Путь Шамана. Поиск Создателя

Василий Маханенко
Путь Шамана. Поиск Создателя

Глава 3
Небытие

– Махан, Анастария! – удивительно холодным голосом произнесла Елизавета, едва мы предстали пред ее очами. Наличие выполненного задания помогло избежать длительного ожидания, и мы практически мгновенно попали к Верховной Жрице Элуны. – Чем обязана чести лицезреть Предвестника и Генерала Паладинов?

Получена награда: +2000 Репутации со Жрицами Элуны, +1000 Репутации с Богиней Элуной.

– Верховная, – синхронно произнесли мы с Настей, как только перед глазами появилось сообщение о получении награды, одновременно поклонились, словно репетировали поклон не один год, удивленно посмотрели друг на друга и прыснули от смеха.

– Смотрю, совместное времяпрепровождение пошло вам на пользу, – все тем же холодным голосом заметила Лиза, не обращая внимания на наше веселье. Что удивительно – раньше за Елизаветой такого льда заметно не было. Я честно пытался прекратить смеяться, но ничего не выходило – эмоции от пребывания за стенами тюрьмы рвались наружу.

– Верховная, мы к вам по делу, – Анастария первой пришла в себя и, несколько раз глубоко вздохнув, прогоняя смех, обратилась к Елизавете. – Мы выполнили первую часть вашего поручения и доказали, что наша семья крепка.

– Настолько крепка, что ты бросила обучение у моих послушниц и отправилась вызволять Махана из тюрьмы? – красноречиво подняла бровь Елизавета. – Для тебя пара часов была настолько критичной, что ты решила игнорировать порядки?

– Дима, срочно уходим! Привлекательность упала до 50 единиц. Верховная не в себе, – в голове пронеслась тревожная мысль Анастарии.

– Елизавета, это моя вина, что… – начал было я, однако Верховная меня оборвала:

– Конечно твоя, кто бы спорил, – Елизавета обернулась ко мне. Я с удивлением заметил, что из 100 единиц Привлекательности, которыми я гордился, осталось всего 70. Достаточно большое значение для среднестатистического игрока, но совершенно неприемлемое для меня. Смех сняло как рукой. Что случилось?! – Что меня больше всего расстраивает, так это стабильность. Если есть какие-либо неприятности, то в центре их с большой долей вероятности оказывается Шаман Махан.

– Верховная, – упрямо продолжил я, несмотря на то что Анастария старалась вытащить меня из кабинета. – Вместе нам довелось пройти многое, как хорошее, так и плохое. Не раз мы прикрывали друг другу спины, поэтому объясни, чем вызвано твое недовольство?

– Объяснить? – на лице НПС появилось наигранно-удивленное выражение. – С чего вдруг тебя интересуют объяснения? Тем более не твои собственные? Разве это не твой девиз «Вперед и только вперед!»? Не оглядываясь назад?

– Наверное ты меня с кем-то спутала, – Анастарии не удалось сдвинуть меня с места, поэтому она что-то пробурчала, но осталась стоять рядом. – За все время нашего общения я не совершил ни одного необоснованного поступка. В этом меня никто не может обвинить.

– Неужели? Буквально пару часов назад один Шаман отправил на вечный покой шестерых будущих стражников. Молодых, неопытных, необученных! Конечно, это было сделано с полным осознанием действий, особенно их безнаказанности. Шестеро, Махан! Мимоходом, даже не заметив этого! И ты будешь рассказывать мне о том, что совершаешь обоснованные действия?

– Именно поэтому я здесь, – начал я оправдываться, однако Лиза вновь меня прервала:

– Надеешься на мое хорошее отношение? Хочешь избежать заслуженного наказания? Не бывать тому, чтобы…

– Да мне плевать на то, кто и как меня накажет! – То, что я умею кричать, не ожидал никто. Особенно я сам. Лиза умолкла с удивленной миной на лице, позволяя мне продолжить: – Я готов хоть сейчас понести любую кару! Однако прежде чем ты примешь хоть какое-то решение, скажи, как попасть в Небытие?

Елизавета рухнула в кресло, словно подкошенная, и кабинет погрузился в тишину.

– Нельзя возвращать мертвых, Шаман, – печальный голос Элуны известил о том, что в кабинете Жрицы на одного присутствующего стало больше. – Даже скорбящая мать, коей является Елизавета, не может позволить этого.

– ЧТО?! – мы с Настей синхронно прокричали и недоуменно начали переводить взгляд с Элуны на Елизавету и обратно. Елизавета – скорбящая мать? Что-то случилось с Оглоблей?

– Автандил не успел получить метку смерти, – продолжила Элуна, а Елизавета угрюмо уставилась на пустой лист на столе, не поднимая на нас взгляд. – Он так жаждал принести пользу Империи, что записался в помощники стражей. Взрыв, невольным создателем которого ты являешься, прогремел ровно в тот момент, когда отряд с Автандилом проходил мимо мастерской. Шестеро погибших. Шестеро юных и неопытных жителей Империи. И среди них – сын моей Верховной Жрицы. Я ничего не могу сделать, Махан. Как и ты.

– У меня есть двадцать четыре часа, чтобы вернуть их, – упрямо произнес я. Авторитет Элуны давил огромной каменной плитой, заставляя отказаться от этого мероприятия, убежать в дальний край Барлионы, удалить Шамана и вообще забыть, как выглядит капсула. Если богиня говорит, что вернуть мертвых невозможно, значит, смысла соваться в это нет никакого. Однако наличие задания заставляло идти наперекор одному из самых могущественных существ Барлионы и, сжимая кулаки, упрямо стоять на своем. Оглоблю нужно возвращать в этот мир.

– Небытие закрыто для живых, – продолжила Элуна.

– Значит, я пойду туда мертвым, – не унимался я. – Чем дольше вы меня останавливаете, тем меньше времени остается.

– Махан, это невозможно, – Елизавета оторвала взгляд от пустого листа и посмотрела на меня глазами, полными слез. Убил бы разработчиков! Смотря в глаза матери, потерявшей ребенка по моей вине, осознание нереальности происходящего улетучилось. На душе стало погано, как никогда. Хотелось одного – помочь женщине вернуть дитя. Для меня Барлиона вновь стала реальной, а НПС с кодовым именем «Верховная Жрица Элуны» – потерявшей ребенка матерью. Не программой.

– Лиза, в этом мире есть такая вещь, как надежда. До тех пор, пока она есть, Оглобля жив. Как и пятеро других стражников. Элуна, что нужно сделать, чтобы попасть в Небытие?

– Умереть, – коротко бросила богиня после небольшой паузы. – Умереть и отринуть Серые земли. Учти, Махан, ты можешь не вернуться.

– В таком случае считай меня демократом, – успел произнести я до того, как голова взорвалась сотней маленьких кусочков. Элуна лично отправила меня на перерождение.

Осуществляется загрузка. Подтвердите, что вы желаете войти в локацию «Небытие».

Просим ознакомиться с правилами.

Мне пришлось прочитать огромную простыню с текстом, от которого в обычной жизни у меня по всему телу пробежали бы мурашки. Оказывается, Небытие – одна из замкнутых локаций и, если я провалю выполнение задания, Шаман может остаться в ней навсегда. Вернее, не навсегда, а до момента принятия Корпорацией решения о возвращении попаданца обратно в игру. Ухмыльнувшись, я вдавил кнопку «Принять», появившуюся только после прочтения всего текста, и окружающее пространство пришло в движение.

Вокруг меня возник туман, плавно переходящий во тьму буквально в нескольких метрах. Складывалось ощущение, что я превратился в лампочку, старающуюся разогнать унылость этого мира, но не обладающую достаточной для этого мощностью. Сверкаю, но тускло и как-то неубедительно. Тем не менее света оказалось достаточно, чтобы увидеть вымощенную плиткой дорогу, уходящую в туман и тонущий в том же тумане обрыв. Ноги сами собой подкосились, заставляя меня сесть на корточки. Кто знает, какая в том обрыве высота – может, полметра, а может, и вся бесконечность. При ширине дорожки в пятьдесят сантиметров сделать неудачный шаг и свалиться за край – раз плюнуть.

Заставить себя встать опять на ноги и сделать первый шаг оказалось довольно нетривиальной задачей. Умом я понимал, что вокруг игра, но дикий страх неизведанности и высоты сковывал движения, превращал ноги в вату и заставлял улечься на дорожку, чтобы гарантированно не упасть. С самим собой пришлось бороться несколько минут, даже пару раз в реальность выйти, доказывая подсознанию, что вокруг меня нарисованный мир. Вроде помогло и я смог двинуться вдоль дорожки.

Связь с внешним миром, как я и прогнозировал, не работала – ни клановый чат, ни почта, ни амулеты, ни ментальная связь с Анастарией. Вообще ничего. Единственной радостной новостью было то, что таймер задания, повисший перед глазами, едва я попал в эту закрытую локацию, на время моего пребывания в реальности останавливался. Задание нужно было выполнить за 24 игровых часа, а не реальных. Что не может не радовать, так как Анастария выдернет меня в конце дня из игры и заставит рассказывать обо всем, что я увижу. Кстати, об увижу… Черт! Запись видео тоже не работает.

– ЧУЖАК! – внезапно тишину разорвал зловещий тянущийся шепот, словно огромная змея внезапно разучилась шепелявить, научившись при этом говорить и вводить в ужас непуганых Шаманов. – ЧТО ЗАБЫЛ ТЫ В МИРЕ МЕРТВЫХ?

– Приветствую! – на всякий случай прокричал я, отмечая мелькнувшие и тут же исчезнувшие дебафы, снявшие мне 10 % Жизни. Голос не просто пугал, голос еще и уничтожал. – Меня зовут Махан и я пришел с миром!

– ТЫ НЕ ОТВЕТИЛ, – прошелестело неведомое существо, после чего меня в буквальном смысле накрыло. Мной был потерян контроль над персонажем, руки и ноги начали выкручиваться, угрожающе треща в суставах, уровень Жизни наперегонки с Бодростью ринулся к нулевой отметке, однако я смотрел на эту вакханалию над Шаманом со стороны и внезапно понял – боли нет! У моего персонажа полностью отключены неприятные ощущения! Если бы я проходил Небытие буквально пару недель назад, сейчас бы представлял собой воющий комок порванных мышц и разорванных нервов без намека на сознание. Ибо я помню, какое «удовольствие» возникает, когда трещат суставы. Сейчас же:

– Я пришел забрать шестерых стражников Анхурса, погибших несколько часов назад! Им не место в Небытии!

Голос, под стать антуражу, получился надломленным, визгливым, с нотками паники и шока, однако главного я смог добиться – меня перестало выворачивать наизнанку.

 

– МЕРТВЫМ МЕРТВОЕ, ЖИВЫМ ЖИВОЕ! – прошептал голос на уровне кухонного философа, опрокинувшего в себя несколько стаканов огненной воды, после чего умолк, оставив меня один на один с узкой тропкой и 5 % Жизни.

 
У Шамана три руки…
 

На выработанных за год рефлексах я вызвал Духа полного исцеления, совершенно позабыв о том, что мне заблокировали все неизученные вызовы, поэтому особо не удивился, когда не получил требуемого результата и увидел сообщение перед глазами. Меня тронуло другое – пускай сообщение было стандартным, но совершенно непоследовательным:

Вы не можете воспользоваться призывом Духов в Небытии.

Если мне запретили призывать Духов, чему я еще не обучался, то система должна вначале проверять, могу ли я вообще вызвать Духа, а уже потом отслеживать, в каком месте я это делаю. Ведь я мог просто спеть песню о жизни Шамана-мутанта без единого намека на вызов. Для чего тратить системные ресурсы, отслеживая каждое мое слово и проверяя, является оно вызовом или нет? Очень глупо и непрофессионально, от таких вещей отучивают в первые годы программирования. Вывод напрашивается сам собой – ограничение на вызов «нелицензированных» Духов является навязанным и в основном игровом мире вызывать их сложно, но можно. Главное – разобраться, как это делается.

Радовало то, что в Небытии эликсиры восстановления Жизни действовали так же эффективно, как и везде. Выпив четыре бутылки, делая заметку на будущее обновить свой стеклянный арсенал, собранный под игрока 160-го уровня, я осторожно двинулся вдоль тропы. Таймер неумолимо двигался к нулю.

Тропинка казалась бесконечной. Я уже не обращал внимания на пропасть по краям, двигаясь вперед довольно быстрым шагом, как внезапно увидел ответвление. Вернее, вторую тропинку, под острым углом соединяющуюся с моей, и медленно бредущего по ней полупрозрачного орка с кислой мордой. Одетый в мешкообразный серый балахон, орк двигался неспешно, нехотя переставляя ноги, словно его что-то подталкивало вперед. Тропинки выровнялись, позволяя детальней осмотреть орка. Ни единой эмоции, ни единого взгляда в сторону – на лице идущего рядом со мной существа была нарисована безразличность, смешанная с усталостью и принятием своей судьбы. Судя по мускулам, орк был воином, возможно, хорошим, однако это не спасло его от Небытия. Нашелся кто-то более сильный. Я не смог удержаться и дотронулся до плеча плетущегося существа. Вернее, хотел дотронуться, так как моя рука прошла сквозь орка, словно он был проекцией. Призраком. При этом призрак никоим образом не отреагировал на такую бестактность, медленно приближаясь к точке объединения тропинок. Меня для него не существовало.

Щаз!

Система вновь радостно сообщила мне, что Духам не место в Небытии, я проходил сквозь призрака, как шикарная топ-модель среди толпы ботаников – не встретив никакого сопротивления. Орк не реагировал ни на один мой жест, ни на размахивания руками перед мордой, ни на крики, ни на нелитературные выражения. Имитатору вообще было наплевать, что я верчусь ужом, стараясь его хоть как-то растормошить. Он шел к одной, ему ведомой цели где-то далеко впереди, сводя все мои старания на нет.

Щаз в квадрате!

Конструктор встретил меня светом и радостью предстоящей работы. Унылый и попсовый функционал. Найдя среди рецептов «Благословенный лик Элуны», я объединил его со слитком Императорской стали, так как Мрамора ни в мешке, ни в почте не было. Моя идея была проста, как медная монета Барлионы – создать Амулет Младшей послушницы и нацепить его на призрак. Других вариантов, как можно хотя бы поговорить с орком, у меня не было.

Недостаточно ресурсов для создания «Благословенного лика Элуны». Убедитесь, что в вашем личном мешке есть 1 единица Мрамора.

Вот теперь я действительно разозлился… Нет ресурсов?! Как можно творить, если Корпорация закрыла любую попытку нестандартного действия? На все искать рецепты? Щаз в кубе!

Я не могу создать подвеску, так как у меня нет Мрамора и, забегая вперед, Медных слитков. Я не могу создать новый лик Элуны из, положим, Императорской стали, так как у меня на это физически не хватит времени. Зато я могу другое!

Догнав успевшего отойти от меня призрака, я вновь открыл Конструктор и со злорадной ухмылкой создал проекцию орка. Если меня заставляют работать по правилам, значит, так тому и быть – буду по ним работать. Только правила будут моими!

С помощью «Изменения сути» я вживил в грудь орка лик Элуны, немного подумал, открыл рецепты Кузнечного дела, нашел в них самый простенький меч, добавил его проекцию орку в руки, посчитав, что негоже воину умирать без меча, после чего закрыл глаза и представил, как вся эта конструкция воплощается в реальность. Находись я в обычном игровом мире, такие действия создали бы мне простую статую, хрупкую и недолговечную, так как в ее производстве не были задействованы способности Скульптора. Но в Небытии должны быть свои законы…

– Не-е-ет! – дикий вопль орущего существа разорвал окружающую тишину в клочья. Я открыл глаза и увидел обретшего плоть орка, стоящего на коленях, закрывшего глаза, орущего, как огромная армия слонов, и при этом сверкающего, словно сверхновая звезда. Исходящий от орка свет не слепил, поэтому я видел, как окружающее пространство на несколько мгновений избавилось от тумана. Внутри все похолодело – сотни, нет, тысячи тропинок объединялись и переплетались, устремляясь к огромной скале у самого горизонта. По тропинкам плелись животные, монстры, двуногие существа, рыбы… Огромная армия тех, чей век в Барлионе подошел к концу, и кто направляется к последней своей остановке – точке полного покоя.

Свет иссяк, возвращая туман. И одновременно с этим прекратил орать орк. С металлическим лязгом на камни упал взявшийся из ниоткуда меч. Орк быстрым движением схватил его, резко встал, обернувшись в мою сторону.

– Свободный! – с ненавистью выплюнул он, и карие глаза стали медленно наливаться кровью. – Боги сжалились надо мной и подарили возможность отомстить!

Не позволяя мне хоть что-то ответить, орк ринулся вперед, занося меч над головой и желая раскроить меня на два маленьких симметричных Шамана. С одной стороны, 120-й уровень был мне не особо страшен, с другой – свирепое лицо орка вгоняло в дрожь.

– Тьфу ты – призрак! – горько выплюнул обретший плоть орк, когда его меч прошел сквозь мою руку, рефлекторно выставленную для защиты, не причинив никакого вреда. Желая убедиться, что я проекция, орк толкнул меня рукой, ногой, однако результат был аналогичным – мы находились в разных пластах реальности. Зато могли говорить!

– Ты, вообще, кто? – задал я, казалось, простой вопрос, приведший к неожиданным результатам.

– Говорящий призрак! – На грозном лице орка появилась непередаваемая гамма чувств, начиная от шока, заканчивая испугом, после чего он высоко подпрыгнул, на мгновение скрывшись в тумане. Вернувшись обратно, орк грузно рухнул на тропу и испуганно начал ползти от меня, пробуксовывая на камнях, с каждым мгновением приближаясь к краю.

– Отставить ползать! – проорал я грозным голосом, руководствуясь тем, что орк наверняка является воином, привыкшим выполнять приказы. – Равняйсь! Смирно! Доклад по форме: кто, откуда, куда, зачем?! Выполнять!

Мелькнуло сообщение о повышении шкалы Харизмы на несколько процентов, однако особой радости это мне не принесло:

– ЧТО?! – взревел орк, вскакивая на ноги. – Не бывать тому, чтобы Свободная собака отдавала мне приказы!

– Спокойно, воин, – примирительно выставил я вперед открытые ладони, выключая режим командира. – Никто тебе отдавать приказы не собирается. Если бы ты продолжил ползти, то свалился бы за край. Ты вообще кто?

– Лживые речи Свободного не найдут почвы в моей душе! – Никого не слушая, орк еще раз попробовал проткнуть меня мечом, однако вновь убедился – мы являлись призраками друг для друга.

– Ладно, делай что хочешь! – Когда до меня дошло, что нормально поговорить с этим существом не удастся, я махнул рукой и отправился дальше по тропе. Мне нужно найти стражников.

– Стой! – Мне удалось отойти всего на несколько десятков метров, как послышался грузный топот орка и он, пробежав сквозь меня на несколько шагов вперед, остановился и развернулся ко мне лицом. – Где я? И что это за существо?

– Вообще-то, этот вопрос мне хотелось задать тебе самому, – удивленно отреагировал я на слова и жест воина, указывающего на скрывающуюся в тумане соседнюю тропинку, по которой полз круглый, весь изъеденный язвами монстр. Я полагал, что пришедший в себя воин поможет мне разобраться с устройством Небытия и его правилами, однако орк сам ничего не знал. – Расскажи, что ты помнишь из последнего?

– Огонь, – выдавил из себя орк. Лицо воина превратилось в плацдарм внутренней битвы между ненавистью ко всем Свободным и жаждой общения, пускай и с непонятным существом, которая поможет погасить пламя страха перед неизведанным. Победила жажда. – Свободный огненный Маг мимоходом сжег мое подразделение, стоявшее на защите деревни. Затем появился ты, этот туман и тропа. Где я?

О! Так мне попался не простой воин, а командир какого-то подразделения? В таком случае его Имитатор должен быть достаточно продвинут, чтобы начать бороться за выживание. Если это вообще разрешено местными алгоритмами.

– Мы в Небытии, – после моих слов на лице орка вновь появилось выражение полной безысходности и принятия судьбы, поэтому пришлось его хоть как-то взбодрить. – Я пришел сюда для того, чтобы забрать шесть погибших душ и вернуть их обратно в Барлиону. Если есть желание, могу забрать тебя с собой. Сможешь утихомирить свою ненависть к Свободным?

Вообще не знаю, зачем мне сдалось это существо. Орк, не любит игроков, всего лишь 120-й уровень, таких, как он, в любой деревне можно нанять дюжину за пару золотых, еще и сдачу требовать. Однако я стоял перед орком и ждал его ответа. Как говорил один писатель древности: «Мы в ответе за тех, кого приручили». В моем случае – создали. Или воплотили. Не важно.

– Ты не похож на Свободных, – после длительного раздумья изрек орк. – Ты другой.

– Это можно расценивать как «да»? – уточнил я. Орк не ответил, но по тому, что его глаза приняли карий цвет, решение было принято. Кому-то важно было сохранить свою гордость.

Для того чтобы обезопасить себя в будущем, я выделил орка и предложил ему вступить в группу. Вдруг нам придется сражаться? Войдет это чудо в состояние берсеркера, круша врагов направо и налево, еще и меня ненароком зацепит. Это сейчас мы находимся в разных плоскостях реальности, кто знает, что нас ждет у скалы?

– Дракон?! – по Небытию раздался удивленный возглас орка, вызывая у меня ухмылку. Да, я такой, бойтесь меня. Едва ли не впервые мне пришлось пожалеть, что особенностями локации запрещена съемка – красочное выражение удивленной темно-зеленой морды смотрелось забавно. Лицевые мышцы орка вытворяли такое, что становилось даже страшно – как бы у него не заклинило челюсть.

– Все существа, – я указал рукой на тропу, по которой когда-то полз круглый монстр. Пускай там сейчас никого не было, орк должен понять, о ком идет речь, – как и ты раньше, двигаются прямо по тропе. Впереди находится огромная скала, которая может быть даже не скалой – огромным насосом, притягивающим к себе души умерших. Нам туда.

– В таком случае, если пойти обратно по тропе, то можно выйти в Барлиону? – орк подтвердил, что его Имитатор относится к довольно продвинутой версии. Он хотел выжить.

– Возможно, только проверить это я не могу – вначале поиски. Как отсюда выбираться, решим после того, как отыщем всех, кто мне нужен. Ты со мной? Или отправишься назад?

– Гердом Стальная секира не предает союзников, кем бы они ни были! – горделиво выпятил грудь орк, устремив взор в сторону скрытой туманом скалы. Если я правильно понял посыл НПС – мы идем вдвоем.

Само путешествие к скале запомнится мне надолго. Не столько от страшного вида обгоняемых нами монстров и существ, сколько от безысходности, написанной на их лицах или мордах. Призраки уныло брели к неведомой цели, и чем ближе мы подходили к скале, тем больше я переживал за Гердома. Что, если его засосет в скалу? Получится, что зря его оживлял. Мне, как автору, обидно, когда созданный предмет уничтожается.

– Махан?! – удивленный возглас знакомого голоса разнесся по всему Небытию, заставив орка принять боевую стойку. Я на автомате попробовал положить Гердому руку на плечо, предлагая успокоиться, вновь встретив на своем пути лишь воздух. Мы по-прежнему были в разных пластах реальности.

– Кондратий? – осторожно спросил я, не веря собственным ушам. Через несколько мгновений в тумане показалась тень, постепенно обретая форму медведя.

 

– Ты же стал человеком? – вырвалось у меня, когда я понял, что огромный медведь и Принц Малабара – одно и то же лицо. Причем на несколько голов выше застывшего с мечом орка.

– Все правильно, – подтвердил медведь, запустив обратную трансформацию. Волосяной покров втянулся внутрь туловища, явив свету абсолютно голого и сморщенного медведя, после чего тело начало сжиматься само в себя, заставляя суставы оборотня выкручиваться неестественным образом. Не очень приятное зрелище, особенно для неподготовленного существа, поэтому я не удивился, когда услышал воинственный крик Гердома, прыгнувшего на превращающегося оборотня с занесенным мечом. От удара меча по камням разлетелись искры, орка по инерции развернуло, и он едва устоял на самом краю тропинки, «войдя» половиной туловища в Принца Малабара. Эти двое были тоже в разных пластах реальности.

– Какой нервный у тебя друг, – заметил Кондратий, окончательно приняв человеческий облик. Не обращая внимания на мелькающий перед глазами и проходящий сквозь туловище меч никак не успокаивающегося Гердома, оборотень подошел ко мне и приветливо протянул руку в знак приветствия. Жест был настолько естественным, что я на автомате ответил на рукопожатие.

– Ты не принадлежишь Небытию, – заметил супруг Тиши, улыбаясь от вида моего ошарашенного лица. Для меня Кондратий был реальным!

– Какого…? – блеснул я красноречием.

– В Серых землях нельзя долго задерживаться, – начал пояснять бывший оборотень, правильно поняв мой вопрос. – Все, на ком стоит метка смерти, через месяц попадают в Небытие. Оставшееся время мы проводим здесь, причем в той форме, в которой погибли. Человеком я стану, когда вернусь обратно в Барлиону, мне осталось недолго. Как там Тиша?

– Вроде нормально, – пробормотал я, все еще не придя в себя. Слишком все было неожиданным. – Гераника вернул ее мать, поэтому сейчас Тиша наверстывает упущенное время, общаясь с ней и заново привыкая к наличию двух родителей.

– Ее мать была жива? – удивился Кондратий, из-за чего мне пришлось пересказать события недавнего прошлого.

– Смотрю, ты по-прежнему не сидишь на месте, – усмехнулся Принц, как только я завершил свой рассказ. – В таком случае, пора приступать к делу. Меня послали к тебе на переговоры.

– На переговоры? – удивленно переспросил я. – Кто?

– Начальник всего этого безобразия, – Кондратий жестом указал на окружающий нас туман. – Тот, кто поглощает души всех умерших существ. Тот, у кого ты хочешь урвать часть его заслуженного лакомства. Сын Верховной Жрицы Элуны – очень вкусная добыча. Даже боюсь спросить, как тебя угораздило ввязаться в это дело. Меня послал к тебе Прислужник Хаоса.

Судя по тому, что Кондратий не смог сдержать смеха, глядя на мое лицо, выражение на нем было красноречивым. Если я слово в слово не перескажу Анастарии все, о чем здесь будет сказано, она меня живьем съест! Почему камеры не работают?!

– Как ты знаешь, Барлиона не уникальна. Это всего лишь один из многих миров, крутящихся в бесконечности. У каждого мира есть свой Создатель, зачастую у нескольких миров он един, но разве ты никогда не задавался вопросом – кто создал Создателей? Кто явился отправной точкой всего сущего? Теперь ты знаешь ответ – Хаос. Самодостаточный, единый, включающий в себя все, существовавший всегда, Хаос решил поиграть, структурировав часть себя и сковав эту часть созданными собой же законами. Существо с абсолютной властью сотворило Создателей, имеющих право создавать миры, после чего стало терпеливо ждать, когда эти миры вернутся к нему обратно. Каждое погибшее существо, на котором не стоит метка смерти, возвращается обратно к нему, принося с собой удовольствие и радость воссоединения.

– Откуда ты все это знаешь? – удивленно спросил я. Ранее мне не доводилось настолько глубоко погружаться в историю Барлионы, и теперь вся информация впитывалась моим мозгом, как вода губкой.

– В нескольких километрах отсюда находится портал поглощения. Частичка Хаоса, в которую попадают погибшие. Портал забирает всех существ, кроме отмеченных метками. Нам и остается, что бродить, общаться и делиться информацией. Пять месяцев ничегонеделанья сводят с ума, если не разговаривать. Но есть счастливчики, у которых срок возрождения короткий. Недавно познакомился с одним таким – босс Подземелья, Гигантский Богомол. Попадает сюда каждую неделю, он рассказал, что после возрождения мы не помним ничего о Небытии. Смерть, тьма и новая жизнь – это все, что останется в памяти. Зато вернувшись сюда, мы вновь обретаем память целиком. Такой вот жизненный круговорот информации.

– Что хотел от меня Прислужник? И почему переговоры, а не требования? Кстати, глупый вопрос, наверно, почему ты? Это существо возникло у тебя на пути и сказало – иди к Шаману, начни переговоры?

– Я… Нет, все было… – Кондратий замешкался, захлопал глазами, стараясь понять, отчего он предстал передо мной, даже отступил на пару шагов назад, словно я мог наброситься на него.

– ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ДОЛГО РАЗГОВАРИВАТЬ СО МНОЙ! – прозвучал ответ, уронивший меня на колени. Все параметры и характеристики устремились к нулю, застыв на отметке 10 %, и я едва ли не впервые с момента игры в Барлиону пожелал мира и удачи неизвестному технику, настроившему мою капсулу на игру без боли.

– Я понял, – прохрипел я, вливая в себя стремительно уменьшающийся запас зелий на Жизнь.

– Прислужник Хаоса знает, что тебе нужно. Шестеро призраков медленно, но уверенно двигаются к своему последнему пристанищу. Времени практически не осталось. Тебе предлагают сделку – ты выполняешь два поручения и забираешь призраков с собой.

– ?..

– Махан, пойми, это не я придумал. Мало того, я ничего не буду помнить, когда вернусь в Барлиону, поэтому решай сам. Первое, что тебе нужно сделать, – принести в жертву это существо. – Кондратий указал на Гердома. Орк напрягся. – Просто столкни его с тропинки. Он вернется туда, откуда ты его вырвал. Если ты примешь форму Дракона, то сможешь его коснуться.

– Понятно, – протянул я. – Что со вторым заданием?

Кондратий вздохнул, набираясь сил, после чего выпалил:

– Тебе нужно возместить каждую похищенную душу. Принести жертву. По тысяче смертей за каждого.

– Что?!

– Для того чтобы тебе было легче выполнить это задание, – продолжил Кондратий, закрыв глаза, сжав кулаки и нехотя выплевывая слова. – Прислужник передает тебе координаты Ликвидатора. Тебе нужно настроить его и уничтожить необходимое количество городов. Маги не ждут атаки еще два года, поэтому проблем у тебя не будет.

Маги, два года, города… Словно по щелчку мозаика сложилась в четкий рисунок. Ликвидатор – это устройство, раз в пятьдесят лет создающее темный туман, о котором говорил Верховный Маг Анхурса. Устройство для уничтожения городов. Веселая перспектива – прослыть Разрушителем на всю Барлиону.

– Что скажешь? – открыв глаза, спросил Кондратий. – Достойная цена за возвращение шестерых разумных из мира мертвых?

– Нужно торговаться. Десять за одного, – съязвил я, прекрасно понимая, что у меня не получится отправить в Небытие даже одного разумного. Иначе можно сразу же удалять Шамана – Элуна, Император и Властелин такого не простят. Возможно, только Гераника обрадуется моим действиям. Хм… Гераника…

– ТЫСЯЧА! – безапелляционно прогремел громогласный голос, приняв мои слова за чистую монету. Наверно, нужно сделать себе табличку «Сарказм» и доставать ее в правильных моментах.

– Махан! – гневно воскликнул Кондратий, но меня понесло:

– Пятьдесят! Я не прошу вернуть Кармадонта – только он стоит тысячу душ. Все остальные – мелочовка. Тем более стражники! Пятьдесят – это максимальная стоимость.

– ПЯТЬСОТ! – после длительной паузы произнес Прислужник Хаоса. Кондратий и Гердом ненавидяще смотрели на меня, как на последнее существо мира. Но к этому моменту у меня уже был план, и я собирался следовать ему до последнего!

– Только из уважения к представителю создателя всего сущего – сотня. Сотня душ за одного стражника!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru