Территория Дозоров. Лучшая фантастика 2019

Олег Дивов
Территория Дозоров. Лучшая фантастика 2019

© А.Т. Синицын, составление, 2018

© Коллектив авторов, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

* * *

Сергей Лукьяненко
Всему свое время

– Смерть бракоделам! – закричал генерал Хуан.

Шеренга солдат, стоящая за грузной фигурой бывшего диктатора Проциона-2, вскинула лазерные ружья.

– Львович! – в ужасе закричал Петрович, обращаясь в бегство. Ледяная пустыня, где они со Львовичем когда-то по ошибке строили концлагеря для генерала-диктатора, внезапно превратилась в берег тропического моря. «Уйду под водой», – подумал Петрович с той легкостью мысли, которая бывает только во сне. Но из ласковых волн, накатывающихся на золотистый песочек, внезапно вынырнула жуткая зубастая пасть принца Буля, чью земную резиденцию Петрович со Львовичем случайно превратили в натуральную камеру пыток.

– Клиент пришел! – проревела гигантская рыба, вращая выпученными глазами.

– Львович! – снова воззвал к начальству Петрович. В руках его внезапно оказалась лопата, и он отважно замахнулся на Буля.

Но изо рта Буля вдруг высунулся Львович и замахал Петровичу рукой.

– Давай, заждался уже! Обед готов! – прокричал Львович.

Петрович в ужасе выронил лопату, упал на песок и проснулся.

Начальник стоял над ним с открытой банкой пива и хмурился. Львович был одет вольно и по-летнему – шорты и тапочки. Петрович подергался и осознал, что лежит в гамаке – тоже в шортах, футболке и со сползшими с лица солнцезащитными очками. Над ним было голубое земное небо, ветки яблонь, от мангала тянуло вкусным запахом шашлыка, из бассейна доносился плеск и детский визг.

– Что снилось, Петрович? Кошмар какой-то? – сочувственно спросил Львович.

– Ты не поверишь, начальник… обычный производственный процесс снился… – выбираясь из гамака, сказал Петрович. Утер пот со лба. Посмотрел на бассейн – там его дочь Вика и сын Львовича Паша с переменным успехом пытались утопить друг друга. Жены Львовича и Петровича, выглядящие куда моложе и подтянутее мужей, загорали рядом в шезлонгах.

Долгие годы совместной работы, пережитые испытания и тяготы строительного бизнеса в двадцать втором веке не только сплотили директора и прораба фирмы «Откосы и отвесы», но и крепко сдружили их семьи. Вот и сейчас, глядя, как его Вика молотит Пашу по голове надувным мячом, Петрович подумал: «Может, вырастут – вообще породнимся…» Но в следующий миг Паша ускользнул от Вики и ловко притопил девочку. «Нет, лучше не надо», – решил Петрович, хмурясь. Спросил:

– Обед, говоришь, готов?

Львович нахмурился.

– Я про обед ничего не говорил. Мы же час назад пообедали. Я тебе говорю – клиент готов. Заждался уже.

– А… – Петрович наконец вспомнил, что сегодня на дачу ко Львовичу собирался прибыть какой-то тип. – Львович… да остынь уже. Что тут поделаешь. Нам запрещено…

– Давай его послушаем? – Львович твердо взял Петровича за плечо и потащил за собой. – Что, от нас убудет?

– Закон мы нарушать не станем! – на всякий случай уточнил Петрович, но покорно двинулся за начальником.

Клиент ждал их на залитой солнечным светом террасе. Дачу для себя Львович строил на совесть, только для порядка завысил смету в два раза – ну, все равно же с него ничего не убыло, просто чтобы хватку не терять. Терраса была просторной, в стиле летних усадьб русской аристократии начала двадцатого века – сплошь стеклянные окна, деревянная мебель, на столе стояла гордость Львовича – настоящий медный самовар.

Клиент, однако, чай не пил. Скромно сидел за столом, а над головой его висел в воздухе черный диск, заливающий клиента потоком тьмы. Петрович почувствовал невольное уважение – генератор темноты стоил бешеных денег, это ведь не лампочка.

– Аллергия на ультрафиолет, – пояснил клиент, глядя на Петровича. – Но не бойтесь, не вампир. Ха-ха.

Львович вежливо рассмеялся, Петрович поддержал начальника. Клиент в конусе изливающейся из диска тьмы был едва видим, но, судя по всему, это был мужчина лет сорока, с острыми чертами лица, ниточкой усов над тонкой губой и – будто не хватало генератора тьмы – в солнцезащитных очках.

– Так мы готовы вас выслушать, мистер Джон Доу.

– У меня большой заказ. – Мистер Доу помедлил секунду. – Очень большой объем работ. Очень-очень.

– Стройка всегда зависит от трех факторов, – осторожно произнес Львович. – Объем работ – это первое.

– Финансирование – это второе, – добавил Петрович.

– И время на выполнение заказа – третье, – закончил Львович.

– Проблем не будет ни с объемом, ни с финансами, ни со временем, – торжественно сказал клиент.

– Еще четвертый фактор, – осторожно добавил Петрович. – Видите ли, наша основная рабочая сила – андроиды. Прекрасные, трудолюбивые, послушные андроиды. Но если требуется очень тонкая отделка – они… не очень.

– Там сложность в масштабах стройки, а не в тонкостях, – сказал клиент. – Я строю парк развлечений. Огромный парк с массой сооружений – «Семь чудес света». Мне нужно все, чем славится наша Земля. Мне нужны египетские пирамиды. Нужна Великая Китайская стена. Нужны висячие сады Семирамиды и Колосс Родосский… Понимаете?

Петрович и Львович переглянулись.

– Это справимся, – решил Петрович. – Горючее получше и… Справятся мои андроиды. Но есть еще одна… тонкость.

– Где строить будем? – прямо спросил Львович, и друзья выжидающе уставились на клиента.

– А есть какая-то разница? – удивился мистер Доу. – В наш век межзвездных перелетов…

– Они нас как раз не пугают! – махнул рукой Львович. – Но если в пределах Солнечной системы…

– То нам запрещено, – убитым голосом признался Петрович. – Видите ли, была у нас маленькая проблема на Венере… Строили для «Газпрома» комплекс по добыче кристаллического газа. У них там странные законы, запрещено использовать труд андроидов, и мы их…

– Покрасили в зеленый цвет, – вздохнул Львович. – Сказали, что это гастарбайтеры из системы Лебедя. Цену предложили в два раза ниже, чем у конкурентов, и выиграли тендер. Все было прекрасно! Но тут на стройку явился посол лебедян… оказалось, что у них праздник обрезания щупалец, и посол решил лично… Был небольшой скандал.

– Большой, – негромко признал Петрович.

– Нам в итоге выдали судебное предписание.

– Решением венерианского суда – запретить компании «Откосы и отвесы» начиная с 1 июня 2128 года выполнять строительные работы в пределах Солнечной системы, включая все планеты, планетоиды, астероиды и облако Оорта, – неожиданно процитировал клиент и рассмеялся. – Ничего страшного. Скажу честно, именно эта история и привлекла мое внимание. Глупое крючкотворство, издевательство над рабочим человеком! А я люблю, знаете ли, восстанавливать историческую справедливость. Строить будем на отсталой землеподобной планете, так что не волнуйтесь.

Петрович вдруг почувствовал, что клиент ему нравится. Нечасто встретишь у клиента понимание всей специфики строительных работ!

– От души строить будем, – пообещал он. – На века!

– Только как насчет аванса? – поинтересовался Львович.

– Вас устроит оплата рубинами и бриллиантами? – Из темного конуса высунулась тощая рука и высыпала на стол мешочек грубо ограненных драгоценных камней. Были там и бриллианты, и рубины, и несколько изумрудов. – Сгодится в качестве задатка? Не люблю бюрократию, знаете ли. Все эти транзакции, банковские проводки… налоги…

Львович осторожно взял со стола бриллиант размером с кулак. Откашлялся. Сказал:

– Нам надо оценить… но полагаю, что как аванс этого хватит.

– Вот и прекрасно. – Клиент встал, диск тьмы взлетел над ним повыше. – Тогда не буду вас больше задерживать. Договор заключим в электронном виде, завтра в семь утра жду вас на городском космодроме.

Петрович молчал до тех пор, пока клиент под зонтиком из тьмы не прошествовал сквозь участок к ожидающему его лимузину. Только после этого позволил себе сказать:

– Львович… Если камни настоящие… то считай, что мы уже заработали. Как-то мне не по себе.

– Это ерунда, Петрович, – рассеянно произнес Львович. – Вот когда жены наши узнают, что мы завтра утром улетаем, – вот тут нам и станет не по себе.

– Львович… Если камни настоящие… – Петрович покрутил в руках сияющий камень. – Едва они это увидят – сами в дорогу вытолкают.

Львович с сомнением покачал головой.

* * *

В очередной раз Петрович убедился в мудрости своего начальника.

Нет, конечно, драгоценности произвели впечатление. И то, что «Откосы и отвесы» получили крупный заказ, жен порадовало. Но вот необходимость завтра утром улетать на стройку…

– Вы понимаете, что дети вас практически не видят! – воскликнула Наталья, жена Львовича. – Ты хоть помнишь, сколько Вике лет?

– Двенадцать! – твердо ответил Львович.

– Ей почти четырнадцать! Так и детство у ребенка пройдет без папы.

– Да можно сказать, что уже прошло, – согласилась жена Петровича, Аделаида. – Мы собирались…

– Вы собирались, – уточнила Наталья.

– Съездить с детьми в Сыктывкарский Диснейленд. Вы третий год это обещаете.

– Дорогая, но это же наш шанс заработать кучу денег! – возмутился Львович. – Нам не нужны деньги?

Женщины примолкли.

– Свозите их сами, пока мы будем трудиться на благо семей, – попытался Львович закрепить успех.

Это был неудачный ход.

– Мы с Натальей уже оплатили европейский круиз. – Аделаида страдальчески посмотрела на Петровича. – Прекрасный лайнер, одних SPA-салонов – четырнадцать штук. С заходом на Марс и Ганимед перед Европой. Мы имеем право на отдых?

– Имеете, – согласился Петрович.

– А дети имеют право на парк аттракционов, – поддержала Наталья.

И тут Львович встрепенулся.

– Дорогая, – сказал он. – Выход есть. Мы же как раз летим строить парк аттракционов! Гигантский, по сравнению с ним Диснейленд – полянка в лесу. Мы берем Пашку и Вику, руководим стройкой, а дети прекрасно отдыхают, знакомятся с местными достопримечательностями. Это все совершенно безопасно.

 

– И кстати, бесплатно… – добавил Петрович.

Жены переглянулись.

– Опять же, – Львович принялся ковать железо, пока оно не остыло, – дети растут. Хорошо бы им определяться с будущей профессией. Надо же кому-то бизнес оставлять?

Наталья и Аделаида снова переглянулись. Иногда Львовичу казалось, что женщины давно освоили телепатию, только скрывают это от мужчин. Он посмотрел на Петровича. «Да, я тоже так думаю», – подтвердил взглядом Петрович.

– А вот это интересно, – сказала Наталья.

* * *

… В Шереметьево-Z, как обычно по утрам, было многолюдно. Львович и Петрович продирались сквозь толпу, направив перед собой чемоданы. Чемоданы были большие, крепко побитые за свою долгую службу, они с рычанием левитировали у самого пола, пробивая хозяевам дорогу и временами обмениваясь раздраженным электронным писком с чужими чемоданами. За Львовичем и Петровичем плелись сонные Вика и Паша. От необходимости вместо парка аттракционов отправиться на стройплощадку подростки в восторг не пришли. Но выбора у них не было. Вика шла надув губы и высматривала модные новинки в витринах магазинов, Паша не отрывался от планшета, над которым прыгали и молотили друг друга средневековые воины.

– Ничего, всем на пользу пойдет, – воодушевленно говорил Львович. – Вот увидишь, с этого проекта начнется белая полоса.

– Не сглазить бы, – шепотом сказал Петрович.

Корабль заказчика стоял на дальнем причале. При виде сверкающего корабля ультрасовременной конструкции Львович с завистью вздохнул, а Петрович задумался, не стоило ли запросить с заказчика большую сумму. Даже Паша оторвался от планшета и с восхищением уставился на корабль.

Джон Доу ждал их в стыковочном отсеке. Внутри корабля он почему-то продолжал пользоваться своим диском тьмы, и разглядеть его толком не удалось.

– Проходите, проходите, – дружелюбно замахал он руками. – Я здесь один, корабль полностью автоматизирован. А вы с детишками? Прекрасно, семья – это важно. Я приготовил четыре каюты. Только не шалите, дети! Но где же ваши рабочие?

– Андроиды на барже, на лунной орбите, – объяснил Петрович. – Там, знаете, наша старая стоянка. И недалеко, и тихо…

– И недорого, – подхватил Джон Доу. – Давайте координаты.

– Долго лететь-то? – спросил Львович.

– Не очень, – сказал Джон. – Корабль экспериментальный, новый движок… Подхватим баржу, один прыжок – и мы на месте!

Львович еще раз вздохнул, вспоминая скучный трехдневный путь до Проциона на его старенькой космояхте.

* * *

Корабль Доу и впрямь оказался на диво быстрым. Часовой полет к Луне, стыковка с баржей, занявшая чуть больше времени. Петрович и Львович сидели в рубке вместе с заказчиком, завистливо поглядывая на сверкающие пульты и массу незнакомой аппаратуры.

– А теперь я попрошу вас на время покинуть рубку, – сказал Доу, когда стыковка была закончена. – Прошу меня извинить, но координаты планеты, где будет стройка, – коммерческая тайна. Поскучаете часик в каюте? Кстати, мини-бар в вашем полном распоряжении!

Спорить друзья не стали и удалились в каюты. По пути Петрович заглянул в каюту Вики и обнаружил, что дочь играет с Пашей на планшетах.

– Это нечестно! – вопил Паша. – Почему у тебя тяжеловооруженный гоплит победил моего мушкетера?

– Потому что мушкетная пуля не пробивает гоплон, дундук! – парировала Вика. – Все честно, историю учить надо!

– Пробивает! – спорил Паша.

Успокоенный Петрович закрыл дверь и тихонько вышел. Сказал Львовичу:

– Играют.

– Да оставь ты их в покое, – махнул рукой Львович.

– Тебе хорошо говорить, у тебя сын, – пробурчал Петрович.

Засев в каюте Львовича, друзья открыли по бутылке венерианского сидра и посмотрели друг на друга.

– Не нравится он мне, – признался Петрович. – Темнит!

Но Львович только махнул рукой.

– Что плохого может быть в копии древних храмов и пирамид?

Петрович подумал и вздохнул.

– Ничего. Наверное, я на воду дую, Львович.

За сидром и разговором час пролетел незаметно. В какой-то момент корабль слегка тряхнуло, и лампочки замигали.

– Прыгнули, – сказал Львович удовлетворенно. – Ну, давай еще по одной…

* * *

В соседней каюте тоже заметили прыжок.

– Странный какой-то гиперпереход, – сказал Паша. – В глазах не двоилось, озоном не пахнет.

– Прям ты такой специалист, – фыркнула Вика.

– Я с родителями летал – раз. И с классом на экскурсию – два. И книжки про гипердвигатели читал. Может, этот тип дурит родителей?

Вика задумалась. Отложила свой планшет, включила иллюминатор. Некоторое время изучала звездное небо.

– Нет, Пашка, – решила она. – Не дурит. Рисунок созвездий изменился. Мы куда-то и впрямь перенеслись… Но ты знаешь, прыжок и вправду был странный. Может, будем приглядывать за этим типом?

Дети торжественно кивнули друг другу.

* * *

Солнце жарило с небес, песок под ногами был такой горячий, что жег ноги даже сквозь подошвы ботинок. Львович стоял под зонтиком, который держал над ним андроид. Еще один орудовал опахалом, овевая начальника ветерком.

– Вот здесь строим копию пирамиды Хеопса, – объяснял Джон Доу. – Неподалеку по реке есть залежи камня, смогут ваши андроиды камень добывать?

– Да легко! – сказал Львович. – Петрович! Давай три сотни на разработку камня!

– Хорошо! – откликнулся Петрович. Он стоял рядом со старой грузовой баржей, набитой законсервированными андроидами. Те были свернуты в рулончики и обвязаны сверху шпагатом. Достав очередного, Петрович развернул его, встряхнул, осмотрел. – Нормально. Инженером будешь!

Поддув андроида через клапан на указательном пальце, Петрович влил в его ротовое отверстие немного чистого спирта. Андроид сразу зашевелился и стал бурными жестами выражать свою готовность к работе.

– Остальное – вечером, – твердо сказал Петрович. – Извлекай три сотни, назначай прорабов на каждый десяток – и марш на каменоломню!

– Сделаем, начальник! – прогудел андроид.

Джон Доу, с любопытством наблюдавший за технологическим процессом из-под своего диска тьмы, неожиданно встрепенулся и замахал руками:

– Дети! Стойте, дети! К реке не ходить!

– Почему? – возмутилась Вика. – Жара такая, мы искупаться хотим!

– В реке крокодилы!

Паша и Вика, опасливо поглядывая на широкую мутную реку, двинулись назад. Львович удивленно воскликнул:

– Крокодилы? Живые? В парке аттракционов?

– Все абсолютно натурально и правдоподобно! – сказал Джон Доу. – Тут даже есть андроиды, изображающие угнетенных крестьян, зажиточных торговцев, суровых вождей, враждебные племена. Как в кино, помните? Так что не стоит далеко отходить от корабля.

– Жарко… – вздохнула Вика.

Петрович надул еще одного андроида. Скомандовал:

– Берешь трех землекопов и роешь бассейн. Чтобы через час был готов.

* * *

Ночью Паша проснулся от того, что чья-та рука зажала ему рот.

«Джон Доу – маньяк!» – в ужасе подумал мальчик и наугад ударил в темноту.

– Ой! – сказала Вика. – Ты мне чуть синяк не поставил!

– Ты что здесь делаешь? – удивился Паша.

– Пошли, тебе надо это увидеть!

Дети на цыпочках двинулись по коридору мимо кают Петровича, откуда доносился басовитый храп, и каюты Львовича, где нежно играла скрипка – директор «Откосов и отвесов» обожал классическую музыку и перед сном обязательно надувал андроидов-музыкантов.

– Гляди! – прошептала Вика, когда дети приблизились к шлюзу.

Там действительно происходило что-то странное. Наружный люк был открыт, вдали виднелась полупостроенная пирамида, освещенная прожекторами. Какие-то невысокие и тощие полуголые люди таскали в трюм корабля маленькие, но явно тяжелые мешки. У одного мешок прорвался, из него, звеня и подпрыгивая, выкатилось несколько желтых монет.

– Золото! – страшным шепотом сказала Вика.

Джон Доу стоял у корабля и что-то обсуждал на незнакомом языке с мужчиной повыше прочих ростом и, судя по гордой осанке, немалым начальником.

– Пошли спать, – почесывая комариный укус, сказал Паша.

– Ну ты же видишь…

– Вижу. Нарушение налогового законодательства. Джон Доу берет с заказчиков плату наличными. Драгоценные металлы – они и в космосе драгоценные металлы. Нам-то что?

Вика погрустнела.

– А я-то думала, тут преступление происходит…

– Преступлением было меня разбудить! – наставительно произнес Паша.

Временами он очень походил на своего отца.

* * *

Крепкий спирт, крепкое слово Львовича и крепкая воля Петровича сделали свое дело – копия пирамиды Хеопса была построена за трое суток. Андроидов частично сдули, частично погрузили на баржу – и корабль, подцепив баржу силовым лучом, перелетел в другую точку парка. На полпути детям показалось, что снова мигнул свет, но это, конечно же, было невозможно – зачем прыгать в гиперпространство на планете.

– А мне здесь нравится! – воскликнул Львович, выходя из корабля.

Климат был куда лучше. Зеленые холмы, живописные леса, тихие речушки…

– Здесь хочется думать о вечном, постигая единство пространства и времени… – умиротворенно сказал Петрович. – Что строим?

– Копию Великой Китайской стены, – ответил заказчик.

– Какой фрагмент?

– Целиком.

Петрович удивленно уставился на Доу.

– Вот такой вот огромный парк, – кивнул клиент. – Вся планета – копия Земли. Тут даже рельеф и контуры материков под земные подогнали!

Львович непроизвольно облизнулся, представив себе общий бюджет проекта. Обиженно сказал:

– Мы тоже могли бы горы своротить и материки передвинуть. Что к нам не обратились?

– Время поджимало, – туманно ответил клиент. – Ну как, сможете стену построить?

Львович посмотрел на Петровича. Тот почесал затылок.

– Тут сложнее. Понимаете, андроиды не имеют своей воли и как следствие – ненавидят работать. Я управляю ими сам, мысленно воодушевляя на трудовые свершения и подвиги. В пределах прямой видимости это легко, а вот на расстоянии в тысячи ли… Даже не знаю, смогу ли сосредоточиться.

Джон Доу понимающе кивнул. Предложил:

– Может, чайку выпьем?

В сторонке, под цветущими магнолиями, был накрыт для чайной церемонии черный лаковый столик. Молчаливые красивые девушки колдовали с чайниками и чашечками.

– Андроиды? – с любопытством оглядывая девушек, спросил Петрович.

– Да. Новая модель.

– Очень интересные модели, я бы изучил, – пробормотал Львович. Петрович зыркнул на него глазами. – Ну, как-нибудь в другой раз… – неловко закончил Львович, косясь на детей.

Строители и клиент уселись за стол, дети отправились гулять – Джон Доу заверил, что здесь они в полной безопасности. Петрович принял поданную ему чашку, вдохнул аромат – и замер.

– Ага, – усмехнулся клиент.

– Это… божественно… – прошептал Петрович. – Такого чая никогда не пил я в своей жизни…

– Так ты и этот еще не пробовал, – сказал Львович.

– Мне хватило одного аромата, – продолжал Петрович. – Я… я могу пронзить взглядом все мироздание…

Андроиды стали выскакивать из баржи, надувать друг друга, опрокидывать стартовую чарку спирта и, хватая лопаты и мотыги, бежать вдаль. Кто-то из андроидов запел:

– Pai huai zhu de zai…

– Lu shang de ni yao zou ma, – подхватили остальные.

– О чем эта песня? – спросил восхищенный Львович.

– О том, как хорошо работать ранним утром, когда у тебя есть верный друг и крепкая лопата, – перевел клиент. – Я вижу, вы знаток китайской культуры, Петрович!

Петрович смущенно улыбнулся. И твердо сказал:

– Работа будет выполнена вовремя.

* * *

Поздним вечером, когда Петрович все еще продолжал наслаждаться ароматом чая в жасминовой роще, а его верные андроиды с бодрой песней строили стену, дети взахлеб рассказывали Львовичу о своей экскурсии по окрестностям.

– Деревеньки совершенно аутентичные! – говорил взахлеб Паша. – Нас рисом кормили, поили чаем, потом песни пели!

– А еще мы помогали крестьянам сажать бамбук для ручных панд! – воскликнула Вика.

– Они не крестьяне, они андроиды в парке развлечений, – вздохнул Львович. – Но это хорошо, что у вас такое доброе сердце, дети. Андроиды достойны уважения…

Он задумчиво посмотрел в иллюминатор. И спросил сам себя:

– Но почему же хозяин парка не построил стену силами имеющихся андроидов? Может быть, не умеет мотивировать их к труду?

* * *

Через два дня корабль вновь сменил дислокацию. На этот раз прыжок заметили все.

 

– Джон, мы что, прыгаем в гиперпространстве? – удивился Львович. – При полетах над планетой?

– Конечно. В целях экономии времени.

Львовичу осталось лишь позавидовать Джону Доу. Такая дорогая вещь, как гиперпрыжок, – для экономии нескольких минут! Впрочем, за работу Доу получил огромное количество прекрасного чая, стоящего дороже золота, изрядное количество драгоценных камней и великолепного фарфора. Он явно не хотел связываться с деньгами.

Корабль приземлился на небольшом пустынном острове. Выйдя из корабля, Львович с любопытством посмотрел на городок, море, гигантский постамент у выхода из порта. Сказал:

– Кажется, я понял… Колосс?

– Колосс Родосский, – кивнул Джон Доу. – Справитесь?

Надышавшийся чаю Петрович был благостен и уверен в себе.

– Разумеется.

Андроиды были выгружены, заправлены и бодрой колонной замаршировали на стройку. Петрович порылся в техническом задании, достал рисунок Колосса. Погрыз ноготь, изучая гигантскую скульптуру бога Гелиоса, которая, раздвинув ноги, должна была встать над заливом.

– Это хорошо, что он хотя бы в набедренной повязке, – пробормотал Петрович. – Ладно. Лепить будем с меня.

Клиент с сомнением посмотрел на Петровича.

– Андроиды воспринимают не внешний облик, – обиделся Петрович, – а внутреннее содержимое. Они будут лепить меня таким, каким я себя представляю.

– Ну… – с сомнением сказал заказчик. – Вам виднее, вы строители.

* * *

Паша и Вика прогулялись по городу, где многочисленные андроиды изображали из себя древних греков – возделывали оливы и виноград, философствовали в тени акаций и наблюдали за бурной стройкой в порту. Последнее у них получалось особенно замечательно.

Когда дети подошли к порту, андроиды уже заканчивали строить тонкие мускулистые ноги.

– Никогда не думал, что твой папа такой мускулистый, – фыркнул Паша. – Наверное, под спецовкой не видно.

– Мой папа еще какой мускулистый, – согласилась Вика. – Хорошая выйдет статуя.

Впрочем, не все, похоже, придерживались этого мнения. Какой-то растрепанный мужчина в хитоне ругался в порту с местными властями.

– Υπουλος о γιος της γοργόνας! – кричал он, размахивая руками, показывая какие-то чертежи и временами пытаясь выдрать на своей голове волосы и расцарапать лицо ногтями.

Власти явно не были согласны с мужчиной. Вначале от него отмахивались, потом лысый толстый грек наорал на него, а в конце концов подошли двое солдат, крепко взяли мужчину под локти и потащили куда-то.

– Είμαι μεγάλος γλυπτής Χάρης, απογόνους ταρταρα!

– Что говорит этот андроид? – тихо спросил Паша. Вика училась в классической гимназии и хвасталась тем, что знает латынь и греческий.

– Он ругается, – глядя на мужчину, сказала Вика. – Ну, так себе ругается, у нас андроиды куда круче ругаются… Только ты знаешь, Пашка…

– Ну?

– Это не андроид, – сказала Вика. – Я все поняла. Бежим!

* * *

Трудолюбивые андроиды облепили статую Гелиоса, будто муравьи. Уровень мотивации Петровича был так велик, что статуя росла, казалось, на глазах.

– К ночи закончим и факел в руке запалим… – бормотал Петрович. – Буду я стоять над заливом и освещать кораблям дорогу к дому… И увидев меня, воскликнут моряки – о Гелиос, бурерожденный и светоносный, как же прекрасно увидеть твой лик…

Львович с опаской поглядел на Петровича.

– Ты, это… не перерабатывай. Статуя лицом к городу стоит, не лик твой увидят моряки, возвращаясь в родную гавань. Кстати, ноги у статуи тонковаты…

Петрович нахмурился:

– Может, вращающуюся сделаем? Пусть следует взглядом за Солнцем. И тогда всем будет виден и лик мой, и другие части тела.

– Петрович, дорогой, – Львович с искренней заботой потрогал прорабу лоб, – солнышко ты наше животворящее… не перегрелся ли? Может, тебе в тень пойти?

Взгляд Петровича и впрямь был слегка безумен. Но одновременно – и горделив. А как иначе, когда у тебя на глазах возникает твоя статуя высотой в полсотни метров?

– Папа!

Львович помахал Вике, слегка опередившей более плотного Пашу, и сказал:

– Петрович, успокойся. Детей напугаешь. Видишь, бегут, что-то сказать хотят.

– Не обидел ли их кто, испепелю нечестивцев… – пробормотал Петрович, медленно приходя в себя.

Но за детьми никто не гнался. Вика и Паша подбежали к ним, Вика бросилась на шею Львовичу, Паша неожиданно обнял Петровича, чего не делал лет с пяти.

– Что с вами? – поразился Львович.

– Папа, мы все поняли! – громким шепотом произнесла Вика. – Люди в порту говорят на греческом…

– Андроиды… – попытался поправить Львович.

– Остров называется Родос. И мы видели скульптора Хареса. Это тот, кто построил Колосса Родосского. Должен был построить! Мы не на другой планете, мы на Земле! В прошлом!

Петрович сел и схватился за голову.

Львович выставил перед собой руки, отрицая неизбежное:

– Нет! Нет, не может быть! Машины времени не существует! Ее строят, но никто не знает, получится ли!

– Значит, получилось! – воскликнула Вика. – И этот тип, Джон Доу, ее украл. То есть украдет!

– Но зачем ему строить чудеса света, их бы и так построили! – Львович замолчал, вспомнив мешки с золотом, тюки с чаем и драгоценные сервизы, которые грузили в трюм.

– Он заказы перехватил, – убитым голосом произнес Петрович. – Ну, точь-в-точь как мы на Венере… демпингуем, делаем все не очень честно, зато быстро и дешевле… А царям и фараонам какая разница, кто им все построит? Хоть бы и колдуны с волшебными слугами.

– Но мы же не знали, – сказал Львович. – Мы честно работаем. У нас договор. Мы ничего не нарушаем.

– Мы работаем на Земле, где нам запрещено даже гвоздь вбить! – воскликнул Петрович. – Фирме конец!

– А нам не конец? – спросил Львович. – Ты уверен, что этот хмырь нас вернет? Возьмет и высадит среди динозавров, строй там парк аттракционов для ти-рекса!

– Да, и потом в асфальтовых озерах найдут наши скелеты и толпу тупых андроидов, – горестно сказал Петрович. – Им-то ничего не сделается, они же почти вечные… – Он вскочил и вскинул руки. – Эврика! Я понял, понял!

Появившийся из корабля Джон Доу со своим диском тьмы подошел именно в этот момент. Петрович так и замер, глядя на клиента.

– Что делаете? Семейное празднество? – с подозрением спросил Доу.

– В крокодила играем, – тихо сказала Вика.

– О, я люблю играть в крокодила! – оживился Доу. Обошел вокруг застывшего Петровича, щелкнул пальцами и воскликнул: – Понял! Халфингский плясун в брачном танце!

– Точно, – сказал Львович. – Он самый.

Доу одобрительно посмотрел на почти завершенного Колосса:

– Ну, молодцы. Я вами горжусь. Осталось совсем немного – храм Артемиды, статуя Зевса и Александрийский маяк. Насчет висячих садов пока не знаю, уж очень прижимистый этот Навуходо… администратор парка. Ну, заканчивайте с Колоссом, я пойду работу сдавать заказчику.

Только когда Доу удалился, Петрович расслабился.

– Мы отправим просьбу о помощи, – сказал он. – В хронопатрульную службу.

– Никогда о такой не слышал, – нахмурился Львович.

– Ну и что? Раз будет машина времени и преступления во времени, то появится и хронопатрульная служба. Мы ее дождаться не сможем, но вот андроид…

* * *

Смеркалось. В стороне от порта, в крепкой скале, андроид выдолбил неглубокую пещеру. На плоском камне Петрович лично выбил зубилом надпись: «ВЫЗЫВАЙТЕ ХРОНОПАТРУЛЬ К КОЛОССУ РОДОССКОМУ!», после чего принялся замуровывать пещеру. Андроид стоял внутри, держа табличку. Рядом с ним Петрович оставил бутылку спирта:

– По одной рюмке в столетие! Не больше! Помни – ты честный рабочий андроид, это звучит гордо! Тебе надо продержаться всего две с половиной тысячи лет.

– Не найдут раньше срока? – озабоченно спросил Львович. – Все-таки место историческое…

– Бывал я на Родосе, – мрачно сказал Петрович. – Ничего тут туристы не ищут, кроме моря и рицины.

– Ну, ты же понимаешь, Петрович, фирме крышка, – печально сказал Львович.

– А иначе крышка нам! – ставя на место последний камень и заделывая щель суперцементом, твердо произнес Петрович. – Нет, мы уведомим власти о мошенничестве и примем свою судьбу с достоинством. Как принял ее Гелиос.

– Что у него за судьба-то была? – заинтересовался Львович.

– Да откуда я знаю? – пожал плечами Львович. – Но явно ничего хорошего ему не светило!

* * *

Лето две тысячи двести двадцатого года на Родосе выдалось самым обычным – жарким и полным туристов. Кто-то посещал достопримечательности, кто-то пляж, кто-то дегустировал вино.

Алик Кашев, учащийся Самарского нанотехнологического техникума, и его приятель Синь Ка, учащийся Самарского колледжа вакуумного фрезерования, были обычными двадцатилетними оболтусами, потихоньку отставшими от экскурсии. Сейчас они сидели у скалы, глядя на море.

– Скукота, – сказал Алик. – Я думал, тут Колосс стоит, а он развалился давно, оказывается.

– Бракоделы, – поддержал его Синь. – Вот я к дедушке ездил в гости, мы ходили на Великую стену смотреть – знаешь, как стоит? Во как стоит! Китайцы умели строить лучше, чем греки.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru