Похищенная принцем

Оливия Дрейк
Похищенная принцем

Леди Милфорд с легкой усмешкой поднесла чашку к губам.

– Девушек часто тянет к таинственным одиноким джентльменам. Романтической девичьей натуре кажется, что такой человек должен страдать без любви. Но реальность редко отвечает нашим грезам. Что до Эйлуина, то он на двадцать лет старше вас, он серьезный ученый, и все эти глупости его вовсе не интересуют. Советую вам поискать себе кого-нибудь ближе к вам по возрасту.

– Возможно, вы правы, миледи. Но как я могу сказать точно, если ни разу даже не встречалась с герцогом? – Беатрис очаровательно надула нижнюю губку; так она делала всегда, когда хотела что-нибудь выпросить у отца. – Неужели мне придется всю оставшуюся жизнь провести в сомнениях: вдруг я – та единственная, которую герцог Эйлуин мог бы полюбить? Неужто вы ничем не сможете мне помочь?

Леди Милфорд покачала головой.

– Боюсь, что нет, – ласково, но твердо ответила она. – С герцогом Эйлуином я едва знакома. Между нами нет таких отношений, которые позволили бы мне в чем-либо его убедить.

– Но что, если… если бы вы устроили один из ваших знаменитых приемов? Все только и мечтают получить сюда приглашение! Допустим, вы устраиваете прием, приглашаете нас обоих – и у меня появляется хотя бы один шанс его очаровать! – Беатрис просительно сложила руки. – Умоляю вас, миледи, не отказывайте в моей просьбе! Пожалуйста! Вы моя единственная надежда!

Для Элли это стало последней каплей. До сих пор Беатрис вела себя бесцеремонно, но сейчас перешла от бестактности к откровенному бесстыдству! Что подумает леди Милфорд о таком ее поведении?

Элли поставила чашку на стол и решительно подошла к кушетке.

– Беатрис, мы уже долго докучаем ее милости. Думаю, нам пора домой.

Кузина бросила на нее недовольный взгляд.

– Вот еще! Мы с леди Милфорд так мило беседуем!

Элли повернулась к хозяйке дома.

– Прошу вашу милость принять наши искреннейшие извинения. Но у нас еще есть дела в городе, и, если мы не поторопимся, боюсь, не успеем переодеться к ужину.

– Дела? – Беатрис сморщила хорошенький носик, однако позволила Элли поднять себя на ноги. – Какие дела, о чем ты?

– Объясню в экипаже. А теперь нам пора, так что будь добра, попрощайся с ее милостью.

Беатрис неохотно повиновалась – а Элли снова заметила, что леди Милфорд смотрит не столько на кузину, сколько на нее. Разглядывает внимательно и задумчиво, сдвинув тонкие брови, словно видит в ней нечто занимательное и достойное размышления.

Элли покраснела при мысли, что, возможно, в недостойном поведении Беатрис хозяйка винит ее. В конце концов, это она, как гувернантка, должна была научить кузину вести себя в обществе!

– Мисс Стратем, – промурлыкала наконец леди Милфорд, обращаясь к Элли, – если вы отложите свой отъезд на несколько минут, пожалуй, я смогу поделиться с вами кое-чем полезным. Пожалуйста, подождите здесь.

С этими словами она выскользнула из гостиной. Элли проводила ее изумленным взглядом. «Кое-что полезное»? О чем это она?

Перед ней, шелестя юбками, выросла Беатрис и грозно уперла руки в бока. Хорошенькое личико, обрамленное золотистыми локонами, исказил гнев.

– Ну почему ты всегда все портишь? Я уже почти уговорила леди Милфорд мне помочь, а теперь… вместо этого она решила что-то дать тебе!

– Учебник хороших манер, скорее всего, – ответила Элли. – Думаю, она пришла к выводу, что я пренебрегаю твоим воспитанием.

Чем больше она об этом думала, тем это казалось вероятнее. Как же унизительно, когда чужие люди, глядя на тебя, думают, что ты не справляешься со своими обязанностями! Но что еще могла подумать их любезная хозяйка? Так что Элли приготовилась проглотить унижение и с благодарностью принять непрошеный подарок.

– Хочешь сказать, я плохо себя веду? – надула губки Беатрис.

– Что ж, давай посмотрим. – И Элли принялась загибать пальцы. – Для начала ты явилась к леди Милфорд без приглашения, не будучи даже ей представлена. Предположила, что она просто из доброты душевной начнет помогать тебе ловить жениха. Потребовала, чтобы ради тебя она потратила время и деньги на устройство приема. И этого мало: начала диктовать ей, кого приглашать к себе домой!

– А по-моему, отличный план! – отрезала Беатрис. – Как еще, скажи на милость, мне удастся стать герцогиней? Других холостых герцогов в Лондоне сейчас нет!

– Значит, обрати внимание на маркизов и графов. И потом, может быть, стоит больше думать о характере будущего мужа, чем о его титуле? За кого бы ты ни решила выйти замуж, с этим человеком ты будешь связана до конца жизни.

– О, хватит нравоучений! Для старой девы без средств и без надежд, может быть, титул ничего не значит, но я намерена выйти замуж так, чтобы весь свет умер от зависти!

«Старая дева без средств и без надежд». Это мимоходом брошенное уничижительное определение откликнулось у Элли в груди тупой болью. Странно – ведь с ребяческими мечтами о любви и браке она давно уже распрощалась. Слишком рано Элли пришлось познать жестокую истину: очень немногие джентльмены готовы связать свою судьбу с сиротой без гроша в кармане. Так что она оставила пустые мечтания и всю себя посвятила тому, чтобы своим трудом и готовностью услужить хотя бы отчасти возместить родным долги ее покойного отца.

И все же она не собиралась вечно оставаться в рабстве. Втайне от всех Элли разработала смелый, предприимчивый план, который поможет ей завоевать собственное место в мире. Скоро, очень скоро она не будет зависеть ни от одной живой души…

Леди Милфорд, вошедшая в гостиную, прервала ее размышления. В руках хозяйка дома держала изящный чехол синего бархата. Подойдя ближе, леди достала из него какой-то предмет, ярко блеснувший в сочащихся через окно лучах тусклого зимнего солнца.

Элли недоуменно заморгала. Туфля? Да, леди Милфорд держала в руках изящную туфельку на каблуке, из темно-красного сатина, расшитую крошечными кусочками хрусталя, с пряжкой филигранной работы.

Достав вторую туфельку, леди Милфорд протянула обе своей гостье.

– Эти туфли я очень любила в молодые годы, – объяснила она. – Мне кажется, мисс Стратем, вам они подойдут.

Элли машинально взяла туфли. Она ожидала получить руководство по этикету – и теперь была безмерно озадачена. Никогда в жизни не держала она в руках ничего столь же прекрасного… и вызывающе непрактичного.

– Миледи, вы очень добры, но… куда же я буду их носить? Для гувернантки они слишком изящны!

– Вы ведь будете сопровождать свою кузину на балах и приемах, не так ли? Разумеется, для танцев вам понадобятся туфли.

– Для большинства дам это верно, – ответила Элли. – Но, боюсь, мои платья слишком просты, и у меня в гардеробе совсем нет нарядов, которые…

– Элли должна за мной присматривать, так что танцевать она не будет, – отрезала Беатрис, устремив жадный взгляд на чудесные туфельки. – И потом, у меня ноги изящнее, чем у нее. А значит, миледи, один размер с вами скорее будет не у нее, а у меня!

Губы леди Милфорд изогнулись в загадочной улыбке.

– Правда? Что ж, тогда присядьте, и давайте проверим, кому они подойдут!

Глава 3

Покидая особняк леди Милфорд, Элли спрятала под свой унылый серый плащ синий бархатный чехол. В нем покоился подарок леди – самые прекрасные на свете туфельки. Беатрис они оказались безнадежно малы: так жали в носках, что, попытавшись встать, она вскрикнула от боли и тут же их сбросила.

Элли поначалу отказалась примерять туфли. Но леди Милфорд настояла на своем – и, не иначе как чудом, оказалось, что ей туфельки подходят идеально! Элли не могла взять в толк, почему. По росту и телосложению они с кузиной походили друг на друга, но она была уверена, что обувь носит на полный размер больше.

Но недоумение быстро сменилось чистосердечной радостью, когда Элли прижала драгоценный подарок к груди. Едва скользнув ногами в чулках в мягкие сатиновые носы туфель, она ощутила, как охватывает ее бурная, пьянящая радость. Как будто рассеялись все горести и заботы! Элли даже готова была носить туфли дома, хоть и понимала, что это в высшей степени непрактично.

И теперь, хоть она и убрала ради сохранности туфли в футляр, ее затянутые в перчатки пальцы то и дело ощупывали сквозь бархат их очертания, пробегали по хрустальным бусинам, словно Элли боялась, что сказочные туфельки вдруг исчезнут. Таких прекрасных вещей не бывало у нее уже очень давно – с тех пор, как умер папа. При жизни он осыпал ее подарками, но после его смерти все их пришлось продать, чтобы помочь дядюшке расплатиться с кредиторами.

Впрочем, сейчас Элли не хотела об этом вспоминать. Как не хотела и обращать внимание на угрюмую мину Беатрис. Завернувшись в ярко-голубую мантилью, сунув руки в горностаевую муфту, с гордо поднятой головой кузина прошагала мимо нее к черному экипажу с золотым крестом Пеннингтонов на дверце.

Такая угрюмость предвещала беду. Без сомнения, по дороге домой Элли придется выслушать немало неприятного. И все же ни на минуту она не верила, что дурное настроение кузины связано с парой бальных туфелек. В конце концов, дома у нее модных и дорогих туфель целый шкаф!

Нет, Беатрис злилась на весь мир от того, что не преуспела в своем замысле. Всю жизнь ее баловали, окружающие наперебой исполняли все ее желания, и девушка не сомневалась: леди Милфорд тоже пойдет ей навстречу – просто потому, что Беатрис очень просит. Но вышло не так. Теперь Беатрис нужно было утешать и отвлекать; но заниматься этим Элли совсем не хотелось.

Лакей в ливрее цвета весенней листвы распахнул дверь экипажа. Но Беатрис не села внутрь. Вместо этого она вдруг остановилась так резко, что Элли едва не уткнулась носом ей в спину.

Беатрис устремила взгляд на мощенную булыжником мостовую, где виднелись несколько всадников, экипажей и повозок. Словно по мановению волшебной палочки, обиженная гримаса у нее на лице преобразилась в кокетливую улыбку.

– О, отлично! – И Беатрис бросилась вперед, обдав Элли сладким ароматом розовой воды и бросив на прощание: – А ты стой здесь, иначе все испортишь!

 

Повернувшись в ту же сторону, Элли обнаружила, что к ним приближается джентльмен верхом на прекрасной гнедой кобыле. В синем двубортном сюртуке и с белым шейным платком, он выглядел словно картинка из модного журнала. Когда он подъехал ближе, Элли его узнала. Эти белокурые волосы и красивое мальчишеское лицо принадлежали сыну одного из знакомых графа Пеннингтона.

Джентльмен натянул поводья и снял свой черный цилиндр.

– Богом клянусь, это же леди Беатрис Стратем! Что за приятный сюрприз в такой холодный зимний день!

Беатрис так и просияла в ответ:

– Здравствуйте, лорд Роланд! Вы тоже наносите визиты?

– Совершенно верно. Скучнейшее занятие… было, пока не явились вы, словно ангел, слетевший ко мне с небес.

Беатрис по-девчачьи захихикала в ответ. Пока эти двое обменивались любезностями, Элли стояла у распахнутой двери экипажа. Холодный ветер кусал ее за щеки, мороз ледяными пальцами пробирался под плащ. Ничего ей так не хотелось, как сесть наконец в экипаж и укутать ноги шерстяным одеялом.

К сожалению, долг требовал от нее присматривать за кузиной. Леди Беатрис еще даже не вышла в свет, и совершенно недопустимо, чтобы кто-нибудь увидел, как она кокетничает с джентльменом на публике!

Но несколько минут никому не повредят, тем более, что эта неожиданная встреча, как видно, изменила настроение Беатрис к лучшему. Если повезет, может быть, она даже передумает гоняться за немолодым герцогом. Лорд Роланд, младший сын маркиза, всего на три года ее старше и куда больше подходит ей в качестве мужа.

Рассеянно глядя на эту пару, Элли задумалась о своем скудном гардеробе. Может быть, купить отрез ткани и сшить себе новый бальный наряд? Такое приобретение потребует запустить руку в ее драгоценные накопления; но все же Элли не могла и подумать о том, чтобы надеть эти туфли со старым, поношенным, давно вышедшим из моды платьем.

Жаль, леди Милфорд не подумала о том, как непрактичен ее дар.

На миг Элли задумалась, разумно ли было с ее стороны принять подарок от едва знакомой дамы? Раньше ношеные вещи, даже от родных, всегда неприятно задевали ее гордость. Неужели искушение надеть эти чудесные туфельки оказалось сильнее? Или, быть может, ее привлекло то, что в манере обращения леди Милфорд совсем не ощущалось снисходительности – только искреннее желание быть полезной. Элли почувствовала, что было бы неучтиво с ее стороны отвергать такую доброту.

Порыв ветра донес до нее звонкий смех Беатрис. Девушка оживленно что-то рассказывала, а лорд Роланд наклонился к ней с седла, словно ловя каждое ее слово. По счастью, народу на улице в этот холодный день было немного, и все из низших слоев – слуги и рабочие, что торопливо шли мимо, втянув головы в плечи и кутаясь в свои одежонки, плохо защищающие от холода. Никого значительного.

И вдруг Элли заметила незнакомца, который сидел в открытом фаэтоне возле одного из соседних домов.

Пара великолепных серых жеребцов, запряженных в фаэтон, нетерпеливо переступали копытами и выдыхали в морозный воздух облачка пара. Но незнакомец легко удерживал вожжи одной затянутой в перчатку рукой. Одет он был во все черное: от низко надвинутой на лоб шляпы с опущенными полями, из-под которой виднелись темные волосы, до длинного черного плаща, придававшего ему мрачное сходство с хищником в засаде. Нижнюю часть лица незнакомец прикрывал шарфом. На миг у Элли возникло странное ощущение, что он стремится не столько спастись от холода, сколько скрыть лицо.

И человек этот неотрывно смотрел на ее кузину.

По спине у Элли побежали мурашки, но она отнесла внезапную дрожь на счет дурной погоды. Должно быть, этот человек просто ждет кого-то по соседству. А на Беатрис глазеет из любопытства, и только.

И все же Элли решила, что кузина уже слишком долго болтает с лордом Роландом. Мало ли кто может смотреть на них из соседних окон! Свет жесток: достаточно одной сплетни, чтобы навсегда ославить девушку неисправимой ветреницей и погубить ее репутацию.

По счастью, в этот момент лорд Роланд надвинул шляпу и пожелал Беатрис доброго дня. Он поехал своей дорогой, а Беатрис, порозовевшая от удовольствия, вприпрыжку подбежала к экипажу. Они с Элли сели в карету и покатили по улицам Мейфэра: по дороге Беатрис возносила нескончаемые хвалы прекрасным манерам лорда Роланда и хвасталась тем, что он просил ее непременно оставить за ним танец на ее первом балу.

Элли расслабилась, слушая болтовню кузины и изредка вставляя реплику-другую. Как же легкомысленна Беатрис, как легко ее отвлечь и заинтересовать! Быть может, леди Милфорд права: едва за ней начнут ухаживать джентльмены ее возраста, Беатрис оставит планы женить на себе отшельника-герцога.

Как бишь сказала леди Милфорд? «Девушек часто тянет к таинственным одиноким джентльменам. Романтической девичьей натуре кажется, что такой человек должен страдать без любви…»

К тому времени, как экипаж остановился у Пеннингтон-Хауса на Гановер-сквер, Элоиза сказала себе, что участь старой девы без средств и без надежд вполне ее устраивает. Что может быть скучнее и неприятнее, чем кокетничать с дюжиной джентльменов, стараясь заполучить кого-нибудь из них себе в мужья? Ну нет, ее планы на будущее определенно лучше!

Привратник открыл им ворота. Беатрис выскочила первой, при этом полы ее голубой мантильи высоко взметнулись, добежала почти до дверей и вдруг резко повернулась:

– Ох, я забыла муфту! Элли, будь душечкой, сходи за ней, хорошо?

Белая горностаевая муфта в самом деле валялась на полу в карете. Элли подняла ее, с удовольствием погладив густой пушистый мех… и в этот миг какое-то движение за окном кареты, с другой стороны, привлекло ее внимание. По улице мимо медленно проезжал экипаж. Открытый фаэтон, и на козлах – джентльмен, облаченный в черное.

Элли смотрела на него во все глаза. Разглядеть почти ничего не удавалось – опущенные поля шляпы скрывали верхнюю часть лица, а черный шарф нижнюю – и все же она не могла отделаться от ощущения, что эти суровые, словно высеченные из камня черты где-то уже встречала. Проезжая мимо их ворот, незнакомец повернул голову и проводил Беатрис, входящую в дом, странно пристальным взглядом.

Элли вдруг поняла: это тот же человек, которого видела она у дома леди Милфорд. И здесь, как и там, он следит за ее кузиной.

Следила за ними и сама леди Милфорд.

Едва распрощавшись с гостьями, Кларисса перешла в соседний кабинет, окна которого выходили на улицу перед особняком. Спрятавшись за кружевной шторой, она видела, как леди Беатрис в своей ярко-голубой мантилье откровенно заигрывает с лордом Роландом.

Однако выходки этой пустой и избалованной девицы Клариссу не занимали. Ее волновала другая: бедно одетая девушка, что, всеми забытая, стояла сейчас у экипажа.

Как мерзко со стороны Пеннингтона не позаботиться о том, чтобы достойно вывести в свет собственную племянницу! Мисс Стратем – осиротевшая дочь его младшего брата; однако у нее, очевидно, не было первого бала, нет приданого, а значит, и возможности найти достойного мужа. Похоже, вместо этого с ней обращаются как со служанкой!

Несправедливость болью отдалась в сердце леди Милфорд. Вспомнились дни юности, когда сама она, тогда простушка по имени Кларисса Рен, жила из милости на попечении овдовевшей мачехи и двух сводных сестер в сельском поместье в йоркширской глуши. Хорошенько заплатив адвокатам, мачеха добилась того, что первый брак ее отца был признан недействительным, а сама Кларисса, соответственно, незаконнорожденной. Завладев состоянием ее отца, пришелицы принялись тратить его по своему усмотрению – на наряды и дорогие украшения, а Клариссу заставили ходить в обносках. Ей приходилось готовить, мыть, стирать, убирать и выполнять еще сотню домашних дел. И вот однажды, в миг самого черного отчаяния, когда, сидя на кухне у очага, она горько рыдала по своему любимому папе, раздался стук в дверь.

На пороге стояла старая цыганка и просила хлеба. Боясь гнева мачехи, Кларисса едва не отослала бродяжку ни с чем. Однако ей стало жаль женщину, и она разделила со старухой свой скудный ужин. В благодарность цыганка вручила ей пару туфелек из винно-красного сатина и сделала туманное предсказание: туфельки эти, мол, помогут ей найти истинную любовь…

С легкой улыбкой Кларисса вспоминала о том, сколь долгим оказалось для нее путешествие к истинной любви. Сперва пришлось переехать в Лондон, выйти замуж за стареющего графа Милфорда, получить его имя и положение в обществе. Но только когда Кларисса стала вдовой, предсказание старой цыганки наконец исполнилось. Встретив одного из королевских сыновей, она полюбила его больше жизни. Обстоятельства не позволяли им сочетаться браком; однако со своим дорогим принцем Фредериком Кларисса провела много, много счастливых лет. А когда он скончался – нашла утешение в том, чтобы помогать достойным молодым женщинам обрести шанс на счастье.

Вот и сейчас она вручила свои туфельки мисс Элоизе Стратем, всем сердцем ощутив, что эта девушка отчаянно нуждается в любви. Однако никогда прежде Кларисса не ссужала туфельки, сперва не выбрав подходящего жениха для этой невесты…

В этот самый миг она заметила, что неподалеку от экипажа Стратемов остановился открытый фаэтон. Ее внимание привлекли кони, нетерпеливо бьющие копытами – и то, с каким искусством возница удерживал их на месте.

Этот человек, с ног до головы одетый в черное, по виду казался джентльменом. Однако странно: с чего бы ему останавливаться у ворот пустого особняка, хозяева которого на зиму уехали к себе в поместье?

А еще более странно то, что он не сводит глаз с леди Беатрис. Кто же он?

Помахав на прощание лорду Роланду, девушка побежала к экипажу, где ждала ее мисс Стратем. Обе женщины сели в карету, и кучер тронулся с места. В тот же миг и возница фаэтона отпустил вожжи и двинулся за ними.

Повинуясь внезапному порыву, Кларисса отдернула кружевную штору и громко забарабанила по оконной раме. Незнакомец поднял голову. Она быстро отступила от окна в тень, однако в то мгновение, что он смотрел на нее, успела разглядеть его лицо – суровое лицо с резкими чертами и глазами необычного серо-зеленого цвета.

Пораженная, она застыла на месте. Боже правый, этому-то человеку что за дело до леди Беатрис? Может быть, просто совпадение?

Некоторое время Кларисса стояла посреди комнаты, размышляя, взвешивая, припоминая. Затем подошла к камину и дернула шнурок звонка.

Через несколько минут в кабинет вошел статный седовласый дворецкий. Молча поклонился, ожидая приказаний. Это всегда нравилось ей в Харгроуве: слов он даром не терял. Другой его добродетелью было энциклопедическое знание лондонского света.

– Вы знаете человека по имени Демиан Берк? – спросила она.

Харгроув немного подумал.

– Знаю, миледи. Семь лет назад мистер Берк был изгнан из общества после скандала: он соблазнил порядочную девушку и принужден был на ней жениться. Сейчас управляет игорным заведением под названием «Логово Демона».

– Я только что видела, как он следил за экипажем леди Беатрис Стратем. Пожалуйста, выясните все, что сможете, о его нынешних делах. Происходит что-то загадочное, и мне хотелось бы знать, что именно.

– Будет исполнено, мадам.

И, снова поклонившись, дворецкий вышел из кабинета. Кларисса знала, что других инструкций ему не требуется: у Харгроува имеется сеть доверенных шпионов, способных выяснить что угодно, при этом никому не попавшись на глаза и не вызвав подозрений. Теперь остается только ждать – и продолжать хранить тайну, которую хранит она уже почти тридцать лет.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru