Чувства под замком

Таша Строганова
Чувства под замком

Глава 9

Никиту буквально колотило.

Влетев в комнату, он бросился на кровать и сел, сжав ладони между коленками. Сердце всё ещё бешено ухало, а грудь тяжело вздымалась. Вот же гад, подловил всё-таки. И что вообще это всё значило?

Несмотря на свои вечные доёбки и подколы, Тимур раньше никогда не распускал рук. А тут фактически зажал и облапал. Он что, тоже педик? То есть, просто педик. Без «тоже». Себя Соловьёв педиком не считал. А то, что его возбудил гейский минет, так это ещё ничего не значит. Может, он просто би.

Божечки, о чём он думает. Его только что щупал Валеев, и ему это понравилось, чёрт возьми. Какой позор. Если бы Тимур спустил руку с живота чуть ниже, сразу бы понял, как отреагировал на его прикосновения Никита. Как же хорошо, что там было темно.

Выдохнув, Никита наконец выпрямил спину и посмотрел на свою грудь. Соски всё ещё предательски торчали, будто намагниченные. Он осторожно коснулся их, вспоминая, как это делал Тимур. У Валеева оказались очень нежные пальцы. Они касались так мягко, но в то же время нахально. И как же это было приятно…

– Ненавижу, – простонал Никита и кинулся лицом в подушку. Он начал мутузить её, вымещая весь свой гнев и раздирающие душу на куски противоречивые чувства.

Наконец, выдохшись, он перевернулся на спину и взял в руку телефон, валявшийся рядом на кровати. Хотелось отвлечься на какую-нибудь ерунду, просто чтобы не думать о придурке Валееве.

В беседах группы и общаги было тихо, но Никита увидел запрос на новый чат с незнакомого номера. Открыв его, он снова застонал, на этот раз мысленно. Валеев преследовал его везде.

Тимур-мур-мур: «Прости, что напугал Я не подумал. Можешь спокойно выходить, не буду трогать»

Тимур-мур-мур: «Честно-честно»

Никита: «Да пошёл ты со своими шуточками, Валеев»

Отправив это, Соловьёв подыскивал гневный стикер, но Тимур успел ответить быстрее.

Тимур-мур-мур: «Я не шутит. Мне понравилось тебя трогать. У тебя очень бархатистая кожа»

Никита в ужасе уставился на экран. Потом перевёл взгляд на соседнюю стену, словно мог видеть сквозь неё. Он не верил своим глазам. Валеев действительно написал это?

Никита: «Ты спятил писать такое парню?»

Тимур-мур-мур: «Это нормально, когда парни нравятся друг другу»

Никита: «Возможно. Но причём тут я?»

Тимур-мур-мур: «Считай, что у меня хорошо развита интуиция ;)»

Тимур-мур-мур: «Я серьёзно. Можешь не прятаться больше»

Никита: «Отвали»

Закрыв телеграм, Никита ещё пару секунд пялился в экран. У него от смущения горели щёки. Что вообще происходит, чёрт возьми? Валеева, что, собаки покусали бешеные? А может, он новым вирусом заболел? Потому и несёт чушь.

Бархатистая кожа. Пиздец. Такое, наверное, только девчонкам говорят.

Закусив губу, Никита осторожно погладил себя по животу. И правда, приятно. Испугавшись, он резко одёрнул руку и сделал глубокий вдох.

Так, главное, не поддаваться на эту гейскую пропаганду. Этого Валеев и добивается, похоже. Чтобы Никита начал сомневаться в себе. Хренушки. Он сильный и стойкий. Наверное.

***

Ближе к ночи в комнате стало душно.

И Никита понял, что придётся открыть балкон. Так как всё ещё продолжали топить, а на улице при этом стояла шикарная тёплая погода, в закрытом помещении можно было свариться.

Он посомневался некоторое время. Из комнаты Тимура слышалась музыка. Впрочем, куда бы он делся. Они заперты в этой многоэтажной громадине. Конечно, можно было продолжать вести себя как идиот и прятаться, но Валеев ведь обещал не лезть. Хотелось верить в чужое благородство.

Надев штаны и футболку, Никита открыл дверь, впуская в комнату свежий воздух. Поколебавшись немного, он всё же обул тапки и вышел на балкон. Дверь в комнату Тимура тоже была приоткрыта. Музыка послышалась громче. Какая-то приятная мелодия, что-то знакомое, будто из девяностых или восьмидесятых, но в современной обработке.

За то время, что они жили бок о бок, Никита успел изучить музыкальные вкусы Валеева. И ему в общем-то нравилось то, что он слушал. Не то что Гусев, который любил колбаситься под рэп.

Облокотившись о перилла, Никита смотрел на ночной город и думал, глубоко погрузившись в себя. Только щелчок зажигалки рядом заставил его вздрогнуть. Повернув голову, он увидел Тимура. Тот стоял, прислонившись спиной к стене и прикуривал себе. Огонёк подсвечивал его лицо, наделяя какими-то мистическими чертами.

Никита гулко сглотнул. Он заворожено смотрел на Тимура, словно привязанный. Просто не мог найти в себе силы, чтобы отвернуться. А тот будто не обращал внимания. Просто курил и смотрел куда-то в небо.

Никита пристыженно отвернулся. Похоже, Валеев и правда не собирался больше к нему лезть. Не то чтобы Никита этого хотел… Чёрт, он окончательно запутался в своих желаниях. Загрустив, он уже собирался вернуться в комнату, но тут услышал негромкое:

– Поговорим?

Глава 10

Тимур понял, что пережал.

Нападение в коридоре было слишком внезапным и пугающим. Пожалуй, он бы и сам обделался, если б кто-то зажал его в темноте. Наверное, и промеж глаз двинул бы. А Никита ведь был слабее и не мог дать отпор. Чёрт, некрасиво получилось.

Зато он получил совершенно чёткий ответ на свой вопрос. Соловьёву понравилось то, как трогал его Тимур. Да, ему это всё ещё казалось диким, похоже, он только начал познавать себя. Но тело среагировало определённым образом.

Но всё же Валеев посчитал нужным и важным извиниться. Он немного сомневался, стоит ли писать Никите или попытаться сразу словами через рот, но потом понял, что Соловьём так ещё долго шугаться будет. Начал, правда, немного не с того. Ну, понесло чуток, что поделать.

Кожа у Никиты действительно была мягкой, бархатистой. Совершенно безволосая грудь и тонкая «блядская» дорожка внизу живота. Тимур успел её нащупать. Как же Никиту хотелось… всё. Хотелось всё сразу.

Но пришлось снова чуть сбавить обороты и ждать. Весь вечер Валеев провалялся на кровати, слушая музыку и изредка переписываясь с друзьями. Он не знал, чем там занимался Никита, хотя время от времени ловил себя на мысли о том, что прислушивался. Что было абсолютно глупо с включенными колонками, к слову.

Забавно, краш на Соловьёве у Тимура случился давно, но он как-то сталкингом особо не занимался. Так только, присматривал в универе, чтобы тот не влип никуда. Ну и дразнил малец. А дома, так как здесь Никита находился в безопасности, Валеев никогда не стремился его контролировать. А сейчас все его мысли с бешеной скоростью вращались вокруг щуплого соседа, который, кстати, послал его на три буквы.

Как скрипнула балконная дверь, Тимур услышал сразу. Он сел на кровати и сделал пару глубоких вдохов, чтобы унять сердцебиение. Чёрт, почему он так реагирует-о? Как школьница влюблённая.

Дав Никите несколько минут, Валеев тоже вышел на улицу. И, похоже, Соловьёв его не заметил. Или сделал вид. Хотя, скорее первое, потому что он аж дёрнулся от щелчка зажигалки.

Собрав всю волю в кулак, Тимур игнорировал соседа, рассматривая ночное небо. Он давал ему время привыкнуть и понять, что не станет сразу бросаться. Но пришлось срочно что-то предпринимать, когда Никита явно собрался уходить.

– Поговорим?

О чём? В голове тут же стало пусто. Хотелось много чего сказать. Обычно Валеев за словом в карман не лез. Язык был хорошо подвешен. Да и флиртовать он умел. А тут, поди ж ты, понятия не имел, о чём вести речь с понравившимся парнем. И дело даже не в том, что за последние полгода он растерял свои навыки обольщения. А в том, что с Никитой всё было не так как с остальными.

Это пацан одновременно и завораживал, и смешил своей невинностью, неловкостью и наивностью. Так не хотелось его ненароком сломать. Тимур никогда не был козлом и не приветствовал одноразовые связи, но понимал, что и вывали он Соловьёву предложение встречаться, тот сбежит сразу же.

Нет, надо было заходить с другого края. Парень явно неопытный, но проявляет интерес к гей-сексу. Валеев не мог назвать себя прямо-таки гуру, но пару уроков точно был способен дать.

– О чём? – тихий вопрос Никиты выбил Тимура из мыслей. Соловьёв словно давал ему время подумать и выбрать стратегию.

– Классная ночь сегодня, правда? – Валеев сделал затяжку и, сощурившись, посмотрел на Никиту. Тот чуть поёжился, потому что вышел на балкон в футболке. – Не замёрз?

– Нет, – Соловьёв явно отвечал из вредности, он повёл плечом и добавил: – Нормально.

– Обманываешь, – Тимур с хрипотцой рассмеялся, невольно включая своё обаяние на максимум. Зажав сигарету между пальцами, он снял с себя олимпийку, подошёл к Никите и накинул ему на плечи.

Тот смотрелся в ней нахохлившимся воробьём. Недовольный, но явно благодарный. Хоть ему и не нравилось последнее.

– Не нужно было, – снова из чувства противоречия ответил Соловьёв, кутаясь при этом в кофту. Та была мягкой, с байковой подкладкой. Тимур любил её. – Я могу бы взять и свою.

– Тогда бы тебе пришлось отсюда уйти, – Валеев снова затянулся и выпустил кольца дыма, красуясь. Он видел, что Никита бросал на него украдкой взгляды. – А мне бы этого не хотелось.

– Почему?

Провокационный вопрос. Вряд ли Соловьёв хорошо подумал задавая его. Тимур затушил окурок в пепельницу, висящую с внутренней стороны балкона, и приблизился к Никите. Тот не двинулся с места. То ли окончательно контузился от страха, то ли страх этот совсем потерял.

– Мне нравится твоя компания, – Валеев протянул руку и задержал её на пару секунду у лица Никиты. Тот чуть дышал, но не сбежал. Поэтому Тимур аккуратно заправил прядь волос ему за ухо, а потом наклонился и прошептал прямо в него: – Особенно сейчас, когда у нас двоих есть маленький секрет.

Никита судорожно выдохнул. Тимур даже почувствовал его горячее дыхание на своей шее, отчего у него побежали мурашки. Блядь. Как же хотелось стиснуть в руках эту несуразную мелочь и хорошенько засосать так, с языком до гланд.

 

– Я так и знал, что ты теперь будешь меня этим шантажировать или задевать, – прошипел Никита, дёргаясь назад и упираясь спиной в поручень. Те были надёжными, крепкими, но Тимур всё же подставил свою руку, удерживая.

– Ты ошибаешься, – ответил он с улыбкой, заглянув Соловьёву в глаза. Он видел его лицо, так как на балкон проникал через окно свет из комнаты. Никита явно был напуган, но старался не показать виду. Храбрый малыш. – Напротив, я хочу тебе помочь.

– С чем это? – Соловьёв закатил глаза. Дерзкий, храбрый малыш. Тимур невольно усмехнулся и ответил, поставив всё на рулетку:

– С твоей сексуальностью.

Глава 11

Сказать, что Никита обалдел, не сказать ничего.

Валеев, кажется, методично его обрабатывал. И дым попускал красиво, и кофточку романтично на плечи накинул, и в уши дул. Но самым дерьмовым было то, что Никите нравился такой Тимур. Да, он помнил, что Валеев тот ещё ганджубас. Но именно сейчас не хотелось думать о том, что было раньше.

Никита просто млел от этого повышенного внимания, адресованного ему одному. Некстати в голове всплыло сообщение Тимура о том, какой приятной на ощупь была Никитина кожа. И захотелось до одури потрогать самого Валеева. Просто убедиться, а у него так же?

Дурак ты, Соловьёв, обычная у него кожа. И у тебя обычная. Он просто тебя окучивает. То ли постебаться решил, то ли… Второй вариант казался совсем нереальным. Но такие мысли уже закрадывались Соловьёву в голову. Ведь Тимур тогда зажал его в коридоре с какой-то целью. Не просто же попугать. Чёрт, как всё сложно.

Надо было что-то ответить. Никита не особо понимал, что именно предлагал Валеев, и сам себя ругая за любопытство, всё же уточнил:

– И каким это образом?

Тимур стоял совсем близко. Никита чувствовал запах его туалетной воды, он же шёл и от кофты. Двойная атака, блин. Как тут удержать свои натуральные трусы на месте, если из них уже хочется выпрыгнуть. Но Соловьёв держался. Сначала надо было выяснить, что именно Валеев задумал.

– Скажем так, – Тимур облизнул губы, и Никита залип на том, как те влажно блеснули в полумраке. – Я помогу тебе определиться с ориентацией и стать немного уверенней в этом плане.

– Спасибо, конечно, за такое великодушие, – у Соловьёва на щеках выступил такой яростный румянец, словно температура его тела резко скакнула до сорока. – Но с чего ты вообще решил, что мне это нужно?

– Интуиция, мой маленький друг, – Валеев ухмыльнулся. Захотелось стереть с его лица эту противную ухмылочку.

– Слышь ты, Нострадамус, – прошипел Никита. – Думаешь, я не смогу сложить два и два? Я догадался, что ты шарился в моём телефоне. Когда я был в душе, да?

От этой догадки в душе у Соловьёва поднялась волна злости. Всё сходилось, этот хелио педрильо сначала застал его за дрочкой, а потом пролез в комнату и увидел, что именно смотрел Никита. Недаром ему ещё показалось странным, что эта вкладка шла первой. Теперь Валеев собирался и дальше изводить его, предлагая всякие гнусности. Ну вот что за козлина?

– Ники, – Тимур придвинулся ещё ближе, хотя, казалось бы, куда уж. – Мне надо было убедиться, что я не приду не по адресу.

– А ты всё равно не по адресу! – выпалил Никита. – И я для тебя не Ники.

Он вывернулся из рук Валеева и прошмыгнул в комнату. Тот стоял, уперевшись поясницей в перила и курил, смотря Никите в глаза. Красивый, сука. Разозлившись на свои же мысли, Соловьёв демонстративно задвинул шторы, ограждая себя от этой наглой рожи.

***

Никита всё не мог уснуть.

Он ворочался уже второй час. Сначала думал что-то посмотреть, потом решил, что тогда вообще до утра промается. Повернулся на другой бок, уставился на Пашкину кровать. Вот, вроде бы, Гусев симпатичный пацан, если судить объективно.

Ну да, свинья порой редкостная, но у какого парня нет дурацких привычек. А грязные носки – ещё не самое противное, что могло быть. И с ним Никита уже несколько месяцев делил комнату. Но поди ж ты, в его присутствии ему было абсолютно похуй, как он выглядит, что говорит, что делает. И на самого Гусева было, можно сказать, похуй.

В том самом смысле.

А из-за этого упыря Никита не мог уснуть. Он вспоминал, как впервые увидел Валеева, свою реакцию на него. И все последующие свои реакции. По всему выходило, что это не норм. Ни на Пашку, ни на Стаса, ни на других знакомых парней Никита так не реагировал.

Ему казалось, что это ненависть, но на деле выходило всё совсем иначе.

Какая жестокая ирония судьбы. Мало того, что он, похоже, гей. Так ещё и из всех пяти тысяч студентов ему понравился редкостный мудила. Красивый, обаятельный, но всё ещё мудила.

Сдавшись, Никита протянул руку и взял с кровати Пашки, стоящей перпендикулярно его собственной, олимпийку Валеева. Соловьёв смял мягкую ткань и уткнулся в неё лицом, втягивая приятный аромат.

От него кружило голову, и в мозгу услужливо всплывали воспоминания о том, как Тимур трогал его в коридоре, как смотрел там, на балконе. Соблазняя. Ведь это было именно оно, соблазнение?

Тимур, сам того не ведая, или наоборот, задел Никиту за больное. У него действительно не было никакого опыта сексуального общения с другими людьми. И тут ему предложили такое…

Это даже звучало стыдно. Страшно было подумать, какой именно смысл вкладывал в это предложение сам Тимур. Страшно, но жутко любопытно. И чем дольше страдал от душевных метаний Никита, тем яснее он понимал, ему было до безумия любопытно узнать и попробовать.

Проклиная и Валеева, и себя самого, он сунул руку в трусы и сжал у основания уже твёрдый член. Наверное, он самый последний извращенец, если собирается подрочить, нюхая чужую кофту. Нет, даже не так. Он её наденет.

Быстро сунув руки в рукава, Соловьёв упал обратно на подушку. Он приспустил трусы, согнул ноги в коленях и взял с подоконника смазку. Падать ниже было уже некуда, поэтому он, уткнувшись носом в воротник, начал мастурбировать.

Глава 12

Тимур почему-то не волновался.

Да, он сильно рискнул, предложив подобное Никите. Но и результат, если он будет положительный, превзойдёт всё. Он наконец получит в своё личное пользование этого маленького вредного котёнка. Ладно, даже в его мыслях это звучало слишком слащаво. Впрочем, называть Соловьёва как-то иначе не хотелось. Хотя он порой скорее напоминал маленькую пиранью. Вот вроде бы ты думаешь, что она только щекотно щипается, а потом бах – и уже нет пол руки.

За эти месяцы подначек и поддразниваний Тимур сильно привязался к Никите. Он не воспринимал его только как объект сексуального желания. Напротив, старался отринуть всё это как мог. Но тут вот оно как повернулось. А Валеев точно не был дураком, чтобы упускать возможность.

Он вовсе не расстроился от реакции Никиты. Напротив, она была ожидаемой. Но Тимур уже неплохо изучил его характер и понимал, что Соловьёв как минимум задумается. А как максимум – заинтересуется. Конечно, существовал большой шанс, что Никита спасует. Но у Тимура никто не отнимал его природного обаяния. А значит, завоюет.

Конечно, даже если Никита согласится на эту безумную авантюру, которая не имела чётких форм даже в голове у самого Тимура, это не значит, что всё будет легко и сразу. С ним придётся сильно попотеть. Но у Валеева уже всё ныло внутри от предвкушения, как сладко будет проходить это приручение.

***

Утром он проснулся бодрым и довольным жизнью.

Сделал зарядку, принял душ, собрал продукты и направился на кухню готовить завтрак. Никита явно ещё дрых. Он был тем ещё соней. Но ничего, пусть набирается сил.

Насвистывая, Валеев начал жарить яичницу с колбасой, и пока на сковороде шкворчали яйца, делал бутерброды с сыром и маслом. Да, он любил хорошо поесть. Но обычно на тренировках и работе расходовал куда больше калорий, чем потреблял.

И, наверное, стоило немного сбавить обороты. Ведь во время карантина он был лишён и первого, и второго. Чёрт. Главное, не потерять форму. Интересно, «драконы» не будут против, если он побегает по близлежащей территории.

Увлёкшись готовкой и своими мыслями, Тимур не сразу услышал, как в помещение вошёл кто-то ещё.

– Привет!

Валеев обернулся и увидел Соньку, с третьего, кажется, курса. В универе они редко пересекались, но в общаге иногда встречались. Она жила в другом крыле, странно, что пришла сюда.

– Извини, что к вам, – девушка неловко улыбнулась. – Мне там страшно одной. Кое-кто из моих девчонок тоже тут застрял, но не на нашем этаже. Была рада услышать, что кто-то здесь ещё есть живой.

– Понимаю, – Тимур хмыкнул. – Сразу чувствуешь себя как в постапокалиптическом фильме, да?

– И не говори, – Соня рассмеялась. Она принялась раскладывать свои продукты. И какое-то время они переговаривались о всякой ерунде.

Тимура девушки не интересовали, но он всегда легко находил с ними общий язык. Правда, так случалось, что они редко сразу понимали его ориентацию, и в последствии приходилось охлаждать их пыл. Но Сонька вроде бы вела себя адекватно. Даже не вешалась, как порой, бывало, делала Светка из десятой комнаты. Брр. Вспоминать страшно.

Их болтовня прервалась, когда Сонька вдруг замерла, а потом улыбнулась ещё шире:

– Ой, Никита, привет!

Валеев обернулся и подавил смешок. Соловьёв смотрел на бедную девчонку с такой неприязнью, что её даже стало жаль. Но Соня, похоже, ничего не замечала.

– А ты тоже тут застрял, да? Ой, вы же с Тимуром, кажется, соседи? Так здорово! Повезло…

Она трещала без умолку, не давая Соловьёву и слова вставить. Не то чтобы он горел желанием, судя по выражению лица. Интересненько. Раньше он не замечал за Никитой такой ненависти ко всему живому.

Решив проверить свою догадку, Тимур подошёл к Соне ближе и, приобняв её за плечи, потрепал по волосам. Девчонка тут же стушевалась и смутилась.

– Ладно, Сонь, я побежал. Ты заходи, если помощь какая нужна будет. А у Никиты, вон, есть справки, по которым выходить можно.

– Правда? – Соня улыбнулась. – Я зайду, обязательно!

Тимур шутливо поклонился на прощание, а на выходе, посмотрев в злющие глаза Соловьёва, подмигнул ему. Ревновал. Как пить дать ревновал, маленькая пиранья.

***

Оставалось только ждать.

Да, возможно, этот триггер сработает совсем не так, как Тимур ожидал. Но в конце концов, кто не рискует, тот не тискает кисулек. А потискать конкретно эту кисульку Валееву ой, как хотелось. Стоило вспомнить, каким хрупким он был в руках Тимура. Какой приятной на ощупь была его кожа… На раз всё по стойке смирно вставало.

Покончив с завтраком, Тимур вымыл посуду и подмёл в блочном коридоре. Срач он никогда не любил, а до выходных ещё херова туча времени. Да и дежурить кроме него с Соловьёвым было некому. Им ведь реально повезло, что застряли тут вдвоём. Даже если отринуть всё остальное, оказаться вот так одному в пустом здании совсем несладко. Соньку даже жалко стало. Но хоть подружки тут её остались.

Кстати, интересно, сколько вообще людей здесь застряло. Тимур достал телефон и вошёл в общажный чат в телеграме. Там беседа не умолкала, похоже, никогда.

Котлета по-киевски: «Мне кажется в пятницу будет самое оно»

Владян: «Да тут каждый день щас пятница»

Константин Лиськин: «Во скока лучше?»

Тарас Булка: «А где соберёмся?»

Судя по разговору, намечалась какая-то тусовка. Тимур промотал сообщения чуть вверх и увидел, что действительно обсуждали вечеринку тех, кто застрял на карантин в общаге. Пир во время чумы, не иначе. Но идея была неплохой. Тут можно было и свихнуться в четырёх стенах.

Тимур-мур-мур: «Если что, я в деле»

Тимур-мур-мур: «Но надо повыше забраться, чтобы драконы не прилетели на звук»

Тарас Булка: «О, привет! Как дела, братан?»

Тимур-мур-мур: «Замечательно»

Валеев закатил глаза и отправил стикер Булке. Вот же непосредственная личность.

Тарас Булка: «Никита там не в обиде остался, что не я сходил в магаз?»

Никита: «В смысле, не ты? А шоколад откуда…»

Котлета по-киевски: «Оооо гей-драма!»

Владян: «Фу, напишите мне в лс, как решите с местом»

Константин Лиськин: «А ты чего фукаешь, Владичка?»

Владян скинул гифку из мема про священника с «Да ну нахуй» и демонстративно вышел из чата. Но интересовал Тимура не он.

Куда больше его волновало, через сколько к нему в дверь начнёт ломиться злой кисулькен с зубами пираньи. Он отложил телефон, поднялся, потягиваясь, и подошёл ближе к выходу.

Никита оправдал все ожидания. Через несколько секунд раздался недовольный стук, а когда Соловьёва впустили, он тут же стал напирать на Тимура:

– Что это значит? Ты запретил Тарасу покупать мне продукты?

– Ему попробуй что-то запрети, – хмыкнул Валеев, наслаждаясь ситуацией полностью. Как же он любил выводить Никиту на эмоции.

 

– Думаю, ты вполне мог ему чем-то угрожать, – прошипел Соловьёв.

– Ради чего? – Тимур насмешливо приподнял брови.

– Чтобы купить мне шоколадки, – уже не так рьяно ответил Никита. Стушевался. Сам, видимо, понял, как глупо это прозвучало. – Ладно, просто признай, что ты это сделал. Вопрос, зачем?

– А если я скажу, что мне неприятно, когда вокруг тебя вьются такие бугаи? – Тимур незаметно приблизился, невольно оттесняя Никиту к двери, которую уже толкнул, чтобы закрыть.

Соловьёв бросил взгляд через плечо и сглотнул, снова посмотрев Тимуру в глаза.

– Тебе-то какое дело, кто там вьётся вокруг меня. Сам, вон, во всю с девушками флиртуешь и ничего.

– Просто признай, что ты приревновал меня к Соне, – Валеев наконец зажал его в тесной прихожей, между стеной и шкафом.

– Зачем? – Никита всё ещё продолжал храбриться, но его взгляд метался по сторонам, никак не желая останавливаться на лице Тимура. – Что это тебе даст?

– Понимание, что я не зря спустил полтысячи на шоколад, – хмыкнул Тимур, наклоняясь. Он провёл костяшками пальцев по абсолютно гладкой щеке Соловьёва и едва не застонал от удовольствия. А тот дёрнулся как от ожога и задышал чаще.

– Чего ты добиваешься, Валеев? – Никита наконец нашёл в себе силы посмотреть ему в глаза. У Соловьёва они были огромными, голубыми, почти прозрачными. Если бы Тимур был каким-нибудь романтичным книжным героем, то совершенно точно в них утонул. – Это какая-то твоя очередная злая шутка? Тебе просто стало скучно на карантине?

– Нет, – Тимур улыбнулся уголком рта, завороженно разглядывая лицо Никиты и продолжая его поглаживать. – Всё гораздо банальней. Просто ты мне нравишься и я хочу тебе помочь.

– Мне вот интересно, что именно ты собрался делать? – для человека, которого буквально припёрли к стенке, Соловьёв вёл себя довольно дерзко. – Лекции по пикапу мне давать?

– Нет, – повторил Валеев, его голос невольно стал твёрже. Он почувствовал неприятную волну злости и ревности, представив вдруг, как Никита начнёт тренировать свои навыки на ком-то ещё. – Я хочу помочь тебе разобраться с главной проблемой. Твоей девственностью.

Соловьёв молчал. Он смотрел Тимуру прямо в глаза, даже не подозревая, наверное, как соблазнительно сейчас выглядел. Как же хотелось его поцеловать. Тимур стиснул свободную руку в кулак, сдерживая свои порывы. Им надо поговорить. Обсудить всё и прийти…

– Я согласен, – вдруг выпалил Никита, и его слова будто ударили под дых.

Рейтинг@Mail.ru