Кровь Олимпа

Рик Риордан
Кровь Олимпа

Rick Riordan

THE HEROES OF OLYMPUS BOOK 5: THE BLOOD OF OLYMPUS

Copyright © 2014 by Rick Riordan

Published by Disney-Hyperion, an imprint of Disney Book Group

Permission for this edition was arranged through the Nancy Gallt Literary Agency

© Ефимова Е., перевод на русский язык, 2015

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

Посвящается моим замечательным читателям. Простите за то извинение (насчет сцены над бездной). В этой книге я постараюсь обойтись без подобных сцен. Ну разве что несколько маленьких сценок добавлю… потому что я люблю вас, ребята.



 
На зов ответят семь полукровок,
В огне и буре мир гибнет снова.
Клятву сдержи на краю могилы,
К Вратам смерти идут вражьи силы.
 

I. Джейсон

Джейсон ненавидел свою старость.

У него болели суставы, дрожали ноги. Он взбирался на холм, и в легких у него хрипело, как в коробке с камешками.

Благодарение небесам, он не мог видеть свое лицо, но пальцы у него огрубели и стали костлявыми, а кисти рук с тыльной стороны покрылись сетью взбухших синих вен.

От него теперь даже пахло как от старика – нафталином и куриным бульоном. Как такое возможно? За считаные секунды он из шестнадцатилетнего стал семидесятипятилетним, а старческий запах накатил мгновенно – бум! Поздравляем, ты воняешь!

– Почти добрались, – улыбнулась ему Пайпер. – Ты держишься просто прекрасно.

Легко ей говорить. Пайпер и Аннабет изменили облик и теперь выглядели как две очаровательные греческие девушки-служанки. Даже одетые в длинные белые платья без рукавов и сандалии на шнурках, они не испытывали никаких трудностей при ходьбе по горной тропинке.

Каштановые, с красноватым отливом волосы Пайпер были собраны вверх и заплетены вокруг головы, на руках блестели красивые серебряные браслеты. Она походила на древнюю статую своей матери Афродиты, которую Джейсон находил немного устрашающей.

Если ты встречаешься с красивой девушкой, это и так порядком действует на нервы, но если мать твоей девушки еще и богиня любви… да уж. Джейсон вечно боялся сделать что-нибудь неромантичное – вдруг тогда мама Пайпер грозно глянет на него с горы Олимп и превратит в дикого кабана.

Джейсон поднял голову: до вершины оставалось пройти еще метров сто вверх по склону.

– Вся эта затея на редкость дурацкая. – Он прислонился к кедру и вытер пот со лба. – Магия Хейзел сработала малость чересчур. Если придется драться, я буду бесполезен.

– До этого не дойдет, – пообещала Аннабет, нервно оглядывая свой наряд служанки. Ей все время приходилось горбиться, чтобы платье не соскальзывало с плеч. Заколотые в пучок светлые волосы девушки выбились и растрепались, так что казалось, будто у нее на голове сидит, болтая длинными лапами, паук. Памятуя о ее ненависти к паукам, Джейсон предпочел оставить это сравнение при себе.

– Мы проникаем во дворец, – сказала дочь Афины, – добываем нужную информацию и уходим.

Пайпер поставила на землю амфору – высокий керамический сосуд для вина, – в которой прятала свой меч.

– Мы можем немного отдохнуть. Отдышись, Джейсон.

На веревке, опоясывающей талию Пайпер, висел волшебный рог изобилия, а где-то в складках платья скрывался нож Катоптрис. Девушка выглядела безобидной, однако в случае необходимости могла одновременно орудовать двумя клинками из небесной бронзы или выстрелить в лицо врагу спелыми манго.

Аннабет сняла с плеча свою амфору. Она тоже несла в ней спрятанный меч, но даже безоружная вид имела грозный. Глаза цвета серого штормового неба пристально оглядывали местность, высматривая любые угрозы. Пожалуй, решил Джейсон, если бы какой-то тип попросил у Аннабет попить водички, она лягнула бы его прямо по bifurcum.

Он попытался выровнять дыхание.

Под ними блестел залив Афалес, вода в нем искрилась такой синевой, что казалось, в нее вылили пищевой краситель. В нескольких сотнях метров от берега стоял на якоре «Арго-II»; белые паруса его выглядели точно почтовые марки, а девяносто весел казались зубочистками. Джейсон представил, как друзья на палубе, наблюдая за его потугами, по очереди смотрят в подзорную трубу Лео и стараются сдержать смех, глядя, как дедушка Джейсон ковыляет в гору.

– Дурацкая Итака, – пробормотал юноша.

Впрочем, подумалось ему, остров довольно красив. От горного массива в центре острова огромными змеями спускались к берегам лесистые гребни холмов. Белые как мел откосы с разбегу ныряли в море. Узкие заливы образовывали скалистые пляжи и гавани, вдоль которых лепились дома с красными крышами и покрытые белой штукатуркой церкви.

На холмах разноцветными точками пестрели маки и крокусы, росли дикие вишни. Легкий бриз нес аромат цветущего мирта. Всё прекрасно, кроме температуры: сорок градусов по Цельсию. Было душно, как в римской бане.

Джейсону не составило бы никакого труда призвать на помощь ветры и долететь до вершины холма, но не-е-ет. Чтобы не сорвать их коварный план, ему приходится ползти из последних сил, как какому-то старикашке с больными коленями, от которого воняет куриным бульоном.

Он вспомнил свой недавний подъем в гору две недели назад, когда они с Хейзел столкнулись с разбойником Скироном в холмах Хорватии. По крайней мере, тогда он был в полной силе. То, с чем им предстояло встретиться сейчас, будет пострашнее какого-то разбойника.

– Вы уверены, что это тот самый холм? – спросил он. – Здесь как-то… даже не знаю… тихо.

Пайпер окинула взглядом линию горного хребта. В ее волосы было вплетено ярко-синее перо гарпии – сувенир, полученный во время нападения, случившегося прошлой ночью. Перо не очень-то сочеталось с ее надетым для маскировки нарядом, но Пайпер получила его, победив целую стаю демонических куриц – в одиночку, во время дежурства. Она приуменьшила свои заслуги, но Джейсон ясно видел – девушка горда собой. Перо словно свидетельствовало: она уже не та, что год назад, когда они только-только покинули Лагерь полукровок.

– Развалины вон там, – заверила она Джейсона. – Я видела их на клинке Катоптриса. Ты и сам слышал, что сказала Хейзел. «Самая большая…»

– «Самая большая концентрация духов зла, какую я когда-либо ощущала», – повторил Джейсон. – Ага, звучит просто здорово.

После того как они с боем прорывались через подземный храм Аида, Джейсон меньше всего хотел снова иметь дело со злобными духами, но на кону стоял исход всего их путешествия. Команде «Арго-II» пришлось принять очень важное решение. Если бы они ошиблись с выбором, то потерпели бы неудачу и весь мир был бы разрушен.

Клинок Пайпер, магическое чутье Хейзел и инстинкты Аннабет сошлись в одном – ответ лежал здесь, на Итаке, в древнем дворце Одиссея, где орды злых духов собрались в ожидании приказов Геи. План друзей состоял в том, чтобы прокрасться мимо духов, выяснить, что происходит, и решить, как действовать дальше. А потом смыться – желательно живыми.

Аннабет поправила свой золотой пояс:

– Надеюсь, наша маскировка продержится. Женихи и при жизни-то были жуткими типами. Если они обнаружат, что мы полубоги…

– Магия Хейзел сработает, – сказала Пайпер.

Джейсону очень хотелось в это верить.

Женихи. Сотня самых жадных, самых злобных головорезов, когда-либо живших на земле. Когда Одиссей, греческий царь Итаки, пропал после Троянской войны, эта шайка третьесортных князьков захватила его дворец и отказалась уйти: каждый надеялся жениться на царице Пенелопе и таким образом захватить царство. Одиссей сумел вернуться тайком и перебил их всех – вот уж действительно счастливое возвращение домой. Однако если видения Пайпер верны, теперь женихи вернулись и рыщут по дворцу, в котором умерли.

У Джейсона в голове не укладывалось, что он вот-вот попадет в тот самый дворец Одиссея, одного из самых знаменитых древнегреческих героев всех времен. С другой стороны, за время их путешествия одно невероятное событие следует за другим. Аннабет и сама только-только вернулась из вековечных глубин Тартара. Припомнив всё это, Джейсон решил, что, пожалуй, не стоит жаловаться на свое превращение в старика.

– Ну что… – он оперся на свою палку. – Если я выгляжу настолько старым, насколько себя ощущаю, то моя маскировка просто идеальна. Идемте.

Они продолжили подъем. По шее Джейсона текли струйки пота, икры болели; несмотря на жару, юноша весь дрожал. Как он ни старался, ему никак не удавалось отделаться от воспоминаний о своих недавних снах.

А после того как друзья побывали в Доме Аида, эти сновидения сделались еще более яркими.

Иногда Джейсон стоял в подземном храме Эпира, над ним нависал гигант Клитий и говорил, точно хор бестелесных голосов: «Вы и вместе-то с трудом меня победили. А что будете делать, когда моя мать откроет глаза?»

В другой раз Джейсон оказывался на вершине Холма полукровок, а перед ним из почвы вырастала мать-земля Гея: похожая на смерч фигура из грязи, листьев и камней.

«Бедное дитя, – ее голос эхом раздавался вокруг, сотрясая каменную породу под ногами Джейсона. – Твой отец первый среди богов, а ты вечно лишь второй – что среди твоих римских товарищей, что среди греческих друзей, – даже в твоей собственной семье. Как ты наде ешься себя проявить?»

События самого страшного сна начинались во дворе «Волчьего дома» в Сономе. Перед Джейсоном стояла богиня Юнона, от нее исходило сияние, как от расплавленного серебра.

«Твоя жизнь принадлежит мне, – гремел ее голос, – Умиротворение от Зевса».

Джейсон знал, что нельзя смотреть, но не мог закрыть глаза, а Юнона превращалась в сверхновую звезду, принимая свою истинную божественную форму. Боль иссушала разум Джейсона. Его тело сгорало, превращаясь в золу, распадаясь слой за слоем, точно луковица.

 

Потом картинка менялась. Джейсон по-прежнему находился в «Волчьем доме», только теперь он был малышом – не старше двух лет. Перед ним на коленях стояла женщина, от нее знакомо пахло лимоном. Черты ее лица расплывались как в тумане, но он знал ее голос, ясный и ломкий, будто тончайшая корочка льда над быстрым ручьем.

«Я вернусь за тобой, мой милый, – говорила женщина. – Я скоро тебя увижу».

Всякий раз, когда Джейсон просыпался после этого кошмара, его лицо покрывали капли пота, а глаза щипало от слез.

Нико ди Анджело предупреждал их: Дом Аида расшевелит худшие воспоминания, заставит видеть и слышать события из прошлого. Собственные призраки не дадут полубогам покоя.

Джейсон надеялся, что один призрак все же не явится ему, но каждую ночь сон становился только хуже. А теперь он поднимается к руинам дворца, в которых засела армия призраков.

«Вовсе не обязательно, что она будет там», – уговаривал себя Джейсон.

И никак не мог унять дрожь в руках. Каждый шаг давался труднее, чем предыдущий.

– Почти добрались, – сказала Аннабет. – Давайте…

БУМ! Склон холма содрогнулся. Где-то за его гребнем раздался дружный рев толпы, словно там был полный амфитеатр зрителей. От этого звука Джейсона мороз продрал по коже. Не так давно он сражался за свою жизнь на арене римского Колизея под улюлюканье толпы призраков и вовсе не горел желанием снова пережить такое.

– Что это за взрыв? – спросил он.

– Не знаю, – сказала Пайпер. – Но судя по звукам, веселье там идет полным ходом. Пошли, заведем парочку мертвых друзей.

II. Джейсон

Вообще-то ситуация оказалась хуже, чем Джейсон предполагал.

Хотя веселились тут действительно на полную катушку.

Выглянув из-за ветвей олив, росших на вершине холма, он увидел нечто вроде вышедшей из-под контроля вечеринки студентов-зомби.

Сами развалины особого впечатления не производили: несколько каменных стен, заросший сорняками центральный дворик, вырубленный в скале лестничный колодец, ведущий в никуда; яма, накрытая парой листов фанеры; металлические леса, поддерживающие потрескавшуюся арку.

Однако на руины «накладывался» пласт другой реальности – призрачный мираж дворца, каким он, вероятно, выглядел в пору своего расцвета. Стены трехэтажного здания покрывала белая штукатурка, вдоль них тянулись балконы. Колонные портики окружали центральный атриум с огромным фонтаном и медными жаровнями. За дюжиной праздничных столов сидели призраки: смеялись, ели, толкали друг друга локтями.

Джейсон ожидал увидеть около сотни духов, но их тут собралось примерно вдвое больше; они гонялись за призрачными служанками, били тарелки и кубки – словом, вели себя безобразно.

Многие выглядели как лары из Лагеря Юпитера – прозрачные пурпурные духи в туниках и сандалиях. У нескольких пирующих тела уже разлагались, а плоть стала серой, волосы были спутанными и имелись страшные раны. Другие казались обычными смертными: некоторые одеты в тоги, некоторые – в современные деловые костюмы и рабочую солдатскую одежду. Джейсон даже заметил одного парня в фиолетовой футболке Лагеря Юпитера и доспехах римского легионера.

В центре атриума через толпу маршировал упырь с серой кожей, одетый в лохмотья, некогда бывшие греческой туникой; над головой он держал мраморный бюст, точно это приз победителю спортивного состязания. Другие призраки подбадривали его криками и хлопали по спине. Когда упырь подошел поближе, Джейсон разглядел, что горло у него пробито стрелой – ее оперенный конец торчал прямо из кадыка. Однако больше всего Джейсона встревожил тот факт, что бюст в руках упыря был бюстом… неужели Зевса?

Трудно было сказать наверняка. Большинство статуй древнегреческих богов похожи одна на другую, и все же бородатое, хмурое лицо напомнило Джейсону гигантского хипповатого Зевса из домика номер один в Лагере полукровок.

– Наше следующее подношение! – прокричал упырь, голос его звучал неестественно из-за застрявшей в горле стрелы. – Давайте покормим мать-землю!

Пирующие завопили и застучали кубками по столам, а упырь направился к центральному фонтану. Толпа расступилась, и Джейсон осознал, что фонтан наполнен вовсе не водой. С метровой высоты пьедестала вверх била струя песка, белые песчинки образовывали похожую на зонт завесу и падали в округлый резервуар.

Упырь швырнул мраморный бюст в фонтан. Едва голова Зевса коснулась песчаного потока, мрамор рассыпался, словно его пропустили через дробилку для дерева. Песок блеснул золотом – такой цвет имеет ихор, кровь богов. Потом вся гора заурчала, раздалось приглушенное «БУМ», как будто кто-то рыгнул после еды.

Мертвые гуляки одобрительно взревели.

– Есть еще статуи? – закричал упырь, обращаясь к толпе. – Нет? Тогда, похоже, нам придется подождать настоящих богов, чтобы принести их в жертву.

Его товарищи захохотали и принялись аплодировать, а упырь плюхнулся за ближайший пиршественный стол.

Джейсон изо всех сил вцепился в свою палку:

– Тот парень только что распылил моего отца. Да кем он себя возомнил?!

– Думаю, это Антиной, – предположила Аннабет, – один из предводителей женихов. Если я правильно помню, Одиссей прострелил ему горло стрелой.

Пайпер поморщилась:

– Но это ничему его не научило, и парень продолжает выпендриваться. А что насчет остальных? Почему их так много?

– Не знаю, – пожала плечами Аннабет. – Наверное, свежие новобранцы Геи. Должно быть, некоторые вернулись к жизни прежде, чем мы закрыли Врата смерти. А некоторые просто духи.

– А некоторые – вурдалаки, – заметил Джейсон. – Те, что с открытыми ранами и серой кожей, вроде Антиноя… Мне уже приходилось сражаться с такими.

Пайпер подергала синее перо гарпии:

– А их можно убить?

Джейсон вспомнил, как несколько лет назад Лагерь Юпитера отправил его на задание в Сан-Бернардино.

– Это непросто. Они сильные, быстрые и умные. А еще – питаются человеческой плотью.

– Просто сказка, – пробормотала Аннабет. – Не вижу другого выхода, кроме как придерживаться плана. Расходимся, проникаем в тыл противника, узнаем, почему они здесь. Если дело примет скверный оборот…

– Переходим к запасному плану, – закончила Пайпер.

Джейсон ненавидел запасной план.

Перед тем как ребята покинули корабль, Лео выдал каждому из них по сигнальной ракете размером со свечу для торта – на крайний случай. Предполагалось, что если подбросить ее в воздух, она выстрелит вверх зарядом белого фосфора, и оставшиеся на «Арго-II» полубоги получат предупреждение: отряд попал в беду. В таком случае у Джейсона и девушек останется несколько секунд, чтобы найти укрытие, после чего корабельные катапульты обстреляют то место, над которым появится сигнал, обрушив на дворец греческий огонь и шрапнель из небесной бронзы.

Не самый безопасный план, но, по крайней мере, Джейсон испытывал некоторое удовлетворение: если дело запахнет керосином, они смогут навести удар с воздуха на эту шумную толпу мертвяков. Конечно, всё это при условии, что он и его друзья успеют удрать. И при условии, что апокалиптические свечки Лео не выстрелят нечаянно – с изобретениями Лео такое порой случалось: в таком случае здесь станет намного жарче и можно с вероятностью в девяносто процентов прогнозировать огненный конец света.

– Вы там поосторожнее, – напутствовал он Пайпер и Аннабет.

Пайпер крадучись стала обходить гребень горы слева, Аннабет пошла направо. Джейсон, опираясь на палку, с усилием поднялся и, прихрамывая, направился к развалинам.

Ему вспомнился тот последний раз, когда он врезался в толпу злобных духов в Доме Аида. Если бы не Фрэнк Чжан и Нико ди Анджело…

Боги… Нико.

Последние несколько дней, жертвуя часть своей еды Юпитеру, Джейсон молил своего отца помочь Нико. На долю этого мальчишки выпало так много всего, и всё же он вызвался выполнить самую трудную работу: перевезти статую Афины Парфенос в Лагерь полукровок. Если он потерпит неудачу, греческие и римские полубоги перебьют друг друга, и тогда, вне зависимости от того, что случится потом, «Арго-II» не вернется домой – некуда будет возвращаться.

Джейсон прошел через призрачные дворцовые ворота, в последний миг заметив, что кусок мозаики на полу перед ним всего лишь иллюзия, повисшая над выкопанной экскаватором трехметровой ямой. Он обогнул ее по краешку и пошел дальше, во дворик.

Два уровня реальности напомнили ему цитадель титанов на горе Отрис – хаотичный лабиринт стен из черного мрамора, которые то таяли во тьме, то снова твердели. По крайней мере, в той битве Джейсон командовал сотней легионеров, а теперь в его распоряжении только тело старика, палка и две подруги в облегающих платьях.

Впереди, примерно в дюжине метров от него, Пайпер пробиралась через толпу, улыбаясь и наполняя вином кубки пирующих призраков. Если она и боялась, то умело это скрывала. Пока что призраки не обращали на нее особого внимания. Очевидно, магия Хейзел действовала.

В нескольких метрах справа от Джейсона Аннабет собирала со столов пустые тарелки и кубки. Она не улыбалась.

Джейсон вспомнил свой разговор с Перси, состоявшийся незадолго до того, как отряд покинул корабль.

Перси стоял у поручней палубы, чтобы наблюдать за возможными опасностями с моря, но ему не нравилось, что Аннабет предпринимает вылазку без него, – особенно если вспомнить, что они впервые расставались с тех пор, как выбрались из Тартара.

Он потянул Джейсона в сторонку:

– Слушай, старик… Аннабет прибила бы меня, если бы я только заикнулся, что кто-то должен ее охранять…

Джейсон рассмеялся:

– Да уж, это точно.

– Ты всё-таки приглядывай за ней, ладно?

Джейсон сжал плечо друга:

– Я прослежу, чтобы она вернулась к тебе целой и невредимой.

Теперь Джейсона мучил вопрос: сумеет ли он выполнить обещание?

Он подошел к толпе призраков.

Дребезжащий голос выкрикнул:

– Ир!

Прямо перед ним стоял Антиной, оживший мертвец со стрелой в горле.

– Ах, старый попрошайка, неужто это ты?

Магия Хейзел делала свое дело. Перед лицом Джейсона запульсировал холодный воздух – это Туман незаметно изменял внешность юноши, заставляя женихов видеть то, что они ожидали увидеть.

– Точно, это я! – кивнул Джейсон. – Ир!

К ним обернулись еще с дюжину призраков. Некоторые нахмурились и схватились за рукояти пылающих пурпуром мечей. Джейсон слишком поздно сообразил, что неизвестный Ир мог быть их врагом, но идти на попятную было уже невозможно.

Он заковылял вперед, изо всех сил стараясь выглядеть старым и дряхлым.

– Кажется, я опоздал на праздник. Надеюсь, вы оставили мне немного еды?

Один из призраков ухмыльнулся с отвращением:

– Неблагодарный старый нищий. Мне убить его, Антиной?

У Джейсона напряглись мышцы шеи.

Секунды три Антиной смотрел на Джейсона, потом тихо засмеялся:

– Сегодня я в хорошем настроении. Идем, Ир, присоединяйся ко мне за моим столом.

У Джейсона не осталось выбора. Он сел напротив Антиноя, а вокруг столпилось еще больше призраков, – они обменивались недобрыми взглядами, словно ждали начала убойного матча по армрестлингу.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что глаза у Антиноя совершенно желтые; его тонкие, как бумага, губы растянулись в волчьей ухмылке. Сначала Джейсону показалось, что что-то происходит с темными курчавыми волосами упыря, но потом он понял, что из черепа Антиноя непрестанно сочится, стекая на плечи, поток грязи. Еще больше грязи вытекало из пробитого стрелой горла упыря.

«Сила Геи, – подумал Джейсон. – Земля не дает этому парню распасться на части».

Антиной подвинул через стол золотой кубок и блюдо с едой:

– Не думал встретить тебя здесь, Ир. Впрочем, полагаю, даже нищий может просить возмездия. Пей. Ешь.

В кубке плескалась густая красная жидкость. На тарелке дымился большой кусок коричневого мяса неизвестного происхождения.

Желудок Джейсона взбунтовался. Даже если он не помрет от вурдалачьей еды, его девушка-вегетарианка ни за что не будет его целовать минимум месяц.

Он вспомнил, что сказал ему Нот, южный ветер: «Ветер, что дует бесцельно, никому не несет пользы».

Вся карьера Джейсона, которую он сделал в Лагере Юпитера, строилась на умении делать правильный выбор. Он присматривался к полубогам, выслушивал мнение всех сторон, находил компромиссы. Даже если его раздражали римские традиции, он сначала думал, а потом действовал. Он никогда ничего не делал сгоряча.

Нот предупредил юношу, что такая рассудительность его погубит. Джейсону следует перестать осторожничать и начать брать то, что нужно.

Если он сейчас неблагодарный нищий, – нужно вести себя соответствующе.

 

Джейсон оторвал кусок мяса и запихнул себе в рот, жадно сделал несколько глотков красной жидкости (к счастью, судя по вкусу, это оказалось разбавленное водой вино, а не кровь или яд). Он едва не подавился, но постарался не подать виду.

– Вкуснятина! – он вытер рот. – А теперь расскажите мне об этом… как вы там говорили? О возмездии? Где мне подписаться?

Призраки засмеялись. Один толкнул его в плечо, и Джейсон с ужасом понял, что почувствовал этот тычок.

Лары в Лагере Юпитера не имели физических тел, а эти духи явно материальны – а значит, резко возрастало число врагов, которые могут бить, колоть или обезглавить его.

Антиной подался вперед:

– Скажи-ка, Ир, что ты можешь предложить? Нам не нужно, чтобы ты был у нас на посылках, как в старые времена. Ты определенно не боец. Помнится мне, Одиссей сломал тебе челюсть и пинками прогнал в свинарник.

На Джейсона снизошло озарение. Ир… Старый нищий, бегавший по поручениям женихов за объедки. Ир был для них чем-то вроде ручного бездомного бродяги. Когда Одиссей, переодевшись нищим, вернулся домой, Ир вообразил, что на его территорию посягает новый кандидат в приживалы. Эти двое начали ругаться…

– Ты заставил Ира… – Джейсон помедлил. – Ты заставил меня драться с Одиссеем. Ставил деньги. Даже когда Одиссей снял рубашку и все увидели его мускулы… ты всё равно заставил меня драться. Тебе было наплевать, выживу я или умру!

Антиной оскалился, показав острые зубы:

– Конечно, мне было наплевать. Мне и сейчас плевать! Однако ты здесь, а значит, у Геи есть причина, по которой она выпустила тебя обратно в мир смертных. Скажи, чего ради нам делить с тобой трофеи?

– Какие трофеи?

Антиной развел руками:

– Весь мир, дружище. Когда мы впервые здесь встретились, то хотели захватить только земли Одиссея, его деньги и жену.

– Особенно жену! – Какой-то лысый призрак в лохмотьях ткнул Джейсона локтем в ребро. – Пенелопа была такой горячей пышечкой!

Краем глаза Джейсон заметил Пайпер, подававшую вино на соседний стол. Она незаметно поднесла палец ко рту, показывая, что ее сейчас стошнит, потом снова начала кокетничать с покойниками.

Антиной нехорошо улыбнулся:

– Евримах, ты жалкий трус. Тебе с Пенелопой вообще ничего не светило. Я помню, как ты скулил и умолял Одиссея оставить тебе жизнь, сваливая всё на меня!

– Не очень-то мне это помогло, – Евримах приподнял свою изодранную рубаху, и стало видно, что в его призрачном теле, точно посередине груди, зияет сквозная дыра в несколько сантиметров шириной. – Одиссей подстрелил меня прямо в сердце только за то, что я хотел жениться на его жене!

– В любом случае… – Антиной повернулся к Джейсону. – Теперь мы собрались ради приза покрупнее. Как только Гея уничтожит богов, мы поделим между собой то, что останется от мира смертных!

– Чур мне Лондон! – выкрикнул вурдалак из-за соседнего стола.

– Монреаль! – гаркнул другой.

– Дулут! – завопил третий, после чего другие призраки разом умолкли и озадаченно уставились на претендента на Дулут.

Мясо и вино лежали в желудке Джейсона тяжелым свинцом.

– А что насчет остальных… гостей? Я насчитал не меньше двухсот, хотя и половины из них не знаю.

Желтые глаза Антиноя блеснули:

– Все они ищут милостей Геи. У всех есть жалобы и обиды на богов или их карманных героев. Вон тот мерзавец – Гиппий, бывший афинский тиран. Его низложили, и тогда он, примкнув к персам, напал на собственных соотечественников. Никакой тебе морали. Он сделал бы всё, что угодно, ради власти.

– Спасибо! – крикнул Гиппий.

– А тот негодяй с ножкой индейки во рту, – продолжал Антиной, – Гасдрубал из Карфагена. У него свои счеты с Римом.

– М-м-м, – промычал карфагенянин.

– А Майкл Варус…

Джейсон подавился:

– Кто?

Стоявший у фонтана темноволосый парень в фиолетовой рубашке и легионерских доспехах обернулся. Его фигура была размытой, туманной и плохо различимой, поэтому Джейсон решил, что это что-то вроде духа, однако потом разглядел на предплечье Варуса татуировку легионера: буквы «SPQR», голова бога Януса с двумя лицами и шесть черточек, по числу лет службы. На его нагруднике висели значок претора и эмблема пятой когорты.

Джейсон никогда не встречался с Майклом Варусом: печально известный претор умер в восьмидесятых годах. И всё же у Джейсона по коже побежали мурашки, когда он встретился взглядом с Варусом: ему показалось, что эти запавшие глаза видят суть под волшебной маскировкой.

Антиной помахал рукой, как бы командуя «вольно»:

– Он римский полубог. Потерял орла своего легиона на… Аляске, так, кажется? Не важно. Утверждает, будто у него есть соображения, как победить Лагерь Юпитера… А вот ты, Ир, так и не ответил на мой вопрос. С чего бы нам радоваться твоему приходу?

Мертвые глаза Варуса нервировали Джейсона. Он чувствовал, как слой Тумана вокруг него истончается, реагируя на его нерешительность.

Вдруг за плечом у Антиноя возникла Аннабет:

– Еще вина, мой господин? Ой!

Она вылила содержимое серебряного кувшина Антиною за шиворот.

– Ах ты!.. – упырь выгнулся дугой. – Глупая девчонка! Кто тебя выпустил из Тартара?

– Какой-то титан, мой господин, – Аннабет опустила голову, стараясь казаться виноватой. – Позвольте принести вам влажные полотенца? У вас со стрелы капает.

– Пошла прочь!

Аннабет встретилась глазами с Джейсоном – секундный ободряющий взгляд, – а потом исчезла в толпе.

Упырь смахивал с шеи капли, и у Джейсона появилась возможность собраться с мыслями.

Сейчас он Ир… бывший посланник женихов. Что ему здесь делать? С какой стати они должны его принять?

Юноша схватил со стола нож для мяса и вонзил его в столешницу так, что стоявшие вокруг призраки подпрыгнули.

– С чего вам радоваться моему приходу?! – прорычал Джейсон. – С того, что я по-прежнему на побегушках, тупые вы негодяи! Я только что прибыл из Дома Аида посмотреть, что вы затеваете!

Последние его слова были правдой, и, похоже, они вогнали Антиноя в ступор. Со стрелы всё еще капало вино, просочившееся через дыру в горле. Упырь зыркнул на юношу:

– И ты думаешь, я поверю, будто Гея послала тебя, нищего, приглядывать за нами?

Джейсон рассмеялся:

– Когда Врата смерти закрывались, я покидал Эпир в числе последних! Я видел часового Клития в зале под купольным сводом, сложенным из могильных плит. Я ступал по полу Некромантейона, выложенному драгоценными камнями и костями!

Это тоже было правдой. Призраки вокруг стола зашевелились и забормотали.

– Итак, Антиной… – Джейсон вскинул руку, указывая на упыря пальцем. – Может, это тебе нужно объяснить, чем ты заслужил милости Геи? Я вижу просто толпу ленивых, медлительных мертвецов, которые только и делают, что развлекаются, а проку в войне от них никакого. Что же мне сказать матери-земле?

Краем глаза Джейсон заметил, как Пайпер ободряюще ему улыбается. Потом девушка снова обернулась к светящемуся пурпуром греческому призраку, пытавшемуся усадить ее себе на колени.

Антиной ухватился за рукоятку ножа, который Джейсон вогнал в столешницу, выдернул его и стал рассматривать клинок.

– Если ты явился от Геи, то должен знать: мы здесь по приказу. Так постановил Порфирион, – Антиной провел лезвием по ладони. Вместо крови из пореза посыпалась засохшая грязь. – Ты же знаешь Порфириона?

Джейсон изо всех сил боролся с тошнотой. Он прекрасно помнил Порфириона – сражался с ним в «Волчьем доме».

– Царь гигантов… Зеленая кожа, почти тринадцать метров ростом, белые глаза, в волосы вплетено оружие. Конечно, я его знаю. Выглядит он куда внушительнее тебя.

Джейсон решил не упоминать, что в последнюю свою встречу с царем гигантов поразил его молнией в голову.

На этот раз Антиной, похоже, онемел, но его лысый дружок Евримах приобнял Джейсона за плечи.

– Ну-ну, приятель! – От Евримаха несло кислым вином и сгоревшими электропроводами. От хватки призрака у Джейсона закололо в грудной клетке. – Разумеется, мы не собирались оспаривать твои полномочия. Просто, ну, раз уж ты говорил с Порфирионом в Афинах, то должен знать, зачем мы здесь. Уверяю тебя, мы всё делаем в точности, как он приказал!

Джейсон постарался скрыть удивление. Порфирион в Афинах!

Гея обещала уничтожить богов в самом их истоке. Хирон, учитель Джейсона из Лагеря полукровок, предполагал, что это означает, что гиганты попытаются разбудить богиню земли на подлинной горе Олимп. Но теперь…

– Акрополь, – сказал Джейсон. – Самые древние храмы богов в центре Афин. Вот где пробудится Гея.

– Конечно! – Евримах рассмеялся. В зияющей у него в груди ране отрывисто заклокотало, как в дыхале морской свиньи. – Чтобы попасть туда, этим назойливым полубогам придется плыть по морю, так? Они же знают, что лететь над землей слишком опасно.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru