Владычица Единорогов

Рита Харьковская
Владычица Единорогов

Пролог

На поляне поросшей густой шелковистой изумрудной травой, ничком лежала обнаженная девушка. Она с трудом разомкнула веки и, слегка повернув голову, попробовала осмотреться. Ни встать, ни перевернуться на бок, ни просто приподнять голову у неё не было сил. Голова гудела, словно медный колокол, тело, налитое свинцовой тяжестью, отказывалось повиноваться.

Девушка застонала, превозмогая боль, и почувствовала, как что-то кольнуло её чуть пониже поясницы. Не больно, но вполне ощутимо. И тут же раздался тихий смех, сопровождаемый словами:

– Ты еще кто такая? Вставай!

Девушка, все еще постанывая, оперлась на руки, попыталась встать на четвереньки, но, охнув, снова рухнула в траву:

– Не могу подняться, всё тело болит!

– Вот ведь лежебока, – снова услышала голос, – пришла незваная и улеглась тут, как у себя дома, – в ягодицу снова чем-то ткнули, – вставай!

Девушка, скрипнув зубами, явно разозлившись на того, кто не мог понять, что ей невыносимо больно, все же сумела перевернуться и усесться в траве. Девушка снова вскрикнула. Но уже не от боли, а от восторга и удивления.

Прямо перед нею стояла самочка Единорога.

Девушка никогда не видела Единорогов, разве что на картинке в книжке из библиотеки своего наставника, которого она давно называла отцом, так что не узнать, не понять кто перед нею – никак не могла.

Даже по первому взгляду было понятно, что Единорожка совсем молоденькая. И то, что это девочка. Хрупкое тело, белоснежная шелковистая шерстка, такая же ослепительно белая грива и длинный, почти до самой земли, хвост. И, конечно, переливающийся, словно выточенный из алмаза, витой рог, венчающий изящную голову с огромными синими доверчивыми глазами.

– Ну вот, – Единорожка удовлетворённо кивнула головой, – а то заладила: не могу – не могу! Кто ты? Как тут оказалась? И как тебя зовут?

Девушка попробовала улыбнуться, но губы запеклись, словно она долгое время пробыла в пустыне, обвеваемая знойным ветром, не имея возможности сделать хотя бы глоток воды. От этого подобия улыбки нижняя губа девушки треснула и на ней выступила капелька крови.

Единорожка склонила голову к лицу девушки и слизнула эту каплю:

– Вкусная. Чистая, – сделала вывод Единорожка. Добавила, – но странная. Кто ты? Как твоё имя

– Я – Дракон, – девушка, потирая пальцами виски, чувствуя, как проходит, словно испаряется, боль, представилась, – во всех Мирах меня зовут Авророй!

Единорожка отпрянула в сторону, словно чего-то испугавшись, потом снова рассмеялась:

– Ты шутишь? Ты не можешь быть драконом!

– Это еще почему?! – возмутилась девушка.

– Потому что девочек-драконов не бывает, – снисходительно, словно объясняя давно известную истину, ответила Единорожка. Женская особь может обрести ипостась Драконтессы толь после того, как обретет пару! И соединится с возлюбленным душой и телом!

– Ты-то откуда знаешь? – удивилась Аврора, (а как мы поняли, это была именно она).

– Об этом знают все, – снисходительно усмехнулась Единорожка, – я сейчас как раз заканчиваю обучение, и мы завершили изучать жизнеописание драконов. Так что признавайся – кто ты?!

– Это длинная история, вздохнула Аврора, – я, несомненно, расскажу тебе обо всем, но скажи мне, как твоё имя? Как тебя зовут, прекрасная дева?

Единорожка потупилась, услышав, что её назвали прекрасной. Нет, она конечно и сама знала, что совершена и прекрасна, но все же, лишний раз услышать комплимент приятно любой особи женского пола. Изящно подогнув правую переднюю ножку, Единорожка слегка поклонилась. Без тени подобострастия, просто исполняя ритуал приветствия и знакомства:

– Я – Фрэйя! И я – Единорог! Впрочем, – поляна снова наполнилась хрустальным смехом, – это ты уже и сама поняла.

– Какое красивое у тебя имя, – Аврора все никак не могла отвести взгляд от Единорожки, – и очень тебе идёт.

Фрэйя вскинув голову, словно принюхалась к чему-то, перевела взгляд на светило, снова посмотрела на Аврору:

– Нам пора идти! Скоро вернётся мой табун и будет очень некрасиво, если ты не встретишь их на берегу! Вставай и побежали!

Аврора вскочила на ноги. Легко и свободно. Словно её тело не разрывалось от боли еще несколько минут тому назад. Опустив взгляд, поняла, что она полностью обнажена.

– Но ведь я голая, – смущено пролепетала девушка.

– Ну и что? – рассмеялась Фрэйя, – я тоже голая!

– Но ты в своей ипостаси, – возразила Аврора, – и это естественно. А я сейчас выгляжу как человек. Люди не должны разгуливать голышом при посторонних!

– Ну так прими ипостась дракона, – посоветовала Фрэйя, – только побыстрее, у нас осталось мало времени!

– Я не могу, – пробормотала Аврора.

– Попробуй! – не унималась Фрэйя.

– Я уже пробовала, – в глазах Авроры заблестели слёзы, – ничего не получается. Даже переходную ипостась не могу обрести!

– И что же нам делать, – задумалась Фрэйя, – ой, кажется, я знаю! Идём со мною! – и устремилась к небольшой рощице, виднеющейся в паре десятков метров от поляны.

Фрэйя, обогнав Аврору, влетела в рощу. Правда, через несколько секунд выбежала обратно. Она подцепила рогом клок паутины и тащила его за собой. Подбежав к Авроре, обмотала её тело паутиной, которая, словно прилипнув к девушке, стала матовой и приобрела вид то ли платья, то ли хитона.

– Вот! – обрадовалась Фрэйя, – теперь-то мы можем идти?! – и стремглав понеслась вдаль.

– Подожди! – крикнула Аврора вслед Единорожке, – я не могу так быстро! Люди не бегают со скоростью Единорогов!

– Вот ведь беда мне с тобой! – Фрэйя в два прыжка вновь оказалась рядом с Авророй, – давай, забирайся! Держись за гриву, только не повыдёргивай мне волосы! – Единорожка припала на передние ноги, и Аврора взобралась ей на спину, сев, словно в дамском седле, со спущенными на одну сторону ногами.

– Взобралась?! – уточнила Фрэйя, – тогда держись! – и, оттолкнувшись копытцами от земли, взмыла в небо.

Часть первая. Единороги

Глава первая

Фрэйя взмыла к самым облакам. Впрочем, вскоре, преодолев белую завесу облаков, она поднялась еще выше и, плавно перебирая ножками, продолжила путь.

Аврора готова была завизжать от восторга. Полёт верхом на Единороге был не менее восхитителен, чем её собственный в ипостаси дракона. Но немного другой. Здесь Авроре только и оставалось, что положиться на Фрэйю, которая знала куда и зачем летит. «Или бежит?», – подумала Аврора. Ведь для того чтобы летать – нужны крылья. А их-то как раз у юной Единорожки не было.

Прошло совсем немного времени и движение Фрэйи замедлилось. Она начала плавно спускаться к земле, снова пробив массив облаков. Вскоре, Единорожка перебирала копытцами по песчаной полосе на берегу океана.

Вдали виднелись горы, кое-где покрытые буйной растительностью. Но не они привлекли внимание Авроры, а океан! То, что это именно океан, а не море, Аврора поняла сразу. Потому что такая мощь, такое раздолье, такая самоуверенность и вседозволенность свойственна только океану! Море – оно все же поспокойнее и помягче. С морем можно «договориться», если постараешься. С океаном этого не получится! Ему нужно только беспрекословно подчиниться, отдавшись на его милость.

– Смотри, – прошептала Фрэйя, – сейчас они появятся.

У самого горизонта, на самом краешке этого великолепного Мира возникла огромная волна. Она поднимала свой пенистый гребень все выше и выше. Казалось, еще мгновенье и волна захлестнет все вокруг, выплеснувшись на берег.

– Не бойся, – снова послышался шепот Фрэйи, – и не закрывай глаза. Сейчас ты увидишь.

Аврора не боялась. И тем более не собиралась зажмуриваться! Ей, Драконтесе, не пристало трусливо прятаться от чего-то необычного!

Пенистый гребень на вершине волны становился все белее, а сама волна все выше.

Аврора так и не поняла, в какой из моментов волна обрушилась на побережье. Но, вместо водяного вала, грозившего затопить все живое, на берег, словно из самой бездны океана, выбегали чудесные, прекрасные Единороги. Казалось, что сама пена переродилась в этих восхитительных иномирцев.

Огромный крылатый жеребец возглавлял единорогов. Он замер в десятке метров от Фрэйи и Авроры, и весь табун тут же встал, как вкопанный, за его спиной.

Единорог мотнул головой, стряхивая с гривы последние капли воды, вздрагивая чуткими ноздрями, принюхался.

– Кто это, Фрэйя? – Единорог грозно взглянул на ту, что стояла рядом с Авророй, смиренно потупив взгляд, – откуда она взялась? И зачем ты привела её сюда?!

– Я нашла её на поляне! – Фрэйя смело смотрела в глаза грозному крылатому жеребцу.

– Я запретил тебе ходить на поляну! – Единорог, судя по голосу, не перестал сердиться.

– Да? – капризные нотки прозвучали в словах юной Единорожки, – и что мне было делать, отец? Ведь ты не взял меня на прогулку в океан! Все еще считаешь меня ребенком! Мне было скучно! Ведь вас не было целую вечность!

– Что ты знаешь о вечности? – могучий Единорог грустно посмотрел на Фрэйю, но тут же снова перевел вздяд на Аврору, все так же молча стоявшую рядом:

– Кто ты, дева? Как сюда попала? Зачем нарушила покой Мира Единорогов?!

– Меня зовут Аврора! – ответила девушка, – и я – Дракон! – она гордо вскинула голову.

– Дракон, говоришь? – Единорог подошел к Авроре, принюхался, еще раз взглянул ей в глаза, – и впрямь – дракон! – засмеялся, обернулся к своему табуну, – подойдите! Познакомьтесь с Авророй! Она не причинит нам вреда! Она девственна!

Единороги опасливо приблизились к Авроре. Они тихо переговаривались: «Дракон-девочка? Да не может такого быть!»

«Как не может? Вот ведь она, стоит перед нами!»

«Но как мог Дракон проникнуть в наш Мир?»

«Пути Творца неисповедимы. Всегда что-то бывает впервые!»

 

«Тристан мог ошибиться и эта дева вовсе не дракон!»

« Тристан не мог ошибиться! Он никогда не ошибается!»

«Значит, это и есть дракон!»

«Вот бы увидеть её с ипостаси Дракона!»

Единороги все рассматривали и рассматривали Аврору, иногда пытались коснуться её своим рогом, словно проверяя кожу девушки на прочность. Аврора поморщилась:

– Зачем они меня все время тыкаю рогом, – тихо спросила у Фрэйи.

– Хотят убедиться в том, что ты действительно девственна, – захихикала Единорожка.

– И для этого меня нужно проткнуть вашими витыми рогами?! – возмутилась Аврора.

– Нет, – весело ответила Фрэйя, – если ты солгала, если Тристан ошибся, и ты уже познала близость с мужчиной, то при прикосновении к нашему рогу твое тело рассыплется прахом. Но ты не бойся, – Фрэйя поспешила успокоить девушку, – Тристан никогда не ошибается!

– Ну все, хватит! – оборвал разговоры вожак табуна, – с девой вы познакомились, мы насытились светом звёзд, отраженным в океане, можно идти домой! Все остальное отложим на вечер! – обернулся к Фрэйе, – ты голодна?

– Нет, – ответила Единорожка, – я слизнула каплю крови с губы Авроры и утолила голод.

Табун словно отшатнулся от Фрэйи. Послышался шепот, становящийся все громче:

– Она отведала крови Дракона! Что же теперь будет?! Как она посмела?!

– Она жива! – прикрикнул на единорогов вожак, – и это главное! – строго посмотрел на всех, – кто возьмет на себя честь отвезти нашу гостью?!

– Я её нашла! – Фрэйя топнула ножкой, – я и отвезу! – взглянула на Аврору, – и вообще, Дракошка вас боится, – и засмеялась, видя и облегчение, и недоумение в глазах единорогов.

Аврора взобралась на спину Фрэйи и обхватила её руками за шею.

Через минуту табун взмыл к облакам.

***

Едва очередной единорог касался копытами земли, как он тут же принимал облик человека.

Аврора удивлённо смотрела на это перевоплощение. Зрелище заняло несколько минут, и девушка очнулась, когда кто-то дёрнул её за руку.

– Фрэйя?! – воскликнула Аврора.

– Ага, – усмехнулась та, что стояла рядом с нею, – это я!

Девушке на вид было лет пятнадцать-шестнадцать. Какого возраста она была на самом деле – Аврора не знала. Поди разберись как выглядят единороги, приняв человеческую ипостась. Белокурые волосы обрамляли точёное личико с огромными ярко-голубыми глазами. Пухлые губки, нежные и розовые, свидетельствовали о том, что к ним вряд ли припадали губы мужчины. Фрэйя была немного ниже Авроры ростом, но намного изящнее, хотя назвать Драконтессу ни мускулистой, ни кряжистой ни у кого не повернулся бы язык. Хрупкое тело девушки окутывал белоснежный хитон длиною до колен. Белокурые волосы венчал тонкий серебристый обруч, с огромным сапфиром, расположившимся в середине лба. Аврора подумала, что читала к какой-то книге, что именно в этом месте у людей, еще не утративших Магию, именно там был так называемый третий глаз.

К девушкам, внимательно рассматривавшим друг друга, подошел мужчина. И Аврора тут же переключила на него все внимание. Мужчина и Фрэйя были чем-то неуловимо похожи друг на друга. Если не считать, конечно, того, что лицо мужчины избороздила тонкая сеточка морщин, а волосы, такие же белокурые, выглядели более жесткими и были длиною до лопаток, а не закрывали всю спину, как у Фрэйи. Голову мужчины украшала корона. Изящная, неброская, с единственным сапфиром в центре. Таким же, как на обруче юной Единорожки. Узкие брюки, словно пошитые из тонкого выбеленного льна и рубаха навыпуск из той же ткани, смотрелись так естественно на этом вожаке единорогов, что другую одежду сложно было бы даже представить.

– Отведи нашу гостью в дом, – распорядился мужчина, – пусть она немного отдохнёт, а вечером мы выслушаем её историю. И рассказ о том, как и зачем она попала в наш Мир.

– Хорошо, отец, – ответила Фрэйя, и, взяв Аврору за руку, увлекла её за собой.

Только следуя за Фрэйей чуть ли не бегом, Аврора смогла осмотреться. До этого момента у неё просто не было возможности, так удивительно было перевоплощение единорогов.

На плато, расположенном высоко в горах, по кругу высились дома, такие же белые, как особняк Максимилиана в Мире Островов и Атоллов. Но при этом совершено другие. Потому как если жилище Дракона Воздуха смотрелось основательным и монументальным, то дома единорогов были словно сотканы из облаков. Казалось, подуй ветер посильнее, и каждый дом оторвётся от земли и вспорхнёт в небо.

– Здесь я живу, – Фрэйя легонько подтолкнула Аврору, приглашая войти.

– С мамой и папой? – решила уточнить Аврора.

– Нет, – ответила Фрэйя, – я живу одна. У Тристана свой дом. Каждый из единорогов живёт отдельно. Вместе мы собираемся только уходя в океан.

– Так, понятно, – кивнула Аврора, – Тристан, тот, что крылатый единорог, вожак табуна, и есть твой отец?

– Да, – согласилась Фрэйя, – ты правильно догадалась.

– А где твоя мама? – продолжала расспрашивать Аврора.

– Её нет, – Единорожка вздохнула, – у нас нет матерей.

– Как же так?! – недоумевала Аврора, – одна моя знакомая Фея видела семью единорогов! Там были и папа, и мама, и, конечно, их ребенок!

– Я тебе потом все объясню, – личико Фрэйи стало таким грустным, что Аврора тут же дала себе слово прекратить всяческие расспросы.

Но Единорожка, словно стряхнув с себя все печали, распахнула дверь в одну из комнат. В центре возвышалось огромное ложе, на котором вместо подушек и одеял были все те же облака:

– Давай отдохнём! А вечером послушаем рассказы старших о том, чем они занимались в океане.

– Мы будем спать в одной кровати? – удивилась Аврора.

– А что тут такого? – рассмеялась Фрейя, – я везла тебя на своей спине и ничего страшного от того, что мы прикасались друг к другу не произошло! Давай, ложись побыстрее! Я очень устала, – Единорожка капризно надула губки.

Аврора подумала, что Фрэйя, такая хрупкая и юная, действительно устала, пока тащила её на своей спине, и, не споря больше, нырнула в постель. Она почувствовала, как рядом с нею легла Фрэйя, как рука Единорожки обвила её шею, как лёгкое дыхание согрело висок.

Аврора и сама не поняла, когда уснула.

Глава вторая

Чёрное ночное небо, усыпанное россыпью чужих мохнатых звёзд, нависло над плато, в центре которого горел костёр. Вокруг, не отводя от пламени взглядов, сидели единороги.

Тристан ворошил острым прутом угли, от чего пламя вспыхивало сильнее и освещало лица всех собравшихся. Слева от Тристана сразу же, прямо на каменную поверхность плато, села, пождав под себя ноги, Фрэйя.

Вожак табуна единорогов указал Авроре место рядом с собой по правую строну.

Аврора увидела, как недовольно нахмурился один из единорогов, но Тристан, учуявший каким-то образом это, хотя вовсе не смотрел в сторону недовольного, одёрнул его:

– Прекрати, Марсель! Аврора наша гостья! И сегодня место справа от меня – принадлежит ей!

– Как скажешь, отец, – ответил молодой Единорог, и отошел на другую сторону костра.

Аврора с радостью оказалась бы рядом с Фрэйей, но отказаться от предложенной чести – сидеть справа от вожака, не могла. Поди знай, как воспримут её своеволие единороги.

Единороги не сидели плечом к плечу. Между ними сохранялась некая дистанция. Словно каждый обозначивал таким образом собственную зону комфорта. Впрочем, это не мешало им переговариваться, рассказывать о чем-то друг другу, смеяться над одним им понятными шутками.

Аврора смотрела на мужчин и женщин. Все, как один, были молоды и хороши собой. Все, как один, одеты в белоснежные хитоны у дам, и брюки и рубахи навыпуск у мужчин, такие же, как и у Тристана. Волосы единорогов, длинные и белокурые, были схвачены обручами, чтобы не падали на лицо и не мешали, но только обруч Фрэйи и корона Тристана сверкали ярко-синим сапфиром. Отчего-то Авроре показалось, что витой рог, увенчивающий голову каждого единорога, при переходе в ипостась человека трансформируется вот в такой обруч. «Нужно будет спросить об этом у Фрэйи. Узнать, правильна ли моя догадка? – подумала Аврора, занимая место на плато справа от Тристана, – но не сейчас. Если начну сразу же задавать вопросы, это может показаться неприличным. А в этом Мире, похоже, и так не шибко жалуют драконов».

– Ты загрустила, Дракошка? – усмехнулся Тристан, взглянув на ставшее задумчивым лицо Авроры.

– Нет, – ответила девушка, – просто все так необычно и непривычно. Ваш Мир не похож ни на один из тех, что довелось мне увидеть, – Аврора вскинула подбородок, – и вообще! Я не дракошка, а Драконтесса!

– Драконтессой ты станешь, когда обретешь пару, – усмехнулся Тристан, – когда познаешь, что такое страсть. Что такое единение душ и тел. А пока – ты Дракошка. И этим словом я вовсе не хочу тебя обидеть. Просто до сегодняшнего дня у нас не было возможности дать определение девочке-дракону. Ты не сердишься на меня?

– Нет! – Аврора замотала головой, – конечно нет!

– Вот и хорошо, – Тристан снова поворошил прутом угли костра.

Аврора протянула руку к огню и не почувствовала ничего! Пламя не только не обожгло, но даже не согрело руку девушки!

– Наш Мир неподвластен Стихиям, – Тристан заметил недоумение Авроры и посчитал нужным объяснить происходящее, – тебя не обожжет пламя костра. Твои руки не замерзнут, даже если захочешь зачерпнуть снег, покрывающий вершины гор. В нашем Мире все статично и неизменно. В этом и заключается суть Единорогов, Хранителей Времени.

– Но ведь вы изменились, когда покинули океан? – возразила Аврора, – вы приняли облик людей!

– Нет, Дракошка, не людей, а Творца! – гордо произнёс Тристан, – просто ты не поняла. А все потому, что не знаешь, что Творец создала людей, тех, в кого вложила всю свою душу, и которые ответили ей черной неблагодарностью, по облику своему и подобию! – голос Тристана рокотал над плато. Приумолкли все единороги, словно понимая, что вожак говорит о давно наболевшем:

– Мы можем принять облик Творца, потому что нам это разрешено. Но только люди являются её прямым воплощением. Как в физическом плане, так и в духовном. Только люди могут выбрать путь, по которому решат идти. А мы все – просто исполняем волю Творца!

– Как странно, – пробормотала Аврора, – я никогда об этом не задумывалась. А ведь я родилась человеком в Мире без Магии, и только попав в Мир Островов и Атоллов, обрела ипостась Дракона.

Тристан совсем уж было собрался о чем-то спросить, как в зарослях невысокого кустарника, обрамляющего плато, послышался какой-то шорох. Аврора испуганно вздрогнула. Тристан усмехнулся:

– Не бойся. Это кошки.

– Как кошки?! – воскликнула девушка, – откуда здесь могут взяться кошки?! Я думала, что этот мир полностью принадлежит единорогам!

– Ты неправильно поняла, – Тристан продолжал улыбаться, – или я неправильно объяснил. Это души кошек. Они уйдут каждая в свой Мир. Станут либо фамильярами, либо простыми домашними любимцами. Могут поселиться в каменных городах или в густых лесах, но всегда будут помнить то, чему научились здесь, в этом мире. Всегда и везде останутся наблюдателями за Временем. Нашими верными помощниками. Ведь мы покидаем наш Мир крайне редко.

Тристан издал звук, чем-то напомнивший Авроре земное: кис-кис, и из темноты, окружающей плато, плавно, едва касаясь лапками земли, выбежал тёмно-серый котёнок. Малыш оглядел всех и всё янтарными глазами, потёрся о ногу Тристана, заглянул ему в глаза, словно спрашивая о чем-то.

Тристан провёл пальцем по загривку котёнка:

– Иди, малыш, твоя мать уже готова дать тебе тело.

Шерстка котёнка заискрилась, словно покрылась сполохами, он становился все прозрачнее и прозрачнее и вскоре пропал, словно растворился в воздухе. Такое же искрение увидела Аврора в кустах.

– Где-то, в каком-то из Миров у какой-то кошки родились дети, – Тристан снова улыбнулся Авроре.

– В нашем Мире без Магии очень много кошек, – Аврора удивилась тому, что узнала и увидела, – как же вы успеваете обучать каждого котёнка?!

– Ну что ты, – расхохотался Тристан, – они настолько умны, что способны учиться сами! Мы, единороги, даже не имеем понятия, сколько душ котов и кошек уходит в другие Миры ежедневно. Просто, иногда слышим шевеление и шорох в кустах. И знаем, что это кошки.

– А этот? – расспрашивала Аврора.

– Это будет фамильяром у Великой Ведьмы! Он смел и умён! Потому как не каждый из его собратьев отважится выйти из темноты к костру единорогов.

Аврора не имела понятия о том, сколько же прошло времени. Казалось, что Время просто застыло. Что эта великолепная звёздная ночь будет продолжаться ровно столько, сколько нужно единорогам. Ни секундой меньше и ни секундой больше.

Но вскоре Аврора заметила любопытные взгляды, устремленные на неё. Тристан тоже обратил внимание на то, что его соплеменники о чем-то тихо переговариваются, словно не решаясь отвлечь вожака от общения с гостьей, но уже с трудом сдерживая любопытство.

 

– Настало время рассказать тебе, Дракошка, о цели, с которой ты прибыла в наш Мир. И о том, как тебе это удалось, – Тристан коснулся пальцами руки Авроры, – не бойся, мы не причиним тебе вреда. Но и не вздумай нам лгать! Мы сразу почувствуем неискренность в твоих словах, и нам это не понравится! Итак, – Тристан обвел взглядом всех присутствующих, – начни с самого главного! Зачем ты к нам пришла?!

Аврора вздохнула. Конечно, она понимала, что ей нужно обо всем рассказать единорогам, но вот как они воспримут её слова? Захотят ли помочь? Этого девушка не знала.

– Я хочу отправиться в прошлое и кое-что там изменить! – Аврора, зажмурив глаза, одним махом выпалила давно заготовленную фразу.

– Да она сошла с ума! – голоса единорогов становились все громче, – это же нужно такое придумать! Изменить прошлое! Дракошка глупа и сама не понимает чего хочет!

– Я все понимаю, – Аврора встала с земли, – и я все вам объясню! И, мне кажется, что вы не откажете в моей просьбе, – девушка замялась, – если, конечно, в ваших силах отправить меня в столь далёкое прошлое.

– Сядь, – Тристан мягко потянул Аврору за край платья, – мои соплеменники не привыкли к столь бурному выражению эмоций, – вожак усмехнулся, – да и к столь странным просьбам. Мне отчего-то кажется, что способ твоего перемещения в наш Мир напрямую связан с твоей просьбой. Верно?

Аврора кивнула, а Тристан продолжил:

– Так не пора ли поведать нам, что сподвигло тебя, молодую Дракошку, захотеть отправиться в прошлое? И что именно ты собралась там менять?

– Это долгая история, вздохнула Аврора, – в двух словах и не расскажешь.

– А ты не торопись, – снова улыбнулся девушке Тристан, – у нас в запасе Вечность, которую нам под силу превратить в миг. Говори!

– Я хочу вернуться в прошлое и убить Черную Ведьму! – воскликнула Аврора.

– Какую из них? – единороги недоумённо переглядывались, не понимая, куда и зачем собралась эта странная Дракошка.

– В Мире без Магии у меня есть друг, Тёмный Эльф, – начала Аврора, – когда он был изгнан из Мира в котором родился, Провал Междумирья вышвырнул его на Землю. Иона, а именно так стал называть Тёмного Эльфа настоятель монастыря в котором был в то время Перекрёсток Миров, через какое-то время стал священником. Именно Иона рассказал мне о том, что ничто не берется ниоткуда и не исчезает в никуда. У всего есть начало и будет конец! А это значит, что когда-то, давным давно, случилось нечто, превратившее обычную, добрую, мудрую Ведьму в Чёрную, несущую зло и гибель всем и всему, к чему прикоснётся. Именно она, та самая, что стала Первой Черной Ведьмой, которая совращала умы юных ведьм, заманивая их в тенета Зла, воспитывающая во зле своих дочерей, внучек и всех женщин своего рода, мне и нужна! Не будь её – не было бы Зла во многих Мирах, созданных Творцом для мира, любви и процветания!

Аврора давно замолчала, а единороги все так же удивлённо смотрели то на неё, то на своего вожака, словно ожидая его решения.

– Что скажете, соплеменники? – казалось, что Тристан вовсе не торопится принимать какое-то решение самостоятельно.

– А что тут говорить! – Аврора увидела Марселя, сидевшего напротив, – девчонка просит о невозможном! Если мы исполним её просьбу, то перевернем и изменим будущее многих Миров! А я не вижу для этого никаких предпосылок!

– Иона говорил, что Творец создал всех, кто живет в Мирах, добрыми и хорошими, – промямлила Аврора.

– Ну и что?! – усмехнулся молодой единорог, – а потом они стали такими, какими стали! Вот пусть и живут с этим грузом! Как там говорят в твоём Мире без Маги? Пусть несут свой крест!

– Ты жесток! – воскликнула Аврора, – нельзя быть таким!

– Глупая Дракошка, – усмехнулся спорщик, – единорогам не ведомы чувства, от которых страдают все Миры! Я по определению не могу быть ни добрым, ни жестоким!

– Значит, ты просто равнодушный чурбан! – воскликнула Аврора и тут же прикусила язычок, – прости, я не хотела тебя обидеть, – начала оправдываться девушка.

– Обида мне тоже не свойственна, – молодой единорог поднялся во весь рост, – я думаю, что мы тебе откажем! Верно, отец?

– Сядь, Марсель, – Тристан, не отрываясь, смотрел на пламя, – мы не станем торопиться. Конечно, Чёрные Ведьмы принесли немало зла и бед во всем Миры, но до сегодняшнего дня ни у кого не возникало желания отправиться в прошлое и попытаться что-то изменить там. Все научились жить бок обок со злом, смирились с его присутствием в жизни. Наверное, – Тристан перевел взгляд на Аврору, – произошло что-то, что заставило тебя принять подобное решение и переместиться в Мир Единорогов? Кстати, мы до сих пор не знаем, как тебе это удалось?

Аврора зевнула. Бесконечная ночь – это хорошо, но спать тоже иногда нужно. Тристан заметил этот зевок:

– Впрочем, чего-чего, а времени для бесед у нас предостаточно. Отправляйтесь-ка вы, юные барышни, спать! – Тристан с нежность посмотрел на Фрэйю, – а мы еще немного побеседуем, верно, единороги?

– Да-да! Конечно! Нам есть что обсудить! – слышалось со всех сторон, когда Фрэйя, явно не довольная тем, что её и Аврору отстранили от бесед взрослых, но не решившаяся возражать отцу, взяв девушку за руку, медленно пошла к дому, где они отдыхали по прибытию на плато.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru