По ту сторону сказки. Такие разные братья

Ольга Станиславовна Назарова
По ту сторону сказки. Такие разные братья

– Так что же ты изменить хочешь? – удивилась Катерина. – Ты жениться не хотел?

– Наоборот! Очень хочу!!! – закивал глуповатый Орлик.

– А, наверное ты хочешь, чтобы Иван жив остался? – коварная Катя уже поняла в чем там дело было и почему якобы уже женатый Орлик заявил, что хочет жениться.

– Нет! Нет, не хочу!!! Я передумал что-то менять! Вот так и расскажи мою сказку! – Орлик гневно смотрел на Катерину.

– Ну, хорошо, как скажешь и не волнуйся так. Единственное, ты же не знаешь, где братьев твоих искать?

– Знаю, почему не знаю? Мы прятались в пустой избе, за железной стеной.

Катерина чуть не спросила от чего? От жен что ли? Но сдержалась. А Орлик, который не сообразил, что проговорился полностью начал думать, как долететь до этой избы.

– Вон там эта изба. Вон, видишь, далеко на восток, три высоченные сосны стоят? Над туманом видны. Под ними и стоит изба.

Тут уже Катя поняла, что теперь знает всё, что ей было нужно, она отошла от Орлика подальше, и тихонько запела.

– Сна далекая река,

Широка и так легка

Все тревоги позади,

Полотном лежат пути

Месяц, месяц парус мой

Свет расстелет надо мной,

Сна далекая река,

Широка и глубока.

Орлик оглянулся, почуял неладное, попытался было прыжком достать до сказочницы, но сон сморил его прямо в полёте и он грянулся со всей силы на каменистую площадку. Он даже не пошевелился, уже находясь в глубоком сне.

– Ну, прости. Я же не просила меня приволакивать на такую жесткую скалу, – развела руками Катерина. Присмотрелась, где там эти сосны. Запомнила место. И позвала Волка.

Глава 7. Сила есть, ума не надо

Волк, кони и Жаруся безнадёжно высматривали огромного медного орла в небе. Баюн и мальчишки остались у царя Вукола. В случае чего, всем умеющим летать, надо было не о всадниках думать, а о том, как отбить Катерину.

– Он как сквозь землю провалился! Точнее, как в небе растворился! Но, что меня больше всего пугает, что Катерина не зовёт. И почему зеркало не показывает, где они? – Волк метался по всем ветрам.

– Катерина скорее всего спит ещё. Дрёма может долго морочить человека. Пусть не глубокий сон, а полудрёма, но человек не совсем в сознании. Зеркало может не показывать, если близко туман. Совсем близко, – Жаруся тоже переживала, но увидев, как Бурый внезапно закрутил головой, словно прислушиваясь к чему-то далёкому, переживать тут же перестала. И уже просто летела за ним.

Катерина поджидала их на в закрытой с тёх сторон каменной площадке, и у её ног лежал крепко спящий Орлик. Волк сверху стремительно кинулся к названной сестре, приземлился на лежащего, прошелся по нему до Катерины, а когда она с трудом заставила себя разжать руки и не виснуть на шее Бурого, спросил:

– Не обидел? – он стоял задними лапами на спине Орлика. И кажется, с трудом удерживался от хорошего пинка лежащему.

– Нет. Хотел, чтоб я сказку ему переделала. Типа он хороший и женится. А Иван сам собой убивается, упав с высоты. И я теперь знаю, как полотенце достать, – Катя вытирала глаза. Не то чтобы плакала, так, от облегчения. Всё-таки сложно, когда ты не героиня вовсе, а приходится и в когтях орлов болтаться, и информацию у них добывать, и усыплять.

– Да чихать я хотел на это самое полотенце, если честно, – ответил Волк и прижался головой к её коленям.

– А этого куда? – Жаруся, склонив изящную головку на бок, любознательно осматривала видимые из-под лап Волка части тела Орлика.

– Жарусенька, его хорошо бы вон к тем трём соснам, видишь, самые высокие вдалеке? Да. И туда опустить. К братцам. Чтобы мне их потом не разыскивать.

– А может, всё-таки я его сожру? Ну, пожалуйста? – умоляюще посмотрел на Катерину Бурый. – Я чуть не помер, когда понял, что ты спишь, и он тебя уволок.

– Да я почти сразу проснулась, просто в голове так шумело от дрёмы и он меня ещё тряс в полёте, я никак сосредоточиться не могла, – махнула рукой Катерина. – Что его там жрать, много чести для гада. Жарусенька, отнеси ты его, с глаз долой. Будь другом.

Жаруся подцепила незадачливого похитителя коготком и стремительно улетела, сопровождаемая полным сожаления взглядом Бурого.

– Ты можешь лететь? Если можешь, давай садись, а то Котик там уже небось царские покои по камушку раскатал. Мы когда улетали он в такой ярости пребывал, что даже объединенный бабский хор перекричал. Ой, ты бы слышала, как выли царевнины приближенные!!! У меня до сих пор в левом ухе звенит! Впрочем, в правом тоже… – Волк потряс головой, пытаясь избавиться от неприятного ощущения.

– А кстати, поединок-то закончился? – Катерина устроилась на волчьей спине и как-то случайно припомнила, а по какому поводу они там вообще оказались, у этого царя Вукола.

– Не совсем. Бабы взвыли как раз на рукопашной, – Волк получил Катерину назад в целости и сохранности, и теперь пребывал в расчудесном настроении, даже посмеиваться начал, припоминая.

– А! Даже до рукопашной дошло? – удивилась Катерина. – Вроде же этот самый Макар так силён, что Ратко должен был сразу победить.

– Должен был победить, и силён, только вот не вышло сразу. И не сразу не вышло. Я же сговоренного твоего специально готовил на этот случай, – Волк довольно хмыкнул. – Он молодой, вес и силу пока не набрал, зато юркий и ловкий, гибкий и быстрый. Вот и пользовался этим. Как показано ему было. А ещё Кир и Степан ему показывали приёмы боя, которые у вас приняты. В Лукоморье многое знают, а много чего и не видали ни разу.

– Погоди, но ведь Степан пытался на тебе эти приемы использовать? Помнишь, когда в первый раз в Дуб попал?

– Помню, конечно. Но, я же в вашем мире прилично времени провёл и там тоже учился. Со мной у Степана и не вышло. Хотя, если честно, в любом бы случае не получилось. Я же вижу по-другому, не так как человек. Мне каждое, даже самое быстрое движение противника кажется медленным и плавным. Успею угадать. А Макар первый раз с таким боем столкнулся, и оказался совершенно не готов. Каждый его замах Ратко использовал против него самого. Красиво было. Правда, он всё равно проиграл бы. Уставать уже начал. А Макар всё-таки силу имеет богатырскую. Он тебе совсем не понравился? – внезапно спросил проницательный Волк.

– Совсем, – честно призналась Катерина. – Пусть хоть у него три раза сила будет какая угодно.

– Я так и понял, – Волк насмешливо покосился на Жарусю, возникшую у его морды. – Не понравился ей Макар, можешь не подслушивать.

– Ой, можно подумать я сразу не поняла, – Жаруся покосилась на запылённую одежду своей девочки, ласково коснулась крылом её головы и наряд изменился. Ярко-синий очень широкий сарафан, расшитый серебром, плотного шёлка серебристо-серый с синей вышивкой летник, такие же поршеньки и серебряная лента на голову. – Он мне и самой не понравился. Я не стала бы его одевать! – приговор Макару был вынесен и обжалованию не подлежал.

Баюн ходил по горнице гостевого терема. Слева направо, справа налево, потом, призадумавшись, на глазах совершенно потрясённых мальчишек, он легко прошагал по стене и зашел на потолок. Опомнившись, спрыгнул на пол и опять подскочил к зеркальцу. Посмотрел, заметался опять. В дверь стукнули, и вошел Ратко.

– Баюн, ничего? – Ратко тревожно всматривался в Кота.

– Нет, – Кот всегда на любой вопрос отвечал обстоятельно и многословно, а тут…

– Царевич Макар предлагает собирать своих воев и ехать на восток, Катерину искать, только как-то мне кажется, это бессмысленно.

– Правильно тебе кажется. А царевич может ехать хоть к лешему на кулички, – Кот выразился бы сильнее, но не мог себе позволить.

– Кот, я … Я что-нибудь могу? – Ратко вопросительно глянул на Баюна.

– Уйди, прошу тебя! Просто уйди! – Баюн отлично знал персонажа, который Катюшу уволок и близко бы его к ней не подпустил бы. А эти… Так легко его приставили баб своих во садочке охранять!!! – Ээээть! Дроволомы!!! – он подскочил к стене и прыгнул на неё. Ратко поспешно вылетел из горницы и выкатился из терема.

– Кот! Зеркальце как-то блеснуло, – глазастый Кир заметил какое-то изменение.

Баюн сверзился прямо с верха стены и прыжком очутился у зеркала. И прямо-таки стёк по лавке от облегчения. – Нашли!!! Жива!!!

Степан и Кир радостно переглянулись. На улице опять послышались пронзительные вопли какой-то особенно впечатлительной боярыни. Кир привстал:

– Баюн, может, им сказать? А то вопят!

– Пусть повопят, им очень пользительно! Додумались, кого пускать к сказочнице! – Баюн стремительно воспрял, настроение стало исключительно боевое, он выпусти когти и потянулся. Он снова начал вышагивать по горнице, теперь плавно и солидно, явно обдумывая дальнейшие планы.

– Макар оказался как бы это… Пшиком! Красивый, сильный, а такой пустопорожний! Ишь, нашел новую забаву, со сказочницей ездить, славу себе искать. А до того была забава, бою учиться у всяких висельников. Ну его… Надо дальше думать… Подумаем, – размышлял Баюн, пока в горницу не впорхнула серая голубка с длинноватым хвостом и не зависла над его головой.

– Кот, а Кот, а мы Катеньку нашли!

– Жарусенька, я тебя люблю! – сообщил ей Баюн. – Я тебя люблю нежно и искренне. Я видел! А где же моя радость?

– Решили уточнить, какая тут обстановка, может, нам лучше и не появляться? Так, известим о том, что нашли и будет с них?

– Нееет уж, это они у меня слишком просто отделаются!!! – Баюн потянулся и оглядел мальчишек. – Этот самоуверенный дурень-Макар собрался ехать искать Катерину на восток? Ну-ну…

В царском тереме царило уныние. Царь был в панике. Так опозориться на всё Лукоморье! Сказочница, которая разбудила всё его царство и соседнее тоже заодно, похищена приятелем и наставником его сына! Царь не особенно вникал в богатырские затеи и забавы Макара. Чем бы дитя не тешилось, абы палаты да терема не крушило, поэтому, когда его просили нанимать наставников, он их нанимал, просили покупать оружие, он был только рад, просили пригласить на поединок сговоренного сказочнице князя, он не спорил. А, может и стоило бы? Забава богатырская, это хорошо, конечно, но вот головой-то думать надо! Разве же можно приближать к себе человека, ну, ладно, не совсем человека, который пусть и силу богатырскую имеет, но уже предал, и покушался на убийство названного старшего брата!!! Это что? Разумно? По-царски? Куда там этого недоросля отпускать людей посмотреть, да себя показать, если он таких простых вещей не разумеет? А теперь дозабавился! Вот беда-то будет, если девчушка сгинет!!!

 

Рядом с царём тихо плакала Агафья. Сын попал в беду. И не понятно, спасут ли сказочницу, или нет, и что сделают с их царством, если не спасут? А ну как туман вернётся! Кто прогонит?

За окнами резко загомонили и закричали люди. Царь кинулся к окну. На площадь медленно опускались летучие кони, верхом на вороном коне сидела похищенная сказочница. А рядом на Сивка-Бурке её названный брат.

– Нашли! Спасли!!! – выдохнула царица Агафья и залилась слезами уже от облегчения.

Бранко снял Катерину с коня и они оказались перед выскочившим из главного царского терема царём Вуколом. – Какое счастье, что ты смог спасти свою сестру от Орлика, – царь с восторгом смотрел на хмурого Бранко.

– Она и сама справилась, – ответил тот, усмехаясь. – Я просто нашёл и привёз.

Царь изумлённо воззрился на совершенно спокойную Катерину, которая вежливо улыбнулась царю и прошла в гостевой терем.

Царевич Макар уже осмотрел свой самый надёжный походный богатырский доспех и решил что ещё с собой берёт в поход за сказочницей, когда к нему прибежали запыхавшиеся рынды и сообщили, что сказочница сама от похитителя освободилась, и её привёз её названный брат. Запасной меч выпал из ослабевших от изумления пальцев царевича Макара. – Да не может того быть!

Он сам лично и неоднократно бывал бит Орликом. И даже сейчас не мог его победить! А девчонка… Нет, его точно обманывают! Он отправился в гостевой терем, дабы выразить радость от того, что девица цела и невредима, и заодно уточнить, как и кто её освободил на самом деле. Ладно бы богатырша была, поляница. А то, свиристелка какая-то! Да ну! И ещё, он был уверен, что сказочница оценит его по заслугам и выберет вместо этого… юркого проныры. Стоит только с ней поговорить, показать себя.

– Надо было вообще-то, сначала не поединок затеивать, а девицу поразить статью богатырской, -подумалось ему. Но, он так был уверен с моментальной своей победе, что решил сначала потешиться удалью, забавой мужской, а уж потом лясы точить. – Ну, да ладно. Девка на месте, поединок я всё равно выиграю, а пока надо ей показаться. Да выяснить, какой же такой богатырь-силач её освободил? Неужто братец её названный?

Радость он выразил Баюну, недоверие тоже ему же, а потом уставился на девчонку в мужских штанах, лёгком кафтане и низких сапожках. Она вышла из своей светлицы, в руках держала пёстрый шёлковый платок, покрутила его, слушая его рассуждения и сомнения, а потом посмотрела ему в лицо.

– Ты, царевич Макар очень уж увлёкся силой. Это хорошо, конечно, но не только силой побеждают. Тебе это сегодня уже продемонстрировали на поединке, как мне рассказывали. Правда, ведь?

– Ну, князь не победил… – вздёрнул подбородок Макар. – Я все равно его побью, и хочу, чтобы ты меня выбрала своим спутником, вместо этого сопляка! И я не верю, что ты Орлика победила, уж прости меня! Хотел уточнить, что за богатырь его одолеть смог?

– Хорошо. Не веришь, покажу как я от Орлика освободилась. Заодно и сам себе ответ дашь на своё желание вместо Ратко спутником моим быть, – Катерина покосилась на Баюна, который кивнул ей, тихонько выходя и закрывая за собой дверь. Теперь они были одни в горнице. – Подойди ко мне, сможешь, платок из рук взять, будешь со мной ездить, а нет, не взыщи.

– Всего-то? – расхохотался сильный, но неумный Макар и напористо пошел вперед. Не успел пройти и трёх шагов, как на него навалился такой сон, что он зашатался, прошел ещё шаг, ещё и рухнул как подкошенный. Аж терем дрогнул от грохота. До Катерины оставалось пройти ещё восемь шагов.

– Да уж, – она кивнула осторожно выглянувшему на грохот Баюну. – Большое дерево и падает громко.

– Это ж какой оказался пень! – фыркнул Баюн заглядывая в лицо Макара. – Я царю Вуколу не завидую. Наследничек из серии сила есть ума не надо! А туда же! Со сказочницей ездить…

К царю Катерина пришла лично. Попросила сына забрать. Очень много места занимает, а переступать неудобно.

– Он не поверил мне что я его приятеля остановила, попросил продемонстрироват, – она с сожалением пожала плечами. – Надеюсь, что не расшибся.

Царские слуги с превеликим уважением глядя на Катерину, принесли мирно спящего Макара.

– А он… Он очнётся? – опасливо уточнил царь, предупреждая рыдания уже набравшей воздуха в грудь супруги.

– Конечно. Он просто спит. Выспится и скоро придёт в себя. Не волнуйтесь, – Катерина ласково улыбнулась царской чете и вернулась в гостевой терем. Зато вместо сказочницы в престольный покой пришёл Баюн и попенял царю на то, что наследник подверг опасности сказочницу, и вообще слишком уж уповает на силушку богатырскую. А думать и не пробовал. И в людях опять же разбираться не научился.

Катерина выезжала из города следующим утром, сидя на коне, как и полагается благовоспитанной девице, перед братом, в сопровождении своих спутников, широко и радостно улыбающегося Ратко и весьма довольного поездкой князя Борислава. Леон что-то наигрывал на лютне, явно сочиняя новую песню.

– Можно с тобой поговорить? – Ратко едва дождался возможности поговорить на первом вечернем привале.

– Конечно, – Катерина шагнула за ним к деревьям.

– Я так рад, что с тобой ничего не случилось. А что надо было орлу?

– Чтобы я разбудила ему сказку, – Катерина вздохнула. – Ратко, мне Волк сказал, что ты отлично сражался.

– Жаль, ты не видела, – со сдержанной гордостью отозвался страшно довольный Ратко и замер. Она достала такой знакомый свиток и протягивала ему.

– Почему??? Я же не проиграл… – опешил Ратко.

– Я не могу больше подвергать тебя опасности. У тебя есть твоё княжество, есть люди, которые в тебе нуждаются. Тебе пора жить без этого обязательства.

– Погоди, погоди. Я не понимаю. Что-то изменилось? Тебе понравился тот набитый дурак?

– Конечно, нет! – Катерина выразительно фыркнула. – Просто тогда, когда это подписывалось, было кое-что, чего сейчас уже нет.

– И что же? – гневно спросил Ратко.

– Ты был влюблён, – Катерина грустно улыбалась. – А теперь…

Ратко пытался что-то вымолвить, она продолжила – Спасибо тебе большое за всё.

– Подожди! – Ратко хотел ей сказать, что он и сейчас влюблён, но как-то не вышло, и он просто стоял словно пень, и смотрел, как она развернула свиток и решительно разорвала его сверху вниз. Половину, на которой ставил подпись его отец за своего сына, она подала ему и он машинально взял, а вторую забрала.

– Вот и всё. Будь счастлив, князь Ратко, – Катерина мягко улыбнулась и шагнула назад, к кострам.

Ратко стоял среди наползающей ночной темноты, держал в руках половину разорванного сговора и думал, что будет, если он сейчас поднимет голову и завоет как настоящий волк.

Глава 8. Молодая ягишна

После возвращения с поединка Катерина запросилась домой. Опять возникло ощущение, что её жизнь летит на каких-то качелях. И уж как-то очень лихо. Она была такой непривычно тихой, что даже мальчишки отнеслись с пониманием. Вызвала ворота на лугу, невдалеке от Дуба и в человеческий мир прошли Степан, Кир, Катерина, Баюн и Волк. Сивка и Жаруся остались в Лукоморье. После возвращения Катерина наконец-то добралась до возможности поговорить с мамой и долго рассказывала о последних событиях. А когда рассказала, поняла, что ей стало значительно легче, не сравнить. Всё-таки очень важно, когда тебя выслушают, пожалеют, обнимут и поддержат!

– О! Катька ожила, – Степан оторвался от старого фильма «Дети капитана Гранта» и глянул в окно. Они с Киром решили не надоедать девчонке, а дать ей возможность прийти в себя.

Кир возился, настраивая свой новый смартфон, посмотрел и покосился на приятеля. – Ещё даём время или пошли уже?

– Да пошли… Чего уж там… – они оба пронеслись мимо Степановой бабушки, крикнув по дороге, что идут к Катьке и махнули через забор.

Бабушка Степана, Вера Михайловна, с улыбкой посмотрела им в след. Она поначалу переживала, что Степочка влюбился в Катю. Очень уж часто он у соседей пропадал, практически жил там, а потом, когда появился его друг Кирилл, успокоилась. Просто дружат. И хорошо, и пускай. Катенька, она конечно, заурядная, но видимо, оказывает на них положительное влияние.

Положительная и заурядная Катенька лежала на животе на веранде терема и рассматривала какие-то старые записи, которые её лапой пододвигал Баюн.

– Несутся. Аж земля дрожит. Ты, друг мой, проспорил, – ухмыльнулся Баюн.

Волк зевнул. – Просто Катерину в окно увидели, это не считается, – он покосился в записи. – Зачем ты ей голову этим морочишь?

– Не морочу вовсе, а показываю. Это полезно. Вон, у нас одна по соседству и то такие финты откалывает, мало не покажется. А Катенька с ними мало встречалась. Знать должна.

– Да ты же про молодых сейчас рассказываешь, они с девочками редко дело имеют, им не интересно. Ты про старых расскажи, – Волк перевёл взгляд на Катерину и пояснил. – Ягишен много. Ты по-моему только двух видала. Ягу нашу и её сестрицу старшую. Ну, дальние их родственницы тебе тоже попадались и не только тебе, – он кивнул на подбежавших мальчишек. – Вот Степан наш имел честь общаться. Царица Настасья и Гордея, в которую этот несчастный в прошлом году влюбился, имеют в роду одну из ягишен.

– Волк, а почему Финист говорил, что из дочки делать ягишну не позволит? – спросила Катерина, изучавшая рукописи о ведьмах.

– Да потому, что есть несколько родов, девушки из которых могут стать ягишнами. Финиста дочки тоже могут, но, это всегда выбор. Тот есть девочку можно учить колдовать, а она сама потом не хочет быть ведьмой и идёт к людям. Это вот Марья, например. Из сказки про Федота стрельца. Матушка её к ней слуг приставила, конечно, но сама-то она не колдовала. А куда проще-то, взяла бы да и сгубила со свету царя, да его советников, что мужа чуть не угробили. Василиса-Премудрая тоже. Марья-Моревна, да хоть та же царевна-лягушка. Способности есть, а желания идти да нечистью становиться нет. Вот. А есть наоборот, решает такая девица, что хочет колдуньей быть, ведьмой, если проще. И становится. Тут уж берегись. Не верь, не ходи, не проси! Сам пожалеешь! – ответил вместо Волка Баюн. – В молодости они красивые, слов нет. И такие… На мужчин действуют как хотят. Заворожить взглядом могут, а уж если из их рук чего-то мужчина берёт, да ест-пьет, ой, пропал!

– Кот, так что, и обороны против этого нет?

– Да как же нет? Крещеного могут заморочить, если только он сам к ним идёт. Шаг человек должен сделать по своей воле. Вы же свободны, на самом-то деле. Воля у вас есть. Хочу направо, хочу налево. Вот человек волей своей и распоряжается. Как распорядился, так и получился. А если уж человек поневоле к ним попал, тут только так и защищаться, как ты в Темном лесу. Помнишь?

Катерина, конечно, помнила. Ещё бы. Как забыть лес, битком набитый страшной нечистью? А повернуть назад нельзя, и в сторону не уйдёшь. Волк умирал, надо было живую воду достать. Она и пошла. А как поняла, что сама больше не может, вспомнила древние слова защиты от зла, ещё прабабушкой ей рассказанные:

– Живый в помощи вышнего… – вся молитва была как перед глазами. И словно щитом её прикрыли, не позволяя тем кто пугал, стараясь заполучить, погубить, даже приблизиться! – Не убоишися от страха нощнаго, от стрелы, летящяя во дни. Не прийдет к тебе зло и рана не приближется к телеси твоему…

Катерина покивала Баюну. – Помню!

– Вот и молодец. Вот и не забывай, – Кот строго покосился на расслабленно валяющихся в гамаках мальчишек, присмотрелся к ним. – В одно ухо влетело, в другое вылетело.

– Да ну, это же ерунда, – Кир покачал ногой в воздухе. – Я вот точно ни к какой ведьме и близко не подойду. И молитвы мне эти сто лет не надо! И непонятно там ничего.

– Ну-ну, –протянул Баюн. – Ты, главное, не будь так самоуверен. А остальное приложится. Поумнеешь, если доживёшь, конечно.

Катерина открыла ворота ахнула. В Лукоморье шёл дождь. Нет, не дождь, ливень там шёл! Баюн сразу поёжился и начал перебирать лапками, словно уже чувствовал под ними мокрость и противность. – Ээээ, а может, мы потом зайдём? – проговорил он и громко заорал, оказавшись на середине абсолютно мокрого луга. – Волк, ты покойник!!! Я тебя растерзаю, когда высохну!

– Вот когда высохнешь, тогда и поговорим, а то я с мокрыми кошками разговаривать не мастак, – невозмутимо ответил Бурый, элегантно пролетая мимо с Катериной в дождевике на спине. Ворота растаяли, словно их никогда и не было. И вокруг был видны только потоки воды, падающие с неба. Мальчишки сдерживались, чтобы не рассмеяться от зрелища абсолютно мокрого Баюна, который пытался сохранять видимость достоинства, важно поднимая лапы как можно выше. В конце концов, Кот не выдержал, тоненько взвизгнул и припустил стрелой по мокрой траве, стараясь как можно быстрее добраться до Дуба.

 

Кир дошлёпал по лужам Степану и прокричал ему на ухо. – Кот, птица гордая, без пинка не летает!

Когда они дошли до Дуба, который гостеприимно открыл перед ними дверь, впуская внутрь, первое, что они увидели – мокрые следы Баюна, ведущие в горницу и услышали его возмущенные завывания. В горнице Катерина сушила Кота, и успокаивала его намокшие нервы. – Как он мог! И даже не подвёз и псиной воняет на весь Дуб!!! – Кот гневно косился на Бурого, который безмятежно валялся на боку.

– Котик, так ведь у него шерсть всегда так пахнет, когда мокрая, но он же не виноват, – Катерина проводила щеткой по шелковистой котовой шерсти, и возмущение Баюна исчезало на глазах. – Не всем же такую шёрстку, как у тебя!

Они с Волком весело переглядывались над головой Баюна, сидящего с закрытыми глазами и кивающего головой в знак согласия.

Кир переоделся пёрышком, вытер полотенцем совершенно мокрую голову и выглянул из окна, стена дождя стала ещё плотнее. Но в ней показалось яркая вспышка, и Кир сразу понял, что это Жаруся! Когда он вышел в горницу, она уже была там.

– Как я рада, что вы быстро вернулись. Катенька, девочка, ты выглядишь отлично, гораздо лучше, чем когда уходила! А почему ты сушишь этого увальня, а у самой коса мокрая? – он порхнула к Катерине, плеснула крылом около её головы и Катькина немаленькая коса сразу стала сухой. Птица, осмотрела Баюна махнула и на него, и Кот мгновенно стал напоминать огромный меховой шар со сверкающими где-то в глубине глазами.

– Что ты творишь? Я терпеть не могу, когда ты так делаешь! Мою шёрстку лучше сушить естественным путём, а не так варварски!

– Пойди под дождь, вымокни и сушись сам, сколько влезет. Языком, как все кошки и коты. А девочку мою не мучь! Волк, тебя высушить?

– Да как хочешь. Мне и так и так неплохо, – усмехнулся Бурый.

– Высушить! Ему, может и без разницы, а мне псиной воняет! – снова начал ворчать Баюн, который вылизываться терпеть не мог! И намёки на то, что он должен это делать, не переносил!

Жаруся пролетела над Волком, отчего он стал совершенно сухим, и почему-то с нормальной шерстью, а не вставшей дыбом, а также по дороге на спинку своего любимого стула, ещё и Киру волосы высушила.

– А где Степан? – поинтересовалась она.

– Тут я. А чего это у нас изба под окнами мельтешит? – он кивнул в сторону своей комнаты, из которой только что вышел. – Там видно.

Кот прыгнул туда и действительно сквозь потоки дождя, можно было различить переступающую с ноги на ногу в отдалении избу.

– Вот новость. Изба есть, а Яги в ней нет, – удивился Баюн, присмотревшись.

– А с чего ты взял, что Яги нет? – Катерина прошла к окну в комнате Степана.

– Смотри, маленькое окошко сверху закрыто. Она его всегда летом открытым держит. Вопит, что ей свежий воздух необходим, – Кот помахал лапой. – И куда это баба вредная делась?

Изба обошла вокруг Дуба, держась в отдалении, а потом деловито ушлёпала в сторону озера.

– Странно, странно. Избы безхозные бегают, к чему бы… – задумчиво пробормотал Баюн.

– К дождю, не иначе! – ему на ухо шепнул коварный Волк.

– Тьфу на тебя!!! – разозлился Котик и отправился есть.

– Конечно, страшно проголодался, бедняжка, аж полчаса не ел. – посочувствовал Бурый ему вслед.

Через пару дней после возвращения, пока Катерина и Кот размышляли, в какую бы сказку отправиться, Кир решил сбегать на озеро. Звал Степана, но тому Волк в сотый раз показывал приём, который у самого Кира давным-давно получился, Степан страдал и был занят.

– Ладно, я не долго, – Кир вышел из Дуба в безмятежном настроении. После дождей погода установилась великолепная, лучше просто не бывает. На тропе, ведущей к озеру, кое-где отпечатались следы избы, прошедшей после дождя, и Кир начал думать, что было бы, если бы эти следы увидели в их мире.

– Небось, решили бы, что динозавр какой-нибудь бегает, – решил он. Добрался до озера, попробовал воду – отличная, очень тёплая, накупался до полного изнеможения и только собрался выходить, как вдруг заметил, что к озеру через лес идёт девушка. Молоденькая, с рыжими волосами. Он не видел таких в здешних местах. Невольно скрылся за ивовыми ветками. И осторожно наблюдал. Девушка подобралась к воде, сняла обувь, и попробовала ногой. Рассмеялась. А потом быстро перевела взгляд и увидела Кира. Точно увидела, несмотря на ветки, за которыми он стоял. Отпрянула было, а потом поманила его.

– Эй, что ты там прячешься? Выходи! Или боишься меня?

Кир опасался бы, если бы его из воды девушка позвала. Видал он таких уже, спасибо, не надо. А эта, вроде, пришла из лесу. Он, правда, её раньше тут не видел, но она опасной не выглядела. Он тронул пряжку на поясе плавок, и вышел из-за веток уже вполне одетым, штаны, правда, мокрые по колено, как в воде стоял, да и обувь, но это не так существенно.

– Чего мне тебя бояться? – спросил он.

– А? Так и не страшно? – девушка насмешливо рассматривала его. – Тогда ближе подойди! Ещё ближе!

Глаза яркие-яркие, зелёные как трава, как листва вокруг, волосы рыжие-рыжие, крупными волнами, и распущены по плечам, на голове венок из папоротника. Красивая, глаз не отвести! Кир шёл как зачарованный. Он подошёл совсем близко, и тут увидел, что руки у неё нежные, розовые, а вместо ногтей на руках когти! Настоящие загнутые когти, как у огромной птицы. Он отпрянул, но девушка успела схватить его за плечо. – Стой! Что же ты так торопишься? Или уже страшно? Ишь, какие тут смелые ходят, или глупые? Но, это нам уже всё равно, правда? Пойдём со мной, мой хороший, – она провела рукой по его губам, а потом потянула его за плечо за собой – Пойдём! –он попытался вырваться, и с удивлением понял, что и дёрнуться не может. Словно его связали накрепко. Хотел позвать на помощь, но понял, что рот открыть не может и язык не слушается. Девушка перехватила его за предплечье и как он не рвался, легко повела за собой, как бычка на верёвочке.

– Забавный какой! «Чего мне бояться?» Надо же и не боялся… Как-то тётушка тут дичь подраспустила. Непуганые такие, доверчивые. Ну, мне же лучше. Жаркое будет нежное. Славно как! Шла умыться, а нашла обед, да ещё и гоняться не пришлось, – нежным голоском говорила девушка. – Когда еда перед готовкой не металась, она гораздо вкуснее! – девушка словно поваренную книгу вспоминала, обыденно так, рассудительно.

Кир сначала не врубился, о чём она, а потом до него дошло! Он попался ведьме! Настоящей ведьме, как в сказках, которая людей ест. Стоп, да он же и есть в сказке, в сказочном мире! Он не мог дёрнуться, пошевелиться. Только ногами переступал. Что же делать-то? Как во сне он увидел, что вышли они на заросшую белыми ромашками полянку, а на ней стояла изба Яги.

– Вот и дошли. Тетушка-то в отъезде, а я за избушкой присматриваю, – девушка мило разговаривала с Киром. – Что ты молчишь-то всё? А, ну да, – она опять провела по губам Кира, и он подумал, что умоется с мылом раз сто. Хотя, не факт, что у него ещё будет такая возможность, запоздало сообразил он.

– Что ты делаешь? – с ужасом спросил он.

– Как что? К обеду готовлюсь, – удивилась девушка. – Ты с озера? Плавал?

– Да, – Кир не понимал, зачем она спрашивает.

– Вот и славно, мыть не надо будет. Так, ополосну только. Что ты глазами хлопаешь? Мясо ополосну, говорю. А то, мыть долго.

– Ты с ума сошла? Людей не едят! – крикнул Кир.

– Да с чего ты взял-то? Мы очень даже едим. Вкусно.

– Кто ты такая и почему в чужой избе? Это же Яги изба! – Кир решил, что лучшая защита, это нападение.

Вот тут уже девушка удивилась. – Ты тётушку знаешь? Так чего же не испугался?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru