Единственный дракон. Книги 1 и 2

Наталья Сапункова
Единственный дракон. Книги 1 и 2

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Ардай услышал, как из комнаты ушли. Тогда он осторожно приблизился – половица все-таки скрипнула на последнем шаге, – присел на корточки и заглянул в замочную скважину. И сразу увидел девушку, она сидела на массивном стуле как раз напротив. Точнее, она была привязана к стулу: руки заведены за спину, ноги притянуты веревкой к ножкам, и еще веревку несколько раз обмотали вокруг туловища, по талии, по груди – зачем-то её привязали так, чтобы она не могла даже пошевелиться. Зачем? Можно было обойтись куда меньшим количеством веревки, всё равно пленница никуда бы не делась, видно, какая она слабенькая, тонкая, даже хрупкая. На вид – не старше Эйды. На ней было зеленое платье с серой каймой по подолу и рукавам, в таких же платьях были девушки, которых Ардай разглядел с галереи. А комната – что-то вроде кладовки: многочисленные полки на стенах, сундуки, на столе – весы и множество каких-то мелких баночек. Но главное – в комнате было окно, через которое при некотором везении можно выбраться наружу.

Девушка совсем ненадолго замолчала и опять продолжила:

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Вдруг она подняла голову и посмотрела на дверь, за которой скрывался Ардай. Прямо на замочную скважину. Ему на мгновенье показалось даже, что нет никакой двери, а пленница смотрит на него и видит его. Её глаза ярко блестели, наверное, от слез.

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Ардай осторожно отодвинулся. Он был в замешательстве. Что делать? Первый порыв был – попытаться помочь девчонке. Потому что она ему нравилась больше, чем императорский маг. Но тут же разумный внутренний голос возразил – она горная колдунья и её как будто поймали за каким-то неблаговидным занятием. Она проникла сюда обманом, назвавшись чужим именем – это следует из последней реплики мага. Так стоит ли вмешиваться, если непонятно даже, что тут к чему? Наверное, нет. Лучше пока подождать.

Он думал так, рассматривая дверной замок. Замок этот был старый и очень походил на тот, которым в Варге запиралась конюшня, а конюшню Ардай, ещё когда был совсем мальчишкой, без труда отпирал гвоздём. Главное, чтобы гвоздь был достаточно длинный и тонкий.

Будь Ардай в своей обычной одежде, гвоздь искать бы не пришлось. У него на поясе, помимо ножа, всегда есть толстое шило – как у любого наездника, на случай, если придется наскоро починить порванную упряжь. Но пояс, как и остальная одежда, остался дома, точнее, в рушьей башне – там Ардай переодевался в это чучело-дровосека. Он поклялся себе, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не забудет взять с собой хотя бы нож…

Он опять придвинул глаз к замочной скважине – пленница сидела, низко опустив голову, и – не послышалось? – продолжала бормотать:

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Быть горным колдуном ещё не преступление, вот и отец был женат на горной колдунье.

Так или иначе, придется поискать какой-нибудь инструмент, хоть что угодно, и лучше сейчас, пока нет ни Каюба, ни отшельниц – вдруг придётся ненароком зашуметь. А пленница ни в счет.

Глаза уже мало-мальски привыкли к темноте, все-таки она была не кромешной. Кажется, в коридоре – ничего, никаких шкафов или полок на стенах, но в дальнем углу что-то темнело, и Ардай двинулся туда.

Коридор оканчивался тупиком, а в углу стоял сундук, который, к огромному разочарованию, оказался наполненным старыми пыльными мешками. Ардай разом выгреб все мешки и прошелся пальцами по дну сундука. Ага, вот…

Пальцы нащупали что-то у одной из стенок. Сундук был старый, рассохшийся, это «что-то» застряло между стенкой и дном. Ардай покачал стенку сундука, отчего она угрожающе затрещала, но щель расширилась, и он сумел подцепить ногтем свою находку, а потом, поминая то Провидение, то лесных демонов, вытащил. Что-то металлическое и длинное.

Он вернулся к двери и первым делом заглянул в замочную скважину. В комнате ничего не изменилось, девушка сидела и продолжала бормотать, но теперь она смотрела на дверь. Напряженно смотрела, с ожиданием. Услышала всё-таки шум?

Следовало рассмотреть находку, Ардай поднес её к свету, что шёл от щели под дверью. И разочарованно вздохнул, хотя уже и подозревал нечто подобное. Это была женская шпилька для волос – тонкий витой стержень, увенчанный затейливым листочком. К тому же, кажется, шпилька была золотая – прочность её оставляла желать лучшего. Жаль, что не гвоздь…

Теперь следует дождаться ночи, когда Каюб увезет девушку. Тогда, может, какие-то замки отопрут и появится свобода передвижения. И он сбежит, не в дверь, так в окно. Если даже ворота охраняют и ночью, не бывает заборов, через которые нельзя перебраться. Если замки не отопрут, он попробует пустить в ход шпильку.

Интересно, как отшельницы охраняют свое уединение по ночам? Может быть, спускают собак?

Интересно, а что будет, если Валента поднимет тревогу, и дядя Ильмар явится сюда ещё до наступления темноты?

Ардай и сам понимал, что просто пытается придумать достойный предлог открыть замок прямо сейчас. И оставить в дураках Каюба.

Никто не стал бы рисковать, чтобы непонятно зачем спасти неизвестно что натворившую горную колдунью. Никто не счел бы это хоть сколько-нибудь разумным. Недаром тетка Сарита считает Ардая Эстерела…

Кем там, кстати, она его считает? Околдованным, ненормальным?..

Ардай еще раз заглянул в комнату, послал мысленный привет Сарите и осторожно вставил шпильку в замочную скважину. Сразу же показалось, что замок подался, но нет – шпилька соскользнула. Он попробовал ещё раз, и ещё, пока «инструмент» не погнулся. Ардай выпрямил шпильку и опять принялся за дело.

И замок, наконец, щелкнул. Можно входить.

Ардай задержался на мгновение, чтобы опять заглянуть в замочную скважину, и встретился взглядом с девушкой – конечно, теперь она не сводила глаз с замка. А в остальном всё было по-прежнему. И он приоткрыл дверь и проскользнул в комнату, не забыв, как водится, попросить содействия у Провидения.

Пленница смотрела на него во все глаза и продолжала бормотать:

– Лиолина Дьянна, Лиолина Дьянна…

Другая дверь, та, через которую в любой момент мог вернуться Каюб, помимо замка имела плохонький засов, Ардай первым делом задвинул его – нелишняя предосторожность. Теперь – отвязывать пленницу, но перед этим он легонько шлепнул пальцем по её губам:

– Хватит, Лиолина, я понял, как тебя зовут. Сотый раз был уже давно.

Она низко опустила голову и виновато пробормотала:

– Я сбилась со счёта.

В другой ситуации это было бы смешно.

– Кто ты? – спохватилась девушка.

– Тебе не всё равно, Лиолина Дьянна? – отмахнулся Ардай, принимаясь за веревку.

Невежливо, конечно, но ничего, если надо будет – они познакомятся.

Узлов было много, сначала Ардай пробовал помогать себе той же шпилькой, однако быстро понял, что этого не требуется и сунул шпильку в карман. У него – сильные пальцы наездника, привычного управлять в небе птицей, а узлы были завязаны слабо и неумело, совершенно точно женщиной. Если бы Ардая так же примотали к стулу, он, пожалуй, скоро освободился бы.

– Сними с меня камень, – попросила Лиолина.

– Что снять? – не понял Ардай, он уже распутывал её ноги.

– Камень, – девушка взглядом показала на круглый камешек, висящий на её шее на шёлковом шнурке. – Больно дышать, не могу больше.

– Дышать больно? – удивился Ардай.

Он снял с шеи пленницы шнурок с камнем, бросил его на стол и закончил свою работу. Потом запоздало спохватился: а почему она сама не могла снять шнурок, руки ведь уже были свободны?

– Руки затекли? Шевелить можешь? – он взял её за запястья, – пошевели. Порядок?

– Да, – Лиолина подвигала пальцами.

Ардай тут же забыл про её руки. Он придвинулся к окну и осторожно, сбоку, посмотрел. Кажется, никого. Он открыл раму и выглянул. Прямо под окном обильно разрослись розовые кусты – неприятно, но ничего. В паре шагов – дорожка, посыпанная песком, но это не для них. Они проберутся через сад, вдоль забора – там дальше есть калитка, запертая изнутри, но вряд ли на замок. Кажется, не стоит медлить.

Он оглянулся на девушку – та по-прежнему сидела на своем стуле.

– Что же ты? Иди сюда, давай выбираться.

– Не могу, – с отчаянием сказала Лиолина. – Помоги мне, пожалуйста.

– Я и собираюсь. Иди сюда!

– Помоги мне встать со стула, и… наверное, тебе придется вынести меня из комнаты.

– Ты не можешь ходить? – и Ардай мысленно помянул всех демонов Приграничья.

Что он тут будет делать с девчонкой, которая не может ходить? И что за нелепость была – привязывать её к стулу?!

– Я могу, – поспешно возразила Лиолина. – Я не могу встать с этого стула и уйти из этой комнаты, потому что маг запретил. Помоги мне выбраться из комнаты, и мы сбежим.

Ардай начал понимать. Она просто не может ослушаться мага, вообще ни в чем. Против воли отвечала на вопросы, имя свое твердила, как заведенная – можно бы и догадаться.

Он рывком поднял девушку со стула.

– Стоишь? Не бойся, я тебя вытащу.

– Только не в окно. Туда! – Лиолина показывала на дверь, через которую Ардай вошел.

– Там нет выхода. Совсем нет, всё заперто.

– Выход есть. Пойдем туда, прошу тебя. Пожалуйста, поверь мне, я знаю тут всё!

Она действительно могла знать. К тому же она – горная колдунья.

– Хорошо, – Ардай поднял девушку на руки.

Она оказалась совсем легкой. Когда он вынес её из комнаты в темный коридор, сразу попросила:

– Не здесь, подальше от двери, пожалуйста.

И он отнес Лиолину в самый конец коридора, туда, где стоял сундук. Она обессилено присела на пол у стены, виновато улыбнулась – Ардай теперь больше слышал её улыбку, чем видел:

– Я отдохну совсем немного, ладно? Мне надо капельку набраться сил. Послушай, ты мог бы сделать ещё кое-что? Пожалуйста, принеси тот камень, что висел у меня на шее. Для тебя это не опасно, не бойся.

 

– Почему нет…

Он вернулся в комнату и взял камень. Пальцы вдруг укололо острой болью. Ничего себе… Пришлось положить камень обратно и поднять за шнурок. Так боли не было.

Лиолина всё так же сидела у стены.

– Не сбежала ещё без меня через свой потайной ход? – неловко пошутил он.

Она не стала отвечать. Камень не взяла, вместо этого попросила:

– Пусть пока будет у тебя. Потом я его заберу, поменяю на что-нибудь ценное, будешь доволен. Главное – не оставлять тут.

– Что это такое? Почему он причиняет тебе боль? – спросил Ардай.

– Не беспокойся. Для тебя он безвреден, это мне нельзя к нему прикасаться.

Ардай чуть не сказал ей, что ему тоже больно. Однако не сказал. Осторожно опустил странный амулет в карман – вроде ничего…

Вдруг они услышали звуки из комнаты – сначала щёлканье ключа в замке, потом – удар по запертой на засов двери.

Лиолина в мгновение вскочила на ноги и схватила Ардая за руку:

– Пошли.

Она сказала что-то непонятное, и устремилась прямо к стене… нет, в стену. Сквозь нее. Это было, пожалуй, просто немного щекотно. Ардай и опомниться не успел, как стоял за забором обители отшельниц, неподалеку от колодца, у которого они с Валентой встретили Сариту.

– Идем отсюда, – Лиолина тянула его за руку.

Они перебежали на другую сторону улицы – там стояли дома, окруженные палисадниками, небогатые дома, где нет кучи слуг. Ардай перемахнул через низкую калитку, открыл задвижку и втащил Лиолину внутрь, она пыталась спорить, но он не слушал – из-за забора уже выбежал стражник, скоро появятся другие.

Ардай с Лиолиной пронеслись через маленький сад, перебежали задний двор, увидев распахнутую калитку в соседний двор, устремились туда и опять оказались в чьём-то саду. Сзади уже доносился шум, впереди – опять калитка, за ней мощеный двор, и вдруг…

На невысокой, по пояс, башенке посреди двора сидел осёдланный рух. Сидел и дожидался своего наездника. Птица не была привязана.

Ардай принял решение в одну секунду. Рискованное, конечно, решение – от чужого руха можно ждать любых неожиданностей. Но Эстерелы – хорошие наездники, так что и на этот раз, наверное, всё получится.

– Быстрее, – он подсадил девушку на башенку, и через секунду сам уже был в седле, – быстрее, садись сзади!

Если она сейчас забоится, начнет медлить, всё пропало. Но нет, Лиолина без колебаний села позади него. Теперь главное – совладать с птицей, чтобы не начала капризничать, почувствовала власть того, кто в седле, несколько мгновений решали всё – рух или поднимется, или начнет кружить по двору и сбрасывать нежеланных седоков. И, конечно, примчится хозяин.

Рух пронзительно крикнул, хлопнул крыльями, и взлетел. Взлетел почти свечой, сильно, стремительно – хорошая птица. По двору уже кто-то бегал и кричал, а они летели – над улицей кузнецов, над рынком, над мостом через Эль. Подняться бы повыше и посмотреть, что там делается в обители и возле нее. Но это ненужный риск. Если магу станет помогать стража на рухах, беглецам не поздоровится, надо быстрее улететь подальше и сесть, и затеряться где-нибудь в шумном месте.

Башни у ратуши? Там все смотрители помнят Ардая в лицо, узнают и разрисованного…

Он перелетел дальше, к Южным воротам, посадил птицу на одну из общественных башен у рынка.

– Все будет хорошо, – сказал он Лиолине. – Вот увидишь. Знаешь, чей это рух? Господина главного стражника, – это он рассмотрел, наконец, бляхи на птице.

У девушки блестели глаза. Она довольно рассмеялась.

– Знаешь, я сейчас первый раз так летала.

– Первый? – Ардай удивился. – Очень хорошо для первого раза.

Лишь сейчас он понял, что не только не подумал пристегнуться сам, но и не накинул ремень на девушку. Хорошо, что обошлось.

Не удержался и добавил:

– Это еще не полет. Мы могли бы полетать… знаешь, как? – и он бросил взгляд на далекие облака.

– Рух может?.. – Лиолина проследила за его взглядом.

– Рух многое может. Если наездник не боится.

И тут же он подумал – глупости. Никогда больше не придётся ему летать с Лиолиной Дьянной. И очень хорошо, наверное, что не придётся.

Он оглядел небо вокруг – не видно ли других птиц.

– Тебе пора, – сказал он руху начальника стражи, – улетай, – и подтолкнул его к краю площадки.

Птица затрясла лохматой головой и недовольно заклекотала.

– Лети-лети, лети домой. Ты хорошая птица, лети, – Ардай толкнул сильнее.

Если рух приучен не взлетать без наездника, то это плохо. Не хотелось бы оставлять его здесь – ведь придется показаться на глаза смотрителю, который может запомнить обоих, а потом, конечно, узнает, чей рух без наездника сидит на его башне. Значит, придется оставить девушку здесь, а самому улететь, и посадить руха где-нибудь внизу…

– Отойди, – попросила Лиолина.

Когда Ардай отступил на пару шагов, она «слепила» из воздуха воображаемый шарик и «бросила» его под ноги руху. Птица шарахнулась к краю площадки, чуть не упала вниз, забила крыльями, и – взлетела.

– Все забываю, что ты колдунья, – усмехнулся Ардай.

– Да не такая уж я колдунья, – девушка опустила глаза. – лучше уходи сейчас, тебе пора. Я задержусь ненадолго.

– Тебе надо переодеться, это платье приметное, заметил он. – Как считаешь, стража будет искать тебя по всему городу?

– Непременно будет, – кивнула Лиолина, – но не беспокойся. Ты и так слишком помог мне.

– А, ну да. Ты же можешь ходить сквозь стены.

– Точно. А теперь иди. Сам говоришь, мне надо переодеться.

– Я как раз думаю, где по-быстрому раздобыть тебе другую одёжку. Или ты носишь её в рукаве?

– Почти угадал, – Лиолина улыбнулась. – Хотелось бы знать, как тебя зовут, но больше не буду спрашивать. Я понимаю, почему ты скрываешь свое имя. Боишься, что выболтаю его магу, если попаду к нему опять.

– Правильно, – согласился Ардай. – Но лучше не попадайся. Что ж, прощай, горная колдунья, мира и добра тебе.

Он хотел еще спросить её про Эйду, но передумал. По той же причине – поосторожничал.

– Прощай, – вздохнула девушка. – Спасибо. И тебе добра. Сохрани камешек, хорошо? Мы ещё увидимся, я щедро расплачусь.

– Посмотрим, колдунья, – в глазах Ардая заплясали демонята – Я сомневаюсь, что мы увидимся, но всё в руках Провидения.

Он ведь спас Лиолину Дьянну, как ни крути. Какая награда, согласно песням, полагается спасителю?

Он быстро притянул девушку к себе и поцеловал – та и опомниться не успела. А когда спохватилась и попыталась вырваться, он тут же отпустил.

– Это и будет мне подарком от тебя, Лиолина Дьянна…

И он сразу ушел, а она осталась в башне.

Целовать горную колдунью – ничего себе…

Хотя, что в этом особенного, если родной отец был даже женат на одной такой?

– Друг высадил меня здесь и улетел, – сказал он смотрителю башни и отдал ему пятнадцать дирремов, заработанных колкой дров.

По дороге домой Ардай спустился к реке и умылся, вернув лицу прежние краски, а потом ему удалось без ненужных свидетелей пробраться в башню и переодеться, став самим собой целиком и полностью. При виде Валенты он лишь рукой махнул – всё напрасно, дескать. И при этом не соврал, так и есть – чего хотел не получил. Придется узнавать про Эйду как-нибудь иначе. А неприятности этого дня как-то поразительно быстро стерлись и потускнели, казались забавным приключением, имевшим достойное завершение – он поцеловал девчонку, умеюшую ходить сквозь стены. Когда-нибудь, пожалуй, он расскажет всё это Валенте, а она, чего доброго, решит, что половину он придумал.

О чем переживать, если всё закончилось хорошо?

Увидев его ладони, Валента ужаснулась и раздобыла у тетушки Мизины мазь, от которой болячки затягивало прямо на глазах. И стало еще лучше. А на официальный бал – как же это он забыл – и так положено надевать перчатки…

Глава 4. Неприятные последствия

На самом деле ничего ещё не закончилось, но Ардай узнал об этом позже. Близился вечер, дразнящий пряный запах из кухни давно уже щекотал ноздри. Тетушка Мизина со служанкой накрывали стол к ужину. Дядя Ильмар, видно, порядком устал от своих одиноких кабинетных занятий, и теперь сидел в зале, в кресле-качалке, бездумно поглядывая в окно на суетливых воробьев, которым Валента кинула порядочную горсть крошек. А Ардай просто дожидался ужина, потому что проголодался, и, чтобы скоротать время, перешучивался с Валентой.

И вдруг вбежал слуга, крича что-то про посыльного от господина наместника, а потом вошел стражник и, отсалютовав копьем, передал дяде бумагу.

Все, конечно, побросали свои дела и ждали объяснений – из-за безделицы вооруженный стражник в дом бы не явился. Ильмар Эстерел прочитал сообщение и нахмурился, а у его племянника противно засосало под ложечкой. И не напрасно.

– Это касается тебя, Ардай, – сказал дядя, – зачем-то велено немедленно прибыть в ратушу. А что случилось, милейший? – спросил он у стражника, – многих ли созывают?

«Милейший» был краток:

– Многих. Приказано сопровождать.

– Сопровождать? – брови Ильмара поползли вверх. – Сопровождать именя в ратушу? И это – приказ наместника?

Тетушка Мизина всплеснула руками, возмущенно переглядываясь со слугами и Валентой.

– Что же, ратуша с утра передвинулась? Поэтому имень Эстерел может ненароком заблудиться? – добавил дядя, поднимаясь с кресла.

Стражник молчал, да никто и не ждал от него ответа. Дядя Ильмар всего лишь выражал понятное удивление оскорбительной ситуацией, но, разумеется, следующее, что следовало сделать – это отправиться в ратушу, со стражником или без.

– Я переоденусь, пожалуй, – сказал Ардай.

– Оденься в парадное, – велел дядя. – Ничего не скажешь, интересные дела творятся. И мне – парадное! – бросил он слуге.

Парадная одежда – это шелковая рубаха, кожаный жилет, широкий тисненый пояс, тяжелый нож в ножнах с гербом. Ещё серебряная цепь из крупных, тонких звеньев – поверх жилета, на ней пока лишь одна подвеска – за гонки на рухах в прошлом году. Тогда Ардай оказался первым, но это были не те состязания, которыми следует особенно гордиться…

Куртку с гербом на спине он отложил – жарко. А вот перчатки нужны, из тонкой дырчатой кожи в цвет жилета. Некоторые щеголи носят их постоянно, Ардай – почти никогда. Но сегодня они спрячут мозоли на ладонях.

Дядя Ильмар, тоже приодетый и тоже с положенными ему именьскими регалиями, придирчиво осмотрел племянника и остался доволен.

– Мы готовы, – сказал он стражнику с несколько издевательским поклоном, и первый двинулся к дверям, ни на кого больше не глядя.

Ардай уже и не помнил, когда в предыдущий раз младший брат его отца одевался в соответствии с титулом. Но оскорбительное «приглашение» от наместника – хороший повод вспомнить, кто ты есть.

Большой зал ратуши был заполнен людьми. Похоже, собралась вся знать Аша, все богатые, известные и чем-то примечательные его граждане, и чуть ли не вся многочисленная свита приезжего императорского инспектора тоже была здесь – её отличали цвета одежды. Важные персоны – наместник, городничий и прочие тоже, похоже, уже явились.

Дядя Ильмар и Ардай, войдя, сразу оказались в небольшой группе людей, со всех сторон ненавязчиво окруженной стражей. Всех их Эстерелы знали в лицо и по именам, со всеми обменялись приветствиями или рукопожатиями. И всякий раз это были отец и сын: сына вызвали в ратушу, и отец его сопровождал. Эстерелы оказались девятой парой.

Знакомцы, конечно, нашлись и за спинами стражников, с некоторыми Ардай поздоровался кивком, но, когда захотел подойти – ближайший стражник, отсалютовав пикой, преградил путь.

– Это неслыханно, – пробормотал грузный имень Гаррат.

У него от волнения дергалось верхнее веко.

– Повторяю, это неслыханно, – он взял за плечо своего сына Диена.

На тех, последних гонках, выигранных Ардаем, Диен Гаррат был третьим.

Стоявший рядом Элион Герх, тоже имень, промолчал.

Сын Герха Эдин не участвовал в тех гонках, но летал он тоже отлично.

Лишь одну пару – отца и сына – можно было назвать не слишком состоятельными людьми. Даже, сказать прямо, они были бедны, и их одежда отличалась аскетической простотой, но они тоже имели руха, и сын был весьма неплохим наездником – Ардай встречал его не раз.

– И никто не знает, что произошло? – поинтересовался дядя Ильмар.

– Обвиняют в совершении преступления, – сказал, как выплюнул, Гаррат.

– Нас всех? – изумился Ильмар.

– Нет. Кого-то из наших парней. Одного…

Дядя Ильмар повернулся к Ардаю и не без сарказма спросил:

– Ты, случайно, ничего не натворил сегодня после завтрака?

Вопрос не подразумевал ответа, поэтому Ардай лишь улыбнулся.

Кое-что он уже понял. Все парни в кольце стражи – худощавые, темноволосые, и все – хорошие наездники. Значит, дело все-таки в сбежавшей колдунье. Конечно, его видели и приметили внешность. Хорошо ещё, что удалось лицом к лицу ни с кем не столкнуться.

 

Кажется, зря он тогда взял чужого руха. Но если не взял бы – ещё вопрос, удалось бы им с Лиолиной сбежать…

Имень Гаррат придвинулся к дяде Ильмару и тихо сказал ему на ухо:

– Это затеял столичный инспектор. Наместник был против, он бы решил всё по-тихому. Но инспектор не стал слушать, дал ход нелепому расследованию.

Ухо Ардая тоже было рядом, он прекрасно всё слышал, но именя Гаррата это мало заботило. Он знал, что ничем не рискует. Здесь были люди, которым он доверял. Причем всем. Никто здесь не предал бы земляка для того, чтобы выслужиться перед высокопоставленным чужаком, который, похоже, решил вызвать неприязнь у всех сразу.

– Зачем? – так же тихо отозвался дядя Ильмар.

– Он недоволен тут решительно всем, – объяснил Гаррат. – Это герой с Севера, который убеждён, что все мы – быдло, на которое императору не стоит рассчитывать. Единственная его цель – оскорбить нас. Всего лишь. О якобы преступлении можете не беспокоиться.

Имень Гаррат был сводным братом городничего, неудивительно, что насчет некоторых тонкостей он был осведомлен лучше прочих.

Помолчав немного, Гаррат добавил:

– Там есть еще один прохиндей из столицы, какой-то придворный маг, из-за которого, собственно, все и началось. Это ему требуется кого-то поймать, и он обратился за содействием к городничему – даже не к наместнику! Но инспектору доложили, и он, как видите, всё испортил. Теперь о нелепом расследовании знает половина города, и преступника, если он существует, не поймают никогда, – Гаррат ядовито улыбнулся. – Выходит, можно быть героем и любимцем императора, оставаясь при этом дураком, как считаешь, Эстерел?

– Конечно, можно, хотя бы временно, – кивнул дядя Ильмар. – Если имеешь умных советчиков или просто везет. Хорошо бы нам тоже повезло.

В той части зала, где находились важные персоны, началось движение, наместник выступил вперед, все прочие отодвинулись к стенам, стража вокруг «подозреваемых» сгрудилась плотнее. Справа от наместника стоял императорский инспектор, слева – Ардай увидел его только сейчас – маг Каюб. Что ж, нельзя сказать, что это была неожиданность. Городничий почему-то держался позади всех.

Наместник ударил жезлом в пол, требуя тишины, хотя в зале и так уже было тихо.

– Приветствую достойных именей и граждан Аша, да будет с нами Провидение! – провозгласил он безо всякого энтузиазма. – Скажу сразу, нас всех привели сюда прискорбные обстоятельства. Сегодня из монастыря достойных сестер-отшельниц бежала преступница. Бежала потому, что у неё нашелся помощник, и этот помощник великолепно владеет искусством езды на рухе. Он безо всяких усилий поднял в воздух чужого руха, который случайно оказался на пути беглецов. Свидетели разглядели некоторые его приметы, что позволило выделить подозреваемых. Как вы понимаете, это не сложно, старшины улиц знают наперечет всех наездников, мы сверили их списки со списками стражи. Не мне вам объяснять, что человек неумелый не сможет взлететь на рухе, и не всякий, считающий себя умелым, справится с чужой птицей. Так же не секрет для вас, что все наездники – люди из лучших семей города и окрестностей…

«Подозреваемые» и их отцы обменялись ошарашенными и возмущенными взглядами, по залу пробежал легкий гул.

Дядя Ильмар церемонно наклонил голову в сторону важных персон и произнес:

– Господин наместник сообщил много интересного. Раньше я, например, полагал, что опасные преступницы содержатся в тюрьме Аша, а не в Обители отшельниц.

– Эту девушку только что поймали, и именно в Обители, – не слишком уверенно пояснил наместник.

– Прошу простить моё неуместное любопытство, она воровала на кухне? – подал голос имень Герх, тоже не забыв поклониться. – И я что-то не пойму, как наши мальчики могли оказаться у этих уважаемых отшельниц? Говорят, к ним и мышь не проскочит. В любом случае, какое нам всем дело до сбежавшей воровки? Лучше бы стража развлеклась тем, что выловила всех воров на местных рынках и спровадила их в тюрьму, или в Обитель отшельниц, если угодно!

Теперь по залу прокатилась волна смеха.

Вдруг маг Каюб шагнул вперед, оттерев плечом наместника.

– Я прошу вашего внимания, жители Аша! – произнес он негромко, и тут же получил просимое – на зал упала тишина.

Всем было известно, что значил большой серебряный медальон этого чужака в черном. Однако маг еще и нашел нужным назваться.

– Меня зовут Дин Каюб, я верховный маг и личный советник его величества, – голос, по-прежнему негромкий, долетал до каждого уголка огромного зала. – Меня привели сюда дела государственной важности. Напомню вам: когда-то мы победили колдунов с их драконами, прогнали их в горы. Вы привыкли жить с ними рядом, страна колдунов видна с башен вашей Цитадели. И вы не желаете помнить вот о чем: чтобы сравнять с землей этот благословенный город, достаточно сил одного дракона, только одного! Вам известно это, жители Аша?

Зал молчал.

– Нам известно, что горные колдуны давно мечтают расширить свои границы. Хотите ли вы жить под властью этих демонов, которые будут кормить своих драконов вашими детьми? – здесь маг сделал многозначительную паузу.

Действительно, такой аргумент стоил внимания. Маг продолжал:

– Колдунов сдерживает лишь одно – магическое оружие против них и их драконов. Поэтому они постоянно строят козни, мечтая отнять у нас это сокровище. Девушка, пойманная и сбежавшая сегодня – горная колдунья, которая пыталась похитить старинный артефакт, спрятанный в Обители отшельниц. Но ее помощник – совершенно точно не горный колдун, потому что он удачно миновал магические препятствия, для колдуна непреодолимые. И этого молодого человека необходимо найти. Возможно, он просто стал жертвой ее колдовства, тогда моя помощь ему необходима, и я обещаю…

Ардай перестал слушать. Ему вспомнилось худенькое лицо Лиолины Дьянны, ее широко распахнутые глаза – возле его лица, вкус ее губ, которые ответили его губам – сначала, до того, как она стала сопротивляться. Нет, в её злое колдовство он не мог верить. Он поступил так и не иначе потому, что захотел этого сам. А она казалась просто маленькой мушкой, попавшей в лапы к пауку – это сравнение больше походило на правду.

– Я просто прошу этого человека признаться, и обещаю ему свое содействие, – маг обвел взглядом зал.

Да-да, именно весь зал.

Легкий шелест пробежал по толпе. Маг ждал. Только напрасно. Ардай не собирался признаваться, а больше было некому.

Вперед выступил имень Гаррат и сказал:

– Господа, нам ясно, почему заподозрили наших сыновей. Они все отличные наездники, и все имеют некоторое, весьма отдаленное, кстати, сходство. Но оглянитесь! Решительно все, собравшиеся в этом зале – наездники! Именно сейчас в Аше как никогда много наездников! И почти четверть из них имеет то же отдаленное сходство. Почему тогда избраны эти?

Ответил наместник:

– Мы сразу исключили тех, чья непричастность очевидна. Например, тех, кто был на виду у своих товарищей. И людей господина инспектора.

– Но почему? – удивился Гаррат.

– Потому что я доверяю своим людям! – громко заявил инспектор. – Каждому!

– Господин маг тоже доверяет? – спросил дядя Ильмар. – Разве человек господина инспектора не может стать жертвой колдовства? Разве любой, даже плохой наездник, не попытается в минуту серьезной опасности завладеть чужой птицей? А может, чары колдуньи и здесь могли ему помочь? И потом, Дин Каюб знает, конечно, что обитель отшельниц – это дом Моля. Это особый дом, в котором горные колдуны теряют силу, особенно в некоторых его комнатах…

Маг посмотрел на дядю Ильмара и согласно кивнул.

– Надо думать, колдунью заперли в нужной комнате? – продолжал тот. – Это значит, что колдунья не могла заколдовать случайного человека и использовать его. Её помощник – не случайный человек, а какой-то её давний пособник, что удивительного в том, что здесь его нет? Господа, вы закинули сеть, сквозь которую уйдет любая рыба.

– А если не там ловить, то рыбе и уходить не надо, – добавил имень Герх. – Господин наместник, может быть, наши сыновья принесут именьскую клятву, что они ни при чем, и закончим на этом?

– Да! И у наших сыновей тоже найдутся свидетели, которые могут подтвердить их непричастность!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49 
Рейтинг@Mail.ru