Red Riding Hood

Сергей Овчинников
Red Riding Hood

– Куда она пошла? – Чертовщина какая-то. Мне стало неуютно. – В брошенную деревню?

– Ну, для неё это нормально – никого не удивило. Леська все глаза проплакала. Ходила вурдалак вурдалаком. Родители не знали, какому врачу показать. В Москву увезли потом.

Он опять замолчал, а потом напел из той песенки:

I'm gonna keep my sheep suit on

Until I'm sure that you've been shown

That I can be trusted walking with you alone.2

Оскалился и подмигнул мне. Я молча показала ему средний палец.

У Бабки в доме в коридоре темень. Хантер скромно топчется на улице. Выключатель нащупала – щелк – не намного светлее. На стене тесачино – пипец, музейный! Захожу в комнату:

– Здрассьте, бабушка! Меня мама прислала помочь, прибраться. – Оглядываюсь – охренеть тут месяц грязь возить!

Бабка в куче тряпья на кровати что-то шелестит в ответ. Вонь адская! Ни слова не разобрать!

Нос зажимаю, подхожу. Наклоняюсь. Это было ошибкой!

Костлявые руки тисками сдавили шею. Я еле успеваю просунуть свою ручонку в этот захват – папа не зря учил. Старуха вертит меня как тряпичную куклу. В следующую секунду я трепыхаюсь спиной к кровати. Глаза лезут из орбит. Мои новенькие адидасы отчаянно молотят по дощатому полу, один соскакивает. Я с ужасом смотрю уже будто со стороны, какой щербатый пол в этом месте, выдолбленный не одной парой ног.

За дверью что-то громыхает. На пороге Хантер. В руке ржавый тесак из коридора. Он всё-таки очнулся, мой рыцарь!

– Долбанный тормоз! Она же меня придушит! Сука! – Я хриплю и шепчу – сама себя не слышу. Тиски сжимаются. Моя чудом просунутая рука в конец онемела.

Он бросается ко мне. Мимо уха что-то просвистело, и мерзко чавкнуло слева. Захват падает, и я звездой лечу на пол. Кручусь по-звериному, не соображая, где свои, где чужие.

– Херасе! Такой острый! – Хантер склонился над бабкой. Тесак отсёк ей руку по локоть и наполовину вошел в череп.

Рука на полу в луже крови. Хантер перехватил мой взгляд:

– Не смотри! – И отбросил ногой в дальний угол.

– Бабка-то у тебя огонь! Сущий терминатор! – Он разглядывал обезображенную старуху.

– Походу, бабка левая! – Я старалась не смотреть в её сторону. – Я с мамашей как-то приезжала, давно правда – плохо помню, но точно полненькая бабуля была, а это же скелет.

А потом, значит, к Красной Шапочке пришёл серый волк. Тихо возник, мы не услышали – обернулись только на звук затвора.

Бирюков скользнул взглядом по старухе с тесаком и уставился на Хантера:

– А ты зачем здесь?

Хантер криво ухмыльнулся и не ответил. Опять мне его улыбка не понравилась. Совсем.

– Как же вы, детишечки, бабушку угробили? Старенькую. – Здоровяк хохотнул, покачнулся. Бухой!

Подвинул себе стул, сел у входа, закурил. Мы по обе стороны от него – опасности не представляем. Он даже пистолет свой на комод сгрузил.

2Я не буду снимать свой овечий костюм, Пока ты не покажешь, Что доверяешь мне настолько, чтобы я шел с тобой.
Рейтинг@Mail.ru