Единственный дракон. Книги 1 и 2

Наталья Сапункова
Единственный дракон. Книги 1 и 2

Глава 5. Что может случиться на балу

Всякий день наступает в свой черед, и день бала тоже, конечно, настал. Сколько бы Ардай ни ворчал, что приходится заниматься всякими глупостями, надеть новый костюм было приятно. Темно-синий тяжёлый шелк, оттенивший глаза, серебряная тесьма, мягчайшая черная кожа – было неловко и думать о том, сколько это стоило. И покрой, не совсем привычный, был тем не менее удобен – портниха заверила, что такова последняя мода. Лучше всего оказались сапоги, очень легкие и удобные, тщательно отделанные, их просто жаль было бы трепать по городским мостовым, о прочих тропках-дорожках и говорить нечего. Впрочем, до этого ещё нескоро, не раз и не два гулять этим сапогам только по дорогому вощёному паркету. Цепь для знаков отличия Ардай, надев было, тут же чуть не снял: одна подвеска – гордиться нечем. Но нельзя без цепи.

Вот через день – гонки, потом смотр. Если не получится заслужить ещё пару подвесок, он просто перестанет себя уважать. Не говоря уж о том, что останется без руха. Отец потом купит, конечно, но это ведь не то.

Будет трудно. Последнее время, летая на Баке, то выжимая из него все силы в гонке на скорость, то выписывая фигуры и пируэты, Ардай каждый раз с радостью убеждался: рух в великолепной форме, просто как никогда. А ведь Бак не какой-нибудь середнячок, отец когда-то себе отличную птицу купил, лучшую из тех, что нашел. В другое время можно бы не волноваться, но сейчас слишком много в Аше приезжих наездников с отличными птицами. Ардай видал некоторых, летая по утрам. Было от чего тревожиться.

Он взглянул последний раз в зеркало и отвернулся. Ничего, сойдет. Блистать и всем нравиться сестре Валенте нужно, не ему.

Валента не подвела. Когда она, полностью готовая, появилась из своей комнаты, все захлопали в ладоши, а Адай – тот даже одобрительно прищёлкнул языком.

Сестру с раннего детства отличал хороший вкус. Её ни за что не заставить было надеть то, что она считала некрасивым или просто лишним. Другая на радостях нацепила бы всё содержимое шкатулки, что Ардай привёз из Варги, а Валента надела лишь несколько украшений, зато каждое казалось совершенно необходимым.

Портнихи постарались, разумеется. Верхнее платье на Валенте тоже было синим, с серебряной каймой – родовые цвета Эстерелов, но шелк платья выбрали светлее и ярче, чем на Ардае, а серебряная кайма кое-где переплеталась с золотой. Синий цвет верхнего платья был разбавлен нежным жемчужно-жёлтым и голубым нижнего, по поясу и вороту петляли, сплетаясь в узор, нити мелких жемчужин. Волосы ей заплели совсем просто – не иначе, сама настояла, разве что в них поблескивали жемчужины и мелкие синие камешки.

Да, сестра была хороша необыкновенно, и на себя обычную совсем не похожа. А Ардай вдруг опять вспомнил Эйду, как та покупала дешевые синие бусы на ярмарке. Бусы из камня, который называется "глаз дракона". Была бы она его официальной невестой, тоже получила бы приглашение на этот бал. Во что бы она оделась, интересно? Наверняка её родня позаботилась бы, чтобы не ударить лицом в грязь. Да какая, в конце концов, разница! Эйда в любой одежде самая красивая. Она действительно самая красивая девушка в Варге, а может, и в Аше, а может, и во всем Приграничье. Вот выйдет за него замуж, тоже будет надевать на праздники синее с серебром платье и те украшения, что хранятся у матери в шкатулке с гербом Эстерелов. Мать их не носит, а Эйда будет, наверное.

А что, если Эйда всё-таки окажется на балу, с другими ученицами школы? Почему они решили, что Сарита непременно запретит? Может, ей довольно того, что Эйда заперта в школе-обители. Это было бы хорошо. Они могли бы поговорить, он объяснил бы…

А что объяснил бы? Про драконыша, которого увидела её матушка? Чтобы перепугать?..

Он что-нибудь придумал бы. Ещё неизвестно, что сказала ей Сарита.

На Валенту надели длинный плащ с капюшоном, тетушка Мизина сама застегнула всё застежки.

– Смотри мне, без баловства, господин имень! – строго сказала она Ардаю. – Не хватало ещё, чтобы девочка прибыла на бал растрепанной.

– Буду лететь тихо-тихо, медленно-медленно, – пообещал Ардай.

Валента прыснула, дядя скептически улыбнулся.

– Да уж постарайся соответствовать моменту. Удаль ещё покажешь, скоро уже. Ну, удачи! – он вздохнул. – Идите уж, чего медлить!

– Да-да, Провидение с вами, мои дорогие, – залепетала тетушка Мизина и прослезилась, словно им предстояло не танцевать и веселиться, а нечто более серьезное.

Руха Ардай приготовил заранее, ещё до того, как пора пришла мыться и одеваться к балу. Вдвоем со слугой они почистили его, смазали душистым бальзамом перья, чтобы блестели, надели праздничные седло и упряжь. Прибытие на бал – довольно долгое представление. Пешком можно не торопясь дойти до дворца за полчаса, но это совершенно невозможно. Никто не поймет. Надо торжественно прилететь на разукрашенном рухе, и не просто прилететь! Сначала придется сделать несколько кругов над площадью, а потом сесть по сигналу распорядителя, который машет флажком каждому наезднику по очереди – это для того, чтобы не было столпотворения. Но даже если рух на тот момент в небе единственный, покружить всё равно придется, такой обычай.

Они с Валентой вдвоем поднялись на башню – ступени узкой лестницы, и так обычно чисто выметенные, сегодня застелили рогожной дорожкой.

Когда оказались на верхней площадке башни, где стоял расфуфыренный Бак, сразу стало ясно, что в бальный зал они попадут нескоро. В небе над площадью кружилось не менее сотни птиц. Те, чьи наездники желали попасть во дворец быстрее, летели ниже, образуя почти правильный круг – их было большинство, остальные парили выше, некоторые и вовсе почти под облаками – на других смотрели и себя показывали.

Валента глянула туда, наверх, и, угадав мысли брата, улыбнулась.

– Мы не торопимся, да? Вся ночь впереди.

Ардай сделал круг над домом – чтобы Валента могла помахать домашним, толпившимся у рушьей башни. И – верх!

Эти обещания лететь тихо и медленно – смешно. Их дают не затем, чтобы выполнять. Благо, что с Валентой этого и не нужно, она не трусиха.

Они поднялись над площадью и принялись наматывать круг за кругом.

– Выбирай, с кем будешь танцевать! – повернув голову, крикнул он Валенте, и она счастливо рассмеялась.

Мимо главного подъезда дворца очень медленно двигалась череда карет, каждая ненадолго останавливалась, выпускала своих хозяев, они шествовали по ковровой дорожке к главной лестнице – все те, кто не летал на рухах. Нарядная толпа заполняла площадь и прилегающие улицы, кое-где уже выступали артисты и музыканты. Немногие из этой толпы смогут попасть собственно на бал – те, кто имеет приглашения, в основном прилетают или приезжают в каретах. Но на площади тоже будут танцы и веселье до утра. Всё внизу казалось маленьким, а вокруг кружили, носились, играли в воздухе нарядные птицы с нарядными наездниками. Видно было, что многие гуляющие стоят, задрав головы, и любуются зрелищем.

Рушьи башни у дворца пестро разукрасили флагами и цветными фонариками, фонарики зажгут, когда стемнеет, на всю ночь. Толстенький человечек в зеленом костюме распорядителя то и дело махал флагом, и какой-нибудь рух из очереди устремлялся к одной из башен…

Но ведь они не торопятся.

Наездник на большом рухе не спеша, по широкой спирали поднимался выше и выше, настолько высоко, что уже привлек внимание. Судя по цветам одежды – один из Горахов.

– Давай и мы так, – попросила Валента.

Атмосфера праздника, всеобщего безудержного куража и веселья подействовала на сестренку – ей тоже захотелось безумств.

– Ты растреплешь волосы! – крикнул Ардай, повернув голову назад.

– Ничего! – тут же отозвалась сестра, – давай!

Он не полетел. Если уж лететь следом, надо подняться не ниже. Это вряд ли удастся хотя бы потому, что на той птице один наездник, а их на Баке двое.

Вот встречный рух приблизился, на нем тоже сидели двое. Передний наездник поприветствовал Ардая поднятой рукой, тот ответил, не сразу сообразив, кто это, в красном с черным. И только когда разлетелись и наездник оглянулся, Ардай его узнал – это Итин, сын именя Клита. Позади него – девушка. Её одежда – зелёная с черным, значит, не сестра, не родная, во всяком случае. Надо всё-таки полистать сборник геральдических знаков в ратуше, чтобы запомнить цвета хотя бы местных семей. Когда-то отец заставлял все их вызубрить, но плохо заставлял…

Отпустив упряжь, Итин сделан знак обеими руками, означающий: вверх и вместе. И тут же Валента крепко ухватила его за пояс, крикнула прямо в ухо:

– Давай!

Ардай не ожидал, что она сразу поймет знак. Что ж, всё правильно – дочь именя! Хотя поняла ли она верно, что предлагает Итин?

– Давай… – твердила Валента.

– Кто из нас разгильдяй, а кто умница?.. – пробормотал Ардай.

Они не раз такое проделывали забавы ради, но не с девчонками же за спиной!

Илин летел рядом, ожидая, и Ардай сделал ответный знак. Они тут же устремились в самый верх птичьего роя – чтобы никто не мешал, там не спеша разлетелись в разные стороны, и стали сближаться, все быстрее и быстрее. Многие из летающих ниже поняли, что сейчас произойдет, и тоже подались в стороны – чтобы лучше видеть. Два руха неслись навстречу друг другу, когда между ними осталось чуть более десяти стетов, Бак издал громкий возмущенный клекот – дескать, с ума сошёл, хозяин?

Ещё мгновение, и он сам уйдет от столкновения. Рухи – птицы разумные и проделывают в небе лишь то, что не превышает их возможности.

Ардай резко откинулся назад и потянул на себя поводья, принуждая птицу устремиться вверх, Итин проделал то же самое одновременно с ним. Теперь они оба летели почти вертикально вверх. Валента громко вскрикнула, девчонка за спиной у Итина вообще завизжала. А Валента… Ардай не сразу понял, что она хохочет.

Это от страха, или ей нравится?

В общем, неважно. Всё, что не касалось руха, Ардай замечал лишь краем сознания. Птицы летели вверх и сближались, большинству зрителей внизу, наверное, казалось, что они сейчас столкнутся, но этого не случится – оба наездника настороже, да и рухи не дураки, слишком не сблизятся….

 

Вот линии подъема пересеклись, Ардай отпустил поводья и толкнул Бака коленом, тот тут же полетел горизонтально, раскинув крылья. Он заслужил отдых. Второй рух парил неподалеку, на той же высоте. Снизу донесся гул – люди на площади хлопаньем и криками благодарили за представление.

Рухи – лучшее из того, что создано Провидением. Никакие больше птицы так летать не могут.

– Как здорово! – услышал он сзади голос сестры. – Почему ты никогда раньше не катал меня так?

Ага, подумал он. Она не догадывается, почему?

– Давай как-нибудь повторим?..

– Ты не растрепала волосы? – бросил он в ответ, поглаживая жесткие перья на шее Бака.

– Смотри! – Валента дернула его за рукав.

Откуда-то со стороны Южных башен в толпу над площадью влетел рух, на котором сидела… женщина. Одна. Это было редкостью, во всяком случае, здесь, в Приграничье – наездница на рухе, без мужчины. Она уверенно управляла птицей, кружа, поднималась выше и быстро оказалась в самом верху роя, над Ардаем и Илином.

Многие, должно быть, сейчас размышляли – кто это? Её широкий, с капюшоном плащ – жемчужно-серый, с темно-серой каймой по низу, Ардай решительно не помнил, чьи это цвета. Но она точно не здешняя. Впрочем, об этом можно было бы догадаться, и не видя её одежды – такую наездницу Ардай точно не забыл бы, встреть он её раньше хоть раз. Она чья-нибудь гостья, а может, приехала из столицы.

Вдруг незнакомка что-то уронила, большой шелковый платок, ветер охотно подхватил его и понес, и тут же некоторые наездники изменили направление, с явным намерением поймать вещицу. Но сделать это пришлось Ардаю, именно так рассудил бродяга-ветер – он бросил платок ему прямо в лицо. Ардай успел схватить невесомую скользкую ткань, и Бак резко нырнул вниз, уворачиваясь, потому что прямо на него неслось несколько птиц, которые спустя мгновения с клекотом разлетелись в стороны.

Первым порывом было подняться к наезднице и вернуть платок, и заодно и разглядеть её получше. Помешала Валента – она больно вцепилась ему в бока где-то под жилетом и прокричала в ухо:

– Не вздумай!

И когда он невольно послушался и направил птицу в сторону, ехидно пояснила:

– Ты, брат, из дикого леса, да, ничего не понимаешь? На балу отдашь. Она же нарочно бросила платок! Теперь ты можешь позвать её на любой танец, и она пойдет, даже если уже приглашена!

Ардай почувствовал, что щеки стали горячими. Да уж, чуть не облажался, потешались бы над ним потом! Из леса, не из леса, но когда это он интересовался… ну, вот всеми этими штучками и выкрутасами!

– Не хочешь тоже бросить?.. – небрежно спросил он сестру.

– Вот ещё, очень нужно!..

Платок был такой же жемчужно-серый, с темно-серой каймой, как и плащ незнакомки. Ардай обмотал его вокруг запястья, чтобы не потерять. Значит, пригласить на любой танец, вернуть… Ладно, это даже забавно.

Тут Ардай заметил птицу, которая быстро поднималась. Большой рух летел почти вертикально, голубой с синим плащ столичного гвардейца, отброшенный назад, вился за плечами наездника. Он пролетел мимо, так близко, что Ардай легко рассмотрел лицо – парень был его ровесником или около того.

Рух гвардейца, не прекращая движения вверх, вдруг откинулся назад, и полетел дальше горизонтально и вниз, то есть, описал окружность спиной вперед. Петля, сделанная назад! Такой трюк Ардай видел впервые.

Гвардеец легко вышел из петли, полетел, слегка планируя. У него это получалось именно легко, как будто без усилий. Снизу донесся одобрительный гул толпы.

Ардай ничего не чувствовал, ему казалось, даже не дышал. Вот так трюк! Если итчане будут проделывать это на смотре, у них не будет конкурентов. Ардай такое делать не умел, да и никто здесь не умел. Отец когда-то объяснял, что посылать руха затылком вперед нельзя, рухи так не летают. Птица может потерять ориентацию, обезуметь и даже рухнуть. Ардай помнил это правило и всегда ему следовал. Рухи не летают затылком вперед! А, оказывается, летают. Это эффектный трюк, который принесет победу… кому-нибудь другому.

Он враз почувствовал усталость и опустошение, и вкус крови во рту – что за незадача, прокусил себе губу и не заметил. Вкус рухнувшей надежды.

Бал… Что ж, бал так бал.

И он полетел вниз, туда, где кружила очередь…

Они оказались во дворце, когда до открытия бала осталось несколько минут. Распорядитель громко выкрикнул их имена, и сине-серебряный флажок Эстерелов скользнул по тонкому шнуру вверх, под потолок, и присоединился к множеству поднятых флажков.

Ардай не ожидал, что их появление будет замечено, несмотря на флаг и громкое объявление – это было обычно, а в зале, помимо музыки, которая то прерывалась, то начиналась опять, ещё звучал ровный нестройный гул – люди прохаживались, разговаривали, разыскивали знакомых, собирались группами. В глазах рябило от ярких нарядов, от блеска старинных фамильных драгоценностей. Сюда никто не решился бы надеть камни, купленные по случаю на ярмарке. И, конечно, на вновь входящих почти не обращали внимания.

Их заметили. На них смотрели, улыбались, приветствовали издали, некоторые подходили поздороваться. Валента была удивлена и счастлива. Но ведь она впервые на таком балу, она не знает, как бывает всегда. Вообразила, что тут все расточают друг другу улыбки и приветствия?

Ардай предпочел бы обойтись без этого внимания. Он ведь понимал, в чём причина. Его считают чуть ли не отважным героем, после того случая с зельем. А он не чувствовал себя героем, скорее уж – дураком, которому повезло. Конечно, повезло, всё замечательно вышло – он не попал в лапы Каюбу, сохранил при себе свои секреты и кое-что узнал. Но он был бы рад, если бы о нём уже забыли.

И предстоит смотр, на котором придётся проиграть…

Они присоединились к семье именя Герена, одного из друзей отца, и только успели поздороваться, только Валента и лира Геренна обменялись положенными вежливостями, как музыка стихла, гул смолк, вышел наместник при всех регалиях, и, стукнув в пол отделанной серебром тростью, объявил о начале бала.

Сейчас он скажет короткую речь, сдобренную давно известными шутками, затем выберет даму для первого танца и пройдет с ней круг в медленном чинном фарроте, потом остальные кавалеры разберут дам и бал помчится своим чередом, а сам наместник будет сидеть в углу и наблюдать за действом. Во всяком случае, в прошлом году, на празднике по случаю Осенней охоты, где Ардай был с отцом, всё получилось примерно так. Отец говорил, что всегда бывает одно и то же. Это Валента в первый раз на большом балу. Но при этом она знает, что следует и чего не следует делать с брошенным дамой платком…

Речь наместника Ардай не слушал. Он поискал глазами женщину в сером и не нашёл. Занятно было бы заранее на неё взглянуть, какая она? Зато он увидел в дальнем углу зала группу девушек в одинаковых платьях, а рядом с ними трех пожилых дам, тоже на первый взгляд одинаковых. Понятно, что это воспитанницы школы при Обители в сопровождении своих надзирательниц. Эйду он пока не заметил, но она могла находиться и за спинами своих товарок. Решено, если Эйды нет, одну из этих одетых в розовое с белым девчонок он пригласит на танец и расспросит. И как Сарита не учла, что уж это ему никто не запретит?

Он спохватился, когда увидел, что по залу внутри широкого круга идет приезжий испектор, не спеша, с легкой улыбкой, и вокруг – тишина, ни шороха. Правильно, праздник ведь в его честь, так что он, почётный гость, а не наместник, будет танцевать первый танец и теперь выбирает себе даму.

Ардай не без удивления отметил, что инспектор молод. Тогда, издали, он показался Ардаю мужчиной средних лет, но нет, ему лет двадцать пять самое большее. Волосы вот у него почему-то с густой проседью – в этом, должно быть, дело.

Возле них инспектор остановился. На Ардая даже не взглянул, смотрел мимо, словно не узнал. Мимо – на Валенту. И вдруг шагнул к ней и протянул руку. Лира Геренна всплеснула руками и обняла за плечи девушку, которая стояла неподвижно и непонимающе смотрела на протянутую руку…

Валента опомнилась, тоже подала руку инспектору, тот поклонился жене именя, приняв её за опекуншу девушки. И сразу грянула музыка.

Фаррот – медленный, тягучий, но весьма сложный танец, легко сбиться в чередовании фигур. Наверное, не слишком весело танцевать его посреди пустого зала, к тому же любую оплошность заметят все. Заметят и не простят, потому что каждая девушка или молодая женщина в глубине души мечтает об этой чести – открыть бал. Ардай запоздало подумал: а если это тоже способ посмеяться над здешними именями, дочки которых не умеют правильно танцевать? Поэтому он и пригласил такую молоденькую, да ещё понял по одежде, что она – Эстерелла, сестра того наглеца, что пару дней назад выставил его в неприглядном свете перед городом. Ардай не знал пока, что сделает, если инспектор допустит что-то… такое, испортит сестре её первый бал. Но что он этого так не оставит, это точно…

Он не спускал напряженного взгляда с танцующей пары. Но всё было в полном порядке. Валента знать не знала о его опасениях. Она отдалась музыке и танцу, ни разу не сбилась, они со столичным щеголем двигались легко и слаженно, как будто танцевали вместе в сто первый раз, а не в первый. Они, кажется, даже разговаривали, Валента то и дело улыбалась.

– Как замечательно – твоя сестра открывает бал! – шепнула Ардаю лира Геренна. – Жаль, что ваша мать не смогла приехать. Это ведь первый бал у девочки, да?

Ардай кивнул. Неужели всё в порядке?..

Музыка смолкла, инспектор церемонно поклонился Валенте. И Ардай облегченно вздохнул. Нет, он зря, конечно, вообразил себе невесть чего…

Толпа в зале перемешалась – теперь кавалеры приглашали дам, через несколько минут начнется общий фаррот. К сестре Ардай даже не успел приблизиться – её пригласил какой-то местный имень, она счастливо улыбнулась брату из-за его плеча. Что ж, замечательно. И он направился туда, где бело-розовой стайкой толпились девушки из Обители.

Ни одной такой бело-розовой пока не было в длинной шеренге готовых к танцу пар. Ардай ещё раз пробежал взглядом по лицам девушек, надеясь найти среди них одно, лишь одно лицо, но нет – Эйда не приехала на бал.

Он отмахнул поклон в сторону ближайшей сестры-отшельницы и чуть не пригласил было крайнюю воспитанницу, но передумал: у той взгляд был – брр… Точь-в-точь как у её добрейшей наставницы. Можно представить, как они поговорят! Он прошел ещё пару шагов и выбрал симпатичную темноволосую девушку с весёлыми глазами. Эта подойдет.

Поначалу он старательно следил за фигурами танца, считал про себя шаги и повороты, чтобы не ошибиться – не так уж часто Ардаю Эстерелу приходилось танцевать. Если честно, то совсем редко. Лишь несколько освоившись, он осторожно начал:

– Ты замечательно танцуешь.

– О, благодарю! Ты тоже, – охотно откликнулась девушка.

– Я не люблю танцевать. Разве только с такой, как ты…

– Правда?

– Конечно. Тебе нравится в Обители отшельниц?

– О да! Там веселее, чем дома.

Ардай, услышав такое, чуть не споткнулся. Значит, в этом месте кому-то даже бывает весело?

– Туда недавно поступила подруга моей сестры. Эйда Рикка, знаешь такую?

– Разумеется. Она подруга твоей сестры?..

– Ну да. Почему же её тогда тут нет?

– О, не могу сказать, не знаю. Но она не наказана. Должно быть, по другой причине.

– Ей тоже у вас весело?

– Она не жаловалась!

Ага, так я и поверил – подумал Ардай. Чтобы Эйде нравилось быть запертой в этом «курятнике» и носить одинаковую одежку?

– Что ж, рад за неё. Я пришлю к тебе сестру, хорошо? Если она передаст Эйде записку, ты будешь не против?

– Конечно, сколько угодно, – легко согласилась девушка.

Она просто сокровище.

– Наверное, Эйде не нужно на бал, потому что она выходит замуж? – предположило «сокровище», приближаясь к нему во время очередной фигуры. – Я хочу сказать, что, может быть, её жених возражает?

Ба-бах! Музыка словно ударила Ардая в уши. Замуж?.. Жених? Да откуда он взялся?..

– А разве она выходит замуж? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал небрежно.

Громкая музыка и необходимость двигаться выручали, помогая скрыть волнение.

– Да, выходит. Помолвка, правда, ещё не объявлена, но скоро приедет её жених, тогда и объявят. Он старый, но очень богатый. Какой-то родственник.

Это походило на правду. Эйда упоминала, что престарелый троюродный кузен не прочь к ней посвататься. Значит, вот как! Сарита решила окончательно обезопасить Эйду от него, выдав замуж за богатого родича, который давно «не прочь».

 

– Странно, – бросил он. – Я ведь слышал… А, ладно, не важно, – он отстранился, медленно обходя девушку по кругу, чего требовал танец – раз, два, три, четыре… семь тактов, семь шагов.

Рыбка проглотила наживку.

– Что ты слышал? – спросила девушка, едва снова оказалась рядом.

Она любопытная, и, может быть, любит сплетничать. То, что надо.

– Я слышал, у неё вроде был другой жених. Не старик.

– Да, был, Эйда говорила. Но он отказался от неё. Даже письменно, ты только представь!

Задушить бы эту Сариту, она того заслуживает. Вот уж кто – сумасшедшая лесная ведьма!

– А я другое слышал, – сказал Ардай. – Тот парень ни при чем. Это её мать потребовала письменный отказ.

Снова они разошлись, потом опять сошлись…

Девушка изумилась:

– Но почему?!

– Говорили, что ей что-то гадалка нагадала, – нашёлся он, пожимая плечами и изображая полную непричастность. – Только тот парень вряд ли от неё не отступится. Так что ещё вопрос, выйдет ли она за старика!

– О, надо же! – глаза девушки ярко заблестели.

Да, вот именно – подумал Ардай. Расскажи это в школе. Расскажи Эйде. Это же такая глупость – поверить, что он мог подписать отказ от неё.

– Ладно, неважно, – сказал он. – Ты лучше никому не говори.

– Разумеется!

Если он хоть что-нибудь понимает в девчонках, то первое, что она сделает, вернувшись в эту свою школу – побежит рассказывать Эйде.

– Моя сестра точно захочет поболтать с тобой. А потом ты не против станцевать со мной ещё один танец? – предложил он.

Перед этой девушкой он по меньшей мере в долгу. И явно танцевать ей больше нравится, чем стоять под стенкой. Только не фаррот, больше ни в коем случае, надоело считать шаги…

– О, да, конечно! – с готовностью откликнулась она.

Он обрадовался, когда музыка стала стихать. Хотелось подумать, как быть, но вряд ли здесь это удастся. Проблема свалилась нежданно, и надо было её решать. Когда о помолвке объявят, всё станет сложнее.

Едва он отвел воспитанницу отшельниц на место, как появилась Валента, повисла на его локте, весело заявила:

– А я видела твою даму, ту наездницу. Она, оказывается, вдова.

– Что?..

– Брат, ты оглох? Я говорю, твоя прекрасная дама – вдова.

Сестра из нудного фаррота вынырнула румяной и довольной.

– Не слишком хоть престарелая?..

– Вовсе нет, – Валента прыснула. – Молодая и симпатичная. Не бойся.

– Ага, погибаю от страха…

– С кем ты танцевал?

– Понятия не имею.

– То есть?! – удивилась Валента.

Здесь все были одеты в семейные цвета и имели при себе множество вещей с гербами – как раз затем, чтобы было понятно, кто они такие. Не все в этом зале были именями, но побрякушки с гербами или какими ни на есть семейными эмблемами были у всех. Кроме девушек из обители. Ардай лишь теперь запоздало удивился, что на его недавней партнерше не было никаких украшений, кроме ленты с жемчужиной на шее. Видно, в их школе так принято.

Кто-то рядом кашлянул, Ардай обернулся и невольно вздрогнул – возле них стоял маг Каюб. Он улыбался, но его глаза! О Провидение, как можно улыбаться, сохраняя глаза такими прохладными и бесстрастными? В руках маг держал маленькую книгу в обложке с серебряным тиснением – не самая, кажется, нужная вещь на бале.

– Я вижу, Эстерел, моё зелье не повредило твоему здоровью? – осведомился маг. – Искренне рад. Но всё равно в следующий раз не пей больше положенного, – маг перевел взгляд на Валенту. – Рад познакомиться с тобой, дочь именя. На месте твоего отца я бы гордился такой дочерью.

Заметно побледневшая Валента поклонилась, а Ардай, спохватившись, сказал:

– Прошу прощения. Господин Каюб, это моя сестра Валента Эстерелла. Валента, это императорский маг Каюб…

– …давний знакомец вашего отца и дяди. Скажу больше: одно время мы с ними были добрыми друзьями. Валента… Какое красивое, редкое имя.

– Разве редкое? – поддержал разговор Ардай. – Может быть, я просто к нему привык.

– Да-да, чрезвычайно редкое. Но я слышал, что в некоторых весьма знатных семьях это имя дают женщинам из поколения в поколение. Это очень древние и почтенные семьи, да. Только живут они по ту сторону границы, в Содде.

– В Содде? – Ардай переглянулся с Валентой. – Но где эта страна, господин маг?

– Ты не знаешь? – удивился маг. – Почему-то у нас не принято использовать это название. Но так горные колдуны называют свою страну. Ту самую страну, окраины которой ты не раз наблюдал со спины своего руха, молодой имень. Ничего удивительного, здесь, в Приграничье, не только имена горных колдунов кажутся обыденными, но и многое другое, принесенное оттуда. Что ж, желаю вам славно повеселиться, молодые люди, – он развернулся и ушел, не дав возможности брату и сестре как-то ответить на его пожелание.

– Это про него дядя говорил, что они не друзья? – тихонько спросила Валента.

– Вот именно…

Некто, жаждущий пригласить Валенту на очередной танец, уже маячил рядом. Танец начнется вот-вот. Где же эта девочка из обители? И надо на этот раз хоть имя у неё спросить, что ли. Она ведь не ведьма, у неё можно имя спрашивать…

Ардай подумал так и досадливо поморщился. Это что ещё за ерунда лезет в голову? Вспомнилась Шала, босая и простоволосая, как она огорчилась, когда он нечаянно придавил жука. Здесь, в этом зале, она смотрелась бы занятно.

Раздались первые аккорды гайса, простого и быстрого танца, который всегда следовал за фарротом – наверное, затем, чтобы гости не умерли от скуки в самом начале бала. А недавняя партнерша Ардая уже стояла в паре с Горатом, который насмешливо ему улыбнулся – не зевай, дескать. Ну и ладно. Не очень хотелось.

Он вышел из круга, огляделся, вспоминая. Вот под этой аркой – лестница, ведущая наверх, на балкон. Там накрывают столы с напитками, а это было бы кстати сейчас – в горле пересохло.

Поднявшись по лестнице, он толкнул первую же дверь, которая со скрипом открылась. В полутёмной комнате стоял стол, накрытый парчовой скатертью, совершенно бесполезный сейчас – кроме письменного прибора, стопки бумаги в кожаном чехле и огромной толстой книги, на нём не было ничего. Ардай недоуменно огляделся.

Он ошибся дверью, это ясно. В прошлый раз… Да, точно, именно эта, первая дверь была заперта. Можно бы сразу и уйти, но он задержался.

Комната была квадратная, всю противоположную двери стену закрывала тяжелая бархатная портьера, две боковые стены сплошь покрывала разноцветная мозаика. За портьерой – бальный зал, почти вся стена открыта, и перила, как на балконе, поэтому музыка прекрасно слышна, как будто и не уходил из зала. А свет – только тот, что падает из открытой двери. На одной из стен – изображение летящего дракона, дракон – ярко-зеленый, словно светящийся изнутри, фон – тёмно-синий. Неудивительно, изображений драконов по всему дворцу полно. И в ратуше их тоже немало. Эти здания, наверное, ещё из построенных колдунами.

На другой стене, как раз над столом – не рисунок, а какой-то текст. Ардай подошел ближе.

«Всякий идущий на этот подвиг готов к поражению и его неминуемым последствиям, не станет скорбеть о потере жизни и свободы».

Под этим тоже были буквы, но мелкие, не разглядеть.

Что за ерунда? Скорбеть о потере собственной жизни и так никто не станет, скорбят лишь оставшиеся в живых. Смириться с потерей свободы? Невозможное дело. Никто не станет с этим смиряться, несмотря ни на какую готовность.

– Сегодня-то что тебя сюда привело, Эстерел? – насмешливо спросил знакомый голос.

Ардай чуть не подскочил от неожиданности: возле стола сидел маг Каюб. Этот угол оставался тёмным, и Ардай, хоть и находился в паре шагов, разглядел лишь фигуру на стуле, но голос мага ни с каким другим не перепутаешь. Зачем он тут?..

– Я пришел отдохнуть, заодно взять кое-что из шкафа, – пояснил маг, и в голосе его, кажется, даже проскользнули добродушные нотки. – Я, знаешь ли, быстро устаю от яркого света и от шума. Шума, правда, и здесь достаточно, но хотя бы света нет.

Он показал рукой на шкаф в углу, совсем небольшой, Ардай поначалу и внимания на него не обратил.

– Тут хранятся кое-какие раритеты, которых нет даже в библиотеке при вашей ратуше. Кстати, в Императорской библиотеке в Ите их тоже нет. Но теперь я позабочусь, чтобы с них сделали списки. Это ведь смешно, Эстерел? Бесценные тексты, интересные людям магической науки, пылятся тут ради последнего вразумления молодых людей, которым уже не требуются вразумления. Наместник сказал, что здесь это никого не интересует. Но я вижу, что интересует, оказывается. Например, тебя.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49 
Рейтинг@Mail.ru