Падая в небо

Татьяна Охитина
Падая в небо

– Мне нужно ехать, прости, – и притянул к себе Риту в прощальном поцелуе.

В результате расстаться они смогли только минут через десять. Подняв с пола свою куртку, Славик, закрыв за собой дверь, с шумом сбежал вниз по лестнице. Хлопнула дверь подъезда, взвизгнув, рванула с места машина, и Рита осталась наедине с находящимися в полном хаосе чувствами и головокружением от стремительности произошедшего.

Любовь обрушилась на нее подобно снежной лавине, решительно и неудержимо. Сердце стучало, мысли метались подобно зверьку в тесной клетке. Губы все еще горели от поцелуев (кто выдумал эти дурацкие телефоны, в сердцах думала она). Уснуть этой ночью ей так и не удалось – то и дело просыпаясь, она постоянно возвращалась мыслями к Славику: где он сейчас, что делает, думает ли о ней… увидятся ли они утром (договориться о том, заедет ли он за Ритой, они не успели).

* * *

Утром, когда Рита раздумывала, стоит ли ждать Славика или лучше вызвать такси, в дверь позвонили. Чудом не пролив на себя чай, Рита бросилась открывать и, увидев стоящего на пороге Славика, внезапно оробев, поборола желание броситься ему на шею… однако тут же сама оказалась в его объятьях.

– Пожалуйста, угости меня кофе, – произнес Славик, когда они смогли наконец оторваться друг от друга.

И, сидя на кухне, потягивая ароматный напиток, он поведал Рите о приключениях прошедшей ночи в компании прилетевших коллег по бизнесу.

– Эти шведы – совершенно безбашенные ребята, всю ночь по клубам мотались и меня за собой таскали, теперь на ходу засыпаю. Представь, в рабочее время это серьезные скучные типы, а как работа заканчивается – идут вразнос. Летал к ним как-то на пару дней – потом неделю дома отсыпался. А им хоть бы что, ночью гуляют, к полудню – как огурчики. Страшно подумать, какую культурную программу они сейчас для себя наметили. И Светка, как назло, куда-то пропала, – он потер красные от недосыпа глаза. – Пусть лучше она их развлекает.

– А ты за сестру не боишься? – осторожно поинтересовалась Рита, на что Славик заразительно рассмеялся.

– Я боюсь за шведов. Ты не знаешь мою Светку, она как взрыв на электростанции – кто попал в зону поражения, тот труп. Но развлекаться она умеет и, в отличие от меня, обожает ночные гулянки.

– Наверное вы с ней очень близки?

– Ну да, – усмехнулся Славик, мрачнея, – временами. Когда не мечтаем друг друга прикончить.

Но тут же, спохватившись, закрыл тему самым надежным способом – поблагодарив за кофе поцелуем.

Однако и в этот раз дальше поцелуев дело не зашло. Доставив Риту на квартиру, Славик, получив уверение, что его присутствие не помешает творческому процессу, завалился спать на диване (по прежнему остающимся единственной мебелью во всей квартире, не считая кухонного стола и двух табуреток).

В начале от его присутствия Рита долго не могла собраться с мыслями. Затем, осторожно заглянув в комнату, убедилась, что Славик действительно мирно спит, немного полюбовалась его спокойным расслабленным лицом и, так же тихонько удалившись, приступила к работе.

Она почти закончила расписывать стену, когда скрипнул диван и предмет ее обожания, зевая и потягиваясь, словно большой дикий кот, появился в дверях комнаты. Бережно обнял Риту со спины и, поцеловав в висок, принялся разглядывать написанное. Затем, решив обойтись без слов, нашел более действенный способ выразить свое восхищение.

Однако ненавистный телефон снова оказался третьим лишним, не дав поцелуям перейти во что-то более серьезное.

– Да чтоб вам… хорошо спалось, – в сердцах воскликнул Славик, отключая вызов, но момент оказался упущен, и вскоре, перезвонив отвратительно бодрым шведам, поцеловав Риту, он умчался разбираться с делами.

Рита подумала, что Славик что-то забыл – дверной звонок прозвучал почти сразу после его ухода. Не глядя, она распахнула дверь…

– Ну привет, – заявила эффектная длинноногая блондинка и, решительно оттеснив растерявшуюся Риту, по-хозяйски шагнула в квартиру. Брошенный свысока взгляд задержался на испачканных краской пальцах, пробежался по лицу, футболке и старым джинсам. Вскользь прошелся по видимой в двери расписанной стене гостиной. Сочно-алые губы искривились в усмешке, тонкий палец с длинным ногтем-стилетом быстрым уверенным движением поддел Риту за подбородок и тут же отпустил. – Так я и думала, – брезгливо отряхнув руки, произнесла особа, – мой дорогой братец в своем репертуаре – нашел себе очередную дуру и принялся ее обхаживать. И как не надоедает. Он уже говорил, что ты дико талантливая и равных тебе нет на целом свете? – Рита набрала в легкие воздуха, чтобы возразить, но ее опередили. – Понятно, значит говорил. Ну и на чем вы остановились? На поцелуях?.. Ладно, бедняжечка, не красней, понятно. Значит до секса так и не дошло. Что ж, радуйся – у тебя пока еще есть возможность уйти самой, не теряя гордости, пока он тебя не бросил. Видишь ли, мой братец не имеет привычки заводить длительные отношения, бросает своих подружек едва переспав. Натура такая. И сколько их у него уже перебывало…

– Убирайся! – наконец собравшись с силами, произнесла Рита.

– Я-то уберусь, – незваная гостья рассмеялась. – Но и тебе лучше не задерживаться, прими мой добрый совет – беги отсюда пока не поздно. – она открыла входную дверь и обернулась, на секунду задержавшись на пороге. – Честное слово, обидно за вас, дурочек. Летите как мухи на мед, на что-то надеетесь, да только напрасно – ему вы даром не нужны. Славик женат на своем бизнесе. Тусовки не любит, а где еще девчонок брать – вот он и клеит всех, кто в доступности. Парень-то симпатичный, да еще и при деньгах – кто откажет. Ну что ты на меня так смотришь, я не права? То-то же, – и, усмехнувшись, она покинула наконец квартиру, звонко процокав каблуками вниз по лестнице.

Рита, придя в себя, осознала, что тупо смотрит на опустевшую лестничную площадку, закрыла дверь и медленно сползла на пол. Небеса, на которых она пребывала последние несколько дней, рухнули на землю, похоронив под обломками ее разбитую душу. Значит я всего лишь оказалась под рукой, подумала она.

Медленно поднявшись, она отправилась мыть руки. Положила кисточку на край раковины, да там ее и забыла. Вернулась в комнату: недописанный мир смотрел на нее, ожидая продолжения, но так и не дождался. Рита собрала вещи, переоделась и, вырвав листок из блокнота, достала ручку.

Вместить свои чувства в несколько предложений оказалось сложно. Не потому что чувства переполняли, скорее наоборот – внутри воцарилась такая пустота, что ничего не приходило в голову. Рита чувствовала себя абсолютно мертвой. Словно не она, а кто-то другой смотрел сейчас на белый листок бумаги. И этот кто-то недрогнувшей рукой вывел строчку «Прощай. Я больше не хочу тебя видеть», наколол записку на гвоздь для ключей в прихожей и, схватив сумку, ушел, закрыв за собою дверь.

* * *

Дальнейшее было словно подернуто туманом – Рита смутно помнила, как дошла до метро, спустилась вниз по бесконечно длинному эскалатору. Долго-долго куда-то ехала и наконец оказалась дома. Затем бесконечно долго звонил телефон, разрывался дверной звонок – все это проходило мимо, словно фрагменты параллельной реальности. Накрыв голову подушкой, Рита пряталась от шума, пока наконец не настала тишина и реальность не отступила, окончательно размытая сном.

Почти две недели, отключив телефон и не подходя к двери, она таилась в своем мирке, подобно улитке. Полумрак задернутых штор, тишина и сон – в эти дни Рита почти не вылезала из-под одеяла, пребывая словно в анабиозе. И наконец, медленно и постепенно, будто выздоравливая после тяжелой болезни, она начала приходить в себя.

Однажды утром, решив умыться, она увидела в зеркале ванной бледное осунувшееся лицо, тусклые, висящие сосульками волосы и потухший взгляд. Вздохнула и, превозмогая усталость, отправилась в душ. Стоя под горячими струями, чувствуя, как медленно тает сковавший сердце лед, Рита всхлипнула и, сев на корточки, отчаянно разревелась. Льющаяся вода смывала слезы вместе с болью утраты, Рита плакала навзрыд и не могла остановиться.

Рейтинг@Mail.ru