Ключевые идеи книги: Экономика пончика: семь способов мыслить как экономист XXI века. Кейт Раворт

Smart Reading
Ключевые идеи книги: Экономика пончика: семь способов мыслить как экономист XXI века. Кейт Раворт

Оригинальное название:

Doughnut Economics:

Seven Ways to Think Like a 21st-Century Economist

Автор:

Kate Raworth

Тема:

Обязательное чтение

Правовую поддержку обеспечивает юридическая фирма AllMediaLaw

www.allmedialaw.ru

Введение

Государственная политика и жизнь общества подчинены экономической эффективности в том смысле, который экономика мейнстрима вкладывает в слово «эффективность». Но ни для кого не секрет (особенно для тех, кто получил по этой теме Нобелевские премии), что экономика мейнстрима не очень хорошо описывает реальность и еще хуже ее предсказывает. Но есть альтернативные точки зрения. Одна из них здесь.

Уникальность пончика (а речь именно о нем, то есть о сладкой жизни) – в комплексности и наглядности. Книжка (или саммари) с картинками – всегда хорошо, а здесь их много, и они по делу.

Зачем читать книжку по экономической теории нетеоретикам и неэкономистам?

Россия дважды стала жертвой апробации каких-то там теорий – в первый раз в 1917 г., тогда был марксизм-социализм, а после развала СССР мы хлебнули теоретических разработок неолиберализма, и до сих пор разгребаем (посмотрите на Китай, который не стал прислушиваться к МВФ и другим советчикам и не пошел на шоковую терапию – есть разница?).

И хотя любые пахнущие социализмом, равноправием и братством идеи на наших просторах все еще встречаются испуганным «чур меня, уже пробовали», неплохо было бы отойти от перестроечного неофитства свободного рынка и признать, что экономика – эта такая наука, которая иногда ошибается. Свободный рынок не решает социальных проблем, а социальные проблемы делают жизнь сложной, опасной и бедной. Качество социальных институтов и окружающей среды определяет качество жизни, но эти «услуги» предоставляет не рынок, а гарантирует государство. О важности этих вопросов говорят тысячи иммигрирующих – ежегодно.

Возможно, автор иногда смотрит через розовые очки (вообще все, кто работал в помощи развитию стран «третьего мира», чуть-чуть витают в облаках, поэтому надо понять и простить автора), но ведь интересно же на полчаса отказаться от ставших уже мировоззрением постулатов экономического мейнстрима и оторваться от земли.

Что там говорят гуру? Думай нестандартно? Вне коробки? Тут для этого все необходимое.

Бонусом идут примеры, когда экономическая теория мейнстрима ошибочна, – если у вас есть знакомые ботаны-экономисты или вы еще учитесь на экономическом, будет возможность поставить кое-кого в тупик. Что приятно, честное слово.

1. Меняем цель: от ВВП к пончику

1.1. ВВП – кукушонок в экономическом гнезде

Аристотель различал экономику (ведение хозяйства) и хрематистику (искусство приумножения богатства, которое ближе к тому, чем все чаще занимается экономика мейнстрима). В трудах ранних экономистов цель экономики формулировалась как «предоставление всего необходимого обществу», а также «создание таких условий, при которых члены общества обеспечивали бы себя всем необходимым, соблюдались бы права человека». Таким образом, объект исследования экономической науки включал нематериальные блага, которые не отражаются в ВВП. Однако эти идеи были не популярны. Ведь «выше» и схожие фразы ассоциируются с положительными изменениями, как показывают исследования лингвистов и философов. Поэтому и идея роста ВВП незаметно стала естественной целью экономической политики и объектом изучения макроэкономики.

Другая причина, почему предложенный Саймоном Кузнецом (1901–1985 гг.) в 1930-х годах показатель занял центральное место: он позволяет сделать экономику похожей на «настоящую» науку, то есть физику (слава Ньютона не давала покоя экономистам; ведь графики, например, влияние роста ВВП на безработицу, очень похожи на иллюстрации физических законов). Тренд на приближение к стандартам «настоящей» науки начал Джон Стюарт Милль (1806–1873 гг.), а в конце XIX в. экономика разделилась на политическую философию и экономику. Последняя оказалась в «моральном вакууме»: в 1930-е Милтон Фридман (1912–2006 гг.) настаивал на исключительном описании фактов, то есть на превращении экономики в позитивистскую науку.

Популярность ВВП поддерживалась и соревнованием двух блоков во время «Холодной войны». Созданная в 1960-х Организация экономического сотрудничества и развития поставила во главу угла рост ВВП.

Членами ОЭСР сегодня являются 35 развитых государств, а сама организация насчитывает несколько тысяч сотрудников, которые консультируют государственных чиновников по актуальным вопросам развития, обобщают опыт стран-членов, а также выпускают методические рекомендации, которым следуют страны (например, сбор статистики осуществляется по стандартам ОЭСР и в России).

Вновь о гуманистической составляющей экономики вспомнили после финансово-экономического кризиса 2008 г.: политики стали предлагать «устойчивый», «зеленый», «инклюзивный» и т. п. рост. В 2008 г. Николя Саркози пригласил ведущих ученых разработать новые показатели для оценки развития экономики и общества.

Так называемая «Комиссия Стиглица», хотя в ее число входили и другие именитые исследователи, например А. Сен. Доклад комиссии, о ней подробнее.

Рейтинг@Mail.ru