Выйти замуж за старпома

Наталия Полянская
Выйти замуж за старпома

Глава 3

За ночь чемодан легче не стал, поэтому по перрону Московского вокзала Лиза передвигалась мелкими перебежками: доверить свой бесценный багаж подозрительным личностям с нашивками «Носильщик» на не очень чистых робах она не решилась. Таксисты на площади доверия тоже не внушали, но пришлось воспользоваться их услугами – добраться пешком до порта казалось абсолютно невозможным.

Питер встретил Лизоньку необычным для него ярким солнышком, несмотря на раннее утро ощутимо припекало. Доставшееся девушке такси оказалось раритетной колымагой, звенящей всеми запчастями, ни о каком кондиционере и речи не было. Кошмар! Таксист, к слову, проявил себя как камикадзе чистой воды: машинка летела с явным превышением скорости, причем, водитель успевал лихо крутить руль, без умолку разговаривать с пассажиркой и слушать безбожно хрипящее радио. Лиза побелевшими пальцами вцепилась в несессер и не отвечала на многочисленные вопросы безумца-таксиста.

Отец ее с того света достанет, если задуманное им путешествие оборвется из-за встречи с каким-нибудь столбом на Невском. А такой исход представлялся весьма вероятным, принимая во внимание маневры такси.

Каким-то чудом удалось добраться до порта целой и невредимой. Лиза выбралась из продавленного кресла чуда советского автомобилестроения и, не торгуясь, рассчиталась с водителем-самоубийцей. Теперь перед ней стояла очередная проблема: как найти в этом безумном хороводе портовой жизни «Лахесис»? Никто не обращал на девушку ни малейшего внимания: сосредоточенные мужчины бодро пробегали мимо, озабоченные, видимо, мировыми проблемами, маленькие машинки катались по сложным траекториям… Вдали четкими силуэтами на фоне неба выделялись стрелы подъемных кранов, огромные туши грузовых судов. Как в этом хаосе можно отыскать маленький парусник?

«Спроси у кого-нибудь». Сейчас.

– Извините… – мужчина пробежал мимо, даже не повернув в ее сторону головы.

– Скажите, пожалуйста…

– Пожалуйста, – ответил парень в спецовке и поспешил дальше.

– Вы мне не подскажете?..

– Справка в здании администрации.

Господи, хоть кто-то сказал что-то осмысленное. Здание администрации. Лиза попыталась определить по внешнему виду, какое из расположенных поблизости зданий – администрация. Решила, что самое красивое, и не ошиблась. Войдя в холл, девушка вздохнула с облегчением: здесь работал кондиционер, и виднелось окошечко с вывеской «Справка».

За окошком оказалась милая девушка, которая, выслушав Лизоньку, пощелкала немного клавишами компьютера и высказалась крайне непонятно:

– «Лахесис»: парусник, флаг – Россия, порт приписки – Санкт-Петербург, класс – клипер, владелец – Данилов, пятнадцатый причал.

Через минуту Лиза отважилась повторить вопрос, но в ответ услышала лишь туже самую фразу, слово в слово. Пароль, не иначе. С ненавистью посмотрев на свой багаж, девушка вышла на улицу и попыталась восстановить в памяти полученный пароль, но припомнила только самый конец: пятнадцатый причал.

Все мытарства сегодняшнего утра настолько утомили Лизоньку, что она даже немного подрастеряла вежливость, впитанную с молоком матери. Девушка поправила очки и решительно ухватила за рукав первого встречного:

– Пятнадцатый причал! – взмолилась она.

– Направо за таможенным терминалом, потом все время прямо. – Вполне удобоваримый ответ, как это ни странно.

– Спасибо большое!

На благодарность человек внимания не обратил, осторожно вытащил рукав из вцепившихся в ткань мертвой хваткой пальцев девушки и сосредоточенно двинулся в неизвестном направлении.

Уже схватившись за ручку чемодана, Лиза поняла, что забыла спросить о местонахождении этого самого таможенного терминала. Господи, она еще никуда не уплыла, а уже столько трудностей! Может, если она сейчас пожалуется папе, то он не станет отправлять ее в это безнадежное путешествие? Нет, стоит только пожаловаться сейчас – и отец никогда больше не поверит в нее…

Если бы Петр Данилов мог увидеть сейчас Лизу, то он, несомненно, узнал бы то выражение, что появилось на лице его единственной дочери – он узнал бы себя: упорство, решимость идти до конца, какие бы препятствия ни вставали на пути.

Решив, что детищу итальянской галантерейной промышленности не повредит небольшое соприкосновение с портовым асфальтом, Лиза потащила чемодан за собой за длинную ручку. Девушка здраво рассудила, что причалы должны быть на берегу, и направилась в сторону моря. Минут через десять она увидела огромный ангар с надписью «Custom» – желтыми трехметровыми буквами.

Помянув добрым словом несомненно благосклонные к ней высшие силы, Лизонька повернула направо. Названия первых десяти кораблей она прочитала внимательно, потом пришла к умозаключению, что ни танкером, ни океанским лайнером «Лахесис» быть не может, и принялась выискивать хоть что-то напоминающее парусник, изображенный на картинке в «Алых парусах» Грина. Паруса, надутые ветром, и Грей за штурвалом… Нет, Грея там не будет. Там будут суровые и грубые морские волки. Одноглазые, а некоторые – и одноногие. «С попугаем».

Боже, о чем она думает? Попугаи, команда инвалидов второй группы с частичной потерей трудоспособности… И она в роли капитана: широту от долготы не отличает, галсы с швартовыми путает, боцмана и лоцмана считает братьями-близнецами. Чудесно.

Погруженная в свои невеселые мысли, Лиза и не заметила, как добрела до относительно малолюдной части порта: здесь было почти пустынно, зато у причалов стояли исключительно дорогие частные яхты. Если бы папа отправил ее капитаном на такой вот яхте… Или на вот такой… Тогда путешествие стало бы достаточно комфортным и даже привлекательным. Еще раз тяжело вздохнув при мысли о своей незавидной доле, Лизонька двинулась дальше.

Уже почти полдень, солнце начинало припекать все сильней, а багаж становился все тяжелей. Пятнадцатого причала не наблюдалось, как и клипера. Обойдя очередную кучу веревок непонятного назначения и потрясающей воображение толщины, Лизонька замерла: парусник предстал перед ней во все красе. Тонкие мачты, идеальные пропорции корпуса, золотая фигура Лахесис, Вынимающей Жребий – одной из трех мойр, богинь судьбы… Вот только трапа почему-то не видно.

Мысли шевелились еле-еле – из-за жары, видимо, – поэтому Лиза не сразу сообразила, что стоит обойти парусник с другой стороны, и трап обнаружится. Всего пару раз споткнувшись о какие-то железные штуки, девушка обогнула корабль и вышла на пирс. Оказалось, что с этой стороны «Лахесис» привязана толстым канатом к невероятных размеров гвоздю, вбитому в бетон, – или как это называется по-морскому? И трап тоже тут был, но его Лиза заметила не сразу, потому что на этом самом гвозде сидел самый натуральный шотландец в килте.

Клетчатая юбка в складочку смотрелась весьма легкомысленно на этом седеющем мужчине за пятьдесят – особенно в комплекте с белыми гольфами и тяжелыми ботинками, не говоря уже о тельняшке с закатанными рукавами. «Горец» курил длинную трубку и напевал что-то на непонятном языке, вероятно, на гэльском.

– Галлюцинация. От жары, наверное, – констатировала Лиза, уронив со стуком чемодан.

Шотландец выпустил очередное колечко дыма и обратил внимание на девушку. Зрелище, надо сказать, было незабываемое: растрепанные волосы, сползшие на кончик носа очки, дрожащие коленки и покрытый пылью чемодан невероятных размеров.

– Извините, вы не подскажете – это «Лахесис»? – отдышавшись, срывающимся голоском спросила Лиза.

– «Лахесис», – подтвердил «горец» и вопросительно уставился на девушку.

– Вы знаете… Я не знаю, с чего начать…

– С начала, – мужчина, кажется, потерял к ней всякий интерес и снова принялся выпускать колечки дыма.

– И сказал Он: «Да будет свет!» – и стал свет… – Единственным спасением в абсурдных и неловких ситуациях для Лизоньки всегда был юмор.

– О! – шотландец рассмеялся и даже опустил трубку. – Это начало я знаю. С другого начала. Давайте познакомимся.

Говорил по-русски мужчина очень чисто, но что-то неуловимое выдавало в нем иностранца.

– Ян МакКеллен, боцман «Лахесис».

– Лиза Данилова. И я, видимо… – Девушка робко взглянула на странного шотландца, оказавшегося боцманом ее корабля.

Боцман… Ноги и глаза, кажется, у него на месте. Может, все не так уж плохо? Да и попугаев не видно. И Ян МакКеллен звучит гораздо лучше, чем Джон Сильвер…

Окончательно смутившись, Лиза нашла в несессере пухлый конверт с надписью красным маркером «Боцману», полученный у секретарши отца, – документы, подтверждающие ее капитанство и соответствующие распоряжения команде.

– В общем, наверное, я теперь ваш капитан. – Лиза протянула конверт МакКеллену. «Стоит ли мне величать его мистером?»

– Дочка хозяина? Капитан? Старикан, видимо, совсем умом тронулся, – пробурчал боцман, но вскрыл конверт.

Поняв, что ждать придется долго – уж очень толстым был этот самый пакет, – Лиза присела на чемодан. Этот человек назвал ее отца стариканом – и вообще отозвался о нем в весьма вольной манере… Лиза знала, что отец проводил свои отпуска на море, но что между ним и командой существовали такие отношения? Это совершенно не укладывалось в голове.

Если боцман на «Лахесис» – шотландец, то какие сюрпризы еще ее ожидают? Первый помощник – чукча? Представив моряка в унтах и оленьих шкурах, Лиза улыбнулась. В первом же порту их корабль назовут «Сумасшедший клипер». «Если мы вообще куда-нибудь доплывем, с таким капитаном».

Усталая, она не заметила, как задремала: в поезде спалось плохо, солнышко пригревало… Очнулась Лизонька от прикосновения к плечу:

– Госпожа капитан, добро пожаловать на «Лахесис». – Мистер МакКеллен вытянулся во фрунт, даже берет с кокардой надел.

– О! – Лиза заморгала, пытаясь стряхнуть дрему. – Да, конечно.

Чемодан боцман благородно взял на себя. Поднимаясь на борт по тонкой дощечке, гордо поименованной боцманом трапом, девушка слышала, как за ее спиной мистер МакКеллен весьма критически оценил умственные способности ее отца. Может, он прав? Как, если не сумасшествием, можно назвать всю эту затею с путешествием под парусом?

 

– Я провожу вас в вашу каюту. То есть, в каюту капитана.

Лиза пробиралась по палубе вслед за боцманом, обходя всякие странные штуки. Господи, как здесь ходят люди. Матросы, например. Кстати…

– Извините, скажите, пожалуйста, где вся команда? И сколько их вообще?

– Экипаж «Лахесис» – двадцать восемь человек. Сейчас команда состоит из двадцати матросов, боцмана, кока, двух лейтенантов, связиста и судового врача. Обязанности капитана исполнял я, – бодро отрапортовал Ян. – В настоящий момент все находятся на берегу в увольнительной, но вернутся на борт к четвертой склянке пятой вахты.

Лиза вопросительно взглянула на боцмана, но переспросить не решилась.

– К восемнадцати ноль-ноль, – снизошел МакКеллен, насладившись ее замешательством.

Боцман распахнул перед Лизой двери каюты: маленькая комнатка с узкой кроватью, но на полу лежал узбекский ковер, стены обшиты дорогими деревянными панелями, мягкий свет лился из большого окна… «Иллюминатора», – поправила сама себя девушка. Кроме кровати, в каюте был письменный стол с удобным креслом, встроенный шкаф, полки с книгами – на них Лизонька обнаружила свободное место для привезенной с собой небольшой библиотеки, – дверь в углу вела в крошечный санузел. Слава Богу, что хоть такой, но отдельный: не придется стоять в очереди с матросами. Хотя, ее, как капитана, должны бы пропустить без очереди.

Закончив осмотр, Лиза обратилась к боцману:

– Мистер МакКеллен…

– Боцман МакКеллен, капитан.

– Б-боцман МакКеллен, что мне делать дальше?

– Приказы здесь отдаете вы. Я немедленно сделаю запись в журнале о передаче командования. – Шотландец внимательно посмотрел на Лизоньку и замер, ожидая распоряжений.

Вот оно, началось. Приказывать, причем в той области, в которой она совсем не разбирается. Кошмар!

– Э-э-э… Боцман, мистер МакКеллен… Пожалуйста…

«Горец» молчал, как истукан, продолжая сверлить ее насмешливыми черными глазами.

– Папа сказал, что первый порт, куда мы должны зайти – Амстердам, – прошептала одними губами Лиза. – Как только вернется команда, мы отплываем в Амстердам! – стараясь, чтобы голос звучал решительно, громко заявила девушка. – Командование до завтра доверяю вам, – уже почти шепотом закончила она.

– Есть, капитан! Какие еще будут приказания, капитан? – гаркнул боцман.

Лизонька подпрыгнула от неожиданности.

– Н-никаких. Можно, я останусь до утра в каюте, мистер МакКеллен?

– Боцман МакКеллен. Вы вольны делать все, что угодно. Разрешите идти?

– Пожалуйста, конечно, идите.

Шотландец вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Лизонька без сил рухнула на кровать и расплакалась. Этот человек совсем не склонен принимать ее всерьез, этот боцман просто смеялся над ней. Какой ужас, Господи, какой ужас!

Наплакавшись вволю, Лиза незаметно уснула и не слышала суеты отплытия, не почувствовала, как заскрипели мачты, когда распустили паруса, не видела, как стремительной птицей пролетел клипер по лунной дорожке, стелившейся по свинцовым волнам Финского залива.

Огни Питера скрылись за горизонтом.

Глава 4

Пробуждение оказалось приятным: ласковый луч солнца пробрался сквозь бамбуковые жалюзи, закрывавшие окно; пахло морем и живым деревом. Сладко потянувшись, Лиза, не открывая глаз, нашарила на тумбочке очки. Как она замечательно выспалась!

Но, стоило открыть глаза, как хорошее настроение махнуло хвостиком: это капитанская каюта «Лахесис», и за этой дубовой дверью ее ожидают одноглазые попугаи и говорящие боцманы… Или наоборот? Лиза была законченной «совой», поэтому стройность мыслей просыпалась не вместе с ней, а где-то в районе второй чашки кофе. Интересно, а как на корабле можно заполучить этот самый кофе?

Завершив ритуал утреннего воскрешения в рекордные для себя сроки – примерно за час, – Лизонька отважилась высунуть нос из каюты. Кают-компания. Офицерская, наверное. Никого. Не успела девушка сделать и пары робких шагов, как дверь соседней каюты распахнулась… Лиза тихо взвизгнула и попыталась спрятаться за спинку кресла. Пока она спала, корабль, видимо, захватили чеченские террористы.

Личность, едва не припечатавшая девушку дверью по лбу, выглядела неописуемо: роста и ширины в ней, личности, было поровну. Нет, этот человек не был низким или толстым, просто высокий рост дополнялся поистине чудовищной комплекцией. Косая сажень в плечах – это мелко. И гималайский медведь – тоже. Вся эта «красота» была, почему-то облачена в белую пижаму. Размеры – не самое страшное, гораздо страшней – лицо: густые черные волосы, брежневские брови, жгучие глаза и лихо закрученные усы.

– Вах! Зачэм визжать? Зачем за крэсло прятаться? Абижаешь! – Чудовище говорило с заметным горским акцентом.

– И-извините, – пискнула Лизонька, но из-за кресла не вышла.

– Прости и ты, красавица, если напугал. – Подозрительная личность примирительно протянула руку. – Гиви Члаидзе. Кок и стюард «Лахесис».

– Л-лиза, – прошептала девушка, робко касаясь протянутой ладони, больше похожей на поднос. – Елизавета Данилова.

– Дочь Петрова? – вопросил Гиви.

– Да, Петрова, в смысле, Елизавета Петровна. – Лизонька окончательно смутилась. Сейчас обязательно придется заявлять о своем капитанстве.

Кок порылся в кармане своей белой пижамы и извлек какую-то тряпочку; тщательно расправил и водрузил на голову. Теперь стало понятно, что белая пижама – великолепный наряд шеф-повара, потому как тряпочка – это колпак.

– Рад приветствовать вас на борту «Лахесис», капитан! – От богатырского баса даже кресла подпрыгнули – Лиза же испуганно присела.

– Я тоже необычайно рада знакомству. – Вежливость из Лизоньки одним громовым голосом не выгонишь.

Девушка покосилась на дверь своей каюты: может, стоит ретироваться? Сделав пару шагов по направлению к заветной двери, Лиза поняла, что Гиви совершенно никак не реагирует на ее странные маневры – замер столбом и только глаза еще больше выкатывает. Что это с ним? «Он ждет твоих дальнейших распоряжений». Кошмар! Но очень хочется кофе.

– Простите, Гиви… понимаете… я бы хотела…

– Да, капитан? – Кок вытянулся во фрунт и задел макушкой потолок кают-компании.

– Я бы хотела выпить чашечку кофе, и вообще, позавтракать…

– Да, капитан! Подать в каюту или в буфет?

– Не знаю… – Лиза уже пожалела, что обратилась к коку.

Но к кому бы она еще могла обратиться? Она знает здесь только одного боцмана, и еще не известно, с кем приятнее общаться: с монстрообразным Гиви или с сардонически-ядовитым МакКелленом. Альтернатива не из приятных, но не умирать же с голоду?

– Капитан. Елизавета Петровна, если вам что-либо неизвестно, то лучший способ узнать – это просто спросить! – наставительно высказался кок.

Лиза мысленно возблагодарила высшие силы: неужели кто-то на этом корабле хоть немного вошел в ее положение? «Ты же еще почти никого здесь не видела. Может, это все исключительно приятные и понимающие люди». Сплошные благорастворения воздухов, как же.

– Гиви, давайте поступим так: вы спасете голодную девушку от смерти, выпьете со мной чашечку кофе…

– В буфете, – подсказал этот чудесный представитель закавказских народов.

– В буфете. И просветите меня насчет той части корабельной жизни, которой вы управляете.

– Великолепно, только… Управляете здесь всем вы.

– О, Боже! – прошептала Лизонька. – Я! Управляю!

Гиви тактично не заметил замешательства своего капитана.

– Той части корабельной жизни, за которую вы отвечаете, – исправилась девушка.

Через полчаса Лиза выпила свои две чашки кофе – великолепной арабики, следует отметить, – съела несколько чудесных булочек с маслом и чрезвычайно пополнила свой багаж знаний о корабельном устройстве.

Команда и офицеры трапезничают три раза в день: завтрак в шесть тридцать, обед в четырнадцать, ужин в двадцать один. Вахтенные едят по завершении вахты. Ночные – получают дополнительный сухой паек. Капитан волен объедаться хоть целый день, причем, где угодно. Офицеры вкушают трапезу в офицерской кают-компании, матросы – в своей, во главе с боцманом. Владения кока состоят из буфета, кладовых и камбуза. Он же отвечает за пополнение запасов еды и свежей воды. Меню на неделю следует утвердить у капитана, но «дорогой Петр» отдал заботу о желудках команды полностью на откуп Гиви. Лизу этот факт чрезвычайно порадовал: хоть здесь от нее никто не будет требовать решений и распоряжений. Девушка с легким сердцем порекомендовала коку следовать этой традиции, сославшись на полное и безоговорочное подчинение воле отца.

Растолковав все эти подробности, кок испросил позволения удалиться: готовить обед. Лиза благосклонно разрешила. Настроение ее значительно улучшилось: завтрак мило улегся в желудке, корабль куда-то плывет, на мель не сели, решений от нее никто не требует, о ней вообще, можно сказать, забыли… Сообразив, что не стоит никому вообще попадаться на глаза – не дай Бог, кто-нибудь что-нибудь спросит, – Лизонька прокралась в свою каюту и удобно устроилась с книжкой на диванчике.

От неповторимого колорита «Ворот Расёмон» девушку отвлек вежливый стук в дверь. Лиза отложила книгу:

– Войдите, пожалуйста!

Дверь приоткрылась, и в каюту заглянул Гиви.

– Капитан, извините, что беспокою, но офицеры ждут вас к обеду. Вы выйдете, или им трапезничать без вас?

Офицеры? Обед?

– А я… то есть… мне обязательно обедать? То есть, обедать с ними?

– Как вам будет угодно, но корабельные традиции…

– Ах, традиции!

Отказаться – или пойти? Перед смертью не надышишься! Все равно ведь придется со всеми знакомиться. За обедом это пройдет легче, чем на глазах у всей команды.

– Скажите, что я сейчас присоединюсь к господам офицерам… И, Гиви… подскажите, пожалуйста, какая одежда более соответствует морским традициям?

Кок вопросительно поднял кустистую бровь.

– Что мне одеть к обеду?

– Офицеры обедают в повседневной форме, ужинают – в парадном. Вам же, Елизавета Петровна, стоит заглянуть в шкаф.

– Шкаф?

– Да, шкаф, в правом углу, за панелями. – Кок отсалютовал, спросил позволения удалиться и… удалился.

– Шкаф, шкаф, шкаф… – Лизонька немного повозилась с хитрым устройством, но через несколько мгновений получила доступ в недра весьма впечатляющего гардероба.

Конечно, папа распорядился. Он-то знает ее манеру одеваться – совсем не соответствующую положению капитана. В этом же шкафу было все, что может понадобиться: несколько вариантов капитанской формы – женского фасона, конечно же, – морские и прогулочные костюмы, вечерние платья; и никаких джинс и футболок, естественно. Лиза провела рукой по обшлагу капитанского кителя, подавив желание пересчитать плечики – занятие равно долгое и бесполезное. Размер, само собой, подойдет идеально. Ах, папа!

Но… если даже боцман не был осведомлен о ее прибытии заранее, кто же позаботился о содержимом шкафа? Не телепортировалось же оно сюда прямо из магазина? Впрочем, это можно выяснить позже: сейчас Лизу больше занимали другие вопросы.

Какой же из костюмов здесь повседневный? А, может, стоит надеть что-нибудь демократичное, не подчеркивать свое капитанство? Нет, Гиви сказал – форма, значит, форма. Справедливо решив, что повседневная форма должна быть темненькой, Лиза облачилась в костюм, поправила очки и уставилась на себя в зеркало. Нет, это не она, конечно, не она! Синий костюм, белая рубашка, золотое шитье… Девушка сделала серьезное лицо, но не выдержала и показала своему отражению язык, попыталась поправить растрепавшийся хвостик, потерпела неудачу, распустила волосы, но не нашла расчески, собрала волосы в хвостик…

– Нет, так вся команда умрет от голода. Надо идти.

Ave Caesar…

Лизонька шагнула в кают-компанию и растерянно замерла: трое мужчин поднялись ей навстречу.

– Капитан! – хором высказались господа офицеры.

Неужели репетировали?

– Добрый день, – ответила Лиза, продолжая топтаться на пороге.

Мужчины замерли, как статуи. Вдруг рядом с девушкой материализовался Гиви и вежливо, но твердо сопроводил ее во главу стола, отодвинул стул и усадил. Лизонька аккуратно расправила салфетку на коленях и только потом отважилась поднять взгляд: офицеры продолжали стоять. «Ждут позволения сесть». Кошмар!

– Садитесь, пожалуйста. – Как это все невероятно сложно!

Мужчины уселись, опять демонстрируя поразительную синхронность.

– Разрешите представиться? – осведомился тот, что сидел по правую руку.

– Конечно, прошу вас. – Слава Богу, не придется сидеть в тишине, пока Гиви подает на стол.

Кок, надо сказать, успел переодеться в куртку стюарда и, блестя золотыми пуговицами, сервировал обед.

 

– Василий Поляков, первый лейтенант. Отвечаю за вахты.

Пока Поляков расписывал свои обязанности, Лиза рассматривала его: чуть за тридцать, темные, излишне коротко стриженые волосы, тяжелый взгляд, странно хриплый голос. Подозрительная личность, и смотрит как-то искоса, с издевкой… «Грехи мои тяжкие, еще один недоброжелатель, будто бы ядовитого боцмана мало!»

– Очень приятно, спасибо! Я – Лиза.

– Елизавета Петровна, – тут же поправил ее Василий, пресекая попытку сближения.

Лизонька тяжко вздохнула и вопросительно взглянула на двух других офицеров.

– Георгий Коркунов, второй лейтенант. Навигатор.

Георгий излагал суть своих корабельных обязанностей популярно и весело, без всяких там словечек и официоза. Ладно сидящий китель, светлые волосы, смеющиеся глаза – еще один нормальный человек! Улыбчивый, молодой, вежливый, дружелюбный.

– Лиза, – улыбнулась ему в ответ девушка.

Георгий не остался в долгу и шутливо отсалютовал капитану. Василий неодобрительно хмыкнул.

– Гунтис Улманис, корабельный врач, – с тягучим прибалтийским акцентом проговорил третий офицер – пепельноволосый истинный ариец. – Отвечаю за лазарет, лекарства и морскую болезнь. За что же еще отвечать доктору в море?

«Философ, однако!»

– Лиза, капитан, – также философически протянула девушка. «Стараюсь ни за что не отвечать», – добавила она про себя.

После ритуала представлений обед покатился своим чередом. На многочисленные вопросы офицеров, касающиеся управления кораблем, Лиза не отвечала, перенаправляя их к боцману. Сама же она старалась запомнить как можно больше сведений, обращаясь за истолкованием непонятных слов к лейтенанту Коркунову. Тот безупречно терпеливо и как можно подробнее растолковывал ей все термины. Вообще, за столом велось два отдельных разговора: весьма оживленный между Лизонькой и Георгием и обмен редкими фразами между Василием и Гунтисом.

Вне зависимости от темы и содержательности беседы все отдавали должное кулинарному таланту Гиви. Покончив с десертом, господа офицеры испросили позволения удалиться, и Лиза осталась наедине с коком.

– Ох! – облегченно выдохнула она.

– Вы все сделали правильно, Елизавета Петровна, – подбодрил ее Гиви.

– Спасибо, Гиви, спасибо большое – за помощь, – улыбнулась Лизонька. – Без вас я бы не справилась. И можно вас попросить… пожалуйста… зовите меня Лизой.

– Только Елизаветой – традиции и табель о рангах следует чтить! – проворчал кок.

– Хорошо, спасибо.

Немного помолчав, Лиза попыталась тихонько ускользнуть в свою каюту, но не успела.

– Молодые девушки должны после обеда дышать свежим воздухом, а не киснуть в каютах! – наставительно поднял палец Гиви.

«Ну вот, начинается!»

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru