющее чувство свободы, новизны впечатлений. Руководство без большого желания отпустило меня в экспедицию.

Местом нашей дислокации был выбран крохотный посёлок Тобседа, расположенный на берегу Колоколковской Губы. В посёлке два барака, баня, пекарня, метеостанция. Поселенцев 21 человек. Общественно-экономический строй в поселении – коммунизм в упрощённой форме. Полное соблюдение основополагающего тезиса «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Деньги в обороте отсутствуют. Категорией денег никто не рассуждает. Основной продукт питания, рыба, добывается на месте. Пекарня коллективная. Хлеб выпекается вместе с брагой два раза в неделю. Предусмотрена очередность на установку рыболовной снасти для ловли рыбы и подготовку бани – заготовку дров, воды, растопку и пр. Дневным уловом пользуются все, кому нужна рыба. Рыба всегда в изобилии. В Колоколковскую Губу когда-то завезли байкальского омуля, зельдь, и они прижились, присутствует также камбала среднего размера и корюшка. Не помню случая неудачного промысла. Все необходимые товары: алкоголь, табак, чай, мыло, обувь, одежда и пр., обеспечиваются «вольными» вертолетчиками в обмен на рыбу, песца, нерпичьи шкуры. Никому в голову не приходила мысль о взаиморасчетах деньгами, И это было здорово. Впервые окунулся в другую реальность, где деньги не имели цены и просто были не нужны. В посёлке жил старик, всю свою жизнь он никуда не выезжал, практически не говорил. Мне казалось, что ему далеко за сто лет. Каждое утро он выходил на берег и жестом показывал, куда ставить рыболовную снасть. Не было ни одного случая, когда мы остались бы без хорошего улова.

 

Испытания на профпригодность, или как закалялась стать

Жизнь была бы прекрасна, если бы не экспедиционные проблемы. Главная проблема была в том, что не представлялось возможным запустить в работу навигационную аппаратуру, что необходимо для проведения морских геофизических исследований. Радиозавод выпустил серию навигационной аппаратуры, не опробовав ее в реальных условиях. Аппаратура была принята по акту хозяйственниками экспедиции без всяких испытаний. При первом же включении не заработал ни один из приборов. В нашем навигационном отряде разные непрофильные специалисты: математик, механик, слесарь, радиооператор и я, специалист по радиоэлектронике. Изучаю особенности аппаратуры, добиваюсь устойчивости работы, выявляю и исправляю недоработки разработчиков аппаратуры, в общем, делаю все возможное, что только можно сделать в условиях тундры и отсутствия связи с миром. Постоянно летаю по другим навигационным станциям, настраивая аппаратуру.

Проходит полтора месяца. Морская экспедиция без нас работать не может. Нужна точная геодезическая привязка геофизических изысканий. С кораблем у нас постоянная связь в установленное время. Первый месяц каждый день слышу одобряющие слова начальника экспедиции: «Дерзай, у тебя все получится, на тебя вся надежда». Надежда – это замечательное чувство, но у меня нет необходимых транзисторов, экранированных кабелей и т.д., и их никак не обменяешь на сочувствие. К концу второго месяца связь была более сдержанной, в интонациях начальника начали появляться угрозы. Мои технические решения тоже деликатностью не отличались. Пришлось разбирать конденсаторы и извлекать из них фольгу для экранирования кабелей, также изменять схемные решения. На протяжении третьего месяца угрозы с корабля выдавались только в матерной форме, и я узнал о себе много нового. К этому времени мне удалось настроить все оборудование, и морская экспедиция заработала по полной программе. Работаем день и ночь, море спокойное, время штормов ещё не настало. В начале октября морские работы закончены, программа по геофизике выполнена в полном объёме. Я впервые услышал добрые слова в свой адрес.

Гимн трудовым подвигам

Оценивая весь мой продолжительный труд по переделке оборудования и приведению его к возможной эксплуатации в условиях полного отсутствия всего, что может быть нужно для работы, руководство всех уровней выразило благодарность, выделило денежную премию, и я был повышен в должности до старшего научного сотрудника с заметным повышением оклада.

Мой стратегический запас знаний за время проб и ошибок в Арктике заметно пополнился. Я прочувствовал до глубины радионавигационное поле, создаваемое нашим оборудованием, изучил его круглосуточные изменения, оценил возможные аппаратурные ошибки. Эти знания впоследствии мне очень пригодились.

Случай из жизни полярной метеостанции

В завершение работ в конце октября мы ждали вертолёт для перевозки аппаратуры в аэропорт города Нарьян-Мар. Природа бушевала: сильный северный ветер, температура -18 градусов. С метеостанции прибежал сменщик, крепко выпивший и с сорванным голосом, и знаками пояснял, что нам нужно идти за ним. Пришли – картина удручающая. Семейная сцена: муж крепко спит в кладовке, жена лежит на полу в луже крови. В спине охотничий нож. Жена Катя ещё дышит. Никто ничего не помнит, кроме Кати. Она не говорит. Пытаемся вызвать санрейс из Нарьян-Мара. Диспетчер объясняет, что это невозможно в силу погодных условий. Надо отдать должное главному хирургу Ненецкого национального округа: он, рискуя своей жизнью, все-таки прилетел к нам. Валера, так звали хирурга, в затруднительном положении: оперировать на месте нереально. Погодные условия не позволяют взлететь. Необходимо переливание крови, группа крови пострадавшей неизвестна. Первая группа крови только у меня. Нашли трёхлитровую банку, протерли водкой для дезинфекции, шприц в вену, и, активно сжимая кисть руки, я наблюдал за ее заполнением. Когда уровень заполнения кровью достиг половины банки, я потерял сознание. Пришёл в сознание от того, что в меня пытаются влить насыщенный рыбный бульон, чему я совершенно не сопротивлялся. Валера, хирург, наварил громадную кастрюлю рыбы и реанимировал меня, потчуя большими горячими кусками. Через несколько часов я полностью восстановился. С Катей мы встретились в аэропорту Нарьян-Мара. Обнялись как родственники. Она улетала домой, и на прощанье сказала знаменитую фразу о судьбе мужа: «Он меня заколол на день рождения, а я его заколю на Новый год, пусть трепещет в ожидании». В реальность этого предсказания можно было поверить, так как по габаритам и мощи Катя превосходила своего мужа как минимум в два раза.

Изобретательство как разминка разума

Прибыв к месту постоянной работы, почувствовал со стороны сотрудников и руководства более доброжелательное отношение. Многие из них прошли через полевые работы в различных регионах и могли по достоинству оценить мои «подвиги» в Арктике. Мне было поручено продолжить разработку цифрового приемоиндикатора для радиогеодезической системы. Я очень увлёкся этой работой. Находил самые, как казалось, новейшие технические решения, опробовав и убедившись в получении желаемого результата, подавал заявки на изобретение. Пошли чередой авторские свидетельства. Одновременно со мной разработка этих же приемоиндикаторов была поручена Ленинградскому и Харьковскому институтам электроники. Каждый из разработчиков имел базовые кафедры и обладал хорошими знаниями в области радиосистем. Все мы были очень заинтересованы, чтобы именно наша разработка прошла все испытания и была рекомендована к серийному выпуску. Серийный выпуск был запланирован ГКНТ (Государственным комитетом по науке и технике), и предприятия были заинтересованы в получении неплановой прибыли.

Арктика, Остров Колгуев

И вновь пришла весна, а с ней новые предложения по ставшей родной Арктике. Здесь мои желания совпали с желаниями руководства. Я стал талисманом и гарантом надежной работы. Местом моей дислокации был выбран остров Колгуев, расположенный неподалёку от острова Новая Земля. Располагалась наша станция в посёлке Бугрино. Посёлок – одна небольшая улица, есть магазин и метеостанция. Жители в основном оленеводы. Поголовье оленей очень большое. Директор оленеводческого совхоза, кандидат биологических наук, очень эрудированный человек, проживший в Арктике многие по-своему счастливые годы. Арктика сурова и не терпит беспечного отношения. Здесь выживают и любят ее только смелые и сильные люди. Директор был из таких, местные жители относились к нему с большим уважением. Он же был и главной властью на острове. Мы часто беседовали и получали полезные советы по выживанию в условиях полярной тундры. Многие из этих советов пригодились в дальнейшем при работах на Чукотке. Наш полевой сезон завершался. Морская экспедиция успешно заканчивала морские работы, и мы, полевой отряд геодезического обеспечения, тоже были довольны слаженной работой. За весь полевой сезон не было ни одного замечания в наш адрес.

Рейтинг@Mail.ru