В объятиях Тени

Сильвия Лайм
В объятиях Тени

Глава 4

Весь оставшийся день я была как на иголках. Мне нужно прийти к нему вечером! А куда? А что, если отказаться? А если спрятаться? Найдут и приведут силой? Странно, учитывая, что мои перемещения здесь почти не ограничены. Я могла гулять по территории вокруг этого маленького дворца наложниц, куда поселили нас с Ири. Но за пределы выйти не получалось: стража не выпускала.

Когда солнце начало клониться к горизонту, каким-то непостижимым образом в саду меня нашла стареющая служанка.

– Будьте светлы, шаэр Лера. Проследуйте со мной.

Она поклонилась, указывая в сторону дворца.

– Куда?

– Лайет Дайше будет ожидать вас. Вам нужно подготовиться.

Замечательно. Перед тем как сделать дело, мавру тоже вымыть тело?

– А если я не хочу?

Женщина нахмурилась, подняв на меня острый спокойный взгляд.

– Придется все делать силой. Это доставит мне много неудобств, но будет не впервой.

Я скривилась.

– Так что вы решили, шаэр Лера? – спросила служанка выжидающе.

Я махнула рукой, молча призывая ее вести. Женщина удовлетворенно кивнула.

От томительного предвкушения встречи у меня слегка тряслись поджилки и румянец не покидал щеки. Я нервничала, как перед первой своей ночи любви. Нет, пожалуй, даже больше. Гораздо больше.

В этот раз в купальне меня мыли аж трое служанок. Всегда хотела почувствовать, каково это, когда в твое тело втирают ароматное масло, ухаживают и причесывают тебя, как королеву. И хоть я и была рабыней, а не правительницей, готовили меня не хуже.

Я позволила надеть на себя, как на куклу, струящееся белое платье-халат, но волосы попросила не трогать. Нижнего белья мне попросту не выдали. Что ж, ну и пусть. Как говорится: «Счастливые трусов не надевают». Будем считать, что это про меня.

Потом та самая стареющая дама выгнала остальных девушек и положила на стол передо мной круглый шарик шоколада.

– Съешь, – указала она на него пальцем. И выжидательно посмотрела на меня.

Я перевела взгляд на совершенно безобидный с виду комок и шумно сглотнула. А если это яд? Чтобы я умерла после «ночи любви»?

Нет, я абсолютно не верила, что Леран способен убить меня или любую другую наложницу. После сегодняшней встречи в саду я еще более убедилась в своей правоте. Ведь он мог взять меня силой прямо там, под деревом. Но он решил внять моей просьбе. Очень странной просьбе даже для меня самой. А если он прислушивается к собственным рабыням, он не может быть жестокосердным убийцей.

Но слухи все же не берутся на пустом месте. Возможно, в шарике и не яд, но какое-то лекарство. Или еще хуже. Может, оно должно заставить меня быть покорной?

Короче, одна догадка страшнее другой.

– А если… – начала было я, указывая на комок, но женщина тут же отрезала:

– Нет.

И снова хмуро кивнула на стол.

Я выдохнула, взяла в рот шарик и спрятала под язык. Иномирная таблетка оказалась действительно шоколадной.

– Глотай, – приказала служанка и подошла ближе, готовая проверить мой рот.

Неужели хитрость не удалась? Я сделала яркое глотательное движение и постаралась поглубже запихнуть конфету под язык. А затем самостоятельно открыла рот, не дожидаясь, когда меня это заставит сделать служанка.

Женщина кивнула и в ту же секунду запела. Короткое непонятное четверостишие – и все было сделано.

– А теперь подготовься морально. У тебя пятнадцать минут. Потом мы выходим.

Дверь за ней захлопнулась, а я тут же метнулась в комнатку, которая здесь была вместо уборной. Почему именно сейчас мне казалось так необходимым избавиться от этого проклятого шарика, я не знаю. Ведь еще вчера я спокойно пила какое-то зелье, взятое из рук местного гинеколога, а вот теперь простая с виду конфета в шоколаде не дает мне покоя. Но я чувствовала, что обязана ее выбросить.

Выплюнула на руку слегка растворенную шоколадку и сразу же расколола ее ногтями. Внутри оказался мелкий белый порошок. Все-таки очередное колдунство.

И в следующий миг раздался тихий скрип входной двери. Условное время еще не прошло, зачем служанка вернулась? Я быстро сбросила остатки таблетки в ведро и отряхнула руки.

Но стоило повернуть голову, как в мою шею уперлось тонкое лезвие. Стройная девушка лет двадцати держала у моего горла кинжал. Она была невероятно красива. Смуглая кожа, розовые пухлые губы, синие, как океан, глаза. Густые волосы цвета кофе убраны назад в высокой прическе.

– Ну, здравствуй, маленькая дрянь, – проговорила она мелодичным звонким голосом, слегка надавив на нож.

– Поосторожнее, дорогуша, – мягко ответила я, просчитывая в голове варианты развития событий.

– Не смей говорить со мной в таком тоне. Запомни, Тень – мой! Ты поняла меня? Мой!

Ее синие глаза горели самой настоящей яростью. Вот ведь ревность приложила девку.

Стоп. Ревность?

– Ты тоже наложница? – спросила я, выдохнув.

– Я – официальная фаворитка лайета Дайше, – гордо проговорила она, выпятив грудь вперед.

– И ты живая? – воскликнула я радостно, словно у меня под горлом лезвие не блестело.

– Конечно, – фыркнула девушка. – А вот ты быстро станешь мертвой, если вздумаешь перейти мне дорогу…

– Убери кинжал по-хорошему, и мы поговорим, – сказала я, немного раздражаясь от угроз. Никогда не любила глупой самоуверенности. Ну кто нападает в такой позе? Я же сейчас сделаю шаг назад, и она останется одна нелепо махать оружием в воздухе.

– Сначала ты скажешь мне, что все поняла, – настойчиво проговорила красотка.

– Ну, сама виновата, – ответила я, – ума, как у котлеты…

А затем резко схватила ее за запястье той руки, где был кинжал, а другой со всего размаху заехала малышке в глаз. Влад пару раз показывал мне, как правильно бить. Я хоть его науку никогда не использовала, но и не забывала. И вот ведь ирония – все же пригодилось!

Девушка взвизгнула, выронила оружие, схватилась за ушиб и жалобно бросила:

– Нет! Это же лицо!

И тут же выбежала из моей комнаты. Вот так вот. Не зная броду, не суйся в воду возле химзаводу. А вдруг я вообще мастер кунг-фу? Хотя откуда у них тут кунг-фу?..

Я очень быстро забыла об этом инциденте. Ведь мне предстояло кое-что посерьезнее.

Через десять минут за мной явился уже знакомый стражник и повел прочь из дворца.

– Как вас зовут? – осмелилась я спросить у человека, который уже столько раз сталкивался со мной.

Мужчина бросил через плечо удивленный взгляд. Неужели прежде никто не интересовался его именем?

– Верден к вашим услугам, шаэр Лера.

А вот меня он знал.

– Ты – местный страж? – уточнила я, пока мы двигались по дорожкам сада к невысокому забору.

– Начальник охраны замка Дайше, – раздался ровный ответ.

О, большая птица! Не просто какой-то там прислужник.

– Послушай, Верден, – начала осторожно я. – А ты, часом, не в курсе, есть фаворитка у твоего господина?

– Безусловно, шаэр Лера, – раздался спокойный ответ. – Хотя мне и не стоит об этом болтать. Но если в гареме будут проблемы, решать их придется мне. Так что да. У лайета Дайше есть фаворитка. И вам об этом лучше узнать сразу, во избежание скандалов.

Вот оно что. Но это значит…

– Она у него уже давно? И они вместе, кхм… не одну ночь?..

Страж бросил нам меня чуть насмешливый взгляд.

– Уже слышали сплетни? Что женщины Тени уходят во Мрак после одной-единственной ночи?

И, не дождавшись ответа, закончил:

– Это глупость. Не верьте россказням. Вот и Эрисса в фаворитках пять лет.

Эрисса. Значит, эту ясноокую цаплю зовут именно так. И они вместе уже пять лет. Да, за это время ночей явно было много. И все же это не отвечает на один вопрос:

– А что тогда случилось с той бесчувственной девушкой, что вчера несли по коридору?

И Верден вдруг нахмурился.

– Об этом вам знать не стоит. Случайность.

– Но…

Он резко повернул голову, открывая передо мной массивные двери залы совсем другого дворца. Гораздо больше и внушительнее гаремного.

– Забудьте об этом. С вами такого не случится. Все предосторожности соблюдены.

Я шумно сглотнула. Предосторожности? Это не шоколадную ли таблетку он имеет в виду? Которую я выплюнула?

В смешанных чувствах я вошла в залитое огнями свечей помещение. На одном конце зала стояла огромная круглая кровать, заправленная черным бельем, на полу лежали шкуры животных, на стенах висели щиты и мечи. На другом конце расположился массивный стол, за которым и сидел Леран Дайше по прозвищу Тень.

Как только моя фигура в белых одеждах мелькнула в проеме дверей, мужчина поднял голову и приглашающе махнул рукой. Все внутри замерло в странном предвкушении, смешанном с легким страхом. А затем я увидела нечто, заставившее меня в сердцах выкрикнуть:

– Боже, что ты творишь?!

На правой руке, испещренной изломами татуировки, горел красный ожог. Прямо на ладони, с которой он разматывал грязный бинт. Но самое ужасное было не это. Не страшная рана, которой не было еще утром, а то, как она выглядела. Глубокий алый ожог блестел от воспаления, а Леран невозмутимо доставал из подготовленной коробочки серый пепел и древесные опилки и, не поморщившись, сыпал внутрь.

Почти неудержимый порыв помочь рвался наружу. В груди защемило от понимания, что ему больно. И почему я воспринимаю этот так близко к сердцу?

– В смысле? – невозмутимо спросил он, продолжая свое варварское занятие.

Ожог неумолимо загрязнялся, чтобы к утру еще сильнее воспалиться.

– Что за варварство? – воскликнула в конце концов я. Не в силах на это смотреть, сделала шаг вперед и схватила его за руку, стряхивая пепел и опилки.

Глаза Лерана округлились. Он откинулся на спинку стула, смотря на меня, как на диковинного зверя.

– Где вода? Это надо смыть немедленно, – сказала я жестко, несмотря на слабость, вмиг появившуюся во всем теле от внимания его сиреневых глаз.

 

– Зачем? – спросил он, впрочем, своего запястья из моих рук не вынимая.

А его кожа была такой теплой… такой гладкой…

– Потому что опилки в рану никто не сыпет! – ответила я. – Если, конечно, не хочет заражения и смерти.

Леран приподнял густую бровь.

– Я должен поверить рабыне, а не своему лекарю?

Я фыркнула.

– Ваш лекарь, похоже, полный кретин. Короче, где вода?

Мужчина подавил смешок, затем молча встал и, не переставая на меня смотреть, повел в соседнюю комнату. Там на одном из столиков стояли таз и кувшин с водой. Все это время я не выпускала его руку, а он, словно специально, старался идти медленно, чтобы ненароком не освободиться из захвата.

От этой мысли сердце волнительно забилось.

Он позволил мне смыть грязь с ладони, отчего я сама несколько раз испуганно поморщилась. Боль в такой ране должна быть просто сумасшедшей. Но мужчина даже глазом не моргнул, позволяя мне творить все, что я захочу.

– Итак, что дальше? – проговорил он, ожидающе глядя на меня.

– А дальше… нужно положить компресс или мазь, – закончила я.

Вот только здесь не было ни привычных лекарств, ни аптеки, куда можно по-быстрому сгонять и купить нужное.

Мы вернулись в комнату к столу. Мужчина все так же послушно двигался за мной, чем совсем сбивал с толку. Я взяла кусок чистой ткани и осторожно промокнула влагу с раны. Сиреневые глаза смотрели на меня с напряженным интересом.

– Почему ты вообще не залечишься сам? Как тогда, когда ты исцелил мою лодыжку? – спросила я, разрешив себе посмотреть на него.

Леран склонил голову набок, словно думая, отвечать мне или нет. А потом произнес:

– Это невозможно.

– Что именно? – не поняла я.

– Меня невозможно вылечить магией. Это одна из причин, почему наш лекарь в некотором ступоре. Обычные рецепты, замешанные на заклятьях, не действуют.

Я замерла на миг. Понятно. Значит, простые правила излечения болезней его врачу не известны. Только магия, только хардкор.

– Значит, ты и прежде лечился пеплом и опилками? – приподняла я бровь.

– Нет. Такая рана у меня впервые.

Я хмыкнула, лихорадочно прикидывая, чем снять воспаление в домашних условиях.

– С таким лечением очень скоро получилось бы, что больной шел-шел на поправку, да не дошел. У вас есть, кхм… алоэ?

– Что такое «алоэ»? – не понял мужчина.

– Мне нужно поговорить с лекарем, – вздохнула я, не зная, сколько еще он позволит мне вести себя вот так вот нагло.

Но неожиданно Леран совершенно спокойно поднял со стола серебристый колокольчик и позвонил. В зал тут же зашел стражник.

– Позовите эльсиэра Эвиарда.

И уже через несколько минут в дверях стоял, склонившись, низенький мужичок.

Господин молчаливо протянул руку к своему слуге. Все в его фигуре говорило о том, что он хочет посмотреть спектакль до конца. Меня это устраивало.

– Эм… – промямлила я сперва, но тут же заставила себя собраться. – Уважаемый, у вас есть алоэ?

Мужичок поднял на меня взгляд сквозь сдвинутые брови. Оказалось, не было в их словаре такого слова. Зато похожее по описанию растение имелось!

– Но зачем вам алоис? – нахмурился мужчинка. – Ведь он не обладает магическими свойствами, как древесный уголь!

– Уважаемый, – повторила я с нажимом. Этот человек должен был видеть мою уверенность. Как и Леран. – Магия не действует на лайета Дайше, не так ли?

Он глупо захлопал глазами и кивнул.

– Так с какой же стати вы назначаете ему лечение, которое лишь ухудшит ситуацию? Ваши опилки уже назавтра вызовут нагноение!

Лекарь покраснел, затем побелел. А Леран, кажется, собирался засмеяться, но тщательно сдерживался.

– Это немыслимо, откуда у вас эта информация?.. Кора и пепел дуба в смеси с десятым заклятьем круга…

– Неужели вы никогда не лечили без помощи магии? – не поверила я.

– А зачем нам это? Вся медицина в Пангирии строится на тонком взаимодействии голосовых вибраций на различные травы…

– Понятно, – оборвала грубо. – Тогда просто принесите растение…

– Но… – попытался возражать мужичок.

А я бросила еще один брезгливый взгляд на миску с пеплом и опилками и вздрогнула.

– Исполняйте! – прикрикнула я на него.

Медик испуганно покосился на господина, Леран едва заметно кивнул, и тот исчез.

– Ты очень странная рабыня, – медленно проговорил Тень, вдруг потянув меня за руку и заставив сесть себе на колени. – Признаться, это интригует.

От неожиданности я ахнула и залилась краской. Не буду говорить, что я забыла о его волнительной близости в пылу забот о ране. Это было не так. Каждую секунду я чувствовала на себе изучающий сиреневый взгляд, и мне все сильнее хотелось прижаться, коснуться кожи…

И вот это случилось. Я была рабыней, собственностью, которую купили. Вещью, имуществом. Но почему-то рядом с ним все это потихоньку теряло смысл. И все же я спросила:

– Зачем ты купил меня? Ведь в твоем гареме наверняка и так много наложниц. Есть даже одна фаворитка.

Тонкая улыбка тронула красивые губы. Глаза понимающе блеснули.

– Я тебя захотел, – ответил он медленно, вдруг ласково убирая волосы с моего лица. – Когда ты убежала там, в лесу, я думал, что больше мне тебя не увидеть. Час блуждал среди деревьев, но ты не появилась. А потом… такой подарок, – он широко улыбнулся, – огр продавал тебя на рынке. Испуганную, но все такую же соблазнительную. И мне повезло, ты мне подошла…

Он своевольно провел пальцем по моей щеке, прочертил линию по шее вниз. Как будто обозначая границы своей собственности. Обвел подушечкой ключицу и медленно скользнул в ямку декольте.

Мурашки проследовали дорожкой его пальцев. Я глубоко вздохнула, отгоняя наваждение. Он – не мальчик, с которым можно пофлиртовать и забыть. Он – не мужчина, с которым можно было бы начать серьезные отношения или создать семью. Он – хозяин. И я не должна была терять разум.

Но не получалось!

– Может, вы отпустите меня, а я взамен расскажу, как вам лечиться без магии? Как искоренить любую болезнь, – выдохнула я, когда наконец мясистые веточки алоэ лежали передо мной.

Я легко разрезала их прилагающимся ножичком и собрала мякоть. Мужчина опять протянул обожженную ладонь, не сводя с меня глаз.

– Зачем мне отпускать тебя, когда ты, как моя рабыня, и так обязана будешь рассказать все, что нужно? – ответил он и прибавил изменившимся голосом: – И сделаешь это по своей воле…

От его бархатного тембра кровь застучала в висках. Но какая самоуверенность!

– Зачем я вам? У вас много рабынь и без меня. Может, вам жалко потраченного золота? Так я расскажу, как вы сможете заработать очень много… – проговорила я сбивчиво, расположив мякоть растения на ране и довольно ловко перевязав лоскутами ткани. Это должно было помочь.

А Леран неожиданно тихо засмеялся.

– Мне не нужно золото. И я не отпущу тебя. Даже не рассчитывай. Ты – моя, – твердо закончил он, переведя удовлетворенный взгляд на замотанную руку. – С чего я должен отпускать свою собственность?

– Ну, так делают хорошие люди, – ответила я тихо, понимая, что, кажется, мой план договориться проваливается с треском.

Мужчина на миг помрачнел.

– Увы, я – не хороший человек, Лера.

Аметистовый взгляд потяжелел, на лице мелькнула искра боли. Или мне показалось?

В следующий миг его левая рука потянулась к перевязанной правой, а потом незаметно скользнула вверх, коснувшись черных молний на запястье.

– Откуда у тебя эта татуировка? – спросила я, чувствуя, что это не просто рисунок.

– Проклятье. С Рогатого острова.

С того самого, про который говорил Фьер! С острова, полного разломов и материи!

Вот я уже и знаю кое-что об этом мире. Спасибо говорящему белому тигру.

Представила, как это звучит со стороны, и улыбнулась. Скажи мне кто-нибудь еще пару дней назад, что все это со мной случится, покрутила бы пальцем у виска. И посоветовала вернуть на место крышу, пока она не улетела далеко, хлопая рубероидом.

Встряхнула головой, возвращаясь к реальности. К таинственному мужчине, на чьих коленях я бесстыдно сидела. К мужчине, который вот уже несколько минут тихонько поглаживал меня по спине, рисуя пальцами на пояснице мелкие узоры.

И почему все это так романтично, что замирает сердце?

Я опустила взгляд на его загадочную татуировку, вспоминая, как она загоралась изнутри. Влекомая любопытством, прикоснулась пальцами к острым линиям.

Его кожа была мягкой и теплой. Горячее, чем моя.

Мужчина медленно закрыл глаза. Я провела подушечками по тонким черным змеям, поднимаясь по рельефной мышце к плечу. Остановилась у края безрукавки, а затем, проскочив кусок светлой ткани, снова коснулась темных линий на широкой шее.

Татуировка заканчивалась у уха, и ее черный хвост слегка задевал лицо. Я проследовала путь рисунка до самого конца, остановив пальцы на контуре нижней челюсти. Как только я закончила свое неторопливое занятие, по молниям на коже будто зазмеился зеленый ток.

Леран резко открыл глаза, посмотрев на меня мрачным сиреневым взглядом. Рисунок, единожды вспыхнув, тут же снова потемнел.

Мурашки пробежали по спине, в груди стало горячо, дыхание перехватило.

– Почему она загорается? – тихо спросила я, пытаясь убрать кисть от его лица.

Но мужчина тут же резко схватил мое запястье, не позволяя этого сделать.

– Не знаю, – медленно проговорил он, – такое впервые… не во время секса.

Легкая дрожь прокатилась по телу. Я касалась его кожи, а он крепко держал мою руку. Затем вдруг слегка потерся гладкой щекой о ладонь, опустил ее к своим губам и поцеловал.

Острый укол удовольствия пронзил меня словно ток.

– Значит, она горит только во время секса? – раздался сбивчивый вопрос.

Леран медленно поднимался губами выше, и каждый раз от нового поцелуя меня пронзал новый разряд наслаждения.

– Хочешь посмотреть? – дерзко приподнял бровь он. И лицо озарила опасная полуулыбка.

– Пожалуй, нет, спасибо, – испуганно ответила я, чувствуя, что этот мужчина опять странным образом лишает меня воли. Остается только огонь. Только страсть.

Но я же решила не поддаваться? Так ведь? Умру я после нашей ночи или нет? Если Эрисса выжила, значит, и со мной ничего не должно произойти. С одной стороны.

А с другой – я выплюнула проклятую таблетку! И вполне возможно, что эта таблетка должна была сохранить мою жизнь!

В следующий миг Леран вдруг просунул одну руку под мои колени, другой обнял за спину и встал со стула вместе со мной.

Я что-то тихо пискнула, инстинктивно обхватив его руками. И дышать стало трудно от сводящего с ума адреналина.

В несколько шагов он преодолел пространство зала и бросил мое тело на мягкую круглую кровать, опускаясь следом.

– Ты очень странно действуешь на меня, – проговорил он низким вибрирующим голосом. – Откуда ты, ведьма?

– Я… издалека. Очень-очень далеко отсюда, – жалко протянула я, отползая к спинке кровати.

Сердце билось невероятно быстро. От переполняющих эмоций хотелось закричать.

А мужчина неотступно приближался, медленно сокращая расстояние между нами. Словно зверь, который знал, что его добыче уже некуда бежать.

– Твои волосы такие необычные… и все эти кольца, – раздался мягкий голос. И, когда я села, упираясь в полукруглую деревянную спинку, Леран вдруг мрачно улыбнулся, схватил меня за лодыжки и дернул вниз.

Я вскрикнула и в ту же секунду оказалась под тяжелым сильным телом хищника.

Он расположил руки, согнутые в локтях, с двух сторон от моего лица и тут же накрыл поцелуем. Горячим, как ураган, страстным, как само безумие.

В ту же секунду меня будто засосало в огненный водоворот. Я подалась навстречу его телу, обхватывая широкую спину, касаясь лица. Мне казалось, что он – магнит, а я – кусок металла, который просто не может сопротивляться притяжению. Потому что так задумано природой.

Ночная татуировка стала размеренно вспыхивать зелеными молниями, и внутри меня что-то стонало от каждого всполоха. Я чувствовала жар мужского тела, гораздо более сильный, чем когда-либо прежде. Но этот жар не обжигал, а ласкал кожу. Он был мне болезненно необходим.

В следующее мгновение мужчина лег на правый бок, здоровой рукой ловко раскрыв корсет, застежка которого находилась спереди. Он освободил меня от плена платья, словно жемчужину от раковины. Я осталась лежать с обнаженной грудью и помятой юбкой.

Мужчина еле заметно улыбнулся и тут же опустился губами на напряженные вишенки сосков. Я вздрогнула, пытаясь выровнять дыхание и вернуть контроль над собственным телом.

Леран положил руку на мое колено, продолжая ласкать грудь ртом, и поглаживающим движением поднял юбку. Я прикусила губу, сдерживая рвущийся стон. Между ног все горело. Низ живота болезненно ныл, тело требовало большего. И мужчина это прекрасно знал.

 

Он поднял голову к моему лицу, и его губы растянулись в темной улыбке. Обжигающе-горячие пальцы коснулись линии бикини, которая у меня полностью выбрита. Как только мужчина это понял, его брови удивленно приподнялись, а глаза опасно блеснули.

– Как неожиданно, – проговорил он, пытаясь поднять подол и посмотреть.

– Нет, нет, пожалуйста! – воскликнула я, через силу удерживая его от этого. Господи, да я просто с ума сходила, но все еще надеялась, что не перейду последнюю черту.

– Что? – тихо удивился он.

– Я… стесняюсь! – соврала я, зажмуриваясь, как кошка.

Он прекратил попытки спуститься. Дразнящими движениями его ладонь погладила обнаженную округлость, которой обычно касается лишь ткань трусиков.

– Правда? – раздался хриплый голос. Его губы скользнули по приоткрытому рту, а пальчики мягко раздвинули половинки моего естества, легонько дотрагиваясь до самого центра удовольствия. Совсем чуть-чуть нажимая и дразня.

До чего же он был осторожен! Не как хозяин, не как завоеватель. А как нежный соблазнитель. Демон искушения.

Раскаленная лава желания плеснула в кровь. Я резко подалась навстречу, не в силах сопротивляться. Жадно впилась в горячий властный рот, а кистью заставила его ладонь прижаться сильнее. Обхватила ногами умелую мужскую руку, позволяя, требуя, чтобы он касался меня быстрее, жарче.

Тихий стон вырвался из моей груди сквозь сдерживаемое и тщательно контролируемое дыхание. Мне кажется, не думай я об этом, забыла бы как дышать. Волны обжигающего удовольствия начали накатывать, как цунами. Он двигал рукой так, словно знал, чего именно я хочу, мягко по кругу скользя вокруг моего безумия. Напряжение, разлившееся внизу живота, стало почти нестерпимым.

И в самый ответственный момент, когда я, кажется, была готова забыть все свои решения, он внезапно отстранился, оставив меня голодной, горячей и очень недовольной.

Я жадно хватала воздух, как рыба, выброшенная на берег. Тело ныло от неудовлетворенности. От грубо разорванной нити экстаза стало почти физически больно.

– Неприятно? – проговорил он, возвышаясь надо мной и хрипло дыша.

Он весь горел. Я видела это сквозь его маску самоуверенной дерзости. Черная татуировка нет-нет да и загоралась зелеными всполохами. Даже аметистовые глаза светились темным желанием. Так какого тогда лешего?.. Кажется, трахни он меня сейчас, я бы согласилась наутро умереть. Разум давно отключился, уступая место вожделению.

Я отвернулась, пытаясь выровнять сошедшее с ума дыхание. А он и не собирался мне в этом помогать. Опустился к моей груди и жадно прикусил набухшую вишенку. Я не сдержала стон удовольствия. Эта ласка стала очередной пыткой, в то время как низ живота болезненно пульсировал.

– Там, в лесу, я почувствовал почти то же самое, – проговорил он. – Когда ты убежала.

Так это что, месть?..

– Но я не знала, кто ты! Может, ты маньяк!

– А я и есть маньяк, – с улыбкой ответил он. – Только это ничего не меняет. Ты уже почти отдалась мне. По своей воле.

Он кратковременно сжал сосок зубами и тут же отпустил. Я снова вскрикнула от пронзившего тело тока. Моя спина непроизвольно выгнулась, дыхание еще сильнее участилось.

– Но теперь тебе некуда бежать. И я наконец получу то, что хочу… – низкий, немного рычащий тембр обволакивал меня, все глубже погружая в колыбель безумия. Он раздвинул мои ноги, устраиваясь между ними, как хозяин.

– Нет! – воскликнула я, хрипло дыша. Сознание уже вернулось на место, и я могла сопротивляться.

– Почему нет? – тихо спросил он, и не думая останавливаться.

– Я… не готова. Я боюсь. Я – девственница!

Несомненно, я врала. Как сивый мерин. Но Леран выглядел ошарашенно.

Я понятия не имела, может, наоборот – этот мужчина обожает девственниц. А может, служанка-гинеколог рассказала ему, что в данном случае опасаться нечего. Но невинность – это первое, что пришло мне в голову.

– У меня будет моральная травма! – добавила я, уже мысленно обзывая себя дурой. Такой мужчина!

Но страх не проснуться утром играл свою роль. Страх неведомой магии отступника и воспоминания о бесчувственном женском теле сливались воедино, заставляя меня держать в узде свою страсть.

– Ты не похожа на девственницу, – медленно проговорил Леран, замирая надо мной.

– То есть я выгляжу как шлюха? – мои щеки покраснели.

И в следующее мгновение его рука вновь опустилась вниз, погружаясь в мое влажное желание. Я громко выдохнула, ощущая, как меня бьет крупная дрожь.

– Нет, – улыбнулся он. – Просто девственницы не бывают такими… чувствительными…

Его пальцы мягко вошли внутрь, вырвав стон удовольствия. Я выгнулась навстречу его движениям, совершенно сходя с ума.

– Так почему это должно меня остановить? – прошептал мне в ухо Леран.

– Я… хочу… привыкнуть… к тебе… – сказала я сквозь стон, понимая, что напряжение уже почти невыносимо.

– Звучит неубедительно, – проговорил он, но все же на этот раз не остановился. Несколько четких, остро-нежных движений – и пламя охватило мое тело с головой. Долгожданный оргазм накрыл, как лавина, унося на самое дно пропасти.

– Ладно, – бросил мужчина через несколько ударов сердца, откатываясь в сторону, а затем и вовсе вставая с кровати. – Пусть будет по-твоему. Снова. Я никогда не беру женщин без их желания. И там, в лесу, мы тоже не должны были перейти грань. Просто у меня…

Он вдруг замялся, закрыв глаза и массируя переносицу пальцами.

– Просто я потерял контроль. И я благодарен, что ты смогла остановить меня.

В аметистовом блеске мелькнула какая-то тоска.

– Я бы не простил себе… В общем, я подожду, пока ты окажешься готова. Но не думай, что это будет слишком долго.

Темное желание на миг окрасило его взгляд, когда он уже стоял напротив меня, словно ничего не произошло. Я все еще не могла отдышаться, смотря на возвышающуюся мужскую фигуру. А он выглядел уверенно и спокойно. Как и прежде.

И, оставив меня в полном смятении на своей кровати, он оставил покои. Я посмотрела ему вслед, а затем уронила голову на черные простыни.

Неужели мы так и не занялись сексом? Удивительно. Мне удалось оттянуть этот момент на некоторый срок. Леран поверил, что я – девственница, не стал настаивать. Ну и как такой ласковый и нежный мужчина мог причинить вред хоть какой-нибудь наложнице? Это же полная ерунда.

Он сказал, что не простил бы себе. Чего именно, интересно?..

И все же, что произойдет, когда момент нашей близости наконец настанет? Когда он возьмет то, что хочет? Вдруг я все-таки умру? Или он потеряет ко мне интерес, как к обыкновенной рабыне? Ведь победа, доставшаяся без боя, хуже поражения.

Блин, я даже не знала, что меня пугает сильнее.

Дальше в голове мелькнула еще более нервирующая мысль.

А что будет, если он узнает о моем обмане?

Вопросов много, и, как всегда, лед под ногами слишком тонок. Ничего, есть прекрасная поговорка на этот случай: «Никогда не откладывай на завтра то, что можно отложить сегодня». Все это будет потом. А сейчас мне было слишком хорошо.

Я потянулась, а на губах внезапно появилась странная блуждающая улыбка. Это казалось ужасно глупым и неправильным. Но, похоже, мне нравилось быть рабыней таинственного отступника по прозвищу Тень. По крайней мере, пока.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru