Ярмарка чумы

Рафаэль Тигрис
Ярмарка чумы

Серебристый аэрбас итальянских авиалиний с красно-зелёными стюардессами на борту аккуратно приземлился в аэропорту Хитроу. В иллюминаторе ни намёка ни на дождь, ни на туман. Отличная погода – дружно вздохнули пассажиры в салонах и стали потягиваться к вещам. Тут же запиликали включаемые мобильники, подстраиваясь под британский роуминг. Пассажиры гуськом, без давки потянулись к выходу, где по-хозяйски выстроились красно-зелённые и с улыбкой выговаривали прощальное «аривидерчи».

Лондонский воздух был влажен и свеж…..

– Соломон Гранде? – прочёл в паспорте британский офицер.

– Совершенно верно, – ответил его владелец.

– Откуда прилетели?

– Только что из Рима, а вообще то…..

– Я имею ввиду из какой вы страны, – не дал ему договорить офицер.

«Ну ты же сам читаешь» – чуть не буркнул в ответ Соломон.

– Для выходца из Восточной Европы у вас отличный английский, – с иронией, почти с издёвкой произнёс офицер.

– Ну я ещё не до конца раскрыл свои способности, – принял вызов Соломон.

Офицер долго листал страницы паспорта и сверял в своём компьютере.

– Цель приезда?

– Деловая. Для участия в научном конгрессе.

– Вы учёный? В какой области?

В голосе офицера появились уважительные нотки.

– Вообще то я врач-инфекционист, специалист по чуме. У нас здесь будет конференция на эту тему.

– Чума?

Офицер вскинул от удивления брови.

– Какая чума? Её уже давно нету! Наши власти тратят деньги на бесполезные мероприятия. Вас вот пригласили, потратились почём зря!

– Да я приехал по приглашению, у меня выступление на конференции, – осторожно ответил Соломон и запинаясь хотел продолжить – вообще то проблема чумы…

Однако офицер не захотел выслушивать оправдания.

– Где намерены проживать? – перебил он его.

– Мне забронирован номер в отеле «Винчестер» – тихо, почти извиняясь ответил Соломон, – вот ваучер.

Услышав название знаменитого пятизвёздочного отеля, офицер с досадой покачал головой и даже не взглянув на бумажку Соломона, нервно шлёпнул печать в паспорте, всем своим видом демонстрируя достойное негодование обманутого налогоплательщика. Соломон схватил паспорт и с облегчением юркнул за открывшееся металлическое заграждение. Путь в страну был свободен!

«Теперь бы не пропустить плакат с моей фамилией» – подумал Соломон спешно шагая между многочисленные смуглыми пассажирами мумбайского рейса.

– Соломон!

Это был хорошо знакомый по скайпу голос Иованны.

Они познакомились в Интернете сперва на профессиональной почве, а потом уже завязались более дружеские отношения.

Иованна махала ему плакатом на котором принтер большими английскими буквами вписал его имя и фамилию. Именно такой он её себе представлял: с личиком симпатичной лисички, с отцовским отточенным на ирландский манер носиком, прозрачными вечно улыбающимися глазами, необычно белокожую с розовым отливом. А вот фигура её полнила, фигурой она пошла в мать колумбийку.

Соломон радостно шагнул навстречу и они обнялись как старые добрые друзья.

– Ну вот мы и познакомились живьём, – смеясь сказала Иованна, – добро пожаловать в Лондон!

– Я именно такой тебя представлял, – сказал Соломон, непринуждённо разглядывая девушку.

– Ты тоже оправдал мои ожидания, – ничуть не смущаясь ответила она, направляясь в сторону автостоянки, – ну рассказывай как долетел? Ты же пересаживался в Риме?

– Да, пересаживался. Прямого рейса из нашей страны нету, вот и летели через Рим. Немного утомительно. Ты представляешь, Иованна, меня чуть не тормознули на границе. Этот чиновник решил что проблема чумы не столь важна чтобы впускать меня в страну.

– Малограмотный народ, с психологией обывателя – ответила Иованна, – им кажется что если они не видят больных чумой, то значит она исчезла навсегда.

Тем временем они подошли к серебристому «Гольфу».

–Эй, Соломон, у нас тут руль справа, а пассажир слева. Надеюсь наши фигуры уместятся на передних сидениях?

Иованна непринуждённо засмеялась. Такая не закомплексованность очень нравилась Соломону.

«Ни намёка на английскую чопорность – характер у неё типично колумбийский» – радостно подумал Соломон устраиваясь на довольно просторном сиденье маленького снаружи авто.

За окном замелькали пригороды Лондона. Соломон с удивлением увидел расцветшие подобно персику деревья с розоватыми лепестками.

– Это сакура, – с улыбкой сказала Иованна, увидев удивлённые глаза своего гостя, – она всегда расцветает в начале марта.

– А я то подумал, что это персики.

– Персики тут конечно не растут, но зато много вечнозеленых растений. Ты небось начитался Диккенса и Конан-Дойля про лондонские туманы и свинцовое небо. На самом деле это вовсе не так. Солнечных дней тут бывает достаточно, ну а зимы тёплые и малоснежные.

Тем временем они въехали в центр города и за окном замелькали знакомые по туристическим проспектам символы английской столицы.

– Смотри Соломон, живые Биг Бен и Тауэр-бридж.

Но Соломон итак жадно всматривался в знаменитый лондонский пейзаж. Он в столице Британии – невероятно но факт вполне свершившийся. Его посланный доклад был включён в программу в последнюю минуту, когда не было никакой надежды на участие в конгрессе.

– Спасибо тебе Иованна! Ты всячески поспособствовала моему приезду.

– Не надо умалять свои достоинства, Соломон. Твои работы уникальны, без этого с моим мнением мало бы кто посчитался. Ну а выбор отеля – это уж конечно моя заслуга. Тут я не спорю. Это я постаралась чтобы ты попал в пятизвёздочный отель-бутик. Сейчас ты сам в этом убедишься.

Иованна въехала на знаменитую Оксфорд стрит и свернула в сторону престижного района Май Фэйр и вскоре «Гольф» затормозил у дверей отеля викторианской эпохи под названием «Винчестер».

– Ого! – присвистнул Соломон, – цены тут видать заоблачные.

– В Лондоне все гостиницы дорогие. Туристы согласны выложить любые суммы лишь бы денёк прожить в отеле где останавливаются королевские и звёздные особы. А цены пусть тебя не волнуют – это забота оргкомитета.

У дверей их встретили лакеи в ливреях и цилиндрах. Один из них взял чемодан Соломона, второй открыл двери.

В просторном холле благоухало весной. Прямо посередине стояли огромные вазы с только что срезанными ветками цветущей сакуры. В большом камине горели настоящие дрова. Вокруг, удобно усевшись в мягких креслах, дорогие гости читали свежие газеты. Но самым примечательным была большая чёрная статуя самого сэра Винчестера который 100 лет назад основал этот отель. С улыбкой на устах он свысока охватывал взором огромный холл и его посетителей.

Соломон с восторгом осматривался по сторонам. Внимание его привлекли красовавшиеся на стенах раритетные фотографии. На одной из них на фоне отеля был запечатлён сэр Уинстон Черчилль с неизменной сигарой во рту, на другой была сама английская королева, снятая у входа в отель.

– Молодец Иованна! Сразу видно что у тебя утончённый вкус.

– Я для тебя старалась, – несколько застенчиво ответила девушка.

Они подошли к стойке регистрации за которой стояла подстриженная каре изящная блондинка в лёгком белом пальто.

– Ваш паспорт сэр, – произнесла она со стандартной улыбкой, которая говорила: моя улыбка – это собственность отеля клиентом которого тебе посчастливилось стать.

Соломон протянул документ и стал с нескрываемым любопытством разглядывать необычное для себя английское лицо. Наблюдавшая за этим Иованна лишь молча усмехнулась.

– Сэр, к сожалению ваш номер будет готов к трём часам. Просьба пока подождать. Вы можете оставить вещи у портье.

– Ничего страшного, – не расстроился Соломон, – придётся тебе Иованна до трёх часов составить мне кампанию. Надеюсь ты никуда не спешишь?

– Отнюдь не спешу. А ты не устал после перелётов, может хочешь чуток подремать в кресле у камина?

– Дремать днём в этом великолепном городе, в кампании такой очаровательной спутницы! – напыщенно произнёс Соломон, – это просто возмутительно!

– Ну тогда вперёд, сэр! – подхватила Иованна.

Покинув гостиницу они зашагали по красивым улицам Май Фейра и девушка рассказывала гостю про Лондон.

Соломону всё больше нравилось общество Иованны. Лёгкость в общении, нескончаемый юмор, вечная очаровательная улыбка на лице, – всё это очень привлекало его.

– Послушай Иованна, в этом итальянском самолёте нас очень скверно кормили. Если не возражаешь давай перекусим где-нибудь.

– Отличная идея! Какую еду предпочтёшь?

– То что любишь ты, – галантно ответил Соломон.

– Ты гость, выбор за тобой.

– Ну тогда не откажусь от английского стейка с чипсами.

– Хорошая идея. Тут недалеко есть один не дорогой но уютный паб где повар готовит чудесные стейки. Пошли…

– Отличный напиток, – сказал Соломон уже причмокивая из бокала золотистый эль.– Вообще то я не люблю пиво, оно горьковато для меня, но эль приятен, он кисловат, а самое главное не очень холодный.

– Эль качают из бочек хранящихся в подвальных помещениях. Соответственно и температура у него подвальная. Хотя по крепости он и совпадает с пивом, но ввиду отсутствия газа не сильно бьёт в голову. Вода в Темзе была раньше источником всяческих зараз, в том числе и чумы и чтобы сберечь себя от болезней жители использовали эль в качестве питьевой воды.

– Значит и тут чума косила людей?

– Косила и неоднократно. Крысы и блохи. Ими кишели берега Темзы. Жителей было много. Люди приезжали сюда в надежде найти в сытом городе работу и пропитание. Они селились в трущобах, рядом с рекой. Годы 1665 и 666 – эти цифры сатаны – стали роковыми для Лондона. Началось с великой чумы и кончилось великим пожаром. Спасаясь от мора город покинула вся знать во главе с королевской семьёй. Чума выкосила половину населения. Людей не успевали хоронить, и трупы сбрасывали в болота. Казалось что этому не будет конца. Никто не знал истинную причину возникновения болезни. На всякий случай власти приказали истреблять кошек и собак, и это решение ещё больше поспособствовало эпидемии, поскольку уничтожались животные контролирующие численность крыс. Чтобы как то остановить мор среди лондонцев, было велено круглосуточно поддерживать огонь в домах, разжигать костры на улицах, чтобы очистить воздух. Дело дошло до такого абсурда, что людей заставляли насильно курить табак. Но, увы, чума продолжала косить людей. Но тут, то ли от избытка огня, то ли по неосторожности в Лондоне случился сильный пожар. Сгорели все лачуги и прочие дряблые деревянные постройки. Город был почти уничтожен, но самое главное исчезли трущобы с крысами, а вместе с ними исчезла и чума.

 

Соломон слушал рассказ с огромным вниманием.

– А где сейчас находятся эти болота, куда скидывали умерших от чумы?– спросил он.

Глаза Иованны не то от эля, не то от приятного общения интригующе заблестели.

– Они тут под нами, – произнесла она шёпотом.

– Под нами? – изумился Соломон.

– Да. Май Фейр построен на месте прежних болот куда сбрасывали чуматозников. Потом тут были ярмарки – отсюда и пошло это название. Ну а теперь здесь дорогущие отели и рестораны.

– Ты хочешь сказать что под нами кости умерших от чумы?

Глаза Соломона тоже заблестели не то от эля, не то от слова «чума».

– Да! Тысячи костей, жертв страшной эпидемии. Но сейчас об этом не принято говорить вслух, особенно туристам. Понимаешь, Соломон, про чуму все забыли давно, для многих она просто не существует.

– Однако она есть, просто врачи и антибиотики смогли загнать её в угол и держат под своим контролем. Но стоит этому контролю расслабиться как случится непоправимое, – сказал Соломон.

– Ладно, расскажи о себе. Откуда у тебя, врача из Армении такая громкая испанская фамилия?

– О, это наследие от деда-коммуниста, который после русской революции 17 года перебрался жить из Испании в страну Советов. Боролся с чумой на Дальнем Востоке где за короткий срок локализовал и ликвидировал её очаги. С тех пор в этой местности был только один случай чумы. Что ни говори, а советское здравоохранение было эффективно организовано. Потом дед переехал жить в Советскую Армению, женился на моей бабушке-армянке. Бесценный опыт деда перешёл сперва к моему отцу, который долгие годы был директором противочумной станции, а потом работал в засекреченной лаборатории. Так что все мои знания пришли от деда и отца и за это им хвала и почёт.

– Ты обладаешь бесценным наследием, Соломон!

– Благодаря этому наследию я познакомился с такой прелестной девушкой как ты.

Их лица сблизились настолько что смогли ощутить на себе дыхания друг друга. Глаза у обоих блестели…

Сотовый телефон Соломона издал предупреждающий сигнал и прервал идиллию.

«Добро пожаловать в Лондон, Соломон»

В конце стояла подпись «Ерсиния».

– Что нибудь серьёзное, – спросила Иованна, глядя на недоумевающее лицо Соломона.

– Какая то глупая английская шутка. На, посмотри сама.

– Почему ты думаешь что именно английская? Ведь номер не определён. Не исключено что письмо послано из другой страны, например из твоей.

– Возможно, но ты разве не обратила внимание кем оно подписано?

– Обратила.

– Только мы заговорили о чуме как мне шлёт послание сама госпожа Ерсиния. Ведь именно так называется в микробиологии чумная бацилла?

– Так. Но если ты думаешь что я причастна к этой шутке то глубоко ошибаешься, – обиделась Иованна. – ты же сам видел – я сидела напротив и даже не прикасалась к своему телефону.

Иованна достала из сумочки мобильник и повертела перед глазами Соломона.

– Перестань Иованна, – сказал Соломон примирительным тоном, – у меня и в мыслях не было об этом. И давай забудем про эту глупую шутку. Кстати раз уж ты достала свой телефон то скинь мне свой номер.

– С удовольствием, – опять заулыбалась Иованна и они обменялись номерами.

Соломону и вправду не хотелось ссориться с этой милой девушкой. К тому же он был более чем уверен в её непричастности. Он заказал ещё по бокалу эля и провозгласил тост:

– Выпьем за этот чудесный город где я познакомился с такой очаровательной девушкой как ты!

От этих слов на щеках Иованны вспыхнул румянец и лицо её радостно засияло.

– А как же та блондинка из гостиницы с причёской под «каре», от которой ты не мог оторвать глаз? – с наигранной ревностью спросила Иованна.

– Причёски каре сейчас не в моде, – отмежевался Соломон.

– Запомни Соломон – в этом городе модно всё то, что консервативно, – сказала девушка и весело добавила, – вставайте сэр. Вам пора отоспаться, а то ваши глаза от усталости превратились в куриную попку.

Рейтинг@Mail.ru