Подумать только!..

Михаил Веллер
Подумать только!..

Оформление обложки Александра Кудрявцева, Студия «FOLD & SPINE»

© М. Веллер, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Эхо

Эхо скандала

Ничем нельзя польстить интеллигенту так, как обвинением в хулиганстве и половом распутстве.

Травленый волк – это которого травили. Это когда за битого двух небитых дают. Как писал Чехов Киселевой: «Право, запить можно. Впрочем, говорят, беллетристу все полезно».

Как-то Дмитрий Быков на Московской книжной ярмарке взял общее интервью у меня с Захаром Прилепиным. На разворот «Собеседника». Настоящий талант должен познать на себе травлю – ну, и как вы это испытали? Давно то было, до всех украинских событий.

Травле на моей памяти подвергли Бродского и Солженицына. Отщепенцев. Это был целевой госзаказ. Куда уж нам, грешным. Еще «коллеги» ненавидели Маяковского. Ну и получите памятник на площади. Так бронзовый смертным не вообще чета.

Разве что тебя не все любят. Еще только не хватало. Как там говорили арабы в расцвет своей культуры: «Правильно ли ты живешь? Сильно ли ненавидят тебя твои враги?» Ну – кто высунулся, тот и громоотвод. Чем выше занесло, тем сильнее давит атмосферный столб и тянут за тапочки книзу.

Посещая когда-то нежно мною любимый семинар Бориса Стругацкого, я представить не мог, что пара старых щепок, туда затесавшихся, изрекла мнение: «Конечно, мастеровит, и он будет печататься, но душа-то, душа где!» Правда, мнение не поддержали, но уже много лет спустя узнав, я был изумлен: как мило они мне ворковали. Вот в республиканской «Молодежи Эстонии» редакторат говорил прямо: «Нам тут не нужно журналистское мастерство – нам нужны принципиальные материалы!» Принципы не совпадали, и мы расстались со взаимным облегчением. Ну какая же это травля, милые. Это мягкие рабочие отношения.

Когда у меня вышел первый сборник рассказов «Хочу быть дворником», и я купил пятьсот(!) экземпляров, рассылая всем – у одной знакомой поэтессы-эссеиссы сделалась злая истерика по телефону. Я просто недоумевал. С тех пор она меня ненавидит чистым чувством.

Вообще та книжка в глуховом 1983 выглядела резко необычно, была немало замечена, удостоилась десятка ничтожных рецензий и принесла автору вместе с некоторой известностью и репутацией ненависть избранных «коллег». Это нормально. Творческие люди ревнивы, кто ж не знает. Молодая Сара Бернар наступала приме театра на подол, а молодой Маяковский срывал вечера знаменитых поэтов хамскими скандалами, так это еще цветочки. А уж в Союзе советских писателей жанр доноса был важнейшим литературным жанром.

Длительное общение с людьми развивает мизантропию. Нет согласия, кто впервые сказал: «Чем дольше я живу среди людей, тем больше люблю собак» – маркиза де Севинье или Генрих Гейне. Отвергнем злую иронию – среди людей тоже встречаются хорошие.

А кто мне велел шляться средь кого ни попадя?..

Друзья повторяли: «Не мечи бисер перед свиньями!» Но как этому следовать, если люди и свиньи чередуются через одного!

Левер панч

Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем, поражает ничтожностью. Доведенный до осатанения ехидной бабой мужик швырнул в стену чем под руку попало, обозвал ее печатно-школьно и пошел вон. Аллес капут. Да у нас ежедневно десятки убийств и сотни избиений по этой схеме случаются.

А из зала кричат: «Давай подробности»… Ведущую звали Бычкова, гостя звали Веллер, место было радиостудия «Эхо Москвы», бранью была «тупая скотина», а микрофоны и кабельное телевидение работали. Почти расстрел Парламента в прямом эфире.

За 15 лет существования передачи – максимальный рейтинг. И хоть бы рюмку поставили. Ну хоть за рекорд. Или за моральный ущерб. Попытку доведения до убийства.

Я чего туда пошел

«Особое мнение» – единственная программа «Эха», имеющая телеформат на канале RTVi: ее смотрит едва ли не большинство наших эмигрантов – во Франции в частности. Мне лично написали два человека из США, которые после моих передач проголосовали за Трампа. Один голос за Ле Пен – хоть что-то.

Я чего хотел там сказать

Сегодня люди просвещенные в основном придерживаются либеральных взглядов, по убеждению они глобалисты. А пропаганда глобализма строится просто и эффективно до примитива. Чеканят пары противопоставлений:

Открытость – закрытость. Современность – архаика. Гостеприимство – ксенофобия. Объединение – изоляция. Толерантность – нетерпимость. Гуманизм – фашизм!

Ставка на моральную нагрузку слова. Добро против зла. Современное против отсталого. – Кто же тут за плохое против хорошего?!

То есть. Лозунги вместо аргументов. Эмоции вместо доказательств. Призыв к моральному чувству – вместо предоставления информации.

Классическая демагогия. Подмена контекстов. Вместо конкретных фактов – абстрактные чувства.

Наглая лицемерная ложь. Которая крайне эффективна. Высшей пробы пропаганда: возьми что угодно, разверни нужным аспектом и дай нужное название. И вбей это название в мозг, как моральный императив.

Во времена моего детства сомневаться в святости Ленина было преступно. В СССР были счастье и справедливость, при капитализме зверство и эксплуатация, все русское и советское было самое лучшее, умное и передовое – а иной образ мыслей был у врагов страны, предателей и негодяев. Коммунист был идеалом человека, чекист – светлым рыцарем, КПСС – передовой шеренгой. Царь – кровавый сатрап, религия – поповские сказки для темных людей.

Я прошел хорошую школу. В восемь лет нас приняли в пионеры, в четырнадцать первым в классе я добился вступления в комсомол, в двадцать убежденный функционер был награжден «золотым значком» ЦК Комсомола и верил, что наши танки в Праге спасли Европу от Бундесвера. В тридцать я всех этих партийных уродов ненавидел; в тридцать пять мечтал о крушении проклятой, лживой, удушающей империи СССР. Но в 92-м хотелось убивать тех, кто ограбил доверчивый народ.

Я сумел подняться с четверенек. Никому не верь на слово. Не смотри на предмет с одной стороны. Не дай загадить себе мозги. Проверяй и понимай.

…Движение Макрона «Вперед» – французский аналог «Единой России»: политическое оформление партии власти. Правящие кланы оформили политическую структуру для господства своих интересов на политическом уровне. У них нет и не может быть программы для страны. Их программа – наращивание своих капиталов и влияния. Остальное – общие лозунги для зомбированного электората: улучшим, объединим, повысим, защитим.

Они ненавидят любые конкретные предложения, возражая: «Нам нужно глубокое видение проблемы. Слишком простые решения не могут быть верными».

Популизм – это политические программы и движения, которые отвечают интересам народа, но противоречат интересам элит. В слово «популизм» либералы вложили отрицательный смысл: типа льстят и угождают народу ради своей политической карьеры. На всем, с чем не согласны либералы (они же тут глобалисты) должен стоять знак скверны.

Нас убеждают, что культурная идентичность народа, государственные границы и своя валюта, контроль за иммиграцией и ассимиляция приезжих – это фашизм. Каково? Это архаика, это вредно, плохо, невежественно, постыдно.

Нас убеждают, что указывать этническое происхождение африканцев и арабов, мигрантов-мусульман, дающих основное количество изнасилований и грабежей – это раздувание этнической и религиозной розни и фашизм. Что вышвырнуть вон откровенных врагов твоей страны и культуры – это фашизм.

Нас убеждают, что 60 лет назад Европа жила при фашизме: без разрушения института семьи, без поощрения социальных паразитов, без запрета на самозащиту против приезжих чужаков – людей иной культуры, иной религии, иных обычаев, которые плюют тебе в лицо у тебя же дома.

Нас убеждают, что контроль за въездом, требование приезжим адаптироваться в культуру страны, запрет на антикультурную и антигосударственную пропаганду – это фашизм, ты понял? Но ведь дело не в том, что он приехал, милости просим, – дело в том, что он ведет себя как наглый оккупант, агрессивно требуя переделать страну под его привычки и желания!

Нас убеждают, что «Ярость и гордость» Арианы Фалаччи – это фашизм.

Не желать подчиняться управлению ничтожных общеевропейских чиновников – это фашизм. Особенно сопротивление пропаганде гомосексуализма фашизм.

Половина Америки – фашисты за Трампа. Половина Англии – фашисты за Brexit. Половина Франции, вышедшая на демонстрации против однополых браков – фашисты.

Время выхода в космос и полетов на Луну, время битлов и создания реактивных лайнеров – это пещерный фашизм.

…Я хотел сказать несколько слов о духовном наставнике французских президентов и крестном отце Макрона – Жаке Аттали и его знаменитых книгах «Линия горизонта» и «Краткая история будущего». О движении цивилизации к глобальному господству денег, стиранию государств, появлению «кочевых элит» и углубляющемся неравенстве – апокалиптический прогноз. И это не шуточки, не кино, это серьезная модель скорого будущего. И не дай нам всем бог всем такое будущее.

Народ должен сам быть хозяином в своей стране. Вот уже тридцать лет народы проигрывают своим элитам. Проигрывают будущее своих детей и внуков, проигрывают свою культуру и свою страну. А элиты всех стран давно объединились – за владение всей планетой, и плевать на неудачников.

Элиты заинтересованы в исчезновении народа как объединенной протестной силы, как источника власти. Власть у элит – транснациональных финансово-экономических. Элиты духа – профессура и журналисты – яро защищают «идеи современности», обычно даже не задумываясь, на кого они работают и кто их работодатель.

Инокультурная иммиграция, выносы производств за рубеж, размывание среднего класса и массовое обеднение работяг, ширящаяся люмпенизация – это направленная политика. Макрон – ширма элит, продолжающих свое дело.

 

Поражение Ле Пен совпало с предсказанным. Все, чего она хочет – чтобы Франция продолжала жить. Евросоюз плох отнюдь не объединением стран – но уничтожением стран и народов и растворением Европы в окружающем мире. А из этого страшного разоренного мира продолжают бежать в Европу – желая взять все, но одновременно переделать ее под родные помойки.

Если каждый сделает что может, противодействуя убийству и самоубийству нашей цивилизации – у нас будет хоть шанс спасти все, что мы получили от поколений предков: мир, в котором мы живем.

Злейший враг – тот, кто убеждает вас способствовать самоуничтожению. Он умен и коварен – он вонзает в мозг испытанные мемы: фашизм. Не верьте гадам на слово! Проверяйте все сами! Мы в СССР уже имели за фашизм как высшую стадию империализма – американо-англо-германо-французского империализм, который стремился разжечь войну против миролюбивого СССР!

А что кремлевские идиото-бюрократы решили звать Ле Пен перед выборами в Москву и публично давать ей денег в надежде на продолжение любви – это сути дела не меняет. Мы с Кремлем на этом этапе попутчики – ну так надо это использовать.

…Вот это я и собирался сказать – примерно 13 минут звучания. Треть эфирного времени передачи. Плотная треть.

Ну, мало ли кто чего собирался…

Что такое рабочее состояние

Много лет назад, зимой заболев, я мерил себе температуру без отрыва от производства – за рабочим столом. И через месяц даже забеспокоился. Давно никаких симптомов – а держится все время 37,2–37,4. Хронический процесс. Типа воспаления легких. А к врачу идти лень – авось пройдет.

Как-то устроил себе выходной. Не работаю. Померил – 36,5. Отлично. А назавтра – опять 37,3.

Короче, оказалось, что за письменным столом у меня температура почти на градус повышается.

Когда я впервые провел концерт на большой зал – в Петербурге у Финляндского – я понял, почему певцы в антракте меняют костюм. Рубашка у меня была мокрая, и пиджак тоже мокрый.

Ты работаешь на импровизе. Без сценариев и репетиций. В этот день я ничего не делаю и никого не вижу. Живу овощем, коплю энергию и складываю в голове примерную последовательность изложения. Все.

За пару-тройку часов до дела начинает идти адреналин. Делается тепло и происходит приступами легкая внутренняя дрожь. И когда выходишь на зал – сразу легко: внутри словно все клапаны раскрываются.

Работать можно только на драйве. Если тебя не тащит самого – как ты можешь зацепить зал?..

В этом состоянии человека не надо трогать и нельзя ему перечить – он взведен. Как-то перед питерской Филармонией назойливо-вежливая тетка из устроителей хотела взять у меня пакет с майкой-свитером на после выступления. Трижды я отказал очень вежливо – на четвертый грубо обматерил, и тогда отстала сразу. И несколько раз в перерывах добры-люди проникали в гримерку, где я остывал, рассупонившись. Видимо, это мой ресурс: три очень вежливые просьбы выйти с клятвой после окончания быть с ними сколько угодно и делать все – и четвертый раз старшинского мата, который сразу понимают и идут.

У меня действительно неприлично хрупкая нервная система. Когда я работаю – любое движение и звук меня сбивают. Это не каприз – это невозможность работать дальше, мое личное горе. В студии «Эха», где я работал по воскресеньям, так же как на «Радио России» раньше, было завешено окно в аппаратную и закрыты две двери, чтоб не было звуков и движений. И холод напускался, чтоб пот не тек.

Время очень уплотняется. Информация подается в сознание параллельными ассоциативными пучками – выбираешь лучший. Длинные логические цепи всплывают легко. Из всех вариантов мысли выходят вперед самые простые формулировки.

И еще. Тут я не беллетрист. За каждую фразу и каждую мысль надо отвечать – она может быть только правдой, без эффектности ради броского словца или изящной конструкции. Это тоже нагрузка.

Советы «быть спокойнее» бессмысленны: благие пожелания без понимания возможности. Это состояние большого перевозбуждения – оно и позволяет сходу соображать, формулировать и подавать чистый текст на драйве. Это не для флегматиков.

Если бы меня не волновал стиль – я бы сам не писал: я диктовал бы книги начисто и греб хренову кучу денег.

Формат передачи

Вот вы наводчик у орудия, и с вами заряжающий. Вы ловите цель в прицел и должны поразить. А заряжающий то сует снаряд вам подмышку, то норовит впихнуть его в зад. Вы бьете рукой по спуску – а он открыл затвор и норовит снаряд вытащить. Это, по замыслу комбата, повышает роль заряжающего и поднимает зрелищность стрельбы: из окопов должны следить с повышенным интересом. Точность попадания – фигня, главное – обогатить процесс. Заряжающий – это не приложение к подаваемому снаряду, а самостоятельный номер боевого расчета. Хочешь стрелять и попасть – так умей от него отмахиваться.

И что вышло

С годами я стал плохо переносить две вещи: глупость и плохую работу. Особенно когда они совмещаются.

Мое отношение простое. Хороший работник? – ноги тебе буду мыть и помогу всем, чем могу. Плохой? – пшел на фиг, и уважать тебя не за что.

Когда глупость сочетается с навязчивостью и апломбом, тогда трудно. Ты крайне вежлив до того и после того, но во время того получается плохо – твоя психика сейчас работает в другом режиме.

Опыт по тыканью иголочкой в обнаженный нерв кончится с предсказуемым результатом. Вообще большинство ведущих и собеседников – люди совершенно адекватные, не говоря о талантливых. Чувствуют и понимают. Но есть варианты.

Замечания и реплики ведущей были излишни по содержанию и не попадали в ход мысли по глубине, так сказать. А поскольку темп речи ведущей – тормоз, и как сбитый синхрон ее реплики попадали в последующую фразу вместо предыдущей паузы – эффект получился весьма глупый: сказать ради поговорить.

Это все равно что операционная сестра (важнейшая фигура!) четыре раза подряд пихнет хирурга под руку: напомнить, чтоб он лучше оперировал. Такую сестру убьют. Или наблюдатель четыре раза пихнет прицеливающегося снайпера: давай стреляй, цель видна. Снайпер вернется без наблюдателя.

Интервью – не дискуссия. Дискутируешь с равным. Интервью даешь воспринимающему. Еще только спорить с девушками о жизни.

Диалог приобрел характер: «Да не трясись ты, пожалуйста!» – «Нет, а вот и потрясусь!»

Это сейчас смешно, а в процессе ни фига не смешно. При отрывании пятой лапки блоха теряет слух. После четырехкратно повторенной просьбы не мешать мне договорить – в мозгу со звоном слетел рычажок, мир вспенился, я швырнул в стену то скромное, что имел под рукой – микрофон и кружку – и выскочил вон, обратившись с жалобой на ведущую непосредственно двери. Так обзывались в старинных романах и в детском саду.

Очень хорошие там микрофоны. Очень чуткие. Все ловят.

Улыбка

Откройте «Любовь Свана» Пруста, первые страницы, и прочтите про улыбку доктора Котара. Доктор не был умен, и на лице его постоянно бродила неуверенно-насмешливая улыбка: она могла мгновенно измениться в веселую или сочувственную гримасу, когда из дальнейшей речи собеседника он решал, как его понимать.

У меня ощущение, что через такую улыбку визави мои слова не проникают, отскакивают, отражаются.

Ну и финал

И все-таки я молодец. Ведь никого не убил. Даже не покалечил. Будучи в состоянии аффекта. За такое состояние суд оправдывает. Только анализы на гормоны сдать вовремя – сразу. Если вспомнишь.

Каялся бы потом – страшно. Загубил молодую жизнь. А так рекламу сделал. И даже не за спасибо.

Проносясь по коридору, я увидел открытую дверь Главного, влетел и заорал: «Ты – видел?! Что там было?!» Он смотрел в монитор компьютера, и в тот момент я решил, что это он смотрит передачу из студии.

– Что случилось?! – развернулся он.

– Ты видел?! – закричал я.

– У тебя же эфир!! – закричал он.

– Ты видел?! – орал я.

– Немедленно в студию!! – зевсоподобно орал он, указуя.

– Да?!

– Немедленно!!! – (это он)

– Тогда меняй ведущую!!! – (это уже я)

– Ведущая останется!! – (он)

– Тогда меняй гостя!! – (я)

С чем и выскочил, слыша вслед: «Стой сейчас же! Тогда – ку-ку!» Чего он кукует, подумал я еще, не понимая слов. Схватил в гостевой плащ, никого не видя и повторяя в атасе: «Кусок дерьма! Кусок дерьма!» (привожу салонную версию любви к ведущей). И, как писали в старинных романах, молниеносно лишил присутствующих своего незабываемого общества.

А выпил я в первом же шалмане сто пятьдесят коньяку, подышал, прогнал полчаса рысью. И поехал на следующий эфир. В телевизор. Спорить с депутатом о сносе пятиэтажек. Назначено, ждали, отменять нельзя. И все прошло нормально.

Говорит Москва!

Через день-другой мне позвонила милая девушка Ксения с радио «Говорит Москва» и пригласила на передачу: поговорить о реновации пятиэтажек, выборах во Франции и «ну, и затронуть о вашем случае на “Эхе Москвы”».

Привезли на своей машине. Вдвоем с ведущим в студии, 35 минут чистого эфира.

И с самого начала ведущий обозначает:

– Уже несколько дней прошло после того, как произошло то, что произошло в студии «Эха». Вы как сейчас смотрите на то, что было? – И в сторону смотрит.

Это напоминает речь застенчивой монашки про половой акт: ну, вы понимаете, о чем речь, но произнести нельзя.

Далее полчаса я на все лады объясняю «то, что произошло» примерно так, как написано выше. В паузах ведущий возвращается в исходную точку: как насчет самоосуждений и извинений? М-да – железная воля Миледи не давала д’Артаньяну отклониться от цели разговора. И при этом, что характерно – ведущий смотрит в окно аппаратной, в стенку, пол, стол, а на собеседника, меня то есть, старается не смотреть.

Я спрашиваю:

– Меня перед передачей проинформировали, что мы будем говорить про пятиэтажки и выборы во Франции – так будем?

Не хочет. Ну – он банкует. Когда у тебя нет к передаче конкретно важной намеченной информации – то быть спокойным естественно, отвечай себе на любые вопросы.

А перед перерывом на новости он объявляет:

– Наш главный редактор Сергей Доренко говорит: «Либо Веллер извиняется перед Бычковой, либо он участвует в программах радиостанции «Говорит Москва».

Видимо, ведущий волновался, иначе бы такой логической ошибки не допустил.

Тут я его спрашиваю и вслух пытаюсь понять: это что – они меня заманили в студию под предлогом пятиэтажек и Франции, чтоб на самом предъявить такой выбор: или извиняешься – или уходи из студии?

Доренко своеобразный человек. До такого не каждый додумается.

То есть пряник – мы позволим тебе тратить половину своего рабочего дня, чтобы час бесплатно работать на нашем радио, а кнут – мы лишим тебя этого счастья. Знаете – подход истинного бизнесмена.

Мы с ведущим договорили в том же духе до конца передачи, однако (по хронометражу). На последней минуте я искренне сказал хорошие слова о Доренко и добрые пожелания всем. С чем и вышел.

…Как обманчива бывает внешность, горько сказал еж, слезая с сапожной щетки. Простите за школьный анекдот.

Девятый вал

Если бы Айвазовский работал ассенизатором, как бы выглядели его картины?

Это удивительно, сколько есть любителей серфинга по волнам океана дерьма. Причем они сами эти волны гонят! Потом отдыхают на берегу.

В преддверии Праздников Трудящихся, Дней Радио, Печати и Победы, когда задвигался закон об отбирании собственных квартир и насильственном переселении, когда плескали кислотой с зеленкой в глаза, когда решалась судьба Евросоюза – они обсуждали, кто что сказал, куда кинул и как назвал.

Слово специалисту по травле – Зощенко Михаилу Михайловичу: «Ну, пря поднялась. Кто за меня, кто против меня». Не видел, но рассказывали, что телеканалы подключились, хотя не все.

Главный редактор Доренко пишет: «Не позволю оскорблять моих коллег!» Главный редактор Венедиктов пишет ему спасибо. Половина Сети шлет им поддержку, а другая половина шлет буквально досье на Доренко. Я и не знал ничего. Вот Доренко судится с коллегами из «Коммерсант» «Власть» («Большая политика» № 2 декабрь 2005). А вот в ролике «Передача Сергея Доренко» называет губернатора хамом и гандоном. А этот мидовец охарактеризован как «мразь», «тварюга», «сукин кот» и «педиковатая скотина» (расшифровка эфира РСН от 25 мая 2012). Слушайте, там, оказывается, на сайте «Компромат. ру» висит дюжина милых статей, и лучше их не читать, чтобы вовсе не терять веру в знаменитых журналистов. Там он уже искал работу в США, и его не взял ни один телеканал («Экспресс-газета-Москва» 21.01.2002). «Цепной пес Березовского» – это его прозвище приводит масса источников («Профиль» 25.09.2000 и т. д.). И откуда вдруг этот позыв к этикету?

 

Я узнал о существовании Игоря Яковенко. «Эхо Москвы» он поливал, но желание полить меня пересилило. Кристальный человек: инструктор, затем завотделом пропаганды Дзержинского райкома КПСС. Заметьте, в 80-е годы, когда только последние приспособленцы и карьеристы шли делать карьеру в партию, никто уже ни в какой коммунизм не верил. Раз – и депутат-демократ Госдумы, два – и генеральный секретарь Союза журналистов, три – и выгнан Федеративным советом Союза за сдачу помещений неким акционеркам, а где деньги, народ не понял. Елки, он меня давно уже в фашизме обвиняет, неконтролируемая исламская миграция мне мало нравится. Твердых принципов личность. Зачем я ему вообще интересен?..

А вот и «Радио «Свобода»», но не все, а лично госпожа Рыковцева, глубоко прогрессивная журналистка. О, это песня. Санта Лючия. Послушайте, умоляю.

Итак, Тина Канделаки и не скрывала дружбы с Рамзаном Кадыровым. А пиар-агентство Тины Канделаки «Апостол» участвовало в его избирательной кампании. Все нормально.

Лии Ахеджаковой позвонил человек, представившись из «Апостола», и предложил 10 000 долларов за поддержку Кадырова. Ахеджакова с негодованием отказалась и скрывать случай не стала.

В те же дни мне тоже позвонил человек и предложил поддержать Кадырова. Он не успел представиться и не предложил денег – я свернул разговор сразу.

И в воскресенье на «Эхе», в своей передаче, пошутил, что Ахеджакова отказалась от 10 000, а я задаром. А надо было подождать, чтоб и мне предложили. Отказ от денег выглядит более весомо, чем бесплатный отказ. Все.

Через пару месяцев рядовой звонок среди множества: позовите Тину Канделаки. Вы ошиблись, это другой номер, таких здесь нет. И забыл. Мне много звонили. И журналисты, и из издательства, и друзья, и пранкеры тоже. И по ошибке чужие кредиты возвращать, и Машу позвать, обычное дело.

И грянул текст! Что Рыковцева дружит с Тиной Канделаки. И с Лией Ахеджаковой. И переживала, нашли ли телефонного хулигана. И ей ответили, что и пресс-служба Кадырова, и «Апостол» решили этим не заниматься. Тогда она попросила дать ей телефон хулигана, который зафиксировала Ахеджакова. Ну, и ей дали мой номер. И это оказался мой голос, и я при нем, и шутка моя. И это я со своего телефона организовал травлю ранимой Ахеджаковой, сам звонил, а потом еще в эфире издевался.

Какая подлость. Какое падение. Какой я низкий негодяй.

Я охренел, если честно. Потом пошел в офис «Билайна» и взял распечатку за последние два месяца. Потом нотариально заверил ее в конторе: кто знает, что она еще удумает, вдруг потом хакер вставит номер в детализацию, я в этом не разбираюсь. Позвонил на «Эхо» и узнал оба телефона Ахеджаковой, раньше никогда не знал, не знакомы мы с глубоко мною уважаемой Лией Меджидовной.

А потом написал краткий пост на сайт «Эха»: никаких звонков, никаких номеров, но в какую грязную душу и глупую голову это могло прийти?..

Вы думаете, она извинилась? Сейчас. Не из таких. И теперь опять обрадовалась: «А-а-а, вот!..»

Психологически мне понятно, откуда и почему возникает в людях немотивированная ненависть в букете сопровождающих чувств. Но все равно любопытно спросить: «Слушай, а ты вообще чего?..»

Понимаете, подлые и лживые люди даже самых передовых взглядов никакого хорошего общества построить не могут. Потому что взгляды меняются, а сущность остается.

И не буду я играть в их песочнице. И не песок вовсе у них там в загородке насыпан, в чем они возятся.

Тонкости стиля

Лексикон «Эха Москвы» не ограничивается принятым в институте благородных девиц. Вот одна благородная девица обращается: «Ссышь, политик», вот другая еще более благородная сетует: «Пока мы тут сремся…». И джентльменов отнюдь не шокируют близкие народу слова «жопа» и, соответственно, «говно». Видимо, «скотина» не годится контекстом или подтекстом.

Слава

К тому времени господин Мольер имел полную возможность убедиться, что слава выглядит совсем не так, как ее обычно себе представляют, а выражается преимущественно в безудержной ругани на всех углах.

Булгаков был прекрасен. Они оба понимали – и Булгаков, и Мольер.

Президентская речь

Марк Твен понял, что достиг славы, когда карикатура на него появилась на обложке журнала «Панч». Кажется, я запрыгнул выше.

9 Мая президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев на третьей минуте торжественной речи на площади Победы Бишкека назвал вашего покорного слугу. После меня такой чести удостоился только Затулин.

«…известный российский писатель Михаил Веллер в интервью агентству Росбалт фактически поддержал скинхедов…» Дескать, они неосознанно берут на себя функции по защите государства, и убивая сотни беззащитных людей, в том числе детей, защищают интересы России.

Неплохо и далее:

«То есть не Затулиным и Веллерам говорить о том, что киргизы чуждые России. Скорее это их предки, судя по фамилиям, прибыли в Россию или из пустынь Палестины, или из лесов Европы.» И проблема России – не чужаки и трудовые мигранты из Киргизии, а некоторые писатели и политики, разжигающие национальную рознь.

Это интервью забыл я, забыли все в «Росбалте», и через день поисков нашли друзья в Интернете. Оно было ровно 11 лет назад.

Киргизы в нем не упоминаются. Я вообще о киргизах никогда ничего не говорил – просто повода и случая не было.

О скинхедах там сказано: «Сегодняшний разгул национал-экстремизма можно считать уродливой, болезненной опасной формой обострения инстинкта национального самосохранения». Еще сказано: «В моем простом представлении никто не смеет поднимать руку на человека только потому, что он другого цвета». Говорил я и о героине, который почти весь идет через Таджикистан, но юные экстремисты вместо того чтобы искать мафию, режут несчастную девочку. И что в чужой монастырь не ходят со своим уставом.

В том большом интервью мы говорили об иностранных студентах моей юности, мультикультурализме и гражданстве Древнего Рима, фашизме и национал-социализме, Ле Пене и Муссолини, о сидящем Ходорковском и будущих выборах 2008 года. Несколько предложений о скинхедах занимает весьма малое место.

Что характерно: президент затронутого Таджикистана ни гу-гу. Когда-то упоминал я азербайджанскую рыночную мафию: молчит президент Азербайджана. Что в Кыргызстане стряслось?

Понятно, что речь пишет спичрайтер, а материал ему поставляют помощники и референты. Но озвучивает это президент от своего имени.

Господин президент, судя по моей фамилии, предки мои прибыли когда-то в Россию из Англии либо Германии. В Палестине таких фамилий не бывает. Это такой отсыл к национальности, которая «не отсюда».

Вы сказали: «Но хотел бы и сам добавить несколько слов для господ Веллеров и Затулиных». «…не Затулиным и Веллерам говорить о том…».

Это фразеология газеты «Правда» эпохи борьбы с безродными космополитами и врачами-убийцами. Это неновая идея выделить «инородцев» и противопоставить русским – перевести стрелки на «чужаков», которые-де пытаются разжечь рознь между двумя нашими родственными народами.

Раньше в политике это называлось «разыграть еврейскую карту».

Никогда я слова не говорил о «чуждости» киргизского и русского народов. И дискуссию на тему: кто внес больше в сокровищницу русской культуры – киргизы или евреи? – счел бы категорически неуместной.

В России найдется немало русских националистов, в том числе агрессивных взглядов, знаменитые фамилии на слуху. Из их жестких ксенофобских высказываний можно составить и речь, и книгу. Почему нужно найти забытое интервью одиннадцатилетней давности, где можно хоть как-то придраться к нескольким фразам? Только потому, что фамилия автора – Веллер, а не Хвостов или Калугин?

…Но у меня остается вопрос неясный: почему сейчас? Не год назад, не три и не восемь?

Заказ

Власть в России прощает все, кроме покушения на ее деньги. «Реновация пятиэтажек» – это серьезные деньги. Огромные.

Сдается, что я громко зашумел и стал делать политические обобщения по этой проблеме первый. Трижды на «Эхе», телеканалы ОТР и РБК, масса интервью и комментариев уже забыл каким ресурсам, порталам и электронным версиям СМИ. Я сравнивал это с уличным грабежом, когда взамен оставляют сменку или драндулет. И предрекал, что ушибленные этой проблемой люди фиг проголосуют за «ЕдРо» или Путина – а год выборно-предвыборный. Потому что это власть их добро хапнуть решила.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru