Десантник. Дорога в Москву

Олег Таругин
Десантник. Дорога в Москву

Глава 1

Сквозь заволновавшуюся поверхность межвременного окна неожиданно вышагнул – почти выпрыгнул – старлей Локтев, согнувшийся под тяжестью навьюченного на спину контейнера, снабженного специальными транспортными лямками.

Произошло это почти через час.

Судя по тому, что на помощь тут же кинулся кто-то из спецназовцев, весил контейнер и на самом деле преизрядно – вон как Володьку в сторону повело, едва не упал, бедолага. Да и размеры были соответствующие, в длину – около метра, в ширину и высоту – примерно вдвое меньше.

Но куда более интересным оказалось другое.

Не провисев и нескольких секунд, портал неожиданно потемнел – по его поверхности пробежала странная рябь – и исчез, словно его никогда и не существовало в природе. Собственно говоря, теперь его и на самом деле не существовало, ни в природе, ни, нужно полагать, во времени…

– …Твою мать! – эмоционально сообщил сержант Родимов. И добавил, практически процитировав недавно сказанное летуном: – Командир, а вот это чего только что было?

Избавившись от груза, старший лейтенант облегченно выпрямился и, оглядев ошарашенных товарищей, с усмешкой сообщил:

– А это, мужики, так уж получается, наше новое задание. Которое началось вот только что, буквально с этой самой минуты. Товарищ капитан… короче, Михалыч, убери пленного подальше, пускай с ним пока Борисов побудет. Введу вас в курс. Сержант, не против? Без обид, мы тебе потом все объясним, но немцу этого слышать не стоит.

– А не сбежит? – нахмурился особист.

– Неа, не сбежит, – качнул шлемом космодесантник. – Ему ж ой как интересно, что дальше будет – вон, гляди, как напрягся. Да и куда бежать, если мы его в два счета догоним? Тем более со связанными руками. Верно говорю, герр майор?

– Ja, ich verstehe. Natürlich werde ich nicht rennen[2], – с готовностью закивал Ланге, выслушав перевод.

– Вот и договорились. Летун, вон туда отойдите, метров на пятнадцать, дальше не нужно.

– Вась, давай, – мотнул головой Леха. – Посторожи фрица минут десять, я тебе попозже все подробненько расскажу.

Дождавшись, пока сержант с пленным скроются за кустами, Локтев глубоко вздохнул и сообщил:

– Короче, так, мужики… и дама. Ты, Леха, оказался полностью прав – вокруг нас и на самом деле новый мир, нами же и созданный. Параллельная реальность, если по-умному. И потому командованием, уж не знаю, на каком именно уровне, принято решение эту самую реальность в дальнейшем ее развитии всячески поддержать. Почему – понятия не имею, мне не докладывали, но нынешний приказ именно такой: любой ценой доставить информацию о будущем в Ставку. Ну, и еще кое-какие документы, они в контейнере. Кстати, насколько я понял, не исключено, что позже и еще инфы подкинут – видать, пока просто не определились, какой именно. А заодно внутри несколько комплектов батарей, пищевые рационы, аптечки, выстрелы к РПП, кое-какое другое оружие – и прочая высокотехнологичная лабуда. К сожалению, отправить нас порталом прямиком в Москву невозможно, отчего – тоже без понятия, мне не объясняли.

– А нормальной экипировки там, понятное дело, не имеется? – задумчиво осведомился Степанов, демонстративно одернув изодранную в хлам гимнастерку и переступив с ноги на ногу. В шорты галифе, конечно, не превратились, но голые колени сквозь прорехи просматривались вполне четко. – Снова бомжом прикидываться? Нет, для маскировки оно самое то, тут не спорю. Но неудобно как-то перед товарищем Сталиным от лица, так сказать, не особо светлого будущего…

– Ну почему же, – усмехнулся старлей. – Очень даже имеется. Не бронекомплект, понятно, но комбезы я вам прихватил, всем четверым. Хорошая одежка, прочная, уж поверь мне, никакие колючки и камни не страшны. Еще и по фигуре сама подгоняется. И броники тоже – они, хоть и облегченные, но пулю любой местной стрелковки держат с гарантией, даже в упор. Все по-отдельности вроде и немного весит, а в сумме – еле допер, блин…

– Круто, – повеселел десантник. Тут же, впрочем, снова помрачнев:

– Постой, почему для четверых? Володь, а как насчет Ирки? Ее бы обратно отправить?

– Ле-е-еш?! – подала голос Савушкина, гневно сверкнув глазами. – Опять ты начинаешь?! Сказала ведь уже, никуда без тебя не пойду! Ни в прошлое, ни в будущее, ни в настоящее! Только вместе!

– Ирк, да погоди ты! – И торопливо добавил, взглянув в наполнившиеся слезами глаза практикантки: – Ну пожалуйста, Иришка, помолчи немножко, ладно? Хорошо, не пойдешь ты никуда, вместе так вместе… собственно, очень на то похоже, все и без нас уже решили.

Помолчав несколько секунд, спецназовец ответил:

– Понимаешь, Леша, тут такое дело… Принято решение о нецелесообразности вашего немедленного возвращения в двадцать первый век. Ни твоего – да погоди ты, дай договорить! Знаю, что не согласился бы, помню я твои слова! – ни девушки. Мол, так руководство страны скорее поверит, коль с нами вы будете, их прямые, так сказать, потомки. А вот потом, когда контакт будет налажен – наоборот, у меня приказ как можно скорее отправить вас обоих в свое время. Причем в тот же самый день, откуда вы сюда провалились.

– Ну, если так, тогда я согласный, – буркнул Степанов. – Вот только Иришка…

– Да защитим мы твою невесту, сержант! – не выдержал молчавший до того контрразведчик. – Чтоб восемь мужиков да при оружии одну дамочку не уберегли? Не переживай даже, верно говорю!

– Да я и сам справлюсь… Ладно, товарищи военные, давайте, что ли, подарки разбирать? Эй, Вась, ты там не заснул еще? Дуй назад, и фрица прихвати, а то вдруг ему одному в лесу страшно…

Много времени «разбор подарков» не занял, управились примерно за полчаса. В первую очередь Локтев раздал своим бойцам запасные батареи к штурмовым винтовкам и бронекомплектам, укупорки с выстрелами к РПП и четыре каких-то непонятных тубуса оливкового цвета, длиной несколько превосходящих портативные плазмометы.

На вопросительный взгляд десантника старлей лишь отмахнулся:

– Лех, некогда сейчас, потом расскажу. Если кратко, это аналог ПЗРК из твоего времени, только многоцелевой и всепогодный, поскольку стрелять по самолетам плазмой – полный бред. Просто удивительно, что мы настолько эффективно тогда отработали – повезло, что подловили фрицев на малой высоте, и погода была ясной, иначе хрен бы вообще попали. А эти штуки специально заточены на поражение практически любой воздушной цели, даже высотной. Самое главное – сопровождение не нужно, головка самонаведения активного типа, оснащена встроенной многодиапазонной РЛС пятого поколения и блоком искусственного интеллекта.

– Типа, «выстрелил – забыл»? – понятливо переспросил Степанов, на что Владимир лишь молча кивнул. – Знакомое дело, у нас тоже подобные имеются. Одноразовые?

– Разумеется, с этим, увы, ничего не поделаешь, технически ракета достаточно сложная, потому снаряжается в пусковой контейнер исключительно в заводских условиях. Контейнер, кстати, снабжен системой самоликвидации, чтобы следов не оставлять. Все, не отвлекай. Держи комбезы, переодевайтесь живенько. Обувь придется оставить свою, места не хватило, да и размеров ваших я не знаю. Бронежилеты, аптечки и ИРП я тоже прихватил, потом выдам. Для вскрытия упаковки вон там, сбоку, есть специальный хлястик, его нужно дернуть, дальше сами разберетесь. Давай, коллега, не теряй времени, долго на одном месте торчим!

Приняв из рук старшего лейтенанта четыре запаянных в плотный полупрозрачный пластик комплекта снаряжения, Степанов двинул к товарищам. Возможность сменить наконец окончательно пришедшую в непотребный вид одежду Леха с Савушкиной восприняли с нескрываемой радостью. Тем более в комплект обмундирования входило и непривычного вида нижнее термобелье, как позже объяснил Локтев, тоже весьма непростое, с функцией гигроскопической (и еще какой-то там) нейтрализации пота и прочих физиологических выделений организма, и запасные носки, что тоже оказалось более чем кстати.

А вот летун с контрразведчиком к будущанской одежке поначалу отнеслись с недоверием: первому не хотелось расставаться с привычным комбинезоном, второй переживал касательно знаков различия. Впрочем, поглядев на кривую ухмылку на лице десантника, оба безропотно – и даже, о чудо, молча! – убрались за ближайшие кустики переодеваться. Откуда спустя несколько минут раздалось испуганное оханье Борисова, которое десантник воспринял с пониманием: ну да, помянутая Локтевым функция автоматической подгонки экипировки по фигуре носителя – прикольная штука! Более сдержанный Батищев столь бурных эмоций проявлять не стал, коротко, но весьма эмоционально выматерившись себе под нос.

Степанов же лишь усмехнулся: в отличие от товарищей, он ожидал чего-то подобного, потому и дергаться не стал. Заодно и Ирку предупредил, чтоб не вопила от неожиданности, когда «умная» одежка внезапно станет лапать тело: едва десантник натянул кажущийся излишне балахонистым, словно на пару размеров больше, комбинезон и коснулся указанного спецназовцем места на непривычного вида поясном ремне, толстая, но одновременно легкая ткань неожиданно «стянулась», достаточно плотно облегая фигуру. Не как хрестоматийная перчатка или кавалерийские лосины, разумеется, а ровно настолько, чтобы нигде ничего не висело, не топорщилось и не натирало – но и ни на йоту больше. Насколько понял десантник, срабатывало это всего один раз, при первом одевании – комбинезон подгонялся по фигуре, в дальнейшем оставаясь в этом состоянии, словно самая обычная одежда.

Ну, как обычная? Обычная – да не совсем. Сугубо ради научного интереса Алексей попытался проткнуть ткань кончиком трофейного штыка – и не смог этого сделать. Ткань, с виду – вполне обычная синтетика, пусть и дышащая – поддавалась, но отчего-то упорно не желала рваться. Вот, значит, что Володька имел в виду, когда говорил, что им теперь никакие колючки и камни не страшны! Прикольно…

 

Еще одним плюсом оказалось то, что будущанский комбинезон оказался раздельным, «спаиваясь» воедино тем самым ремнем. Почему это важно, понятно: и в туалет можно нормально сходить, и помыться до пояса, и нижнее белье сменить. Да и снять, случись что непредвиденное, быстрее получится. Цвет комбезов Лехе тоже понравился, оказавшись каким-то… неопределяемым, что ли? То ли серо-зеленый, то ли зелено-коричневый, то ли и то и другое вместе, причем оттенок ткани менялся в зависимости от освещенности и угла зрения. Понятное дело, это не шло ни в какое сравнение с «хамелеоновым» покрытием бронекомплектов космодесантников, даже при отключенной маскировке способных худо-бедно сливаться с окружающей растительностью, но тоже кое-что. По крайней мере, с его вылинявшей гимнастеркой и изодранными галифе точно не сравнить. Да и с привычным по срочной службе армейским камуфляжем тоже.

А уж когда Локтев, распределив среди боевых товарищей боеприпасы и прочую амуницию, выдал им еще и бронежилеты, десантник и вовсе ощутил себя на седьмом небе: вот теперь точно можно нормально фрицев воевать, не опасаясь каждую секунду заполучить в организм шальную пулю или осколок!

Поскольку оные броники, являющиеся защитой гражданского образца, хоть и весили не больше трех килограммов, со слов старлея были способны удержать пулю практически любого стрелкового оружия – не доверять спецназовцу ни малейшего повода не имелось. Ну, кроме крупнокалиберных пулеметов или, к примеру, противотанковых ружей, тоже считавшихся стрелковкой. А самое главное – не просто удержать, но и надежно защитить тело от критического запреградного воздействия, суть – сломанных ребер или тяжелых травм внутренних органов! Леха и сам обратил внимание на достаточно толстый амортизационный подбой, благодаря которому все перечисленное и становилось возможным, названный лейтенантом не слишком понятным словом «пенометалл». Что это такое, Владимир тоже обещал объяснить позже, когда свободное время будет. Впрочем, десантнику и полученных пояснений хватило: ничего ж себе у них в счастливом будущем «защита гражданского образца»! В его времени пулеметную пулю не всякий армейский броник удержит, даже высшего класса защиты…

К сожалению, головы оставались неприкрытыми – у старшего лейтенанта просто не имелось физической возможности захватить из будущего еще и шлемы, которым просто неоткуда было взяться на территории секретной лаборатории: повезло, что хоть комбинезоны с бронежилетами на складе СБ нашлись. Причем последними поделилась как раз внутренняя охрана научного комплекса – подобная защита полагалась им по штату. Приятным бонусом оказалось и большое количество нашитых на внешний чехол броника карманов, петелек и прочих «элементов внешней подвески», куда можно было запихнуть-подцепить-прикрепить кучу нужных вещей. Начиная от индаптечки, пищевых рационов, гранат, личных вещей и заканчивая «бластеро-пистолетом», для размещения которого имелась специальная нагрудная кобура с подгоняемым под размеры оружия фиксатором. По сути, будущанский бронежилет одновременно являлся и носимой защитой, и разгрузочным «лифчиком» модульного типа.

Савушкина от новой экипировки тоже оказалась в полном восторге. В основном, понятное дело, оттого, что в условиях полного отсутствия возможности не то что принять горячий душ, но хотя бы просто нормально помыться в каком-нибудь ручье, изодранная, грязная и многократно пропотевшая одежда ее порядком напрягала. И это еще мягко сказано. Ну, по крайней мере, с тех пор, как ее нашел Леша. Правда, в первый момент, когда комбез внезапно плотно облепил тело, девушка испытала короткий шок: это что ж получается, теперь ее все разглядывать станут, даже пленный немец?! Выглядит, наверное, словно танцовщица из какого-нибудь ночного стрип-клуба, стыдобища-то какая!

Однако секундой спустя, когда будущанская экипировка вдруг «расслабилась», Ирина, торопливо ощупав себя, признала, что ничего особенно страшного не произошло. Просто хорошо подогнанный по фигуре слитный комбинезон – и не более того. Где нужно – подчеркивает все положенные физиологией выпуклости и впадины, где нужно – скрывает лишнее. По крайней мере, на затянутую в латекс женщину-кошку из какого-то старого фантастического фильма она уж точно больше не похожа! Ладно, сойдет… а кое-кому, будем надеяться, так и вовсе понравится! А вот бронежилет девушка натягивала, с помощью Степанова подгоняя по размеру, уже без особого желания, поскольку оный (по ее субъективному мнению), существенно портил общий эффект. Но и спорить с десантником, понятно, не стала – да и кто б ее слушал-то?

– Ну чего, мужики, вроде нормально приоделись? – Десантник с ухмылкой оглядел товарищей, летуна с Батищевым, все еще инстинктивно пытавшихся одернуть непривычную форму. – Даже на людей стали похожи, чесслово. Вась, да не расправляй ты комбез, нормально все! Сидит, как уставом и положено. А главное – защищает.

– Непривычно как-то… – смущенно прокомментировал особист. – Я эту чудо-одежку и не чувствую вовсе, больно уж ткань странная, и не хэбэ, и не шерсть… вроде как и не шибко толстая, а притом прочная! Хоть и не натирает нигде, и не висит. Чудеса, да и только!

– Привыкай, Михалыч! – пожал плечами десантник. – Нам в этой, как ты ее обозвал, одежке, еще воевать и воевать. Смотришься ты, кстати, на ять, вон немец согласен…

Разглядывавший преобразившихся русских Ланге на всякий случай энергично кивнул, выдав фразу, понятную даже Степанову – классическую, можно сказать:

– Ja, ja, natürlich!

Выглядел при этом абверовец – не описать. Поскольку удивляться чему бы то ни было он перестал еще во время открытия межвременного портала, сейчас майор испытывал просто нечеловеческую усталость. Перегруженный невероятными событиями сегодняшнего дня разум окончательно отказывался воспринимать новую информацию, не говоря уж о том, чтобы ее анализировать. Майору Ланге отчаянно хотелось спать.

– Вот, – осклабился Леха, – уже и заговорил, как человек, даже я понял! Видать, тоже фильмы для взрослых смотрел. А ежели серьезно, фриц, по ходу, совсем сдулся, нужно будет ему перед выходом стимулятор вколоть, иначе скоро на себе тащить придется. Так что, выдвигаемся, мужики?

– Да, пора, – согласился Локтев. – Запихивайте вещи в ящик, следов оставлять нельзя.

Дождавшись, пока товарищи закинут в опустевший контейнер старую одежду, старший лейтенант бросил внутрь какую-то металлически блеснувшую таблетку сантиметров пяти в диаметре и пинком захлопнул крышку:

– Всем отойти, сейчас полыхнет. – Заметив заинтересованный взгляд Батищева, пожал плечами. – Смотреть можно, это не плазма, не ослепит. Главное, близко не стоять, температура высокая. Сейчас… собственно, вот уже.

Леха сделал шаг вперед: происходящее его тоже заинтересовало, хоть он и догадывался, что никакого секрета тут нет, спецназовец просто бросил внутрь «кофра» нечто вроде термитного заряда.

Так и оказалось: крышка и боковые стенки неожиданно поплыли, проседая и сминаясь; лицо, несмотря на несколько метров расстояния, обдало сухим жаром с каким-то едким химическим запахом. Как ни странно, горелыми тряпками и пластиком отчего-то не пахло, хоть внутри сгорела куча вещей: плотный Васькин комбез, его и особистское хэбэ, Иркины синтетические шмотки, нижнее белье и обертки от комбинезонов. Несколько секунд – и от контейнера не осталось даже следа, лишь легонько дымилась спекшаяся от чудовищной температуры, почерневшая земля в том месте, где он только что находился.

«Хрен его знает, может, никакой и не термит, уж больно температура высокая, – мельком отметил Степанов. – Почва, по ходу, реально оплавилась».

– Все, – прокомментировал космодесантник, затаптывая затлевшие листья и траву по контуру испарившегося вместе с содержимым контейнера. – Время, уходим.

– Простите, товарищ старший лейтенант, – неожиданно подал голос нахмурившийся особист. – Вы упоминали про переданные вашим командованием документы…

– Не волнуйтесь, тарщ капитан, – понимающе усмехнулся космодесантник. – Все при мне и в полной сохранности. Собственно, вот.

И продемонстрировал небольшой, размерами с самую обычную бумажную книгу – если, конечно, подобные еще остались в далеком будущем, – контейнер.

– Все тут.

– Тут?! – не сдержался особист. – В этой коробке? Да что ж туда влезет-то?

– Ну да, внутри… а, кажется, понял, о чем вы. Это не бумага, а электронные носители плюс простенький голографический проектор с адаптером, который при необходимости можно будет запитать от местной электросети. Бумажные документы, согласитесь, как-то не слишком разумно с собой тащить, да и откуда им в спецлаборатории взяться? Секретность опять же, без пароля не откроешь.

– Понял, спасибо, – смутился Батищев, мысленно отругав себя за недогадливость. Товарищ старший лейтенант кругом прав: какие уж тут бумажные документы? У самого в трофейной полевой сумке электрический… в смысле, электронный планшет лежит, так что мог бы и догадаться. Высокие технологии, понимаешь ли, – вроде бы так их Степанов называл? Хотя, ежели подумать, отчего именно высокие-то? Вроде не летают, угу…

И задал следующий вопрос:

– Попробуем догнать товарища генерала Макарова с бойцами? А если не удастся – идем своим маршрутом, я правильно понимаю?

– Не совсем, товарищ капитан, – неожиданно покачал головой тот. – Есть предложение получше. Достаточно сомнительное, если уж начистоту, ну а вдруг да повезет?

Особист на несколько секунд откровенно завис, переваривая неожиданную информацию. Леха, собственно говоря, тоже.

– Не понял? Какое еще предложение? Почему раньше не сообщили?

– Виноват, не успел. Да и времени не было, сами же видели.

– Да уж видал… – хмыкнул Иван Михайлович, сосредоточенно хмурясь. – Ну и?

– В семи километрах на северо-восток расположен полевой аэродром. По состоянию на сегодняшнее утро там находилось как минимум два транспортных самолета и несколько последних уцелевших истребителей местного ИАПа.

– А мы-то тут каким боком? Зачем нам самолет? Нам бы к своим поскорее выбраться.

– Михалыч, а я, кажись, понял всю глубину его глубин, – задумчиво пробормотал Леха. – Пока до своих доберемся, пока разбираться станут, шпионы мы или вовсе даже наоборот – кучу времени потеряем. Не силой же твоих коллег в обратном убеждать? Да и про группу нашу много кто узнает, а оно нам нужно? Лишние свидетели, сам понимаешь, не маленький. А так – есть реальный шанс поскорее отсюда убраться, за каких-то пару часов добравшись если не до самой Москвы, так хоть куда-нибудь поближе. В твоем времени Чкаловский аэродром уже построили?[3]

– Какой еще Чкаловский? – не понял Иван Михайлович.

– Ну, тот, что в пригороде Щёлково, километрах в тридцати от столицы?

– А, ты про этот. Построили, конечно, еще лет девять тому. Да только кто ж нас в самолет-то посадит? – пожал плечами особист. – С какого такого перепугу? Ни документов нормальных, ни хрена не имеем?

Поскольку космодесантник промолчал, отвечать пришлось Степанову:

– Вот как раз документов у нас столько, что Гитлер бы удавился, чтобы на них хоть краем глаза глянуть! И доставить их нужно как можно скорее! Дальше объяснять?

– Не нужно, – насупился Батищев. – Понял я все. Только глупо это. Вы что, самолет этот захватывать, что ль, собрались?

Десантник незаметно подмигнул ошарашенному летуну, внимательно прислушивающемуся к разговору:

– Зачем сразу захватывать? Мы ж не террористы какие. Просто одолжим на время, верно говорю, тарщ старший лейтенант? Я правильно твою гениальную идею истолковал?

– Правильно, – фыркнул Локтев. – Грузимся, взлетаем – и курс на Москву. Тем более ты вон уже и место присмотрел, как я понял. Всяко проще, чем каждому второму объяснять, откуда мы такие красивые взялись. А если еще и воздушное прикрытие у нас будет, так и совсем здорово.

– Бред какой-то, товарищи… – совсем поник головой Иван Михайлович. – Это что ж получается, у своих боевой самолет угонять станем? Да это ж трибунал!

– Во-первых, не боевой, а военно-транспортный, – мягко поправил Степанов. – А во-вторых, не угонять, а взять во временное пользование с разрешения местного командования. Во благо Родины, понятно, и в связи с особыми обстоятельствами. Мы ж вроде как сверхсекретная разведгруппа Ставки Верховного Главнокомандования, не забыл? Кстати, сам же и предложил нас подобным образом залегендировать, когда с товарищем генералом шли знакомиться. Тем более нам с Васькой подобное не впервой, мы с ним уже такое делали, помните?

 

Услышав последнюю фразу, летун возмущенно вскинулся (впрочем, благоразумно промолчав), а Батищев раздраженно буркнул под нос нечто вроде «ох, сколько ж ты болтаешь-то не по делу, разведка»…

– Хорошо, в целом я ваш план, товарищи, понял. Скажу честно, он мне активно не нравится, но попробовать стоит. Особенно ежели ничего угонять не придется и местное руководство нам содействие окажет. Добро, идем к аэродрому, там осмотримся и решим, что да как.

– Может, и не придется, – с готовностью согласился Леха, переглянувшись с Борисовым. – Зато, ежели что, у нас свой пилот имеется, про запас, так сказать. Причем, классный!

– Лех?! – охнул сержант, округлив глаза. – Ты чего, совсем с ума спятил? Я ж тебе еще на фрицевском аэродроме говорил, что только истребителем управлять могу! Ну, или той тарахтелкой, на которой мы линию фронта пересекли. Не справлюсь я с такой дурищей, и сам убьюсь, и вас всех угроблю! И не подумаю даже за штурвал сесть, как ни проси!

– Ладно, это я так, от избытка чуйств… – ухмыльнулся Степанов. – Успокойся. Найдется, кому самолетом управлять.

– Время теряем, – раздраженно напомнил космодесантник, последние несколько минут не участвовавший в дискуссии. – «Третий», «Пятый» – вперед, затем остальная группа, «Второй» и «Четвертый» – замыкают. Пошли…

Несмотря на достаточно серьезное расстояние – семь кэмэ по бурелому отнюдь не то же самое, что столько же по шоссе, – до цели дошли одним рывком, без привалов и прочих остановок. Даже пленный, видимо, осознав серьезность момента, не ныл, стоически выдерживая заданный ритм. Да и с чего б ему ныть, в его-то положении? Сказали вперед – значит вперед, особенно учитывая введенный стимулятор, после которого Ланге попер по лесу наравне с остальными. Впрочем, было и еще кое-что.

Механически перебирая ногами, Рудольф анализировал ситуацию. Введенный непонятной коробочкой со вполне понятным красным крестом на крышке препарат подействовал как первитин, взбодрив и придав мыслям скорость и ясность, но при этом не вызвав ни туманящей разум эйфории, ни ощущения мнимого всемогущества. Обратного пути у него теперь нет. Вызов бомбардировщиков, смешавших с землей передовой отряд 17-й ТД, был зашифрован его личным ключом. Это однозначная и несомненная государственная измена. И теперь, как ни изворачивайся, доказать обратное уже не удастся. Слишком много жертв, чтобы оправдаться… Даже если он каким-то немыслимым образом предоставит суду неопровержимые доказательства вмешательства непреодолимой силы, которая походя взламывает лучшие немецкие шифры. Но разве дадут ему такие доказательства? Вон даже мини-телевизор и тот отобрали, а все остальное – не более чем пустые и ничем не подтвержденные слова.

Значит, остается одно: и дальше идти с пришельцами из будущего (угу, будто у него есть выбор!) до самого конца, каким бы оный конец ни оказался. А уж там – посмотрим. В конце концов, он целый майор Абвера, носитель, так сказать, ценной информации, и русские это наверняка прекрасно понимают. При этом Ланге в глубине души подозревал, что никакими столь уж сверхценными сведениями, о которых не знают его пленители, он, простой сотрудник Abwehrkommando-3, и не обладает, однако из последних сил прогонял подобную мысль. Раз взяли с собой, накормили, да еще и вкололи этот чудо-препарат, после введения которого он ощущает себя полным сил, значит, имеют на него определенные планы, что уже внушает надежду. Главное, не совершить какую-нибудь ошибку, иначе испарится, словно тот ящик, от которого не осталось даже следа…

2Да, я понял. Разумеется, я не стану бежать (нем.).
3Степанов плохо знает историю: аэродром на юго-восточной окраине Щёлково построили еще в 1932 году. Хотя понятно, что «Чкаловским» он тогда еще не назывался.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru