Карлов

Сергей Владимирович Толмачев
Карлов

Пролог, или то, о чем история умолчала

1973 год

Это был еще один день безмятежного советского лета, и ничто не предвещало ни дождя, ни беды, ни войны. В городском парке культуры и отдыха царила добрая советская атмосфера, играла музыка, а бдительные советские бабушки сидели на лавочках и кормили голубей. На центральной аллее парка было людно – одни дети играли на детской площадке, другие – зазывали родителей к палаткам с надписями «Тир», «Мороженное» и «Воздушные шары». Небо было голубым, солнышко отбрасывало блики на поверхность пруда, а утки с любопытством следовали за лодочками с отдыхающими. Время шло к полудню и стелилось по земле короткой тенью. У ворот парка появилась молодая мама с коляской, в которой сидели близнецы.

Мальчики с любопытством смотрели по сторонам, а их мама не спеша катила коляску вдоль аллеи, а затем остановилась у киоска «Мороженое». Она оставила коляску сбоку от киоска и подошла к окошечку для того, чтобы купить пломбир. Она отвлеклась от своих малышей всего лишь на мгновение, и, когда она вновь повернулась к детям, в коляске сидел только один ее сын, а второго уже не было.

ЧП! Вся столичная милиция поднята по тревоге, во всех газетах на первых полосах сообщения о пропаже ребенка.... А на другом конце страны, на каменистом сочинском побережье, до исчезновения малыша никому не было никакого дела. Город утопал в зелени, а улицы были залиты солнцем и ароматами цветущих растений. Город казался беззаботным и вместе с тем суетным. А в нескольких километрах от центра, в горах, в тени инжирных деревьев стоял особняк, в стенах которого все было иначе, нежели на городских пляжах, набережных и в шашлычных.

Шикарный дом был отгорожен от мира высоким каменным забором, а по территории имения ходили вооруженные люди. Фасад и комнаты были выполнены в стиле рококо, и в лучах солнца были похожи на написанные маслом картины. В самой дальней комнате, пройти в которую можно было лишь через столовую, гостиную и библиотеку, находился кабинет, где за красивым письменным столом сидел мужчина лет пятидесяти – пятидесяти пяти. Несмотря на свой возраст, о котором говорили лишь морщины и седые волосы, мужчина выглядел очень бодро и жизнерадостно. На нем был дорогой иностранный костюм, на руке поблескивали золотые иностранные часы, а в верхнем кармане пиджака красовался пестрый платочек из итальянского шелка. Мужчина сидел откинувшись на спинку кресла, закинув ногу на ногу и глядел в окно. Он встрепенулся и повернулся лицом к двери лишь тогда, когда в кабинет вошли двое: мужчина и женщина, которая держала на руках ребенка.

Даже не взглянув на лица гостей, мужчина подошел к ребенку, посмотрел ему в лицо и провел по щеке кончиком пальца. В его глазах промелькнул какой-то особенный огонек, а затем он поднял руку и щелкнул пальцами. Звук от щелчка разнесся по всему дому звонким эхом, и в ту же секунду из дальнего угла комнаты вышел высокий мужчина, в руках у которого была спортивная сумка, наполненная пачками денег из пятидесяти рублевых купюр. Он подошёл к «гостям» и передал её им. А хозяин дома взял ребенка из рук женщины и, покачивая его поспешил удалиться прочь…

Мало кто знает, но даже в советское время существовали люди, которые жили по другим законом, другой жизнью и, с отличной от строительства коммунизма, целью. Среди них были воры, проститутки и спекулянты, а также те, кто неофициально представлял государство на черных рынках. И одним из таких людей был хозяин дома в Дагомысе – Каха Гуриманали.

Он продавал оружие тем, кто воевал с друзьями советской власти и, устраивал провокации там, где советской власти провокации устраивать было не к лицу. Его люди стояли за исчезновением неугодных, но неприкосновенных, а также поставляли «ко двору их величества» секретарей различных уровней и всевозможные «игрушки»: машины, одежду, наркотики и прочее. Взамен за свои услуги власть дала Кахе возможности, которыми не обладали даже Генеральные секретари. Но власть не в силах была дать ему – ни вечность, ни потомство. И когда Каха наконец-то задумался о том, что кто-то должен будет унаследовать его империю, вот тогда в его доме и появился один из украденных близнецов, которого Каха назвал Искандером – в честь Александра Македонского.

С самого первого дня Каха воспитывал Искандера, как своего собственного сына, как своего единственного наследника и, как война. Он окружил его лучшими учителями и специалистами, которые обучали его не только науке, но главное – единоборствам, стрельбе, подрывному делу и всему тому, что могло бы пригодиться, как на поле боя, так и при планировании терактов или свержении правительств.

К десяти годам Искандер мог управлять реактивным самолетом, стрелять из снайперской винтовки и драться на ножах. Единственным его недостатком по сравнению со взрослыми было – детское тело. К шестнадцати же годам недостатков у Искандера не осталось совсем. И во время одной из показательных тренировок, он наглядно продемонстрировал это всем окружающим.

Пламя вырвалось из окна второго этажа, а вслед за ним из окна выпрыгнул и Искандер.

Пролетев несколько метров, он приземлился, сделал кувырок и начал стрелять по мишеням, сделанным в виде людей. С интервалом в пару секунд мишени появлялись одна из-за угла, другая на крыше, третья сзади и, так до тех пор, пока у Искандера не закончились патроны. Затем его окружили пятнадцать человек вооруженных ножами, цепями и бейсбольными битами. Они выглядели весьма самоуверенно, ухмылялись, поигрывая своим оружием – покачивали цепями и помахивали битами. Они окружили Искандера со всех сторон и, уже собрались было наброситься на него, как вдруг Искандер перехватил пистолеты за стволы и начал отбиваться ими словно томагавками. Это были быстрые, сильные и изящные удары, каждый из которых приходился точно в цель и, как следствие, уже буквально через минуту бой подошел к концу.

Поблагодарив сраженных соперников, Искандер опустил пистолеты, выдохнул и посмотрел по сторонам. Он стоял в центре базы для подготовки боевиков, и везде, куда ни глянь, виделись тени будущих смертей и разрушений. В одном конце форта маршировал взвод боевиков с РПГ, в другом – инструктировали смертников, а у дверей ангара разгружали грузовики с оружием. Также не территории базы стояли с дюжину броневиков и танков, и четыре боевых вертолета. Затем главные ворота открылись и внутрь въехал белый лимузин с тонированными окнами. Машина проехала мимо казарм и остановилась у края площадки, водитель открыл пассажирскую дверь и, из салона вышел Каха.

Увидев отца, Искандер отбросил пистолеты и побежал ему навстречу. Отец и сын обнялись и Каха сказал сыну: «Теория закончилась! Теперь практика».

Большие раздвижные двери открылись и внутрь склада въехали два грузовика с брезентовым кузовом. Посреди этого большого ангара стояли двое – Каха и заметно возмужавший восемнадцатилетний Искандер – оба были одеты в дорогие костюмы. Каха был невозмутим, а Искандер слегка волновался и время от времени поглядывал на отца. Грузовики остановились справа от входа, из первой машины вышел человек в очках, подошел к Кахе и предложил посмотреть товар.

Вытащив из кузова небольшой пакет, продавец положил его на раскладной столик и предложил проверить качество. Каха достал нож-бабочку, открыл его и надрезал пакет. На кончике ножа осталось немного белого порошка и он поднес его к ноздре и сделал резкий вдох. Его глаза блеснули, губы дрогнули, а щеки покраснели и по выражению его лица было понятно, что товар ему понравился и, что он доволен сделкой.... Как вдруг раздвижные двери склада открылись вновь и в них появились сотрудники милиции и спецназа. Они вбежали внутрь склада и начали окружать «бизнесменов». Люди, которые привезли товар, попытались убежать, но их застрелили на месте. Искандер дрогнул и хотел было вытащить пистолет, но Каха взял его за руку и дал ему понять, что ничего делать не нужно. Сотрудники милиции и отряда специального назначения окружили Каху и Искандера, а затем внутрь склада вошел главный опер. Он шел небрежной походкой, ел семечки из свернутого газетного пакетика и ухмылялся. Не говоря ни слова, он подошел к Кахе и Искандеру, окинул их взглядом, посмотрел на надрезанный пакет и на сотни других пакетов, лежащих в грузовиках. Он хотел было что-то сказать, как вдруг послышались хлопки, и один за другим сотрудники спецназа начали падать. А затем из всех углов склада стали появляться вооруженные люди, на головах у которых были повязки с символикой организации, возглавляемой Кахой. Боевики убили всех бойцов спецназа и окружили милиционеров. Каха покачал головой, улыбнулся и сделал шаг навстречу к главному оперу.

Не прошло и получаса, как все милиционеры, в том числе и главный опер, были связаны и лежали в котловане внутри какого-то здания. Они дергались и мычали, пытались дать понять, что хотят жить, но Каха был невозмутим и смотрел на них безразличным взглядом. Ему не было дело ни до них, ни до их семей, ни до будущего их детей. Ему было плевать на закон, так как он знал, что он превыше него. И вот его рука неспешно поднялась вверх, пальцы соединились и щелкнули. Искандер посмотрел на отца, а затем посмотрел на милиционеров не то с жалостью, не то с тревогой, не то со страхом. Это было впервые, когда ему предстояло убить человека, глядя ему в глаза, и он еще не привык к этому. Впрочем, его замешательство было недолгим.... он протянул руку к вентилю, повернул его, и бетонная смесь начала заливать котлован, в котором лежали люди....

Совершив свое первое массовое убийство в восемнадцать лет, к двадцати трем Искандер стал настоящим палачом не знающим ни сострадания, ни сомнения. Он возглавил, созданную отцом организацию. Он принимал активное участие в боевых действиях в Афганистане, в Ираке, а так же в развале СССР. В то время, как обычным людям показывали хронику: выстрелы по Белому дому; Ельцина, выступающего на баррикадах; Горбачева, выходящего из самолета и флаг Советского Союза, который спустили со здания Кремлевского Дворца съездов, люди Искандера перекраивали Страну и помогали в захвате социалистической собственности, названном в последствии красивым словом – приватизация. Весь остаток двадцатого века Искандер был одним из теневых вершителей судеб и, во многом, именно благодаря ему и таким, как он, сегодняшняя Россия и имеет ее нынешний облик. И это было только лишь начало. Вот только Кахе не суждено было увидеть, какой станет эта новая Россия.

 

Двери распахнулись и в комнату вошел Искандер. Это был уже не тот юноша, каким мы его знали в конце восьмидесятых – начала девяностых. Это был умудренный жизнью гладиатор, сменивший привитый отцом светский образ на кожаный плащ и крест в ухе. Не сбавляя шага он прошел через всю комнату и подошел к кровати, на которой лежал Каха. Каха был подключен к системам жизнеобеспечения, выглядел ветхим и дряблым, и судя по выражению лица Искандера, он не мог поверить, что его отец в таком состоянии и, что его время на исходе. Кое-как совладав с собой, Искандер склонился и взял отца за руку. Почувствовав же прикосновение, Каха вздрогнул, приоткрыл глаза и посмотрел на сына. Увидев Искандера, Каха улыбнулся, облегченно вздохнул и начал шептать. Его губы были почти неподвижны, а звуки очень тихими, поэтому Искандеру пришлось встать на одно колено и приникнуть к отцовским устам ухом.

– Мое время пришло! И я уже слышу голоса Валькирий кружащихся над полем брани, где и мне придется сложить свою голову. Я знаю, что земля для меня не станет пухом и, что говоря обо мне « Царствие ему небесное», люди будут иметь виду «царствие ему подземное». Я сделал много плохого, причинил много боли и страданий, и даже ты, даже ты – это плод моей греховной жизни.

– О чем ты, отец?

– В моем сейфе есть синяя папка, в ней ты найдешь имена своих настоящих родителей и если захочешь, то ты сможешь найти их, я думаю, что они еще живы. Если захочешь, можешь найти и своего брата близнеца, – прошептал Каха, дотронулся до руки Искандера, и зигзагообразная линия на экране кардиографа тотчас же стала прямой.

Уходящее за горизонт солнце отразилось в окнах больницы и наполнило коридор желто-оранжевым светом. По коридору шли двое: слева – врач, а справа – Искандер. Они шли не говоря друг другу ни слова, смотрели вперед и так до самой двери с надписью «морг».

Яркие люминесцентные лампы осветили помещение, в котором стояло несколько металлических столов, на одном из которых лежал человек, накрытый зеленой тканью. Врач подошел к этому столу, Искандер подошел к столу вслед за ним. Не говоря ни слова, врач бросил на Искандера мимолетный взгляд, сдернул край зеленой материи и показал Искандеру лицо его покойного брата близнеца.

Его звали Вадим, он был бледен, а на его груди у сердца зияла дыра от пули.

– А мы похожи, – прошептал Искандер, глядя брату в лицо, – аж жутко, как-то вот так вот видеть себя и в таком состоянии, – усмехнулся Искандер и очертил рану кончиком пальца.

Его рука то и дело вздрагивала, а уста издавали странные звуки напоминающие всхлипывание. Доктор смотрел на Искандера с сожалением и пониманием, а затем Искандер положил ладонь брату на лоб, вздохнул и протянул. – Да уж! Жаль, что нам так и не довелось поболтать…. Очень жаль.

1. Путник с того света

Входная дверь в дом отдыха «Снегири» распахнулась и в вестибюль вошел человек в черных джинсах и белой майке. Кто-то считает, что он умер, кто-то считает, что он не умрет никогда, для тех же, кто его узнал, – это все тот же Стас. Ну или почти тот же, впрочем, об этом чуть позже. Из вещей у Стаса с собой была лишь небольшая спортивная сумка, взгляд его был понурый, а походка усталая. Он дошел до стойки с надписью «Ресепшен», огляделся и оценил обстановку. В холле было много людей и, судя по выражению лица Стаса, люди эти его нервировали. Одни слишком громко выясняли, почему Вася забыл дома Машину плойку, у других были слишком невоспитанные дети, а третьи просто «лицом не вышли», а еще этот ресепшионист, который был занят чем угодно, но только не своей основной работой. То он менял скрепки в степлере, то перекладывал какие-то бумажки, то проверял как лежат ключи в ячейках. Это выглядело так, словно он намеренно не обращал на Стаса внимания, так, словно он знал, кем был Стас и выражал ему таким образом свой протест. Не отреагировал он на Стаса даже после того, как Стас постучал кулаком по столешнице, ну и, как следствие, Стас не выдержал и вспылил.

– Слышишь, ты, – выкрикнул Стас и посмотрел на администратора взглядом сатаны.

– Эээ…– протянул тот в ответ, оторвался от ключей и посмотрел на Стаса безразличным взглядом, после чего улыбнулся и сказал, как ни в чем не бывало, – простите, кажется, я вас не заметил.

– Не заметил он , – прошипел Стас, кашлянул и продолжил, – ты здесь рулишь делами или кто?

– Ну если вы про заселение и выселение, то я, а что!? Чем могу помочь? – спросил администратор.

– Мне нужен номер, – прошептал Стас, бросил сумку на пол, положил руки на столешницу и сжал их в кулаки.

– Хорошо! Как вас зовут!? – спросил ресепшионист и приготовился проверить бронь в компьютере.

– Стас Ка…, – начал было Стас, но прервался, поморщился и перефразировал изначальную реплику. – Карлов, Стас Карлов.

– Карлов…, – пробубнил ресепшионист, усмехнулся, поднял глаза и спросил, – а у вас бронь-то есть?

– Бронь? – смутился Стас, машинально потрогал грудь в районе сердца и пробубнил, – а жилет-то мне здесь зачем?!

– Нет! – усмехнулся ресепшионист, – я про бронь номера! Про резерв, в смысле.

– Ах, ты об этом, – усмехнулся Стас, бросил взгляд на парочку, которая все не переставала обсуждать забытую плойку, поморщился и продолжил, – нет! Нет у меня никакого резерва.

– Ну тогда…, – чуть ли не нараспев прощебетал администратор, – боюсь, что я не могу вам ничем помочь. Свободных мест нет.

– Что значит, нет? У тебя ведь вон…, – Стас бросил взгляд на стенд с ключами, – полно ключей, дай хоть какой-то.

– Ах! – воскликнул ресепшионист, глянул на ключи, пожал плечами и усмехнулся, – эти все зарезервированы.

– Хм…, усмехнулся Стас, – улыбнулся и пару раз легонечко побарабанил по столешнице кулаками, – ну может сделаешь исключение? Как там тебя, – Стас глянул на табличку на груди парня и назвал его по имени, – Алексей.

– Простите! Но я ничего не могу сделать.

– И что мне делать прикажешь?

– Езжайте в другой дом отдыха, может у них вам повезет.

– В другой дом отдыха, – усмехнулся Стас.

– Ну а что?! Тут в получасе езды есть еще один неплохой пансионат.

– Но мне этот рекомендовали!

– И правильно сделали! Наш и вправду самый лучший в округе, но как я уже сказал, мест нет!

– Но…

– Ничем не могу помочь! Просите, – пропел Алексей немножечко кривляясь.

– Ну как же быть? Я устал с дороги и никуда больше не хочу!

– Ну, это ваши проблемы.

– Нет, Алексей, это не мои проблемы, – прошептал Стас, качнул головой, что послышался хруст шейных позвонков, затем поманил Алексея к себе пальцем, и когда тот наклонился вперед, схватил его за ворот и прошипел. – Послушай, ты! Ты за кого меня принимаешь? За посыльного что ли, чтобы я из одного отеля в другой ездил?! Я приехал сюда! У меня была трудная неделя… трудный месяц и, вообще, жизнь у меня не самая простая. Я устал с дороги, я здесь и сейчас, и я никуда не поеду! Мне нужен номер! Ты понял?! – сказал Стас и легонечко дернул Алексея за ворот.

– Да что вы себе позволяете?! – возмутился Алексей.

– К твоему счастью, я еще ничего себе не позволил, – ответил Стас, еще раз дернул Лешу за ворот и добавил. – Номер! Быстро! А то, если наш разговор продлиться ещё минуту, то я за себя не отвечаю!

– Да отпустите же меня, – выкрикнул Алексей, отбился от руки Стаса, поправил ворот и крикнул. – Охрана.

Крик разнесся по холлу звонким эхо, а буквально через пару секунд откуда-то из-за колонны показался человек в костюме и с рацией в руке. Это был крупный мужчина с чрезмерно мужественным выражением лица, однако, стоило ему увидеть Стаса, как он сразу же побледнел, осунулся и сбавил свой пыл. Подойдя к стойке администратора охранник сухо и тихо спросил. – Что случилось? Звали?

– Да, вот! – фыркнул Леша и махнул на Стаса рукой, – у нас тут человек, который не понимает русского языка, да еще и руки распускает!

– Мне просто нужен номер и все!

– Вот слышите! – усмехнулся Леша и добавил, – я ему говорю, что номеров нет, а он мне – дай номер и все тут.

– Ну, может…, – начал было охранник, но тут же прервался, склонился и спросил у Леши, – а этого человека зовут случаем не Стас Кар…

– Да, так его зовут, а ты что его знаешь что ли? – перебил охранника Алексей.

– Знаю ли я его!? – усмехнулся охранник, – да его любой вахтер и ЧОПовец знает! Что мы по-твоему на работе делам!? Именно! Сериалы про ментов смотрим, да дежурную часть. И…, – охранник глянул на Стаса и поморщился, – этого парня в криминальных сводках раз сто показывали, не меньше.

– Ииии…!?

– Да ты не понимаешь, кто это такой?! Он был ментом, а потом его уволили за то, что он с катушек съехал и резню в торговом центре устроил. Человек двадцать тогда погибло…. Потом его реабилитировали, правда, и он на праведный путь встал, но, – охранник бросил на Стаса очередной мимолетный взгляд и добавил, – может…, это… дашь ему что-то из резерва, с ним лучше не спорить, а то он тут устроит сейчас кавардак.

– Ну … ладно…, ладно, только под твою ответственность и, если что, то…это, ну в общем, ты понял, – прошептал Леша, сделал недовольное выражение лица и обратился к Стасу. – Давайте ваш паспорт, сейчас я оформлю вам номер.

– Вот бы сразу так, – прошептал Стас, достал из заднего кармана джинсов паспорт и протянул его Леше.

– Хорошо! Вот вам бумаги, их надо заполнить, – промолвил Леша и протянул было Стасу документы, однако, увидев его лицо, добавил, – хотя, давайте я их лучше сам заполню.

– Да! Давай лучше сам, – ответил Стас и посмотрел на охранника, который то и дело поглядывал на него исподлобья. – Что? – спросил Стас недовольным тоном.

– Да нет! Нет! Ничего…, – ответил охранник, выдержал паузу и добавил, – вы ведь тот самый? Стас из новостей.

– Нет! Я Стас Карлов, а у того другая фамилия была. Просто похожи, – ответил Стас, выдержал секундную паузу и добавил, – но если тебе автограф нужен, то я и за него могу расписаться! Ты только попроси!

– Да нет! Нет, простите, – ответил охранник, покачал головой и пробубнил, – но, по-моему это все же вас я по телевизору видел. Серьезный вы человек, и я с вами спорить не стану! Карлов, значит Карлов!

– И правильно! Не надо спорить, – ответил Стас и перевел взгляд на Лешу, который закончил оформлять документы и вернул Стасу паспорт. – Вот! Все готово, ваш номер – пятьдесят ноль два. Подождите, сейчас вас проводят, – сказал Леша, сделал звонок и окликнул молодого человека, вошедшего в холл через центральный вход. – Вася! Сюда!

–Да! Алексей Иванович, звали? – воскликнул Вася и посмотрел сначала на охранника, а затем на Стаса.

– Проводите пожалуйста нашего гостя в комнату пятьдесят ноль два.

– Хорошо!

– Вот ключ, – сказал Леша и протянул ключ Васе.

– Ага! – ответил Вася, перевел взгляд на Стаса, затем на его сумку и спросил, – это ваш багаж?

– Да!

– Давайте, я возьму, – сказал Вася и протянул руку за сумкой.

– Бери и пошли! – ответил Стас и посмотрел на Васю усталым и злым взглядом.

– Да, да! – согласился Вася и направился в сторону лифтов.

Не говоря ни слова, Стас последовал за Васей, ну а Алексей и охранник проводили их взглядом и переглянулись.

– И что, это правда тот самый человек из новостей? Тот самый, как его там звали?

– «Мясник из Белой Дачи»

– И что, это правда он?

– Да! – ответил охранник, сделал загадочное лицо и добавил, – пусть и фамилия другая, но это точно он.

– А не опасно такого гостя иметь? Может, сообщим куда надо?

– Да нет! Не стоит! Он теперь законопослушный гражданин!

– Ну, как сказать, – прошептал Леша и поправил ворот.

– Надо просто поаккуратнее с ним, вот и все!

– Ну это-то да! Надо персонал предупредить, чтобы они с ним повежливее были.

– Да! От греха подальше!

Лифт остановился и из него вышли Стас и Вася.

– Ну, а если не брать в расчет то, что пансионат старый, то в остальном у нас все хорошо – лес вокруг, большая территория, несколько корпусов, бассейн, спортзал, кинозал, дискотека и даже боулинг есть. Хотя на дверях почему-то написано «кегельбан», – воскликнул Вася. Стас не выдержал и положил ему руку на плечо.

– Может, ты уже прервешься и помолчишь, а то я твоей головой в кегельбан сыграю, – прошипел Стас.

 

– Что…, – усмехнулся Вася, улыбнулся и добавил, – странный вы все же! Вы же на отдых приехали, а не рады что-то ни разу.

– Помолчи уже.

– Ну ладно, – усмехнулся Вася, указал рукой вперед и добавил, – нам прямо, уже почти пришли.

Дверь номера распахнулась, и прямо с порога Вася начал объяснять, что к чему.

– Итак! Вот она ваша комната, – выкрикнул Вася, окинул номер взглядом и продолжил, – вот кресло, и на него я положу вашу сумку! А вон за той дверью ванная! Это вот телевизор, а там на тумбочке лежит пульт от него! Есть еще кондиционер.

– Пошел вон, – перебил Васю Стас.

– Что?

– Я говорю, иди отсюда, соловей! Голова от твоих трелей уже болит, – проговорил Стас, взял Васю под руку и потащил к выходу.

– Ну, позвольте, я вам еще про мини бар не рассказал.

– Я не пью.

– Ну, а про канал для взрослых!

– Все, тебе говорят! Давай…, – прошептал Стас, отпустил Васю и указал на выход.

– Ну, а это…, – пробормотал Вася, качнулся на пятках, подвигал глазками и вытянул вперед руку, – надо бы дать пару монет на чай.

– Че? – негодующе прошипел Стас и посмотрел на руку коридорного.

– Пару монет на кофеек говорю! Как-никак нес сумку, о пансионате рассказал!

– Не наглей, соловей, – прошипел Стас, шлепнул Васю по руке, закрыл дверь и направился в ванную.

Краны с холодной и горячей водой скрипнули и из душа потекла теплая вода. Стас стоял повернувшись лицом в угол, уперев руки в стену он вспомнил о том, что случилось минувшим вечером.

Он вернулся домой, и это возвращение должно было стать сюрпризом. С собой у него был букет цветов, пакет с шампанским и конфетами, а еще были сотни слов, которые он должен был сказать и, которые должны были объяснить всё. Раздевшись, Стас прошел в комнату, положил цветы и пакет на столик и пошел на звуки, доносящиеся из спальни.

– Света, – прошептал Стас, улыбнулся и добавил. – Это я, Стас! Я вернулся! Слышишь, я дома! Это я!

Не дождавшись ответа, Стас открыл дверь спальни и увидел, как его Света занимается сексом с другим мужчиной. Они делали это настолько увлеченно, что даже не заметили его появления, а сам Стас, тем делом, стоял и не знал как себя повести. Его лицо выражало все возможные эмоции разом. Его руки дрожали, а глаза налились кровью и стали вместилищем для тысячи и одного образа. Он увидел, как набрасывается на них, как сдергивает с них одеяло, как хватает ее за горло, как избивает его руками, ногами и прикроватным светильником. Он стоял и смотрел на акт прелюбодеяния, а они, тем делом, продолжали… А затем пробел и последнее, что помнил Стас, так это то, как вышел из квартиры и, как сильно билось у него сердце.

Спустившись на первый этаж, он выскочил из подъезда и побежал куда глаза глядят, а затем была машина такси, поездка через весь город.... И вот палец нажал на дверной звонок и, жал на него до тех пор, пока дверь не открылась, и пока Стас не увидел ее – свою бывшую коллегу и друга Ирэну.

– Стас!? Что!? Что случилось !? Ты ведь…, я ведь… Я ведь тебя домой привезла! Почему ты тут !? – пробормотала опешившая Ирэна, оглядела лицо Стаса и поморщилась.

– Я… я… , – заикался Стас, мускулы на его лице начали вздрагивать, а сам он начал оседать и опустился на колени.

– Да что случилось? Давай! Заходи! – воскликнула Ирэна, схватила Стаса за руку и втащила в квартиру.

Чайник закипел и выключился, Ирэна заварила каркаде и поставила чашки на стол. Стас сидел неподвижно, глядел в одну точку и молчал, а по его вискам стекали капельки пота, от которых шел пар.

– Ну так что у тебя стряслось?! Почему ты не дома!? Свету видел?

– А…, – встрепенулся Стас при упоминании имени Светы, затрясся и начал причитать, – я.. я… я не знаю, все было точно так же, как и тогда! И мне кажется, что я убил их! Порвал! Убил их!

– Да кого их !?

– Свету и ее любо…вника, – с трудом прошептал Стас.

– Что!?

– Она изменила мне! Слышишь Ирэна?! Изменила! С каким-то ботаном, и по-моему, я убил их! Ее…, его, их…, – прошептал Стас, опустил взгляд и добавил, – убил… Свету.

– Ничего не поняла!? Ты что ее с кем-то застал что ли?

– Да…

– И… что… убил?

– Ну и … по-моему, – прошептал Стас и клацнул челюстью.

– Что? – опешила Ирэна, вскочила со стула и взяла телефон, висящий на стене.

– Что…, что ты делаешь?

– Звоню! Она ведь у тебя живет?!

– Ну…

– Помолчи! – сказала Ирэна и набрала номер.

Прислонив трубку к уху, Ирэна опустила глаза и начала ждать. Ее лицо не выражало совершенно никаких эмоций, а затем она вдруг резко прервала вызов, посмотрела на Стаса и сказала. – Жива она! Ответила!

– Жива!? – воодушевился Стас, поднялся и направился в коридор.

– Куда ты!? – крикнула Ирэна.

– Ааа!? Что?! – удивился Стас и глянул на Ирэну через плечо.

– А ну-ка стой, собрался он к ней! Совсем что ли ничего не понимаешь!? После случившегося тебе нельзя возвращаться домой! Сегодня останешься у меня, а завтра я тебя на реабилитацию отвезу.

– Реабилитацию!?

– Да! – ответил Ирэна и улыбнулась. Ну, а к полудню следующего дня ее машина остановилась у ворот пансионата «Снегири».

– Вот! Это хорошее место, – сказала Ирэна и посмотрела сначала на ворота, а затем на Стаса, – побудь здесь пару дней! Выпусти пар и подумай о жизни и…, чего я тебя учу, сам все знаешь!

– Да уж, – протянул Стас, посмотрел на ворота, вздохнул и спросил, – ну почему она сделала это?! Почему!?

– Захотелось!

– Что?! – удивился Стас и посмотрел на Ирэну с недоумением.

– Ну а что бы ты сделал?! Окажись ты на ее месте!? – усмехнулась Ирэна, взяла Стаса за плечи, встряхнула его и продолжила, – послушай, Стас! Она ведь думала, что потеряла тебя! Она была надломлена и, помнишь, ты рассказывал мне про своего друга, ну этого блондина.

– Про Вадима!?

– Да! – прошептала Ирэна, подернула кончиком губы и добавила, – помнишь, как ты себя чувствовал после того, как убил его?! Помнишь, что ты сделал, когда пришел домой?

– Ну я… я посмотрел на Свету… , схватил ее и начал насиловать. Начал и уже не мог остановиться. Вернее мог, но не хотел! Хотел сделать ей больно, хотел, чтобы больно было не только мне, но и ей! Я хотел согрешить! Хотел, чтобы кто-то живой злился на меня! Что бы кто-то живой упрекнул меня в грехе! Хотел смыть один грех другим!

– Ну вот видишь! – прошептала Ирэна и улыбнулась, – наверное и она испытывала нечто похожее и хотела приглушить боль утраты болью греха.

– Да, но…

– Стаааас…, – протянула Ирэна заискивающе, – пойми же! Она сделала это не потому, что разлюбила тебя, а потому что не могла пережить твой уход. Она любит тебя и теперь, когда она знает, что ты вернулся! Она будет ждать тебя! Главное, чтобы и ты был готов к вашей с ней встрече! Ммм..

– Да! – прошептал Стас в ответ и потянул за ручку двери.

Дверь открылась, Стас вышел из ванной, глянул на часы – было начало первого, и лег в кровать. Минувшей ночью ему так и не удалось уснуть, а накопившаяся усталость буквально засасывала его в царствие снов. Его тело стало наливаться тяжестью, веки опустились, а звуки щебечущих за окном птиц, начали отдаляться, пока не растворились в толще сгустившейся тьмы. Умиротворяющая и ласковая она несла его к границам небытия, и это чувство полной пустоты было именно тем, в чем Стас так нуждался.... как вдруг, откуда-то сверху послышался какой-то навязчивый ритмичный стук. Раз от раза он становился все громче и громче, а затем Стас открыл глаза и понял, что это стучат в дверь его номера.

Нехотя оторвав голову от подушки, он посмотрел в сторону двери и крикнул: «Никого нет дома!» – в ответ на что, стук в дверь усилился, а вслед за ним последовали еще и возгласы: «Бундес, выходи!»

Это было бесцеремонно, дерзко и так вызывающе, что буквально озверев, Стас вскочил с кровати, подбежал к двери и открыл ее.

– Ты, че это бл…я, – выкрикнул Стас глядя на человека, стучащего в дверь.

– Ой! – вырвалось у того при виде Стаса, – кажется, я номером ошибся! Извиняй, мужик! – добавил он, хихикнул и побежал прочь.

– Ошибся он…, – пробормотал Стас, закрыл дверь, вернулся к кровати и машинально глянул на часы.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru