Вокзал, перрон. Елка с баранками

Сергей Семенович Монастырский
Вокзал, перрон. Елка с баранками

– Это ж агронома!

– Он домой на Новый год уехал. А мне велел печку топить. Тепло поддерживать.

– А сколько? – задумался провожатый Валентина.

Женщина оценивающе посмотрела на гостя.

– Пятьсот! – вдруг выдохнула она.

Колька ахнул:

– Ты что, Татьян!

– А что? Да ни куска мяса, шаром покати – все пропил, гад!

Вот тебе и Новый год! А дети, небось, подарков ждут!

И еще раз, посмотрев на гостя, уже решительно сказала:

– Пятьсот!

– Ладно! – Валентин решил прекратить торг.

– Возьмите деньги, – и он полез за кошельком.

– Да вы сначала комнату бы посмотрели, – уже мягче произнесла Татьяна.

– Мне все равно. Одна ночь – не месяц!

… Комната, в которую Татьяна ввела Валентина, оказалась довольно чистой. Стояла застеленная кровать, был стол, телевизор, в углу рукомойник с ведром внизу и печь.

– Сейчас принесу воды, щи у меня вчерашние остались – уже гостеприимно проговорила Татьяна.

– Да не надо! – Валентин хотел, наконец, остаться один, – в поезде успел пообедать.

… Татьяна вскоре вернулась. Причесанная, в длинной, правда, мятой юбке и серенькой кофте, она оказалась молодой еще женщиной, лет тридцати пяти. Подкинув дров в печь, принесла ведро воды.

– Ну, отдыхайте! – попрощалась она.

Валентин, не раздеваясь, прилег на кровать. Предновогодняя тоска навалилась еще больше. И он задремал.

Разбудил его стук в дверь. Он нехотя поднялся. В дверях стояла Татьяна.

– Не поможешь? – впервые обратилась она на «ты»

– Мой – то надрался уже, упал посреди двери, закрыть не могу.

Валентин пошел за ней.

Посреди входной двери в квартиру, впуская в дом морозный воздух с улицы, лежал здоровый мужик.

– Нажрался! – грустно вздохнула Татьяна – не дожил до Нового года!

– А если бы дожил? – раздраженно спросил Валентин.

– Ну, значит лежал бы уже под столом! Ох, ты горюшко мое! – опять вздохнула Татьяна.

Валентин подхватил мужика за руки и с помощью Татьяны кое-как затащил его домой, взвалили на кровать, не раздевая.

В проеме между двумя комнатами было видно, как на своей кровати сидят двое испуганных детей.

– Раздела бы ты его! – указал на мужика Валентин.

– На черта он мне сдался! – в сердцах крикнула Татьяна. И так до утра проспит!

– А как же Новый год? – удивленно спросил Валентин.

– Да видишь, уже наотмечался! – Татьяна присела на табуретку. – Ладно, иди. Спасибо!

Валентин вышел. Такое он видел в новогодний вечер впервые.

На улице стало уже совсем темно. В декабре в шесть вечера наступает ночь.

Улица была пуста. Слышен только лай собак. Он постоял, подумал и опять постучался в дверь.

– Что? – открыла Татьяна.

– Слушай, где тут у вас магазин? Что-нибудь на ужин себе куплю.

– Да уже, наверное, закрыли! – посмотрела на часы Татьяна.

– А так-то недалеко – свернешь в конце улицы направо и сам увидишь!

Магазин был еще, слава богу, открыт.

– Еще бы минут пять, и не успел, – радостно приветствовала его продавщица.

– С наступающим! – приветствовал ее Валентин, – что-нибудь есть для ужина?

– Да все перед тобой! – провела руками, по прилавкам и полкам продавщица.– Не густо, конечно.

Ну, что было, то и купил.

– А что-нибудь для детей?

– В подарок что ли? – удивилась продавщица, – что-то поздно ты вспомнил! Нет, конечно, ничего. Вот только конфет коробка, – она посмотрела на коробку и добавила, – Правда, немного просрочена …

– Давайте!

… В комнате уютно потрескивали догорающие дрова, отблески пламени из-за неплотно прикрытой заслонки гуляли по стенам, лампа с абажуром свисала над столом.

Валентин поставил на стол оставленную Колькой елку, нашел на кухонной полке тарелки, разрезал и разложил все что купил.

– Вроде бы красиво, – оглядел он новогоднее убранство.

Рейтинг@Mail.ru