Экономическая конфликтология

Н. В. Абдуллаев
Экономическая конфликтология

По мере развития промышленного производства широкое распространение получила теория по эффективному управлению. В ранних трудах по управлению у сторонников веберовской административной школы (Мэри Паркер Фоллет, Д. А. Аустин) наблюдается стремление устранить условия, вызывающие конфликты в организациях. Представители научного управления придерживались точки зрения, что правильное распределение задач, процедур управления, правил взаимодействия должностных лиц устраняет причины, приводящие к конфликтам15.

Оппонентами данного направления выступали представители школы «человеческих отношений» (Фриц Ротлисбергер, Вильям Диксон), которые также рассматривали конфликт в качестве признака неэффективной организационной деятельности, но признавали возможность появления противоречий между целями личности и организации, между группами лиц.

В целом для современной экономической теории конфликта характерен отход от рациональной модели субъектов, максимизирующих полезность, и признание того факта, что интересы конфликтующих сторон не являются непримиримыми. Оценивая в 1990 г. результаты, достигнутые в теории экономических игр, и их осмысление экономистами неоклассической школы, Я. Варуфакис и Дж. Янг писали: «Конфликт невозможно вписать в неоклассическую парадигму, каким бы гениальным ни был аналитик, и какой бы уровень сложности не закладывался в математическую модель»16. Спустя десять лет у экономистов-неоклассиков есть основания оспорить этот тезис. Если раньше общей для экономической теории конфликта была метафора «войны» – человек «воинственный» противопоставлялся традиционным моделям «мирного» экономического человека в рыночной конкуренции и во внутриорганизационном поведении, – то теперь основные усилия сосредоточены на построении интегративных моделей, в которых конфликтное поведение сочетается с другими, кооперативными видами экономической деятельности.

Значительный вклад в развитие математических моделей экономического конфликта внес В. А. Светлов17. Для него конфликт – это системное явление, и его структурные, вероятностные, динамические и теоретико-игровые свойства – не более чем разные уровни анализа этого явления. В этом отношении автор начинает аналитику конфликта в собственном смысле с рассмотрения его структурных характеристик как самых элементарных и общих. Формулируется специальная теорема, объясняющая, при каких условиях система с любым числом элементов находится в состоянии конфликта. Доказывается утверждение, что ни одна система с негативными отношениями не может быть бесконфликтной, если содержит более двух полюсов власти.

Своей задачей В. А. Светлов ставит формирование научного понимания конфликта как определенного дисбаланса системы с особыми структурными, вероятностными, динамическими и теоретико-игровыми характеристиками. Важным при этом является опровержение привычного и распространенного мнения о конфликте как взаимной борьбе (антагонизме). Наоборот, автор доказывает, что антагонизм – это одна из двух возможных форм разрешения конфликта.

Конструирование вероятностной модели конфликта с использованием пяти базисных отношений – любви, позитивного отношения, безразличного отношения, негативного отношения, ненависти, исследует условия, при которых различные сочетания этих отношений порождают конфликты.

Рассмотрение свойств конфликта доказывает, что с динамичной точки зрения возможны только три вида конфликтного состояния и столько же видов бесконфликтного состояния. Теоретическим результатом является доказательство, что при определенных условиях конфликты могут способствовать стабильному развитию системы (стабилизирующие конфликты), и наоборот, также при определенных условиях, отсутствие конфликтов (синергизм и антагонизм системы, достигшие определенного критического уровня) приводит к разрушению системы.

Анализируя в своей работе главные идеи и результаты классической теории игр Дж. фон Неймана и О. Моргенштерна и ее последующие улучшения (теория метаигр Н. Ховарда и теория анализа конфликтов Н. Фрезера и К. Хайпеля), В. А. Светлов приходит к основному утверждению, что любой конфликт имеет, по крайней мере, одно стабильное, т. е. устраивающее все стороны, решение.

Экономисты нуждаются в новом классе моделей, предназначенных для исследования экономической деятельности в тени конфликта, где производство, обмен и насильственный захват ресурсов неотделимы друг от друга, – так характеризуют сложившуюся ситуацию сторонники неоклассического подхода. Соответственно расширяется и определение конфликтного поведения; основное внимание переместилось с чистого насилия, захвата собственности на скрытые формы конфликта, где принуждение предвидится и учитывается сторонами как потенциальная угроза, как возможность, которая в любой момент может осуществиться. Сюда относят такие сферы деятельности, как взимание ренты, лоббирование, судебное разбирательство, трения между менеджерами и акционерами, борьба за статус и влияние внутри организации.

Несоответствие результатов моделирования и реальности вынуждает экономистов обращаться не только к институциональным условиям экономической деятельности, но и далее – к социологическим и психологическим теориям человеческого поведения, строя типологии личности представителей соперничающих сторон. Кроме того, приходится уточнять определение конфликта, но уже не исходя из экономической теории, а с социологической точки зрения.

В последние десятилетия появилась новая наука, выбравшая предметом изучения социально-экономическую сторону конфликта. Социология экономического конфликта – относительно новое направление, появившееся во второй половине 1980-х годов. У нее еще нет своей единой модели, здесь сосуществуют совершенно разные методологии, заимствованные как из экономической теории, так и из социологических направлений. Если в России социология экономического конфликта представлена в основном исследованиями социально-трудовых конфликтов, в несколько меньшей степени – исследованиями конфликтов между предпринимателями и регулирующих их этических норм, а также столкновений между бизнесом и властью, то на Западе лидируют другие направления исследований. В основном это литература по внутриорганизационным конфликтам18, исследования конфликтов в сфере международного бизнеса и на предприятиях с иностранным участием19, а также конфликтов социальной структуры конкуренции20, структуры власти и господства в экономической сфере, исследования экономических предпосылок межгрупповой дискриминации. Для социологического анализа экономических конфликтов характерен учет не только экономических, но также и социально-политических, этнокультурных и социально-психологических предпосылок поведения сторон в ходе конфликта. Основной задачей социологии экономического конфликта, по-видимому, является выявление социальных функций экономических конфликтов, а также таких социальных и социально-психологических особенностей их динамики, на которые можно было бы опереться при их разрешении.

Например, построение интегративной модели экономического конфликта невозможно без изучения взаимного обращения этих форм в ходе противостояния. Здесь приходится решать проблему при социологическом и социально-психологическом анализе ресурсов экономического конфликта, а также изучать:

◆ Цепочки процесса социального производства ценности, приписываемой тому или иному предмету спора.

◆ Цепочки процесса взаимопревращений материальных и финансовых ресурсов в средства влияния на противника.

◆ Представления противоборствующих сторон о закономерностях этих двух процессов.

Причем один из важнейших элементов модели, которую еще предстоит создать, – это факторы ликвидности материальных и нематериальных ценностей внутри этих цепочек.

 

Понимание множественности значений, которыми наделен капитал (или обладание им), для заинтересованных сторон открывает широкие возможности перед конфликтологическими экспертизой и посредничеством. Важнейшая задача конфликтолога – раскрыть многозначность предмета спора, расчленить его на составляющие: ресурсы социального влияния, способы удовлетворения базовых потребностей, инструментальные и терминальные ценности.

Экономический конфликт, как и экономическое поведение вообще, разворачивается не в безвоздушном пространстве математических моделей. Конечные ценности и моральные нормы задействованы здесь в неменьшей степени, чем стремление максимизировать полезность. Тем не менее, экономика основана на целерациональных действиях, на учете стоимости альтернативных издержек. В отличие от некоторых других видов противостояния (политического, религиозного, этнического), здесь больше возможностей для рационального поиска альтернативных средств и меньше вероятность нереалистического конфликта, направленного не на достижение определенной цели, а на снятие напряжения, поддержание групповой сплоченности. Скорее, можно говорить о смещенном объекте конфликта, когда неудовлетворенность возникает в силу структурного экономического кризиса (инфляция, безработица), источник которого не определен (государство, различные партии и представители), а у пострадавшей стороны нет четких групповых границ и интересов. Это в особенности характерно для нашей страны, где групповые идентификации по-прежнему остаются размытыми: на смену дезинтеграции пришло деление на тех, кто «пострадал и теперь пытается выжить», и тех, кто «адаптировался и ориентирован на достижения», а классовая идентификация еще не сложилась21.

Присутствие социологии вызвано тем, что экономические конфликты не ограничиваются привычными рамками экономики, они возникают там, где при оценке человеческих отношений пользуются финансовым и материальным мерилом. Признание экономической значимости таких неощутимых величин, как время, человеческий, культурный и социальный капиталы, свидетельствуют о существовании практической потребности в соизмерении стоимости этих ресурсов с материальными, в рационализации их взаимопревращений друг в друга. Безусловно, экономический конфликт, как всякий другой, имеет свою собственную логику, неумолимо подчиняющую себе вступившие в противоборство стороны. Однако совершенствование методов его разрешения невозможно без изучения того, как оценивается риск и полезность конфликтных действий, как различные субъекты конфликта соизмеряют ценность «бесценного» – нематериальных и нефинансовых видов капитала.

§ 3. Основные методологические парадигмы анализа экономических конфликтов

Джек Хиршлейфер является одним из основателей экономической теории конфликта. В статье «Обратная сторона силы»22 он указывает, что А.Смит имел понимание того, как индивиды, действуя в собственных интересах, способствуют повышению благосостояния общества. Но данное утверждение логично, если индивиды преследуют данные цели, не применяя «захватнические» методы и конфликтные стратегии. В случае применения подобных действий нам уже необходима другая теория.

Аналогичного мнения придерживался Вильфредо Парето, утверждавший, что усилия людей направлены как на производство товаров, так и на присвоение товаров, произведенных другими23.

При вовлечении индивида в процесс производства экономические аспекты его деятельности включают в себя два варианта поведения: индивид может нацелиться на повышение эффективности всего производства, либо стараться присвоить большую часть производимого всеми продукта. Интерес проявляется в обоих случаях, поскольку повышение эффективности производства дает возможность присвоения большей части совокупного произведенного продукта. Результатом оказываются два метода реализации экономических интересов: первый – путем производства полезных товаров и услуг и последующего обмена (торговля), и второй – посредством «захватнического» поведения и конфликта. Каждый метод имеет свою технологию реализации. Есть технологии для обработки земли, а есть технологии для захвата земли и защиты ее от других претендентов.

Противоположные экономические интересы, направленные на получение максимальной выгоды, заставляют стороны ввязываться в конфликт, но в то же время у них есть интересы в производственной деятельности, поскольку увеличиваются совокупный доход и благосостояние общества. Выбранные уровни этих двух видов деятельности определяют доход как устойчивый показатель, в котором соперники разделяют свои усилия между производственной деятельностью и противостоянием. Менеджмент и работники, например, обычно кооперируют в производстве, и в то же время борются друг с другом за долю производственных факторов. Индивидуумы всегда стремятся получать максимальную выгоду, хотя в то же время должны заботиться о том, чтобы общие цели не были проигнорированы. В производственной деятельности стороны больше заинтересованы не в производственных ресурсах, а в доходах как результате данной деятельности. Поэтому работники компаний не пытаются захватить завод или основные фонды, а управляющие не пытаются поработить подчиненных (хотя в крайних или революционных ситуациях такие случаи имели место). Конфликты между странами в большинстве случаев принимают форму интенсивной борьбы за ресурсы. Тем не менее, страны заинтересованы в развитии торговли и избегают разрушительных войн.

Особенности конфликтного взаимодействия субъектов как результата реализации экономических интересов были рассмотрены Д. Хиршлейфером24. Оказывается, что во многих конфликтах стабильная сторона улучшает свои позиции по сравнению с более сильным соперником. Пример: в современных конфликтах при распределении собственности наиболее уязвимыми оказываются богатые представители общества. Это объясняется незначительным доходом от производства по сравнению с результатом от выигрышного конфликта, и это показывает, что слабая сторона имеет сравнительное преимущество в конфликте, а сильная сторона— в производстве. Согласно данному закону, конфликтное взаимодействие субъектов отношений, рассеивая доход, способствует равному распределению благосостояния.

Однако нельзя считать, что «парадокс силы» действует универсально, что конфликтно-кооперационное взаимодействие более слабых оппонентов приближает их к сильным. Иногда в конфликте сильный конкурент становится сильнее, а слабый – слабее. Данный анализ показывает, что сравнительное преимущество бедных в конфликтных процессах может быть сведено на нет, когда высока степень разрешаемости конфликта, и стороны неодинаково эффективны в определении исхода конфликта.

Основными принципами конфликтно-кооперационного взаимодействия сторон выступают следующие:

◆ Общий прогресс в технологии производства, не приводящий к повышению нормы прибыли, не имеет эффекта при распределении ресурсов между производственной деятельностью и конфликтной стратегией. Конфликтная стратегия и производственная деятельность имеют тенденцию развиваться параллельно.

◆ Расширение производства, вовлечение новых рынков, сотрудничество сторон, что является логическим исходом развития международной торговли, имеют тенденцию к уменьшению доли ресурсов, вовлекаемых в конфликтное противостояние, но данный фактор не является решающим.

◆ Сильная сторона всегда получит большую часть распределяемого дохода.

Несмотря на преимущество сильной стороны в конфликте, развитие конфликта принуждает стороны к большей конфликтной активности. Когда растущие усилия приводят к нейтрализации одной из сторон, результирующим эффектом оказываются материальные потери общества.

Технология конфликта необязательно содержит насилие. Ненасильственные формы конфликта включают в себя забастовки, локауты или судебное разбирательство.

Производство и обмен повышают благосостояние общества. Незаконное присвоение и конфликт перераспределяют данное богатство с учетом части, растрачиваемой на противостояние. В мире, требующем защиты собственности от других претендентов, даже субъекты, склонные быть мирными, должны балансировать между двумя данными стратегиями. И все решения принимаются с учетом вероятности конфликта. То, чего государство может достичь дипломатией, в большей степени зависит от его способности выиграть в конфликтном противостоянии. При организации производства предприниматель всегда будет учитывать фактор безопасности от других претендентов, как частных, так и государственных в лице представителей судебных и налоговых органов.

Предполагая данные две стратегии поведения экономических субъектов, можно обозначить два раздела экономики. Первой является традиционная экономика, посвященная производству и обмену. Однако сфера, посвященная «захватническому поведению» и конфликту, также является экономической, поскольку исследует общеизвестный факт ограниченности ресурсов, сферу рациональных решений и взаимодействие децентрализованных экономических интересов, приводящих к общественному равновесию. Экономисты не игнорируют полностью конфликтную деятельность: в поле зрения оказывались такие сферы, как преступление, споры, производственные конфликты, распределение собственности. Но данные исследования не были включены в основу экономической мысли. Теория международной торговли, экономика промышленных предприятий, государственные финансы, экономика труда и другие сферы развивались как отдельные разделы экономической мысли без признания их общей основы, базирующейся на производстве и обмене. Поэтому основной целью анализа экономического конфликта должно быть исследование основ конфликта, которые можно применить к открытому конфликту, спорам, забастовкам и локаутам, экономическим преступлениям, политике государства с позиции силы и семейным конфликтам. В окончательном варианте универсальная экономическая теория должна включать обе формы социального взаимодействия: обмен и соглашения, и противостояние и споры.

Наиболее популярными оказались экономические концепции, рассматривающие конфликтные стратегии субъектов на мегаэкономическом уровне. Основная идея внешнеэкономической политики стран заключается в повышении экономической мощи, для достижения которой экономистами были предложены концепции, сопряженные с элементами милитаризации.

Изначально в процессе развития международной торговли правительства стран придерживались идей меркантилистов. В это время важным был вопрос: является ли конфликт явлением, присущим межгосударственным отношениям на всех этапах развития, как утверждали меркантилисты, или развитие международной торговли и капитализма приводит к уменьшению конфликтности отношений, как доказывали сторонники либеральной доктрины?

На ранних стадиях развития капитализма доминирующая теория меркантилистов рассматривала государство как нуждающееся в производстве богатства в виде золота, что требовало роста торгового баланса. В мире, где объемы торговли между странами рассматривались фиксированными, приветствовался экспорт и осуждался импорт. Это было первым примером значительного вмешательства государства в экономику, поощрения войн в Европе. Империализм в лице правительств государств боролся за рынки сбыта товаров. Как следствие, создание богатства потребовало повышения военной мощи, что в свою очередь требует повышения экономической мощи. В такой системе к открытости экономики приводит только гегемония продвижения военных товаров для безопасности и стабильности, и страна открывает экономику только в том случае, когда достигает подобной гегемонии25.

 

Развитие данной теории привело к появлению концепции неомеркантилизма, связанной с реальной перспективой международных отношений, рассматривающей страны заинтересованными в военной и экономической мощи, а не в идеальных отношениях и этическом поведении. Непрерывная экономическая война между странами оправдывает экономические интервенции с ограничениями импорта и субсидиями отечественными компаниям. Военная мощь может усиливаться наравне с экономическим развитием посредством экономического шпионажа, развития технологий или империалистической внешней политики. В ранних работах экономистов данного направления война рассматривалась как неизбежность, а в более поздних— как альтернатива, т.е. конфликт является неизбежным явлением до тех пор, пока не появится доминирующая сила26.

Основные идеи меркантилистов изложены в манифесте австрийского юриста Вильгельма фон Хорника, опубликованного в 1684 г., многие из которых актуальны и для современной международной экономики27:

• каждый клочок земли в стране должен быть использован в сельском хозяйстве для добычи полезных ископаемых или производства готовых изделий;

• все добытое в стране сырье нужно использовать для внутреннего производства, поскольку готовые изделия стоят дороже, чем сырье;

• следует поощрять рост рабочего населения;

• весь экспорт золота и серебра необходимо запретить, а все внутренние деньги стоит держать в обращении;

• импорт иностранных товаров подлежит всемерному ограничению;

• тот импорт, который необходим, следует обменивать, в первую очередь, на отечественные товары, а не на золото и серебро;

• необходимо всемерно ограничивать импорт сырья, которое можно перерабатывать в стране;

• целесообразно постоянно искать благоприятные возможности для экспорта излишков готовых изделий и полуфабрикатов в обмен на золото и серебро;

• подлежит запрету импорт тех товаров, которые могут быть произведены в стране в достаточном количестве и приемлемым способом.

Яркими представителя меркантилизма являются английский экономист Томас Манн, французские экономисты Антуан Монкретьен и Виктор Мирабо. Идеология меркантилизма была господствующей в экономических отношениях стран в период с XV по XVIII в.

Развитие данной теории привело к появлению концепции неомеркантилизма, связанной с реальной перспективой международных отношений, рассматривающей страны, заинтересованными в военной и экономической мощи, а не в идеальных отношениях и этическом поведении. Непрерывная экономическая война между странами оправдывает экономические интервенции с ограничениями импорта и субсидиями отечественными компаниям. Военная мощь может развиваться наравне с экономическим развитием, посредством экономического шпионажа, развития технологий или империалистической внешней политикой. В ранних работах экономистов данного направления война рассматривалась как неизбежность, а в более поздних как альтернатива, т. е. конфликт является неизбежным явлением до тех пор, пока не появится доминирующая сила28.

В противоположность меркантилистской теории либеральная доктрина, развитая А. Смитом, считает капитализм лучшим способом создания богатства и сохранения свободы индивида. Laissez faire29 и международное разделение труда позволяют всем выиграть от международной торговли, и это уже не игра с нулевой суммой. Государство вмешивается в экономику из-за сложностей на рынке труда. Обеспечение общественных благ требует подобного вмешательства, хотя это накладно для экономики. Глобализация продвигает мир, конкуренцию и свободную торговлю на внутреннем и внешнем рынках. Война из-за своей ресурсоемкости должна исчезнуть в процессе развития экономического либерализма, поскольку все страны будут богатеть благодаря росту международной торговли. Данная либеральная доктрина напрямую связана с политическими теориями развития общества на международном уровне. Несмотря на условия анархии при отсутствии мирового регулятора, правительство обеспечивается ключевыми институтами, которые регулируют международные отношения, соглашения, дипломатию и взаимное признание суверенности. Затем последовали идеи демократического мира (как продолжение бесконечного мира Канта), которые призывали страны не воевать друг с другом.

В XIX в. историческая школа развила мнение, что поддержание мощи государства является важным компонентом экономического процветания, и отвергла идею разоружения30. Войны и конфликты были восприняты полезными для государства, поскольку они усиливают волю народа участвовать в укреплении государства. Поэтому активная политика интервенции необходима для развития национальной экономики.

Даниель Фридрих Лист развил данную идею, указывая на необходимость экономического патриотизма и оправдывая войны как укрепление федеральной власти на мировой сцене31.

Другой экономический подход к конфликту базируется на глобальном объяснении функционирования капитализма, представленного институциональным и марксистским подходами. Йозеф Алоиз Шумпетер32 утверждал, что капитализм скорее исчезнет из-за незаинтересованности среднего класса в международной политике и отсутствия харизматических политических лидеров, способных добиться национального согласия, в то время как Т. Веблен33 развил идею различных типов капитализма, таких как англосаксонский и династический. Данное разделение легло в основу доказательств японского и германского «экономического чуда», случившегося, по их мнению, благодаря уникальной, специфической природе их обществ, склонных к экономическому патриотизму.

Марксистский подход рассматривал международный конфликт как следствие классовой борьбы. В капиталистическом способе производства внешние противоречия, связанные с перепроизводством и приводящие к падению нормы прибыли, временно разрешаются экспортом и империализмом. Некоторые российские дореволюционные теории34 предсказали рост военных конфликтов между капиталистическими странами на стадии империализма как результат конкуренции и амбиций на мировом рынке. Этого не случилось, однако поздний марксизм базировался на объяснении процветания поствоенного капитализма высоким уровнем милитаризации, которая ввиду значительных издержек на содержание оказалась решением проблемы перепроизводства гражданской продукции35.

Также кейнсианцы представили военные расходы как способ разрешения экономического кризиса36.

В дальнейшем экономисты разработали модели, содержащие либеральную идею. В 1990-х годах развилась другая экономическая теория конфликта – теория функции успеха в конфликте (conflict success function). В ее моделях вложения представляют собой инвестиции в конфликт, а результатом является их относительная степень успеха в конфликте, возможность победы или получение части выигранного.

Таким образом, в зарубежной науке экономическая теория конфликта является обширной сферой, включающей такие аспекты, как субъекты отношений, столкновение их экономических интересов, стратегия и среда взаимодействия, экономические и социальные последствия противоборства. Поскольку глобализация мировой экономики диктует универсальные подходы при анализе и разрешении экономического конфликта, то данное исследование требует дальнейшего изучения зарубежного опыта и его применения с учетом особенностей конфликтных процессов, происходящих в нашей стране.

15Громова О. Н. Конфликтология. М., 2000. С. 13.
16Varoufakis Y., Young D. Conflict in Economics. New York, 1990. P. 3.
17Светлов В. А. Аналитика конфликта. Учеб. пособие. СПб., 2002.
18Мастенбрук В. Управление конфликтами в развитии организации. М., 1998.
19Льюис Р. Деловые культуры в международном бизнесе. М., 1999.
20Williamson O. E. Market and Hierarchies: Analysis and antitrust Implications. New York, 1975.
21Данилова Е. Н. Изменения в социальных идентификациях россиян // Социологический журнал. 2000. № 2/3. С. 76–86.
22Hirshleifer J. The Dark Side of the Force (Economic Foundations of Conflict Theory). Cambridge, 2001. Р. 347.
23Pareto V. Manual of Political Economy / Tr. Ann S. Schwier. New York, 1971. Р. 341.
24Hirshleifer J. The Paradox of Power // Economic and Politic. 1991. Vol. 3. No. 3. P. 177–199.
25Goodwin Craufurd D. W. Economic and National Security: A History of Their Interaction. Durham; London, 1991.
26Waltz K. Structural realism following the Cold War // International Security. 2000. Vol. 25. No. 1. Р. 1–25.
27Ekelund R. B., Jr., Hebert R. F. History of Economic Theory and Method. 4th ed. New York, 1997. P. 39–40.
28Waltz Kenneth. Structural realism following the Cold War // International Security. 2000. Vol. 25. No. 1. Р. 1–25.
29Laissez faire (фр. позвольте делать) – принцип невмешательства: экономическая доктрина, согласно которой государственное вмешательство в экономику должно быть минимальным (Прим. ред.).
30Anderton C. H. Economic Theorising of Conflict: Historical Contributions, Future Possibilities // Defence and Peace Economics. 2003. No. 14 (3). P. 09–222.
31Лист Ф. Национальная система политической экономии. СПб., 1891.
32Шумпетер Й. А. Капитализм, социализм и демократия М., 1995
33Veblen T. Imperial Germany and the industrial revolution. New York, 1964 (1915).
34Ленин В. И. Империализм как высшая стадия капитализма // Ленин В. И. Полн. собр. соч. 5-е изд. Т. 27.
35Howard M. C., King J. E. A History of Marxian Economics. Vol. II. 1929–1990. Basingstoke, 1992.
36Smith R. Military Expenditure and Capitalism // Cambridge Journal of Economics. 1977. Vol. 1. P. 61–76.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru