Чудо для тебя

Наталия Полянская
Чудо для тебя

Благодарим за помощь в работе над книгой:

Веденея, известного также как Джонни Прыгов; Пробатова, известного также как Хирург; Джерри Стархэвена; Джесса; Шази; Тари; и весь русский сегмент Живого Журнала.


Глава 1

С неба сыпалась мелкая белая крошка. Настя долго стояла на остановке, поджидая автобус, и смотрела, как снег кружится в свете фонарей. Небо, грязно-серое днем, сейчас потемнело; оно и к лучшему. Настя Райнес – Стася, как она сама себя называла, – не любила зиму.

Подошедший автобус был стареньким и холодным, он лязгнул дверьми, как доисторическое чудовище – зубами. Настя зашла внутрь, устроилась у покрытого морозными узорами окна, продышала в инее маленькую дырочку и стала смотреть на проплывающие мимо улицы. Москва, украшенная к Новому году, светилась и переливалась.

Для Стаси этот Новый год обещал стать копией предыдущего – вдвоем с мужем в двухкомнатной квартире. Строгание салатов, просмотр новогодней программы по телевизору; потом оказалось, что Ваня выпил слишком много, и Настя уложила его спать, а сама до утра сидела в интернете – это помогло создать для себя хоть какую-то иллюзию праздника. В международном чате собралось множество людей, по какой-то причине сидящих сейчас за компьютерами, а не веселящихся вместе с друзьями; и они отмечали шествие Нового года по планете. Это было замечательно. Стены квартиры раздвигались, за ними начинал мерцать огнями большой мир. Настя отправилась спать лишь под утро.

Вот и ее остановка. Молодая женщина вышла, едва не поскользнувшись на обледенелом тротуаре. В голове закрутился привычный список дел: надо зайти в магазин, закончился сахар и подсолнечное масло, и неплохо бы купить овощей и мяса для рагу. Магазин располагался на углу. Настя толкнула тяжелую дверь и окунулась во влажное тепло; девушка и не заметила, как замерзли руки. Снимая перчатки, Стася кивнула знакомой продавщице:

– Привет, Люда.

– Привет. – В магазинчике больше никого не было, продавщица с охотой завела разговор. – Опять поздно с работы?

– Как видишь, – вздохнула Настя. – Дай мне рафинад и «Олейну», пожалуйста.

– Совсем тебя не ценят, – посочувствовала продавщица, выставляя на прилавок требуемое. – Хоть бы зарплату повысили. Дома почти не бываешь. Смотри, муж разлюбит.

Настя с трудом улыбнулась:

– Нет, что ты, это вряд ли.

И действительно, как можно разлюбить человека, которого уже не любишь? Мысль кольнула, как иголка. Неприятная мысль, лишняя. Да и вообще, откуда такие настроения? Пустое. Но продавщице, пусть и хорошо знакомой, Стася сообщать это не стала. Расплатившись, она положила покупки в пакет и вышла на улицу.

Ветер усиливался, гнал поземку. Подняв воротник пальто, Настя быстро пошла к своему подъезду. Какое счастье, что ее дом недалеко от остановки! Блочная башня светилась теплыми огоньками окон. Настя отыскала свое окно на пятом этаже: на кухне горит свет, похоже, Иван опять не дождался жену и пытается приготовить ужин сам. Ну что ж, значит, кроме ужина, предстоит еще и разговор, и только потом Настя сможет сесть за компьютер и отрешиться от домашних проблем. На e-mail наверняка пришел ответ от Якова из Израиля – это письмо она прочитает с удовольствием, и надо будет завтра же ответить. С реальными друзьями Настя не общалась уже очень давно.

Очищая почтовый ящик от хлама, Настя думала о Якове и невольно улыбалась. Интернет-знакомый подробно писал о своей жизни в Израиле и приглашал в гости. В Тель-Авиве не то что в простуженной Москве, там сейчас тепло. Там светит ласковое солнце… и террористы захватывают автобусы с детьми, а люди привычно идут в убежище при звукха сирены. У всякой страны есть свои недостатки, и неверно, что хорошо там, где нас нет.

В прихожей пахло подгоревшим луком. Настя тихонько закрыла дверь, поставила сумку с продуктами на стул и начала стаскивать пальто. На кухне шумела вода и звенела посуда. Привычный звук, когда-то ассоциировавшийся с домашним уютом, теперь не вызывал у Насти ничего, кроме тихой усталости. Она знала до последней запятой все предстоящие разговоры и могла расписать свой вечер почти по минутам. Нет, она не была ясновидящей, просто ритуал повторялся изо дня в день.

На кухне дым стоял коромыслом. Настя поставила сумку на стол, молча прошла к окну и открыла форточку. Иван не обернулся: он был занят тем, что отмывал сковородку. Как муж умудряется спалить еду, когда, по его словам, ни на минуту не отходит от плиты, оставалось для Насти величайшей загадкой. Иван продолжал драить сковородку, ничем не показывая, что заметил вернувшуюся с работы жену. Извечное противостояние: кто сделает первый шаг. Настя знала, что это будет она, так зачем тянуть?

– Ваня, оставь сковородку, я ототру, – сказала она, будто продолжая давно начавшийся разговор.

Иван обернулся и положил губку.

– Явилась, – сказал он неприязненно. – Ну и где же ты была на этот раз?

– Ты же знаешь, я работаю.

– Это упрек? – Он скривился.

Ваня преподавал философию в техническом вузе. Несколько дней в неделю муж ездил в институт и частенько возвращался не в самом радужном расположении духа. Сегодня, видимо, был именно такой день. Преподавать Ивану не нравилось, научная работа шла ни шатко ни валко: кому сейчас нужны философы? Зарплата на кафедре тоже была весьма философской. Из разряда духовных ценностей.

Другие, Настя знала, в такой ситуации выкручивались как могли. Подрабатывали в нескольких местах сразу, крутились, как белки, выбивая деньги на содержание себя и своей семьи. Ваня был не из таких; он считал, что мужчина должен закрепиться на одном месте и строить карьеру. Если четыре года назад карьера казалась вполне вероятной, то теперь Настя уже понимала, что амбициозные устремления мужа сводятся к желчному обсуждению сотрудников кафедры на кухне, за ужином. Некоторое время назад Иван начал писать докторскую диссертацию, но работа шла туго, большей частью потому, что телевизор существенно узурпировал внимание автора.

– Нет, не упрек. – Стася решила не усугублять ситуацию. – Ты же тоже сегодня работал.

Слово «сегодня» как-то само собой прозвучало явно обвиняюще, что не ускользнуло от внимания мужа. Иван отложил сковородку и демонстративно покинул кухню. «Теперь можно перекусить», – подумала Настя и покачала головой. Ее с детства называли неисправимой оптимисткой, вот и теперь она нашла положительный момент в размолвке с мужем. Настя щелкнула кнопкой электрического чайника и принялась сооружать многослойные бутерброды – у сухомятки есть одно несомненное преимущество: можно есть и заниматься делом.

Из гостиной доносились вопли и выстрелы: Иван засел за очередную смертоубийственную компьютерную стрелялку. Именно для подобных случаев предусмотрительная Стася приобрела подержанный, но вполне работоспособный ноутбук: борьба за компьютер сошла на нет, что сделало семейную жизнь если не приятной, то спокойной. Сложив бутерброды горкой, девушка принесла ноутбук и бумаги: помимо основной работы заместителем главного бухгалтера в крупном казино «Сапфир», Настя вела несложную бухгалтерию нескольких мелких фирмочек. Это приходилось делать вечером.

Работу свою Настя любила, опыт, несмотря на сравнительно юный возраст, тоже имелся: работать она начала, еще учась на первом курсе Академии управления. В казино Стасю ценили и регулярно повышали зарплату. Только вот работать приходилось все больше и больше, а ближе к сдаче баланса рабочий день становился ненормированным.

Настя открыла ноутбук, пошуршала бумагами, но поняла, что работать не сможет: слишком бесконечным был этот день и слишком не вовремя Ваня проявил характер. Она аккуратно отодвинула стопку документов, пошарила под столом, нащупала шнур модема, подключила его к компьютеру и запустила почтовую программу.

Постепенно исчезли все звуки, все краски, весь мир. Стылая зимняя Москва растворилась, пропала: экран монитора открылся и пропустил Настю в другой мир. В этом мире не было сожженных сковородок, кусачего снега, ледяных автобусов, вредных аудиторов, не было пустоты. Поначалу, еще в студенчестве, открыв для себя интернет, Настя просто наслаждалась обилием информации, возможностью обнаружить ответ на любой вопрос: запоем читала книги, которые с трудом можно найти в книжных магазинах, искала и находила всяческие материалы для многочисленных рефератов и курсовиков. Потом она научилась использовать Сеть в профессиональной сфере: законодательные базы данных, форумы бухгалтеров, конференции. Недавно Настя открыла и виртуальную реальность: общение через интернет. В реальной жизни все катилось по наезженной колее: работа, дом, муж, превращающийся в незнакомца. Друзья студенческой поры разлетелись кто куда, сотрудниц из бухгалтерии сложно назвать подругами, приятели Ивана вызывали у Насти неодолимую зевоту… В Сети же люди были… разные. И неважно, что некто, представившийся блондинкой двадцати лет, в реальной жизни является толстым банковским клерком. Если с ним интересно общаться, как с блондинкой, – пусть, никому от этого ни жарко, ни холодно. Лишь бы человек был интересный. Встречаться с виртуальными знакомыми Настя никогда не решалась. Нет, не боялась, просто никогда не возникало такого желания. Никогда.

Просматривая почту, Стася жевала бутерброд и улыбалась: в преддверии Нового года послания приходили исключительно радостные и жизнеутверждающие. Все поздравляли ее с наступающим, многие приглашали к себе в гости, некоторые просто интересовались планами на выходные. Планы на выходные… Нет у нее никаких планов. Совершенно. Настя прикрыла глаза и вздохнула: все вокруг суетятся, готовятся к празднику, покупают подарки. Ей же эта кутерьма кажется абсолютно нереальной: подарки родителям, своим и Ваниным, она уже купила, презент мужу спланировала, он тоже что-то приготовил – Настя это знала точно, так как несколько дней назад обнаружила недостачу солидной суммы в коробке, где хранился семейный бюджет. Елку Стася решила не покупать, поэтому и украшать было нечего, нехитрые ингредиенты для праздничного банкета на двоих можно купить и за пару дней до Нового года. Все готово. Вот только где праздничное настроение?

 

Дверь в кухню тихо приоткрылась, и на кухню вошел муж.

– Стась, – протянул Иван, взлохмачивая и без того встрепанные темные волосы. Стасей он называл ее всякий раз, когда хотел подлизаться, обычно называл Асей. Это сокращение ее имени Насте не нравилось, но Ваня был от него в восторге. «Тетя Ася приехала!» – дразнил он ее иногда. – Ну ты, это, прости меня за сковородку, а?

Настя оторвалась от монитора и взглянула на мужа. Ваня выглядел покаянней некуда: несчастные глаза, брови домиком… Невозможно устоять.

– Только за сковородку? – поднажала Настя.

– Ну и вообще. – Муж опустился на колени рядом с ней и взглянул снизу вверх.

– Глупый. – Она потрепала взъерошенную склоненную голову и привычно обняла Ваню. Раздражение длинного дня растворилось, в окна заглядывала вьюжная ночь, бутерброды кончились…

Стася решительно захлопнула ноутбук, чмокнула мужа в макушку и чуть слышно сказала:

– Пойдем спать.

Глава 2

Утро, как всегда зимой, началось еще ночью: противный писк будильника, темнота за окном, зыбкое полусонное состояние. Стася тихо выбралась из-под одеяла, стараясь не потревожить мужа, хотя предосторожности были явно лишними: здоровый сон Ивана такие пустяки, как будильник, нарушить не могли. Как все-таки ужасно зимой: холодно, темно – просто в спячку впасть хочется, а не на работу идти. Тяжко вздохнув, Настя побрела в ванную – обычный утренний ритуал: душ, фен, косметика, мягкий халат. Потом деловой костюм – дресс-код в казино был чрезвычайно строгим: тонкие колготки, невзирая на мороз, юбка миди, белая блузка, скучный пиджак. Хорошо хоть волосы у Насти короткие – длинные пришлось бы убирать в старушечий пучок. Дома Стася не завтракала, на работе кормили три раза, причем так, что коллеги хронически боролись с лишними килограммами. Настя улыбнулась своему отражению в зеркале – ее избыточный вес не волновал, она его никогда не видела.

Девушка подхватила сумочку, портфель с документами и вышла из дома.

Мерзлый автобус, вздыхая и сопя, довез ее до «Речного вокзала», целеустремленная толпа втянула в метро. Настя совершила хитрый маневр и заняла последнее свободное место на кожаном диванчике. Отлично, теперь можно почитать – ехать долго, до «Тверской», там пересадка – и еще четыре станции, до «Пролетарской». Как раз хватит времени, чтобы ознакомиться с последним номером «Бухгалтерского вестника». Налоговая очень любит придумать какое-нибудь новое правило как раз к сдаче баланса. Настя зашуршала страницами, решив, что стоит перво-наперво прочитать главный материал номера, об игровом бизнесе – это касалось ее самым непосредственным образом. Статья оказалась интересной и полезной, но ничего такого в журнале больше не обнаружилось. Стася вздохнула: зря она оставила дома Лоуренса, понадеялась на «Вестника». Теперь придется скучать, смотреть в потолок и мучиться ничегонеделаньем.

Настя скользнула взглядом по вагону: кто-то спит, кто-то уткнулся в газету или книжку, усталые сонные лица, равнодушные стеклянные глаза. И так из года в год: люди едут на работу, восемь часов сидят в конторах и присутствиях, потом опять метро, семейный ужин, ночь… Есть ли в этом смысл? Есть ли в этом жизнь?

Стася опять взглянула на пассажиров напротив. Вот немолодая женщина с тяжелой сумкой: поношенная одежда, дешевая обувь – однако женщина улыбается чему-то своему. Ее утро чем-то согрето, она счастлива. А вот молодой парень, отлично одетый, красивый, но мрачный и унылый, поникший какой-то. Почему? Отчего? Вот пожилой, но еще крепкий мужчина в форме ведомственной охраны, наверное, едет с дежурства, поэтому крепко спит, покачиваясь и заваливаясь на соседей. Соседи же совсем не обращают на него внимания: парень и девушка склонились над толстой растрепанной тетрадкой, лекции, наверное, скоро ведь сессия. Парочка держится за руки и, кажется, совсем не видит тетради. Они далеко от этого вагона, от холодного московского утра. Они в своем мире, мире для двоих.

Настя закрыла глаза и вспоминала… Первый курс. Первая лекция по философии. Молоденький, всего на пять лет старше их, студентиков, аспирант. Полная аудитория девчонок, девичий поток, девичья специальность. Подружка Анечка шепчет на ухо:

– Какой хорошенький!

– Он же старый!

– Ты что, ему, наверное, и двадцати трех нет! Первый год аспирантуры! Цветочек! Лапочка!

Стася смущенно опускает глаза. «Лапочка»! Чего только не придумает Анька!

Настя отлично помнила тот момент, когда у них с аспирантом Ваней стал один мир на двоих. Как их руки будто бы случайно встретились над ее рефератом, который студентка Райнес защищала аспиранту Комарову. Как он взглянул на нее: черные глаза, растерянные и беззащитные. Теперь Настя понимала, что именно эта беззащитность и увлекла ее тогда. Очень льстило молоденькой девушке играть роль опоры и защиты, спасать мужчину от всех страшных бытовых опасностей. Но была ли это любовь? Или, если быть до конца честной, была ли это такая любовь, которая будет вечной? Достаточно ли такой любви для семьи?

И осталась ли она еще, эта любовь, какой бы она ни была?

Нет. Да? Может быть?

Семья, во всяком случае, была. И не самая плохая. Так почему же так грустно смотреть на эту парочку?

Когда Настя вышла из метро, было уже светло, ясно и очень холодно. Светящиеся кристаллы-сапфиры у главного входа в казино казались огромными сосульками, замерзшим фонтаном. Около сосулек секьюрити пытались усадить на заднее сиденье лимузина какого-то подгулявшего клиента, клиент вопил и угрожал расправой. Доблестные охранники кивали, но дело знали, через минуту лимузин скрылся в неизвестном направлении. Стася улыбнулась: такие сценки были привычны и забавны. Она слабо понимала, как можно проводить целые ночи в казино, проигрывать безумные деньги, буянить и безобразничать. Но она точно знала, сколько денег приносят такие безобразники.

Когда Стася, закончив институт, стала искать работу на полный день с достойной зарплатой, самым лучшим предложением оказалось предложение «Сапфира». Настя хмыкнула, вспомнив, какую бурю ей пришлось тогда выдержать: мама, преподававшая всю жизнь русскую литературу, чуть в обморок не упала, папа, полковник в отставке, рвал и метал. Чтобы он, потомственный военный, позволил своей дочери работать в этом гнезде порока и разврата! Да ни за что на свете!

Каких трудов стоило Стасе убедить родителей, что бухгалтеры в казино не ходят обнаженные по пояс и вообще никогда не выходят в игровой зал и даже не видят ни карт, ни рулетки! Иван же никакой реакции тогда не проявил. Настя даже обиделась немного. Неужели ее мужу все равно, чем она занимается? Они с Иваном поженились после ее третьего курса, пять лет назад, Ваня как раз защитил кандидатскую. И спустя два года – никакой реакции на казино? «Если тебе это подходит…», «Решай сама…». Впрочем, как всегда. Бабушкина квартира, уютный, спокойный, непьющий муж, хорошая, денежная работа… Почему же мысли бегают по замкнутому кругу?

В бухгалтерии дамы вяло сплетничали, шуршали бумагами и щелкали клавишами. Не успела Настя положить портфель и включить свой компьютер, как за перегородку, полагавшуюся ей, как заместителю главного бухгалтера, заглянула секретарша Лидочка.

– Анастасия Павловна, вы слышали? – возбужденно зашептала она.

– Что именно? – уточнила Настя, усаживаясь в кресло.

– Хозяйка уходит в холдинг, с повышением.

Хозяйкой в бухгалтерии называли Софью Николаевну – главного бухгалтера и финансового директора казино, железную леди, царя и бога.

– Что-то такое слышалось… – протянула Стася. – А это точно?

– Точнее не бывает! Я вчера стенограмму заседания вела. Софья уходит через месяц.

– А кого возьмут вместо нее?

Настю новость про Хозяйку не порадовала. Софья Николаевна была отличной начальницей, вся бухгалтерия работала под ее руководством, как часы. Хороших работников поощряли и продвигали, плохие долго не задерживались, отправлялись восвояси. Как там сложится с новым начальством – неизвестно. Новая метла, как известно, по-новому метет. За свое место Стася не беспокоилась, но все же, все же…

В общем помещении, за перегородкой, стало тихо, зацокали подкованные каблуки.

– Приветствую всех! – Голос Хозяйки звучал, как всегда, уверенно и слегка металлически.

Настя даже подозревала иногда, что Софья не человек, а робот. Не бывает таких идеально-совершенных людей.

– Вижу, сплетничаешь, Лидия, – отметила Софья Николаевна, заглянув к Насте.

– Ни в коем разе! – возмутилась Лидочка и затараторила: – Я уточняю у Анастасии Павловны, когда будет готов баланс!

– И когда же? – перевела взгляд на Стасю Хозяйка.

– Уже, – ответила Настя и извлекла из ящика стола толстенную папку. – Вот. Сейчас скину на дискету – и можно отвозить в налоговую.

– Отлично, отлично! – пропела Софья, ухватила папку и кивнула Лидочке. – Ну-ка, брысь отсюда!

Секретаршу как ветром сдуло.

– Хорошо работаешь, Анастасия.

Хозяйка вышла, оставив Стасю в недоумении. Похвала от Софьи – дорогого стоит.

Софья уходит. Значит, работы станет больше, уходить придется еще позже…

– Ладно, скоро Новый год, – объявила Стася компьютеру. – Подумаю об этом после праздников.

Баланс сдан, текучки мало – часа на два работы. После завтрака можно выйти в Сеть.

Несколько писем ждали ответа, среди них – парочка деловых. От директора одной из фирм, чью бухгалтерию она вела. Настя ответила на взволнованные причитания начальника, успокоила, что баланс готов и даже завтра будет сдан. Приглашение на совещание – встреча с новыми рекламными агентами непосредственно пятого числа, после новогодних праздников. Стася моргнула, вспоминая, куда же делись предыдущие рекламщики? Помнится, какую-то глупость сделали, кажется, провальную рекламу запустили. Значит, управляющий решил сменить агентство. Почему, интересно, на совещание зовут ее, а не Софью? Или и Софью зовут тоже? Тогда зачем еще и она? Ладно, как говорила Скарлетт, подумаю об этом завтра. Пока Настя размышляла над субординационными проблемами, пришло еще одно письмо, на этот раз от Хозяйки: информация по новым рекламным агентам, которую следовало проанализировать, о чем Софья сообщала весьма кратко и недвусмысленно. Вот, стоит расслабиться, как работа сама тебя найдет.

Служба безопасности, естественно, собрала все возможные данные о рекламщиках. От Насти требовалось всего лишь оценить по косвенным данным, как ведется бухгалтерия в данной конторе, крутятся ли там черные деньги, даются ли «откаты»? Для опытного бухгалтерского взгляда все это было видно, как под микроскопом. Однако в случае с этим «Тайлером» – так называлось новое рекламное агентство, все было как-то странно. Неоднозначно.

Настя постучала ручкой по столу, сделала пару оборотов на вращающемся кресле и решила побеспокоить Софью.

– Софья Николаевна, можно? – Стася заглянула в начальственный кабинет.

– Входи, Анастасия, входи. – Софья пила кофе и просматривала какие-то документы.

– Софья Николаевна, мне нужна дополнительная информация по «Тайлеру», я не могу дать однозначного заключения.

– В чем проблема? – Хозяйка жестом предложила присесть на диванчик.

– Понимаете, финансово они выглядят, как ангелочки, разве что крылья не растут, но ведется какая-то странная активность – кто-то выводит деньги из конторы. Похоже на предпродажную подготовку. Мы можем купить кота в мешке.

Софья молчала.

– Я понимаю, что это не мое дело, что от меня требуется только заключение по нашей части, политика меня не касается, но…

– Ты права, не касается, но… Я тебя поняла. Ты отлично поработала. – Хозяйка задумалась. – До Нового года все равно ничего уже не решить. Расслабься, пятого просто поболтаем с этими «Тайлерами», потом решим этот вопрос.

– Заключение по нашему профилю писать?

– Пиши, отчего бы не написать. Пиши.

Настя откланялась и вышла.

Все после праздников. А ей почему-то совсем не хочется праздников. Что она будет делать дома целых четыре дня?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24 
Рейтинг@Mail.ru