Осень с драконом

Морвейн Ветер
Осень с драконом

Глава 4

Они с Богартом встречались ещё дважды в течение последующих двух недель. Курт был слишком занят, чтобы делать это чаще, – а может быть, просто не хотел. Обычно Джессика не страдала мнительностью относительно своих талантов, но сейчас сомнения в том, сумела она заинтересовать Богарта или нет, болезненно терзали её.

Первая встреча прошла в дорогом ресторане в центре Астора. Он располагался на верхнем этаже одного из небоскрёбов в деловой части города, и сквозь большое стекло, занимавшее всю стену, Джессика получила возможность рассматривать город сверху. Темнело поздно, и она успела увидеть, как в лучах закатного солнца скользят по улицам алые и болотно-зелёные спины местных ездовых ящеров.

– Никогда не видела таких? – с любопытством спросил Богарт, наблюдавший за ней.

– Конечно. Ты ведь уже выяснил, что я в вашем мире недавно.

– Но наверняка бывала в других не менее интересных местах.

Джессика хитро улыбнулась.

– Полагаю, что ты и это уже узнал.

Богарт неторопливо поднёс к губам бокал и задумчиво сказал:

– Не поверишь, но я никогда не ступал за Врата. Хотя… пожалуй, я бы не отказался.

Джессика верила. Она тоже об этом читала – хотя и далеко не всё. Но на всякий случай спросила, видя, что Богарт хочет продолжить разговор:

– Никогда? Странно слышать это от человека с такими деньгами и властью, какие есть у тебя.

Богарт пожал плечами.

– Я не всегда был так богат.

Он помолчал, собираясь с духом, чтобы продолжить, а потом сказал:

– Я вырос на улице. Не люблю об этом упоминать. Газетчики и так перемыли эту тему два десятка раз. «Дракон из подворотни» – так они обо мне говорят, – горькая усмешка мелькнула у него на губах.

Джессика задумчиво смотрела на него, пытаясь понять, играет Курт или нет.

– Но ты решился рассказать об этом мне, – произнесла она наконец.

– Мне кажется, ты поймёшь, – сказал Богарт и снова пригубил вино. Помолчал и продолжил: – Я увидел это в твоих глазах.

Джессику пробрала дрожь, и в одно мгновение ей захотелось вскочить с места и убежать, но она заставила себя сидеть неподвижно.

– Я надеялась, что это не бросается в глаза, – куда более напряжённо, чем хотела, сказала она.

Богарт пожал плечами.

– Кому-то, может быть, и нет. Этот дорогущий белый кардиган на тебе сидит как влитой, но… Дикарь дикаря видит издалека.

Напряжение не отпускало, и Джессика продолжала пристально смотреть на Богарта. А тот рассмеялся и сказал:

– Особенно это заметно, когда ты вот такая. Волчонок, готовый ринуться в бой. Заказать тебе ещё вина?

Этот разговор долго не давал Джессике покоя. Она старалась не вспоминать о том, кем была и где жила до тех пор, как Дэвид её подобрал. У неё идеально получалось играть почти любую роль, и пока ещё ни один высший свет её не раскусил – а Джессика провела в «Ордене» чуть больше десяти лет и, как верно заметил Богарт, повидала немало удивительных миров.

Когда спустя четыре дня раздался телефонный звонок и номер Богарта высветился на экране планшета, Джессика отшатнулась от аппарата, как будто тот мог её укусить. Долго смотрела на него, не решаясь поднять трубку и не в силах объяснить собственный иррациональный страх.

Если бы не тяжёлый взгляд Дэвида, направленный на неё, она бы, наверное, так и не решился нажать «Приём».

Богарт звонил, чтобы пригласить её на скачки в субботу.

– Я заметил, тебя заинтересовали крауфаксы, – сказал он.

Джессика улыбнулась, хотя напряжение всё ещё не отпускало, и согласилась. Они с Богартом встретились в назначенный день у причала, и тот пригласил её в свой гравилёт.

Осваиваясь в новом пространстве, Джессика осторожно оглядывалась по сторонам и одновременно старалась оценить, можно ли отсюда сбежать – или, наоборот, похитить того, кто едет внутри.

Богарт внимательно наблюдал за ней, как за хомячком, которого только что принёс домой, но ничего не сказал почти до самого ипподрома. Только когда гравилёт уже сбрасывал ход, внезапно произнёс:

– Я представлял тебя здесь. В тот день, когда встретил впервые.

Джессика удивлённо посмотрела на него, и Богарт пояснил:

– Мне показалось, это было бы правильно. В моём личном пространстве не хватало тебя.

Джессика оставила без ответа этот странный комплимент и, дождавшись, когда Богарт покинет салон, выбралась следом за ним. Тот предложил ей руку и так, придерживая за локоть, повёл ко входу на трибуны.

– Крауфаксов часто называют младшими братьями драконов – по крайней мере, те, кто ничего не знает о нашем мире. Но я думаю, что с драконами у них общего столько же, сколько у человека и шимпанзе.

Джессика, шедшая с ним плечом к плечу, вопросительно посмотрела на спутника и с искренним любопытством поинтересовалась:

– У вас в самом деле жили драконы?

Богарт улыбнулся одним краешком губ и с насмешкой посмотрел на неё.

– А ты не веришь? – спросил он.

– Скажем так… Существование драконов считают сказкой в большинстве из тех миров, где я бывала.

Богарт замедлил ход, а потом вовсе остановился. Повернулся и внимательно посмотрел ей в глаза.

Джессике показалось, что её затягивает в бушующий водоворот. На несколько долгих секунд она полностью потеряла способность управлять собой. Потом нахлынул страх, и в одно мгновение странное парализующее чувство её отпустило.

– Факт состоит в том, что среди обитателей Кармалота присутствуют те, в ком течёт иная кровь. Их способности не выходят за пределы того, что могла бы объяснить наука. Но для тех, кто живёт в Кармалоте всю жизнь, очевидно, чем драконы отличаются от людей. Даже если доля истинной крови в их жилах предельно мала.

Богарт улыбнулся, и леденящее чувство окончательно прошло.

– Идём, – сказал он. – У меня есть парочка крауфаксов, так что ты сможешь рассмотреть их вблизи.

Эта встреча оставила не менее тягостное чувство, чем первая, хотя Джессике и хотелось её продлить. Образ Богарта, всплывавший у неё в голове, одновременно манил Джессику и пугал её. Будучи человеком рисковым, Джессика обязательно бросила бы ему вызов, если бы речь шла только о ней самой. Но в дело был замешан ещё и Орден, и от мыслей о том, что она обманывает этого загадочного мужчину, девушку терзал стыд.

– Долго это будет продолжаться? – спросил Дэвид к концу третьей недели, приближаясь из-за спины к Джессике, весь день сидевшей перед окном и смотревшей на порт.

Джессика вскинулась и вопросительно посмотрела на него.

– Что именно? Если ты о посуде – то я её не пачкала, чтобы мыть.

Игнорируя её слова, Дэвид прислонился бёдрами к подоконнику, сложил руки на груди и пристально посмотрел Джессике в глаза.

– Ты тратишь время на бесполезные свидания и не менее бесполезную хандру. За три недели ты вполне могла бы напроситься к нему домой.

От этого «напроситься» у Джессики неприятно проскребло внутри, и она повела плечом, отгоняя болезненное ощущение.

– Он мне не звонит.

Это было правдой. После выезда на ипподром Богарт пропал, и Джессика уже не первый день гадала, когда ждать следующего звонка.

– Значит, позвони ему сама.

Дэвид встал, взял со стола планшет Джессики и протянул ей.

– Только на сей раз не распускай нюни. Сразу переходи к делу. Ему пора бы пригласить тебя домой.

Джессика взяла в руки протянутый ей планшет и несколько мгновений в недоумении смотрела на него.

– Зачем домой? – спросила она.

– А то ты не знаешь. Там можно узнать что-то, что поможет нам на него надавить.

Джессика долго молчала. Дэвид время от времени вызывал у неё чувство острого и болезненного раздражения, как туфли, которые давят так, что невозможно ходить, и которые тебе предстоит носить ещё целый день.

В такие моменты она отчётливо осознавала, насколько зависит от своего благодетеля и насколько эфемерен шанс когда-нибудь избавиться от Дэвида, от Ордена и от всей той жизни, которой она жила с шестнадцати лет.

– Что со мной будет, когда я перестану привлекать мужчин? – внезапно для самой себя спросила она.

– Не думаю, что это произойдёт в ближайшее время, – сказал Дэвид, однако в голосе его не было той твёрдости, что мгновение назад. – Ты всё ещё выглядишь на двадцать. К тому же есть масса химических средств.

Она так и не решилась набрать номер Богарта. Джессика впервые испытывала такие сомнения – впрочем, впервые клиент вызывал и такую противоречивую гамму чувств. Вместо того, чтобы связаться с Богартом, она забралась в сеть и какое-то время изучала материалы о драконах, которые можно было найти в открытом доступе.

«Гипноз, – довольно быстро поняла она. – Вот, что произошло со мной тогда, на ипподроме». Четыре вида драконов владели четырьмя способами воздействия на сознание – могли вызывать страх, восхищение, подавленность и даже любовь. В сети активно обсуждались способы обрести от этих воздействий иммунитет. А вот некоторые другие их возможности скорее выглядели как миф.

К собственному удивлению, Джессика обнаружила, что эта демонстрация силы со стороны Богарта вовсе не оскорбила её. Напротив, Джессике казалось, что Курт немного приоткрылся перед ней – совсем чуть-чуть. Однако эти способности впредь стоило иметь в виду, и следующий день Джессика провела в размышлениях о том, как свести к минимуму возможный риск.

А наутро, когда, проснувшись, она встала со своего дивана, отгороженного ширмой от остальной части бывшего склада, и, зевая, побрела на кухню, Джессика издалека заметила, что Дэвид выжидающе смотрит на неё.

Стоило Джессике соорудить себе сэндвичи и кофе и сесть за стойку у окна, как на стол перед ней опустился свежий выпуск «Karmalot Times».

Одним глазом сосредоточившись на сэндвиче, другим она принялась послушно просматривать колонку новостей и чуть не подавилась, наткнувшись на крикливый заголовок:

«Курт Богарт: знаменитый меценат жертвует деньги в поддержку зелёных боевиков».

 

– Это твой шанс, – жёстко сказал Дэвид. – Даже не думай его упустить.

Дэвид отошёл от неё на пару шагов.

– И не трать время на звонки. Сразу отправляйся к нему домой.

– Но я даже не знаю, где он живёт…

– Найди. Если Келби ещё не нашёл.

С этими словами он оставил Джессику одну, а та, перестав чувствовать вкус бутерброда, принялась читать скандальную статью.

Глава 5

– Буженину или яйцо?

Курт Богарт сидел на веранде своего дома, расположившегося в десятке миль от города, в первой приморской полосе. Приближалась осень, а зимой здесь было слишком сыро, и потому Курт решил провести в этом особняке последние тёплые деньки.

Он неторопливо пригубил кофе из фарфоровой чашки и поставил напиток на стол.

– Яйцо, – задумчиво сказал он. Стюард кивнул и удалился, чтобы вернуться с подносом через несколько минут.

С момента путешествия на ипподром вместе с чудесной девочкой, которая так внезапно попалась Богарту на пути, прошло уже почти две недели. Курт не звонил Джессике, потому как хотел, чтобы та сделала следующий встречный шаг сама. В качестве запасного варианта на случай, если та окажется слишком застенчивой, Курт сохранял возможность с ней связаться— но только после того, как Джессика хорошенько по нему соскучится.

Впрочем, на наивную провинциалку Тенеси не походила. Богарт видел и по бумагам, и по глазам, что та отлично знает, чего хочет от жизни. К своему удовольствию Курт так же отмечал, что та пока что не выглядит охотницей за наживой, хотя чёрный гравилёт, без конца следовавший за ней по пятам, и заставлял задуматься о подобных вещах.

В Джессике скрывалась тайна, а Богарт был спортсменом по жизни, и тайна эта будила у него под кожей нестерпимый зуд. Но Богарт был также и охотником и умел сидеть в засаде, пока дичь сама не выскочит под прицел.

Он взял в руки сигару и раскурил. Вспомнилась их первая встреча, и он невольно задался вопросом: почему Джессика в тот раз так спешила сбежать от него? «Что, если за ней тянутся и другие грешки, кроме игры? Например, долги… Кто-то может использовать её».

Вдохнув густой ароматный дым, Богарт подержал его в лёгких и выпустил на волю. Потом усмехнулся, подумав о том, как разгулялась фантазия, и взял со стола газету. Нужно было подумать и о делах.

Богарт без особого интереса пролистал первые несколько страниц. Он читал только заголовки, уделяя чуть больше внимания новостям экономики и международных отношений. Обо всём, что происходит в Конклаве, он знал и так. По-настоящему важные новости для него собирали секретари, чтобы затем подать в кабинет персональный дайджест. Газета же, которую Богарт просматривал по утрам за кофе, стала для него скорее атрибутом стиля. Когда он ещё был подростком, Богарт мечтал, что однажды будет сидеть на веранде с чашкой кофе на столе и сигарой в руках и вот так, с серьёзным видом, перелистывать пахнущие свежей краской страницы. Теперь эта привычка превратилась в ритуал.

Добравшись до колонки сенсаций, Богарт замер, увидев своё собственное имя, написанное крупными буквами.

«Курт Богарт, знаменитый меценат, жертвует деньги на поддержку зелёных боевиков».

– Вот дерьмо! – выдохнул он. – Брэд! Нильсон! Как это понимать!

Никто из секретарей не отозвался – часы показывали восемь утра, и скорее всего, ни один из них ещё даже не встал.

Богарт хлопнул газетой по столу и уставился перед собой, мысленно перебирая имена тех, кто мог спровоцировать этот скандал. Оружие он действительно продавал, но кто без греха? Пальцы отбивали торопливую дробь по столу, когда знакомый голос вырвал Богарта из задумчивости.

– Курт!

Богарт резко обернулся и, увидев Джессику в паре шагов от себя, не поверил собственным глазам.

«Только тебя сейчас не хватало», – пронеслось в голове.

– Как ты сюда попала?

– На хеликоптере, как ещё? До твоего особняка ни один гравилёт не дойдёт.

Богарт продолжал в недоумении смотреть на неё.

– Я прочитала… – сказала Джессика, приближаясь к нему, и опустила точно такую же свёрнутую трубочкой газету на стол рядом с ним. – Знаю, как это неприятно, когда за твоей спиной несут всякую чушь. Всё утро переживала, а потом решила, что должна с тобой увидеться.

– Собираешься подлить масла в огонь? – Курт бросил сигару в пепельницу и поднялся с плетёного кресла. Прошёлся по террасе туда и сюда. Он не раз уже сталкивался с тем, что подобные девочки легко пользуются чужими деньгами – пока не почуют идущий от них тухлый душок.

– Курт, успокойся, – если лицо гостьи и выражало что-то, то Богарт этого выражения разобрать не смог. – Возможно, я помешала. Но я просто хотела тебя поддержать.

Курт стиснул зубы. «Я не верю тебе», – читалось в его глазах.

Джессика сделала глубокий вдох, подошла к нему и обняла, прижавшись щекой к плечу. Она была ненамного ниже Богарта, хотя и заметно уже в плечах, и сейчас её собственный рост ей слегка мешал. Джессика чувствовала, что Богарт не примет помощи от равного.

– Ты лжёшь, – спокойно сказал тот.

Джессика на самом деле не так уж и сильно врала. Когда она увидела статью, её тряхнуло всерьез и она поняла, что больше не может ждать.

– У меня в жизни бывали разные ситуации, – медленно, стараясь убаюкать Курта собственным голосом, сказала Джессика. – Я понимаю, что сплетни могут причинять боль.

Курт стиснул зубы ещё сильней.

– А если это не сплетни? – процедил он.

– Если ты поддерживаешь боевиков? – Джессика чуть отстранилась и заглянула ему в глаза. – Не могу сказать, что мне хотелось бы встречаться с убийцей, но я хочу верить, что у тебя есть причины поступать так или иначе. Я не права?

Богарт долго молчал.

– Ты хочешь дать мне шанс? – наконец спросил он.

Джессика снова опустила руки ему на плечи и чуть огладила основание затылка. Богарт откинул голову назад, отдаваясь на волю её ласковых рук.

– Если ты собираешься дать его мне, – сказала Джессика тихо. Помолчала и добавила. – Ты был слишком идеален в прошлый раз. Меня не оставляла мысль, что у тебя есть скелет в шкафу. Это он?

Богарт промолчал. Не открывая глаз, он тоже притянул Джессику к себе и погладил по спине. Та приехала в плотном бежевом пальто, под которым к тому же виднелся её любимый пышный белый кардиган, и в эти мгновения Богарт проклинал её излишне утончённый стиль. Ему хотелось стащить к чёртовой матери и пальто, и кардиган, но он сумел лишь забраться руками под них. Джессика была горячей и гибкой, даже несмотря на несколько слоёв толстой ткани, отделяющей её тело от ладоней Курта.

Тот огладил её от лопаток до ягодиц и замер, сражаясь с желанием сдавить их, притиснуть Джессику к себе, почувствовать ещё обжигающий жар всем своим телом.

Он лишь уткнулся носом Джессике в плечо и позволил гладить себя по волосам.

– Ты не боишься меня? – спросил он.

– Нет, – Джессика прижалась к его щеке и спрятала улыбку. Закрыла глаза, вдыхая густой пряный аромат, который сводил её с ума. – Я не буду спрашивать ни о чём, если только ты сам не захочешь рассказать.

– Однажды я расскажу, – пообещал Курт. – Но не сейчас. Я не готов.

– Я понимаю.

Курт чуть отстранил её от себя и заглянул в глаза, пытаясь проанализировать каждый нюанс.

– Ты хочешь встречаться со мной? – спросил он.

От этого короткого вопроса у Джессики пересохло во рту. Она хотела ответить «да». Хотела, чтобы это было по-настоящему – так хотела, что слёзы навернулись на глаза. Джессика попыталась напомнить себе, что это всего лишь игра. Что, если бы не «Орден», этот мужчина никогда бы не обратил на неё внимания.

Она смотрела в серые глаза Богарта и чувствовала, как от этого взгляда её трясёт.

– Курт, – только и выдавила она. А тот молчал, явно не собираясь ей помогать. – Да. Да, я очень хочу быть с тобой.

Только после того, как эти слова оказались произнесены вслух, Богарт притянул её к себе и коснулся губами её губ. По венам Джессики стремительно побежал огонь. В одно мгновение она напрочь перестала соображать, когда язык Богарта беззастенчиво проник между её губ. Игриво очертил краешек зубов, пробуждая нестерпимый зуд внизу живота. Джессика застонала, выгибаясь ему навстречу. Стиснула пальцы в его волосах, до боли впиваясь в кожу, и не поверила собственным ушам, когда сквозь шум крови в висках до неё донёсся негромкий кашель.

– Я помешала? – прозвучало у Джессики за спиной.

В одно мгновенье губы и руки Богарта исчезли, оставив Джессику хватать ртом воздух. Одиночество нахлынуло с новой силой, и Джессика попыталась было вернуть потерянный огонь, но стоило ей потянуться к Богарту, как тот отступил на шаг. Джессика тяжело дышала. Щёки пылали от стыда. А Богарт тем временем смотрел куда-то мимо неё.

Джессика, охваченная яростью и обидой потери, резко развернулась на звук. Перед ней не было никого. Джессика не сразу сообразила в чём дело и, только когда опустила взгляд, увидела перед собой говорившую – это была молодая девушка в светлой тенниске, какую люди её круга определённо могли позволить себе носить только дома. Тёмно-русые волосы её падали на плечи аккуратными завитками. Она сидела в инвалидном кресле и с высокомерным любопытством разглядывала гостью.

– Ты не сказал, что… – пробормотала Джессика, не зная, куда деваться от стыда. Конечно, она прекрасно знала, что Богарт меняет любовниц как перчатки, но никто не предупредил её о том, что Курт живёт с кем-то прямо сейчас. «Тем более, что этот кто-то инвалид!»

– Кристина, это Джессика, – напряжение так и звенело в голосе Курта, когда тот заговорил, – Джессика, это Кристина. Кристина, Джессика моя…

– Я поняла, отец, – голос у Кристины был холодным и точно таким же презрительным, как и взгляд.

– Джессика, это моя дочь, – с облегчением закончил Курт.

Джессика продолжала смотреть на нежданную собеседницу. Кристина так же пристально разглядывала её.

– У тебя есть дочь, – негромко повторила Джессика. Она не знала, что шокировало её больше: сам факт существования Кристины или инвалидное кресло. Но то, что она хотела спросить по настоящему, Джессика сейчас не имела никакого права произносить вслух.

– Как видишь, – ответил Курт. «Это проблема?» – откровенно читалось в его голосе. – Джессика, прежде чем ты спросишь – мне тридцать семь и я не женат.

– Прости, мне надо идти, – выдохнула Джессика, не дослушав до конца. Она заставила себя потянуться к Богарту и коснуться вежливым поцелуем его щеки, а потом пулей вылетела с веранды и почти бегом направилась к посадочной площадке.

– Кажется, я сорвала тебе пару приятных вечеров, – заметила Кристина, глядя ей вслед.

Богарт стиснул зубы и долго молчал.

– Ей придётся привыкнуть, – наконец выдавил он.

А Джессика, добравшись до хеликоптера и активировав автопилот, всю обратную дорогу до города копалась в Сети и гадала, как Дэвид мог ничего ей об этом не сказать. Травма позвоночника – диагноз Кристины был опубликован на двух десятках сетевых СМИ. «Болезнь, которая легко лечится в Сети. Но не здесь».

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru