Путевые дневники: Камчатка, Кавказ, Полярный Урал, Хибины

Н. Н. Герасимов
Путевые дневники: Камчатка, Кавказ, Полярный Урал, Хибины

Редакционная коллегия:

Винник М.А., Горбунова Е.А., Пушкова А.А., Федоров О.А.

Путевые дневники: Камчатка, Кавказ, Полярный Урал, Хибины. / Герасимов Н.Н.

Москва: Издательство ООО «СМП», 2020

© Герасимов Н.Н., 2020

© Оформление, оригинал-макет. ООО «СМП», 2020

От издателей

Эти дневники вместе с коробками слайдов передала нам супруга Николая Николаевича – Герасимова Тамара Ивановна в 2018 году. Несколько маленьких блокнотов, исписанных очень-очень мелким почерком. Понравились документальность и лаконизм: при малых изобразительных средствах рисуются яркие картинки полевого экспедиционного быта вулканологов. Это до середины 80-х годов, когда Николай Николаевич побывал в составе экспедиций с известными исследователями Масуренковым Ю.П., Флоренскими, Егоровой И.А., Храмовым Н.А. и другими на Камчатке и Кавказе. С конца 80-х он путешествовал по Полярному Уралу и Хибинам в одиночку или вдвоем со своим коллегой. В публикации специально оставлено много мелких подробностей: состав снаряжения, туристические нормы, цены, рецепты, кому-то они будут просто интересны, а кому-то позволят лучше подготовиться в путь. Ведь путешествие – это всегда и тревога, и неопределенность, и желание предусмотреть как можно больше.

Для большей наглядности рядом с датой размещены условные значки, они взяты из школьного дневника наблюдений за погодой, их легко узнать, поэтому дополнительных пояснений не приводится.

Максимально сохранены авторские знаки препинания: они определяют стиль путевых дневников и без них нарушается почти математическая форма записи.

Сейчас, когда глобализация дала трещину и мы вынуждены обратиться внутрь себя и внутрь своей страны, такие дневники, на наш взгляд, приобретают особую ценность.

Дневник «Герасимов-на-Камчатке-77»

23.07.77.

С самого утра началась подготовка к нашему варианту перехода на Дзендзур в составе Масуренков Ю[рий] П[етрович], Храмов (Храм) [Николай Александрович], Ю[рий Александрович] Г[орицкий] и я. В Халактырке удалось даже заказать самолет до Налычева, откуда до Дзендзура 2–3 дня ходу. Но вдруг, примерно в 14.00 дали Ми-8 и вся группа улетела на Дзендзур.

Летели около часу и наконец долетели. На месте занимались палатками, барахлом, вечером отметили долгожданное прибытие. У костра пытался петь песни, кроме того один из студентов (Миша) – активный акын, но, пока что большого энтузиазма я не заметил, спать легли с Ю.Г. примерно в 2 часа. Комаров – навалом!

24.07.77.

Благоустраивались, оглядывались. Большую часть дня я и Ю.Г. занимались вертолетной площадкой. Катали бочки с бензином, ставили флажки и прочее. Я немножко походил по берегу.

Речка Жупанова – чистая, быстрая речка шириной от 50 до 100 метров, дно неровное.

Вечером мужики наловили хорошей рыбы, одну я разделал сам, поэтому около 23 часов был рыбный пир (хотя раньше, около 21 часа был плотный ужин). Отбой ≈ в 1 час. Погода в воскресенье была хорошая.

25.07.77.

Понедельник – первый рабочий день. После завтрака на моторной лодке отправились вверх по Жупановой искать горячие ключи (Мас., Эдик и я).

Примерно 1,5 часа проколупались, пока удалось вывести лодку на фарватер, причем однажды чуть не перевернулись. Скорость была маленькой ≈ 2–3 км/час (из-за быстрой речки). На этой реке зевать нельзя из-за дна и течения. Поднялись вверх ≈ на 10 км. В пути видели два утиных выводка.

Подкрепились на островке (без комаров). На обратном пути обследовали одно место (указанное Пийпом[1] 40 лет назад), но ничего такого горячего не обнаружили.

Приехавши в лагерь, кушали рыбку.

26.07.77.

Дежурил на кухне. Полдня таскали с Гришей дрова, вторую половину

– пилили и кололи. Вечером у нас были гости – двое парней – лесоустроителей. Они пробыли до утра. Вот кто действительно ведет неприхотливую жизнь. Уходят от базы на неделю, с топором, без спальников, в кирзовых сапогах, с одной сменой одежды.

27.07.77.

Ю.П. с Н.А. (Храмов) составили маршрут на гору Пик (1200 м). Должны идти: я, Ю.Г. – сегодня с продуктами и палаткой, а завтра нас налегке догоняют Ю.П. и Н.А. Продолжительность маршрута – 4–5 дней. Мы с Ю.Г. собрались и вышли в 14.30.

Шли примерно до 19.30. Довольно часто делали перекуры ≈ через 40 мин. (в среднем). Впрочем, писать буду предельно кратко: мне с непривычки было трудно – рюкзак. Часть пути шли по Дзендзуру. Прижимы. Одно место очень неприятное. Промочил ноги. Ночевали в очень хорошем месте на терраске – почти без комаров. Спали в одной упаковке.

28.07.77.

Продолжили путь примерно в 10 часов. Шли по тропке, по крутому склону – прижиму. Виды были хорошие. Остановились в удобном месте примерно в 12.00 и стали ждать. В 15–16 подошли Ю.П., Н.А. и сверхплана

– Эдик. Привал затянулся. Далее дорога пошла вверх, ручеек скоро исчез, была опасность остаться без воды. Поэтому остановились у снежника. Вечером выпили спирту с можжевеловыми ягодами. Ночевали впятером в палатке Храмова.

29.07.77.

Шли вверх. По пути ели щавель, пучку. Они молодые – вдоль снежников.

Дорога была довольно пологая, кроме последних 500–400 метров (по высоте). Поднялись до триангуляционного знака, отсюда – прекрасная картина: видны вулканы Авача, Коряка, Вершинский, Жупановский, Дзендзур, Карымский, Кроноцкий и еще какие-то. Вблизи картина такая: между трех гор – прекрасное озерцо с прекрасной водой 0 ≈ 80-100 м.

Гора Пик с востока обрывается красивым обрывом, высотой ≈ 300400 м. (Ю.Г. делал снимки).

Я первым искупался в озере! Затем устроили лагерь. Были всякие хохмы с таинственными явлениями: медвежьи следы, внезапно появляющиеся и прочее (дух Ямбуя).

30.07.77.

Утром заметил, что стал опухать. Был рабочий день с Эдиком. Лазили на г. Пик. Подъем был труден, но не страшен. Наверху довольно прохладно. Эдик собирал образцы, а я сачковал и помогал ему метить образцы. Спуск оказался страшнее! Правда, это было обусловлено страхом перед обрывом и осыпями. В этот день пришлось подниматься три раза на разные горки (перепады 300–500 метров).

Вечером, когда уже отваливались ноги, появилось второе дыхание и к лагерю мы с Эдиком вылетели как на крыльях. В этот день я купался два раза: утром и вечером.

Надо отметить, что погода все дни была хорошая, хотя грозились циклонами, и каждый вечер собирались грозные тучи.

31.07.77.

С утра морда опять опухла. Утром поели и снялись. До базы было ≈ 15 км. Шли по Теплому ключу (который очень холодный). В середине пути пошел наконец дождь. Напали на поле жимолости. Тут меня обожгла пучка[2]– ого-го. В устье Теплого ключа нас должна была ждать лодка. Ю.П. решил выйти к р. Жупановой на 2 км ниже устья Теплого и дать сигнал выстрелом. Стрелял два раза, затем собрали лагерь.

Удивительное дело! Пришли усталые на берег, заросший мокрой, высокой травой, под дождем. Примерно через 1,5 часа горел здоровый костер, сварилась гречневая каша с тушенкой, чаек, и жизнь снова прекрасна и удивительна.

Итак, ждали до 19 часов. Затем добровольцы – я и Ю.Г. (я с карабином), добрались до устья Теплого. Там Валера и Гриша ждали нас с лодкой. После этого забрали остальных (всего было 7 человек) и вернулись наконец в лагерь.

01.08.77.

Был банный день, ≈ в 2 км вниз по Жупановой от лагеря обнаружился горячий источник, который искали с Ю.П. 25-го, (видимо Пийп перепутал названия речек). Итак, источник:

ванна глубиной ≈ 30–50 см; ∅ 2 м; t = 38 °C; вода газированная углекислотой и немножко сероводородом, несмотря на то что горячая, пить ее приятно. Много минеральных солей, вкус – настоящая минвода. Производительность ≈ 2 литра/сек, вода вытекает из ванны и стекает в протоку р. Жупановой (там вода холодная).

Залезли в ванну и балдели около часу, изредка окунаясь в холодную реку (≈ 8 °C) для усиления эффекта.

Однако без приключений здесь не бывает. Когда лодка повезла людей первым рейсом (женщины и Ю.П.), мотор сломался и мы (я, Ю.Г., Н.А., Валера) припухали на берегу до 16 часов. Наконец, к нам сплавился Гриша на резинке, привез еду. Поели, бросили резину, чайник, кастрюльки на месте и пошли пешком в лагерь. По дороге проходили через прекрасное место на Жупановой – рыба так и играет. Когда переходили вброд Дзендзур – сцепились в линию пять человек и то едва удержались, так прет эта речушка.

К вечеру прибыли Флоренский [Иван Васильевич] с компанией. Вечером пытался выступать на гитаре, но без особого эффекта. Да и сам не загорался. Упущено: прибыл Флоренский с 3 лошадьми, Володей и Валерой маленьким.

02.08.77.

С утра опять опухшая рожа. Подняли меня в 6 часов – дежурить на кухне. Был очень жаркий день. Вкалывал не разгибаясь до вечера. Особенно пришлось потеть после обеда, когда женщины затеяли «ландорики» и пирожки с рыбой.

Сегодня Эдик и два студента ушли на 5 дней. Мальчик Валера тоже пошел с ними, чтобы потом вернуть лошадей. Вечером притащил гитару и наконец дело пошло (без всякой выпивки), пел много[3]. В конце решил спеть «Память». Эффект получился неожиданный: Ю.П. и Л.А. попросили повторить. Похоже, что другим тоже понравилось. На этом вечер и закончился.

 

Все-таки гитару и песни забрасывать нельзя. Они бывают нужны людям. Коль скоро ты можешь, то будь добр, отдавай песни людям.

Итак, не забывать старые, узнавать хорошие новые (через Машкова, например).

Теперь маленькое отступление. 31-го числа меня обожгла пучка. Поначалу я думал, что это вроде крапивы, а оказалось, что это очень приличный ожог II-ой степени с волдырями, которые сейчас, т. е., через 3 дня и не думают проходить.

Кожу стянуло, и вообще, пожалуй, у меня не было большего ожога с тех пор, как у меня взорвался самодельный порох (≈в 1955-56 годах)[4]. Вот тебе и ПУЧКА!

03.08.77.



Рожа с утра опять опухла. День был дождливый. В первой половине сидели у костра, решали всякие шарады, занимались мелким ремонтом инвентаря. После обеда пошли делать переправу через Дзендзур. Туда большую часть пути ехал на Росинанте. Пока соображали, как делать и что, пошел дождь и шел до вечера.

Свалили три березы и две из них скрепили, а одну унесло течением. Промокли как собаки. На обратном пути я и Н.А. набрали кучу опят (летних). После ужина сушились у огня. Попел песни.


04.08.77.

С середины дня налаживали переправу через Дзендзур (я, Ю.Г., Валера маленький и Гриша).

Через Дзендзур кони не пошли, поэтому мы показывали пример: я и Ю.Г.

Картина была впечатляющей: впереди, обнявшись, идут через поток «математики», следом – кони. После разных прикидок навели кое-какую переправу.

(см. рисунок)



Рис. Переправа.


Правда середина оказалась под водой, но мужикам переправляться можно железно. Женщинам – не всем. Вечерком сделали с Колей полтора замета и вытащили 15 штук хороших рыб.


05.08.77.

Утром Ю.П. объявил, что организуется новый подотряд (экспедиция) на Жупановские Востряки – Флоренский и я (до конца сезона), однако по моей просьбе все быстренько переиграли и меня запланировали в Вахильскую экспедицию. А Флоренскому дали пока супругов Перетолчиных.

Весь день готовились с Колей к Вахильской экспедиции. Вечером отправились в капитальную рыбалку (я, Ю.Г., Ю.П., Коля, Гриша). Труд был тяжелый: рыбы было навалом, даже когда вынули всех лощавых (примерно половина), осталось ≈ 150 кг. Выпили 3 пол-литры, варили уху, в общем, было неплохо. Спали мало (≈ 2 часа).


06.08.77.

I половина дня – обработка рыбы: разделка, соление и прочее. Набралось икры ≈ полкастрюли. II половина дня – отдыхали.


07.08.77.



Ночью начался дождь и шел весь день.

Я дежурил на кухне. Дежурство было легкое, т. к. почти ничего не варили – доедали старое, да и народу в лагере осталось мало: Ю.П.; Людм. Алекс., Катя; Лена; Ю.Г., Н.А., я, Гриша.

После обеда – с 16 до 19 часов спал. Вечером выпили и малость повеселились. Когда стемнело, вернулись от Флоренского Валера маленький и Валя – промокшие насквозь, Валя в состоянии истерики, не верили, что наконец добрались. Помучались, бедолаги. Лошадей оставили на том берегу до завтра.


08.08.77.



Всю ночь шел дождь и продолжался до 14 часов дня. До обеда занимался заготовкой дров: таскали, пилили (с Ю.Г.), потом колол до потери пульса. Во второй половине дня дождь прекратился, и погода начала улучшаться.

До вечера придумывали всякие варианты подарков – женщинам, у которых завтра объединенный день рождения: Людмиле Алексеевне и Вале.


09.08.77.



Погода весь день прекрасная. Весь день убили с Ю.Г. на изготовление подарка, но из-за недооценки прочности каменной березы потерпели фиаско.

На кухне шла жуткая стряпня: три торта и масса всего другого. Вечером все приоделись и сели за стол. В целом вечер получился неплохой, даже были танцы под гитару. Присутствовали водка и сухое вино, была даже бутылка шампанского. После двух часов остались трое: Н.А., я и Валера. Пробузили до 4 утра (в 3 часа пошел опять дождь). Добавили спиртяги.


10.08.77.

Подняли меня в 8 часов – дежурить на кухне. Чуть живой. Кое-как сделал костер для завтрака. После завтрака отпустили меня спать, проспал до 17 часов.

Все-таки допустил я жуткий перебор вчера (то бишь ночью).

Вечером мужички наловили рыбки: ≈ 40 кг гольцов и горбуши (в основном гольцы) и полведра икры, не считая гольцовой. Рыбу разделывали ≈ 1,5 часа.

К вечеру погода улучшилась, небо немножко расчистилось.


11.08.77.



С утра погода хорошая, все собираются. Мы – на Вахиль, многие – на Жупановские Востряки.

Самые первые отвалили Ю.П. и Ю.Г. В середине дня «свалился» какой-то вертолет, на котором прилетел Орлов (В.Ю.) – наш третий компаньон на Вахиль.

Думаю, что Виноградову все-таки жутко не повезло.

Примерно в 15 прибыл и наш вертолет, и понеслись.

Сперва на берег океана, кинули как попало лабаз (очень близко к берегу), и снова на вертолете вверх по Вахилю примерно на 50 км (по прямой). Быстро выкинулись, вертолет улетел, и остались мы втроем до конца августа. Стоянка: на тундровой террасе, кругом невысокие хребтики (Н макс. ≈ 700 м). Голубики и жимолости – навалом.

Вечером легонько отметили начало маршрута, затем поставили на ночь сеть. Все хорошо, одно плохо – много комаров.


12.08.77.

Утром вынули рыбу: 1 кунжа и 5 гольцов – все самцы. Поели, попили и в 11 двинулись в первый маршрут с Н.А. (В.Ю. остался в лагере). Денек выдался тяжелый. 45 км по сильно пересеченной местности, включающей горку 650 метров с трудным подъемом (полз на карачках, хватаясь за что попало). Наверху Н.А. нашел кое-что для себя интересное. На обратном пути у него испортилось настроение: упустил прекрасного глухаря.

Последние 3 км шли по страшенному пику.

Вернулись в 22 часа, устали как собаки (оба).


12.08.77.



Еще один маршрут. На этот раз попроще. Ходили мало (≈ 7–8 км), а много ковырялись в камешках. Искали следы фауны. Была удача. Нашли доисторических устриц и отпечатки моллюсков в песчанике. Н.А. страшно доволен. Все находки бережно упаковывал. Сегодня почти не устали. Вечером пошел дождь и – до утра.


14.08.77.



С утра шел дождь, однако когда я и В.Ю. натянули тент, все прекратилось. Сегодня – фактически день отдыха. Собирали ягоды, вывешивали рыбу, варили варенье почти без сахара, потому очень кислое. К вечеру похолодало, подул ветер, комариков поубавилось.


15.08.77.

Сегодня снимаемся с места. Позавтракав, начали собираться и собрались лишь в 15.00, на одной лодке: Н.А. с грузом, на второй – В.Ю. и я тоже с грузом.

Отчалили в 15.30, Н.А. дал залп из карабина. Проехали по Вахилю ≈ 12 км. Течение было быстрое, только успевай отворачивать от коряг и отмелей, выбирай протоки. Но, в общем, ехать очень приятно. Сделали несколько остановок, Н.А. – выколачивать обрывчики.

Когда доехали до слияния двух Вахилей среднего (нашего) и правого, Н.А. подстрелил двух уток: крохаля и каменушку.

Около 20 часов остановились, оборудовали лагерь (с удивлением обнаружил, что очень устал во время сплава). Ели суп из крохаля – очень вкусно.


16.08.77.

Сегодня я дежурю на лагере, а Н.А. с В.Ю. – идут в маршрут. Весь день прокрутился как белка: обработал двух уток (вчерашнюю и еще одну, подстреленную Н.А. сегодня рано утром). Из одной утки сварил чудесный супчик на вечер, полчаса собирал грибы и зажарил их на второе. Установил тент.

За весь день перекусил только чаем с вяленой рыбой, а капитально поели все вместе вечером: мужики вроде были довольны моей стряпней.


17.08.77.

В.Ю. дежурит, а Н.А. и я – идем в маршрут. Маршрут получился не очень длинный, не очень интересный. Н.А. нашел свои песчаники, но с фауной глухо. Встретили много жимолости.

Вечером ловили рыбу, поставили сеть и на ночь. Когда возвращались на берег, я погорячился и, спрыгнув на глубокое место, набрал воды в сапоги. Ночью пришлось сушиться.


18.08.77.

Снова мы – Н.А. и я – в маршруте – на другой стороне Вахиля. Прошли очень мало, выколачивали каждое обнажение, все по одному ручью. (Камчатские ручьи – прелесть!)

Вернулись в ≈ 20.00, хотели снова выставить сеть, которую прибило к берегу, химичили до тех пор, пока я не свалился в воду – классически, кверху задом. На этом все кончилось, и мы уплыли восвояси.

За ужином В.Ю. выставил бутылку молдавского коньяка «Нистру» – сегодня день рождения его младшего сына. Коньяк пошел хорошо.


19.08.77.

Сегодня хотим отправиться дальше по реке, но погода неустойчивая, поэтому выжидаем.

От последнего улова рыбы получилось много хорошей икры – больше литра и В.Ю. решил его консервировать для себя, домой.

В 16.00 решили, что ехать сегодня не стоит, т. к. по сути надо еще проколачивать обрывчики и времени для этого мало. Опять набрали около палаток грибов и нажарили их, и тоже сделал суп. Весь вечер – до сна я провозился с рыбой – разделывал и жарил кету. Нажарил 5 сковородок и бросил – надоело, подготовленной рыбы осталось еще на 4 сковородки и еще штук 6 неподготовленной (горбуша и гольцы).


20.08.77.

С утра – прекрасная погода. Во время завтрака – происшествие. Вдруг видим в 100 м на тундре медведя, который преспокойно ест ягоду. ≈ 15 минут смотрели на него, В.Ю. фотографировал, а Н.А. решал – стрелять или нет. Наконец решил – стрелять (а то ведь карабин пока без дела). Мишень прекрасная – как на ладони. После выстрела медведь кувырнулся через голову и удрал в кусты. Крови не обнаружили. В общем не ясно, в каком он состоянии. Искать его в кустах не стали, на это не решается даже Н.А. После этого вернулись к завтраку и делам. Около палаток опять нашли несколько свеженьких белых грибов.

Часа через два Н.А. и я снова пошли поискать медведя в кустах. Обнаружили кровь, по ее каплям установили, что рана сквозная, серьезная, и что медведь отвалил вверх. Вот и все с медведем.

Сборы к отплытию закончили около 3 часов. Плыли, считая и остановки, часов до 18. Остановились у скалы Лехова. По дороге Н.А. застрелил утку и трех утят (каменушки) (еще одну он застрелил утром на лагере).

На острове на реке обнаружили стоянку военных, которые приезжают сюда ловить рыбу и пить водку (на вертолете). Наши трофеи: 3 армейских табурета, мешок соли (≈ 10 кг), свечка, доски.

Лагерь разбили на берегу реки, а на остров ходим через тихую протоку. Весь вечер я обрабатывал уток: щипал, палил, потрошил.


21.08.77.

Н.А. и В.Ю. ушли в маршрут, а я остался дежурить. Сварил двух уток, разложил сеть для ремонта, погулял по галечке на острове.

 

Вдруг – треск тракторного мотора. Быстро прячу сеть в кусты. Приезжает ГТС, на нем ≈ 6 человек мужиков. Как выяснилось, геодезисты из Хабаровска, а ГТС из Института Вулканологии.

Поболтали ≈15 минут, и они погнали дальше.

Заготовил хорошие дрова (колотые). Снова занялся сетью. Около 16 часов вижу здоровый дым в той стороне, куда ушли наши мужики. Подумав полчаса, помчался туда. Дорога была хорошая – тундра и заняла минут 3540.

Выяснилось, что во время чаевки В.Ю. устроил пожар в тундре, и они вдвоем тушили его 2 часа. Когда я прибежал, все уже кончилось. Попили вместе чаю и пошли домой. По дороге набрали грибов. От сухарей осталось две кружки крошек. На ужин, кроме супа, я сделал утят – табака.


22.08.77.

Снова Н.А. и В.Ю. в маршруте, а я ковыряюсь с сеткой. Сварил подтухшую кету, она явно съедобная, но с душком. Кроме сетки, опять подколол дров и собирал камешки для Тани[5].

Опять мимо проезжал ГТС, но не заехал к нам. Часов около 18 я подстрелил куличка и сварил вермишелевый супчик с грибами и куличком.

К вечеру стал надвигаться туман и около 21 часа закрыл все наглухо. Мужики еще не пришли. В 21.15 выстрелил из ружья в воздух. В 21.30 пустил ракету. Другую хотел пустить в 22.00. Как раз в это время увидел вспышку и услышал выстрел из карабина. Ответил ракетой. Мужики вскоре подошли, Н.А. сказал, что первую ракету они не видели, и в тумане нужно делать большой костер.

Поужинали, посушили портянки и сапоги и легли спать. Сухарей уже нет!


23.08.77.

Сегодня все на лагере. После завтрака (гречка с тушенкой) мы с Н.А. занялись сеткой, а В.Ю. собирал коряги (но не рубил их). В 15 часов поехали ловить рыбу. Сделали несколько разных заметов, наловили ≈ 25 гольцов, но серьезной рыбы не было.

В.Ю. в это время гулял у скалы Лехова. Вечером сварили уху из 15 гольцов (это на троих!). Сетку поставили на ночь.


24.08.77.

С раннего утра Н.А. проверил сетку – много хорошей рыбы с икрой: кунжи, горбуши, одна кета.

На завтрак: пшенка со сгущенкой. После завтрака разобрали рыбу. Икры набрали ≈ 2 литра.

Тут Н.А. и заболел, причем капитально. Ухаживали как могли за ним: олететрин, чай, ягодки.

Сделали грохот – прекрасная конструкция – на армейской табуретке.

Отбивал икру часа три. Мимо проезжал ГТС геодезистов, окликнули, подъехал – там один водитель.

Выяснили: лагерь их ≈ в 2 км от нас, будут они там ≈ неделю и ждут вертолет с горючим. Они обещали подкинуть нам сухарей. Н.А. дали им радиограмму для наших – просил их передать через институт.

К вечеру икру посолил в тузлуке и повесили стекать.

На ужин сварили уху.

Н.А. лежит и ничего не ест, даю ему олететрин с чаем. Вечером ≈ в 21 час дал ложку с сухарной крошкой, маслом и икрой – съел. Напоил еще раз чаем, дал таблетку. После этого высушил сапоги, портянки, стельки (С-П-С) и легли спать в 23 часа. Вечером было тепло (комары не пропали) и тучи – боимся, что будет непогода.


25.08.77.

В 7 утра геодезисты привезли обещанные сухари – вот спасибо!

Погода нормальная. Н.А. все болеет. Кормил его и поил в постели. На завтрак заделали могучий гороховый супчик с тушенкой. После завтрака продолжили работу с икрой – стерилизация, антисептики, посуда, раскладка. Ну и возни с этой икрой. Уротропин и бура если и растворяются в масле, то незаметно.

Затем заготовили дрова на всякий случай. Два часа собирали ягоды с В.Ю., набрали 2 л. бидон и наелись. Спать легли пораньше.


26.08.77.

Я встал в 6.30, запустил завтрак и разбудил остальных. Позавтракали и, собравшись, отплыли, наконец, от этого места (скалы Лехова). Река стала полноводной и более спокойной. Примерно в 13.00, когда наша лодка была в одной протоке, а Храмовская – в другой, услыхали три выстрела, а выплыв из протоки, увидели убитого медведя у воды на гальке. Дождался-таки Храмов. Его вынесло прямо на медведя.

Медведь – самец, весом ≈ 150 кг, 3–4 лет, бурый. Свежевали вдвоем с Н.А. – тяжелая работа на 3 часа. В.Ю. бил баклуши. Я обнаружил в медведе глистов. Из медведя взяли вырезку: филе, сердце, грудину, обе челюсти, шкуру. Почаевали и поплыли дальше. По дороге Н.А. настрелял уток.

Остановились около 20 часов. На ужин – вареная медвежатина (варили всего полчаса – это плохо! – быть мне с эхинококками). По такому важному случаю Н.А. выдал понемножку спирту. Мясо – вкусное с небольшим специфическим запахом. Я съел очень много.

Ночь была очень теплая, и нас замучил мокрец (или гнус).


27.08.77.

Утром позавтракали остатком ужина и поплыли дальше по Вахилю. Опять настреляли уток. Течение стало совсем дохлое, приходится грести. Перед выходом в устье сделали остановку. Да, забыл, в одном месте увидели медведицу с двумя медвежатами, которые, увидев нас, довольно быстро смылись. Вообще, медведей здесь много. Все берега истоптаны следами, в траве, в кустах – медвежьи тропы.

И вот наконец мы выходим к Тихому. Лагерь сделали между двух ручьев, довольно далеко от нашего лабаза. Походили по берегу – богатейшая свалка из плавника, остатков сетей (в т. ч. и японских) и всякой всячины.

Вид на океан прекрасный. До прибоя от лагеря ≈ 30 метров, примерно в 6–7 км остров Крашенинникова.

Я разделал вчерашних уток и сварил ужин. После ужина – сушка сапог, портянок, стелек; отбой. Храмов все еще чувствует себя скверно, один глаз совсем закрылся, опухоль ползет на другую сторону лица. Кормлю его в лежачем положении.


28.08.77.

День прошел в хлопотах. Храмов лежит. Я: очистил медвежатину от мух, промыл, присолил и убрал в ведро. Разделали вчерашних уток: я – 5 шт., В.Ю. – одну! В.Ю. вывесил нашу горбушу на виду! С 17 по 19 походили по обрыву, что слева от нас. Наверху – могучая медвежья тропа, идти по ней страшно, но иначе не пройдешь. Вид сверху изумительный. В который раз жалею, что не имею фотоаппарата.

На ужин сварили медвежатину. На этот раз варили часа 3–4. Что толку! В первый-то раз варили всего полчаса!


29.08.77.

Гнусный день! Вскоре после завтрака мы услышали выстрелы, и с другой стороны устья Вахиля показались двое с собакой. Храмов переехал туда и вскоре вернулся с ними в лагерь. Один – лейтенант топограф, другой – якобы отдыхающий. Оба пришли с устья р. Островной, оттуда где рыбалка. Попили чаю, поели медвежатины, побалакали, удалились восвояси. Я их проводил. А примерно в 15–17 на нас «сваливается» вертолет, а из него целая команда: пограничники, милиция, охотнадзор, рыбнадзор, всякие общественные ищейки и устраивают «шмон».

Сетку я закинул в кусты, ее не нашли чудом. Прицепились к шкуре медведя и к уточкам (совершенно неожиданно даже для Храмова) и составили на все это дело протокол. Нашли и нашу горбушу, но ее нам «простили». По-видимому, хотят подловить нас на более крупном. Было много разговоров и рыскания по кустам, наконец, уехали. Н.А. в ужасном состоянии. Мы – тоже в скверном. Н.А. считает, что продали нас утренние гости.


30.08.77.

После завтрака вновь появляется лейтенант на этот раз с солдатом и просит перевезти на нашу сторону. Я перевез. Он сказал, что вертолет полетел к нам раньше, чем они дошли до своего лагеря, и они здесь ни при чем. А второй парень – инспектор. Н.А. ему ни в чем не поверил и сказал, что в старину за такие дела платили 30 серебряников. Лейтенант обиделся и отвалил с солдатом. Мое мнение: вчерашний налет – довольно подозрительный, но, по-видимому, лейтенант все-таки здесь ни при чем. (Он, правда, мог бы, собака, намекнуть, что второй – инспектор!)

Днем занимались благоустройством. Я притащил всякие доски, дощечки и здоровенную колоду. Н.А. сделал стол и скамью – врытые в землю, а я – из своей колоды – капитальную скамью – переносную – страшно тяжелую. В.Ю. где-то ошивался. Я, как обычно, таскал дрова (кроме меня никто этого не делает).

Вечером настроение у всех немного улучшилось. Сварили супчик из медвежатины и поужинали на новой мебели.


31.08.77.



Прекрасный (по погоде) день: ясный, теплый, с ветерком – нет комаров. Завтрак – молочная каша рисовая. Днем: занимались упаковкой образцов. Я еще таскал дрова (и искупался в Тихом океане!). Н.А. испек лепешки, и в 18.00 был полдник: горбуша (солено-вяленая), лепешки, чай. Потом снова занялись образцами. Весь день ждали нашего вертолета – не дождались.


01.09.77.

Сегодня детишки идут в школу, а мы все ждем вертолет. После завтрака занялись образцами. И вдруг – наш вертолет: Ми-4 № 14235 (Герман)!

Он сел и мы узнаем, что он летит на Дзендзур, далее на Карымский. На Дзендзур везет Базанову, и оттуда заберет Горицкого, Ананьева, студентов. Н.А. попросил на обратном пути забрать его и В.Ю. (оказывается, Масуренковы и женщины давно уже в городе). Вертолет ушел и вернулся часа через 3. Увидел Горицкого, Ананьева (оба похудели и помолодели) и студентов. И вот мои Н.А. и В.Ю. собрались и улетели. В.Ю. забрал свою икру, а я отдал Н.А. свою.

Прибыл сменщик В.Ю. – Олег (работник местных органов МВД) – правда, всего на неделю.

К вечеру поехали на лодочке, и Олег застрелил нерпу из мелкашки. Свежевали ее уже в сумерках. Во время этого занятия на расстоянии 50 м от нас вдруг увидели медведицу с медвежонком. Когда мы выпрямились, она тоже выпрямилась и семейка дружно отвалила. Мой Олег просто обалдел. Вот так обстановка!

На ужин сварили медвежатину и Олег объелся. Забыл сказать, что он привез с собой хлеба, масло, водки, пива и мы малость отвели душу. В целом, ужин нормальный. Спать отправились в полночь.


02.09.77.

После завтрака таскали дрова – натаскали кучу на 3 дня. Затем поехали на другую сторону устья – Олег пострелял куличков – 4 штуки, у меня ничего не получилось. Затем пошли к развалинам старой рыбалки. Там обнаружил кучу полезных вещей: ящики, рубероид, крышки для банок, подставку для сковородки, лопату и прочий хлам. После этого вернулись на лодке к лагерю, и я поехал за всей этой добычей, привез ее в лагерь. Затем пообедали – все этот же медведь с фасолью. Вечером приехала «Казанка» со стороны Бечевинской бухты. Два морячка приехали порыбачить и сказали, что придут к нам ночевать. Пришли они поздно. Достали спирт, консервы и пошло-поехало. Один сказал, что знает Храмова, рассказов было навалом.


03.09.77.

Моряки отвалили рано ≈ в 6.30. Мы храпанули до 9.30. Легко поели – кофе и остатки консервов. Прибрали лагерь и в 13.00 отправились по берегу в сторону р. Островной.

Дошли до двух скал, от которых видна рыбалка. Шли около 2 часов. Набрали кучу трофеев: бутылки из-под виски, поплавки, банки и прочее. Обратно шли по старому следу ГТТ – сколько там малины! Ужрались! Вернулись в лагерь около 18.00. Поели (гр. каша с тушенкой), а затем (к закату) закинули сеточку и вынули одну кижучиху с икрой. Выпотрошили, а приготовление оставили на завтра. Замечу, что к вечеру засветело, океан заревел. Похоже, что дело идет к шторму. Отделил два нижних клыка, а верхняя челюсть медведя пропала. Все проверил.

Вечером заделали костер по-океански, посушились и спать.


04.09.77.

На завтрак – уха из кижуча. Затем приготовили икру, попили с ней чай (всего икры получилось ≈ 0,25 литра) и пошли к обрыву (по нашей стороне). Набрали всякого хламу и – маленькое чудо! – нашел верхнюю медвежью челюсть – именно мою (это в 2 км от лагеря и ≈ в 200 м от прибоя!) Какой-то зверек поработал или ворона.

Вернувшись, пошли ловить рыбу. Сделали 3 замета, замучились, но поймали только одну кетину (с икрой). Сетку забило травой – вот, что значит ловить при штормящем океане! Икру оставил.

1Пийп Борис Иванович – советский геолог, петрограф, вулканолог. – Прим. ред.
2Пучка – борщевик шерстистый или сладкий (Heracleum lanatum), используется коренным населением Камчатки в пищу. – Прим. ред.
3Из воспоминаний Олега Сергеевича Колосова: «… Коля знал массу современных (по тем времена) и малодоступных песен В.Высоцкого, Б.Окуджавы, Ю.Визбора и других бардов, сам себе аккомпанировал на гитаре и прекрасно пел» [Колосов О.С. МЭИ. Былое и люди. – М.: Издательский дом МЭИ, 2016. – 248 с.]. – Прим. ред.
4В личном архиве Николая Николаевича сохранился блокнот 1956 г. (автору в то время было 12 лет), испещренный шифровками и рецептурой получения бездымного пороха. – Прим. ред.
5Таня – дочь Н.Н. – Прим. ред.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru