Мой Иисус Христос

Валерий Владимирович Лохов
Мой Иисус Христос

Прожив в этом, проявленном для человека мире, долгую жизнь, почти каждый скажет:

– Всё прошло одним мгновением, просто вспышкой самосознания.

Старец-мудрец говорит: "У вечности нет времени. Вот и мне его никогда не хватало". Рационалист приведёт доводы аксиомой: "Конечное не может вместить бесконечное".

Интернет, телевидение, радио, газеты и журналы постоянно оперируют такими категориями как: Бог, Христос, Пространство, Абсолют, Высший Космический Разум, Мир, Богочеловек, Творец, Спаситель, Вечность, Природа, Космическое Сознание, Мистерия Бытия Космического, Мироздание, Гармония, Новая эра, Дом отца и многими другими, загадочными и таинственными.

Всё в ближайшем для нас мире подчинено открытой ещё Альбертом Эйнштейном формуле: E=mc2, очень схожей с постулатом Святой Троицы. Пропорции, параметры этого уравнения могут существовать в самых невообразимых величинах, в которых "зарыты" и параметры времени. Все эти текущие преобразования, трансформацию, мы наблюдаем постоянно, не догадываясь и не видя крупномасштабных и довольно мелких событий. Лишь с помощью телескопов и микроскопов расширяется диапазон воспринимаемого. Всё происходящее фиксируется в тонких мирах, пройдя Божественный фотонный фильтр. Откладывается всё и в память каждого живого существа. К сожалению, со временем она растворяется в бесконечных превращениях. На всё, что происходило в прошлом, существует поныне и будет существовать в будущем даже после мощного облучения или удара. Всё это может случиться в любое мгновение. От "Гласа Божьего", по его воле или уже не его, но в "противофазе", другая сила практически не сотрёт информацию, занесённую в воду, землю, камень. Повсюду, где имеются сопротивляющиеся силы электромагнитным, гравитационным, временным волнам. Они модулируются и нашей информацией, разнося её по всей Галактике и даже Вселенной. Но она становится такой слабой, как для человека – писк комара, находящегося за сотни километров. Существует физическое понятие поглощенной и отраженной волны. Это широко известное явление оказывает огромное влияние на человека и его деятельность. Информация в различных формах и количественно концентрируется в местах нахождения таких элементов, как кремний, германий, кварц, индий, галлий. То, из чего изготавливают элементы радиоэлектроники. В том числе и элементы искусственной памяти.

Особое место занимает радиоактивное излучение δ, β, µ, известное человеку. И многие другие, ещё неизвестные, вплоть до результатов исследования колайдером. Эта энергия также излучается в окружающее пространство, вписываясь в общую картину Мироздания. Грядёт время, когда будет изобретено приёмное и передающее устройство, работающее на гравитационных и временных волнах, по примеру А. Попова, изобрётшему радиоприёмник.

Всякий "Глас", "Божья воля", имеют волнообразный, с различной частотой и мощностью, со знаком (+) или (-), в фазе или противофазе, со всеми промежуточными градациями (cos φ), то порождающими, то уничтожающими, пронизывает всё пространство, в том числе и человека. Эта так называемая "Воля Господа" порой могучая и неодолимая Сила. Её невозможно обуздать. Она неоднозначная. Всё зависит от выбранной точки наблюдения. Она может втягивать, выталкивать, менять структуру в соединениях элементов, оставляя отметину, след. Волны как сами получают информацию, так и сами являются её источником, воздействуя на другие. Во многом прав был А. Эйнштейн, исходя из этих соображений. Здесь физическая и религиозная формулировка Мироздания имеют полную аналогию, объясняя одно и то же различным подходом.

Всё в окружающем нас ближнем пространстве управляется Высшими Силами, которые в свою очередь управляются более могущественными. Куда направить вектор своего "Я"? Выбор за человеком. Не напрасно говорится: "Желающего судьба ведёт, не желающего тащит, а сильно желающий сам ведёт судьбу". Пока неясно то, что наш эволюционный путь ведёт к совершенству – Богочеловеку. Но понятно то, что всё что даёт, подкидывает нам Бог, большие и малые трудности, проблемы, – это ступеньки к совершенствованию личности, матрицы к изменению голограмм. Это значит, что все мы также строители, реконструкторы Мироздания. Хотелось бы, чтобы в строительном материале было больше любви, доброты, взаимопомощи, милосердия. Дай Бог Силы, чтобы отфильтровать идущих от лукавого эгоизма, лени, разврата, жадности. Божий дом строится для каждого, бедного или богатого, в котором нам всем жить и спасаться под пока неугасшим Солнцем.

* * *

Со дня рождения Иисуса Христа минуло 2020 лет. Дата его рождения рассчитана святыми отцами Церкви, которые ориентировались на значительные события той эпохи, о которой имеются многочисленные сведения. Это число было принято и не менялось. Иного пути просто нет. Слишком много связано с этой расчетной точкой, которая в настоящее время влияет на жизнь трети земного шара.

Ещё больше веков минуло со дня исхода израильтян из Египта. Событие произошло за 1230 лет до нашей эры. Это 3250 годков до настоящего момента. Долгих сорок лет вёл Моисей своих соплеменников по пустыне Аравийского полуострова, присматривая лучшие земли. Наконец, пришли к земле Ханаан, как тогда называлась Палестина. После ухода вожака в мир иной, большая часть движущихся евреев миновала реку Иордан и завоевала страну. Наконец, осуществилась самая яркая мечта многих поколений – они достигли земли Авраама, божьего избранника, прибывшего туда из Месопотамии со своим хозяйством и людьми.

Иудейское племя осело на территории гористого юга, а иные колена(12) поселились на Севере. Неожиданно для евреев цивилизация хананаев оказалась на высоком уровне. Но было и ужасное. Практиковались жертвоприношение людьми и даже ритуальное убийство. Под их влиянием "сыны израилевы" отстранились от своего бога "Яхве". В 1050 году до нашей эры на хананайский берег высадились войска новых завоевателей с острова Эгиды. Этот народ назывался "филастемляне". Они уже владели секретами выплавки более прочного железа. От них и пошло название «Палестина». Как полагали иудеи, это стало возмездием, карой за богоотступничество. Но прошло время, и народ собрался с силами и поднял против захватчиков восстание. После десятилетней войны захватчики были побеждены, и было создано независимое еврейское царство. Царь евреев Давид избрал столицей ханаанскую крепость Иерусалим, куда, по его указу, был перенесён Ковчег Завета и помещён в храм. По древнейшему обычаю Востока повелитель руками первосвященника обливался из кубка елеем, смеси масла оливы с добавками.

По этой причине их назвали «помазанниками», «мессией», а по-гречески – «Христос» (семя). В 922 году до нашей эры Царство распалось на два: Израиль, Иудея. Шло время, и в 63 году до н.э. Палестину завоёвывают римляне под руководством Помпея, возглавлявшего экспедиционный легион. И вот здесь на арену истории выходит ловкий проходимец из Иудеи, близкий друг захватчиков, Ирод, который римским сенатом в 40-м году до н.э. был провозглашён царём. После этого он стал называться Иродом Великим. По преданиям, в последующие годы его правления и родился Иисус. Но до его рождения оставалось ещё сорок лет. Три года шла война с захватчиками, но противостоять могучей силе обученному военному делу легиону римлян не хватало ни сил, ни умения. К тому времени в Палестине образовалось три провинции: Иудея с центром в Иерусалиме, в её южной части; Самария – в центре и Галилея – на Севере, которая была самой бедной частью. Вот здесь и зарождались восстания так называемых "Зелот", о которых Иосиф Флавий писал: "Там укрывались бродяги, разбойники, плуты под маской божественного вдохновения. Но их цель была одна – преобразования, переворот".

Особый интерес представляет Ковчег Завета. Этот загадочный предмет играет ключевую роль в зарождении и дальнейшем становлении христианства, с течением времени ставшего одним из мировых верований. Описание указаний Бога (Яхве) по его изготовлению, сам процесс, материалы, результат, занимают в Ветхом Завете особое место, и они довольно объёмны. На этой базе строятся дальнейшие изложения деяний выходцев из Египта. Речь пойдёт не о тех двух первых скрижалях, изготовленных Моисеем по воле и указаниям Бога, которые он разбил, будучи в гневе на свой народ при виде того, как он поклоняется золотому тельцу (Бычку), подражая египетскому богу Апису. Много людей в Моисеевском стане евреев было убито за этот грех(три тысячи). Так ли это происходило на самом деле? Не вымысел ли это переписчиков? Или что-то не договаривают? Умышленно. Моисей был мудрым человеком и был близок к Богу. Неужели он разрешил это вопрос не словом, а мечом и копьём? Да за это его самого бы убили соплеменники, уже отошедшие от многих заповедей, в том числе и "не убей". Многие отвергают этот эпизод, который неплохо просматривается с позиции настоящего, текущего периода времени, когда виден огромный практический результат деяний этого народа. Никаких убийств под руководством Моисея не свершалось. Конечно, у людей эквивалент концентрации ценностей в виде золота был, это естественно. А понадобилось оно ему для постройки Ковчега Завета. Это коллективное золото применили для изготовления Ковчега и переносной синагоги – скинии. И не только золота. А тельца в виде маленького бычка положили рядом со скрижалями. Первосвященники всех времён видели это, но помалкивали для общественности.

И всё это веками впитывалось в сознание, кровь народа, который был вынужден вести практически двойную жизнь. Да ещё к этому веса добавляли два херувима, установленные на крышке Ковчега. Новые скрижали Моисей изготовил на горе Синай. Эта гора до наших дней считается странной. Над ней часто сгущаются тучи, сверкают молнии, и летают огненные шары, наводя на людей божественный страх и почитание неизвестного.

… и сказал Бог Моисею изготовить ковчег, который необходимо установить в скинии за занавеской, сразу после помещения, где установлен жертвенник…

… сделать ковчег из дерева ситтим длиной в два локтя с половиной, шириной – полтора локтя. Обложи его чистым золотом внутри и снаружи. Вылей четыре золотых кольца и утверди их на четырёх нижних углах. И вложи шесты в кольца. Сделай крышку из чистого золота и на ней двух херувимов по краям крышки. В ковчег положи Откровение. Изготовь жертвенник из чистого золота, и щипцы, и лотки. Приготовь одежды: ефод из листов золота. Вставь в него четыре ряда камней по три: рубин, топаз, изумруд. Во второй ряд: карбункул, сапфир, алмаз. В третий ряд: яхонт, агат, аметист. Камней 12, по числу сынов (колен) израилевых…

 

Всё изготовил Моисей, как велел ему Бог. Взяв инструмент, взошел на гору Синай, где взял нужные камни и изготовил две скрижали с откровениями Бога, с которым он общался (не видя его лица?!). Надо полагать, что одна из скрижалей была с выбитыми на ней заповедями, другая – из материала, имеющего мощное излучение. Она обрабатывалась из материала, указанного Богом, и ложилась на дно ковчега. Поверх ложилась вторая, с заповедями, которая под воздействием первой, излучала в пространство волны, модулированные текстом заповедей, таким образом воздействующих на умы людей. Когда над скинией поднималось "облако", евреи разбирали маленький храм, и сыны израилевы отправлялись далее в своё путешествие, ведомые Моисеем.

На горе Синай Моисей написал всем известное десятисловие – заповеди. По возвращению его встретил брат Аарон. После разговора с ним Моисей закрыл своё лицо покрывалом. Пишется, что оно "сияло". Был ли это сам Моисей или его двойник, уже никто не скажет. Возможно, что тело его находится на горе Синай. Невозможно сорок дней находиться без воды и пищи. Говорится в преданиях о том, что тело самого великого пророка погребено в долине земли Маавитской, напротив Веффегора, неподалёку от Иерихона. Было Моисею на то время сто двадцать лет.

О силе и мощности воздействия ковчега на окружающее пространство говорят за себя ряд интересных случаев. Когда его несли носильщики, то он мог их поднять и переместиться, а то начинал просто скакать, удивляя окружающих его людей. А когда подошли к городу Иорохиму, его шесть раз обнесли вокруг города, а когда затрубили трубы, стены города разрушились, и его захватили. Во время сражения израильтян с захватчиками филастимлянами для поддержания боевого духа левиты вынесли ковчег на поле битвы. Но они были разбиты, и ковчег оказался в руках захватчиков. Те были довольны добычей и отнесли ковчег в капище своего бога Дагона. На следующий день они обнаружили, что их идол повержен, а в городе вспыхнула эпидемия страшной болезни. На полях и в садах появилось множество мышей и крыс, которые уничтожали все посевы. Они забеспокоились и перенесли ковчег из Азота в Гефу. Но и там люди начали болеть страшной болезнью, а затем начался массовый мор. Перенося его с места на место, они получали одно и тоже. Нигде не прижился ковчег. Жрецы посоветовали вернуть его хозяевам. Так и сделали. Его поставили на колесницу, в которую впрягли коров, они и доставили его израильтянам.

Ковчег хранился в храме Соломона в Иерусалиме. В 687-642 годах до н.э. он таинственным образом "исчез". Объявил об этом иудейский царь Манассия. Когда в 586 году до н.э. вавилонский царь сжёг Иерусалимский храм, они его там не обнаружили. Его успели надёжно спрятать. Священники крепко знали своё дело. Эта тайна остаётся мистерией до нынешних дней.

* * *

Первосвященник Иерусалима Иосиф Кайофа в этот день поднялся ранним утром. Проснулся много ранее привычного подъёма, ещё до восхода Солнца. Но так более и не заснул, ворочаясь с боку на бок. Его встревожил сон, который был до того ярким и почти реальным, что как ни пытался он прогнать его в глубины памяти, не получалось. А приснилось ему огромное облако, плывущее прямо на него. Нет сил, оторвать от него завороженного взгляда. Вот-вот оно накроет его и втянет в свои недра. Но этого не случилось. Облако остановилось перед ним, и из него протянулись руки, на которых восседал младенец, держась маленькими ручками за пальцы. Младенец улыбался Иосифу очаровательной детской улыбкой, словно безумно радуясь увиденному бородатому дядьке. Он даже разглядел ямочки на его детских щечках. На душе у Иосифа становится тепло, словно божья благодать разлилась по его естеству, проникнув в каждую клеточку довольно объёмного тела.

«Кто же ты? – успел подумать он. – Кто твои родители?».

И в этот самый миг сон исчез, уступив место быстрому побуждению и серому рассвету в окне.

«Пророческий сон, – подумал он. – Пора вставать, сегодня Пасха. Дел предстоит переделать великое множество».

Хотя предстояло поработать во славу Бога, привычка не торопиться сохранилась даже в такой важный день. Кряхтя, Иосиф встал с постели и, сунув ноги в мягкие сандалии, направился в туалетную комнату.

«Не взял я младенца в свои руки, – рассуждал он, шаркая деревянными подошвами о пол, – не мой будет дитя. Чей же тогда станет?!».

Вышедшего из своей спальни Иосифа встретили, по обычаю, служители храма, левиты, которые повели первосвященника оболокаться в праздничные одежды.

– Как мои дети? Здоровы ли они? – спрашивает он старшего из них.

– Здоровы, ваше первосвященство, здоровы все.

– Ну и слава Богу. Вскоре увидимся.

– Царь наш прибудет к обеду, – сообщает левит своему повелителю.

– Я всегда рад приезду Ирода и его семейства. Надобно организовать достойный приём. Так что постарайтесь на славу.

– Всё будет исполнено. Постараемся.

Немного лукавил Иосиф. Царя Иудеи Ирода он в душе просто ненавидел, как и множество других из числа паствы. Но этикет требовал уважительного отношения к монарху, получившему прозвище от льстецов и подхалимов «Великий». Да и было за что. Это был очень честолюбивый человек, погрязший в грехах и одержимый страстями. Интриги, женщины, войны стояли на первом месте и были смыслом его жизни. Он очень почитал своего покровителя, цезаря Августа за его поддержку, а также принимал участие в ремонте и перестройках Иерусалимского храма, чем гордился, вкладывая большие средства, превратив его чуть ли не мировое достояние. Однако ему повсюду мерещилась измена. Даже свою жену Мариам казнил. Не пожалел и своих сыновей от Мариам, Александра и Аростабула, которых по доносу казнили в Самарии. На этот момент Ироду уже было более шестидесяти лет, но он ещё был полон сил и с завидным постоянством строил и исполнял зловещие, далеко идущие планы, и иные поганые намерения. Как обычно, сам Ирод и три его сына, Архелай, Антипа, Филипп, выехали из своих дворцов и направились к первосвященнику.

Вскорости с помощью левитов Иосиф облачился в праздничные однажды, ефод, и приступил было ожидать прибытия гостей. Но неожиданно вспомнил, что пришла пора пообщаться с Богом.

– Принесите ключи от скинии, – приказал он левиту-ключнику, – да не задерживайтесь там.

По древнему обычаю так они называли место хранения священного Ковчега Завета. Раз в году посвящённый в тайну заповедей, идущих ещё со времён Моисея, открывал двери и в одиночестве входил в самую потаённую комнату. Даже левиты, служители храма, не имели права входа. Но дело ещё в том, что ключи от самой потаённой комнаты не всегда хранились под подушкой у первосвященников, а их охраняла стража храма, руководимая старшим левитом.

Навстречу Иосифу идут две юные девушки. Лицо его становится приветливым. Это была его дочь Мариам (официально Мариам-бат-Бильга), и вторая, совсем юная красавица Мария, более похожая на сирийку, взятая в дом первосвященника на услужение. Девушки быстро нашли общий язык, подружились. Часто бывали вместе, делясь друг с другом женскими секретами и тайнами, каких в храме хватало. Отец очень любил своё чадо.

– Здравствуй, папа, – приветствовала его дочь.

– Доброе утро, – произнесла Мария.

– Как ваше здоровье? – интересуется Мариам.

– Всё хорошо, родная. Чего и вам желаю.

– Жду к обеду, не опаздывай, – произнёс Иосиф и направился далее. У большой, из кедра двери, обитой узорами чеканки из золота, его уже поджидал старший левит, Иисус Миха.

– Отворяй, – приказал Иосиф, – и помоги мне переодеться.

По древнему канону необходимо входить одному, но Иосиф иногда позволял себе небольшое отступничество. Переодевшись в ефот, обшитый листовым золотом, на груди которого сверкали двенадцать рядов камней, он откинул полог, и они вошли в следующую комнату.

– Разжигай, – приказывает Иосиф своему спутнику.

Левит уже знает своё дело. От прихваченного с собой светильника зажигает огонь в жертвеннике. Молча, уже отработанными движениями запаляет огонь. Молча кладет в сосуд "снадобье" и ставит на огонь.

– Можешь уходить. Вернёшься вскоре. Не задерживайся.

Откланявшись, левит удаляется, оставив своего начальника в одиночестве, наедине со своими мыслями и Богом. Дым из кадящего лотка наполняет комнату приторным ароматом. Через несколько минут он рассеялся, прояснив мысли и внутренний взор Иосифа.

– Пора, – решил он, и, подняв полог, прикрывающий вход, вошел в святую святых. Сразу почувствовал непорядок. За многие годы пребывания в своей должности он не единожды входил сюда и помнил каждую мелочь. Он ужаснулся содеянному. Золотая крышка ковчега, с двумя херувимами по краям, отсутствовала. Исчезла и часть листового золота, покрывавшего ещё и комнату. Снят драгоценный металл с части стены и потолка. Несмотря на "обкуренность" и близость к Богу, в его голове всё перемешалось, мысли захлёстывали одна другую. Он уже было услышал и почувствовал Бога, но на него накатил поток страха, даже неверия в случившееся. Разум его помутился. С минуту-другую он приходил в себя, пытаясь осознать случившееся.

– На всё воля моя! – неожиданно, громко и внятно он услыхал уже знакомый голос. – Ты так сильно не переживай. Сам знаешь, что ни делается – всё к лучшему. Грядёт время, и все поймут, что это не напрасные жертвы. Поймёшь это и ты.

– Как мне поступить? Искать ли злодея, кто украл золото?

– Не отыскивай никого. Так надобно. Окупятся во много крат эти потери.

Встав на колени, Иосиф произнёс:

– Я всё сказанное тобой уразумел. Но ковчег в любой момент может пустить Святой Дух. По моим подсчётам – скоро. Для всех нас это опасно. Мы не погибнем?

– Не переживай, Иосиф. Человек стоит на пороге новой эпохи. Даже ты станешь свидетелем её начала. А мой "заклад" сегодня ночью сработает. Следующего ты не увидишь. Пройдёт слишком много времени. Такова природа моих камней. А теперь ступай, у тебя будет много дел.

Вышел Иосиф уже с ясной головой. Умыв руки и лицо, снял одеяния и облачился в свой рабочий ефод.

Немного придя в себя, он направился принимать свой завтрак. В комнату вошёл старший левит и доложил:

– Для охраны храма на время проведения Пасхи прибыло две сотни римских солдат. Сотники пожелали вам представиться, согласовать действия и получить указания.

– Какие указания, Иисус?! Просто просьбу.

Изменился в лице левит, но смолчал. Не испытывал любви к захватчикам Иосиф. А что делать? Приходится терпеть их присутствие и унижение.

Требовалось приветствовать их при встречах. Да и кормить необходимо этот проклятый легион. Вот и сегодня две сотни легионеров ложатся на его заботу и попечительство. А мужчины они здоровенные, прокорму надобно немало.

– Приглашай их сюда, – приказывает Иосиф левиту.

Входят два командира в форменной одежде, вооружённые своими короткими, стандартными мечами. Латы начищены до блеска. Даже не снимая с голов сверкающих пернатых шлемов, предстали перед Первосвященником, который узнал в них своих старых знакомых, Корнелия и Пандору. В прошлую Пасху они своими сотнями уже охраняли общественный порядок совместно со своей, храмовой охраной. Пандора командовал сотней, одетой и вооружённой по штату, а Корнелий – своей, переодетой в гражданскую одежду и вооружённой секариями (ножами). Люди его сотни растворялись с толпой и при появлении или обнаружении зачинщиков беспорядков, просто убивали их своими жуткими ножами.

Склонив голову и приложив руку к груди, Иосиф поприветствовал командиров:

– Приветствуем представителей Великого Рима. Присаживайтесь к столу. Небось, устали с дороги.

Сняв шлемы, командиры уселись за стол. Долго упрашивать не пришлось. Подозвав ближайших слуг, он попросил покормить своих важных то ли гостей, то ли хозяев. Оба сотника, словно на подбор, высокие, сильные, молодые мужчины со смуглыми лицами и тёмными глазами, наводящими на мысль об их греческом происхождении. На службе не так давно, года три-четыре.

– Как расположились у нас? Какие указания получили от перфекта? – первым начал деловой разговор Иосиф.

– Солдат разместили ваши левиты, – ответил Корнелий, – главное, чтобы всех и хорошо кормили.

– Этого не забудут, – Иосиф улыбнулся и продолжил, – я распоряжусь, чтобы кормили три раза в день.

– Это нас устраивает, – согласился Корнелий.– А мы с Пандорой будем питаться у вас. Вы не против такого?

 

– Нет-нет. Мы всегда будем рады видеть вас в нашем доме.

В это время вошли девушки, Мария и Мариам, неся на подносах посуду. Они расставили чаши и кубки перед Иосифом и его гостями. Следом ещё трое левитов принесли кушанья. Взгляды Марии и Пандоры встретились. Ещё юная, не искушённая любовью девушка всё же догадалась, что она понравилась этому молодому мужчине. Но этот пронзительный взгляд не пробил сердце юной красавицы. Дело заключалось в том, что самый первый день своего появления в храме она влюбилась в старшего левита, Иисуса Миху. С первого взгляда и очень крепко. Как ей показалось, бесповоротно и навсегда. Наивная ещё, не осознающая пока того, что любовь человеческая бывает приходящей и уходящей, порой не оставляя даже следа, а иногда оставаясь рубцом или раной на сердце на всю оставшуюся жизнь. Порой неотвратимые обстоятельства бывают сильнее огромной и даже взаимной любви. Но сегодня молодые люди любили друг друга и не думали о том, что с ними случится завтра. А это знает один бог, и то с большими сомнениями. Молча, по-военному довольно быстро, сотники управились с едой.

– Какие будут указания? – спрашивает устроителей порядка и гарантов безопасности Иосиф.

– Мы сами знаем, что нам делать. А вам самое главное не забывать нас кормить, – напомнил Пандора.

– Народу соберётся сегодня множество. После обеда можно заступать. Галиляне прибыли во множестве. За ними надобно следить особо.

– Знаем этих разбойников. Надеюсь, не просмотрим.

– Ну, ступайте с богом, – проводил Иосиф своих гостей. – Приходите к ужину.

Сотники молча удалились, оставив первосвященника наедине со своими мыслями. Подошла Мариам, чтобы уточнить насчёт обеда.

– Готовьте царские блюда для приёма самого царя с сыновьями. Да и челядь с ним. Персон на десять готовьте.

В помещениях храма всё задвигалось, засуетилась челядь, замелькали слуги, рабы с посудой и припасами. Послышались громкие команды и окрики.

– Ваше Первосвященство, прибыл царь со своей свитой, – доложил зашедший в покои Иосифа левит.

– Дай ему с дороги отдохнуть, умыться, а затем проводи к столу, будем обедать.

– Слушаюсь, ваше Первосвященство.

Успел Иосиф ещё до обеда провести службу в храме перед людьми, которых собралось великое множество не только из Иудеи, но и из Самарии, и даже Галилеи. Для всех Пасха – великий праздник, и многие желали принять в нём участие. Кто с великой радостью в сердце, кто просто по традиции. Здесь можно вкусно поесть, попить, послушать речи умных и уважаемых людей, книжников. Среди этой пёстрой толпы людей сновали фарисеи, сгорбившись и втянув головы в плечи, саддукеи с гордо поднятой головой. Множество всяких глашатаев, юродивых, мытарей и даже Мессий, пророков. Немало среди них и "зелотов" – из организации, люто ненавидящих римлян и их соглашателей среди своих.

За всей этой разношерстной толпой необходимо неустанно наблюдать, следить за подозрительными личностями. Все боялись нового восстания, начинающегося с беспорядков, как случалось уже не раз. Грозный вид вооружённых римских легионеров отрезвлял буйные головы. Зелоты (сикарии) действовали быстро. Выследив нужную жертву, пускали в ход смертоносные кинжалы, которые прятали под полой одежды. Не лучшими были и римляне, переодетые в одежды мирян и также вооружённые кинжалами. Если обстановка угрожающая, люди ропщут, ожидая прихода Мессии, тогда весь гарнизон римлян из крепости перемещался в город, обеспечивая спокойствие и порядок.

Юная Мария привлекала взгляды многих мужчин. Её тёмные, большие глаза прекрасно сочетались с правильным, чуть крупноватым носом. На смуглой коже лица пробивался румянец, свойственный юным девушкам. Такое внимание иногда смущало её до покраснения. Но постепенно она привыкла к такому вниманию и почти не реагировала. Особенно после того, как сама влюбилась в левита. Конечно, и сам Иисус Миха ответил взаимностью и потянулся всем сердцем к этой юной девушке. Он также чувствовал, что небезразличен и ей.

Приезд царя Ирода доставил немало хлопот служителям храма. Ближе к вечеру Мария буквально валилась с ног от усталости. Она несколько раз за день пересекалась со своим любимым, который одаривал её таким взглядом, что Мария была счастлива так, как будто они увиделись первый раз. Уже ближе к вечеру Иисус решился подойти к девушке и объясниться в своих чувствах. Увидев идущую навстречу Марию, заговорил:

– Мария, остановись! Нам надобно поговорить!

Судьба их вела навстречу друг к другу. Сердце её забилось. С ней хочет поговорить её избранник! Она остановилась и смущённо глядит на Иисуса. Сердце стучит не как обычно. Она чувствует, как краска прильнула к лицу. Едва живая, она тихо произнесла:

– Слушаю тебя, Иисус.

– Мария. Ты мен безумно нравишься. Мы должны с тобой обязательно встретиться и поговорить.

Недолго размышляла Мария, которая также горела страстным желанием и мечтала о первой встрече с ним. Ей словно кто-то нашёптывал на ухо: … это твоя судьба, и ты её не минуешь.

– Приходи сегодня вечером в мою комнату. Ты знаешь где. На втором этаже, под скинией. Двери оставлю не запертыми.

Вспыхнул Иисус маковым цветом. Только и смог тихо произнести:

– Обязательно приду. Жди меня.

Они разошлись, каждый по своим делам, которых в этот день было великое множество.

Приезд царя Ирода всколыхнул собравшийся народ, который, по большому счёту, его не любил и даже ненавидел несмотря на то, что он сделал много дел для его же блага. Неприязнь к его рьяным помощникам и прихлебателям привела и в этот день к печальным последствиям. Двое зелотов были убиты римскими секариями. Сотня переодетых легионеров хорошо знала свои обязанности.

Вмешательства суровых, стоящих неподалёку легионеров, не потребовалось. Эти двое, находясь среди толпы, призывали к мятежу, чтобы освободить народ Израиля от ига захватчиков. Но попытка почти мгновенно была пресечена безжалостными действиями римлян. Надо заметить, что лично сам Иосиф Кайофа побаивался бунта, а ещё хуже, вооружённого восстания, боясь потерять уважение и надежды тех, кто выдвинул его на такую ответственную должность, как потерявшего умение влиять и усмирять людей. Боялся потерять и положение, и власть свою, и власть имущих. Весть об убийствах воспринял без особого расстройства. Иначе невозможно усмирить.

– Так надобно Яхве, – говорит он собравшимся к ужину именитым гостям.

Весь оставшийся вечер Мария двигалась, словно летая на крыльях. Порой её захлёстывали чувства, мешая трезво размышлять. Ей казалось, что все вокруг видят её счастье и смотрят на неё особым взглядом, не как ранее.

Образ Пандоры ушёл куда-то на самое дно памяти, в недра её Гадеса, и больше не появлялся, словно его и не существовало. Она жила предстоящей встречей и почти постоянно видела Миху перед своими глазами. Ей не хотелось прогонять внутреннее видение, даже тогда, когда занималась делами. Придя в свою комнату, она живо прибралась в ней, разложив вещи и посуду по местам. Взглянув в окошко, увидела, как закатывающееся солнце расплёскивает на полнеба багряный закат. Зажгла свечи.

«Ну вот, день закончился, – подумалось ей, – буду ожидать прихода Иисуса».

Минуты томительного ожидания тянулись, как ей казалось, долго-долго. Но всему приходит своё время. Наконец, когда сумерки уже сгустились, незапертые двери тихонько приоткрылись, и в комнату вошёл Иисус.

«Наконец, наша встреча состоялась», – успела подумать Мария и сделала шаг навстречу. Они крепко обнялись. Она почувствовала его крепкое, тёплое тело, его сильные, мужские руки, обвившие её стан и крепко прижавшие к груди.

– Я тебя люблю, – тихо произнёс Иисус.

– Я тебя люблю, – тихо пролепетала Мария.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru