Кабаре-Гиньоль. Русские сезоны

Петр Альшевский
Кабаре-Гиньоль. Русские сезоны

© Петр Альшевский, 2021

ISBN 978-5-0055-1421-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

 
За разворовывание
Собранной для татарского хана дани
Впустую Александр Невский
Суровой карой грозил —
Растащили,
Удрученный князь сетует,
Около половины уперли,
Иисус Назорей!
Укрепи во мне упование, что хан,
Зная наш народ,
На меня не рассердится. Не заменит меня,
Твоего коленопреклоненного раба, на кого-то
Другого!
 

II

 
Старенький Александр Васильевич Суворов,
Бивший врагов
И оставшийся без зубов
Случайно
Встретился с рано развившейся
Двенадцатилетней
Настей.
Постояв,
Они разошлись, но девочка оглядывалась,
И полководец тоже.
 

III

 
Поеживаясь на утреннем холодке,
Сергий Радонежский
Умывался.
Державший кувшин монах Евтихиан
Лил воду ему на руки,
Без договоренности на спину
Полил,
Сатанинский ты прихвостень! —
Как ошпаренный Сергий вскричал.
Простудить до смерти удумал,
Земные дела не дать завершить.
Душа иродова.
Сухое рубище быстрее неси!
 

IV

 
Разразившаяся в Златоусте
Эпидемия дифтерита
Подвигла местного художника Юркова
Написать портрет потерявшего шлем
Александра Невского.
Почему Невского?
Юрков не знает.
Насчет того, почему у князя три глаза,
Просветит – четвертый не влез.
Вторым правым ухом Юркову пришлось его
Сделать.
 

V

 
Гастролировавший в Твери
Федор Шаляпин
Делал утренние вокальные
Упражнения.
Дебелая Марфа,
Подружка на одну ночь,
Застегивала кофту, коченея от страха.
Ну он и воет. Чисто чудище
Из глубин преисподней.
Побыстрей с пуговицами мне бы
Управиться,
Пока пальцы меня еще слушаются!
 

VI

 
Ответы Льва Николаевича Толстого
На вопросы о смысле жизни,
Долге перед отечеством,
Любви мужчины и женщины
Приехавшую к графу группу студентов
Коробили.
Злые, циничные, совсем не то,
Что в книгах он пишет.
Как же так? Какая причина у пересмотра?
Поинтересовались и выяснили —
Закупоркой кишечника Лев Николаевич
Мучается.
Не до благости, говорит. Не до толстовщины!
 

VII

 
Заведующий казанской
Керамической мастерской
Петр Соборянин
Безумствовал из-за побитых им самим заказов
К юбилею царствования Дома Романовых.
Уникальный глупец! Потомок декабристов
И народовольцев, прислушавшийся к голосу
Совести!
Доигрался. Разорился!
Жена меня съест.
Да пошла она,
Монархистка!
 

VIII

 
Председатель саратовского
Военного-окружного суда
Игорь Игоревич Шпицын
Обдумывал, что же ему сделать
С пилотом Ланецким,
Который взял и сбросил
Совершавшего с ним полет на летательном аппарате
«Вуазен» генерала Синчарова
Прямиком на курятник.
Вопиющее преступление! Генеральские переломы!
Попадание однако прицельное.
Очевидное мастерство. И мне, русскому патриоту,
Такого человека у нашей армии отнять?
Самооборона, полагаю, решение.
Генерал в воздухе домогался, пилот отбивался,
Адвокат Ланецкого на данной версии не настаивает?
Шепните, чтобы начинал.
 

IX

 
У пристрастившегося к алкоголю
Модеста Мусоргского
Болели уши.
Я глохну!
Превращаюсь во второго Бетховена!
В ведро с ледяной водой я голову
Опускал.
Простуда? Простудная боль?
Грустно. Никогда вторым Бетховеном
Мне не стать!
 

X

 
Добиваемый продолжительной болезнью
Владимир Ульянов-Ленин
Не говорил, а мычал.
Окружение горевало, но ничего
Поделать с собой не могло —
Случалось, посмеивалось. Раз сама
Надежда Константиновна Крупская не удержалась,
И тут же получила по голове.
Правая рука у вождя еще действовала.
Была способна на весомый
Удар.
 

XI

 
Бродящий по комнате Пушкин,
Переступая через спящих
Товарищей по лицею,
Гордился, что он-то
С шампанского не рухнул.
Выпил, столько выпил
И стою!
В голове бардак. Драконы носятся.
Оседлаю! К небесному чертогу
Взовьюсь! Ух, как меня повело.
Братья мои, лицеисты!
Присоединяюсь к вам с извинением,
Что в падении кого-то из вас
Ушибу!
 

XII

 
Чистильщик царской уборной Турчунов,
Высланный в Симбирск
Под негласный полицейский
Надзор,
Перебирал в уме обстоятельства,
Которые увели его из столицы.
Однажды я вычищал,
И вдруг государь.
Зашел, от вони поморщился,
Ваше, ваше величество, вычищаю! —
Я с улыбкой воскликнул.
Кому сказал, как осмелился,
Дурная моя голова. Такая карьера
Накрылась.
 

XIII

Александр Васильевич Суворов

Стремительно вошел в солдатскую

Баню.

Скинул одежду, окатил себя из шайки почти

Кипятком,

Видите, сынки, что мы, русские люди, можем?!

Как же, отец, не видеть! Не обварился ты, ничего?

После этого обливания

Состояние у меня, конечно, плохое. Но горе – не беда!

Паштет – не лебеда!

А брюква – брюква. Жареной брюквой

Вашего Суворова в детстве пичкали,

Фундамент будущего победителя закладывали,

Не догадываясь о том!

XIV

 
Федор Михайлович Достоевский
Шел по Мытнинской набережной
С тазом крови.
Откуда она?
Достоевский не скажет.
Она человеческая?
Не ответит вам Достоевский.
Кровь выплеснута в Неву.
Таз отдан благодарственно перекрестившейся бабе.
Замерзшие уши растерты
Ладонями.
Июльский полуденный зной.
А уши у Федора Михайловича мерзнут.
Так велит Бог.
 

XV

 
Возненавидевший революцию
Художник-социалист
Поняков
За неимением дров и стульев
Топил буржуйку своими разрываемыми
Холстами.
Воздух слегка нагревался,
Протянутые пальцы возвращали
Чувствительность,
Возникший на пороге
Собрат по пейзажному цеху
Биклаянский
Стряхнул снег,
Подсел на корточках к пламени,
Не допущу я, чтобы тебя теплом
Смерть моих полотен
Одаривала! – взревел Поняков.
Собственными себя грей!
 

XVI

 
Дождавшийся удручающего известия
Волей божьей зодчий Баженов
Совершил выплеск досадливым плевком
На паркет.
Проект реконструкции Кремля
Не прошел,
Высочайше отвергнут,
Сгорбленный слуга Фрол
Притащил
Рыбу с хреном.
Ядреный же он, дерет
Жестко, в том же немилосердном
Стиле, в котором матушка Екатерина меня
Прокатила.
 

XVII

 
Из взывающей о ремонте
Церкви Святого Николы на Пыжах
Немногочисленные прихожане
Выгнали подумывающего
О переходе в православие
Китайца Сунь Линя.
Продуктовую лавку открыл!
Многих из нас разорил.
Спасением души, обезьяна, озаботился.
Так поклянемся снова и снова его
Взашей!
 

XVIII

 
Беспутный вертопрах Сабликов
К своему проживающему на Подгорной
Приятелю Бакланитину выезжал по первому
Зову.
Ради чего-то скучного не позовет!
Собралась компания для картишек,
Вольно настроенные актриски
Заглянули на огонек,
После убийства императора Александра Второго,
Сабликов записочку получил и поехал,
Воодушевленно вошел
И услышал:
Садись, друг Сабликов.
Вместе с тобой поплачем!
Ошалел. Переметнулся к державникам.
Не лгут, выясняется, говоря,
Что Жоржетта Лыскарь
Сжирающим разум сифилисом его наградила.
 

XIX

 
Задирающий нос
Михаил Лермонтов
Ради смеха
И отдыха по ходу процесса написания
Представляющейся ему
Гениальной поэмы «Мцыри»
Просматривал присланную ему пачку листков
С корявыми стишками
Крестьянской сочинительницы Марфы Спудкиной.
Лермонтов не смеялся.
В укрепляющемся ошеломлении
Подчитывал совпадения
Рифм.
Восемь, девятнадцать,
У меня она не умыкнула,
«Мцыри» никто не видел,
Двадцать два, тридцать шесть,
Своим высоким призванием
Я гордился.
Презренно оно, в новых обстоятельствах
Смею уверенно полагать.
 

XX

 
В деревне Заступино
Легендарного
Тимофея Порткова знали все.
А в Санкт-Петербурге,
Увлеченном приближающейся свадьбой
Княжны Гагариной,
Лишь перебравшийся из Заступино
Демидка «Прыщ»
О Тимофее Порткове слышал.
Портков?
Знаю. Прикончил ли он тещу
Швырянием замороженных пельменей?
Загубил ли брата
Жены подкидыванием тому в лодку змеи?
Бог весть, господа, Бог весть.
 

XXI

 
У выступающего перед монахами
Николо-Корельского монастыря
Работника тайной канцелярии Ляшина
Случился приступ грудной
Болезни.
Крамоле не поддаваться!
От прописанной в вашей Библии
Верности светским властям не отступать!
Лебеди вы черные,
Накрыло меня. Сжало!
Монахов его поучения раздражали,
И согрешили они,
Поглумились над важным болезным чиновником.
Что сжало-то, господин?
Не рука ли Сатаны срамной отросток
Тебе сжимает?
Мы-то сами себя обслуживаем, а тебе,
Большому человеку,
Помощь в извержении семени!
 

XXII

Лично оценивающий

 

Непосредственно на природе

Старт битвы за урожай

Леонид Ильич Брежнев,

Советников не послушал,

Позванивающий пиджак на сдающее тело

Надел,

Брякнувшись со всеми

Орденами на приготовленное

Для пшеницы поле, сказал себе:

Без паники. На рисовом поле я должен еще

Побывать. И с одноклассницей Верочкой

О танце на школьном бале договориться.

XXIII

 
Никчемный заика Гапушкин
Признался претендующей на многое
Красотке Степловой
В истинной
Бессмертной любви.
Степлова его пожалела.
Бедняга! Обделенный Господом человек!
Совсем больной – мужской причиндал,
Кротко взирая,
Передо мной вывалил.
Могучий. Не во всем, замечаю,
Обидел его Господь Бог.
 

XXIV

 
Избежавший привлечения
К конному отправлению
На побоище с турками
Донской атаман Никущухин
Хлебал свекольный самогон
Со своей пышнотелой
Любовницей Танечкой.
Она завалилась в кровать, а самогона
Еще полведра. И планов на завтра
Ни малейших.
 

XXV

 
Намазавшись от комаров
Подходящим для этого дегтем,
Лев Толстой
Отправлялся на пруд
Поглазеть на купающихся нагишом
Деревенских девок и баб.
Графа они не стеснялись.
Дедушка смотрит, да и пускай.
К тому же он граф.
Привет тебе, ваше сиятельство!
Здравствуйте, дщери, здравствуйте.
Бог в помощь вам в плесканиях ваших.
Но особенно не плескайтесь. Не закрывайте мне
Брызгами.
 

XXVI

 
Кашляющий кровью
Антон Чехов,
Проведя по губам
Недорогим аквамариновым платком,
Зачеркнул строчку,
Другую,
Посмотрел в пустоту
И поверх зачеркиваний
Написал те же,
Отвергнутые им слова.
Уже наплевать ему было.
 

XXVII

 
Девятилетного Гришу Котовского,
Наложившего кучу
У закрытой калитки в усадьбу
Инженера Хольшевина,
Отругала чужая
Няня.
От ее грубых слов его захлестнули
Переживания.
Ребенок начал
Лысеть.
 

XXVIII

 
Воспевающий свободу
Пушкин
Вместе с тем советовал
Польше
В русских оковах сидеть и не дергаться.
Полякам это сильно не нравилось.
Наведавшийся в Санкт-Петербург
По торговым делам Влодек Саблецкий
Узкомыслящего поэта задумал похитить
И с неделю продержать в ящике
Метр на полтора.
Но петербургские мастеровые Саблецкого подвели.
Пообещав за час сколотить,
За десять дней с ящиком не управились.
Время пребывания Саблецкого в Петербурге
Истекло. Ни с чем он в Познань убрался.
Пьянство и лень! Александр Сергеевич
Их не воспевал, а ему бы следовало.
 

XXIX

 
Градоначальник Письнюхин
Отличавшийся на Среднерусской возвышенности
Жестоким отношением
К выходящим на шествия студентам,
В ноябре 1917-го был повешен солдатами.
Солдатами?
Не студентами, а солдатами?
Нашими верными
Православными
Солдатами?
Ничего не понимаю,
Помирая, он прохрипел.
 

XXX

 
Утомленно протирающий очки
Андрей Туполев
Разрабатывал свой
Девяносто седьмой
Самолет.
Наказание,
Думал он,
Чистое,
Вашу мать,
Наказание.
 

XXXI

 
Освободившийся от крепостной зависимости
И слезно поблагодаривший за это
Батюшку-царя
Волжанин Кубугин
Увидел забравшуюся под телегу лису.
А свою единственную курицу
Не увидел.
Сожрала. Обездолила.
До богопомазанного обманщика
Мне не добраться, а с тобой рассчитаюсь.
Вместо куриной похлебки
Лисий суп
С отощавшей женой поедим.
 

XXXII

 
Прикладываясь
В восхитительно осеннем Вермонте
К литровой бутылке
«Джин Бин»
Александр Солженицын
Думал думу
О своей тоске
По родине.
Тоска!
Острота в ней все-таки
Не чрезмерная, не сопьюсь.
 

XXXIII

 
Усаживающийся
В зубоврачебное кресло
Товарищ Сталин
Ошпарил
Стоматолога Шлейпица убийственным взором
И сознался себе в тактическом промахе.
Вах-вах,
Падбадрить его было нада,
С дражащими руками
Боль он мне лишнюю.
 

XXXIV

 
В свои двадцать два года
Конопатый подпоручик
Ахтырского гусарского полка
Павел Лубловский
Считал себя амурным волшебником.
А в тридцать четыре у него вообще
Стоять перестало.
А в отставку
Он вышел в тридцать один.
А собаку у него
Кассиопеей звали.
 

XXXV

 
Выкурив папиросу
До середины,
Товарищ Сталин подумал,
Что неплохо бы ее затушить
Об ладонь сжавшегося за столом
Маршала Конева.
Папозже затушу,
Решил великий вождь,
Еще пакурю,
Чтобы дабро не прападало.
 

XXXVI

 
Как бы мне присоединиться к играющим на
Пляже волейболистам? Подходить неудобно.
Отправлюсь-ка я за стол статью о жандармах
Утяжелять,
Дорабатывать,
Максим! Максим!
Познакомьтесь, сеньоры.
Отдыхающий у нас на Капри
Прославленный пролетарский писатель
Максим Горький.
В волейбол с нами, Максим, не поиграешь?
Не поиграю, Буревестник революции
Прошипел. На отдыхе я, заявлять, гады, смеют.
Тружусь я,
Покоя мозгам не давая!
 

XXXVII

 
Преуспевающий ресторатор Кудинов,
Испробовав испеченную новым поваром
Кулебяку, выбежал из своего заведения
На улицу,
Впился зубами себе в кулак,
Он испытывал крайнюю горечь от того,
Что боготворимая им
Пламенная цыганка Лала Сиамская
Его не любит.
И не полюбит. А кулебяка удалась.
Кудинова сейчас вырвет.
 

XXXVIII

 
Перед несравненным
Стравинским, разбившим бровь
Об тисовый секретер,
Лежала недописанная партитура
«Пульчинеллы»
И стоял стакан бесцветной,
Манящей композитора
Влаги.
Третий за день стакан.
Какие же кривые значки,
Хмыкнул он про себя.
А это кусок, судя по почерку,
Трезвым мной
Создан.
 

XXXIX

 
Накануне Аустерлицкого
Сражения
Недавний крестьянин
А нынче забритый в солдаты
Прошка Дыбнягин
Заснул на позиции, в оправдание
Перед грубо его растолкавшим
Капитаном Бекерским
Заявил, что увидел вещий сон,
Наполеон будет разгромлен!
Случится по-твоему —
Пороть я тебя не стану,
Сказал ему капитан. Иди в бой,
Бейся за государя;
Прошка в позорном бою не погиб.
Уцелел и Бекерский.
С учетом всех обстоятельств
Немилосердно он, конечно,
Прошку порол.
 

XL

 
Неординарный Томкин
Издатель печатного органа
Для людей, озабоченных
Темой плоти
Обожал державные
Фотографические изображения
Царицы Александры Федоровны.
Во избежание столкновений с цензурой
И монархистами
Читателей чем попроще
Он потчевал.
 

XLI

 
Поздновато начинающий велосипедист
Дягунов, участник организованного
Спичечным концерном
Братьев Сиплугиных
Заезда по Костромской губернии,
Ехал четвертым,
Спустя девятнадцать километров
Ехал четвертым с конца
Среди разместившейся на обочине публики
Он увидел принимающую его ухаживания
Леночку Илистранскую.
Она обнималась с жирным невысоким мужиком.
Доеду, подумал Дягин,
Я доеду,
Доеду и сразу мы с ней
Поженимся!
 

XLII

 
Шагающий по взлетному полю
Сталинский сокол
Валерий Чкалов
Споткнулся перед лужей, за неимоверно
Растянувшееся мгновение
Неустойчивости
Продумал детали предстоящего ему
Рискованного полета
В лужу он, устояв, не упал.
Забрался в самолет, молодцевато взлетел
И не сел.
 

XLIII

 
Восторженно принявший революцию
Поэт
Блок
Голодал. С телом ослабевал и разум.
В пятницу пуд картошки мне продадут
Дешевле,
Рыночные торговцы, не понимающие,
Что с чего мною взято, уступать мне
Откажутся,
Уплетусь не в расстройстве. Все равно
Я бы пуд не дотащил.
 

XLIV

 
В обращении
К своей безобразно пьющей
Дочери
Леонид Ильич Брежнев
Применил эпитет, за использование которого
Ей захотелось ударить генсека-отца по заплывшей
Физиономии.
Но рука не поднялась.
Из-за слишком сильного опьянения
Не послушалась.
 

XLV

 
Всецело поддерживающий
Репрессивную политику товарища Сталина
Полковник Сахнов
Делал великолепную карьеру
В доблестной красной армии.
Доверие к нему было
Безграничным.
Восемнадцатого сентября
Сахнова наградили орденом.
Девятнадцатого вызвали на допрос.
Двадцатого расстреляли.
 

XLVI

Отдавшуюся

Заезжему балалаечнику

Машеньку замуж в деревне не брали,

И она назло всем выучилась играть на балалайке;

Шокируя односельчан,

Бренчала, как язык им показывала,

Народ поведением Машеньки раздражен,

А философски смолящий самокрутки

Павел Дипятин ее

Зауважал.

Он умел ценить силу характера.

Тащившей вязанку дров старухе Авдеевой

Чуть ли не аплодировал – молодец, старуха.

Знает, что никто не поможет, и тащит, не бросает,

Молодец.

XLVII

 
Заработавшийся в Смольном
Владимир Ульянов-Ленин заснул
За столом.
Вошедший к Ильичу
Дежурный матрос Чичалин
Погасил настольную лампу, попал во мрак,
Навалившаяся темнота навела
Матроса на шутку,
И он пальнул из маузера.
Что такое?! – Владимир Ильич заорал.
«Аврора» выстрелила.
Снова выстрелила?! К началу реставрации
Царизма теперь сигналит?!
Я, Владимир Ильич, стрелял.
Спите, ни о чем не тревожась.
Народная власть навсегда.
 

XLIII

 
Пугливо предававшийся
Содомскому греху
Землепашец-середняк
Лупачев
Обомлел.
Из колодца вылезал его обещавший
Уехать в Сызрань
Мужеложец-дружок Бухляев.
Свят, свят, почему же он здесь?
Билеты в Сызрань закончились?
 

XLIX

 
У злоупотребившего
На правительственном приеме
Дрессировщика Дурова
Прихватило печень.
В постели он извивался, как змея
Задел и разбудил спавшую с ним
Гардеробщицу Любу,
Секса, Володенька, хочешь? – спросила она, зевнул.
Ты мне не надоела, протяжно он простонал.
Возможно, утром я тебя
Трахну.
 

L

 
Снискавший до войны с фашистами
Огромную Славу
Боксер Николай Королев
Подвергся на улице оскорблениям
От подскочившего к нему
Задрипанного мужичка.
Хлопающий глазами тяжеловес
Последовательно услышал,
Что он паршиво одет,
Что ему не дают бабы,
Что его беременная мать сношалась с четырьмя Обучающимися в Москве
Китайским коммунистами,
Продолжая выслушивать словесную грязь,
Королев ретировался. Он думал о провокации.
Хотят вывести меня из себя,
Заставить сорваться,
Провокации, однако, не было.
Всего лишь попался
Псих.
 

LI

 
Новгородский воевода,
Владелец бесчисленных земель и деревень,
Собиратель спасшего Русь
Ополчения
Дмитрий Пожарский
Пытался вспомнить лицо
Давным-давно померевшего сподвижника
Козьмы Минина.
Всплыла борода.
Несмотря на значительные усилия,
К ней ничего не добавилось.
 

LII

 
Директор
Арктического Института
Отто Шмидт,
Помешивая остывающий чай,
Воображал, как, выйдя из Архангельска,
Он дойдет до Тихого океана.
Работать не хотелось.
Хотелось мечтать.
Добраться бы за одну навигацию до Тихого океана,
Трусы бы с неприступной
Заведующей лабораторией Мишляновской
Стащить.
Попугайчиков, кажется, она любит.
Через попугайчиков надо мне действовать.
 

LIII

 
Милые обыватели
Патриархального,
Знаменитого своим хлебом
И часто голодающего Ельца
Были уверены, что пианистка Дудина
Соблазнила приказчика Соколова.
У Соколова изрытое оспой лицо,
Плохо сросшаяся челюсть,
Колесом ноги,
Не он же соблазнил ее смог!
 

LIV

 
Первая в СССР
Женщина-академик
Лина Штерн
Без суда
Гнила
В тюрьме. Происходящее ей не нравилось.
От параши разило, тело чесалось,
Принесенная баланда оказалась на редкость
Съедобной,
И Лина Соломоновна заволновалась.
Ночью к стенке меня?
Последний мой ужин?
 

LV

 
Религиозно-философские собрания,
Устраиваемые Дмитрием Мережковский
И его женой
Зинаидой Гиппиус
Повадился посещать
Явно необразованный калмык.
Все внимание он не речам, а женщине —
Плотоядно Зинаиду взглядом он поедал.
Она это замечала.
Настойчивым просьбам мужа
Доступ калмыку закрыть
Эмоционально противилась.
 

LVI

 
Отчаянный в бою
Сотник Данила Крижач
Неотступно следовал на приземистой
Каурой лошади
За быстро скакавшим прямо перед ним
Сокрушителем шведов,
Триумфатором битвы с Тевтонским Орденом,
Победоносным князем
Александром Невским.
На этот раз они отступали.
 

LVII

 
Посетившая по дипломатической линии
Лиссабон и Сетубал
Ираида Булкал
Написала отчет для ОГПУ,
Вступила в дружескую беседу со своим
Начальником Педелевым.
Бутылку роскошного портвейна она ему не привезла.
Сказала, что он не заказывал.
Эх ты, врунья, беззлобно промолвил Педелев.
В дворец Келуш ходила?
А странноватый замысел проникнуть в казарму
И ночь с кучей португальских солдат провести
Воплотила? Врунья ты невозможная.
Правда, понравилось?
 

LVIII

 
Признанный очень многими скульптор
Федор Коненков создавал
Привычный для него сказочный персонаж.
Будет ведьмак, он у меня, чувствую,
Получается, Ведьмаком с Шатающейся Горы
Я его назову.
Руки лепят,
Глаза оценивают,
Схожесть со Сталиным
Напрягающая.
У меня не товарищ Сталин!
Лицо, вольно мною придуманное, компетентной
Комиссии я скажу. Ни к чему!
Уничтожу от греха в темпе.
 

LVIX

 
Равноапостольный Владимир
Красное Солнышко
Возился с веревкой и отполированными
Берцовыми костями
Несправедливо заподозренного им в измене
Боярина Вебляка.
Узлы не те, не держат,
Позволяют вываливаться,
Владимир Красное Солнышко злился.
Распятие он мастерил.
 

LX

 
Куривший в постели Александр Второй
Сдул с груди нападавший на нее
Пепел,
Укоризненно взглянул на фрейлину,
Только что бравшую у него в рот,
Комплиментарные отзывы о ее сноровке
Оказались полным вымыслом.
Кошки буквально у меня на душе
Заскребли. Вокруг столько умелых дам,
А я не пойми с кем семенную жидкость
Потратил.
Деликатность в обращении с женщинами
Откровенно высказаться мне,
Разумеется, не даст.
Ступай, милая. Не забудь прическу поправить.
Ваше Величество мною довольны?
Польщен нашей встречей.
Сияющей звездой в памяти сохраню.
 

LXI

 
В боевом русском братстве
Жила твердая убежденность,
Что лейб-гусарский полковник
Денис Давыдов
Ради привлечения женского
Интереса
Подкладывает в узкие форменные рейтузы
Свежий огурец.
Храбрейший воин, вдохновенный поэт,
И огурец.
Ну и неважно, что огурец.
Разве огурец что-нибудь меняет?
 

LXII

 
Второразрядный график Чикалин,
Мечтавший заполучить оформление
Книги о революционных пресненских
Схватках, изучал работы авторитетного,
Изумительно владеющего карандашом
Владимира Андреевича Фаворского.
Паршиво, бездарно, ужасно,
Как бы я ни старался, так думать
Мне себя не заставить – рисунки отменные,
Насыщенные очевидным талантом,
А вот этот с колышущейся рожью
И мордой труженика над ней
Не очень.
Действительно никакой.
Словно мой.
 
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru