Принципам вопреки

Таша Строганова
Принципам вопреки

Пролог

***

В спальне царил полумрак.

Высокая фигура в костюме отчётливо выделялась на фоне окна. Костромин стоял, сунув руки в карманы брюк. Вадим сидел на кровати, смущённый и злой.

– Один раз? – уточнил он. – И ты не станешь потом, как заядлый шантажист, которому заплатили, требовать снова и снова?

– Да, – Михаил обернулся. – Мы проведём вместе одну ночь, и я даже не буду угрожать жизни твоего драгоценного Андрюши. Тем более, он счастлив с этим своим Федей.

Вадим поиграл желваками. Упоминание его лучшего друга стало короной фишкой Костромина в последнее время. Дался ему Громов, чёрт возьми.

– Думай, Вадим, – поторопил Миша, и Суворов понял, что он нервничает. Костромин не уверен, что Вадим согласится. Он ни черта не уверен.

– Я всё ещё не понимаю твоего мотива.

Михаил подошёл к кровати и встал вплотную между ног Вадима. Тому пришлось откинуться назад, чтобы посмотреть в глаза Костромину. Они горели огнём. Чёрные, опасные. Такие же опасные, как и сам Михаил. Чёртов мафиози, который шантажом и обманом заманил Вадима в свой дом, а сейчас хотел его трахнуть.

И всё бы ничего, но мысль о последнем не только не отвращала Вадима, а чертовски привлекала. Слишком сильно.

– Мои мотивы тебя не касаются, киса, – Костромин пальцами задрал подбородок Суворова и посмотрел на него. – Какой будет твой положительный ответ?

– Да.

Глава 1

***

Вадим захлопнул книгу и отложил её на столик.

Снял очки и потёр переносицу. Давно пора уже сменить оправу, эта неприятно давила на нос. А лишняя головная боль после больницы ему совершенно не была нужна. После того как два месяца назад его накачали какими-то веществами и едва не бросили подыхать в заброшенной деревне, Суворов всё не мог до конца оправиться.

Он даже ходил ещё с тростью, как старый дед. Нет, ноги были в порядке, но тело всё ещё оставалось слишком слабо. Одно утешало, мозг функционировал нормально. Для финансиста это главное оружие. Лишись он своего ума, можно было бы и не возвращаться в обычную жизнь. Так и лежал бы дальше в койке овощем.

Большие напольные часы в кабинете пробили десять вечера, и в тот же момент Вадим заметил свет фар на подъездной дорожке. Кого там нелёгкая принесла в такой час? Мимо охраны никто посторонний бы не пробрался. Её выставлял лично Костромин, Андрей контролировал. Эти двое, будучи в прошлом конкурентами, неплохо так спелись, пока Вадим валялся в отключке.

Подхватив трость, он вышел в коридор. Дом у него был небольшим, но всё же довольно приличных размеров. Ему одному хватало за глаза. И расстояние до входной двери Вадим преодолевал за пару минут. Долго. Но что поделать. К тому моменту, как он доковылял, кто-то довольно настойчивый уже колотил по дереву.

Спрашивать, кто там явился, было бы глупо. Случись что ужасное, охрана бы уже позвонила. Поэтому Вадим открыл без страха.

– Олег? – удивился он, увидев на пороге Костромина. Тот выглядел странно, да и одет был как-то непривычно. Выражение лица в темноте казалось хищным, опасным. Вадим нахмурился. – Что случилось?

– Я могу войти?

Нет, с ним определённо было что-то не так. Это не голос Костромина.

– Кто вы? – Вадим выставил вперёд трость, словно она могла его спасти. Мужчина был на полголовы выше и хоть и выглядел худощавым, но во всей фигуре читались мощь и стать.

– О, так ты догадался, – незнакомец усмехнулся и сунул руки в карманы брюк. На нём было накинуто строгое чёрное полупальто. Весь остальной ансамбль был выдержан в том же мрачном цвете. На его фоне Вадим в своём вязаном белом свитере с большой горловиной чувствовал себя неуклюжим медведем. – Да Костромин я, Костромин. Михаил.

– Михаил, – как идиот повторил Вадим. – Брат?

– Ну уж точно не сестра, – Михаил закатил глаза. – У меня важный разговор.

Вадим отчего-то послушался, хоть и не было у него секунду назад никакого желания общаться с этим человеком. От него веяло силой и неприятностями. Большими неприятностями.

Они устроились в гостиной. Костромин, сложно было абстрагироваться от образа Олега, но это всё же определённо был абсолютно другой человек, расположился вольготно и чувствовал себя как дома. Он закинул ногу на ногу, продемонстрировав загорелую щиколотку.

Где-то Вадим слышал, что это моветон. Но подобному человеку явно было плевать на правила приличия. Он выглядел как тот, кто сам устанавливает правила.

Хищник. Если бы Вадима попросили описать Михаила Костромина одним словом, то это было бы именно оно.

Сам Суворов держался настороженно. Он всё ещё ни черта не понимал, что понадобилось этому мужику от него. Он в принципе не слышал о существовании брата у Олега.

– Предлагаю сразу перейти на «ты», – начал наконец Костромин, когда с комфортом устроился. – Я знаю, что ты думаешь над тем, чтобы вернуться к работе. И я хочу, чтобы ты уехал со мной в Питер. Мне нужен казначей.

– Что? – Вадим оторопел. – Какой, к чертям, казначей. Я был вице-президентом и могу вернуться на эту должность в любой момент. И вообще, какого дьявола вам надо именно от меня?

– Тебе, не вам, – поправил Михаил. – Ты бы мог вернуться, но я хочу тебя в Питере. Есть мало людей, кому я могу доверить финансы. Уверен, ты справишься.

– Нет, – Вадим поджал губы. – Меня не интересует ваше предложение.

Он намеренно выделил «ваше» голосом, чтобы позлить этого самоуверенного идиота. Хочет он его, вы посмотрите.

– Нет, Вадим, ты не понял, – Михаил вдруг резко подался вперёд и буквально навис над Суворовым будто хищная птица. – Твоё желание меня не волнует. У тебя есть неделя, чтобы закончить здесь все дела и прилететь в Санкт-Петербург. О вещах не беспокойся, и за домом тоже присмотрят.

– Нет, это вы не поняли, – Вадим вцепился пальцами в набалдашник трости до побелевших костяшек. Он был взбешён. – Я никуда не поеду.

– Поедешь, – спокойным, но жутким голосом ответил Михаил. И Суворов отчего-то ему поверил. – Если хочешь, чтобы с твоим другом и его бизнесом всё было хорошо, поедешь.

Вадим побледнел. Похоже, он глубоко недооценил этого человека. Да, Костромин мог блефовать, но шестое чувство подсказывало – свои угрозы он вполне может воплотить в жизнь.

– А что по этому поводу думает Олег? – Суворов сглотнул. Он не понимал, как лучше ему действовать в этой ситуации.

– Я без понятия, что там думает Олежка, – Михаил хмыкнул. – Это его не касается. Мне нужен казначей и я хочу тебя.

Хочу тебя. От этих слов щёки Вадим вдруг обожгло краской смущения. Понятно, что Костромин не имел в виду ничего такого, но реакция собственного тела Вадиму совершенно не понравилась.

Видя, что Суворов завис и не собирается отвечать, Костромин хлопнул себя по коленям и поднялся.

– В общем так, времени подумать у тебя до завтра. В шесть вечера у меня самолёт, и в Питер я хочу улететь уже с конкретным ответом. Ты меня понял?

– Да, – ответил Вадим.

– И не вздумай бежать к Андрею, – предупредил Михаил. – Помни, я буду за ним присматривать.

Он ушёл, а Вадим ещё долго сидел на диване, сжимая набалдашник трости, и приходя в себя от этого ультиматума.

***

На следующий день Вадим позвонил Андрею.

Он мучился всю ночь, раздумывая, как правильно поступить. Если сказать Громову об опасности прямо, можно навлечь на его голову неприятности. Поэтому Суворов постарался осторожно выспросить, всё ли у друга в порядке. Тот заверил, что всё отлично. Значит, Костромин пока свои длинные щупальца в его сторону не пустил.

Почему-то при взгляде на Михаила в голове Вадима рождался образ какого-то итальянского мафиози. Элегантного, вежливого и смертельно опасного. А из виденных в детстве сериалов в голову сразу пришёл «Спрут». Оттого и возникли щупальца.

Чушь какая-то в голову лезла.

Наверное, можно было от всего этого отказаться, поднять на уши и Громова, и Олега. Не поддаваться на наглый и какой-то совершенно возмутительный шантаж. Но какая-то часть Вадима, та, о существовании которой он никогда не подозревал, шептала на ухо. Рискни.

Возвращаться к работе в компании полноценно Суворов не планировал. А сотрудничество с Костроминым было тем самым поводом сменить обстановку, развеяться. Наверное, в тот момент Вадим до конца не понимал ещё, что за человек Михаил. Он мог лишь догадываться. Ведь этот злой близнец, как его мысленно ещё окрестил Суворов, вполне мог оказаться обычным бизнесменом.

Ага, все бизнесмены называют финансовых директоров казначеями. Недаром о наивности Вадима всю жизнь ходили легенды и шутки. Ну да ладно. Сейчас у него и выбора-то особо не было. Подвергать опасности Андрея, который только-только нашёл своё счастье и поставил на ноги компанию, Вадим точно не хотел. И скорее просто придумывал себе отговорки, чтобы уговорить собственную совесть. В глубине души он всё же надеялся, что Костромин окажется обыкновенным бизнесменом.

Времени до предполагаемого отлёта оставалось мало, Михаил явно не будет названивать как влюблённая школьница, чтобы узнать решение Вадима. Он просто начнёт действовать. И несмотря на свои надежды и сомнения, Суворов понимал, что его угрозы могут оказаться реальными.

Повертев в руках телефон, Вадим всё же набрал номер, написанный на карточке. Её Костромин оставил на столике прошлым вечером. Золотые буквы на чёрном фоне, вычурно и богато. На звонок Михаил ответил довольно быстро.

– Костромин.

– Михаил, это Вадим, – отчего-то в горле вдруг запершило. – Суворов.

– Я понял, – тон голоса Костромина немного изменился. Не то чтобы стал мягче, но как-то чуть более вежливым. – Ты принял решение?

– Я лечу с вами в Петербург.

– Здорово, что мы хорошо друг друга поняли, – Михаил усмехнулся. – Возьмите с собой только самое необходимое. Через час приедет машина. Билеты будут у водителя.

 

– Вы знали, что я соглашусь? – самоуверенность этого бандита начала подбешивать. Вадим от природы был спокойным и неконфликтным человеком. Хоть и дотошным. Но Костромин даже его начинал выводить из себя.

– Конечно, знал. Безопасность Громова для тебя важнее собственной, – Михаил явно забавлялся, чем ещё больше выводил Суворова из себя.

Но Вадим решил сдержаться. Им предстояло работать вместе. Он не хотел превращаться в жертву, попавшую в рабство, а собирался сотрудничать как полноправный деловой партнёр. Даже если это будет лишь видимостью.

***

Костромин позвонил сам спустя два часа.

Вадим в компании водителя и двух чемоданов уже подъезжал к аэропорту. Сбор не занял много времени. Суворов по жизни был скорее аскетом, он не любил мишуры, присущей людям, связанным с большими деньгами. Хоть сам и подначивал Громова держать марку и заботиться о имидже. Но Андрей был президентом крупной кампании, а Вадим… Просто бухгалтер, хорошо продвинувшийся по карьерной лестнице.

– Слушаю, – номер этого самоуверенного засранца Суворов записал сразу.

– Тебе придётся лететь одному, – отчеканил Костромин. – Возникли кое-какие дела. Вечно у вас, Москвичей, всё не слава Богу.

– И что мне делать в Питере? – удивился Вадим. – Я бы лучше побыл дома.

– Вникать в курс дел, – Михаил оставался непреклонен. – Тебя встретят. А я постараюсь управиться за пару дней.

И он отключился. Просто так, не прощаясь. Нет, понятно, что они не были приятелями или хорошими знакомыми. Но этот грубиян, кажется, о правилах приличия даже в книжках не читал.

– О чём ты, Вадим, – пробормотал Суворов себе под нос. – Этот человек шантажом вынудил тебя согласиться работать на мафию. Какие, к дьяволу, приличия.

Он покачал головой и уставился в окно. Его жизнь так круто поменялась за последние месяцы. Сначала эта история с компанией, похищение, наркотики, больница. Только-только всё начало устаканиваться, как теперь ещё это. Чем Вадим так разгневал судьбу, что его размеренная, устроенная жизнь превратилась вот в это?

А самое главное, что ждало его в Петербурге?

Глава 2

***

Хмурое, серое небо неприятно давило.

В Москве светило солнце, когда они взлетали. Здесь же, кажется, вечно царила мрачная, гнетущая атмосфера. Может, это знак? Что ничего хорошего Вадиму от Питера ждать не стоило.

Впрочем, конечно, Вадим утрировал. Время близилось к восьми вечера. Понятно, что ни о каком солнце осенью в это время суток уже и речи не шло. Просто его общее настроение примерно соответствовало внешнему окружению.

Костромин не соврал, в зоне прилёта Суворова встречал охранник с табличкой. Он явно знал Вадима в лицо, потому что сразу кивнул в знак приветствия, забрал из его рук чемоданы и направился к выходу на улицу. Неподалёку оказалась припаркована чёрная, тонированная иномарка. Вадим не особо разбирался в марках автомобилей, но судя по кожаному салону, эта была не из дешёвых.

В поездке он проверил телефон, но никаких сообщений не поступало. На самом деле, за месяцы болезни он даже привык к этому информационному вакууму. Интернет у него никто не отбирал, естественно, да и с Андреем он периодически общался. Но как-то так вышло само собой, что все остальные знакомые отсеялись, так как по большей части были связаны с работой Вадима. И поскольку от дел он отошёл, то и писать ему оказалась некому.

И не то чтобы Суворов как-то сильно расстраивался по этому поводу. Последние десять лет он работал практически без отпусков и больничных. Его организм истратил все накопленные ресурсы и сейчас их с готовностью и радостью восполнял.

В Питере Вадим бывал несколько раз по рабочим моментам. О, и ещё раз в школьные годы с экскурсией. В самый первый раз город ему не понравился. Все, кто знал Суворова сейчас, не верили, что в переходном возрасте он был сущим кошмаром. На самом деле, даже сам Вадим со смехом вспоминал те годы, поражаясь тому, каким засранцем тогда являлся. И, конечно же, он всем и вся пытался доказать, что не такой как все. Вот и Питер обхаял.

Во все следующие поездки ему как-то было не до красот. Обычно они уже в автомобиле с Андреем готовились к переговорам, обсуждали детали, спорили. Глазеть по сторонам не оставалось времени.

Но в этот вечер всё складывалось как-то по-другому. Говорить Вадиму было не с кем, водитель вёл себя как немой. Суворов бы не удивился, окажись это так. Поэтому Вадим прильнул к окну, жадно впитывая все детали увиденного.

Конечно, через центр они не поехали. Но даже тут, на КАД, Вадим находил много интересных, удивительных вещей. Сам себе напоминал большого ребёнка, впервые увидевшего что-то новое. Оказывается, он столько упускал за эти годы трудоголизма. Нет, Вадим ни о чём не жалел, он с радостью отдавался любимому делу и был счастлив тем успехам, которых они с Андреем достигли. Но пережитое дало ему толчок отойти в сторону и двигаться в другом направлении.

Так что, пожалуй, Суворов в какой-то мере даже был рад тому, как всё сложилось. Вот только с Михаилом Костроминым пока ничего не было ясно.

***

Дом, у которого остановился автомобиль, напоминал особняк Громова.

Видимо, Андрей во многом вдохновлялся Питерской архитектурой, когда выбирал своё жилище. Сам Вадим привык жить куда скромнее, но на эту махину, напоминавшую скорее небольшой дворец, сейчас смотрел едва ли не с открытым ртом.

Одёрнув сам себя, он подхватил трость и, опираясь на неё, неспешно поднялся по высокому крыльцу. Да уж, не в его состоянии бегать по таким лестницам. Он лишь надеялся, что комнату в этом трёхэтажном доме ему выделят не на последнем этаже.

Внутри всё выглядело строго и прилично. Никакого тебе красного бархата и мрачных оттенков чёрного. Ни что не напоминало вертеп разврата и обитель зла, которые невольно рисовались в голове у Суворова при мысли о том, каким мог быть дом Костромина.

Светлые оттенки, много дерева, дорогая мебель, подобранная со вкусом. Интерьером явно занимался профессионал, но атмосфера не казалась нежилой и неестественной. Везде чувствовался дух хозяина. Даже когда его тут не было.

Осмотревшись, Вадим заметил невысокую симпатичную женщину лет пятидесяти. Она с улыбкой наблюдала за ним. Суворов смутился, наверное, он выглядел сущим идиотом, глазея вокруг как деревенщина.

– Добрый день, – он протянул женщине руку. – Вадим. Вадим Суворов.

– Василина. Я веду хозяйство в этом доме, – экономка, видимо, это была именно она, ответила на пожатие. – Михаил Викторович предупредил, что вы приедете. Позвольте, покажу вам комнату?

Вадим благодарно кивнул. К его радости, идти выше первого этажа не пришлось. Спальня, которую его приготовили, находилась рядом с библиотекой. Суворов успел разглядеть её в приоткрытую дверь.

– Комната Михаила Викторовича дальше по коридору, рядом с его кабинетом, – рассказала Василина и пояснила на невысказанный вопрос: – Раньше его спальня располагалась наверху, но со временем Михаил Викторович перебрался сюда. Сказал, что ему лень бегать по три этажа вверх. Всё равно дома только ночует.

Она так заговорщически улыбнулась, что Вадим ощутимо расслабился. Как минимум, один приятный человек в этом доме был.

***

Приняв душ и разложив вещи, Вадим сел на кровать и повертел в руках телефон.

Он не знал, стоит ли отчитываться Костромину. Тот не просил ни о чём подобном и, наверное, сообщение от Вадима будет выглядеть странно. Но Суворов всё же решился написать.

«Долетел нормально, спасибо, что спальня не в башне»

К его удивлению, ответ пришёл почти сразу.

«Решил, что на принцессу ты не тянешь. По всем вопросам обращайся к Васе, она поможет. Завтра в десять приедет мой помощник, привезет документы и ноутбук. Можешь знакомиться с делами»

То, что первое предложение – шутка, Вадим понял не сразу. Он перечитал всё сообщение и усмехнулся. Кажется, Михаил Костромин был довольно саркастичным засранцем. Суворов пока не мог определиться, какие эмоции испытывает по отношению к нему, слишком мало они контактировали.

От Михаила так и веяло опасностью. Он заставил Вадима приехать шантажом. Угрожал безопасности Андрея и его бизнеса. Он наверняка занимался чем-то незаконным. Но при всём при этом, парадокс, каким-то непостижимым образом располагал к себе.

– И что это тебя, Вадим Сергеевич, на четвёртом десятке на авантюры потянуло, – пробормотал Суворов и усмехнулся.

***

Федю похитили.

Об этом рассказала Маша Крапивина, позвонила около семи утра. Объяснила, что Андрей в полном раздрае, поэтому вряд ли сейчас вспомнит о ком-то ещё. Но она беспокоилась о Вадиме. Спросила, всё ли с ним в порядке и есть ли рядом охрана. Суворов, пребывая в полном шоке, сказал, что он в Питере, в личной поездке, и охрана здесь есть.

Никаких подробностей Маша пока не знала, она не спала всю ночь, ждала новостей. Но ни Андрей, ни Олег пока на связь не выходили. Попрощавшись с подругой, Вадим сел на край кровати и сжал виски.

Что, чёрт возьми, за дерьмо произошло? Ему не хотелось верить, что Михаил причастен к случившемуся. Но, дьявол, он буквально два дня назад угрожал безопасности Андрея и вспоминал Федю. Так неужели он не сдержал своё обещание? Обманов выманил Вадима, запер в этом доме с охраной, а сам…

Виски заломило от головной боли. Вадима затошнило. Пошатываясь, он добрёл до ванной, где его стошнило. Представить, что с Федей могло произойти то же, что и с ним когда-то, было ужасно. Он безумно хотел помочь, но что он, простой финансист, передвигающийся с помощью трости, мог сделать?

Отчаяние сдавило горло новым спазмом. Но Вадим в последний раз ел вчера в обед, поэтому тошнить больше было нечем. Он прополоскал рот и умылся. Потом вернулся в спальню, нашёл очки и подобрал с пола телефон.

Михаил предсказуемо не ответил на звонок. Но желание тут же всё выспросить слишком жгло изнутри. Вадим отправил сообщение.

«Это ты? Просто скажи: да или нет»

К удивлению Суворова ответ пришёл очень быстро. По-видимому, Михаил не мог говорить. Возможно, был не один.

«А ты бы мне поверил, скажи я, что не причастен?»

Вадим задумался, он общался с Михаилом очень мало. Но даже за то короткое время ему показалось, что Костромин, несмотря на свои занятия, человек слова. С другой стороны, Михаил заставил его приехать сюда с помощью шантажа. Всё взвесим, Вадим написал честно.

«Не знаю»

«Тогда мне нет смысла отвечать. Занимайся бумагами. Остальное не твоя забота»

– Гадёныш, – выругался Вадим и отбросил телефон в сторону. Он разозлился от этого сообщения.

Поднявшись, Суворов подхватил трость и вышел из комнаты. В доме было предсказуемо тихо, но он просто хотел проверить. Держали ли его тут взаперти или он мог уйти в любое время?

На крыльцо Вадим попал совершенно без проблем. Входная дверь оказалась не заперта. Но уже на ступенях к нему подошёл охранник, весь в чёрном, с наушником у лице.

– Вадим Сергеевич, доброе утро. Вам что-то нужно?

Охранник был таким безликим, что Вадим, даже если бы очень постарался, не запомнил его лица. Таких обычно набирали спецслужбы. Не исключено, что этот парень когда-то там и работал.

– Хотел прогуляться, это запрещено? – Суворов вздёрнул подбородок, будто готовился к драке. Хотя куда уж там. Силы явно не равны.

– Не желательно бы, – парень замялся. – Но если вы настаиваете, конечно, идите. Я составлю вам компанию.

– Благодарю покорно, – отчеканил Вадим. – Но что-то я передумал.

Наверное, охранник счёл его идиотом, но Вадима это мало волновало. Значит, всё-таки он тут в заточении. Какая прелесть. Зло стукая тростью, он вернулся в комнату и сразу же взялся за телефон.

Если Михаил не виноват, Громов быстро это выяснит, а если всё же причастен, ему пригодится эта информация. Звонить Вадим не стал, его другу сейчас явно не до разговоров. Поэтому снова пришлось отправлять смс.

«Андрей, привет. Спроси у Олега про его брата. Возможно, он причастен к похищению»

Вадим представлял, насколько странно и подозрительно выглядело его сообщение. Он был готов к тому, что Громов постарается вытрясти из него душу в случае чего. Как и Михаил. Но молчать Суворов не хотел. Его преследовало чувство вины, что он не рассказал Андрею сразу. Вдруг всего этого удалось бы избежать?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru