10 ЖК. Десятая жизнь кошки

Сергей Овчинников
10 ЖК. Десятая жизнь кошки

Но надо по порядку. Сначала я увидел контейнер. Ну, эту, кошачью переноску, он же дом, он же спальня. Мерзкое, надо сказать, приспособление по отношению к заточённому в ней животному. Ну, так вот, он был точь в точь как мой, то есть тот, в котором Игорь принес мне номера первого. Такой же голубенький. Я на него среагировал словно тренированный фотоэлемент. Ну и тут же потерял бы интерес, если бы ровно над ним не маячила испуганно-растерянная физиономия моего приятеля. Игорь меня не заметил, а я сделал неожиданное. Повернулся к нему боком, шагнул назад и влево, скрывшись за какой-то полуколонной. На моё счастье интерьер в кофейне изобиловал объемными решениями. Сел опять за свободный столик и даже схватил меню на автопилоте.

Спрятавшись таким образом, я – вы уже догадались – достал телефон и позвонил ему –Игорю. Скажете: «робот»? Крис именно так бы и охарактеризовала: «Дим, ты чё, робот? Человек перед тобой – подойти не пробовал? Ещё телеграмму отбей!» Можно подумать, она когда-то в своей жизни пользовалась телеграфом. Телефон между тем сообщал прежнюю историю на иностранном языке.

Дурацкая, конечно, ситуация. Почему это мне вздумалось прятаться? Не я же его кинул – кстати, сколько дней назад он должен был вернуться? Вечер среды уже всё-таки. Может я что-то почувствовал или жаждал более сногсшибательного разоблачения? Да нет, всё проще. Я, как математик, обязан был проверить уникальность исхода. Вдруг это не Игорь? А как не состоявшийся юрист, хотел действовать наверняка. Ну а вариант подойти и поговорить – это уже для совсем отмороженных экстравертов. Я всё это довольно быстро обдумал, и меня сразу будто приколотило к стулу. И я даже сказал сам себе: «А ты ведь себя ведешь ну в точности как он. Нас там на кафедре системного программирования одинаково прошили всех что ли, системно и под гребенку? Или это кошачье влияние?»

Я отложил меню, решительно встал и направился в сторону, где я видел Игорька. Он сидел за столом, контейнер стоял у ног. А напротив него, я даже не поверил, – девушка. Светлые волосы, сама бледная. Худенькая, даже чересчур. Не мой типаж. Выглядела расстроенной. Он пытался успокаивать. Я не стал подходить – я поехал домой. Где-то у меня должен быть его адрес. Надо прекращать этот цирк (или зоопарк?) Сегодня же вечером отвезу ему… Мурку. Мне стало не по себе.

Взаимное и чистосердечное

До квартиры Игоря я добрался уже к восьми.

Вообще, что-то странное. Как домой вернулся, в такой рабочий раж вошёл. Не глядя на часы, с головой в трудовой подвиг. По основной работе висяки переделал. По ходу ТЗ Васе набросал – чистовик же не нужен – один хрен наисправляют – сами ещё в думках. Хотел уже, было, отправить – вовремя руку отдернул. «Рано, Костик!» Нельзя же, в самом деле, так свой труд интеллектуальный обесценивать.

Безмерно довольный собой стал собирать Муркины причиндалы. И тут мне как засвербило. И больше всего контейнер тот – другой, из головы не идёт. Что же, кот, выходит у него не один – или что это за хрень? Ладно, сегодня выясним. Мурка следила за моими хаотичными перемещениями. Мячом не играла. Чувствовала, может? Я тоже на нее посмотрел. Цепкий такой взгляд, внимательный. Никаких тебе улыбочек. Всё серьезно. Говорят, они не умеют. Хотя, когда она мне не дала позвонить Светке, я готов поспорить, она ухмылялась… Пусть и неумело.

Вспомнил, как они с Кристиной целовались, как я её освободить пытался. И мне, короче, совсем подурнело. А потом… Потом она не захотела лезть в эту небесного цвета темницу. Я бы тоже по доброй воле да за решетку – боже упаси! Но к Игорю я должен явиться и явиться с котом. Придумал я себе так. А если я себе чего придумал… Передумать – хуже суицида! Ну и я себя уговорил. Дескать, я её просто с собой беру. А отдавать не буду конечно. Как я её отдам? Это же мой Мурёнок. А у этого, похоже, коты и без нее водятся. Или, может, тот в кафе не его?

Мотая эти сопли по сотому разу, я позвонил в квартиру. Из-за двери спросили:

– Кто?

– Совесть твоя.

Дверь распахнулась, и я увидел своего приятеля. Есть люди, которые могут настолько сильно округлять глаза, что хочется подставить ладошки. Впрочем, у Игоря имелись очки, видимо, на подобный случай. В том, что он удивился, сомнений не возникло. Однако, я-то рассчитывал разглядеть хоть что-то, похожее на чувство вины. Но облом. Если даже он и чувствовал себя виноватым, удивился он явно сильнее. Да и то правда, такие глаза в пол не спрячешь, разве что вместе с очками выпрыгнут.

– О, ты вернулся уже? Не смог дозвониться. – Я шагнул внутрь, не дожидаясь приглашения.

Он неловко посторонился

– Дим, погоди. Я тебе сейчас…

Я торжественно вручил ему контейнер с Муркой. Сердце у меня прям сжалось. «Мурён, я тебя не оставлю этому!»

В квартире было тихо, только в ванной шумела вода. И я все так же решительно двинул в комнату. Вода в ванной стихла, кто-то пытался открыть дверь. Игорь влетел за мной в гостиную, затолкал стоявший голубой контейнер под стол. Я мысленно посочувствовал его обитателю. «Попробовал бы он с Муркой так».

– Димон, я тебя прошу, – он приблизился ко мне почти вплотную и зашипел, опять выкатив свои белки до отказа, – ничего не говори. Она сейчас уйдет уже. Я тебе все объясню.

В комнату вошла та светленькая из кафе. Нет, не вошла – прокралась, как мышка. Она, видимо, снова всплакнула, хотя может просто умылась.

– Танюш! – Игорь вращал глазищами и улыбался на манер Хоакина Феникса в роли Джокера.

– Ты представляешь?! Дима его нашел. – он торжественно поднял домик с Муркой.

– Дима? – она неуверенно коснулась меня робким взглядом. «Нет, точно не мой типаж»

– Да, кстати, познакомься. Мы вместе учились.

– Очень приятно. – Она опять осмелилась посмотреть на меня. – Спасибо. А как вы..?

– Рядом тут живу. – Зачем-то соврал я.

Почти кожей ощутил её угловатую неловкость и даже стал испытывать нечто подобное сам. Это надо почувствовать, чтобы понять, что некоммуникабельность материальна. Есть люди, её излучающие и генерирующие. Она как барьер, невидимый, но надежно укрывающий и защищающий от травматичного общения, но не только. Практически от любого. «Господи, как же сложно таким людям! А как сложно нам с такими людьми!»

– Игорь, ну я пойду? Меня мама уже в машине ждёт.

«Боже, какая прелесть! За ней мама приехала. Она конечно на вид помладше Игоря выглядит. Ну не на столько же! Если он сейчас попытается ей мою Мурку отдать, я буду возражать.»

Но гостья не выказала никаких намерений на счёт Мурки. Они церемонно попрощались, даже не поцеловавшись, и дверь захлопнулась

Я молча взял из рук Игоря контейнер с Муркой, поставил на пол, поколебался, не открыть ли дверцу, но решил не рисковать. Вместо этого я уселся за круглый стол посреди гостиной. Игорь замер в нерешительности:

– Чай будешь?

– Буду.

– Есть коньяк.

Движением рук и бровей я дал понять, что вопрос явно лишний в отличие от самого коньяка. Появилась бутылка, рюмки, следом чашки. Вот уже и чайник закипел и тоже оказался на столе. И только хозяин всё суетился, не желая уже остановиться и занять место напротив. Ложки, салфетки… Вазочка с сахаром. Тростниковым.

– Сейчас ещё лимончик. Колбаску.

– Игорь!

– А? Что? – он на секунду замер.

– Хорош бегать! Сядь!

Он неохотно повиновался.

Теперь я просто сидел напротив него и смотрел перед собой, изредка фокусируясь у него на переносице. «Ума не приложу, что же ты мне сейчас поведаешь. Ведь поведаешь?»

И Игорь начал свой рассказ.

– Девчонок на кафедре и вокруг всегда было в избытке. Но со служебными романтическими историями мне не везло. Я же не ловелас и не пикапер. Мне надо, чтобы отношения проросли, выкристализовались из обыденности. Чтобы двое мы, так сказать, безысходно почувствовали и осознали бы вдруг и разом, что мы избраны для чего-то большого и светлого. – Он похоже в какую-то знакомую колею вошёл, и я даже забеспокоился, увидев сектантский блеск в глазах.

– Ой, Игорёк, ты не проповедуешь, часом? – Я поджал губы, подавив смешок, но он и бровью не повёл.

– Нуу… Вот. Только-только начинало что-то завязываться, как всё выплывало наружу. Как будто сам не удержался и в инстаграмм выложил фото с первого свидания, а утром проснулся знаменитым. И в другой раз такой же сценарий. А потом, знаешь, люди на кафедре подолгу задерживаются. Текучка низкая. Ну и когда очередной роман в таком узком коллективе публикуется… Мой первый, хм, объект начал на меня странно поглядывать.

– И сколько же раз ты успел эту дистанцию проделать?

– На втором споткнулся, на третий уже не решился.

– А были кандидатуры?

Он погримасничал, поерзал очками, но не ответил.

– А как зарекся, у меня долгое время вообще никого не было. В работу с головой ушёл. Защитился как раз в тот период. Сплошная польза. Ничто меня не отвлекало. А потом словно вспомнил. Будто чего-то важного в жизни недостаёт. Но на работе нельзя – зарок. А как по-другому – я и не знаю.

Игорь продемонстрировал своё обычное растерянно-испуганное выражение лица. «Интересно, у меня такое бывает? Вообще, не дай бог! Надо понаблюдать за собой.»

– Я себе казался подростком в детском бассейне. – Откровенничал Игорь. – Знаешь, будто пришел мальчик по абонементу в лягушатник плавать учиться. И он там всех на голову выше. Потому что в его возрасте уже полагается плавать уметь.

Внутри у меня будто лифт сорвался с троса, и я даже услышал удаляющийся крик пассажиров. Я прищурился. Взгляд съехал с переносицы. Я тщетно поискал у него в глазах ответа на возникший из ниоткуда вопрос: «Откуда ты, сука, знаешь про бассейн?» Но в глазах ничего для меня не оказалось, а он между тем продолжил.

– Я даже по привычке поискал в сети курсы. – Очки его подпрыгнули и сверкнули в свете лампы. Я не выдержал и гоготнул.

– Нуу… Мне, веришь, было не до смеха. Я конкретно озадачился – в прямом смысле, поставил себе задачу. И давай этим личностным ростом заниматься, понимаешь, и в хвост и в гриву. Тренинги там, упражнения всякие бредовые. Голышом в ночи по городу домой пробирался с членом на лбу – нарисованным. В костюме бомжа на Трех вокзалах на телевизор бабки клянчил. Одним словом, из зоны комфорта вышел, думал, навсегда.

 

– И как? Продвинулся?

Игорь посмотрел на меня с недоверием.

– Да о чём ты? Психика только разболталась. Как учёному мне от этого пользы мало, скорее вред. Сосредоточиться бывает сложно.

– А ты вот прямо таким ученым-ученым себя видишь?

– Нуу…, сомнения появились уже, да. Ну так вот, мы ушли от темы. – Он поправил очки.

– К цели меня все эти тренинги не приближали..

– А цель-то какая была, напомни?

– Жениться, какая!

– Ни больше и ни меньше?

– Да, но основательно. Не на первой же встречной. После ряда технологических испытаний. – Он мне подмигнул.

Мне подобная техническая терминология в отношении прекрасного пола откровенно говоря претит, поэтому подмигивание его меня даже задело. Хм, давно ли меня это стало задевать?

– Потом знающие люди посоветовали или прочитал где. Оказывается, подтягивать свои слабые стороны не обязательно.

– Факультатив, значит? По желанию? – Я тихо ржал, практически трясся без звука. – Разрешили, выходит, тебе?

– Смешно, да? – Он злобно «подпрыгнул» очками. – А меня сначала даже взбесило по-настоящему. Думаю: «Это что же получается, я зря хер на лбу малевал?»

И тут я заржал уже громко. А Игорь разошёлся.

– Денег-то, пока бомжевал, я нормально собрал. Не на телевизор, конечно, но телефон поменял. Айфон тогда себе купил подержанный на Авито.

– Бляааа, в какой же жопе у нас всё-таки наука! – Это меня ни с того, ни с сего вдруг накрыло. – Кандидат физико-математических…

– Технических. – Игорь поправил очки и меня заодно.

– Ну ладно, технических, мать его, наук! Только таким образом… – Я осекся, поняв вдруг, что дальше совсем уже пусто, что смысл сказанного был ясен всем нам двоим, присутствующим в этой комнате, еще до того, как я раскрыл рот от возмущения.

Я пошарил глазами по столу. Ухватился за бутылку коньяка. Наполнил рюмки и мы с ним махнули, молча и не чокаясь. Видимо, за науку.

– Дальше. – Почувствовав прилив иссякших, было, сил, потребовал я.

– Я всё рассчитал. Название даже дал своему методу: «Использование слабого союзника». То есть, еще более слабого, чем я сам. Рекомендуется все-таки человек – младший брат, племянник, больной родственник, в конце концов, друг. Но в последнем случае возникает риск конкуренции. Союзник может обнаружить силу в ущерб ожидаемой слабости. Порой не по своей воле, а по недоразумению или причудливому стечению обстоятельств, а то и по непредсказуемой прихоти объекта.

– Объекта?

– Ну да в методике этим термином обозначается, собственно, объект чувств или по, крайне мере, объект предполагаемого коммуникативного воздействия.

– Пипец, ты защищаться снова не планируешь?

– Не по профилю, увы. Надо отрасль менять кардинально. Но мы отвлеклись.

Он продолжил.

– Нуу, короче, в силу моих ограниченных способностей к коммуникации кот – лучший союзник. Конкурентом он может стать в самых экзотических случаях.

Тут я вспомнил нашу конкуренцию на диване с номером первым, и «способности к коммуникации» уже мои собственные начали казаться мне не такими уж развитыми. В общем, могу сказать, что захотел почитать его методичку. Зная Игоря, уверен, текст где-то имеется.

– И сколько же у тебя котов?

– Ни одного. Ловлю на улице, сажаю в контейнер. Захожу к ветеринару посмотреть на предмет болячек неприятных, мол, «сбежал – вернулся – беспокоюсь». Потом прошу объект подержать кота пару дней.

Рейтинг@Mail.ru