Канун Хэллоуина

Ольга Сергеевна Дерябина
Канун Хэллоуина

«В тёмной-тёмной комнате из тёмного-тёмного монитора выполз вирус, который накачался суперсилой и получил суперспособность для передвижения онлайн. Он научился проникать в организм подобно матрице, но никак не мог избавиться от жженого запаха. Хотя бояться ему было нечего, людей с обонянием не осталось. Поэтому он мог реализовать свой коварный план: зомбировать город за городом, заставляя каждого жителя вспомнить свои самые потаенные страхи!»

«Саня, ты дебил??? Четыре утра!!!» 

Беседа «в контаче» моментально ожила, хотя на часах действительно было четыре утра, и это был обычный вторник. В смысле – уже вторник. Чат был выпускников-2020 – одного из классов, которые сейчас считают избранными, незабываемыми и даже фортовыми. Ведь это именно их угораздило заканчивать школу, когда мир лихорадило от пандемии. После поступления кто-то слинял в другие города, но большая часть остались в надёжном родительском тылу и местных вузах. Среди них и Саня Горлакин, чьи сообщения посреди ночи разбудили бывших одноклассников.

«Вирус и без того задрал, а ты такие гадости пишешь. Я только с депресняка после ЕГЭ слезла, теперь кошмары будут мучить» 

«Его, походу, вместо вуза в пионерлагерь приняли, страшилки под одеялком рассказывать»

Среди начавшегося голдяжа мелькнула оповещение: Зима покинула беседу.

Зима – школьная гордость, умница и красавица. Девушка модельной внешности, высокая и худая, непонятно, где помещался такой объем знаний. Училась на «отлично» и даже получила золотую медаль. Правда, потом сдала ЕГЭ на конкретный середнячок (что стало предметом для язвительных шуточек), но вроде как поступила в вуз, кажется в соседнем регионе.

По паспорту она Зинаида Тихомирова, но все звали её Зимой. Во-первых, из-за холодно-снисходительных манер, а во-вторых, из-за прямых длинных волос платиного оттенка. Зинаиде прозвище понравилось, что она даже переименовала свой «контакт».

«Зима всё-таки не выдержала», – написала местная язва Анька Сидорина.

«Зима навсегда покинула этот бренный мир, её больше не существует!» – злорадно ответил зачинщик перепалки.

Ответки посыпались сотнями. Прям как в старые добрые времена, когда в разгар подготовки к ЕГЭ всех перевели на дистанционку, когда начали переносить экзамены, когда начали проводить их в самое пекло, когда начали отменять выпускные, когда списки зачисленных появлялись за несколько дней до 1 сентября…

«Сашка, ты дурак, такими вещами не шутят!» 

«А это уже не Са-ашка!»

Ночной трёп бурлил ещё полчаса, пока новоявленные студенты не отправились досыпать. Утром у всех начались свои заботы. Дурацкая выходка могла остаться забытой, если б не сообщение на следующий день:

«Ребзя, смотрите, Зима пропала». 

Писал Костя Вдовин. В перемену будущий айтишник наткнулся на объявление о пропаже человека. Эти платиновые волосы он лицезрел с соседней парты последние два года. Костя увеличил картинку и чуть не выронил новый мобильник, выпрошенный по случаю поступления. Это действительно была Зима! И она пропала при странных обстоятельствах. Больше от удивления Костя сделал репост для одноклассников.

Те среагировали не так молниеносно, как посреди ночи. Как и Костя, сначала вглядывались в фотографию, читали обстоятельства: «Вернулась в съемную комнату, из квартиры не выходила, все вещи и документы остались на месте…» Как следовало из сбивчивого объяснения, квартирантка вернулась с занятий, была чем-то огорчена. Обедать не стала и ушла к себе. Вечером хозяева обнаружили, что девушка пропала, хотя сумочка с документами и кошельком, а также телефон осталась на месте. Подождав несколько часов, они решили сообщить о пропаже: явно стряслась беда.

«Это что, шутка?»

«Куда она пропадёт?»

«Зима решила спиться без МГУ»

«А вдруг – это правда?»

«Бред!»

В очередной перепалке появилось новое оповещение: Варенька Кислицина вышла из беседы. Ещё через пару сообщений – беседу покинула её подруга Мариша Колмакова.

«Красотки, ну куда же вы! Вернитесь, и я всё прощу» – отправил вслед сообщение Саня Горлакин.

***

Варенька и Мариша от природы получили обычную внешность, но добились того, что стали этаким эталоном красоты. Ни грамма лишнего веса, мускулы нужной окружности, кожа на лице как после фотошопа, прически – волосок к волоску, маникюр только свежий – даже в период всех запретов. Если бы они уделяли столько внимания учебе, сколько своей внешности, спокойно могли бы обойти по результатам Зиму.

Учились они, кстати, неплохо, и экзамены сдали достаточно хорошо. Поступили, как и планировали, на «Туризм»: даже 2020 год, причисление отрасли к особо пострадавшей не остудили интерес.

Большую часть свободного времени они проводили в спортивном центре и салонах красоты, являясь постоянными клиентками у десятка тренеров и мастеров. Занимались собой чётко по расписанию, хоть часы сверяй.

Нынче они посетили тренажёрный зал, после которого отправились попариться – как всегда. Ряд саун находился за раздевалками, в тупике длинного коридора. Во всём спорткомплексе это было одно из самых тихих мест. Спортсмены предпочитали париться без разговоров и телефонов, наслаждаясь релаксом.

Обернувшись в простыни, девчонки растянулись на деревянных полках, чувствуя, как нагреваются хорошо потрудившиеся тела. За затемнённой дверью был пустой, тускло освещённый коридор.

– Всё-таки интересно: что случилось с Зимой? – спросила Мариша, чувствуя, как в голосе от сухого жара появилась хрипца.

– Не знаю. Ерунда какая-то, – Варя рассматривала ярко-розовые ногти с рисунками, оценивая: когда менять маникюр. – На Зиму это не похоже. Но то школа, а не фиговенький институт. Может, там такие условия, что реально можно спиться, даже Зиме.

– Если честно, мне её не жалко. Я рада, что она получила свой холодный душ, – сказала она.

– Да фиг с ней. Всё уже в прошлом: и Зима, и школа, и одноклассники, – Варя продолжала рассматривать ногти. – Зима – большая девочка. Если голова действительно на месте – выкарабкается.

Мариша краем глаза заметила тень за затемнённой дверью. От следующего звука подруги подскочили. Снаружи что-то сдвинулось, дёрнулась дверь. Девчонки переглянулись, потом обе метнулись к двери.

Варя, которая была на дальнем ярусе, зацепила ногой простынь, сдернув её. Отлично накаченное тело обнажилось, но его обладательнице было не до этого. Она чувствовала, как летит вниз и с ужасом представляла последствия: синяки, ожоги, сломанные ногти. Марина вовремя среагировала и попыталась схватить подругу. Смягчить падение получилось, оставив глубокую царапину на боку и больно ударив по кадыку. Варя схватилась за горло и пыталась вдохнуть полной грудью, из груди доносились жуткие хриплые звуки. Марина вернулась к двери, чтобы открыть её. Но не тут-то было.

– Что за чёрт, – Марина слышала, как голос предательски дрогнул. Она снова дёрнула дверь – результат тот же. За спиной продолжала хрипеть подруга, внутри нарастала паника. – А ну открывайся! – попыталась скомандовать она, словно это живой организм. – Это не смешно!

Ухоженными кулачками она дважды ударила по затемнённому стеклу. Затем приблизила лицо, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи. Стекло запотевало, перед глазами мелькали мурашки, ничегошеньки не разобрать. Характер хрипов за спиной изменился. Голая подруга сидела на полу, по-прежнему хватаясь за горло. Лицо покралось некрасивыми пятнами. Она задыхалась, но сейчас ей не хватало воздуха из-за ужаса.

Рейтинг@Mail.ru