Знакомство с Раем Джона Мильтона

Михаил Иванович Шипицын
Знакомство с Раем Джона Мильтона

Жизнь Джона Мильтона

Молодые годы

Джон Мильтон родился в Лондоне, в доме на Брэд Стрит, 9 сентября 1608 года. Дом стал добычей знаменитого большого пожара, бушевавшего в Лондоне в 1666 году. Его отец, по словам самого поэта, был человеком исключительной целостности. Он отличался также высокой культурой и даже мог представить себя как довольно законченный композитор. Сам молодой Джон Мильтон выделялся своим серьёзным и религиозным духом, однако это не мешало ему проводить много времени за чтением Шекспира и других замечательных поэтов, чьи произведения он мог отыскать как на английском, так и на других языках. Как и его отец, Джон был пуританином, хотя его пуританство ограничивалось стремлением к пиетизму и свободе. В то религиозное время было естественно, что ребёнок должен посвятить себя церковному служению, и Мильтон был приписан к грамматической школе при соборе Святого Павла. В свои молодые годы Мильтон имел широкие возможности и свободу выбора, гарантированные ему отцом, за что позднее поэт выражал не раз свою благодарность. В феврале 1625 года семнадцатилетний Джон переступил порог Колледжа Христа в Кембридже, и после семилетнего пребывания там мог считать своё образование готовым для университета в 1632 году. По отзывам его педагогов и друзей-студентов, он заслужил своей прилежностью довольно высокую кредитоспособность. С самых юных лет Мильтон начал читать на иврите, самые первые попытки сочинительства, вышедшие из-под его пера, были переводы псалмов 114 и 136.

Окончив колледж в Кембридже, Мильтон продолжил свои занятия в университете Оксфорда. Как это было заведено среди уважающих себя англичан, Мильтон решил завершить своё образование большим путешествием по Европе, и в 1638 году пересёк Английский Канал, имея в своём багаже толстую пачку рекомендательных писем. Проведя немного дней в Париже, поэт отправился дальше по направлению к итальянским городам, которые пользовались наибольшей популярностью среди английских джентльменов: Ницца, Генуя, Ливорно, Пиза, Флоренция, Рим, Неаполь. Добравшись до Неаполя, Мильтон получает известие о политическом конфликте, разгоревшемся дома между королём и парламентом, где пуритане завоевали себе довлеющее большинство в палате общин. Чувствуя в себе обязанность быть в это время там, где развиваются исторические события, Джон Мильтон прерывает своё путешествие и направляется домой в Англию.

Политическая и религиозная деятельность

За свои 11 лет пребывания на троне Чарльз Первый стремился править Англией обходясь без помощи парламента. В отношении церковных вопросов, католическая система набирала силу, её сторонники ставили основной целью ущемить любую форму протестантизма или свободной мысли. В их планы также входило установление иерархии церковных постов, принятие Английской Молитвенной Книги как обязательного документа не только для англичан, но и для шотландцев, а также изменение церковных ритуалов англиканской церкви как можно ближе к католической римской церкви, так, чтобы эти ритуалы стали практически неотличимы друг от друга. Это была политика англиканской церкви, которая ничем не отличалась от политики короля.

Для молодого Мильтона пришла пора ступить на публичную парламентскую сцену и провозгласить реформы для церкви, государства, а также и для университета. Хотя Мильтон и отказался принять церковный пост, он, по его собственным словам, не стал от этого менее духовным. Священнослужение, которого он стремился достичь, обернулось зовом поэтического служения. С его точки зрения, поэту, которым он стремился быть, следует быть освящённым человеком. То зло, которое отделяет человеческую природу от божественной, квалифицирует поэта описывать зло; но если поэт действительно стремится дать другим почувствовать, как прекрасно в действительности добро, то ему просто необходимо со всей силой своей души стремиться к тем возвышенным областям существования, где это добро царствует. В любой форме искусства этот религиозный элемент должен привноситься со стороны религиозного артиста. Именно через это приближение к возвышенному – как в искусстве, так и в религии – природный человек имеет возможность обозревать религиозные проявления. В отношении своего будущего жизненного пути Мильтон, казалось, не торопился определиться. Были моменты, когда он думал о юриспруденции, как и его отец. Однако, его писательская деятельность, как политическая, так и поэтическая, которая началась ещё в Кембридже, имела настолько сильное впечатление на его друзей, которые уверовали в его талант, что и сам он начал задумываться о карьере поэта.

Полемика вокруг епископства

Не будучи членом парламента, Мильтон обращается к публике через прессу. В 1641 году появляется его работа под заглавием «О реформации в Англии и причинах, которые препятствовали ей. Написано другу.» (Of Reformation in England, and the Causes that hitherto have Hindered it. Written to a Friend). Причин, которые препятствовали реформам, было много. Явное преимущество среди них было отдано деятельности епископов, чья любовь к почестям, пышности и власти излагаются Мильтоном как естественный результат того ложного положения в обществе, которое приписывается им, и которое обратило их в больших вредителей и искусителей вместо того, чтобы быть, соответственно их положению епископов, духовными пастырями церкви. Халл, епископ в Норвиче, выступил с защитой под заглавием «Уничижённая жалоба в пользу епископата» (Humble Remonstrance in Favour of Episcopacy), на что Мильтон незамедлительно ответил издав «Smectymnuus», с заглавием, представляющим комбинацию инициалов известных пуритан: англичан Стефана Маршала, Эдмунда Калами, Томаса Янга, Матью Ньюкоммена и шотландца Вильяма Спурстова. Архиепископ Ушер вмешался в полемику с изданием «Апостольского института епископата» (Apostolical Institution of Episcopacy). Мильтон ответил сразу двумя изданиями, «О епископате прелатов» (Of Prelatical Episcopacy) и «Причины церковного управления» (Reasons of Church Government). Епископ Халл издал свою вторую попытку защиты, «Жалоба» (Remonstrance), на что получил ответ Мильтона в «Критических комментариях» (Animadversions). В 1642 году полемика не угасала и на публикацию епископа Халла, «Скромное доказательство против постыдных сплетен и клеветы» (A Modest Confutation against a Sladerous and Scurrilous Libel) Мильтон ответил своей блестящей работой «Защита Smectymnuus» (Apology for Smectymnuus). Результатом этой пространной и страстной полемики стало изгнание епископов их палаты лордов, за этим последовало ограничение власти самого епископата как государственного института. Необходимо иметь в виду, однако, что Мильтон был не одинок в своей борьбе против епископов. Джон Пим, предводитель пуритан в палате общин парламента, был инициатором политической компании против епископов, поскольку они поддерживали короля и блокировали большинство законопроектов, принятых в палате общин. С изгнанием епископов из палаты лордов принятие законов, сформулированных пуританами и в своей основе направленных на обуздание королевской власти, не представляло более препятствий.

Доктрина развода

В 1643 году Мильтон заключил брак с Мэри Повелл, но не прошло и нескольких недель после их приезда в Лондон, как она получила письмо от родных с приглашением посетить их в Оксфорде. Мильтон попрощался с женой, и с тех пор он её больше не видел. Члены семьи Мэри была роялистами, и для многих, находящихся при дворе короля в Оксфорде, будущее монархии казалось обещающим лучезарные перспективы. Эти рассуждения заставили семью Повелл попытаться отряхнуть с себя любые связи, которые могли бы опорочить их репутацию. Не исключено и то, что и сами новобрачные совершили ошибку, заключая необдуманный брак. Даже если Джон Мильтон и был разочарован в своих ожиданиях, можно выразить в его защиту, что он был готов стоически отвечать за последствия: это был не Мильтон, кто пошёл на попятный, но Мэри Повелл, которая оставила его и нанесла Мильтону последующие оскорбления, как со стороны своей семьи, так и со стороны своих друзей-роялистов.

Следует упомянуть, что Джон Мильтон был женат три раза. Его второй брак обернулся счастливым, о чём красноречиво свидетельствует прекрасный сонет, написанный им в её честь. Со своей третьей женой Мильтон жил последние десять лет своей жизни, и эти годы также были отмечены любовью и заботой. Несмотря на твёрдое убеждение Мильтона о том, что сильный пол должен заботиться о слабом, можно также найти доказательства того, что он чувствовал признательность той прелести, которая лежит в женской природе, о чём свидетельствуют его поэтические описания Евы в «Потерянном Раю».

Относительно первого брака, Мильтон начал искать юридические пути выхода их него. В 1644 году он издаёт тезис, обращённый к парламенту, «Доктрина на тему развода» (The Doctrine and Discipline of Divorce). К этому времени партия пресвитериан пришла к власти в парламенте, так что идеи Мильтона были встречены в штыки. Мильтон был обвинён в деморализации общества и должен был предстать перед судом палаты лордов, однако в палате лордов господствовало другое мнение относительно развода, и Мильтон был отпущен, оправданный во всех обвинениях. В 1645 году Джон Мильтон издаёт второй тезис на эту же тему, «Четырёхглавие» (Tetrachorden), где он толкует четыре главы из Писания, посвящённые проблеме развода. Ядром доктрины Мильтона стала идея о том, что существуют другие причины для развода, кроме измены, эти причины описаны в законах Моисея; и именно эти причины следует принять как законные и для христианского судопроизводства: поскольку они упомянуты в законах Моисея, они не могут противоречить словам Христа. Другая идея заключается в том, что абсолютный запрет на развод, кроме условий, упомянутых в законах Моисея, будет являться противоречием самим намерениям этих законов. Основная точка зрения этого тезиса лежит в том, что такие причины, когда одна или обе стороны не имеют надлежащего основания для продолжения брака, или не в состоянии продолжать брак, или имеют несходные мнения на брак как результат природной несовместимости, что не позволяет радоваться брачному союзу как источнику мира и согласия, – все эти причины являются более вескими основаниями для развода чем измена, принимая во внимание, что обе стороны принимают развод.

 
Свобода печатного слова

Мильтон писал также и на другие темы. В 1644 году он публикует «Обращение, или речь в защиту свободы бесцензурной печати» (The Areopagitica, or Speech for the Liberty of Unlicensed Printing), адресованную парламенту. Реакционный парламент принял закон, направленный на регулирование книгоиздания и другой печатной продукции: «ни одной книги, или памфлета, или листа разрешается с настоящего времени печатать, если они не одобрены и лицензированы лицом, специально для этого назначенным». Мильтон обращается к парламенту с призывом изменить этот закон и аргументирует тем, что такое подчинение писательского промысла неподходящему или капризному цензору является характерным для времени, в котором они живут. Поэт предупреждает о фальшивом чувстве безопасности, основанном на надежде, что такого рода законы ограничат издание злонравных книг. Мы не наказываем человека – рассуждает Мильтон – за то, что этот человек может совершить дурные поступки, – мы ждём, пока эти дурные поступки совершены. Давайте также поступать и с книгами: лицензия издавать что угодно будет малой привилегией, если правительство сохраняет за собой власть наказывать за это, как оно посчитает нужным.

Отношение Мильтона к казни Чарльза Первого

Партия короля переживала упадок и расчленение. Сам Чарльз становится узником, сначала у шотландцев, затем у пресвитериан, наконец у протестантов. После казни короля, пресвитериане выражают негодование и публично обвиняют в своих памфлетах протестантов в совершившемся. Джон Мильтон мог принять что-то похожее со стороны старых роялистов или незнающих среди народа, но он был не в силах терпеть такого рода обвинения со стороны пресвитериан. Поэтому через несколько недель после смерти короля Мильтон публикует памфлет «Время для королей и чиновников» (The Tenure of Kings and Magistrates), в котором он, после перечисления обвинений против Чарльза Первого, пытается примирить читательское сознание с тем, что произошло, но вместе с тем он также обсуждает законность свершившегося суда. Мильтон обращает внимание читателей на то, что пресвитериане, кричащие о незаконности казни короля, сами отстранили короля от власти в парламентской борьбе и вели военные действия с мечом в руках против своего суверена. Острые факты и блистательная логика памфлета ранили пресвитериан глубоко и в уязвимое место. Если до этого они презирали Мильтона, то после издания памфлета они были вне себя от ярости.

Деятельность на посту Секретаря по иностранным языкам.

Результатом политической активности Мильтона стало его назначение на пост Секретаря по иностранным языкам, которое он принял 13 марта 1649 года.

Многие всё ещё считали, что казнь короля была большим преступлением. Выражая эти настроения была опубликована книга под названием «Королевская икона» (Eikon Basilikè), которая способствовала усилению этих настроений в новом соединённом королевстве. Эта книга воспевания казнённого короля рисовала его как святого во всех проявлениях его личной жизни. Для того, чтобы повлиять на общественное мнение, Мильтон публикует одну из свои лучших политических работ, «Разрушитель икон» (Iconoclastes). Цель этой публикации была, конечно, сформулировать законный процесс против короля со стороны парламента и продемонстрировать ложность представления короля как святого мученика.

Падение Мильтона как политика во время Реставрации

За восемь лет перед Реставрацией Мильтон проживал в доме на Пети Франс, в близости от всех событий, имеющих место быть как в связи с церковью, так и в вопросах государства. Наступившая Реставрация изменила всё: Мильтон как политик был обречён, даже если бы он и не продолжал писать на политические темы, этого было бы недостаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности, из-за текстов, которые он уже опубликовал. Он оставил свой дом на Пети Франс и нашёл приют у друга в Бартоломью Клоуз. На его арест был выдан ордер, но, благодаря многим друзьям, ему удалось избежать тюрьмы. Даже среди врагов были люди, с состраданием думающие о его слепоте, или с большим уважением помнящие его поэтический гений. В июне 1660 года палата общин постановила, что «Разрушитель икон» и «В защиту народа Англии» Мильтона должны подвергнуться публичному сожжению палачом, что и было совершено в августе 1660.

Политические взгляды Джона Мильтона

Если верить общему мнению, Мильтон считается пламенным республиканцем. Однако, сам Мильтон выражал такое мнение, что правительство должно быть передано в руки лучших и наиболее мудрых. Если оценивать монархию по тому, за что она обычно ратовала, то у Мильтона не было ни малейших надежд для нации со стороны этого лагеря. С другой стороны, ничто не было более далёким от его мыслей, чем мнение о том, что наилучшее правление должно исходить от множества. Пользуясь его собственными словами, «не присоединяться к тому шуму и гаму, что исходит от грубого множества, но позволить тем из множества, которые действительно квалифицированы, вызваться во всей их множественности; предложив тем, кто лучшего происхождения, выбрать более пристально среди этого числа меньшее количество; так что после третьего или четвёртого отбора оставалось бы определённое число избранных, которые могли бы представлять наиболее подходящие голоса» (цитата из «Готового и наилегчайшего пути образовать свободный Коммонвелш» (The Ready and Easiest Way to Establish a Free Commonwealth)). Но чтобы приноровиться к республике Мильтона, нации пришлось бы забыть почти все свои традиции, организации, прошлые предания, и заменить правлением, созданным по предложению Мильтона, то правление, которое было результатом органического исторического процесса. Ожидать этого от народа, в особенности от народа английского, который так тесно связан со своими традициями, было бы несправедливо. Оливер Кромвель, который к этому времени занял ведущую позицию в английском правительстве вместо рано умершего Пима, знал, что собой представляла большая часть народа – что она в той или иной степени поддерживала роялистов. Ему было ясно, что если предоставить будущее правительства на волю народных голосов, то это было бы равносильно уничтожению республики. Если Мильтон обманывал самого себя тем, что представлял себе, что нация должна была делать, или что ей следовало бы делать, – то Кромвель, со своей позиции более ясного политического наития, смог предвидеть, что нация могла бы сделать, если бы она была предоставлена сама себе, и он действовал соответственно, посылая Чарльза Первого на плаху.

Рейтинг@Mail.ru