СССР. Таймырская Геофизическая Экспедиция

Виктор Анатольевич Тарасов-Слишин
СССР. Таймырская Геофизическая Экспедиция

От автора

Дорогие друзья и товарищи!

Сборник Советских Северных Рассказов, Таймырская Геофизическая Экспедиция, был задуман моим отцом, в начале 1960-х годов, прошлого века. Создание которого, не носило обязательного характера, а было занимательным увлечением, сопутствующим его работе. Поэтому после двадцатилетнего перерыва, в 2018-2019 годах, работа над сборником была возобновлена и закончена. Особую благодарность, за предоставленный фотоальбом Советского периода, касающийся деятельности ТГЭ, я выражаю Балдиной (Кочневой) Татьяне Владимировне. Которая сберегла свыше 270 фотографий, описываемого периода.

Таким образом, благодаря запискам полувековой давности, моего отца и фотоальбому Балдиной, читатель имеет возможность, получить представление о деятельности Таймырской Геофизической Экспедиции. Узнать об интересных и забавных случаях на рыбалке и охоте, имевших место в Сибирской тайге и Заполярной тундре, в Хрущёвские и Брежневские времена. Может посочувствовать героям книги, в связи с выпавшими, на их долю испытаниями или посмеяться вместе с сотоварищами отца, над курьёзными случаями. Впервые, по тексту книги, обнародованным достоянием Граждан РСФСР в составе СССР и общественности, становится знание о том, кто, когда и почему, принял завершающее участие в создании Таймырского Заповедника.

Книга «СССР. Таймырская Геофизическая Экспедиция», позволяет нашим детям и внукам, почувствовать на собственном примере, наследственную преемственность мышления, свойственную разным поколениям Славян. Воспитанных в разных, общественно-политических формациях, однако на своей Исконно-Родовой Земле. Вопреки власти мерзавцев, которые начали порабощение и уничтожение Славян, на аннексированных территориях Великой Тартарии, семьсот лет назад. Для чего создали Киевское Царство Русов и Московское Государство, а в последствии, продолжили умалять Славян в правах, через бандитское Римское право в Российской Империи и СССР.

Венцом творения этих паразитов, называющих себя Глобалистами или деятелями Нового Мирового Порядка, явились Торговые Корпорации, хозяйствующие на территории СССР. Призванные заместить коренное население, на аннексированных территориях, Державы Славян – Великой Тартарии. Поэтому на последнем, фашистском этапе, порабощения мира и в предвкушении скорой победы, они спешно превращают нас, в свою масочную ферму. Чтобы понять, кто такие Глобалисты или Триста семей мира, в конце книги я даю определение понятий: фашизм, жид, еврей и масон. Наряду с прочими, выделенными по тексту, курсивными словами или выражениями, в разделе сборника: Курсивные ссылки.

Вопреки задуманной Глобалистами Империи генетически изменённых и стерилизованных вакцинами рабов, данный сборник мотивирует молодёжь, сохранять Наследие Предков. Которое досталось нам в виде Родовых земель, Родного языка и Родной культуры. Начиная от Державных, Антской Азии и Великой Тартарии. Киевского Царства Русов, Московского Государства, Российской Империи и СССР. Потому что мы – Русские, олицетворяем собой Славянский Мир, как Поконно-Державный Народ. Который по наследству от Первопредков Славяно-Арийской Расы, обладает Родовыми Землями и обязан начать вновь, жить в Народоправии.

Сегодня, 3 декабря 2019 года, знаменательная дата. Восьмидесяти Летний Юбилей, непосредственного участника, описываемых событий и моего отца, Тарасова Анатолия Николаевича (1939-2012). Который был скромным и справедливым, Советским Человеком. Поэтому издание книги Посвящается, Пионерам Крайнего Севера РСФСР, жившим и работавшим на благо процветания Граждан СССР. В том числе, работникам Таймырской Геофизической Экспедиции и жителям Заполярной Дудинки.

В начале данной книги, я привожу биографическую справку о своём отце.

Тарасов Анатолий Николаевич, родился 3-го декабря 1939 года. На руднике Знаменитый, Ширинского района, Хакасской Автономной Области. Мама, Полька. Тарасова Розалия Адамовна. В девичестве Слишина. Отец, Русский. Тарасов Николай Гурьевич.

В 1956 году, Анатолий Николаевич, закончил среднюю школу в поселке Копьево, Орджоникидзевского района, Хакасской Автономной Области. Затем работал в Копьёвском Леспромхозе, вместе с младшим братом Валерием. В 1961-м году, поступил в Красноярский Технологический Институт. В 1963-году взял отпуск по болезни и устроился на работу в Геофизическую Экспедицию (СЕГФЭ) пос. Маклаково, Енисейского района, топографом.

В 1965-м году, он переехал на жительство в Заполярный город Дудинка и устроился на работу геодезистом, в Таймырскую Геофизическую Экспедицию. Которая занималась поисками перспективных структур, на наличие в недрах земли, нефти и газа. В дальнейшем, за десятки лет, в качестве начальника топографического отряда, Анатолий Николаевич объездил тундру Таймырского полуострова, тайгу Тюмени и Эвенкии. В том числе, несколько лет занимался разведкой недр в бассейнах рек, Нижняя и Подкаменная Тунгуска.

Месторождения Природных Ископаемых: Ванкорское, Сузунское, Мессояхское, Соленинское и другие, открыты с его участием. Анатолий Николаевич, является Почётным работником Дудинской Таймырской Геофизической Экспедиции, с 35 летним стажем. В 1994 году, отец вышел на пенсию и переехал из Северной Дудинки в Сибирский город Уяр.

Тарасов Анатолий Николаевич, умер по старости 21 февраля 2012 года в возрасте 72 лет.

Встречи с Хозяином

Несколько десятилетий я проработал геодезистом в полевых партиях. Сперва в СЕГФЭ – Северо-Енисейской Геофизической Экспедиции, а потом в ТГЭ – Таймырской Геофизической Экспедиции. Поэтому я выслушал и запомнил, множество историй очевидцев, которые сталкивались с бурыми медведями в Сибирской тайге и Заполярной тундре. Несколько раз, я встречал этого грозного зверя, сам.

Жители Сибири, относятся к медведю с большим уважением, а Староверы Ангары, до сих пор называют его – Хозяин! В древности у Славянских народов, медведя называли бером. Откуда повелось – берлога. Логово зверя, по имени бер и возникло название города Берлин. Современное название – медведь, это постепенно закрепившееся в памяти народа, его прозвище. Медведь – мёд ведает…

Однажды, мы с моим тёзкой, Толиком Сыромятниковым, ушли в Ангарскую тайгу, чтобы привязать к местности несколько небольших участков магнитки. Тёзка с теодолитом, а я с рейкой. Он только что успел поставить треногу и водрузить на неё теодолит. Сыромятников был удивительно спокойным парнем, моего роста и работал с теодолитом в очках.

Как вдруг, рядом с нами, на бешеной скорости, подскакивая задом в близлежащих кустах, пронёсся медведь! Не знаю, куда ему вздумалось так спешить? То-ли напугал его кто, то-ли он сам, догонял кого?! Поэтому я инстинктивно, испуганно замер. В то время как тёзка, спокойно протер платочком очки и спрашивает: «Слышь, Анатолий, а что это мимо нас пронеслось?! Корова, что ли?». «Какая корова?! В сотне километров от жилья! – взвыл я. – Нашёл корову! Мишка это!». Сыромятников, задумчиво: «Чего он так?». На что я ответил, обескураженно пожав плечами: «Откуда мне знать?!».

Второй раз я встретился с медведем осенью на магистральной просеке. Разглядев друг друга, метров за пятьдесят, потому что шли, сближаясь. В моих руках, была двустволка двенадцатого калибра, поскольку я отправился, стрелять рябчиков. Вот почему в карманах, не нашлось ни одного патрона с пулями или картечью. Только пятый и седьмой номер, снаряжённый мелкой дробью. Что делать?! Выстрелить? Бекасинником, мишку только раздразнишь!… Встали мы столбиками и минуту так неподвижно, простояли. Потом я отвёл глаза и стал медленно пятиться по визирке. Медведь тоже попятился, затем развернулся и медленно, ушёл прочь.

О третьей встрече, мне даже неловко рассказывать. Плыли мы вверх, по речке Татарке на лодке. Это приток Ангары. Где километрах в сорока от устья, стояла база нашего отряда. Чтобы винт лодочного мотора «Москва» не чиркал камни на мелях и перекатах, пришлось сесть на самый нос «Казанки». В руках двустволка. Которую я одолжил у Старшего геодезиста нашей Рудиковской, Геофизической Партии. Ведь так спокойнее и веселее.

Была середина июля. Жара. Вокруг тайга с крутыми холмами, поросшими глухой сосной. Хорошо ещё, что движение моторки создавало ветер, который относил от нас мошку- белоножку и неисчислимую массу, ненастырных паутов. За очередным крутым поворотом русла, совсем близко, я увидел на берегу медведя. Который стоял возле крупного валуна, метрах в двадцати и расстояние, между нами, стремительно сокращалось!

В этом месте, речка была мелкой, глубиной немногим больше полуметра. Завидев нас, медведь встал на дыбы и оскалив пасть, сердито заревел. Я выстрелил дуплетом! Почему выстрелил? Потому что испугался и попал! Счастье моё, что в левом стволе был патрон с жаканом. Медведь сделал прыжок в сторону берега и свалившись на землю, забился в конвульсиях.

«Мать твою! – ругнулся сидевший в корме старший геодезист, нашей партии Морозов, – Так заикой стать можно!». Подождав, пока конвульсии перестанут бить тело медведя и перезарядив ружьё, мы вылезли из лодки. Затем осторожно, приблизились к медведю. Морозов присмотрелся и разочарованно сплюнул: «Вот невезение-то!».

Действительно. Медведь был небольшим, да к тому же каким-то облезлым. Всё его тело, украшали свежие раны с запекшейся кровью и гноем. Шерсть свисала с боков колтунами и рваными клочьями. Видно, крепко попало в драке с другим мишкой и раны загноились. Да и пахло от него плохо. «Как ты хочешь, Владимирыч, но я снимать шкуру не буду!» – заявил я.

Морозов некоторое время глядел на меня, потом хмыкнул: «Заставил бы обдирать, чтобы мясо взять! Только он больной какой-то. Шут с ним, не будем рисковать. Поплыли, Анатолий, дальше!». Так закончилась эта встреча с медведем, которая оставила в душе странное чувство неудовлетворения и неловкости. Даже виноватости, словно я совершил плохой поступок. Действительно, гордиться нечем…

 

Ночной гость

Наш лагерь стоял полукругом из четырехместных палаток, упираясь концами в берег Татарки, а по центру располагался кухонный брезентовый навес, растянутый на высоких шестах. Под которым наша повариха, разжигала костёр, когда шёл дождь и там же стоял длинный, дощатый стол, за которым мы ели.

Однажды ночью, когда от костра остались одни угли и все засыпали в палатках, под навесом раздался грохот посуды и раздраженный рев! Что-то огромное и мохнатое, ворочалось рядом со вспыхнувшим, призрачным пламенем, тлеющего костра. В неясном свете которого, мы узнали Михайло Потапыча. Который втайне, решил устроить поварихе ревизию и нечаянно наступил, на тлеющие угли. Что тут началось!

В те годы, почти у каждого в тайге, было своё оружие. Например, на базе нашей экспедиции, выдавали одно одноствольное ружьё с папковыми патронами, на бригаду рабочих из пяти человек. Многие приезжали на работу, со своим оружием. Так что, через несколько секунд, лохматому ревизору, пришлось солоно! Выстрелы гремели залпами, даже тогда, когда медведь перестал шевелиться. Бедный мишка! Подкрался полакомиться, не понимая того, что люди, существа хищные и кровожадные. Так что, ему дорого обошлась, попытка ночного разбоя!

Сибирский гурман

Под вечер, прибежал с участка рабочий, который копал шурфы на контрольной линии, для снятия данных магнитометром: «Как хош Анатолий, только я больше, без оружия работать не буду!». Я поинтересовался: «Что так?». Он, смущённо: «Мишка рядом объявился. Рявкает и пугает! Как бы не заломал, с него станется!». Тогда, принимая решение, я спросил: «Он и сейчас там?». Рабочий: «Ага! Муравейник зорит, стервец!».

До места, где располагался шурф, от лагеря было около километра. «Сейчас сходим, Парфёныч! – сказал я, вооружаясь партийным карабином – Поглядим, как и что». Пошли втроём. Я, Боря Марков – начальник отряда геофизиков и Толик Сыромятников, со своей тульской двустволкой. Шли не быстро, внимательно поглядывая по сторонам. Ведь медведь, животина особая и с ним всегда, нужно держать ухо востро. Враз, может укорот сварганить, ежели прозеваешь!

Уже на подходе к шурфу, позади нас, послышался шум и гам, вперемешку с писком и визгом?! Поэтому мы, выжидательно остановились. Звонкий смех, быстро приблизился. Оказалось, что отрядные девицы – вычислители и студентки-практикантки, вместе с поварихой, побежали за нами. Желая поглазеть, как мы будем расправляться с медведем.

Из за чёго, я сплюнул и выматерился от огорчения: «Чёртовы горожанки! Какой теперь медведь, какая охота?! Станет мишка дожидаться, пищащую ораву! Они что, не понимают, что зверь, если не дурак, уйдёт подальше?! Что будет, если он захочет, встретить визжащих девиц?». К счастью, девичья эскапада закончилась благополучно и медведь тихо ушёл.

Муравейник был действительно разорён, а его высокий, полутораметровый купол, был разрыт и земля под ним, ископана глубокими ямами. В них белели муравьиные куколки, которые утаскивались куда-то под землю, рыжими муравьями. Рабочие мураши, таскала комочки земли и сосновые иголки, охраняемая по периметру, более крупными собратьями. Я побывал на том месте, через неделю. Маленькие строители, почти полностью восстановили, купол муравейника.

Детёныш рыси

Городские парни и девчата, попав в тайгу, не знают и не понимают её. Взять хотя бы такой случай, когда мне пришлось в один летний день, работать на магнитке, с одной из студенток практиканток. Что такое магнитка? Это работа с магнитометром «М-18» по слепым профилям, для выявления залежей, ценных руд. Магистрали через километр, профили через сотню метров. Когда рубщики, профиля не готовят. По профилям нужно идти, обладая чувством направления.

Прибор М-18 чувствительный. У оператора с собой ничего железного, быть не должно. Никакой металлической мелочевки, на вроде складного ножа. Все молнии из энцефалитки выпарываются, а вместо пояса с пряжкой, обвязываются простой веревочкой. Иначе будут искажения в отсчётах. Я шёл впереди, выдерживая направление по солнцу, а на расстоянии пятидесяти метров за мной, следовал оператор, студентка Светлана. При мне был только топор, которым я ставил затёсы на деревьях и затем подписывал на них, номера пикетов.

Закончив профиль и срезая путь, мы пошли назад. Напрямик, через усеянную цветами, лесную поляну. Было жарко, звенела мошка, а над цветами летали дикие, земляные пчёлы. «Смотри, Анатолий! Какой хорошенький котенок!» – взвизгнула Светка. После чего, она бросилась к старой, кряжистой лиственнице. По стволу которой, вниз головой, спускался пятнистый котик с коротким хвостиком. «Светка, стой!» – заорал я, поймав и удерживая, практикантку на месте. «Пусти! – попыталась вывернуться она, – Я его к нам в лагерь принесу, вот девочки обрадуются!».

«Глупая! – я зло возразил, наивной девчонке. – Где ты видела в тайге котёнка? Тем более, который спускается по дереву вниз головой?! Это детёныш рыси! Его мамаша, если близко, задаст нам перцу за своего отпрыска! Запросто, по нашим следам, придёт за ним в лагерь!». Держа за плечо протестующую Светлану, я потащил её прочь, в страхе обшаривая глазами, ближайшие деревья. Вдруг на них, затаилась пятнистая мама?! Не успеешь опомниться, как она прыгнет на плечи, вопьётся клыками в шею и каюк! Ведь лесная киса, умеет маскироваться так, что её не заметишь.

Рассказ геолога

Валента Николай, среднего роста, тридцатилетний мужчина, любитель крепкого, купеческого чая. Который бороду в сезоне не отращивает и следит за своим, внешним видом . Рассказывает у вечернего костра.

– Работал я с двумя рабочими, на металлометрии. Ходили по профилям и с глубины в тридцать сантиметров, брали пробы грунта и пересыпали пробы в специальные мешочки. Потом прикрепляли бирки с номерами пикетов и профилей. Вечерами, оттаскивая тяжеленные рюкзаки в лагерь. Та еще работенка! Неожиданно столкнулись на поляне с медведем. Медведь нас тоже поздно заметил. Рявкнул и на дыбы поднялся.

«Стреляй!» – ору старшему рабочему, у которого в руках была партийная одностволка и патроны, специально жаканами снаряжённые. «С-с-сейчас!» – отвечает он, начиная искать патроны. Которые у него в левом, боковом кармане, штанов лежат. Так он полез за патронами правой рукой, пропустив ее за спиной. Естественно, достать из левого кармана, таким образом, он ничего не смог. В итоге, он заорал не хуже мишки и бросив одностволку, бросился наутек! Мы за ним. Хорошо еще, что медведь умный попался. Напугал нас здорово, но не погнался.

Рассказ Вальки Болдырева, техника

Однажды, с одним рабочим, я шёл по профилю, как вдруг, увидел на поляне медведя! Мишка весёлый попался, молодой ещё. По поляне прыгает, в воздух что-то лапами подкидывает и подрявкивает. Балуется и нас не замечает. «Беги назад! Ищи толстое дерево!» – шёпотом говорю рабочему, тихо пятясь назад. – Взберёмся на него и глядишь, топорами от косолапого, отобьемся!». Прошло минут пять. Медведю надоело играть и он домой, в тайгу подался. Рабочий вернулся и запыханно говорит: «Не нашёл!». Валька: «Чего не нашёл?». Рабочий: «Толстого дерева!».

Рассказ Николая

Очередной случай, опасной встречи с хозяином, рассказал наш рабочий с окладистой бородой и фигурой греческого бога. Которого однажды, во время умывания, я спросил: «Это откуда у тебя?». После чего Николай, проследив за моим взглядом, прикованным к шрамам на руке, шутливо ответил: «Да так, мишка цапнул!». Я встрепенулся: «Расскажи!».

– Каждым летом, телят нашего колхоза, вывозят на Тихий остров, что стоит напротив деревни. Поскольку благодаря своей пяти километровой длине, он является сытным пастбищем. На котором, помимо цветущего разнотравья, растёт молодой лес и гуляет постоянный ветер, сбивающий гнус. Так что для скота, это райское место, посреди Ангарских вод. Пасись, расти и нагуливай мясцо!

В тот год, на осерёдок переплыл медведь и задрал двух нетелей. Председатель ко мне бегом и говорит: «Выручай, Коля! Бери ребят и стреляй разбойника!». Нам, что лысому собраться, только подпоясаться! Мы снарядили патроны жаканами и переправились на остров. Приплыли втроём. Я пошёл впереди, а ребята сзади. Тихо крались и глядели по сторонам. Как вдруг, Михайло Потапыч, прямо передо мной из кустов поднялся! Разом насел и лапой, вышиб вертикалку из моих рук. Хорошо что ребята не растерялись и дуплетом шарахнули. Не дали меня заломать! Правда из за того, что медведь знал об оружии, успел располосовать, мою левую руку, ниже локтя.

1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru